1. Мрачное будущее

К концу 1980-х стало очевидно, что дела у Соединенных Штатов идут из рук вон плохо. Большая часть социальных программ исчезла, сметенная волной интересов определенных групп, пропаганды и насаждением мировоззрения «я первый». К 1994 году число бездомных на улицах достигло 21 миллиона человек. Техническая революция еще больше усугубила раскол в экономике, создав два радикально отличающихся друг от друга социальных класса – состоятельных корпоратов и бездомных нищих работяг. Средний класс практически прекратил свое существование.

В крупных городах деловые кварталы были чисты, уютны и обустроены, здесь отсутствовали криминал и нищета, а управляли районами корпорации. Окружали эти центральные области так называемые Боевые Зоны – пришедшие в упадок гетто, где кишмя кишели уличные банды и всякого рода социопаты. Существовали и пригороды, контролируемые корпорациями, проживали в которых семьи сотрудников.

Последнее десятилетие XX века явилось временем невероятной по масштабам своим коррупции, когда Группа Четырех (ЦРУ, ФБР, СНБ и управление по борьбе с наркотиками) объединяется, дабы эффективно управлять правительством США за спиной президента. Возглавил организацию вице-президент – гений и психопат в одном лице. Ставя в приоритет лишь незаконное обогащение, Группа уничтожила здравоохранение и органы социальной безопасности, бездарно распоряжаясь ресурсами США. Военных же Группа буквально озолотила, покупая их лояльность. К моменту завершения правления Группы Четырех Сенат США больше не продолжал свою деятельность, а Верховный суд не мог исполнять свои обязанности вследствие ужасающих масштабов беззакония.

Произошедший переворот положил конец федеральной демократии. Многие штаты откололись от государства, назвав себя «Свободными Штатами». Первым Свободным Штатом стала Калифорния – северная, а затем южная, позже к ней примкнули Техас, Орегон, Вашингтон и Дакота. Свободные Штаты создали собственные законы, завязали торговые отношения и прекратили отправлять налоги в столицу. Становление их приблизило падение единого государства.

Глобальное потепление привело к продолжающейся на протяжении долгих лет засухе в северном полушарии. Засуха, болезни и хаос в экономике привели к тому, что многие небольшие города и фермы в западных штатах были покинуты, ибо банки и бизнесы прекращали свое существование. Выжившие в подобных условиях фермы были куплены агрокорпорациями, и те модернизировали хозяйства, установив новые механизмы, создав места для рабочих и охранников. Пострадали и городские зоны западных штатов, так как многие индустрии покинули США в поисках более дешевой рабочей силы в Азии и Африке. Корпоративный беспредел затронул целые производственные области: инвесторы скупали успешные компании, разоряли их, а затем продавали за бесценок, покрывая таким образом свои долги. Как следствие, миллионы людей лишились крова над головой и вынуждены были ютиться в заброшенных городах. Магистрали обратились в опаснейшие зоны, где бесчинствовали вооруженные банды, странствующие из города в город и грабящие бездомных путников.

И без того разрушенная система здравоохранения столкнулась с чередой болезней и вирусов, распространившихся по планете. Стремительное перемещение между странами, плотно заселенные города, правительства, закрывающие глаза на вспышки вирусов, привели к возникновению «горячих зон» и опустошению целых континентов. Например, в 1999 произошла вспышка Опустошительной Чумы – болезни, поражающей внутренние органы людей и заставляющей их умирать от голода вне зависимости от количества еды, ими потребляемой. Недуг свирепствовал в Европе и добрался до США, но в хаосе правления Группы Четырех был попросту проигнорирован, и унес жизни 14 миллионов человек прежде, чем в Японии была разработана вакцина. Но Опустошительная Чума была лишь одним из множества примеров страшнейших эпидемий, некоторые из которых были природными, а иные возникли в результате программ в области биоинженерии отдельных государств. Каждая из эпидемий добавляла гвоздь в крышку гроба социума, вышедшего из-под контроля.

В то же время активно развивалась кибернетика, и широкое распространение получили импланты, позволяющие людям совершенствовать свои тела. Корпорации и правительства начали нанимать в свои армии кибернетически усовершенствованных солдат. Стремительное развитие подобных технологий привело к новым уровням техношока в обществе. Люди стали выказывать признаки ментальных расстройств, которые выливались в безумные бесчинства, получившие название «киберпсихоз».

Группа Четырех развязала ряд войн, бросив на фронт кибернетически усовершенствованных суперсолдат. Однако быстрых побед достичь не получилось. Все усугубилось, когда государства. Пострадавшие от агрессии США, начали отвечать террористическими атаками. Жители Штатов донельзя устали от бесконечных военных репортажей...

Техношок стал одним из основных причин Падения США. Появлялись все новые и новые механизмы, интегрирующиеся в повседневный быт, и разум людей был не в силах поспевать за развитием технического прогресса. И они ломались, обращаясь к насилию. Разбивались семьи, отношения. В итоге весь социум обращался жертвой массового психоза. Мегакорпорации предлагали массам нео-феодальную альтернативу новой непознаваемой реальности. Кто-то пытался обратить перемены вспять, основав движение, направленное против технологического прогресса. Но большинство приняло для себя оный, позволив машинам усовершенствовать свои тела, дабы тем самым стать частью нового миропорядка.

Эти люди стали называться «эджраннерами» или «киберпанками».

В 1990 году начался Первый Центральноамериканский Конфликт. Организация Центральноамериканских Штатов обвиняет правительство в интервенции в Панаму, Никарагуа, Гондурас и Сальвадор. Договор о Панамском канале прекращается, и канал отходит к правительству Панамы. США отправляет в Панаму вооруженные силы, дабы вновь установить контроль над каналом, оправдывая действия свои угрозой национальной безопасности - борьбой с коммунизмом и наркокартелями. Им противостоят силы сопротивления, наносящие удары из-за границ Гондураса и Никарагуа. К 1994 году силы США вторгаются и в эти государства, что приводит к полномасштабной войне – конфликту местных сил сопротивления и интервентов. На стороне США выступают недавно организованные батальоны механизированной пехоты, входят в которые киберсолдаты.

Неспокойно было и в иных странах, ибо мир погряз в хаосе конфликтов, что спровоцировало виток технологического развития. На протяжении четырех лет связь с Южной Африкой практически отсутствовала – доходили лишь обрывочные слухи о чудовищных случаях насилия и геноциде. В Лондоне же вспыхнуло противостояние между Лейбористской партией и фракциями экстремистов.

1991 год отметился запуском Еврокосмическим Агентством космического корабля «Гермес», избавлением режима Андрея Горбарева от остатков Советской номенклатуры и сближением "Нео-Советов" с Западной Европой, разработкой итальянской корпорацией "Биотехника" соединения CHOOH2, а в Исследовательском Центре Стэнфорда – искусственных мышечных волокон. На руинах Джерси-Сити началось строительство Первой Акрологии, и на протяжении последующих лет возводилось шестнадцать гигантских Акро-структур.

В следующем, 1992 году, Япония получила доступ на мировой рынок, и был организован так называемый Еврорынок. Зоны контроля и защитных тарифов регулировали действия входящих в него наций – Франции, Британии, Германии и Италии. Была введена новая валюта, евродоллар, основанная на средней ценности в эквиваленте золота всех валют на рынке (франка, йены, фунта, марки и кроны). Все еще пребывая в параноидальной изоляции, насаждаемой Группой Четырех, США отказались присоединиться к Еврорынку.

Управление по борьбе с наркотиками США разработало несколько гибельных вирусов и атаковало с их помощью заводы по производству коки и мака, что привело к падению правительств Чили и Эквадора. На территории Америки началось жестокое противостояние между наркокартелями и управлением по борьбе с наркотиками.

В том же году были произведены первые испытания высокоэнергетических лазерных подъемников. Восемь членов Еврокосмоса установили на Канарских островах ускоритель массы. Чуть позже, в 1995, строительство ускорителя массы началось и в Килиманджаро совместными усилиями Еврокосмического Агентства и Панафриканского Альянса. А в 1999 была основана Лунная колония, Тайко, и с помощью ускорителя массы обеспечивались поставки материалов для орбитальных платформ. Покорение космоса продолжалось, и уже в 2009 году Европой и Нео-Советами была отправлена первая экспедиция на Марс.

Развитие технологий стремительно набирало обороты. В 1993 голу Мюнхене были разработаны первые TRC-биочипы, а США армию оснастили новыми боевыми машинами - аэродинами AV-4 - для подавления мятежей в городских условиях. В 2000 Еврокосмическим Агентством началось создание космической станции Хрустальный Дворец, растянувшееся на долгих одиннадцать лет, а 2001 год ознаменован имплементацией компанией «ВорлдСат» фреймворка мировой кибернетической Сети, которая придет на смену Интернету. В 2004 были выращены первые клонированные ткани, созданы микрошвы и поля стерилизатора, в 2005 изобретен кибермодем, способный обеспечить погружение человека в Сеть, а в 2006 выращен первый клон, проживший лишь несколько часов, однако положивший начало технологии выращивания новых органов.

Но параллельно с технологическим прогрессом шли масштабные разрушения государственных институтов. Потрясения глобального масштаба случались повсеместно. В 1994 году ядерный инцидент происходит в Питтсбурге и уносит жизни 257 человек. В 1995 году происходят масштабные изменения в политическом пространстве Китая, где в результате гражданской войны к власти приходит Маоистская Лоялистская Клика. 1997 год вошел в историю как Крах Среднего Востока, когда напряжение в регионе привело к ядерной войне. В итоге Ирак, Иран, Ливия, Чад и Арабские Эмираты обратились в радиоактивные пустоши, а мировой рынок нефти обрушился. На заре нового тысячелетия начали появляться культы миллениума, предвещающие апокалипсис, но 1 января 2000 года входящие в них фанатики вершили суициды и насилие; культы были уничтожены изнутри. В 1999-2005 годах происходит Вторая Корейская Война; Южная Корея выходит победительницей над северной соседкой, после чего образует Объединенную Республику Корея.

Прекращение существования прежних США как государства стало одним из важнейших событий XXI столетия. Даже если бы Новые Соединенные Штаты Америки объединились со Свободными Штатами, то была бы совершенно иная держава.

Первые знаки грядущего падения США появились за много лет до того, как оно фактически свершилось. В 1993 в Нью-Йорке взрывается ядерный заряд, погибает 15000 человек; полагают, что вина за инцидент лежит на колумбийских наркокартелях, мстящих Штатам за инцидент с уничтожением вирусом плантаций коки и пака в Боготе. В 1994 происходит падение фондового рынка после того, как обнародуется информациях о незаконных манипуляциях правительства США на рынках Европы и Америки. С 1996 по 1999 годы в стране продолжалось военное положение, введенное после убийств президента и вице-президента США, а принятый в 1999 году Федеральный Оружейный Устав регламентировал вопросы, касающиеся владения гражданами огнестрельного оружия и возможности для его применения. Кроме того, вследствие всплеска преступности в последние годы был разработан и принят Универсальный Гражданский Кодекс Правосудия. В эти годы случилась так называемая «Расправа над адвокатами», когда разозленные массы обратились против юристов, видели в которых защитников преступников. Произошедшая в 2000 году эпидемия унесла жизни сотен тысяч жителей США и Европы. В 2002 году мутировавший вирус уничтожил урожаи в Канаде и на территории Нео-Советов; злаковые в США уцелели благодаря вовремя примененному веществу, уничтожившему вирус. В 2003-2010 годах произошла Вторая Центральноамериканская Война: США вторглись в Колумбию, Эквадор, Перу и Венесуэлу; конфликт унес жизни тысяч американских солдат, и правление Группы Четырех было сметено на волне последовавших реформ, а роль коалиции в развязывании Первого Центральноамериканского Конфликта была обнародована телеведущим Теслой Йоханнесоном. Последний был убит в результате покушения в Каире в 2004 году.

Природные катаклизмы продолжались неотрывно от политических. Термоядерная война на Среднем Востоке обратила этот регион в радиоактивную пустошь, вызвав глобальный топливный кризис. Правительство США пыталось спасти себя, манипулируя рынками Европы и Америки, но эта стратегия обернулась против него самого, когда подобные факты оказались обнародованы. Мировой финансовый кризис оказал негативное влияние на экономику практически каждой страны, позволив тем самым корпорациям получить еще большее влияние. В то же время в Америке возник социальный класс кочевников – мигрантов, ищущих воду, работу и спасение от политических потрясений. Произошедшее в 1998 году землетрясение и последовавшее затопление водами Тихого океана практически полностью уничтожили 35% Лос-Анджелеса и унесли жизни 65000 человек. Многие города и селения были покинуты. Большинство социологов сходятся во мнении, что Коллапс, началом которому принято считать 1996 год, был самой худшей катастрофой XXI столетия.

В 2004 случилась Первая Война Корпораций, в которой приняли участие восемнадцать крупных компаний, в том числе и ЕБМ («Евро Бизнес Машинз») и «Орбитал Эйр»; противостояние шло за активы обанкротившегося крупнейшего авиаперевозчика, ТВЭ («Трансворлд Эйрлайнс»). ЕБМ попыталась выкупить активы ТВЭ, но сделка провалилась, а «Орбитал Эйр» вступила в игру с теми же намерениями. ЕБМ наняла террористов, дабы организовать похищение команды «Орбитал Эйр» по пути той на переговоры с руководством ТВЭ. Но террористы миссию свою провалили, а вскоре стало известно о том, что наняла их ЕБМ. После чего «Орбитал Эйр» заручились поддержкой корпорации «Зетатех», принявшей их сторону в конфликте. Хакеры «Зетатех» начали полномасштабную атаку на сервера ЕБМ, но корпорация сумела отразить кибернетический натиск и вывести «Зетатех» из игры. Следующим этапом стало противостояние ЕБМ с ТВЭ и «Орбитал Эйр», в ходе которого использовался терроризм, сетевые атаки, пиратство и наемники из Третьего Мира.

Вторая Корпоративная Война началась в 2006 году, когда корпорация «СовОйл» начала производить топливо CHOOH2. Корпорация «ПетроХим», изначальный производитель CHOOH2, предложила «СовОйл» усовершенствованную технологию для добычи и переработки нефти из месторождения в Сибири в обмен на частичные права на разработку новых месторождений. Но сделка оказалась сорвана непосредственно перед подписанием, когда инженеры «СовОйл» объявили о том, что сумели сами разработать новые технологии добычи. В 2007 году обе корпорации начали экспансию в Южно-Китайское Море, и столкновение их в регионе вылилось в масштабный конфликт. Началом войны послужил взрыв платформы Сабина Браво, владела которой «ПетроХим». Корпорация обвинила в преступлении «СовОйл», и, после ряда взаимных обвинений, приказала нанести ответный удар по одной из платформ «СовОйл». Платформа была уничтожена, что привело к стремительной эскалации конфликта. В течение нескольких недель обе корпорации лишились около 75% своих нефтяных комплексов. Во время войны «ПетроХим» на недолгое время обрела преимущество, сумев захватить архипелаг Спратли, а также сумев покончить с CEO и основателем «СовОйл», Анатолием Новиковым. Но «СовОйл» сумела оправиться и взять верх в конфликте, к октябрю 2009 распространив свой контроль над Южно-Китайским морем... Вскоре стало известно, что взрыв платформы Сабина Браво был случайностью, и «СовОйл» не имела к нему отношения.

В 2008 Соединенные Штаты атаковали Советскую орбитальную платформу МИР XIII. В конфликт вмешалось Еврокосмическое агентство. Началась Орбитальная Война между американцами и европейцами, которая продлилась несколько недель и завершилась, когда Лунная колония с помощью ускорителя массы обрушила метеор на Колорадо-Спрингс.

Предпосылками Третьей Войны Корпораций, случившейся в 2016 году, стало обнаружение Торговой палатой Лос-Анджелеса преступной схемы, проводимой инвестиционной компанией «Меррилл, Асукага & Финч» и использующей Фонд Ротшейна в качестве посредника для своих махинаций. Фонд Ротшейна, возмущенный поведением компании, передал все сведения о ней правоохранительным органам, а также нанял местных уличных нетраннеров для кибератаки на сервера данных МА&Ф в попытке установить истину. Правление МА&Ф восприняла действия бывшего союзника как нападение, и отдали приказ наемным нетраннерам атаковать системы Фонда... Противостояние происходило в Сети; «Сетевой дозор» отреагировал, снизив обеим сторонам доступ к Сети и проведя ряд задержаний по обвинениям в киберпреступлениях. После чего МА&Ф и Фонд Ротшейна перевели сражения в иную плоскость, прибегнув к услугам наемников и отдав приказ тем уничтожить сетевое оборудование противника. Потери обеих сторон после случившихся рейдов исчислялись миллионами долларов... Следующие шесть месяцев ознаменовались бесконечными сетевыми атаками, но решающую роль в конфликте сыграло 12-часовое огневое противостояние. В результате Фонд Ротшейна прекратил свое существование, а МА&Ф передала полиции Лос-Анджелеса трупы двух своих менеджеров, которые и заварили всю эту кашу.

Три Войны Корпораций, произошедшие в период 2004 – 2017, усилили позиции мегакорпораций на мировой арене, и те обрели больше власти и влияния, чем правительства – в том числе и в США. Связи между политиками и корпорациями прекратили рассматривать как конфликт интересов, наоборот: единение крупного бизнеса и политики отныне приветствовалось.

Корпорации получили неограниченный доступ к мировым природным ресурсам; как следствие, загрязнение среды и изменение климата стало неизбежным. Вскоре крупнейшей проблемой Америки стали кислотные дожди и пылевые бури – следствие уничтожения лесных массивов.

А затем случилась Четвертая Война Корпораций. Началась она как соперничество двух аква-агенств. В конце 2021 года две корпорации, занимающиеся океаническими исследованиями, - КИНО («Корпорейшн Интернэшнл Наутикалит Океаник» и ОТЭК «(Океан Технолоджи энд Энержи Корп») схлестнулись в борьбе за контроль за оставшиеся активы третьей корпорации, ИХА («Интернэшнл Ханделсмарин Актиенгеселлшафт»). Противостояние было серьезным, и после безжалостной финансовой борьбы произошла еще большая эскалация конфликта. ОТЭК получила преимущество, наняв солдат «Милитеха» для защиты своих интересов. КИНО, в свою очередь, обратилась к «Арасаке». То послужило началом Четвертой Войны Корпораций, также известной как Океаническая Война.

Первые взаимные удары были осторожны – убивали чиновников среднего звена, обнародовали компромат друг на друга. Услугами наемных хакеров-нетраннеров пользовались обе стороны, и те инициировали множество атак на сервера с данными и финансовые центры, что ввергло в хаос мировую экономику. Эти события вынудили «Сетевой дозор» наложить временное эмбарго на деятельность «Милитеха» и «Арасаки», но эти охранные ведомства лишь начинали серьезное противостояние. К тому времени, как Евробанк сумел примирить КИНО и ОТЭК, истинный конфликт был уже между «Милитехом» и «Арасакой». В начале 2020 начался новый виток борьбы этих двух корпоративных гигантов, вошедший в историю как Теневая Война, ставшая вторым этапом в Четвертой Войне Корпораций.

Теневая Война оказалась куда более жестокой, нежели предыдущая. Наемники и эджраннеры стекались под стяги каждой из враждующих сторон, участвуя в тайных операциях и рейдах на военные и исследовательские комплексы. Несмотря на реальные боевые действия, самые серьезные противостояния происходили в Сети, где корпоративные и наемные нетраннеры атаковали друг друга с помощью вирусных программ нового поколения. Некоторые из вирусов продолжали действовать и после гибели своих созданий; целые обширные области Сети стали темны и опасны.

В июне 2022 года «Милитех» и «Арасака» решили, что пришло время перейти к решительным действиям, что ознаменовало третью стадию конфликта – Горячую Войну. Противостояние двух корпораций вылилось в полномасштабные боевые действия. Многие города – такие как Рио-де-Жанейро – были разрушены, а жители их или погибли, или были вынуждены бежать от пламени войны.

Мировая торговля оказалась парализована боевыми действиями, и рынки обрушились. По международным торговым путям был нанесен серьезный удар, что привело к расцвету неконтролируемого пиратства. Конфликт набирал обороты, а корпорация «Сетевой дозор» отчаянно пыталась защитить Сеть. Ослабленная уничтожением мировых серверов и баз данных тысячами вредоносных вирусов, созданных нетраннером Раше Бартмоссом, Сеть в своем прежнем виде медленно прекращала свое существование.

Последним из павших оплотов «Арасаки» в Америке стал Арасака-тауэр в Найт-Сити, уничтоженный 20 августа 2023 года точечным ядерным ударом, свершенным неизвестными наемниками. Некоторые источники утверждают, что стоял за случившимся так называемый отряд «Атлантис», входили в который такие легендарные бойцы как Бестия, Морган Блэкхенд и Джонни Сильверхенд, - но свидетельств тому недостаточно. После инцидента с Арасака-тауэр Моргана и Джонни больше никто и никогда не видел, а Бестия отрицала свое участие в операции.

Холокост Найт-Сити стал последней каплей. Мировые державы устали от конфликта корпораций. Некоторые правительства открыто обвинили «Милитех» и «Арасаку» в сложившейся ситуации, и отказали им в дальнейшей поддержке, национализировав корпоративные активы, находящиеся на территориях их стран. Свободный Штат Южная Калифорния захватил штаб-квартиры обеих корпораций в Лос-Анджелесе. Техас и страны Европы вскоре последовали этому примеру.

Под давлением правительства Японии «Арасака» признала свое поражение в конце 2023 года. «Милитех» одержала победу, но пребывала в столь же плачевном состоянии, что и «Арасака».

Восстановление от войны заняло более десятилетия, и первые годы мирными никак нельзя было назвать. Мятежи и восстания сотрясали государства повсеместно. Южная Америка все еще пребывала в политическом хаосе, а страны Европы и Азии пытались восстановить международную торговлю, вновь взяв корпорации под контроль государств.

В Соединенных Штатах президент Элизабет Кресс ввела военное положение в областях, все еще находящихся под контролем советов директоров корпораций. «Арасака» была признана виновной во взрыве боеголовки, опустошившей центр Найт-Сити, но продолжали витать упорные слухи о том, что именно «Милитех» наняла солдат для операции и передала тем портативное ядерное устройство. Общество требовало объяснений, и президент Кресс повернула ситуацию так, чтобы иметь возможность держать корпорацию «Милитех» на коротком поводке. Доказательств, подтверждающих вину этой корпорации, не было, и все же правительство Соединенных Штатов взяло под контроль все ресурсы «Милитеха» и применило их для усиления федеральной власти. Некоторым ключевым чиновникам «Милитеха» были предложены должности в восстановленном Департаменте Защиты.

В послевоенную эпоху технологическое развитие познало стагнацию. Корпорации отчаянно пытались выжить, а правительства – как федеральные, так и местные, - сосредоточились на собственных проблемах, как то подавление народного недовольства и восстановление экономик. Кочевники стали источникам торговли технологиями, ибо прочесывали поля сражений и заброшенные комплексы, вывозя оттуда образцы запрещенных технологий.

На протяжении практически двух лет с завершения Четвертой Войны Корпораций небо приобрело красный оттенок вследствие находящихся в атмосфере частиц от ядерного взрыва в Найт-Сити, всяческих обломков из-за ударов орбитальных орудий, а также сожжения городов и сельскохозяйственных областей. Времена Красноты, как стали называть этот период, стало началом восстановления истерзанного мира после войны.

После долгих лет, проведенных в тщетных попытках вырвать Старую Сеть из-под контроля разумной компьютерной системы и обретших самосознание боевых программ, «Сетевой дозор» создал так называемый Черный Заслон - виртуальный барьер, разделяющих контролируемые людьми и разумной системой - искинами - области Старой Сети. Масштаб операции породил слухи о том, что «Сетевой дозор» был вынужден пойти на сделку с искинами, чтобы получить возможность создать Черный Заслон.

...В последующие 35 лет государства и корпорации возвращались к прежнему существованию. Были организованы диаспоры из жителей разрушенных городов, поддерживаемые кочевниками, которые обеспечивали возвращающимся в руины жителям безопасные коридоры. Города отстраивались, торговые пути восстанавливались – ровно как и поврежденная инфраструктура; технологии вновь начали развиваться.

В США многие города, покинутые после Коллапса, были отстроены заново, и заселены с помощью правительства и корпораций. Корпорации видели в подобной деятельности способ исправить негативное отношение к себе со стороны народных масс, возникшее после войны, а также восстановить свое влияние над социумом.

Армия США оказалась преобразована в Объединенные Оперативные Группы – ударные батальоны, сочетающие пехоту, флот, воздушные силы и артиллерию. Их основная миссия состояла в защите Бостон-Вашингтонского коридора, а также интересов федерального правительства. Однако по завершении конфликта некоторые ООГ откололись от США, обратившись в частные наемные армии, управляющие собственными доменами или же занимающиеся мародерством.

После войны Вашингтон, Орегон, Айдахо, Северная Калифорния и Британская Колумбия образовали Тихоокеанскую Конфедерацию – независимый от правительства США государственный институт. В эпоху восстановления инфраструктуры Вашингтон и Орегон позволили некогда подначальной «ПетроХим» корпорации «Биотехника» разработать несколько видов экспериментальных растений и животных, с помощью которых надеялись восстановить экосистему. В кратчайшие сроки Тихоокеанская Конфедерация стала силой, с которой приходится считаться, и мегакорпорации относятся к ней весьма почтительно, зная, что конфедераты вполне способны постоять за себя, ибо имеют в своем распоряжении несколько прекрасно оснащенных ООГ.

Несмотря на все свои заверения, президент Кресс не выказала особого интереса к восстановлению Найт-Сити. Наоборот, поставив город на грань выживания, она тем самым надеялась прижать к ногтю Свободный Штат Северную Калифорнию. Но все же жители его отказывались сдаваться и продолжали восстанавливать свою вотчину. Для Конфедерации Найт-Сити стал зоной свободной торговли, а также точкой входа для всех тех мировых держав, которые не желали иметь дела с правительством США. Как следствие, поддержка Конфедерации сыграла ключевую роль в восстановлении Найт-Сити и обращении его во Времена Красноты в кибернетическую Касабланку.

Покинутый президентом Кресс и правительством США, Найт-Сити был отстроен горожанами при помощи кочевников и небольших корпораций. В то время было распространено мнение о том, что правительство сделало «Арасаку» козлом отпущения за ядерный взрыв, и это поколебало стремления корпораций к власти. Но жители скорее предпочли бы увидеть возвращение этой азиатской охранной корпорации, чем оказаться под властью правительства США.

В отличие от Америки, в Европе все складывалось не так радужно для старых мегакорпораций. Основные игроки на мировой арене, ослабленные войной, теряли позиции из-за действий новых и дерзких корпораций, стояли за которыми правительства европейских государств. Мировой фондовый рынок сумел поддержать стабильность экономики в большинстве европейских государств – исключение составляли Испания, Италия и Греция, познавшие политические потрясения. Экономический коллапс случился в Великобритании из-за наплыва иммигрантов и устаревшей технологической базы; улицы городов страны стали так же опасны, как и в США.

Несмотря на реформы начала 90х, Новая Россия также обладает устаревшими технологиями и не способна прокормить свое население. В регионе продолжались неудачные социальные и экономические реформы, и вновь дали знать о себе приверженцы павшего СССР, начавшие противостояние с олигархатом нового поколения. Олигархат был подобен мегакорпорациям – столь же алчен и безжалостен, и готов на все ради достижения собственных целей.

Прежде Африка была континентом воюющих друг с другом государств – социалистических, демократических, диктаторских. Но после строительства в Килиманджаро ускорителя массы родилась Новая Африка, державы которой обрели немалую долю космической инфраструктуры: около трети рабочих, трудящихся над строительством космических объектов – африканцы, и на территории континента размещена большая часть космопортов и строительных комплексов. В итоге среди африканцев возникла новая этническая группа – хайрайдеры; высокотехнологический социум, имеющий непосредственное отношение к космическим разработкам, объединенный панафриканскими корнями и исполненный решимости никогда впредь не стать жертвами угнетения со стороны иных держав. Заявившая о своей независимости в час Четвертой Войны Корпораций, Ассамблея хайрайдеров соблюдает нейтралитет и готова сотрудничать со всеми сторонами, признающими ее суверенитет (и контроль над космическим пространством).

В Азии «Арасака» приняла поражение достойно. Корпорация направила существенную долю своих ресурсов на военные репарации, но несколько прибыльных контрактов позволили корпорации стремительно вернуть лидирующее положение в производстве оружия и систем безопасности. И все же поражение в войне имело свои последствия, и Сабуро Арасака столкнулся с внутренней оппозицией – среди управленцев кампании началась самая настоящая тайная гражданская война. Китай долгое время оправлялся от потери Гонконга в результате террористической атаки с применением биологического оружия, а также от яростных сражений за доступ к стратегическим ресурсами в Южно-Китайском море и на Монгольском плато. Корея, вновь распавшаяся на Северную и Южную, изолируется от мира; Северная Корея, втянутая в недавний конфликт из-за обещаний поддержки со стороны «Арасаки», прекращает существование как единое государство, обращаясь в средоточие множества доменов противостоящих друг другу военачальников. Вследствие яростных сражений за торговые пути и нефтяные месторождения, Филиппины, Австралия и большая часть Юго-восточной Азии донельзя ослаблены и изолированы.

Начали появляться новые, изолированные сегменты Сети – в основном то были региональные интранеты. Немногочисленные связи между ними тщательно контролировались корпорацией «Сетевой дозор», но область влияния ее была существенно снижена в Европе и Океании. Новая Сеть была менее доступна для народа, нежели предыдущая, и нетраннерам было сложнее проникнуть в нее, потому что наиболее важные данные хранились фрагментарно.

В конце 2069 недавно избранная президент Новых Соединенных Штатов Майерс презентовала программу объединения, призванную распространить федеральную власть над Свободными Штатами под предлогом усиления нации. Большая часть независимых регионов Америки противилась объединению. Конфликт оказался неизбежен. Федеральное правительство Новых Соединенных Штатов при поддержке сил «Милитеха» объявило войну союзным независимым штатам: Колорадо, Нью-Мексике, Вайомингу, Аризоне, Неваде и Северной Калифорнии. Вашингтон, Орегон и Айдахо сумели сохранить нейтралитет в конфликте ценой некоторых уступок федеральному правительству. Несмотря на то, что Свободные Штаты тайно поддерживала оружием и ‘советниками по безопасности’ корпорация «Арасака», их теснили силы НСША, за которыми стояли поддерживающие федеральное правительство штаты. Этот конфликт, в ходе которого применялись самые современные военные технологии, вошел в историю как Войны Металла.

Найт-Сити едва избежал военных действий. Северная и Южная Калифорнии оказались противниками: Южная состояла в союзе с правительством НСША, в то время как Северная пыталась сохранить независимость. Жители Найт-Сити затаили дыхание в ожидании вторжения федеральных войск. В начале 2070 подразделение армии НСША достигло отрогов города, но вторжение было предотвращено благодаря своевременным действиям советника Люциуса Райна. Задействовав связи, которые установил за время десятилетней службы в городском совете, Райн обратился к корпорации «Арасака» за защитой. Спустя лишь несколько дней супертранспортник «Арасаки» появился в Коронадо-Бэй, и через несколько часов силы НСША отступили.

После открытого вмешательства «Арасаки» между Новыми Соединенными Штатами и коалицией Свободных Штатов был подписан Договор Объединения, и Война Объединения завершилась. Свободные Штаты сохранили свою автономию, но согласились примкнуть к новому федеральному правительству и прекратить противостояние друг с другом. Президент Майерс на подобный исход согласилась, испугавшись, что интервенция «Арасаки» может привести к эскалации конфликта, чего НСША позволить себе не могли. Мирный договор – хоть и не все стороны были им довольны – был предпочтительнее продолжения военных действий и риска наступления нового мирового кризиса.

По завершении войны Найт-Сити стал международным независимым городом, свободным от законов и власти как Свободного Штата Северная Калифорния, так и Новых Соединенных Штатов. За обретенную свободу город заплатил возросшим влиянием мегакорпопаций; те же вливали огромные средства в восстановление Найт-Сити, чтобы тем самым обрести оплот на западном побережье НСША. Символическим краеугольным камнем этих событий стало данное в 2070 разрешение городских властей корпорации «Арасака» на постройку нового оплота в Америке на том самом месте, где прежде высилось разрушенное в 2023 здание. Найт-Сити вновь процветал, хоть процветание это пришлось по вкусу далеко не всем.

Стабилизация ситуации в Европе и Азии по завершении Четвертой Войны Корпораций и Войны Объединения не сделала мир светлым и добрым. Несмотря на то, что технологическая рецессия, случившаяся в промежутке между 2020 и 2040 годами, и снизила уровень загрязнения в мире, человечество продолжает сталкиваться с иными серьезными вызовами. Из них изменение климата – самый серьезный и непредсказуемый.

Невероятных масштабов ураганы и торнадо уничтожали население повсеместно на планете. В 2062 году был покинут Гаити после того, как на островную державу обрушились ужасающие шторма. Сотни тысяч жителей Гаити погибли, после чего выжившие оставили остров, а опустошение Карибских островов позже было признано одним из страшнейших природных катаклизмов XXI столетия.

Образование пустынь и засуха оказались еще более опасны, и угрожали как населению Южной Америки, так и регионам Северной Америки, Европы, Африки, Азии и Австралии. Запасы пресной воды подходили к концу, и ситуация в последние несколько лет ничуть не улучшилась. С другой стороны, случались и наводнения. За последние десять лет потопы уничтожили части Лос-Анджелеса и Найт-Сити. Нидерланды потеряли треть своих земель, но благодаря новой технологии возведения дамб пресекли возможность погружения территории в Северное море. Мальдивам повезло меньше: архипелаг практически полностью ушел под воду около двадцати лет назад.

Все эти обстоятельства привели к существенному истощению почвы, что, в свою очередь, вызвало голод, от которого скончались сотни тысяч людей в Азии и Африке. Лишь благодаря применению гидропонного культивирования и вертикальных городских ферм некоторые регионы избежали полного уничтожения.

Совершенствование кибертехнологий привело к проблеме киберпсихоза. Страдающие им испытывают раздражение от общения с другими людьми. Раздражение в итоге приводит к насилию. Это психическое расстройство известно уже порядка пяти десятилетий, и изучающие его утверждают, что причиной являются кибермодификации индивида, однако все еще неясно, почему одни страдают от недуга сильнее, чем другие. Как бы то ни было, киберпсихоз остается серьезной проблемой в мире, где повседневное бытие зависит от технологий.

Помимо вышеперечисленных проблем, следует упомянуть об острой социальной стратификации, высоком уровне преступности и беспорядков, связанных с миграциями практически в каждом уголке мира. Осознающие это люди считают, что для своего выживания человечество обязано пересмотреть на корню установившуюся систему ценностей. Вопрос лишь в одном – не слишком ли поздно для этого?..

2. Блюз неоновых огней

История Найт-Сити началась в 1994 году, когда бизнесмен Ричард Найт загорелся идеей построить совершенный город. За несколько лет до того Найт завершил отношения со своими партнерами, Халси и Феррисом, вместе с которыми владел строительной корпорацией «Халси, Феррис и Найт», и основал собственную компанию. Он купил город Морро-Бэй – позабытое поселение на границе Северной и Южной Калифорнии, которое два года назад разорила мародерствующая банда. Своевременное вмешательство вооруженных сил уберегло город от полного уничтожения, и истерзанная, минимально населенная земля стала идеальной областью для созидания чего-то нового – безопасного корпоративного города, в котором не будет места злодеяниям, нищете и хаосу – Коронадо-Сити.

Найт нашел инвесторов среди владельцев крупных корпораций, пообещав им налоговые льготы, которые позитивно сказались на росте экономики города и обеспечили стабильную базу для его будущих жителей – служащих корпораций. Проект оказался весьма успешен, и Коронадо-Сити действительно оказался прекрасно спроектирован и безопасен.

Но четыре года спустя после начала строительства Ричард Найт был убит. Общество предполагало, что организовали преступление лидеры организованной преступности, имевшие связи с профсоюзами и строительными фирмами, не получившими доступа к проекту Найта. Несмотря на изначальное неприятие социумом преступных синдикатов, в последующие несколько лет те заполнили возникший вакуум в управлении Коронадо-Сити, обратив город в рай для преступности. Проституция, нападения, наркотраффик и кибертерроризм стали повсеместны, а сам город был переименован в Найт-Сити – в память о Ричарде Найте.

Десятилетие спустя корпорации решили нанести ответный удар по преступности. В течение всего лишь нескольких дней наемники покончили с главами практически всех крупных преступных организаций, и управление Найт-Сити перешло к организованному Городскому Совету. Первым решением его стало применение корпоративных сил безопасности, задача которых состояла в наведении порядка в городе. За несколько месяцев от преступности были очищены центральные районы города, а в последующие годы восстановлены оказались и опустошенные прежде кварталы. Так, городом начали править корпорации...

Год 2023. Внутренний голос

В тот день, 19 августа Тодду – технику МОСТ (макросистемы общественного скоростного транспорта) – было поручено устранить замыкание реле на одном из путей близ станции «Монро». Сопровождаемый верным ремонтным ботом, Тодд оторвался от мечтаний и созерцаний красот Найт-Сити, поплелся в означенный тоннель.

Неожиданно мимо пронеслась выпрыгнувшая из проходившего мимо поезда девушка, преследуемая двумя громилами. Пробегая мимо Тодда, она сунула ему в руку какой-то чип, бросив: «На ‘Монро’ через час. Там ждет мой фиксер. Он заплатит. А теперь беги!»

Вытащив пистолет, она обернулась к преследователям, а тот бросился прочь... Оглянулся, заметил, что головорезы сумели обезоружить свою жертву... Тодд направил бота на рельсы, молвил, обращаясь к бандитам: «Чип внутри бота. Поезд приедет через девять секунд. Отпустите ее, или робот останется на рельсах». Головорезы девушку отпустили, схватили бота. Тодд схватил незнакомку за руку, увлек прочь, в сеть тоннелей.

Он покинули подземку на станции «Монро». Не удостоив своего спасителя даже взглядом, девушка быстрым шагом устремилась прочь; Тодд плелся за ней следом. «Ты мне даже никого в помощь не дал!» - возмущалась девушка, общаясь посредством нейроимпланта со своим нанимателем. – «Откуда мне было знать, что Колан натравит на меня ‘Мальстрём’?» «Ты помнишь, сколько я тебе плачу?» - последовал ответ, и на этот аргумент девушке сказать было нечего.

Тодд собрался с духом, окликнул незнакомку, и та, поморщившись, обернулась к нему, бросив: «Я знаю, что ты хотел помочь, спасибо. А теперь отстань от меня». С этими словами она растворилась в толпе...

Тодд вернулся в подземный тоннель между станциями «Монро» и «133-я улица», подобрал брошенного головорезами бота. После чего, вернувшись в свою подсобку, скопировал с видеокамер на портативный носитель данные произошедшего в тоннели – образы девушки и ее преследователей.

Покинув метро, техник окунулся в атмосферу вечернего мегаполиса. По пути повстречал он подругу, работающую водителем такси, признался, что ему срочно нужно найти девушку, у которой проблемы с «Мальстрёмом». «Я знаю фиксера, который занимается подобным», - заявила подруга Тодда, указала на свою машину. – «Садись, подвезу».

Тодд разместился на пассажирском сиденье, и машина тронулась с места... Вскоре они достигли места назначения, и водитель, обернувшись к технику, указала тому на неприметный переулок, молвив: «Тебе туда. Фиксера зовут Лекси Хаммер. Мне сходить с тобой? Иногда с ним бывает сложно договориться». «Я справлюсь», - заверил ее Тодд. – «Только... мне нечем тебе заплатить». «А, забей», - отмахнулась девушка. – «Главное, чтобы тебе было чем заплатить Лекси. Он даром не работает».

Тодд, сопровождаемый верным ботом, направился в переулок, и, следуя ориентирам подруги, вскоре обнаружил обиталище фиксера. Развалившись в кресле, тот созерцал сразу дюжину настенных мониторов, отображались на которых как записи с камер видеонаблюдения, так и иная информация. «Чем могу помочь?» - осведомился Лекси, обернувшись к гостю. – «Говори, не стесняйся». «Нужно найти одного человека», - неуверенно произнес Тодд. – «Имели я не знаю, но у меня есть запись... И я не знаю, сколько стоят такие...»

Фиксер протянул Тодду разъем, и тот подключил его к порту бота. «Я попробую ее найти», - произнес Лекси, рассматривая возникшее на одном из мониторов изображение девушки.

Поиск длился недолго, и уже вскоре фиксер поделился с техником обнаруженной в Сети информацией, не забыв при этом вывести на мониторы ряд изображений искомой персоны. «Ишэнь Ли, наемница», - озвучил он полученные данные. – «Последний контракт получила от Протеро. За пару часов до вашей встречи она проникла в номер Лео Колана, главврача ‘Зетатеха’. Такси довезло ее от ‘Монро’ до Диаби-вью. Сейчас она в ‘Посмертии’. Достаточно?.. Если хочешь подробностей, придется чуть доплатить».

«А сколько уже с меня?» - с тревогой осведомился Тодд, и Лекси объявил: «Три куска». Техник дара речи лишился от размеров суммы, и фиксер заявил: «Если ты на мели, должок можно отработать. У меня есть один клиент. Он скоро выпускает новую приблуду на рынок, но хочет сперва обкатать ее на добровольцах. Это безопасно, она уже прошла испытания. Им просто нужны материалы для рекламы и продвижения».

С этими словами Лекси протянул Тодду чип, молвив: «В городе уже есть ребята, которые носят образцы этой штуки. Но мне кажется, тебе она пригодится больше всех». «А что это за штука такая?» - поинтересовался Тодд, повертев чип в руках, и пояснил фиксер: «Стимулятор миндалевидного тела. Помогает быстрее принимать решение. Проходи с этим чипом сутки, и мы в расчете. Данные будут попадать ко мне автоматически».

Тодд послушно поместил его в нейроразъем на шее, обратился к Лекси: «А как он работает?» «Обернись», - кивнул тот в сторону мониторов. Техник послушно обернулся, лицезрев запись с камеры: Ишэнь дралась с неким головорезом у входа в «Посмертие». «Если выйдешь сейчас, доберешься до ‘Посмертия’ за двенадцать минут», - прозвучал голос в разуме Тодда. – «Беги на Карне-стрит и садись на 456-й автобус, который идет на северо-запад. Быстрее!»

«Советую его слушаться», - бросил фиксер, и Тодд, сорвавшись с места, выбежал на улицу, устремившись к автобусной остановке. Чип продолжал направлять техника, и тот подчинялся командам этого внутреннего голоса, звучащего в его голове.

Вбежав в «Посмертие», лицезрел Тодд Ишэнь, скрутили которую две головорезов. «Ишэнь!» - выкрикнул он, но голос его заглушила музыка, ревущая в зале. «Разбей бутылку, а то она тебя не услышит!» - предложил решение голос, и Тодд, не раздумывая, схватил с барной стойки стеклянную бутылку, разбил ее, и находящиеся в зале клуба тут же обернулись к возмутителю спокойствия. «Ишэнь! Данные у меня!» - выкрикнул техник. – «Я скопировал их, перед тем как отдать ‘Мальстрёму’!» «Охренеть, а ты раньше не мог сказать?» - изумилась наемница.

Протеро пригласил Тодда и Ишэнь проследовать в одно из подсобных помещений клуба. Подключив планшет к нейроразъему техника, изучил отобразившиеся на экране данные, после чего обратился к наемнице: «Смирись. Тебе придется взять его с собой». «Как он вообще смог считать данные?» - все не могла взять в толк та. «Через имплант», - пояснил фиксер, бросив взгляд в сторону техника. – «В этот кусок дерьма зашиты транспортные схемы и расписания всего Найт-Сити. Похоже, он воспринимает данные ‘Зетатеха’ как карту». «Простите...» - напомнил о себе обескураженный Тодд. – «Карту чего?» «Системы коммуникаций между военизированными базами ‘Зетатеха’», - просветил его Протеро, и, заметив хмурое выражение лица Ишэнь, усмехнулся: «Ну, не печалься. Пока этот парень приносил только пользу».

Головорезы из «Мальстрёма» встретились с корпоратами близ «Тотентанца», передали им чип. Заказчики, впрочем, остались не очень довольны. «Первое: эта наемница еще жива», - пояснили они бандитам. – «Второе: мы не знаем, зачем ей нужен был чип».

С этими словами они передали Мальстрёмовцам чемоданчик с евродолларами, заявив: «Закончите работу – получите остаток». «Конечно», - согласились те. – «Мы ей кое-что оставили».

Ведомый внутренним голосом, Тодд шагал через лабиринт улочек Джапантауна; Ишэнь держалась чуть позади и вопросов не задавала.

Заметив припаркованный у одного из зданий грузовик с эмблемой «Зетатеха», техник устремился к нему, забрался в кузов. Наемница присоединилась к нему, поморщилась, поняв, что в кузове – тюки с грязным бельем. «Можешь рассказать, что нам...» - начал было Тодд, но Ишэнь сердито шикнула на него: «Просто помоги мне добраться до пустошей. Дальше я справлюсь сама».

Грузовик тронулся с места – к магистрали, ведущей из города, и вскоре достиг аэропорта «Зетатеха». Выбравшись из кузова, двое метнулись к аэродину, и Ишэнь, введя код авторизации, подняла его в воздух, направив в сторону Мивон-Крик.

Но буквально сразу все пошло не по плану, ибо заметили Ишэнь и Тодд иной аэродин, настигающий их. «Они как-то меня выследили!» - воскликнула наемница. Похоже, Мальстрёмовцы все-таки решили не оставлять следов...

Аэродин противника ударил в машину, на борту которой находились Ишэнь и Тодд, и та устремилась вниз, к земле. Один из Мальстремовцев забросил на плечо гранатомет, но наемница, заметив это, прикончила его метким выстрелом из пистолета в голову.

А затем лишившийся управления аэродин рухнул в секторе 50 пустошей... К счастью, двое выжили при падении. Тодд, уже успевший привыкнуть к инструкциям внутреннего голоса, просил тот сказать ему, что делать дальше.

Ишэнь и Тодд поплелись прочь от места крушения, едва передвигая ноги, и вскоре добрались до закусочной «Серебряный лоскут». «Теперь что?» - выдавил техник, и наемница отозвалась: «Теперь мне надо выпить...»

В этот ночной час народа внутри было немного. Связавшись с подельниками, Ишэнь приказала тем немедленно прибыть к закусочной и вытащить их отсюда.

Наемница и ее спутник расположились за одним из столиков... когда в дверь заведения ступили двое; в руках они держали оружие, недовольно хмурились, оглядывая помещение. «Это наши кочевники?» - с робкой надеждой осведомился Тодд. «Нет», - отозвалась Ишэшь. – «Это Ржавые Стилеты». «Ты их знаешь?» - уточнил техник, и наемница бросила в ответ: «Угу. Как и они меня».

Головорезы заметили Ишэнь, но та выстрелила первой. Пуля разорвала грудь одному из Стилетов, и тот выронил пистолет, отлетевший прямо к ногам укрывшегося за столиком Тодда. «Хватай пистолет!» - потребовал голос в его разуме. – «Стреляй! Или она, или Ишэнь!»

Танцовщица, до этого момента извивавшаяся у шеста на небольшой сцене, явно принадлежала к Стилетам, ибо целилась в ничего не подозревающую Ишэнь. Тодд выстрелил в нее, после чего, следуя повелению голоса, с силой толкнул наемницу, уводя ее из-под выстрела маячащего в дверях Стилета. Все же пуля угодила в девушку... Следующий выстрел головорез сделать не успел, ибо Ишэнь прикончила его.

Два головореза были мертвы; танцовщица сидела на полу, зажимая ладонью окровавленное плечо и боялась пошевелиться. Снаружи послышался рев моторов мотоциклов, и Ишэнь с облегчением улыбнулась: «Это свои».

Наемница и техник заняли задние сидения на прибывших мотоциклах, и кочевники устремились прочь от заведения – в пустоши. Тодд поймал на себе взгляд Ишэнь. Та смотрела на него иначе, чем прежде. С одобрением?.. Уважением?.. Сложно понять...

В 4:30 утра в секторе 54 пустошей кочевники атаковали конвой бронированных машин «Зетатеха». Охранники схватились было за оружие, но в кузова были брошены шашки с нервнопаралитическим газом, и возможности сопротивляться захватчиком солдаты не получили.

Вскоре все было кончено. Кочевники захватили перевозимый корпоратами груз. Связавшись с Ишэнь, Протеро предупредил ее: «’Зетатех’ знает насчет копии. Убирайтесь оттуда!» «А Колан и ‘Мальстрём’?» - уточнила наемница. «Вышли из игры», - обнадежил ее фиксер. «Ты кого-нибудь отправишь за нами?» - поинтересовалась Ишэнь, и Протеро отвечал: «Нет. Вы свое дело сделали. Они еще не знают, что вы работаете на меня».

...Кочевники отвезли Ишэнь и Тодда на окраину Найт-Сити. «Фиксер тебя кинул, да и хер с ним», - обратился к наемнице глава клана. – «Поехали с нами». «Протеро тут не при чем», - пояснила ему Ишэнь. – «Клиент, который дал этот заказ, мой... друг. Но спасибо».

«Найди рипера», - подсказал Тодду внутренний голос. – «Долго она не протянет». Действительно, Ишэнь, схлопотавшая пулю в баре, продолжала слабеть, и едва держалась на ногах. Поддерживая ее одной рукой, а в другой неся чемодан, похищенный у «Зетатеха» в ходе ночной операции, Тодд провел спутницу к Брайянт-Крик – к ближайшей остановке общественного транспорта.

Двое заняли места в автобусе, и Ишэнь, вколов себе стимулятор, провалилась в сон... Один из пассажиров, коснувшись плеча техника, кивком указал ему на медальон на шее девушки, шепнув: «Клан Красная Ива. Далеко она забралась. На следующей неделе она поедут по трассе 89, мимо Данбери. Бывал там?» «Нет», - признался Тодд. «А зря», - заметил пассажир. – «Съезди на следующей неделе». «Нет получится, наверное...» - вздохнул парень. – «Я не знаю даже, где буду завтра».

Ближе к вечеру Тодд и Ишэнь добрались до назначенного Протеро места встречи. Наемница уже не могла держаться на ногах, что не укрылось от фиксера. «Ты не можешь работать», - констатировал тот. – «А вместо тебя это никто делать не будет».

«Ты будешь», - подсказал Тодду голос, и техник уверенно заявил: «Я буду». «Поцелуй ее», - пришло следующее указание, и Тодд поспешил исполнить его. «Я отвезу ее к риперу», - снизошел до помощи раненой наемнице Протеро. – «У тебя полчаса на то, чтобы доставить товар клиенту. ‘Атлантида’, третий столик у бара. Он будет один».

В «Атлантиде» Тодд передал чемодан некоему самовлюбленного субъекту с металлической левой рукой, и тот, смерив техника оценивающим взглядом, поинтересовался: «С пушками обращаться умеешь?» «Да! Скажи да!» - надрывался голос в голове Тодда, и тот заявил: «Нет». «Что?!» - взвыл голос, ведь впервые техник воспротивился его совету.

Коротко кивнув, мужчина устремился прочь, унося с собой чемодан, а Тодд покинул «Атлантиду». «Вернись!» - настаивал голос. – «Ты хоть знаешь, кто это был?» На что Тодд выдернул чип из нейроразъема, отбросил в сторону.

Сутки прошли; он свое обещание выполнил...

Парень направился прямиком в «Посмертие», обратился к бармену: «Как мне связаться с Ишэнь?» «А что тебе от нее надо?» - с подозрением осведомился тот. «Мы с ней вместе работали», - пояснил техник, на что бармен лишь хохотнул. «А ее фиксер, Протеро?» - настаивал Тодд. – «Как мне его найти?» «Подожди немного», - отозвался бармен. – «Он каждый вечер сюда приходит».

Тодд расположился за столиком в уголке, и не заметил, как уснул.

Проснулся лишь в шесть утра, вышел из бара, замер, глядя на гигантские экраны на небоскребах, где транслировался выпуск новостей, посвященный ночной атаке террористов на Арасака-тауэр.

А затем – лицо Ишэнь, и реклама нового брейнданса «Набег на пустоши». «Захватывающее приключение в самом сердце пустошей», - шла бегущая строка. – «Нападение на конвой ‘Зетатеха’. Гонка на выживание».

Изумленный до глубины души, Тодд шагал по улицам куда глаза глядят, тщетно пытаясь осознать случившееся. «Тодд!» - окликнула его подруга-таксистка. – «Ты теперь снимаешь брейндансы? Почему мне не сказал?» Техник продолжал шагать, не замечая никого и ничего, но от настырной девахи не так-то просто было отделаться.

«Это же был ты?» - спрашивала она, увязавшись следом. – «Я твой дерьмовый интерфейс везде узнаю! Никто больше такое старье не носит!.. Ты вообще знал, что снимаешь вирт? Ты на это соглашался? Ты в курсе, сколько за такое платят? Лекси с тобой что-нибудь подписывал? Он тебе выплатит гонорар?.. Говорят, они продали миллион ключей на этот вирт в первую минуту. Его уже весь город видел». «Это был не я», - только и сказал Тодд, не замедляя шага.

«А кто тогда?» - крикнула девушка ему вслед, и техник пожал плечами: «Не знаю. Голос. Он говорил мне, что делать». «В смысле, режиссер?» - озадачилась таксистка, предложила Тодду запрыгнуть к ней в машину и навестить знакомого адвоката: Лекси был должен технику кучу денег, это очевидно.

Но техник, будто не слыша подругу, продолжал медленно шагать по улице, все еще пребывая в состоянии шока. «А девчонка? Она знала, да?» - крикнула ему вслед таксистка. – «Если нет, то у нее большие проблемы...»

...Вернувшись в свою квартиру, Тодд первым делом купил в Сети доступ к «Набегу за пустоши», погрузился в брейнданс, заново переживая недавние события... отчаянно сознавая, что, сам того не ведая, обрек на гибель девушку, которую успел полюбить...

Не знал он, что в эту минуту в частный госпиталь корпорации «Найт», куда фиксер доставил раненую наемницу, врываются сотрудники безопасности «Зетатеха».

Пристрелив Просперо, они жестом приказали риперу отойти в сторону от кресла, в котором оставалась наемница, направили на нее оружие. Та попыталась было схватить пистолет со столика... но пуля пробила ей голову...

Год 2023. Где же Джонни?

Журналист ВНС – Всемирной Службы Новостей - Уоллс Томпсон предавался возлияниям в местном баре – впрочем, как обычно. Будучи упрямым циником, он давно уже разочаровался в этом насквозь прогнившем мире, потому и топил реальность в алкоголе.

«Что произошло на этот раз?» - с улыбкой обратилась барменша к завсегдатаю, явно имея в виду красноречивый фингал под глазом Уоллса. «Да все то же», - уклонился от ответа тот. «Никогда не сдаешься?» - рассмеялась девушка. «Делаю, что могу», - буркнул журналист, опрокидывая в себя очередной – который по счету? – бокал крепкого алкоголя. «Тогда почему они все еще не убили тебя?» - полюбопытствовала барменша. «Спустя три года после начала Четвертой Войны Корпораций они стали куда умнее насчет общественного мнения», - предположил Уоллс. «Да ладно?!» - хмыкнула барменша. – «Дружище, мы о корпах говорим. У них всегда найдутся возможности... Может, им просто наплевать на тебя, Уоллс».

Журналист нахмурился, осмысливая озвученную точку зрения. На большом настенном экране как раз начиналась трансляция его очередного репортажа, разоблачающего гнилую поднаготную корпорацию, и он попросил барменшу сделать звук погромче.

«Несколько недель назад неизвестные воспользовались ядерным зарядом, чтобы разрушить Арасака-тауэр», - рассказывал Уоллс в репортаже, сопровождающемся видеорядом бронемашин «Арасаки», ползущих по трассе. – «В результате обратилась в руины часть Найт-Сити. ‘Арасака’... все еще хозяйничает в Найт-Сити, и пытается нажиться на пиаре, разгребая тонны радиоактивных обломков. Но их цель в том, чтобы не был утерян ни один евробакс. Я скрытно вел наблюдение за местом взрыва. Для раскрытия грязных методов ‘Арасаки’. Ежедневно, примерно в пять утра, приезжает десяток грузовиков, и остаются до одиннадцати вечера... Что же они там делают?.. Я пытался отследить грузовики с помощью дрона... Но с корпами это не так-то просто».

Видеоряд изменился: Уоллс, рассматривающий сбитый дрон, беседующий с водителем грузовика, распахивающий створки кузова... «Вы меня знаете – я никогда не удаюсь», - вещал журналист. – «Поэтому я копнул глубже и нашел водителя грузовика, готового к разговору. Он больше не мог мириться с тем, чем занимается ‘Арасака’. С его помощью мне удалось узнать о том, что крупнейшая и богатейшая корпорация занимается контрабандой сотен нелегальных рабочих из Кореи. Они проживают в ужасных условиях, и многие погибли от...»

Посетители бара потребовали, чтобы барменша немедленно переключила на спортивный канал, и той пришлось подчиниться. «Прости, Уоллс», - вздохнула она, обращаясь к приунывшему журналисту. – «Им на подобное наплевать. «Да, как всегда», - резюмировал тот, и, покинув бар, поплелся восвояси.

Повсюду наблюдал он грязь, падение нравов, преступность – и всем было наплевать. Эти ублюдки, такие как посетители бара, существуют в своих жалких маленьких мирках и отчаянно противятся, когда кто-то пытается открыть им глаза. Что ж, он сделал все, что мог: попытался их растормошить... Но обществу удобнее оставаться в спячке... Поистине, тупорылый скот, иначе их и не назовешь...

Интересно, если на их глазах представитель некой безжалостной организации – банды или корпорации – причинит кому-то вред... рискнут ли они своими жизнями для спасения этого человека? Или же принесут его в жертву ради войны против этой организации? Эдакий тест на нравственность...

Снедаемый мрачными думами, Уоллс добрался до своей квартиры... обнаружив в комнате незнакомку. «Привет, Уоллс. Мое имя – Камнис», - бросила та. – «Кое-кто хочет с тобой поговорить».

Журналист спорить не стал. Он был не очень общительным типом. Но когда встречал кого-то, подобного Камнис, накачанную и вооруженную, следовало начать разговор. Уоллс послушно последовал за женщиной к выходу, занял заднее сидение в ее машине, и та понеслась по ночным улицам. «Куда мы направляемся?» - попытал счастья Уоллс. Как и ожидалось – молчание. Поразмыслив, он расспросы прекратил.

Но, когда машина свернула на побережье и приблизилась к одному из особняков, он сразу понял, кто за ним послал. Королева Стетсон – большая джазовая знаменитость. В свое время она была очень популярна. Теперь же она глава студии звукозаписи, которая почти обанкротилась несколько месяцев назад.

Камнис провела Уоллса в просторное помещение, где восседала в мягком кресле хозяйка особняка. «Что стряслось с вашим глазом?» - первом делом осведомилась та у гостя. «Кто-то сказал, что ваша музыка – отстой», - нашелся тот, и Стетсон рассмеялась: «Благодарю, что заступились за мое доброе имя. И за то, что пришли сюда». «Как-то не было особого выбора», - признался Уоллс, покосившись в сторону Камнис.

Стетсон помедлила, а затем осведомилась: «Полагаю, вам известен Джонни Сильверхенд?» «Моя интуиция подсказывает, что вам наверняка уже известен ответ», - отозвался журналист. «Надо же, ты смышленый!» - констатировала Стетсон. – «Где же ты был, когда я была в поисках партнера?» «Скорее всего в одиночестве, сидя в своей комнате и рыдая в подушку», - предположил Уоллс. – «Но черт возьми, возможно, еще не поздно, а?»

Стетсон долго молчала... Отослав Камнис, она провела гостя к бассейну за особняком, дабы изложить ему суть дела. «Подрывом Арасака-тауэр они изменили облик Найт-Сити», - говорила женщина. «Вы привели меня сюда, чтобы обсудить городскую планировку?» - журналист никак не мог понять, к чему клонит Стетсон. «Говорят, что это дело рук Джонни Сильверхерда, а не ‘Милитеха’», - продолжала глава студии. – «Ходят слухи, что на той улице под Арасака-тауэр корейские нелегалы нашли бомбоубежище. Внутри были тела. Вероятно, они видели также и труп Сильверхенда... Они в долгу перед тобой, так что, возможно, они расскажут тебе куда больше. Мне нужно, чтобы вы забрали его тело».

«Могу я узнать, зачем это вам?» - осторожно поинтересовался Уоллс. «У меня есть коллекция... реликвий, скажем так... от музыкантов, которые меня восхищают», - пояснила Стетсон. – «Мне нужна серебряная рука Джонни». «Жутковатое хобби», - поморщился журналист. – «Похоже, очарование Камнис призвано убедить меня взяться за это дело». «И моя интуиция подсказывает, что слишком долго убеждать не придется», - улыбнулась ему Стетсон.

Вернувшись в офис ВНС, Уоллс предложил своему боссу сделать сюжет про тело Сильверхенда в бомбоубежище «Арасака», но – к изумлению своему – получил категорическое «нет» в ответ. «Да мы можем уничтожить их!» - восклицал репортер, но босс был неумолим. «Это предположение о Джонни...» - мямлил он, отводя взгляд. – «Ваш репортаж о нелегалах... Четвертая Война Корпораций, бушующая на улицах... Люди не хотят слышать о подобном, еще и от нас. Они хотят видеть что-то приятное, забавное. Им необходимо расслабиться и отвлечься, отключиться от реальности».

«Вы хотите, чтобы они отключились!» - рявкнул разъяренный Уоллс. – «’Арасака’, ‘Милитех’, ‘Орбитал Эйр’ – корпы хотят, чтобы мы оставались в неведении!.. Мой сюжет про Джонни сбросит пелену с их глаз! Покажет им, насколько глубоко все прогнило! Это заставит людей подняться против ‘Арасака’!»

Босс лишь безразлично пожал плечами: мол, делай, что хочешь, а я остаюсь при своем мнении...

Направляясь к обиталищу нелегалов, Уоллс размышлял о последних событиях, случившихся в Найт-Сити. Очевидно, «Арасака» будет хранить молчание, но на улицах говорят, что это Джонни подорвал Арасака-тауэр. И найдись его тело среди обломков... Да, «Арасаку» это пугает. Они проигрывают в войне с «Милитехом» и боятся, что появление антикорпоративного героя может стать последним гвоздем в крышку их гроба. Это может положить конец владычеству «Арасаки» в Найт-Сити!

Навряд ли ВНС его поддержит в этом начинании. Ну и пес с ними. К тому же Королева Стетсон платит не в пример больше...

Добравшись до бараков нелегалов, дожидавшихся депортации, Уоллс проследовал к тем из них, с которыми успел свести знакомство во время своего предыдущего расследования. Высказав свое сожаление по поводу скорой депортации нелегалов, поинтересовался он, видели ли те тела под завалами. Испуганные, корейцы отводили взгляд, не желая говорить об этом.

«Не бойтесь, ‘Арасака’ ничего вам не сделает!» - настаивал журналист. – «Я на вашей стороне. Если они рыпнутся, у меня достаточно грязи на них, а они хотят оставаться чистенькими. Поэтому я полагаю, вы в безопасности». «Такаши Соно», - прервал затянувшееся молчание один из нелегалов, Хон-Жин. – «Он был нашим единственным контактом в ‘Арасаке’. Мы звали его, если что-то происходило. И в тот раз было так же. Мы нашли с десяток трупов в подвале. Такаши... Его заинтересовал только один. Мужчина с серебряной рукой. Он забрал тело и сказал нам молчать. Это все».

Поблагодарив корейцев за помощь, Уоллс покинул их утлое обиталище, размышляя. Что-то странное было во всей этой обстановке. Как будто они заранее все отрепетировали. Скорее всего, кто-то им пригрозил и заранее сказал Хон-Жину, что именно следует рассказать...

Одна из кореянок, присутствовавших при разговоре, смотрела на журналиста... странно... И сейчас он, спрятавшись за углом соседнего здания, прикладывался к бутылке, следя за входим в жилище Хон-Жина и его семьи. Вскоре кореянка появилась в дверях, и выглядела она совершенно иначе – стильная одежда, прическа... Непохоже, что кому-то через пару дней грозит депортация в Корею...

Уоллс проследил за девушкой до «Атлантиды», где та – как оказалось – работала барменшей. Она растерялась, увидев приблизившегося журналиста, который заказал двойной коктейль «Большевик» со льдом – и каплю правды. Вздохнув, кореянка провела Уоллса к черному ходу бара, и, искренне поблагодарив его за помощь, призналась: «В том бомбоубежище действительно было несколько тел. Как только мы их нашли, вызвали полицию. Позже мы узнали, что их было двенадцать... Их всех забрали. Такаши Соно был очень зол тем, что мы вызвали полицию. Он избил Хон-Жина». «И поэтому Хон-Жин солгал?» - уточнил Уоллс.

«Нет», - поколебавшись, произнесла девушка. – «Спустя пару дней кто-то позвонил... Не знаю, кто... Они пообещали, что ‘Арасака’ не депортирует нас, если мы расскажем тем, кто будет спрашивать, о том, что видели тело того парня с серебряной рукой. Это все, что мне известно...» «Хотите, дам совет?» - устало произнес Уоллс. – «Если останетесь в Найт-Сити, научитесь лгать. Здесь это хорошая валюта».

С этими словами он побрел прочь, а кореянка проводила его задумчивым взглядом...

На следующее утро Томпсон назначил встречу в кафе знакомой полицейской, и, ожидая ее, анализировал последние события. Кому нужен подкуп нелегальных рабочих для вранья о неком парне из «Арасака», у которого есть тело Сильверхенда? Может быть, таким образом пытается противостоять пропаганде «Арасаки»? Но Томпсону это было неинтересно; он хотел лишь одного – отыскать тело Джонни.

Полицейская, Эми, появилась вовремя, и была крайне недовольна тем, что Томпсон вновь втягивает ее в какую-то из своих авантюр. Журналист подобный настрой предвидел, потому, чтобы задобрить Эми, плеснул ей в кофе импортного ликера. «Что тебе нужно?» - поинтересовалась та. «Я знаю про бомбоубежище под Арасака-тауэр», - заявил Томпсон. – «Мне нужно, чтобы ты рассказала, в какой из моргов отправили жмуриков?»

«Да пошел ты, Уоллс!» - Эми рывком поднялась из-за столика, устремилась к выходу из кафе. – «Ты подонок, которого следует сгноить в тюрьме, ты в курсе?» Ошарашенный, журналист выскочил за полицейской на улицу, крикнул вслед: «Что это вообще было?» «Все дело в тебе, Уоллс!» - бросила через плечо Эми. – «Мне казалось, ты изменился... Подумала, может ты перестал быть самовлюбленным козлом... Но нет! Мы же на войне, гибнут люди, и ты все тот же тупой эгоистичный вояка с корпами, который хочет быть героем. Ты всегда был таким!» «Твою ж мать!» - разозлился Томпсон. – «Меня бы не было среди вояк с корпами, если бы ты выполняла свою работу! Разве ты не видела мой последний репортаж о нелегальных вопросах? Департамент полиции – это сборище ленивых мудил!»

«Почему же тогда их депортируют, ммм?» - осведомилась Эми. – «Это репортаж был не о бедных и обездоленных нелегалах... а о том, как доблестно в очередной раз ты сцепился с ‘Арасакой’!»

Томпсон заглянул в подпольную клинку Эзры – рипера от бога, бывшего сотрудника «Травма Тим». Журналист знал, что у Эзры обширные знакомства во всех моргах Найт-Сити, и намеревался воспользоваться этими связями.

Не ходя вокруг да около, Томпсон предложил риперу тысячу евродолларов за информацию о том, в какой из моргов направили покойников из-под Арасака-тауэр. «Могу сделать несколько звонков», - пожал плечами рипер.

Сделку они скрепили рукопожатием; Томпсон кивком указал в сторону девчонки, находящейся под наркозом в кресле Эзры, которой тот отсек правую руку по локоть и собирался установить кибернетический протез. «Похоже, дела у тебя идут в гору», - констатировал тот, и док усмехнулся: «Детишки насмотрелись новой рекламы от ‘Сайтех Кибернетик’. У меня в холодильнике уже больше десяти килограммов плоти...»

Вскоре Эзра получил достоверные сведения касательно местонахождения тел, и Томпсон, поспешив в означенный морг, приступил к их осмотру. Всего трупов было найдено двенадцать. Среди осмотренных журналистом одиннадцати Сильверхенда не было, и Томпсон устремился к хранилищу с двенадцатым...

«Какого хрена!» - в помещение ступил сотрудник морга, и был он явно не в духе. – «Эзра мне сказал – пять минут. Ты пробыл тут уже двадцать, и медитируешь среди этих тел, как гребаный извращенец!» «Еще один и затем я исчезну», - пообещал Томпсон. «Чувак, у меня нет времени возиться с тобой!» - возмущался сотрудник, и огрызнулся журналист: «Учись у своих здешних дружбанов. Им на все хватает времени».

Двенадцатое тело принадлежало некой женщине. Томпсон выругался, нахмурился, заметив на шее погибшей разрез...

В помещение ступили двое головорезов-Мусорщиков, и сотрудник заметно встревожился. Незнакомцы же были совсем не рады, узрев в морге постороннего, прорычали: «Кто ты вообще такой?» «Зови меня Мистер Никто», - обезоруживающе улыбнулся Томпсон. – «Не волнуйся, мне не интересны ваши делишки. С био-пластичными микросхемами, органами, или... всем чем угодно, что сейчас у них считается ‘модным’. Так что, ребятишки, я просто ухожу. И оставляю вас с вашими игрушками».

Журналист устремился к выходу, но один из головорезов схватил его за руку, прорычав: «Притормози! Откуда тебе вообще известно о нас?» «Ты серьезно?» - удивился тупости парня Томпсон. – «Ну ладно, ваш... узнаваемый прикид... говорит о вас многое. И теперь, когда все прояснилось, я, пожалуй пойду».

У Мусорщика, однако, было иное мнение на этот счет. Выхватив пистолет, он приставил его к голове журналиста, прошипев ему в лицо: «Здесь наверняка найдется пустая морозилка, на которой будет твое имя!» «Ты бы хоть эту пукалку от ‘Милитеха’ с предохранителя снял», - дружески посоветовал Томпсон, и когда головорез озадаченно воззрился на пистолет, с силой ударил его в челюсть.

Тот рухнул на пол, затих. Приятель головореза выхватил пушку, взвыл: «Ты завалил его!» «Да живой он, просто дрыхнет», - заверил ни в меру психованного паренька журналист. «Че ты мне тут втираешь!» - продолжал накручивать себя тот, направив пистолет на Томпсона, и тот, подняв руки, увещевающе произнес: «Ладно, ладно, успокойся. Клянусь, твой друг жив. Положи ствол и убедись сам». «Нет!» - орал головорез. – «Гонишь ты! Ты его развел, и меня пытаешься развести! Вы все балаболы! Относитесь к нам, Мусорщикам, как к дерьму! Как будто мы вонючие крысы! Ты... ты...».

«Остынь, парнишка», - взывал к разуму неистового Мусорщика Томпсон. – «Я понимаю – ты зол, но я тебе не враг. Это не я дал тебе скидку на твой первый имплант, а затем делал каждое обновление все дороже и дороже. Это не я делаю так, чтобы программное обеспечение устаревало после каждого обновления, вынуждая тебя обновляться! Ты и я... у нас общий враг!» «У нас?» - озадачился Мусорщик. – «И кто же?» «Да хреновы корпорации, вот кто!» - воскликнул Томпсон в праведном негодовании. – «Потому что из-за них ты разбираешь трупы на части! Что тебе еще остается? Простому парню из Найт-Сити?.. Этот город ничего тебе не даст, если только ты сам не позаботишься о себе!» «Ты реально прав...» - восхитился Мусорщик пламенной речью журналиста. – «Ты на самом деле понимаешь меня...»

...Придя к взаимопониманию с головорезом, Томпсон покинул морг, направившись к особняку Королевы Стетсон, сообщив ей о том, что корейцев шантажируют, чтобы они врали, а тело Джонни выступает отвлекающим маневром.

«Почему вы так уверены, что девушка не солгала?» - осведомилась Стетсон. «А зачем ей врать?» - удивился журналист, и собеседница его пояснила: «’Арасака’ может сполна оплатить стоимость любой лжи. Достаточную, чтобы обеспечить девушке хорошую жизнь в Найт-Сити».

«Тогда, возможно, вы врете», - заявил Томпсон, начав злиться. – «Вас слишком раздражает то, что я действовал не публично... И я сыт по горло этим дерьмом. Там нет никакого тела, и на этом моя работа закончена. Довольно!» «Как скажете, Уоллс...» - произнесла Стетсон. – «Я полагала, вы желаете что-то изменить... Но, вижу, вы предпочли безопасность для своей малозначимой жизни».

Согласно традиции, вечером Томпсон накидался в баре, на чем свет костеря корпов, а после, прихватив с собой бутылку, поплелся домой. Как тут возможно что-то изменить – с горечью спрашивал он сам себя. Обнажить, насколько глубоко тут все прогнило?.. Подорвать половину города? Найти тело, которого не существует?

Нет, сложившиеся устои изменить просто невозможно, и именно это осознание заставляло журналиста каждый вечер напиваться, чтобы забыть об этом мире.

Подойдя к двери квартиры, Томпсон пытался сфокусировать зрение на кодовом замке, когда кто-то окликнул его по имени...

Когда Томпсон пришел в себя, то обнаружил, что сидит на стуле в каком-то незнакомом помещении; руки его были связаны за спиной. Настроение паршивое, голова раскалывается, и, похоже, галлюцинации, ведь перед ним вышагивало сразу четверо Джонни Сильверхендов. «Кто вы такие?» - выдавил журналист, и четверо хором представились: «Мы Сильверхенды!»

Лицо Томпсона вытянулось от удивления; четверо неуверенно переглянулись. Журналист искренне расхохотался: он-то искал тело одной рок-звезда, а вот на тебе – сразу четверо! Выбирай, какого хочешь!

«Эй, дружище, хватит насмехаться», - произнес один из «Сильверхендов». – «Мы просто хотели тебе помочь!» «Помочь мне?» - недоверчиво осведомился Томпсон. – «Напав на меня и связав?» «Ты был настолько пьян, что вырубился», - пояснил «Сильверхенд». – «Потом, стоило тебя тронуть, и ты полез на нас с кулаками. А затем ушел в полную отключку, почти на двенадцать...» «Ладно, хватит с меня подробностей...» - ворчливо отозвался Томпсон, и «Сильверхенд» присел рядом со стулом, чтобы развязать ему руки. «Мы хотим помочь тебе забрать тело Джонни у ворюги Соно», - пояснил он. – «Чтобы обнародовать правду о самопожертвовании Сильверхернда. И дать толчок его восстанию против корпораций !»

«Это она вас послала?!» - насторожился журналист, и «Сильверхенд» искренне удивился: «Чего? Никто нас не посылал!» «Кто вам рассказал про тело и Такаши Соно?» - потребовал ответа журналист, и «Сильверхенд» растерянно произнес: «Это был анонимный звонок».

Покачав головой, Томпсон отправился к выходу из складского помещения, а четверо ряженых в Сильверхенда молодчиков озадаченно смотрели ему вслед. Но все же остановился, закурил, поинтересовался: «Один вопрос. Почему ‘Сильверхенды’? Что такого было в Джонни?» «Это его музыка», - отвечал один из представителей этого местечкового фан-клуба. – «наша печаль была его печалью, и наша боль была его болью... Он помог нам понять, как совладать с болью. Он понимал нас. И он пожертвовал собой ради нас... Вот почему мы боремся с корпорациями!»

«Охренеть...» - оценил прозвучавшее откровение журналист. – «Надо было стать певцом...»

Вне себя от злости он отправился прямиком в особняк Королевы Стетсон, и, приставив пистолет к голове Камнис, велел провести его к хозяйке. Та как раз плавала в бассейне и столь неожиданному визиту журналиста не обрадовалось. Впрочем, Томпсону на это было наплевать.

«Во-первых, я завязал с этой работенкой, так что не утруждайте себя», - бросил он нанимательнице. – «Во-вторых, сборище Сильверхендов? Что, серьезно? И, наконец, какого хера именно я?» «А мне откуда знать?» - огрызнулась Стетсон, на что Томпсон лишь плечами пожал: «Что ж, если не знаете, тогда вам лучше начать поиски другой телохранительницы». Камнис сглотнула, не решаясь пошевелиться; дуло у ее виска мотивировало оставаться без движения как ничто иное.

Стетсон выбралась из бассейна, молвила, обращаясь к журналисту: «В этом городе не так просто получить прибыл от музыкальной компании». «Ну конечно, особенно с учетом стоимости ренты виллы на побережье», - съязвил тот. – «И тем не менее, все удачно разрешилось, верно? Готов спорить, кто-то знал, как подкупить девушку роскошной жизнью в Найт-Сити?» «’Арасака’ отказала поддержку моей студии звукозаписи», - признала Стетсон. – «Благодаря их содействию, мне удалось сохранить многих потрясающих исполнителей».

«Так и знал, что вы добрая и пушистая!» - хмыкнул Томпсон, даже не думая отводить ствол от головы Камнис. – «А также догадывался, что тело Джонни было вами использовано в качестве приманки для меня. Поэтому я хочу знать: почему именно я? И что мне следовало сделать с этим парнем Соно, на встречу которого со мной вы так надеялись?» «Он административный директор в ‘Арасаке’, известный психопат, а также – вероятно – убийца», - продолжала извергать поток откровений Стетсон. – «Мои друзья из компании... весьма его недолюбливают. Несколько лет назад они, наверное, убили бы его, но...» «Спустя три года после начала Четвертой Войны Корпораций они стали куда умнее насчет общественного мнения», - заключил Томпсон.

«Скорее всего», - согласилась Стетсон. – «Им не удалось добиться его увольнения, поэтому они подключили творческий подход. И вот тут в дело вступаете вы... Конечно, вы не стали бы на них работать, поэтому они попросили меня об ответной услуге». «И как такой ‘малозначимый’ парень как я должен был убрать с радара влиятельного корпората?» - поинтересовался журналист. «После вашей программы о нелегалах он потерял часть друзей», - пояснила Стетсон. – «Мы рассчитывали, что вы начнете всесторонне копать. И нароете самые темные секреты Соно, чтобы он потерял как можно больше друзей...»

Томпсон усмехнулся: наконец-то все встало на свои места...

Этим вечером он вновь накидался в баре, но на этот раз пребывал в приподнятом настроении. А как же иначе: «Арасака» заметила его!.. Корпы хотели использовать его в своих разборках!

«И изменю этот хренов мир!» - радостно взвыл Томпсон, и иные завсегдатаи бара пожелали ему поскорее заткнуться, и в выражениях не стеснялись...

Журналист привычкам не изменял. Прикончив бутылку на станции метро, он побрел в сторону квартиры, отчаянно стараясь удержаться на ногах...

Девушка, обнаруженная в морге, все не шла у Томпсона из головы, и, проведя небольшое расследование, журналист поспешил в закусочную, где в это время трапезничала Эми. Последняя пришла в ярость – ушлый журналюга снова посмел ей испортить весь обед лишь одним своим присутствием!

«Мы должны помочь девочке», - улыбался полицейской Томпсон. «Надеюсь, корпораты здесь не замешаны?» - с подозрением осведомилась та. Ответ был написан у журналиста на лице, и Эми вознамерилась послать источник своих бед по всем известному адресу, но тот взмолился: «Нет, Эми, послушай! Я нашел тело ‘неизвестной’, и тебе нужно найти ее убийцу!» «Тело ‘неизвестной’?» - удивилась Эми. – «Ты о чем?» «Она – одна из жмуриков ‘Арасаки’, но погибла не в результате взрыва», - пояснил журналист. – «Кто-то перерезал ей горло и скрыл улики. И ее саму».

Эми вздохнула, вернулась за столик. Двое выпили по бокальчику польской водки, скрепив перемирие. «После того, как корейцы позвонили нам, в том бомбоубежище мы обнаружили одиннадцать тел уборщиков и ремонтников», - рассказывала журналисту страж закона. – «Они там задохнулись во время взрыва... Тело девушки было найдено в запертой комнате. Оно было там уже за несколько дней до взрыва. Трупы поместили в мешки и отправили в морг. Затем этот мудак из ‘Арасаки’ блокировал наше расследование. Как он сказал, ‘собственность корпорации’... Так что, Уоллс, у нас связаны руки».

«Послушай, Эми!» - настаивал Томпсон. – «У меня есть подозреваемый! Вам стоит поговорить с Такаши Соно, он административный...» «Мы знаем его...» - помрачнела полицейская. – «Именно он закрыл наше расследование. Отвратный ублюдок. Я уверена, ему известно о девушке, но он не станет говорить». «Может, мне попытаться?» - предложил Томпсон, и Эми опешила от неожиданности. «Его только тронь, и тебя арестуют», - предположила она. «Эй, я же подонок, которого следует сгноить в тюрьме, помнишь?» - отозвался Томпсон, повторяя сказанные недавно Эми в его адрес слова.

«Уоллс, оно того не стоит», - убеждала журналиста девушка. – «Даже если это не он, Соно прикрывает крупного корпората. Нам его не арестовать. К тому же ‘Арасака’ сильно сдает позиции в противостоянии ‘Милитеху’. Говорят, они уйдут из Найт-Сити к концу года. Самое крайнее – в 2024-м». «Да они тут навечно», - обреченно отмахнулся Томпсон. – «В общем, нам нужно его расспросить про нее. Как минимум выяснить имя девушки. Ее семье следует знать». «Ну, если ты разве что хочешь услышать благодарность от родственников», - молвила Эми. – «Но это ничего не изменит». «Может, именно такие перемены и нужны этому городу, Эми», - пожал плечами журналист, и полицейская хмыкнула: «Что этому городу нужно, то ядерная бомба побольше. Сделай материал об этом, Уоллс. Дольше проживешь».

Такаши Соно проследовал в пустующий ресторан, расположился за столиком, ожидая, когда принесут ужин. Неожиданно напротив него расположился мужчина, и на лице его было донельзя дерзкое выражение.

«Простите, но какого черта вы здесь...» - начал было Соно, на что Топмсон отозвался: «Заткнитесь и слушайте. Некоторые из ваших... коллег... хотят, чтобы я поимел вас. Я с легкостью это сделаю, но не стану, если вы скажете мне одну вещь. Девушка с перерезанным горлом. В бомбоубежище».

На лице Соно отразилось озарение. «Так вот откуда я вас знаю!» - воскликнул он. – «Вы тот журналист, который ненавидит корпорации! Не знал, что вы работали на ‘Арасаку’. Хотите выпить?» «Я не пью», - не моргнув глазом, соврал Томпсон, и Соно вздохнул: «Ах да, насчет девушки... Я не очень хорошо ее помню... В сексе она была хорошей наездницей, как мне помнится. Энергичной».

«А теперь расскажите, кем она была и кто ее убил», - потребовал журналист, направив на Соно пистолет. Эдакий тест на нравственность – для самого Томпсона. Предположим, представитель некоторой безжалостной организации – банды или корпорации – причиняет кому-то вред. Способен ли он рискнуть жизнью ради этого человека?.. Или пожертвовать им рады борьбы с целой организации?

«Она была куклой-гейшей, игрушкой», - отозвался Соно, не сводя взгляд с оружия в руках собеседника. – «Стертая личность, без семьи и без имени». «Кто убил ее, ты, кусок дерьма?» - прошипел журналист. «Зачем тебе вообще знать, а?!» - взвизгнул корпорат, разозлившись. – «Какая тебе разница, что произошло с этой безымянной шлюхой? Никому это не нужно! Давай, изобрази героя и отомсти за нее! Знаешь, если ты меня тронешь, то сделаешь огромное одолжение некоторым большим шишкам из ‘Арасаки’ и ‘Милитеха’! Мужик, какого хрена, она была ник...»

Тираду его оборвал выстрел.

Год 2065 - 2076. Эджраннеры

Эджраннер – Папаша Санрайз - вел машину по улицам Найти-Сити; на заднем сидении расположились его отпрыски – Пилар и Ребекка.

«Хотите, чтобы папаша вами гордился?» - спрашивал мужчина. – «Ну же, кем хотите стать, когда вырастите?» «Я хочу стать знаменитым эджраннером – как ты, папа!» - выпалил Пилар, и мужчина, одобрительно кивнув, обратился к дочери: «А ты, малышка Би?» «А я хочу заботиться о милых собачках!» - заявила Ребекка. – «Играть с ними, баловаться, расчесывать...»

Папаша Санрайз резко надавил на педаль, и автомобиль остановился. «Так не пойдет, Ребекка!» - процедил он, оборачиваясь к опешившим ребятам. – «Только не в Найт-Сити! Оглянись вокруг!»

Он указал в сторону, где продолжалась перестрелка между уличными бандами, пояснил: «Этот город – гребаная военная зона! А войны не выигрываю, расчесывая собачек. Вы должны доказать, что полезны. Влиться в этот социум, стать его частью. Корпоратами, если готовы продать свои души. Или уличными головорезами, если можете отринуть свою мораль. Или же... вы можете стать эджраннерами. Вам будут любить. Вам будут завидовать. Вы сможете иметь все, что пожелаете, и быть уважаемыми. Просто быть свободными... Итак, кем же ты хочешь стать, когда вырастешь, Ребекка?»

С тех пор прошло несколько лет... и сейчас Пилар и Ребекка, чьи тела были основательно начинены хромом, дремали в ржавеющем на одной из улиц Кабуки кабриолете, прежде принадлежавшем их отцу. Какой-то местный забулдыга приблизился шатаясь, к машине, принялся мочиться на кузов.

«Ты чего творишь, урод?!» - вскинулся Пилар, разбуженный журчанием. – «Ты на нашу тачку ссышь!» «А вы кто такие, ублюдки?» - прошамкал забулдыга. «Я – эджраннер!» - заявил Пилар, уверенный в том, столь немалый вес несут эти слова, но забулдыга лишь расхохотался. «Эджраннер!» - кудахтал он. – «Да вы живете в гребаной тачке без колес посреди улицы! На нее даже ссать неинтересно! Омерзительно!»

Мужик зашагал прочь, и Пилар завопил ему вслед: «Вот увидишь, говнюк, с сегодняшнего дня наши жизни изменятся, и ты мечтать будешь о том, чтобы на нашу тачку нассать! Увидишь!» «Удачи с этим, говнораннер», - помахал рукой забулдыга.

Обернувшись к сестре, поинтересовался Пилар: «Уже время?» «А мне почем знать?» - надулась девушка. – «Все сбережения на обновления нашего софта пошли, часы продала, чтобы на еду осталось».

«Эй, бомж, который час?» - крикнул Пилар вслед забулдыге, и тот, продемонстрировав дорогие часы на импланте, заменяющем руку, отозвался: «Двадцать минут десятого! Лишь бомжи часы не носят!»

«Двадцать минут десятого, Бекка», - вновь обратился Пилар к сестре. – «Через час все изменится благодаря тетушке Вакако! Нам нужно быть на месте в двадцать минут одиннадцатого!» «Выдохни!» - осадила его та. – «Мы можем спешить медленно и успеем как раз вовремя». «Нет, если остановимся перекусить!» - настаивал Пилар. «Это за какие же шиши?» - окрысилась его сестрица. – «Я устала быть здесь лишь одной взрослой!»

«Ну прекрати, Бекка, скоро у нас будет денег дохрена!» - взвыл Пилар. – «Но я не могу идти на дело на пустой желудок!» «Ты не можешь идти на дело, потому что сам - жалкий киберпанк!» - ухмыльнулась Ребекка, чем окончательно расстроила братца.

...Ребекка тяжело вздохнула... и вскоре двое набивали животы в закусочной «Жопа в Джапантауне», находящейся в одноименном районе города.

«Да не дуйся», - говорил Пилар сестре, которая прожигала его злым взглядом. – «После того, как выполним работенку для тетушки, Вакако, мы в эдди купаться будем». «Она не наша сраная тетушка», - отчеканила Ребекка. «Как ее папаша называл...» - напомнил ей Пилар. – «И она была его ключевым фиксером. Она нам поможет. Сделает из нас эджраннеров, и начнется настоящая житуха! Горячие цыпочки, быстрые гонки, шикарный хром...»

«Эй, милая, не хочешь присесть с нами?» - донеслось до них. Обернувшись, Пилар и Ребекка наблюдали головорезов из банды Животных, пристающих к официантке. «Даже не думай, Бекка», - шепнул Пилар сестре, заметив, как глаза той угрожающе сузились.

Официантка пыталась возражать негодяям, говоря о том, что босс не разрешает ей на работе общаться с посетителями, на что головорезы продемонстрировали оружие, заявив: «Босс возражать не станет».

«Ребекка, нет!» - в ужасе шептал Пилар. – «Помни, чему отец нас учил. Никогда никого не жалей в Найт-Сити, ибо в ответ тебя не пожалеют...»

Четверо головорезов силой усадили официантку на барную стойку. Один из насильников приблизился к девушке... зашатался и рухнул на пол; из макушки его торчал нож, метнула который Ребекка. «Понятия не имею, почему вы называете себя Животными», - произнесла она в потрясенный тишине, когда все без исключения негодяя обернулись к ней. – «Животные самые гребаные милые твари на этой гребаной планете! Как же я хочу вас обнять... битым стеклом, огнем... и всем остальным, что сдерет эти ваши гребаные фальшивые мышцы до самых мать их костей, ублюдки!»

Схватив со стола банку кетчупа, Ребекка метнула ее в одного из головорезов, пробив тому глаз – и череп. Двое оставшихся в живых Животных взяли в руки автоматы, и Пилар метнулся на диван, потянув за собой сестру. Пули свистели у них над головами.

«Братец, а где наши стволы?» - поинтересовалась Ребекка, и, когда Пилар замешкался с ответом, опешила: «Ты обменял все на еду?» «Я парень, Ребекка!» - заныл Пилар, закрыв лицо руками. – «У меня есть потребности».

В ярости Ребекка схватила первое, что попалось под руку – стеклянную тарелку, метнула ее в одного из противников, отсекая тому голову. После чего ринулась к единственному оставшемуся, сокрушила тому череп ударом ноги. Все же хромированные конечности дорогого стоят!

Официантка, пребывая в шоке, осматривалась в залитой кровью забегаловке, а Ребекка, подняв с пола дробовик одного из Животных, заявила брату: «Устала я быть единственной гребаной взрослой здесь!.. Эй, Пилар, эту пушку ты не продашь – уж слишком она мне понравилась!»

«Пошли вон!» - взвыла официантка, придя, наконец, в себя. – «И никогда не возвращайтесь!»

Заметив, что настенные часы показывают двадцать одну минуту одиннадцатого, Пилар и Ребекка со всех ног выбежали из забегаловки, бросились в направлении офиса Вакако. «Мы опаздываем», - стенал Пилар, - «и все из-за тебя!» «Из-за меня?» - рявкнула Ребекка в ответ. – «Ну ты и козлина! Это ты жрать захотел!» «Не я обнулил пачку уродов!» - орал Пилар. – «Ты вообще с гневом справляться не умеешь!» «Чего?!» - отозвалась Ребекка. – «Не я продала наши последние стволы! Наших гребаных деточек! Думаешь, Вакако наймет нас без этих рабочих инструментов?!» «Уверен, она нам что-нибудь одолжит», - усмехнулся Пилар. – «Она ведь наша тетушка, Бекка!»

...Наконец, брат с сестрой добрались до офиса Вакако Окады, и та, смерив взглядом обоих, отрезала: «Никакого поручения. Вы опоздали». «Хотели сделать все как подобает», - зачастил Пилар. – «Нужно было больше времени на подготовку. И ты знаешь, что не найдешь никого лучше для этого дела».

«Уже нашла», - заявила фиксер, наблюдая за автомобилем, выезжающим из ее гаража. – «Они действуют быстро... Я правда любила вашего папашу, и смерть его весьма меня опечалила. Но есть в ней и один положительный момент. Но никогда не узнает, как сильно вы бы его разочаровали».

Двоим не оставалось ничего иного, кроме как покинуть салон пачинко, служивший прикрытием для обиталища тетушки Вакако. Пилар опустился на ступеньки, в отчаянии сжал голову руками, выдавив: «Это был наш единственный шанс. Мы никогда не станем эджраннерами. С нами все кончено...» «Нихрена...» - ухмыльнулась Ребекка. – «Ничего не конечно, пока я этого не скажу!»

Она подошла к мотоциклу, оставленному у здания доставщиком пиццы, и, расположившись на сидении, заявила брату: «Предоставь все мне! Мы станем эджраннерами! Вот увидишь!»

Сорвавшись с места, мотоцикл устремился прочь по улице. Ребекка преследовала автомобиль «Квадра Турбо», который прежде выехал из гаража тетушки Вакако.

Находящиеся в машине мужчина и женщина в темных костюмах заметили девчонку на мотоцикле, вопящую и приказывающую им остановиться. Переглянулись, взяли в руки пистолеты, не понимая, чего хочет эта сумасшедшая.

Открыли окошко у пассажирского сидения, и Ребекка, поравнявшись с автомобилем, заявила: «Привет-привет! Эджраннеры, да? Выполняете поручение для тетушки Вакако, так?» «А тебе какое собачье дело?» - отозвались эджраннеры, и Ребекка лучезарно улыбнулась: «Рада, что спросили. Я собираюсь выполнить его за вас».

«Сосни свинца!» - эджраннер принялась палить в Ребекку. Та отчаянно маневрировала на мотоцикле, и, оказавшись в слепой зоне движущегося автомобиля, перепрыгнула на крышу оного. Свесилась на лобовое окно, протянула, глядя на опешивших эджраннеров: «Это было грубо! Давайте начнем сначала. Дело в том, что мой старший братец очень хочет стать эджраннером. Не затыкается, просто с ума меня этим сводит... Как насчет сделки: я выполню всю грязную работу, и мы разделим вырученные деньги пополам».

Мужчина резко надавил на педаль тормоза, и Ребекка, не удержавшись, свалилась на землю. Эджраннеры вышли из машины, и, направив пистолеты на девчонку, участливо осведомилась: «Сдохнуть хочешь? Есть последние слова?»

Толпа, наблюдавшая за происходящим, предпочитала не вмешиваться. Парочка эджраннеров в темных костюмах была весьма знаменита на этих улицах, и люди с предвкушением ожидали, когда прикончат они девчонку и можно будет подойти за автографом...

Пребывая в унынии, Пилар вернулся к остову отцовского автомобиля в переулке Кабуки. Начался дождь. Вспоминал парень, как отца его облизывали повсеместно, где бы тот ни появился. «Доброе утро, господин Санрайз». «Что закажете, господин Санрайз?» «все ли вас устраивает, господин Санрайз?» Знаменитый эджраннер превратился фактически в объект поклонения, что Пилара весьма восхищало.

«Посмотрите-ка – эджраннер во всем своем одиночестве», - послышалось ехидное, и, обернувшись, Пилар воззрился на знакомого забулдыгу с энурезом, щерящегося ему в лицо. В отличие от Пилара, тот не мок под дождем, ибо чувствовал себя вполне комфортно под зонтом. «Я так и знал, что девчонка бросит здесь твою ленивую жопу», - хихикнул мужик. «Нахер иди, дедуля», - дружески посоветовал ему Пилар. – «Бекка никогда меня не бросит».

«Хочешь зонтик?» - предложил забулдыга. «Правда?» - Пилар тут же забыл о своей неприязни к этому скользкому типу – то есть, замечательному душевному человеку. – «Конечно, хочу!» «Тогда просто признай, что бомж», - предложил мужик. «Чего?!» - разозлился Пилар. – «Да пошел ты, гребаный бомжара!» «Как скажешь, бомжара», - хихикнул мужик, устремляясь прочь. – «Не я тут мокну в одиночестве».

О забулдыге ходили разные слухи. Да, сейчас он бездомный, однако манеры, вкус и знание этикета указывали на то, что прежде он был кем-то иным. То ли высокопоставленным корпоратом, то ли опальным членом одной из королевских семей Европы... но никто не знал, как очутился мужчина на грязных задворках Найт-Сити. Ричард IV – так прозвали его местные...

Ребекка буравила злым взглядом потенциальных убийц, направивших на нее пистолеты.

«Последние слова?» - повторил эджраннер. – «Времени у нас мало». «Могу задать вопрос?» - осведомилась девушка. – «Погони на магистралях, перестрелки, последние слова... Быть эджраннером – значит все время находиться на грани жизни и смерти! Мой вопрос: к чему все это? Зачем идти на такой риск?»

Эджраннеры переглянулись, указали Ребекке на собравшуюся вокруг толпу, заявив: «Все внимание к нам приковано! Мы получаем кучу денег, славу... и все хотят прикоснуться к нам!» «Да, но одиночество – это тоже неплохо», - молвила Ребекка, и эджраннеры воззрились на нее озадаченно. – «Не приходится общаться с теми, кто тебе не нравится. Можешь позволить себе остановиться, поразмышлять о всяком дерьме – о мире, например... И тишина – как по мне, она весьма недооценена. Вы не устали от того, что вас пожирают глазами все эти засранцы?»

«Думаешь, ты лучше нас?» - разозлились эджраннеры. – «Как будто тебе внимание не нужно! Сама ведь сказала, что делаешь это ради своего братца, и прожигаешь свою жалкую жизнь ради его одобрения!.. Но все это будет неважно, когда мы всадим пулю тебе в лоб. А твой братец никогда не станет...»

Слова Ребекки так разозлили этих двоих, что не заметили они, что все это время девушка мало-помалу отползала к лежащему на земле дробовику, выронила который при падении с крыши автомобиля.

Первого из эджраннеров Ребекка пристрелила сразу, после чего метнулась в ближайшее укрытие. Взбешенный, второй открыл огонь на поражение, и зрители в панике бросились врассыпную. Не все – трупы жаждущих искупаться в ореоле славы парочки эджраннеров остались остывать на земле.

Меткие выстрел Ребекки оторвал противнице ее левую руку, и осела та наземь. «Ну, и где теперь все твои фанаты?» - осведомилась Ребекка, направив оружие на голову женщины, ибо улица вдруг оказалась совершенно пуста. – «Передай мне всю информацию о задании Вакако, или я обнулю тебя здесь и сейчас».

Превозмогая боль, эджраннер начала говорить. Есть человек, лицо которого практически никто не видел, ровно как и неизвестно, чем конкретно он занимается – «Арасака» хранит это в строжайшем секрете. В целях безопасности каждые несколько дней он получает новую щепку – и новую личность. Как следствие, он забывает о том, чем занимался до этого.

«Этот человек сменил сотни личностей – и однажды не выдержал», - рассказывала Ребекке эджраннер, зажимая рукой кровь, хлещущую на мостовую. – «Мозг коротнул, и он забыл о том, кем на самом деле является. Не зная, что он на самом деле знает и помнит, ‘Аракаса’ приняла решение от него избавиться. Об этом пронюхали иные корпорации – и банды. И теперь все они на хвосте у этого паренька – ведь кто знает, какими тайнами он владеет?»

Автомобиль кружил по улицам Найт-Сити, и молодой человек, занявший заднее сидение, обратился к корпоратам на передних: «А куда мы направляемся?» «В очень милое место», - заверил его водитель. – «Увидишь». «Это же замечательно!» - юноша даже в ладони захлопал. – «А как вас зовут?»

Корпы переглянулись. «Меня зовут Закрой, а его – Твою Пасть», - пошутил водитель, и юноша улыбнулся: «Понял. Твою Пасть и Закрой. Отличные имена... А мы трое... хорошие друзья?» «Да, до самого конца», - ухмыльнулся Твою Пасть. «Здорово!» - восхитился юноша. – «А как зовут меня, не подскажете?» Этот вопрос его сопровождающие оставили без ответа.

Автомобиль остановился на одной из улиц Джапантауна, и корпораты велели своему пассажиру выйти из машины. «А где мы?» - невинно осведомился тот. – «И зачем?» «Хотим тебе кое-что показать», - отвечали двое. – «Наш маленький секрет».

«Но где же он?» - юноша недоуменно воззрился на пустую улицу, не замечая, как двое направляют на него пистолеты. – «Я ничего не вижу». Он обернулся, и, узрев пушки, растерялся, выдавив: «Но, мне казалось... вы сказали, что мы друзья?» «Не вышло», - ощерился корп. – «Уж прости».

Прозвучали два выстрела... и корпораты распластались на земле в лужах собственной крови.

«Ты пойдешь со мной», - к опешившему молодому человеку приближалась Ребекка. «Ты спасла меня!» - восхитился тот, бросился к девушке, обнял ее: «Ты мне нравишься!»

...Пилар был несказанно рад, когда сестра явилась к их непритязательному жилищу-автомобилю, поведав о том, что спутник ее – предмет поручения тетушки Вакако. «Вакако хочет, чтобы мы привели его к ней», - протянула Ребекка. – «Но выслушай меня...»

«Погоди! Кое-что должен увидеть этот исторический момент!» - перебил ее Пилар, озираясь по сторонам в поисках своей немезиды. Та оказалась поблизости и как раз собиралась перекусить.

«Ребекка, скажи этому старому пердуну, что мы теперь эджраннеры!» - ликовал Пилар. «Понимаешь... я хочу его оставить», - призналась девушка, указав на своего спутника. «И я так хочу!» - лучезарно улыбнулся тот.

«Что?» - взвыл Пилар, хватаясь за голову. – «Да быть не может!» «Увидимся, бомж!» - помахал ему рукой Ричард IV, и, хихикая, зашагал прочь...

«Бекка, но почему?» - спрашивал Пилар. – «Мы же так близки! Нам нужно лишь доставить его Вакако, и все: мы – эджраннеры! Если не сделаем это – останемся никем до конца наших жалких жизней! Не будет у нас ни денег, ни еды – ни-хре-на! Ты хочешь все это отринуть... и чего ради?! Мы ведь ничегошеньки не знаем об этом пиджачке! Даже имени!»

«Как и он сам», - напомнила брату Ребекка. – «Они стерли его память – его личность! Но мне кажется, в душе он хороший человек. По глазам вижу. Вакако же продаст его корпам, которые просто искупают его в кислоте». «Хороший человек?» - опешил Пилар. – «А что, если он какой-нибудь серийный убийца?.. И не думай даже – мы тащим его задницу к Вакако!»

«Простите меня», - подал голос юноша, который внимательно изучал остов автомобиля, служившего брату с сестрой домом. – «Прежде я красил машины... и ваша мне знакома. Я красил ее... для... Папаши Санрайза...

В истерзанной памяти вспыхнули образы. Эджраннер пригнал изрешеченную выстрелами машину на СТО. Он только что обнулил нападавших, но состоянием машины был весьма расстроен. Хозяин СТО заверил эджраннера: его бойцы сделают из машины конфетку за неделю! «Два дня», - мягко возразил Папаша Санрайз. – «И я хочу другой цвет». «Ни слова больше!» - хозяин подозвал своего сотрудника, заверив клиента в том, что тот выполнит покраску в наилучшем виде.

«...Для Санрайза?!» - опешили Ребекка и Пилар, и последний обернулся к молодому человеку: «Врешь! А ну, докажи! Где это было?» «Я работал в гараже Джоя», - растерянно отвечал тот. «Гараж Джоя!» - громко зашептал Пилар сестре. – «Любимая СТО папочки! Он правду говорит, Бекка».

Обратившись к новому знакомому, взмолился Пилар: «Расскажи больше о нем!» «Он был добрым человеком и нравился мне», - отвечал тот. «Добрым!» - осклабился Пилар. – «Да, это точно наш папаша! Слышала, Бекка?» «Значит, он может остаться?» - уточнила та, заявив, что спать юноша может в багажнике. – «Ну что, братец, приветствуем его в команде?»

«Ты серьезно?» - Пилар с сомнением воззрился на остов отцовской машины. – «Мы трое здесь поместимся?» «Машина красивая», - задумчиво протянул безымянный, и Пилар расстроился: «Да, и создана для скорости, а не для того, чтобы в ней жить. Мы действительно команда бомжей...» «Прекрати ныть», - прервала его сестра. – «Придумаем что-нибудь. Всегда так было». «У нас был один шанс, Бекка, а мы его просрали», - стенал Пилар.

«Я могу найти работу – красить машины», - предложил их новый компаньон. – «Денег будет достаточно, чтобы мы трое сумели себя прокормить!» «Нахер покраску – давай лучше машины угонять!» - у Пилара нашлось предложение получше. – «Мы были рождены, чтобы стать эджраннерами – это у нас в крови!»

«Красть машины...» - протянул юноша задумчиво. – «Да, думаю, это вполне возможно. Я все еще помню, как проникнуть в гараж Джоя и не активировать сигнализацию».

...Сказано – сделано. Этой же ночью трое отправились к гаражу. Ребекка забралась на плечи к брату, после чего подсадила их нового спутника, чтобы тот смог добраться до одного из окон, расположенных высоко над землей.

«А проще никак было нельзя?» - выдавил Пилар, едва на ногах стоя. «Это единственный путь», - отозвался молодой человек, пытаясь открыть окно. – «И потише, пожалуйста. Каждую ночь Джой приглашает своих клиентов и иных опасных персонажей поиграть в карты в подвале гаража».

«А это не слишком грубо?» - осведомилась Ребекка, когда юноша забрался в окно и теперь протягивал ей руку, помогая подняться. – «Угонять машины у парня, который чинил папашин автомобиль?» «Джой менял отличные запчасти на бракованные», - просветил ее юноша. – «Клиенты продолжали возвращаться к нему, как следствие. Вот это, на мой взгляд, грубо». «Вот урод!» - резюмировал Пилар, ловко взбираясь по стене здания и прыгая в окно. – «Он заслужил, чтобы его ограбили!»

Трое оказались внутри гаража, залюбовались на автомобили, здесь находящиеся. Все они были дорогими и красивыми, и растерялись Ребекка и Пилар: какую же из них угнать?.. Вскоре они начали спорить – все громче и яростнее.

Пилар нечаянно толкнул один из автомобилей... и тот, прокатившись немного, ударился в стену. Взвыла сигнализация, и незадачливые начинающие эджраннеры заметались по гаражу, не зная, как поступить и какую машину угонять.

«Я нашел ключ от личной машины Джоя», - положил конец панике юноша, исчезавший куда-то на сколько минут, но теперь вернувшийся. Трое запрыгнули в означенный автомобиль, Пилар занял место за рулем, завел двигатель, вывел машину на ночные улицы города неоновых огней.

«Дамы и господа, спасибо, что смотрите шоу Пилара и Ребекки в прямом эфире», - Пилар откровенно наслаждался результатом предприятия. – «И теперь брат и сестра продадут эту пташку и войдут в большую лигу! Начнут выполнять заказы, станут гребаными легендами, и Найт-Сити будет принадлежать им! Теперь все будет хорошо, я уверен в этом!»

Юноша молча сидел на заднем сидении автомобиля, рассматривая свое окровавленные ладони. Десять минут назад, когда Ребекка и Пилар яростно спорили о том, какую из машин им следует угнать, он взял в руки гаечный ключ, проскользнул в подвал гаража... и хладнокровно перебил всех, собравшихся там для игры в карты...

Когда на следующий день сын Джоя наведался наряду с подручными в гараж, то обнаружил там труп отца и его партнеров по покеру.

«Они убили моего папашу и машину его угнали!» - прорычал он. – «Когда найду их, хребты вырву!»

Подручные переглянулись: кто оказался столь нагл, чтобы прикончить Джой? Возможно, Животные? Или мусорщики?.. Или... эджраннеры, получившие заказ на устранение старика?..

Тем временем незадачливые угонщики отчаянно пытались избавиться от угнанных колес. Припарковав автомобиль у бара «Кровь на пыли» в Санта-Доминго, они наперебой расхваливали товар, предлагая его за пятьдесят кусков – и это еще со скидкой!

«Желтая кожа и деревянные элементы создают уют в салоне!» - надрывалась Ребекка, но прохожие почему-то проходили мимо, и в сторону автомобиля даже не смотрели. «Прекрати ты нести чушь про цвет и уют!» - советовал Пилар сестре. – «Крутые парни хотят слышать о крутизне машин!»

«Мне кажется, эстетика весьма важна для некоторых лю...» - начал было юноша, и Пилар прервал его: «Заткнись! Твоя блондинистая задница все еще на испытательном сроке, помнишь?! Будь я на твоем месте, попытался понять, почему никто не хочет купить эту потрясную тачку!»

«Действительно, мистика», - к троице подошла молодая женщина в строгом черном платье и белом пиджачке. – «Особенно учитывая, что это не ваша тачка». «Концепция владения – весьма спорный философский...» - начал юноша, и Пилар прервал его, выкрикнув в лицо незнакомке, схватив ее за бант на блузе: «Да что вы вообще о ней знаешь?» «Руки!» - холодно процедила та, и Пилар поспешно отошел на шаг. – «Во-первых, никогда ко мне не прикасайся. А во-вторых – это малютка Джоя. И, в-третьих, - Джой мертв. И, наконец, последнее: сын Джоя ищет убийц его папаши».

Ребекка и Пилар опешили от этих новостей, а незнакомка продолжала: «В настоящее время Джой Младший – тот еще безумный мудила - прочесывает город с бандой ‘Шестая улица’, а вы пытаете продать гордость его преставившегося папочки? Как по мне, это делает всех вас главными подозреваемыми... К счастью, по улицам ходят слухи, что преступление совершили Животные. Или Мусорщики. Или эджраннеры. Но вы явно зеленые птенчики... Так что, если избавитесь от...»

«Эджраннеры!» - возликовал Пилар, чем весьма озадачил и незнакомку, и сестру. – «Она сказала – эджраннеры! Гребаные эджраннеры!» «У него с головой плохонько?» - шепнула женщина Ребекке, и та улыбнулась: «Он просто любит мечтать масштабно».

«Эй, ты, с дерьмом вместо мозгов!» - окликнула женщина танцующего у машины Пилара, и тот смутился. – «Я, вообще-то, серьезно. Не знаю, откуда у вас эта тачка, но я уверена, что это не вы обнулили Джоя. Я этого представить не могу, как ни стараюсь... Не обижайтесь, но... выглядите, как сборище ссыкунов». «А вы сделали этот вызов, глядя на наш внешний вид, поведение, или...» - заинтересовался безымянный, и Пилар рявкнул на него: «Заткнись!»

«Советую вам избавиться от этой красотки, и побыстрее», - промурлыкала женщина. – «Понимаете ведь, какая проблема со ссыкунами... они сами напрашиваются, чтобы их отодрали».

Вспоминал Пилар, как однажды отец привел их с Ребеккой в пустоши за городом, возвестил, патетически взмахнув руками: «Только представьте: город все время произносит ваши имена! Быть эджраннерами – значит, обрести бессмертие». «Если я смогу стать знаменитой, заботясь о животных, значит тоже стану бессмертной», - заявила Ребекка, и Папаша Санрайз отмахнулся: «Скучное существование и смерть в собственной постели – никто о тебе даже не вспомнит. Из жизни нужно уходить в зените славы! Так поступают эджраннеры!»

...Получив предупреждение от загадочной дамы, Пилар, Ребекка и их новый компаньон вывели угнанный автомобиль в пустошь, намереваясь избавиться от него, и поскорее.

«Пилар, а что, если они и впрямь нас прикончат?» - спрашивала Ребекка. «Пофиг! Зато умрем как эджраннеры!» - заявил Пилар. – «В нашу честь коктейль назовут в ‘Посмертии’... И папаша... будет нами гордиться». «Ладно, что бы ты ни задумал – я с тобой», - согласилась Ребекка.

«Есть одно техническое замечание», - поднял руку корп, который в последнее время Пилара весьма бесил. – «У нас нет уличной репутации, и, как следствие, мы ближе к ссыкунам, нежели к эджраннерам, и отношение к нам, вероятно, будет соответствующим. Для меня смерть – это смерть, как ссыкун или кто бы то ни было еще. Но для все, возможно, ина...» «Заткнись!!!» - взывал Пилар, вне себя от ярости.

Но, поразмыслив над словами молодого человека, вынужден был признать: «Блондинчик прав. Давайте просто свалим отсюда. Бросим машину здесь и сделаем вид, что ничего не было...» «Еще одно техническое замечание...» - заявил юноша прежде, чем Пилар смог его остановить. – «Если бросим машину – проблему не решим. Наше ДНК там повсюду».

Трое заявились на ближайшую заправочную станцию, и, обратившись к владельцу, заявили, что хотят купить десять галлонов горючего. Пилар надеялся сжечь проклятый автомобиль дотла.

«Пятьдесят евробаксов», - невозмутимо проронил владелец. «Чего?!» - взвыл Пилар. – «Это же грабеж средь бела дня!» «Грабеж?» - набросился на него владелец. – «Еда, лекарства, школа – все грабеж, но упаси Господь, если топливо поднять хоть на один энни! Это тебе не старые Штаты, приятель! Топливо – такой же грабеж, как и все остальное!»

Пилар отошел от прилавка, и, поманив к себе сестру и корпората, шепнул: «У кого-нибудь есть план Б? Потому что мы на нуле». «Я могу свой любимый дробовичок продать», - предложила Ребекка. «Ни в коем случае!» - воскликнул Пилар. – «Он нам пригодится, чтобы запрыгнуть обратно в поезд эджраннеров!»

Делать было нечего: раз сжечь машину не выйдет, остается лишь сбросить ее с утеса. Ребекка и юноша с тревогой наблюдали, как Пилар направил автомобиль по склону вниз, к высокому утесу, коий обнаружили они в пустошах. «Выпрыгнуть не забудь!» - крикнула брату Ребекка.

«Как говорил папаша, из жизни нужно уходить в зените славы», - шептал Пилар, сжимая ладонями руль. – «Быть эджраннерами – значит, обрести бессмертие».

Он вознамерился было выпрыгнуть из движущегося к краю утеса автомобиля, но зацепился ногой за ремень безопасности. Ребекка навела на машину дробовик, намереваясь выстрелить в ремень, но медлила: «Что, если я ему ногу отстрелю?»

И тогда корп взял оружие из рук девушки, извлек из дробовика тонкую металлическую деталь, прицельно бросил... Та рассекла ремень безопасности, и Пилар выпал из автомобиля, благодаря юношу за спасение своей никчемной жизни.

Машина же рухнула в пропасть... и осталась у подножия утеса – похоже, на ней даже царапинки не возникло. «Мы с этой тачкой навсегда», - закрыл лицо руками Пилар, пребывая в полном отчаянии. «Возможно, нет», - задумчиво протянул юноша. – «Кто сказал, что нам нужно уничтожить машину... если мы можем подбросить ее кому-нибудь?»

«Как насчет Виллы Корпо?» - предложила Ребекка, и молодой человек согласился: «Это вполне возможно».

...Вскоре трое подогнали машину к Вилле Корпо, находящейся в загородном квартале Норт-Оак. Окружал виллу высокий забор, ворота были заперты. «Даже если мы перелезем через забор, внутрь машину не заведем», - вслух размышляла Ребекка. – «А, если бросим ее у ворот, теряется весь смысл».

Пилар сумел взломать механизм ворот, и они открылись. «Как ты это сделал?» - изумилась Ребекка, и Пилар почесал затылок: «Понятия не имею. Подергал за кабели».

Трое завели автомобиль во двор виллы, где собирались оставить его. «Здесь машину найдет отпрыск Джоя», - радовался Пилар, когда вместе с корпом и Ребеккой шагал обратно к воротам, - «всех обнулит, и наши беды закончатся!» «Всех?» - ужаснулась Ребекка, оглядываясь на виллу. – «Всех, живущих здесь?»

За панорамным окном девушка заметила очаровательного песика, бросилась к зданию. Ребекка взяла собачку на руки... и лишь сейчас заметила четырех головорезов - Мусорщиков, стоящих над мертвыми телами мужчины и девочки – до недавно времени бывших, судя по всему, обитателями Виллы Корпо.

«Кто ты такая?!» - опешили киберпанки при виде Ребекки. «Давайте все успокоимся!» - предложила та. – «Я песика заберу и исчезну». Мусорщики загоготали, и один из них процедил: «За эту чистокровную псину нам обещана тысяча эдди. Поэтому оставь жополиза, поняла?»

Ребекка недобро нахмурилась...

Пилар и корпорат дожидались девушку у ворот.

«Ну и где она?» - ворчал Пилар. «Пока мы ждем, возможно, попробуем узнать друг друга получше», - предложил ему блондин. «Чего?» - опешил Пилар. «Попробую первым...» - юноша задумался. – «Какой твой любимый цвет?» «Ты охренел?» - разозлился Пилар. – «Прекрати вести себя так, будто мы кенты!» «Я ведь на испытательном сроке, помнишь?» - заявил корп. «На испытательном?..» - Пилар задохнулся от возмущения. – «Это ты во всем виноват! Если бы ты не стащил ключи к этому тачке, ничего этого бы...»

Тишину разорвал звук выстрела, и двое, переглянувшись, бросились к дверям виллы, где лицезрели трех Мусорщиков, труп четвертого, и Ребекку, прячущуюся за барной стойкой в гостиной. «У меня патроны закончились!» - шепнула девушка брату, заглядывающему в двери.

Разъяренные Мусорщики палили по барной стойке, и Пилар в отчаянии выдавил: «Что она творит? У нее же патронов не осталось!»

Корп шагнул в гостиную, подпрыгнул, сделав в воздухе сальто, приземлился к барной стойке, на которой находились кухонные ножи. Взяв по ножу в каждую руку, метнул их, оборвав существование двух Мусорщиков.

Единственный выживший головорез направил пистолет на корпа, который поднял руки. И тогда из-за барной стойки выпрыгнула Ребекка, выкрикнула: «Взять его!»

Псина, послушная новой хозяйке, прыгнула на Мусорщика, пытаясь обглодать тому лицо, и головорез распластался на полу, выронив пистолет. Ребекка отозвала питомца, и взвыл Мусорщик, с ужасом взирая на приближающуюся троицу: «Не убивайте меня!» «Прости, чумба», - вздохнул Пилар. – «Нет иного выхода, кроме как тебя обнулить. Свидетель, знаешь ли». «Прошу вас!» - стенал головорез. – «Я никогда не хотел быть Мусорщиком! Я танцором стать хотел, но друзья надо мной потешались!»

В доказательство своих слов он поднялся на ноги, продемонстрировав несколько движений, весьма отдаленно напоминающих танец. «Пшел вон!» - потребовала Ребекка, не скрывая презрения, и Мусорщик со всех ног бросился наутек.

«Бекка, ты что творишь?!» - напустился на сестру Пилар. – «Посмотри вокруг, что ты натворила! Нам конец!» «Наоборот, все обернулось как нельзя лучше», - проронил корп. – «Теперь мы можем спихнуть вину в угоне авто и гибели Джоя на них». И он указал на трупы Мусорщиков, остывающие на полу.

Не мешкая, Пилар перенес тела головорезов в автомобиль, но, когда предложил сестре и юноше покинуть это место как можно вскоре, Ребекка воспротивилась: «Мне нужна игрушка для Кап-Капа, чтобы ему было хорошо и спокойно». «Кап-Капа?» - опешил Пилар, и Ребекка указала на имя, выбитое на ошейнике песика, которого она снова держала на руках.

Заглянув в комнату девочки, Ребекка обнаружила игрушечную косточку для псинки. Помедлила, разглядывая плюшевого мишку, с которым убитая наверняка любила играть...

Тем временем Пилар и корп осматривались в гостиной. «Ничего не трогай!» - предупредил Пилар спутника. – «Не хватало еще и здесь следы ДНК оставить!»

Пилар тревожился, ожидая сестру, но, вопреки изначальным устремлениям, решил не опускаться до грабежа ценностей, находящихся на вилле...

...Когда трое и пес вернулись в Кабуки к автомобилю, служившему им домом, уже стемнело. «Хороший был день», - заявил юноша, устраиваясь в багажнике. «Хороший день?!» - возмутился Пилар. – «Мы куда в худшем положении сейчас, чем когда все это начинали!.. Но... устал я от всего этого дерьма. С утра с вами двумя поговорю».

Пилар забылся сном... когда услыхал: «Просыпайся, сын». Он встрепенулся, с изумлением лицезрев приблизившегося к остову автомобиля Папашу Санрайза. «Это и правда ты!» - выдавил Пилар. – «Где же ты пропадал? Чем занимался? Да, знаю, не здесь ты надеялся меня найти, но... я справляюсь, как могу! Пытаюсь стать эджраннером, как ты, па...» «Пилар, ты разочаровал меня», - процедил Санрайз. – «Ты – ничто».

Пилар проснулся в холодном поту, осознав, что то был лишь сон – отражение его тревог и сомнений. Разбудив Ребекку, он отозвал ее в сторонку, громко зашептал: «Бекка, мы не можем так продолжать!» «Что продолжать?» - озадачилась девушка. «Сперва этот странный тип, теперь – собака», - напомнил ей брат. – «Как это нас приближает к становлению эджраннерами? С ними нужно что-то делать!» «Что-то?» - разозлилась Ребекка. – «И что именно?» «Да продадим псину за несколько кусков, купим себе шикарный хром и начнем брать заказы!» - предложил Пилар. «Ни за что!» - отрезала Ребекка.

«Тогда давай продадим его», - не сдавался Пилар, указывая на корпа, мирно спящего в багажнике остова отцовского автомобиля. – «Ты же видела, что он сотворил с Мусорщиками! Говорит, как какой-то психо-бот, а в бою – вылитый ниндзя! Кто знает, на что еще способен этот парень?! Вот что мы сделаем: продадим его Вакако, и наша мечта о том, чтобы стать эджраннерами...»

«Наша мечта?» - хмыкнула Ребекка. – «Братец, а ты помнишь, какие игрушки нам папаша покупал?» Пилар задумался: все игрушки имели то или иное отношение к эджраннерам...

«Понял теперь?» - спрашивала Ребекка. – «Это была его мечта, а не наша. В комнате той девочки с виллы было много детского дерьма – плюшевых игрушек всяких. Она могла стать такой, какой сама хотела! Сама! А не как мы! Отец, хотел, чтобы мы эджраннерами стали, это не наше стремление! И мне кажется, этот парень в такой же ситуации. Возможно, его растили, чтобы стать убийцей, сам же он мечтал о том, чтобы стать кем-то другим! Разве не нужно нам выяснить, кем хотим стать мы?!» «Нет!» - выкрикнул Пилар. – «Папаша знал, что для нас лучше! В чем мы хороши! Я знаю, как стать классным эджраннером! И сделаю все, чтобы стать им! Все! С тобой или без тебя, Бекка!» Кипя от ярости, Пилар вернулся на свое сидение, и, пожелав сестре доброй ночи, приготовился уснуть.

Дождавшись, когда брат с сестрой уснут, корп выскользнул из багажника, и, сжимая в руках прихваченные с виллы ножи, приблизился к Пилару...

Тем временем головорезы, нанятые сыном Джоя, обыскивали Виллу Корпа. На первый взгляд в похищении автомобиля виновными казались Мусорщики, однако... это казалось слишком очевидным...

В детской головорезы обнаружили видеокамеру, спрятанную в плюшевом медведе...

Проснувшись, Ребекка с ужасом наблюдала, как их новый знакомый режет ножами Пилара. «Как ты мог?!» - выкрикнула она. – «Я доверяла тебе! Думала, что в глубине души ты хороший парень!» «Я таков на самом деле», - отвечал ей корп, и вскоре мертвые тела Пилара и Ребекки остывали у остова автомобиля...

...Ребекка вскинулась, осознав, что то было лишь ночным кошмаром. Кап-Кап невозмутимо посапывал рядом; ни Пилара, ни корпа поблизости не было...

Неловко переминаясь с ноги на ногу, Пилар стоял в офисе Вакако, и отчеканила та: «До тех пор, пока не докажешь свой профессионализм, заказа от меня не получишь, Пилар. Этого хотел бы твой отец».

«У меня есть сведения, которые могут тебя заинтересовать», - вымолвил Пилар. «Говори», - бросила фиксер. «Тот заказ, который мы с Ребеккой... не исполнили для тебя», - начал Пилар, и Вакако прервала его: «Остановись. Где Ребекка? Почему ты один?» «Она...» - замялся Пилар, - «не хочет быть эджраннером. Я же сделаю все, чтобы им стать».

«Я слушаю», - проронила Вакако. «Я знаю, где находится тут парень, которого ты хотела отыскать», - заявил Пилар. – «Заплати мне, выдай больше заказов – и я тебе расскажу». «Нет», - отрезала фиксер, протянула Пилару пистолет. – «Чтобы стать эджраннером, тебе придется лично его прикончить».

Забрав оружие, Пилар вернулся к остову отцовского автомобиля, погрузился в раздумья, сознавая, что стоит на распутье...

Проследовав в суши-ресторан «Ичиро», корп обратился к шеф-повару: «Приветствую, поставщик изысканных кушаний». «Если суши нужны, садитесь за столик, и мы к вам подойдем», - предложил тот, но юноша покачал головой: «Наоборот. Мне кажется, я прежде работал здесь, и хочу готовить суши снова».

«Ты – и готовить суши?» - рассмеялся шеф-повар. – «А ты смешной». «Ой, спасибо!» - обрадовался корп. – «Я правда смешной?» «Пошел вон! Или я сам тебя вышвырну!» - проревел шеф-повар, не зная, что странный посетитель прячет за спиной кухонный нож...

«Вот моя квалификация», - заявил корп, демонстрируя нож опешившему шеф-повару. – «Наблюдай, поставщик изысканных кушаний». Он взял со стола для готовки рыбу, подбросил ее в воздух, и, мастерски орудуя ножом, нарезал мелкими ломтиками.

«Ты нанят!» - восхитился шеф-повар.

Ребекка заметила роющегося в помойке Ричарда IV, подошла к нему, и бездомный осведомился сварливо: «Чего тебе? Хочешь, признать, что твой братец – бестолковый бомжара? Нет в этом ничего постыдного. Очевидный факт».

«Хорошая попытка, дедуля», - хмыкнула Ребекка. – «Мне нужно найти его». «Может, я и видел твоего братца», - ощерился забулдыга. – «Признай, что он бомж, и я скажу тебе, где он». «Нет», - отрезала девушка. – «Он не бомж. Так что я в последний раз спрошу вежливо: куда он делся?»

«Я не знаю...» - начал Ричард IV, и, когда Ребекка с силой сжала ладонью его горло, прохрипел: «Я... не знаю... Зато знаю... где блондинчик...»

Джой Младший проследовал в обиталище предводителя банды Вудуистов, и тот процедил: «Пришел извиниться за дело, которое ты запорол? Мы вторых шансов не даем».

«Я здесь, чтобы заключить мир», - отозвался Джой Младший. – «И провернуть одно дельце». «Дельце, говоришь...» - протянул Вудуист. – «Что за дельце?»

Мужчина опустил на стол перед предводителем банды плюшевого медвежонка, пояснив: «Вы, Вудуисты, видите все, что происходит в сети. И мне нужно определить местонахождение одного таракана размером с человека. В этом медвежонке – видеокамера. На записи – девчонка. Найдите ее, и я заплачу ту цену, которую скажете».

«Мы найдем ее», - заверил Джоя Младшего Вудуист. – «Никаких проблем».

Взяв с собой песика, Ребекка на общественном транспорте отправилась в Джапантаун, где находился ресторан суши «Ичиро», упомянул о котором Ричард IV. Странно, конечно... Что там понадобилось корпу, если подобные забегаловки есть на каждом углу?..

Почему же он отправился так далеко?

Шеф-повар немедленно выдал новому сотруднику униформу, устроил небольшую экскурсию по ресторану.

«Ты же здесь работал, я вспомнил!» - воскликнул он. «Именно», - протянул юноша, озираясь по сторонам. – «С каждой секундой я вспоминаю все больше и больше...»

В памяти корпа вспыхнули образы прошлого – спор фиксера, Вакако, с эджраннером, Папашей Санрайзом, свидетелем которой стал некогда в VIP-зале ресторана. «Что ты сказал?!» - кричала фиксер. «Ты меня слышала, Вакако», - спокойно отвечал ей Санрайз. «Ах ты, падаль!» - распалялась Вакако. – «Хуже, чем падаль, Санрайз! Дерьмо, вот ты кто!»

«...Вот ты где!» - послышался голос, и юноша, вздрогнув, обернулся к подбежавшей к нему Ребекке. Та смерила его озадаченным взглядом, поинтересовалась: «Что это ты так вырядился?» «Мне кажется, я прежде не машины красил, а суши готовил», - пояснил парень. «Эмм... поздравляю?» - озадачилась девушка.

«Но я вспомнил кое-что еще!» - выпалил он. – «Про вашего отца. Мне нужно об этом вам обоим рассказать. Где Пилар?» «Его не было в машине, когда я проснулась», - отвечала Ребекка. «Надеюсь, он скоро вернется», - улыбнулся корп.

Неожиданно Кап-Кап сорвался с места, и Ребекка метнулась за псиной, бросив юноше: «Встретимся у машины!»

Вудуисты вычислили, что искомая Джоем Младшим девчонка находится в настоящее время в ресторане суши «Ичиро». «Благодарю», - проронил Джой Младший, обращаясь к предводителю банды. – «Всегда приятно иметь с вами дело».

Покинув оплот Вудуистов, Джой Младший и его наемники заняли места в фургоне, и тот сорвался с места, устремившись к означенному ресторану.

Тем временем юноша вернулся к остову автомобиля в Кабуки, у которого оставался Пилар.

«Мне нужно рассказать тебе...» - начал он, и осекся, когда Пилар направил на него пистолет. – «Что ты делаешь?» «Прости, чум», - отозвался Пилар.

Ребекка обнаружила пса на кухне ресторана, где тот с удовольствием обгладывал рыбину.

Девушка взяла Кап-Капа на руки, вознамерилась покинуть ресторан... когда наводнили его вооруженные молодчики из банды «Шестая улица».

«Ну, привет», - процедил Джой Младший, прожигая Ребекку злым взглядом.

Эджраннер, страдающий явно выраженным киберпсихозом, вступил в перестрелку с полицейскими, и отправил на тот свет немало служителей закона прежде, чем те прикончили его выстрелом в голову.

Сорвав с себя устройство для просмотра брейндансов, Дэвид Мартинес какое-то время приходил в себя: не самое приятное – пережить подобную смерть. Его приятель-рипер, приславший БД, утверждал, что запись совсем свежая, и сделана несколько часов назад. Подобными брейндансами док время от времени баловал Дэвида, а тот – в свою очередь – распространял в Академии, в которой обучался, переданные рипером эротические БД, которые прекрасно продавались.

Поднявшись с кровати, Дэвид проследовал в соседнюю комнату небольшой квартирки в захолустной мегабашне в Арройо, которую делал с мамой, Глорией. Забросил в стиральную машину школьную форму, но – к сожалению – довести процесс стирки до конца не удалось, машина отключилась за неуплату.

Вздохнув, парень направился к дивану, на котором спасла его мама – наверняка только вернулась после ночной смены. Глория была медиком, работала на скорой.

Дэвид включил трансляцию новостей – шел репортаж о стрельбе в Уэстбруке, когда неизвестный открыл огонь по машинам корпоратов. Постойте... уж не этот ли брейнданс он только что просмотрел, только глазами слетевшего с катушек эджраннера?

Глория проснулась, улыбнулась сыну: «Доброе утро». «Ты чего на диване?» - бросил тот. – «Кровать же есть». «Вымоталась после ночной смены», - призналась женщина. Узнав о случившемся со стиралкой, она обещала заплатить за дальнейшее ее функционирование, и, припомнив кое-что важное, обратилась к сыну: «Когда, говоришь, тебе нужно было оплатить апдейт программы для учебы?» «Все хорошо, док решил вопрос», - заверил ее Дэвид. «Не нужно тебе срезать углы», - покачала головой Глория. – «Сегодня вечером я получу деньги, и ты сделаешь апдейт должным образом – безо всяких кустарных решений, договорились?» «Да уж», - хмыкнул Дэвид. – «Пока что у нас даже на стиралку денег нет».

Обещав матери, что непременно купит лицензионный апдейт и загрузит его в свой киберимплант, Дэвид надел пиджак, направился к дверям. Его студенческая форма была вся мокрая и оставалась в отрубившейся стиралке, потому приходилось довольствоваться тем, что нашлось под рукой, - хоть в Академии Арасака на это наверняка посмотрят косо.

Репортаж о стрельбе продолжался, и диктор упомянул о том, что у застреленного киберпсиха – подполковника Джеймса Норриса – таинственным образом исчез имплант военного типа. На мгновение на экране промелькнула мать Дэвида – стало быть, ее команда прибыла на место происшествия вскоре после случившегося, и пришлось Глории наряду с коллегами заняться уборками трупов копов...

Покинув мегабашню H4, возведенную в Санта-Доминго, Дэвид отправился к монорельсовой станции, дождался состава. Заняв место в вагоне, размышлял парень об их с мамой жизни, когда денег не хватало ни на что. При этом он учился в престижной Академии Арасака, где практически все студенты – из семей корпоратов. Что он там забыл?.. Похоже, этим вопросом задавались и его одноклассники – все до единого...

Мимо состава монорельса пронеслись два аэродина «Травма Тим», направились к одному из небоскребов. Наверняка что-то произошло; донельзя опасный город Найт-Сити, как ни крути...

...В класс Дэвид вбежал за мгновения до начала занятия, плюхнулся в свое кресло. Голограмма преподавательницы приветствовала учащихся, поинтересовалась, почему Мартинес сегодня без формы. «Сушится», - лаконично отозвался Дэвид. «А второй комплект?» - не отставала преподавательница. «Тоже», - бросил Дэвид. «Понятно», - прозвучал ответ. – «Прошу, заполни форму отсутствия униформы после урока».

Одноклассники испытывали к Дэвиду откровенное презрение, считая того уличной крысой, неведомо как затесавшейся в их ряды. Негласный лидер класса, Кацуо Танака, не скрывал своего неприятия Дэвида, и едва сдерживался в его присутствии.

Преподавательница велела студентам залогиниться в Зеленую Комнату для последующей медитации, и Дэвид, уповая на то, что кастомный апдейт, сделанный доком, сработает, активировал программу... Как оказалось, та содержала в себе вирус, поджаривший гарнитуры одноклассников Дэвида. Испепеляющие взоры их обратились на Мартинеса...

...Директор Академии вызвал в школу мать нарушителя, и та извинилась за сделанное сыном. «Здесь вопрос не только денег, госпожа Мартинес», - произнес директор, испытывающе взирая на мать с сыном. – «Хоть восстановление системы и обошлась нам в круглую сумму». «Конечно же, мы покроем все расходы», - заверила его Глория. «Как я понимаю, Дэвид модифицировал гарнитуру, установив нелегальный софт, чтобы не платить за лицензионный продукт», - заключил директор. – «Со всем уважением, может ли это быть связано с вашими финансовыми трудностями?» «Вовсе нет», - заверила его Глория. – «Мы обязательно заплатим».

...Покинув кабинет директора, Дэвид и Глория покинули Академию. Женщина заняла место за рулем автомобиля, направила его на скоростную магистраль. Дэвид молчал, чувствуя себя крайне неуютно. Директор открытым текстом предложил использовать ситуацию, чтобы исключить его из Академии! Он, видите ли, не вписывается в местный контингент! «Нет, он должен остаться», - прервала его Глория. – «Он заслуживает хорошего образования...»

«Разве я не просила тебя сделать апдейт?» - обратилась мать к Дэвиду. «Док виноват, дал мне паленый софт...» - проворчал тот, глядя в окно машины на проносящиеся мимо небоскребы. «Ты попытался обхитрить систему, и теперь мы должны заплатить в десять раз больше изначальной стоимости», - вздохнула Глория. «Ну извини», - вздохнул Дэвид. – «Ты сама говорила, что эдди у тебя нет...» «Да просто зарплату еще не выдали!» - воскликнула женщина. – «Конечно, нет у меня заначки!»

Помолчали. «Я тут подумал...» - неуверенно начал парень. – «Может, ну его, эту учебу... Найду себе работу. Мы же оба знаем, что не можем позволить себе такие траты. К тому же ты не понимаешь, как сильно я выделяюсь из всех этих ‘пиджаков’. Они постоянное срут на голову каждому, кто не является чистокровным корпоратом. И они никогда не примут меня за своего – даже если я сумею успешно закончить обучение. Да, и вообще, не хочу быть корпом». «И чего я тогда задницу рву?» - казалось, Глория вот-вот расплачется. – «Все, что я делаю, я делаю ради тебя, Ди... Неужели не видишь? Ты мне сердце разбиваешь!.. Мой мальчик... Ты такой умный и талантливый. Я хочу дать тебе шанс чего-то достичь в этом городе, хорошее образование... Вот почему я работаю в несколько смен и меня никогда нет дома!» «Прости, не хотел доводить тебя до слез», - пробормотал Дэвид, чувствуя себя отвратительно. «Думаешь, я не знаю, как они относятся к тебе?» - восклицала Глория. – «Думаешь, ко мне отношение другое! Именно поэтому ты должен доказать, что они неправы. Я хочу, чтобы ты усердно трудился и сумел подняться до самого верха Арасака-тауэр! Знаю, ты способен на это, Ди».

В следующее мгновение на магистрали воцарилось форменное светопреставление: грохот выстрелов, взрывы. Головорезы из банды Животных преследовали бронированный лимузин, находились в котором их противники, палили из всех стволов.

Так случилось, что машина, в которой находились Глория и Дэвид, попала под перекрестный огонь. Женщина резко затормозила... затем удар...

...В себя Дэвид пришел в перевернутом автомобиле. Похоже, ремень безопасности спас ему жизнь. Рядом полыхал лимузин... а на магистрали заметил парень неподвижное тело матери.

Подоспели медики из «Травма Тим», и Дэвид вздохнул было с облегчением, однако врачи просканировали его и Глорию, и, констатировав, что у обоих отсутствует медицинская страховка, удалились. Напрасно Дэвид кричал им вслед, умоляя вернуться; в Найт-Сити не принято проявлять эмпатию к проблемам других...

Все тело Дэвида пульсировало от боли. Парень сидел на скамеечке в коридоре захолустной клиники. Приблизившись к Дэвиду, доктор сообщил ему, что жизнь Глории удалось спасти, и сейчас состояние женщины стабильно. Однако ей следует остаться еще несколько суток здесь, под наблюдением.

«Я могу ее увидеть?» - с надеждой вопросил парень, но врач отрицательно покачал головой: «Извини, но посещение пациентов не входит в твой пакет услуг». Он протянул Дэвиду узел с вещами Глории, а также документы и счет за лечение, который парню надлежало оплатить в течение трех дней.

«Вот почему все в Найт-Сити первым делом заботятся о страховке», - назидательно заявил доктор, после чего вернулся в палату, оставив приунывшего парня одного.

...Вернувшись в мегабашню, Дэвид проследовал к дверям квартиры. Электронный замок был заблокирован арендатором – аренда просрочена. Закатив глаза, юноша проник в квартиру через вентиляционную шахту, приступил к методичному осмотру жилища. К вящему своему облегчению он обнаружил заначку матери, вздохнул с облегчением: по крайней мере, это покроет медицинские услуги.

В узелке с пожитками матери Дэвид обнаружил желтую куртку, к внутренней поверхности которой был приторочен причудливый имплант. Сделав изображение оного, Дэвид отправил его риперу, поинтересовавшись, сколько за имплант можно выручить. Цена, названная доком, парня возмутила, и он, заявив, что имплант продавать не собирается, прервал связь.

В Сети о подобном импланте информации практически не было. «Сандевистан», - так называлось устройство. Похоже, некая военная разработка...

Когда на следующий день Дэвид отправился в Академию Арасака, Кацуо и двое его прихлебателей преступили ему путь в безлюдном коридоре. «Уходи из Академии», - зло прошипел Кацуо, подступая к Дэвиду вплотную. – «Учись понимать намеки, Дэвид Мартинес. Мы не хотим тебя видеть в своем классе».

«Если это насчет вчерашнего...» - проблеял Дэвид. «Кто говорил насчет вчерашнего?» - взорвался Кацуо. – «Думаешь, я так жестко к тебе отношусь, потому что ты беден? Нет! Вообще-то я считаю себя весьма щедрым. Ты не виноват в том, что родился бедняком. Нет правил, которые запрещали бы уличным мальчишкам посещать Академию, если, конечно, они способны оплатить обучение. Меня бесит совершенно иное!»

«Мужик, я вообще нихрена не понял», - покачал головой Дэвид, и Кацуо воскликнул: «Именно! Исчезни уже! Ты – отщепенец, аномалия, человеческий мусор. И ничего не изменит этот факт. Гниль затронула тебя до самых костей. Лучшее, что ты можешь сделать, - это не распространять ее на нас». «Что-то тебе до этого не было дело, пока я оплачивал обучение», - процедил Дэвид. «Я слыхал, твоя мамочка вчера к директору приходила, прощение выпрашивала», - недобро осклабился Кацуо. – «Рыдала наверное, молила, чтобы ее дитятко не выгнали? Знаешь, я всегда задавался вопросом... каким образом ей изначально пристроить тебя в Академию Арасака? Может, объяснишь, Дэвид Мартинес? На какие крайности пошла твоя мамочка, чтобы оплатить обучение? Что делает отрепье Найт-Сити, если нужно заработать немножко евробаксов?»

Будучи вне себя от ярости, Дэвид попытался было ударить Кацуо, и тот возликовал. Импланты, которыми начинил он свое тело, давали ему огромные силу и ловкость, и Кацуо сделал то, чего жаждал давным-давно: избил Дэвида до полусмерти. «Захочешь подраться – запасись для начала хромом», - посоветовал Кацуо, взирая на окровавленного противника, распластавшегося на земле. – «Или вали из Академии».

Когда Дэвид вернулся в клинику, врач буднично сообщил ему о смерти матери: мол, с утра все было хорошо, а затем органы отказали. «Но ты говорил, что операция прошла успешно», - парень отчаянно пытался осмыслить произошедшее. «Ее тело уже было слабо», - лаконично отозвался док. – «Она бы долго не протянула, даже если бы была на полном, а не на скидочном тарифе. Похоже, она вконец измотала себя на работе».

Врач протянул Дэвиду листок со списком вариантов погребения и ценами. Увы, денег парню хватило лишь на кремацию...

Прижимая к груди урну с прахом матери, Дэвид, чувствуя себя совершенно опустошенным – и морально, и физически, - отправился домой.

На мобильный телефон его матери пришло голосовое сообщение от директора Академии с оценкой восстановления компьютерной системы. «Если не сможете оплатить вовремя, нам придется исключить Дэвида», - с напускным сожалением говорил директор.

Помимо этого, денег требовали и иные сервисы, что погружало Дэвина все глубже в бездну черного отчаяния. Вновь и вновь напоминал о себе арендатор, угрожая вышвырнуть парня на улицу.

Дэвид вновь позвонил риперу. Прежде тот предлагал за имплант десять тысяч, теперь же настаивал лишь на шести. Дэвид послал его куда подальше...

Кацуо оставил издевательское сообщение, выражая соболезнования, и вновь намекая на низости, через которые пришлось пройти Глории Мартинес ради непутевого сына.

Дэвид ступил в обиталище рипера; в руке он сжимал пакет с имплантом – Сандевистаном. «Не найдется в этом городе фиксера, который не искал бы сейчас эту прелесть», - усмехнулся док. – «Никто в здравом уме у тебя его не купит».

«Я здесь не для того, чтобы продать его», - отчеканил Дэвид. – «Я хочу... чтобы ты установил этот имплант мне. Пришло время мне добавить немного хрома». «Слушай, это военная разработка», - попытался втолковать док юнцу. – «У тебя либо есть необходимое для этого телосложение, либо нет. В твоем случае – нет». «Сразу видно: рипер заботится в своих клиентах», - не удержался Дэвид, и док хохотнул: «Сказал пацан, который не может позволить себе мои услуги».

Поразмыслив, рипер пришел к окончательному решению: «Ладно, парень, я установлю тебе имплант. Но когда ты приползешь назад, потому он поджаривает тебе мозг, я получу Сэнди бесплатно!»

...Процедура установки импланта в позвоночник оказалась донельзя болезненна; рипер справедливо считал, что анестезия – для слабаков.

...По завершении процедуры Дэвид – окровавленный и слабый – покинул клинику рипера, устремившись прямиком в Академию Арасака. Проследовав в свой класс, он пинком ноги сбросил Кацуо с кресла. «Ты что творишь!» - задохнулся от возмущения тот. – «Мы в Академии! Здесь всюду камеры!» Дэвиду было на это глубоко наплевать, и он с силой ударил ненавистного одноклассника в лицо. После чего сбросил окровавленную желтую куртку, предложил Кацуо нападать.

Будучи в ярости, тот поддался на провокацию. Активировав возможности Сандевистана, Дэвид обрел огромные силу и скорость, с превеликой легкостью избил Кацуо, получив от этого немалое удовольствие. «Что у тебя за имплант?!» - взвыл поверженный, прижимая ладони к окровавленному лицу. – «Ты мне нос сломал! Тебе конец! Мой отец – в правлении ‘Арасаки’! В совете директоров Академии! Ты осознаешь, с какой легкостью он вышвырнет тебя отсюда?» «Плевать», - отозвался Дэвид, после чего покинул Академию, испытывая дивное ощущение свободы.

По дороге домой он еще пару раз применил увеличение скорости перемещения, дабы изучить новые пределы своих возможностей...

Директор Академии Арасака связался с отцом Кацуо, переслал ему видеозапись драки двух студентов.

«Маркус, почему я вижу, как избивают моего сына?» - поинтересовался тот. «Этого студента зовут Дэвид Мартинес», - отвечал директор. – «Ему 17 лет, он из Санта-Доминго. По успеваемости он лучший в Академии, но применил кустарный софт, который повредил нашу инфраструктуру. Отца у него нет, а мать погибла недавно в инциденте на магистрали. У него немалый долг...» «Это действительно важно?» - раздраженно прервал его собеседник, и пояснил директор: «Обратите внимание на его движение. У него Сандевистан – тот самый, который был у Джеймса Норриса в момент его гибели».

«Ты о деле с киберпсихопатом», - припомнил отец Кацуо. «Да, сэр», - подтвердил директор Академии. – «Но – в отличие от солдата – этот студент не показывает побочных эффектов от использования импланта. Выносливость кибернетических имплантов делает его идеальным кандидатам для испытаний этого продукта». «Понятно...» - протянул чиновник. – «И где же он теперь?» «Он был исключен, сэр», - отвечал директор, и приказал его собеседник: «Вызови его. Обещай финансовую помощь, если это необходимо».

«А ваш сын?» - поинтересовался директор. «Ему, моему наследнику, самое время узнать, что означает ‘служить лучшим интересам компании’», - процедил отец Кацуо...

Директор немедленно связался с Дэвидом, известил о том, что родители Кацуо связались с ним насчет исключения парня... Дэвид сообщение не дослушал; он лежал на диване в своей комнате, глядя в потолок, и на душе у него кошки скребли.

Приняв душ, он смыл с себя кровь, вышел на улицу, направился прочь – куда глаза глядят. Рутинный маршрут, который повторял он изо дня в день, привел его на станцию монорельса, дождался прибытия состава, проследовал в вагон.

Ощутив какое-то движение, Дэвид обернулся, заметив девушку. Та двигалась поистине стремительно, извлекая чипы из шейных разъемов пассажиров монорельса. Тот же прием девушка попыталась проделась и с Дэвидом, то тот схватил ее за запястье, не позволив заполучить чип. Та справилась с потрясением, увлекла Дэвида за собой к дверям вагона, прошипела: «Чего лезешь? Работать мешаешь». «Работать?» - удивился Дэвид. – «Как по мне, так ты просто воровка».

Девушка прижала парня лицом к стене, захлестнула энергетический хлыст у него на шее, просканировала жертву, присвистнула: «Надо же, Сандевистан. Не стану спрашивать, откуда он у тебя – мы все-таки в Найт-Сити... Как насчет работать вместе?» «Воровать?» - с презрением вопросил парень, и отвечала девушка: «Я ворую лишь у пиджаков из ‘Арасаки’». «А я? Неужто похож на корпората?» - осведомился Дэвид. «Просканировав тебя, я заметила ID из Академии Арасака», - призналась девушка. – «Но ты прав, на корпората ты не похож». «Я бросил учебу», - отозвался Дэвид, и девушка, отступив на шаг, убрала удавку, усмехнувшись: «Правда? Плохой мальчик».

Двое вернулись в вагон, обсуждая условия зарождающегося сотрудничества. Девушка предложила разделить добычу в отношении 80 на 20. «Тебе что, мой Сандевистан не нужен?» - возмутился Дэвид. «Да, но я извлекаю чипы», - напомнила ему девушка. – «К тому же, мне еще интерна обучать». «Мне, вообще-то, эдди бы не помешали», - вздохнул Дэвид. – «Может, 60 на 40?» «70 на 30», - беспрекословно заявила воровка. – «И я плачу тебе сразу же по завершении работы». «Ладно», - проворчал Дэвид, и девушка протянула ему руку, представившись: «Люси».

Двое приступили к операции. Люси с помощью вмонтированных в ладони имплантов извлекала чипы из разъемов пассажиров монорельса, Дэвид же, двигаясь стремительно, перехватывал их в воздухе.

Избавив корпоратов от чипов, двое покинули состав на следующей остановке. «Ну что, идем к следующему составу?» - Дэвид вошел во вкус. «Может быть, на другой линии», - отвечала Люси. – «Наверняка кто-то уже заметил. Надо свести риск к минимуму...» Она осеклась, заметив, что у ее нового знакомого кровь хлещет из носа...

Дэвид распластался на земле, лишившись чувств...

В себя он пришел много позже, в машине скорой помощи. Все тело пульсировало от боли, на лице – кислородная маска.

«Насколько все плохо?» - донесся голос Люси. «Ошибка новичка», - отвечал ей врач, сверяясь с планшетом, отображались на котором сведения о состоянии пациента. – «Не принял никаких предосторожностей после установки импланта. Какие он принимает иммунодепрессанты? Страховка есть?» «Без понятия», - отозвалась Люси. – «Не похоже». «Семья или родственники?» - продолжал спрашивать врач. – «С кем я могу связаться?» «Не знаю», - бросила Люси. – «Может, родители. Знаю, что он Академию посещал». «Арасака?» - присвистнул врач. – «Неудивительно, что он смог позволить себе этот имплант».

«Эй, ты как?» - обратилась Люси к Дэвиду, увидев, что тот открыл глаза. – «Какие иммунодепрессанты принимаешь?» «Иммуно... что?» - парень впервые слышал это слово. Люси рассмеялась, покачала головой: «Ну ты и псих...»

Она осеклась, заметив, что машина проехала мимо медицинского центра, обернулась к врачу... приставившему пистолет к виску беспомощного Дэвида. «У этого паренька имплант, за который можно выручить хорошую сумму», - процедил док. – «Потому сиди смирно, и...» «Ты что, сделку с Мусорщиками заключил?» - усмехнулась Люси. «Сиди, или я и твой хром заберу!» - прорычал врач.

«Прости, Дэвид», - вздохнула девушка. – «Похоже, твоя доля урезается до 20». Она стремительно толкнула тележку-каталку, на которой оставался Дэвид, и та врезалась в не успевшего среагировать врача. После чего распахнула заднюю дверцу скорой, запрыгнула на тележку, и та выкатилась из машины прямиком на оживленную магистраль. Каким-то чудом Люси удавалось маневрировать на импровизированном транспортном средстве в потоке машин, а Дэвиду, прикованному к каталке, оставалось лишь тихо молиться...

...Дэвид просил Люси доставить его в клинику рипера, и та исполнила просьбу парня. Док стабилизировал состояние Дэвида, покачал головой: «Дерьмово выглядишь. Сколько раз за сегодня имплант использовал?» «Шесть... или восемь», - неуверенно отвечал тот. «Ого, да тут взрослый сдохнет», - недоверчиво покачал головой рипер. «Я прекрасно себя чувствовал...» - прошептал Дэвид. – «А потом кровь пошла из носа...» «И об иммунодепрессантах он ничего не знает», - добавила Люси.

«Не видел в них нужды», - вымолвил док, и Люси хмыкнула: «Конечно, не видел. Просто продай ему медикаменты». «Тут требуются дорогие», - отметил док. – «Будете брать?»

В качестве платы Люси предложила риперу чипы – сегодняшний улов, и тот, осмотрев их, согласился выделить иммунодепрессанты, которых хватит Дэвиду на два дня.

«Не хочешь избавиться от него?» - обратился док к Дэвиду, и, когда тот отрицательно покачал головой, присвистнул: «Поверить не могу... Восемь раз в течение дня. Ты или мазохист, или... Послушай. Не применяй возможности импланта больше двух раз. Максимум трех. Даже если тело твое сможет вынести нагрузку, мозг – нет». «Один-единственный имплант может обратить меня в киберпсиха?» - недоверчиво поинтересовался Дэвид. – «Никогда о таком не слыхал». «Сам увидишь, сколь опасна эта штуковина», - заверил его рипер.

Люси и Дэвид покинули клинику, и заявила девушка, что на сегодня с приключениями покончено. «Я могу продолжить», - заявил парень, разом отметая все предостережения дока. «Ну уж нет, я не собираюсь быть сиделкой у киберпсиха», - хмыкнула Люси. – «Применяй Сандевистан лишь тогда, когда это действительно необходимо». «Ты все еще хочешь со мной работать?» - осведомился Дэвид, и отвечала Люси: «Думаешь, я тебя отпущу, не вернув прежде то, что ты мне должен?» «Ну и хорошо», - с облегчением вздохнул юноша. – «Мне нужны эдди... Но, может, еще поработаем сегодня? Мне нужно аренду жилья оплатить». «Сегодня – нет», - отрезала девушка.

Она провела напарника в свою квартиру. Дэвид нервничал, что Люси весьма забавляло. Двое выпили по бутылочке пива, устроились на диване, созерцая панораму ночного города за окном. Люси закурила; Дэвид закашлялся. «Не выношу газированные напитки и курево», - признался он, и девушка рассмеялась: «Неужто такие люди еще существуют?»

Люси попросила парня снять желтую куртку, поколдовала над своим планшетом, и лицезрел Дэвид отобразившуюся на куртке голограмму: «Эджраннеры». «Так называют киберпанков», - просветила его Люси. – «Ты ведь хочешь стать одним из них, так?» Дэвид утвердительно кивнул: вообще-то, он был фанатом шоу «Эджраннеры», транслировалось которое на одном из каналов.

Взгляд парня привлек плакат на стене. Астронавт на поверхности луны, и слоган: «Тебя ожидает новая жизнь!» Но на вопрос Дэвида о плакате, Люси помрачнела, огрызнулась: «Тебе дело?» «Да нет же...» - Дэвида поразила внезапная перемена настроения девушки. – «Просто меня всегда удивляла, что подобные плакаты обещают рай. Столько людей погибло, пытаясь обратить этот безжизненный камень во что-то полезное! Как по мне, так Луна – скорее тюрьма, нежели рай». «Вижу, где-то делал свою домашнюю работу», - едко заметила Люси, и Дэвид, не уловив сарказма, утвердительно кивнул: «В Академии учат многому из того, чего не показывают в рекламе». «Ожидаемо от прилежного ученика Академии», - презрительно хмыкнула девушка. – «Никогда не слышала, чтобы там обучались простые смертные».

«Все не так!» - выкрикнул Дэвид. – «Мы с мамой были самыми обычными людьми. Да, при обычном раскладе меня в Академию не зачислили бы. Но маме приходилось очень много работать, чтобы оплачивать мою учебу. Но с самого первого дня в этом заведении я знал, что кардинально отличаюсь от всех остальных студентов». «Так почему остался?» - поинтересовалась девушка, и Дэвид вздохнул: «Хороший вопрос. Думаю, потому, что мама хотела, чтобы я получил работу в ‘Арасаке’, начал подниматься по корпоративной лестнице... Это было ее желание... или мечта, скорее». «Стало быть, не твоя мечта», - уточнила Люси. – «Вы с мамой – разные люди. Почему ты должен стремиться к осуществлению ее мечты?» «Но в этом нет ничего плохого», - растерялся Дэвид, и Люси назидательно произнесла: «Ты должен найти собственную мечту».

«Звучит так, будто ты свою уже нашла», - заметил Дэвид. Девушка кивнула в сторону плаката на стене, молвила: «Ты назвал Луну ‘тюрьмой’, но для меня этот город – нечто, гораздо худшее. Я хочу оказаться от него как можно дальше».

Люси увлекла парня к своей кровати, и, расположившись на ней, двое приступили к просмотру агитационного ролика о жизни на Луне. Оказавшись в виртуальном пространстве, Дэвид был поражен детализацией окружения: он даже ощущал тепло солнечных лучей! Сразу видно – дорогая, корпоративная разработка.

Дэвид и Люси наслаждались пребыванием в ВР: бродили по поверхности спутника близ лунной базы, прыгали вверх в условиях низкой гравитации, катались на вездеходе, созерцали сферу голубой планеты – Земли, сидя на краю глубокого кратера. «Я впервые показываю кому-то эту запись», - призналась Люси. «Правда?» - удивился Дэвид. – «И... почему я?» «Без понятия», - рассмеялась девушка. – «Просто мне показалось это правильным. Знаешь... думаю, мы будем хорошей командой».

...Путешествие в виртуальную реальность резко прервалось, и Дэвид рывком сел на кровати, лицезрев нависающего над ним здоровяка; за спиной его маячили еще две фигуры – мужчины и женщина. «Не хочу огорчать тебя, но этот имплант принадлежит мне», - процедил мужлан. – «И сейчас я его заберу».

Дэвид бросил взгляд в сторону Люси, но та курила, глядя в сторону, как будто происходящее ничуть ее не заботило... А в следующее мгновение мужчина с силой ударил Дэвида усиленным киберимплантом кулаком в лицо...

Сознание возвращалось медленно.

«Что будем делать?» - спрашивал кто-то. «Долбаный Сэнди – мой!» - звучал ответ. – «Почему этот имплант вообще оказался у пацана?» «Деинсталляция его будет стоить немало эдди», - замечание, и рык в ответ: «От долбаного пацана проблем куда больше, чем можно было ожидать. Может, просто прикончим его? Сколько сэкономим, если заберем имплант с его трупа?» «Немного сэкономим», - соглашается кто-то.

Дэвид открыл глаза, обнаружив, что здоровяк удерживает его за ногу, а сам он висит вниз головой. Другие нежданные гости – мужик с искусственно увеличенными руками, и светловолосая женщина крепкого телосложения – расположились на диване в гостиной; как и прежде, Люси оставалась в стороне, курила и делала вид, что происходящее ее ничуть не заботит. Разве что просила приятелей не громить ее комнату.

«Слышал?» - прорычал здоровяк в лицо Дэвиду. – «Я лично вырву эту штуку из твоего тела! Не будешь больше красть то, что тебе не принадлежит. Что ты вообще делаешь с моим Сандевистаном? Я купил его у своего поставщика! Но как только я заплатил, она сразу же испарилась». «Поэтому не надо платить авансом», - резонно отметила женщина, скрестив руки на груди. «Но она – одна из нас!» - напомнил ей здоровяк. – «Сказала, что ей срочно нужны деньги».

«Погоди...» - выдавил Дэвид, с трудом ворочая языком. – «Твой поставщик...» «Глория Мартинес», - произнес здоровяк. – «Знаешь ее?» «Это моя мама», - признался парень. «Ты пацан Глории?» - опешил мужик. – «А почему она отдала имплант тебе?» «Она умерла вчера», - вымолвил Дэвид, и здоровяк опешил: «Вчера? Я же говорил с ней два дня назад. Что произошло?» «ДТП», - пояснил ему Дэвид. – «Какие-то разборки банд на магистрали... Она попала под перекрестный огонь. Сандевистан тут ни при чем».

Здоровяк отбросил Дэвида в сторону, опустился на диван рядом с подельниками, вздохнул: «Прими соболезнования, парень. Но не думай, что это позволит тебе соскочить с крючка». «Я не знал, что имплант принадлежит тебе!» - разозлился Дэвид. «Какой придурок устанавливает себе имплант, не зная, кому он принадлежит?» - хохотнул длиннорукий. – «Малыш обезумел!»

Трое взирали за Дэвида, явно не зная, как с ним поступить. «Вы... киберпанки?» - обратился к ним Дэвид. «И что с того?» - процедил здоровяк. «Позволь мне сохранить Сэнди», - предложил Дэвид. – «Я отплачу, выполняя для вас разную работу». «Этого недостаточно», - отмел предложение здоровяк. – «Это военная разработка. Подобного так просто не купить». «Я верну тебе то, что ты заплатил мой маме», - продолжал торговаться Дэвид, сознавая, что на кону сейчас, возможно, его жизнь. - «Позвольте мне работать на вас». «Смешно», - ухмыльнулся здоровяк. – «Ну и накой мне новичок?»

«Я могу использовать имплант», - уверенно заявил Дэвид, на что длиннорукий рассмеялся, уверенный в том, что тело парня не выдержит двух использований Сэнди. «За сегодняшний день я применял его восемь раз», - просветил Дэвид киберпанков.

Поднявшись на ноги, Дэвид предложил небольшую демонстрацию. Передвигаясь стремительно, он выхватил сигарету у длиннорукого, а затем вернул ее обратно. «Девять раз...» - усмехнулся Дэвид, утирая кровь, полившуюся из носа. – «Или десять?.. Дайте мне шанс!» «Какой шанс?» - здоровяк, похоже, ныне воспринимал парня иначе – по-деловому, и Дэвид вновь повторил: «Возьмите меня на дело. Не пожалеете».

Дэвид и здоровяк долго буравили друг друга взглядами. «А у тебя есть яйца, парень», - заключил последний. – «Что ж, дам тебе один шанс. Ради Глории».

Люси метнулась к Дэвиду, обняла за шею, вставила в слот парню чип. «Это просто следящее устройство», - успокоил его здоровяк. – «Не хочу, чтобы ты кинул нас». «Я не убегу!» - возмутился Дэвид, но эджраннер отмахнулся: «Все так говорят... Завтра позвоню».

Трое киберпанков покинули квартиру, и Дэвид с Люси вновь остались наедине. Молчание становилось тягостным... «Стало быть, ты с ними тусуешься», - заключил Дэвид. – «Могла бы и сказать...» «Я сперва ничего такого не планировала», - призналась девушка. – «Мейн все возмущался тем, что его драгоценный Сэнди исчез... а я увидела, как ты этот имплант применяешь». «И удержала меня здесь до их прихода...» - с горечью заключил Дэвид, упрямо глядя в сторону. – «Все время лгала мне». «Иди ты уже домой», - предложила парню Люси, и тот устремился к двери. Девушка высказала Дэвиду соболезнования в связи с утратой матери, но то не замедлил шага.

...В свою квартиру Дэвид вновь проник через вентиляцию, и последующие несколько часов сидел, созерцая капсулу с прахом матери и размышляя над тем, как изменяется его жизнь...

Поутру Дэвид получил сообщение от директора Академии, который сообщил, что корпорация «Арасака» оценила исключительные успехи студента в учебе и готова восстановить его, однако господину Мартинесу следует извиниться перед господином Танакой на свое неподобающее поведение. Дэвида, однако, сейчас заботило совершенно иное.

Дождавшись звонка Мейна, он устремился по указанному тем адресу, проследовал в складское помещение на окраине города, где – помимо троицы киберпанков, с которыми свел он знакомство накануне, находилась женщина, нижнюю часть лица которой скрывала маска. «Это Киви», - представил ее Дэвиду Мейн. – «Дорио и Пилара ты уже видел вчера».

Мейн перешел непосредственно к делу, протянул Дэвиду чип. Вставив тот в шейный слот, тот зрел видеофрагмент женских боев без правил. Камера сфокусировалось на одном из зрителей, и Мейн просветил парня: «Это Максим – водитель и телохранитель, нанятый корпорацией ‘Арасака’. Мы собираемся заполучить навигационные данные из лимузина, которым он управляет». «Данные?» - уточнил Дэвид. – «Не сам лимузин?» «Заберем лимузин – и ‘Арасака’ спустит на нас своих ниндзь», - пояснил ему Мейн. «Нет, нам нужны лишь данные».

Рассказывал Мейн, что единственная радость для Максима в этой жизни – ставки на поединки, и каждый раз он ставит на одну и ту же женщину по прозвищу «Мясник». Большинство зрителей посещают эти бои лишь для того, чтобы посмотреть, как размазывает та очередную противницу. Но на этот раз все будет иначе...

И действительно: этим вечером Мясник погибла в первом же раунде, ибо противница прикончила ее интегрированным в запястье кинжалом. Максим был верен своим привычкам: каждый раз, проигрывая, он напивался в одной и той же забегаловке.

Активировав имплант, Дэвид вытащил чип из шейного разъёма грустившего за барной стойкой корпората, передал его сидящей чуть поодаль Дорио, и та приступила к копированию информации. Эджраннеры надеялись завершить извлечение навигационных данных и вернуть чип владельцу, пока тот похрапывает за стойкой.

Но... в тот день фортуна им не благоволила. С Максимом связался его босс, потребовал его присутствия – немедленно! С трудом держась на ногах, Максим сполз с барного стула, и Мейн приказал вступать в игру Ребекке. Миловидная девушка сделала вид, что споткнулась, облила Максима вином из своего бокала, после чего захлопала ресницами, умоляя простить ее.

У киберпанков было всего несколько минут. Следуя приказам Максима, Дэвид покинул кабак, занял место на водительском сидении лимузина корпората; Люси же разместилась на пассажирском, приступила к взлому систем безопасности «Арасаки» в надежде добраться до навигационных данных, сохраненных в системе.

Максим заметил потерю чипа, опрометью бросился к выходу из бара. «Прикрытие сорвано», - тут же сообщила Люси Дорио. – «Цель движется к вам, и она в ярости».

Заметив в своем лимузине незваных пассажиров, Максим выхватил пистолет, принялся стрелять по бронированному стеклу. Остающийся на связи Мейн велел Дэвиду запускать двигатель машины. Парень никогда автомобиль не водил, но сейчас, похоже, выхода действительно не оставалось.

Лимузин сорвался с места; Максим орал что-то, пытаясь нагнать его, но безуспешно. Мейн велел Дэвиду и Люси направляться прямиком к Альдо, где они встретятся; Люси ввела данные в навигатор машины, и Дэвид, сжав зубы, отчаянно пытался управлять машиной на оживленной городской магистрали. «Думаешь, справимся?» - бросил Дэвид спутнице, и та отвечала: «От тебя зависит».

В зеркало заднего вида Дэвид заметил настигающих их двух головорезов на мотоциклах – Тигриные Когти! «Должно быть, Максим назначил награду за нас», - констатировала Люси. «Так быстро?» - поразился Дэвид. «Вот почему мы стараемся обходить корпов стороной», - пояснила девушка. – «У них здесь больше контроля, чем у нас».

Дэвид надеялся оторваться от преследователей на магистрали, но – как назло – впереди оказалась пробка. И парень решился на отчаянный шаг: активировав имплант, он резко вывернул руль влево, направив машину на встречную полосу. Один из Тигриных Когтей, не ожидавший подобного маневра, врезался в стоящую в пробке машину, второй успел среагировать, последовал за лимузином... и погиб, угодив под колеса грузовика.

...Дэвид остановил автомобиль у складского помещения Альдо. Двери были закрыты: похоже, Мейн и остальные еще не успели сюда добраться. Беглецов настиг второй головорез – Тигриный Коготь – и, обнажив меч, атаковал Дэвида и Люси. Тончайшим шнуром – своим оружием – Люси отсекла противнику правую руку, но – как оказалась – в левое запястье у Тигриного Когтя был интегрирован острый шип, коим головорез вознамерился пронзить Дэвида.

К счастью, подоспевший Мейн вступил в бой, пристрелил противника, разнеся тело того на ошметки.

Этим же вечером новые знакомые пригласили Дэвида в небольшой уличный фудкорт, где коротали время киберпанки. «Неплохо для новичка», - резюмировал Мейн итоги дня. – «Добро пожаловать в клуб. Но не забывай, парень: в этом мире ты не можешь доверять никому больше, чем себе. Не цепляйся за нас – или умрешь».

Мейн передал юноше месячный запас иммунодепрессантов, а также перевел определенную сумму на его счет. «Прибыль делим поровну», - пояснил он. – «Так я работаю... Ты, кстати, практически без хрома? Как накопишь достаточно, начинай себя модифицировать. Крови и плоти недостаточно, чтобы ты сумел управляться с Сандевистаном. Будь у тебя побольше имплантов, ты бы с легкостью справился и с тем Тигриным Когтем, и со всей иной падалью, которая встретилась бы тебе на пути. Что я хочу сказать – если это делает тебя сильнее, значит, эдди потрачены не зря».

Близ фудкорта остановился лимузин, и собравшиеся окрест эджраннеры разом притихли; взоры их были прикованы к машине, выступил из которой мужчина, облаченный в дорогой костюм; правый глаз ему заменял причудливый имплант.

Помрачнев, Мейн приблизился к прибывшему, и процедил тот: «Насколько помню, я заказал навигационные данные, а не лимузин». «Мы получили то, то ты заказывал», - отвечал Мейн, но собеседник его покачал головой: «Я просил сделать все без шума». «Мы пытались, но ты сам знаешь, как это бывает», - стоял на своем эджраннер. – «Пришлось импровизировать».

«Было важно выяснить, где бывает Танака», - напомнил ему заказчик. «Ну так выясни, данные же у тебя есть», - озадачился Мейн. «Он уже изменил места», - просветил его мужчина. – «Ваша лихая поездка отправляет нас обратно на стартовую позицию, а Танака теперь будет крайне осмотрителен». «Какие именно места изменил?» - уточнил Мейн, но заказчик бросил в ответ: «Этого тебе не нужно знать». «Как мы можем выполнить работу, если ты утаиваешь от нас детали?» - разозлился Мейн. «Чем меньше вы знаете, тем меньше риск для нас», - резонно отметил заказчик. – «Вбей себе в голову этот факт. Тебе не платят за то, чтобы ты думал. Тебе платят за конкретные действия в моем списке. Моя задача – видеть цельную картину, твоя – слышать. Вопросы?» «Нет вопросов», - отозвался Мейн, и мужчина кивнул: «Хорошо. Теперь будем ждать, когда цель снова утратит бдительность. Буду на связи».

Когда лимузин заказчика отъехал, Дэвид осмелился поинтересоваться у Мейна: «Кто это был?» «Фарадэй», - эджраннер провожал автомобиль задумчивым взглядом. – «Именно он дал нам это задание. Он – лучший фиксер в округе». «Мне казалось, что босс – это ты», - озадачился Дэвид. «Я тот, кто делает грязную работу», - пояснил парню Мейн. – «Он тот, кто платит за нее. Если у тебя денег нет, в этом бизнесе ты никто. Все просто».

Мейн велел Дэвиду не заморачиваться, ибо сегодня вечером они празднуют. Здоровяк направился к барной стойке, а к Дэвиду подошла Ребекка, протянула стаканчик с выпивкой. «Слышала, ты примкнул к команде Мейна?» - уточнила девушка. – «Надеюсь, еще увидимся».

Дэвид отрешенно кивнул. Вновь позвонил директор Академии, осведомился, получил ли юноша его утреннее сообщение. «Передайте Кацуо, если он жаждет реванша, я буду ждать», - отчеканил Дэвид. – «Но жалеть его я не стану. А вообще – вы все можете поцеловать меня в жопу!»

Академия Арасака - тому, прежнему миру он больше не принадлежал...

Прошло несколько дней.

Мейн и Дорио расположились на диванчике в одном из залов «Посмертия», просматривая на планшете записи с камер близ точки, прежде посещаемой Танакой. Последнего не наблюдалось; стало быть, прав был Фарадэй – Танака действительно изменил место.

«Должно быть, дело серьезное, если ‘Арасака’ решается из-за угнанной машины на подобные действия», - заметила Дорио. «Если бы только Фарадэй рассказал нам, в чем тут дело», - вздохнул Мейн. – «Чувствую, тут мы имеем дело с крайне высокими рисками». «Самая крупная рыба – та, которой удается улизнуть?» - усмехнулась Дорио. – «Хочешь, я копну под Танаку?» «Нет, разнюхивать дела ‘Арасаки’ – работа фиксера», - отвечал Мейн. «Я решила приставить к нему Киви», - призналась Дорио. – «Посмотрим, что она нароет».

Решив закончить на сегодня с делами, Мейн привлек к себе Дорио... когда на связь с ним вышел Дэвид, попросив дать ему хоть какую-то работенку – парень изнывал от безделья...

На следующий день Дэвид, следуя распоряжению Мейна, посетил гараж старика Альдо. Тот передал парню сверток, велев доставить его Пилару.

«Это не ты разбил лимузин ‘Арасаки’?» - подслеповато щурясь, осведомился Альдо. «Да... мое первое дело», - признался Дэвид. «Мог бы кусков пять за него получить, если бы не разбил его», - заявил Альдо, и Дэвид заверил старика: в следующий раз он проявит себя куда лучше. «Посмотрим», - философски отметил Альдо, - «не был ли твой успех удачей новичка».

...Дэвид отправился по адресу Пилара. Следуя по тротуару, заметил двух полицейских, обсуждающих инцидент с киберпсихом в Уотсоне, прикончивших двух копов. Похоже, случаи киберпсихоза в последнее время все учащаются...

Придя по адресу, Дэвид позвонил в дверь. Та распахнулась, и в проеме означилась Ребекка, направившая на парня пушку. «Пакет для Пилара от Мейна», - проблеял Дэвид, и Ребекка позвала братца. Пилар был восхищен, ибо в пакете оказались кибернетические бронебойные кисти рук, которые эджраннер немедленно установил на свои конечности.

Ребекка перевела на счет Дэвида приличную сумму за доставку. Дэвид летящей походкой покинул здание, когда прозвучал короткий звонок от Люси, предложившей парню встретиться вечером.

Близ гаража Альдо Дэвид встретился с Мейном. Тот опустил на поверхность столика, установленного снаружи, пистолет, осведомился: «Пользовался?» «Нет», - покачал головой Дэвид. «Глория не разрешала?» - хмыкнул здоровяк. – «Что ж, лучше поздно, чем никогда. Могу научить тебя, если хочешь». «Думаю, Сандевистана мне будет достаточно», - Дэвид с сомнением смотрел на оружие...

«Никогда не выходи из дома с пустыми руками», - поучал Мейн Дэвида. – «Каждый день у тебя при себе должен быть бумажник, презерватив и пистолет. Да, некоторые панки сразу же шинкуют себя хромом, но пройдет какое-то время, прежде чем ты сможешь надеяться исключительно на свои киберимпланты. До тех пор эта пушка – твой запасной план».

Дэвид протянул руку к пистолету, когда Мейз неожиданно поинтересовался: «Как у вас дела с Люси? Все на мази?» «Что значит – на мази?» - покраснел парень, и Мейз усмехнулся, покачал головой: «Вы что, еще этого не сделали? Дэвид, тебе нужно отрастить парочку яиц, и я сейчас не про импланты говорю».

«Я не так к ней отношусь», - промямлил Дэвид, но Мейн ему не поверил: «Да ладно тебе, у нас у всех глаза есть». «Она ко мне не так относится», - признался парень. «Да, возможно», - признал Мейн. «Я просто не знаю, что именно из ее рассказа было правдой», - продолжал Дэвид. – «Она сказала, что хочет отправиться на луну. Это вроде как ее мечта». «А мне она ничего подобного не говорила», - растерялся Мейн. «Думаешь, соврала?» - расстроился Дэвид. «Кто знает?» - хмыкнул здоровяк. – «Спроси ее». «Скорее всего, она просто хотела заманить меня к себе...» - вздохнул Дэвид. – «Но мы отправились на луну вместе – с помощью ее особенного БД». «У вас было свидание на луне?» - рассмеялся Мейн. – «Да большей романтики ты не сыщешь в Найт-Сити!»

«Давно она с вами?» - поинтересовался Дэвид. «Около года», - отвечал Мейн. – «Ее привела к нам Киви. Сказала, что нашла уникальный образец». «А что Люси делала до этого?» - спрашивал юноша, на что здоровяк лишь плечами пожал: «Понятия не имею. Спроси у нее. Мне прошлое людей совершенно неинтересно, пока они проявляют себя в нашем деле».

...Дэвид явился в назначенное место – в спортивном костюме, как и просила Люси. Последняя призналась, что Мейн велел ей «выгулять приблудного щенка, к ним прибившегося». Девушка критически оглядела Дэвида, бросила: «Уж прости, но не выглядишь ты как киберпанк. Такое чувство, что еще один-два импланта – и ты не выдержишь». «Я не столь слаб!» - заявил Дэвид, и Люси пожала плечами: что ж, посмотрим.

Так начались их вечерние пробежки...

«Скажи, ты нетраннер?» - спрашивал Дэвид у спутницы, не сбавляя темпа. «Да», - отозвалась та. – «И?» «А зачем нетраннерам бегать?» - недоумевал парень, и пояснила Люси: «Нетраннер, эджраннер... Нет никакой разницы. Выносливость – ключ ко всему».

«Сколько же тебе лет?» - озадачился Дэвид, и, когда девушка не удостоил его ответом, попытался объяснить: «Просто... твои способности не соответствуют возрасту». «Способности к возрасту отношения не имеют», - отвечала Люси. – «Они – результат тяжелого труда. Лишь дураки смотрят свысока на тех, кто младше их – как, к примеру, наш длиннорукий друг».

«Я видел, как вы двое болтали на празднике после угона лимузина», - не сдержался Дэвид, пытаясь не дать понять девушке, что ревнует. «Ему нравится корчить из себя эдакого старшего товарища», - отвечала Люси. – «Когда он распускает лапы, я немного поджариваю его электричеством и велю убираться... А ты сам – серьезно решил податься в эджраннеры? Ибо не очень-то похоже, что эта жизнь по тебе». «Это еще почему?!» - искренне возмутился Дэвид.

Парень сумел продержаться до конца пробежки, и Люси отметила с невольным уважением: «А ты быстрее, чем кажешься». Девушка передала Дэвиду чип с информацией о физических тренировках, умчалась прочь.

В последующие дни Мейн брал Дэвида на миссии, которые передавали им фиксеры – да, опасные, но сын Глории ни разу не пожаловался, держался достойно и выкладывался полностью. Чем снискал искреннее уважение со стороны иных киберпанков, входивших в команду.

Вечерами они надирались в «Посмертии», а на следующий день получали новое задание и приступали к выполнению. Возвращаясь домой, Дэвид посвящал немало времени физическим упражнениям. Временами вместе с Люси они повторяли свои «рейды» на монорельсе, избавляя пассажиров состава от лишних чипов. Тир, просмотр брейндансов, уроки вождения от Мейна – все это стало неотъемлемой частью новой жизни Дэвида Мартинеса.

Дэвид обратился к риперу с просьбой установить ему кибернетические легкие для увеличения выносливости, благо теперь мог себе это позволить.

Однажды вечером киберпанки – Мейн, Дорио, Люси, Пилар, Ребекка, Киви и Дэвид – возвращались после очередных посиделок в баре, когда заметили человека, забравшегося на контейнер и беззастенчиво отливающего; придурок, казалось, не замечал никого и ничего, что-то бормотал себе под нос.

Возмутившись столь вопиющим беспределом, Пилар запрыгнул на контейнер, принялся отчитывать психа, и тот, ни слова не произнося, выпустил в эджраннера ракету из импланта, вмонтированного в руку. Сдетонировав, ракета снесла Пилару голову...

Дэвид остолбенел, а киберпсих выпустил вторую ракету – в сторону парня. Последнего Мейн с силой пнул ногой, отбросив в сторону, и тем самым спас ему жизнь. Разъяренная, Ребекка принялась палить в убийцу брата из двух стволов, и Мейн схватил миниатюрную девушку в охапку, бросил на землю. Похоже, на этот раз противник им достался серьезный...

Неистовая Ребекка продолжала атаковать, и Киви, следуя указанию Мейна, чуть поджарила ее импланты; девушка осела наземь, потеряла сознание.

Дэвид заметил Люси, находящуюся у основания контейнера. Нетраннер попыталась было атаковать импленты киберпсиха, но лишь привлекла к себе его внимание. Дэвид активировал Сандевистан, увернулся от очередной ракеты, и, метнувшись к противнику, выстрелил из пистолета ему в голову – в упор. Убедившись в том, что с Люси все в порядке, Дэвид облегченно вздохнул, не замечая, что киберпсих, каким-то чудом остающийся в живых, наводит на него свою пушку...

Подоспевшей Мейн одним ударом снес ему голову, и на этом все было кончено. Ребекка же разрядила в голову киберпсиха обойму, мстя за брата...

«Дорио, отведи Люси к риперу», - постановил Мейн, заметив кровь на лице девушки. – «Я останусь с Киви здесь до появления копов. Кто-то должен объяснить, что здесь произошло. Дэвид, ими с ними. Мы скажем, что сами прикончили психа после того, как тот убил Пилара. Лучше, если о тебе не будет упоминания в описании инцидента... Я видел, что ты сделал. Ты больше не можешь мыслить, как новичок».

Пока рипер осматривал Люси, Дэвид и Дорио ожидали снаружи.

«Отведи ее домой», - велела Дэвиду спутница. – «Мейн сказал, что ты можешь взять его машину». Дорио устремилась прочь...

За все время поездки Люси ни слова не проронила; смотрела в окно машины. Дэвид проводил девушку до дверей квартиры, и она пожелала парню спокойной ночи. «Может, поговорим?» - выпалил Дэвид.

Смерив юношу взглядом, Люси провела его на крышу здания, где и расположились они, созерцая неоновые огни Найт-Сити. Луну скрывали тучи, и вымолвил Дэвид: «Та луна, которую ты показала мне на своем БД, была очень красива». «Я тоже хотела с тобой поговорить», - призналась Люси, глядя в сторону. – «Помнишь, о чем мы говорили раньше? Я не врала. Ты – первый, с кем я поделилась своей мечтой». «Хорошо», - улыбнулся Дэвид. – «Мне была ненавистна мысль о том, что ты можешь лгать».

«А что, если я вру сейчас?» - осведомилась Люси. «Я так не думаю», - уверенно заявил Дэвид. – «Потому что мне это не понравилось бы». «Чушь какая», - усмехнулась девушка. «Ты должна была раньше сказать», - вымолвил парень. «Не должна была», - возразила Люси. – «Ты на меня злился». Тяжело вздохнув, Дэвид признал: да, злился... «Злился, но не был разочарован в тебе», - с жаром выпалил он. – «Иначе не стал бы тебя спасать». «Это ложь», - заключила Люси. – «Такой уж ты человек: бросаешься в огонь, чтобы кого-то спасти, даже если пламя опалит тебя самого».

«Поэтому ты думаешь, что я не справлюсь?» - осведомился Дэвид. – «Мейн считает иначе. Почему же ты...» «Нет, не в этом дело», - отвечала Люси. – «Из тебя выйдет отличный эджраннер. Просто... киберпанки делает себе имя не тем, как они жили... а тем, как они умерли. А ты не заслуживаешь ни такой жизни, ни такой смерти». «И чем же я отличаюсь от тебя?» - поинтересовался Дэвид, и отвечала Люси: «Мне больше некуда идти». «И мне некуда», - напомнил ей Дэвид.

«Мы с тобой принадлежим разным мирам», - не согласилась с ним Люси. «Обещаю, я доставлю тебя на луну!» - выпалил Дэвид, и Люси, впервые за вечер обернувшись к парню, впилась ему в губы...

На следующий день Мейн и Дэвид расположились на диване в одном из складских помещений, служивших эджраннерам убежищам. Тихо беседовали, ожидая, когда Киви завершит погружение в Сеть. Девушка погрузилась в цилиндр, заполненный жидкостью, отчаянно пытаясь отыскать нити, тянущиеся к Танаке.

Мейн предложил парню забрать себе кисти рук, принадлежащие погибшему Пилару. «Беспатно», - заверил он. – «Бекка дала добро». «Нет, спасибо», - отозвался Дэвид. «Что-то тебя это не волновало, когда ты напялил на себя Сэнди», - нахмурился Мейн. – «Не хочешь подбирать за знакомым?» «Они все равно мне не подходят», - пояснил юноша. – «И вообще, я нацелился кое на что иное».

Взгляд Дэвида был устремлен на бронированные кисти Мейна, и тот рассмеялся: «Великоваты для тебя! Но хорошо, как сыграю в ящик – забирай. К тому времени как раз вес наберешь им под стать». «Заметано!» - усмехнулся Дэвид, и Мейн присмотрелся к парню, протянул: «Что-то в тебе изменилось... Потрахался, что ли?» Дэвид замешкался с ответом, и Мейн рассмеялся: «В яблочко!»

Киви – совершенно обнаженная - выбралась из резервуара, разместилась на диване близ сподвижников. «Вообще ничего», - заключила она, закуривая. – «После нашего прежнего дельца Танака значительно усилил свою защиту. Один сплошной тупик». «А я что говорил?» - приуныл Мейн. – «Без Фарадэя мы ни на шаг не продвинемся».

«Танака?» - фамилия была знакома Дэвиду. «Он был владельцем лимузина, который ты угнал», - просветил парня Мейн. От Киви не укрылась реакция Дэвида, и довольно скоро она нашла объяснение ей в Сети, молвив: «Надо же! Вы с сыном Танаки были одноклассниками». «Что?!» - возмутился Мейн. – «Хочешь сказать, наш парень посещал какую-то чопорную школу корпоратов?!» «Академия Арасака», - произнесла Киви. – «Отличник, кстати». «Понятно, посему Глории так нужны были деньги», - вздохнул здоровяк.

«Я мало что смогла найти в Сети на Танаку», - продолжала делиться Киви. – «Логи просмотра запрещенных БД». «Можно использовать как элемент давления», - усмехнулся Мейн. «Редкостный извращенец», - поморщилась Киви. – «Смотрит всякий трэш о киберпсихах, не порнуху». «Темный мерзкий мирок пиджачка», - заключил Мейн, а Киви молвила: «Большая часть видео произведена неким ‘Джей.К.’».

«Джей.К.?» - встрепенулся Дэвид. – «Это же Джимми Куросаки – культовый режиссер брейндансов. Он известен тем, что выпускает БД о резонансных происшествиях в течение 24 часов после того, как они случаются. Никогда не видел, чтобы иной режиссер так мастерски делал бы монтаж. Неудивительно, что у него так много поклонников». «Не думал, что ты такой извращенец», - вытаращился Мейн на Дэвида, и тот поспешил заверить: «Да нет же! Просто помогал товарищу продавать его БД».

«Это все хорошо, но у тебя есть полезная информация?» - поинтересовалась Киви, и Дэвид, поразмыслив, произнес: «Я слышал, что он иногда делает заказы, адаптируя БД под запросы VIP-персон. Например, убирает ограничители боли. И, если он действительно этим занимается, Танака наверняка его навещает. И – вероятнее всего – в одиночку». «Почему ты так решил?» - озадачилась Киви. «А вы станете брать с собой телохранителей, если решите приобрести запрещенный БД?» - усмехнулся Дэвид.

Мейн и Киви сошлись во мнении о том, что парень, похоже, дал им неплохую наводку...

Чуть позже Мейн собрал команду, дабы обсудить дальнейшие действия. Попытки узнать побольше о Танаке многого не принесли, однако эджраннерам стало Фарадэй сообщил о том, что корпорат время от времени пользуется услугами Делаймена. Вот только сервис ИИ-такси прикрывает его, и невозможно определить маршрут Танаки.

«Я также копнула в сторону БД, которые мы обсудили», - известила остальных Киви. – «Основные покупатели подобной продукции – жирные коты, корпораты, селебрити и боссы банд... В этот клуб можно попасть лишь по рекомендации, и местонахождение его неизвестно. Если хотим узнать больше, следует потолковать напрямую с этим Джей.К.» «Но как?» - поинтересовался Дэвид, и Киви усмехнулась: «Нам повезло – завтра у него есть бронь в ‘Эмберс’. Он будет один». «Отлично», - хмыкнул Мейн. – «Когда он будет уходить, мы пригласим его сюда на чашечку кофе».

На следующий день эджраннеры расположились в окрестностях «Эмберс», внимательно наблюдая за входом в здание; каждому из них была отведена своя роль с операции.

Джей.К. направился к своей машине на подземный паркинг, где к нему бросился Дэвид. Изображая восхищение при встрече с кумиром, парень болтал без остановки, рассказывая Джимми Куросаки о рипере из Арройо, который продает брейндансы, созданные великим мастером. Дэвид пытался задержать Джимми, дабы дать время Мейну подкрасться к намеченной жертве... но киберпанки и не подозревали, что у Джей.К. есть глаза на затылке – в буквальном смысле. Заметив приближение Мейна, Джимми активировал устройство, создавшее немалой силы электромагнитный импульс, блокировавший на несколько секунд киберимпланты противников, выведя тех из игры. После чего бросил лишившегося чувств Дэвида на пассажирское сидение своей машины, сел за руль, направил автомобиль к выходу из паркинга...

...Придя в себя, эджраннеры бросились к своей машине, начали преследование. Маячок, остающийся на теле Дэвида, продолжал излучать сигнал, и местоположение парня отображалось на планшете Люси.

«Что этот урод применил?» - спрашивала Дорио, и отвечала Люси: «Похоже, какое-то электромагнитное поле». «Киви почувствовала себя очень плохо», - покачала головой Дорио. – «Мне лишь немного поплохело». «Удар был направлен на нейронные импланты», - просветила ее Люси. – «Наверняка целью стояла нейтрализация нетраннеров». «Но с тобой-то все хорошо», - озадачилась Дорио, и пояснила девушка: «Я оказалась за пределами радиуса воздействия». Холодный гнев отражался в глазах Люси; девушка готова была растерзать создателя запрещенных БД...

Преследование продолжалось; киберпанки сознавали, что Дэвид – в огромной опасности...

Открыв глаза, Дэвид обнаружил в форменном аду.

Он находился в некоем заброшенном здании, и пол помещения устилали изуродованные трупы; в руке Дэвида был пистолет. Неужто он сам совершил эту бойню?

В зал вбежали полицейские, и, называя Дэвида «киберпсихом», принялись орать, приказывая парню бросить оружие. Пребывая в отчаянии, Дэвид нажал на курок...

Не помня себя от страха от ужаса, Дэвид прорывался к выходу из здания, расстреливая преграждающих ему путь копов. Те все прибывали, ведя шквальный огонь... Пули пронзали тело несчастного Дэвида, и распластался он на асфальте.

Один из полицейских произвел контрольный выстрел...

Дэвид тяжело дышал, приходя в себя. Он был прикован к креслу для просмотра брейндансов, один из которых он только что пережил... сумев при этом не сойти с ума.

«Впечатляет, не так ли?» - послышался самодовольный голос – Джимми. – «Пережить собственную смерть, а не чью-то там еще». «Впечатляет?!» - выкрикнул Дэвид, не в силах оправиться от ужаса, свидетелем – и участником – которого стал. – «Ты, долбаный психопат!..» «А я-то думал, ты мой фанат», - усмехнулся Джимми, приближаясь к креслу. – «Ты ведь киберпанк, так? Что тебе нужно? Устроили мне засаду... Уверен, домашнюю работу проделали немалую. Ты видел иные мои работы? Например, серию ‘Эджраннеры’?» «Да, я видел большую часть твои работ», - подтвердил Дэвид. «Надо же, польщен!» - Джимми, похоже, ситуация донельзя забавляла. – «А ты никогда не задавал вопрос, откуда я беру эти стримы киберпсихов?.. Открою секрет: все военные прототипы имплантов оснащены устройством автоматической записи брейндансов. Есть люди, которые готовы платить огромные деньги за подобные продукты... Кстати, ты знаешь, кто прежде владел Сэнди?.. Джеймс Норрис. И сколько людей он в итоге перебил? Двадцать семь? Прекрасное противостояние спецназу мы лицезрели – нечасто встретишь человека, способного сразиться с ними на равных. Это было прекрасно... Одно из лучших видео, виденных мною. На тебя, кстати, я тоже возлагаю большие надежды. Признаюсь, я удивлен, что ты еще в своем уме, несмотря на то что используешь этот имплант. Рано или поздно побочные эффектны лишат тебя разума. С нетерпением жду этого момента!»

«Я не стану психом!» - огрызнулся Дэвид, которого болтовня Джимми донельзя раздражала. «Так говорят все хромированные», - хмыкнул тот. – «Они считают себя в порядке, пока не сходят с ума. Еще несколько схваток со спецназом, и твой мозг взорвется!..»

Весело насвистывая, Джимми проследовал к своему компьютеру, запустил следующий брейнданс, и разум отчаявшегося Дэвида поглотила страшная, жестокая виртуальная реальность; лицо парня обратилось в маску невыразимого ужаса...

...В убежище Джимми ворвались Дорио и Люси, направили пистолеты на создателя БД, велели ему поднять руки. Люси бросилась к пульту, отключила устройство для БД, возвращая Дэвида в реальность.

Дорио приставила пушку к макушке Джимми, и буднично поинтересовался тот: «Так чего же вы хотите? Навряд ли вы здесь для того, чтобы убить меня».

Послышался тихий стрекот, и эджраннеры с тревогой воззрились на дв боевых дрона, летящих к ним. Джимми сохранял полное спокойствие, на губах продолжала играть самодовольная ухмылка. «Отключи их!» - потребовала Дорио, и Джимми развел руками: «Не могу. Давайте, поиграйте с ними – это мои лучшие игрушки. Пуленепробиваемые, кстати говоря. Удачи вам со своими пукалками». «Да я тебе сперва мозги вышибу!» - разозлилась Дорио. «Не самый умный поступок», - с сожалением констатировал Джимми. – «Это их не остановит». «Они не станут стрелять, пока я использую тебя в качестве щита», - бросила Дорио, выстрелила пару раз в дрона – пуленепробиваемая броня, не соврал, гад.

Дроны парили в воздухе, беря эджраннеров на прицел. Люси пыталась взломать системы дронов, и Дэвид, дабы дать ей время, принялся палить из пистолета в боевую машину, обращая на себя ее внимание. После чего активировал имплант, уходя из-под ответного огня.

Люси сумела осуществить задуманное, и дроны рухнули на пол ангара; системы их отключились. Разъяренная, Дорио ударила ухмыляющегося создателя брейндансов ногой в голову, проревела: «Ты труп!» «А вы ничего не хотели у меня спросить?» - вкрадчиво осведомился Джимми – даже в своем незавидном положении сохранял он присутствие духа.

...Чуть позже в ангар заглянул Мейн, и, велев Дэвиду присматривать за пленником, скрылся в соседнем помещении. «Уж прости меня, парень», - примирительно произнес Джимми, оставшись с Дэвидом наедине. «Да ладно», - отозвался тот, созерцая ряды картриджей с брейндансами на стеллажах. – «Не думал, что ты с такой легкостью согласишься помочь нам». «Я знаю, чего ожидать от киберпанков», - отозвался Джимми. – «У меня ведь нет выбора, так?» И куда подевалось все прежнее бахвальство?..

Заметив, что Дэвид вертит в руках картридж с 31-й серией БД «Эджраннеры», посвященной последнему бою Джеймса Норриса, Джимми удивился: «Ты смотрел его? Смотрел, и все равно установил себе Сэнди?! Совсем спятил, братец». «Я не закончу так, как он», - уверенно заявил Дэвид. «Джеймс Норрис был солдатом, который умел обращаться с имплантами», -напомнил ему Джимми. – «Но даже он не смог совладать с ними и стал психом. Чем, по-твоему, ты отличаешься?» «Не знаю», - вздохнул Дэвид. – «Просто... кажется, будто этот имплант всегда был частью меня. Возможно, я скроен как-то иначе». «Думаешь, ты особенный?» - уточнил Джимми, и подтвердил юноша: «Именно».

«За свои годы я много раз видел, какие хромоманьяки сходили с ума», - поделился с парнем Джимми. – «Некоторый металл просто-напросто несовместим с плотью. Твое тело и душа вынуждены работать на пределе, балансировать на грани. В итоге есть два возможных исхода: ты или сходишь с ума, или умираешь. Третьего не дано».

Дэвид промолчал; какой смысл спорить?..

В назначенное время в жилище Джимми прибыл Танака, воспользовавшись услугами сервиса Деламейн.

«Рано ты», - произнес корпорат, проследовав в помещение. – «Обычно для следующего выпуска требуется несколько месяцев». «Да, найти достойный материал не так просто», - признал Джимми, улыбаясь гостю. – «Но новый БД наверняка придется вам по душе. Хотите просмотреть его прямо сейчас?» «Моего сына сегодня выписывают из больницы», - покачал головой Танака. – «Поэтому я просто заберу чип».

Выступившие из укрытий эджраннеры – Мейн, Дорио и Дэвид - окружили корпората, навели на него оружие, и Джимми развел руками: «Простите, сэр. Они держат меня за яйца».

«Вы вообще понимаете, с кем имеете дело?» - обратился Танака к противникам, попутно пытаясь осуществить звонок охране, однако Люси заблаговременно заблокировала в пределах здания вызовы на всех частотах.

Танака поднял руки, и из вмонтированного в ладони его устройства по все стороны брызнули острые металлические иглы. Не ожидавшие подобного, киберпанки попытались укрыться от гибельных шипов. Танака же стремительно метнулся к Мейну, принялся наносить ему удары, вынуждая здоровяка отступать.

Дэвид активировал имплант, метнулся к Танаке, сбивая его с ног, и Мэйн использовал обретенное мгновение, чтобы с силой ударить корпората кулаком в лицо. Танака распластался на полу – без сознания...

Как и Джимми. Один из шипов угодил создателю брейндансов в горло, и ныне тот задыхался, истекая кровью. За мгновения до смерти взор Джимми сфокусировался на Дэвиде, губы исказила ухмылка... Это выражение и стало его посмертной маской...

Дорио сообщила остальным о том, что к зданию приближается аэродин «Травма Тим» - у хозяина была платиновая страховка. Мейн взвалил на плечи безвольное тело Танаки, наряду с подельниками поспешил к выходу...

...Дэвид и Люси отправились домой к последней, благо их участие в сегодняшней миссии было завершено; Мейн же, Дорио и Киви встретились с иным киберпанком, Фалко, и, устроившись в одной из квартир заброшенной мегабашни, вознамерились попытаться заполучить данные, хранящиеся в кибермозгу Танаки. Избитого корпората погрузили в сон с помощью транквилизатора, после чего Киви забралась в ванну, начав так называемое «глубокое погружение» в хранилище данных Танаки, осторожно пробиваясь через установленные в нем степени защиты.

Дорио, Мейн и Фалко терпеливо дожидались, когда она закончит. В разуме Мейна все чаще вспыхивали картины пустоши, где проживал он в молодости... Голос Дорио вернул здоровяка в реальность; женщина протянула сподвижнику пакет с едой, но тот не удержал его кибернетической рукой, выронил.

«Ты весь дрожишь», - с тревогой отметила Дорио. – «Весь этот хром влияет на твою нервную систему. Когда все это закончится, ты переоснастишь тебя, сбросишь часть имплантов». «Случайность», - отмахнулся Мейн. – «Не бери в голову».

На мгновение перед глазами Мейна вновь вспыхнул образ пустоши, что донельзя его разозлило: «Никто другой не смеет ставить для меня пределы! Прежде я не имел никаких проблем, и сейчас не поверну назад! Где эти долбаные данные?!» «Киви ищет их», - заверила взбешенного Мейна Дорио.

Сознание затуманилось... Когда Мейн пришел в себя, он лицезрел лежащую на полу Киви с разбитой головой, склонился над которой Фалко. «Что произошло с Киви...» - растерянно произнес Мейн, и Фалко, метнувшись к здоровяку, ударил его в лицо...

...Фалко привез к мегабашне Дэвида и Люси, сам же ретировался. Двое не понимали, что происходит: почему Киви отправили к риперам, она же занималась Танакой? Дорио предлагала спросить об этом Мейна, угрюмо глядящего вдаль, а тот посылал всех куда подальше, если лезли к нему с вопросами. «Мейн ее вырубил», - просветила Дорио Дэвида и Люси. – «Утратил контроль над собой, когда она взламывала защиту... Мейн, может, тебе стоит голову проверить? А то в следующий раз...» Фыркнув, Мейн покинул комнату, и Дорио, проводив напарника взглядом, шепнула Дэвиду и Люси: «Киберпсихоз».

Дэвид подошел к дверям комнаты, в которой оставался Мейн, позвал товарища, молвив: «Мейн, Дорио мне все рассказала. С тобой все будет хорошо. Ты не кончишь как...» «Хорошо?» - донеслось из-за двери. – «Что значит ‘хорошо’, парень? Спрашиваешь, сойду ли я с ума? Думаешь, я становлюсь психом?» Выступив в коридор, Мейн залепил Дэвиду оплеуху, отчеканив: «Отвали. Ты действуешь мне на нервы подобными словами. Думаешь, ты крут, потому что быстрее меня? Сэнди, вообще-то, для меня предназначался».

Он вернулся в комнату, закрыл за собой дверь, сделал себе несколько инъекций, призванных стабилизировать состояние, ведущие к рассинхронизации хрома и органики. Нет, он справится! Он не собирается отказывать от части имплантов...

Приближаясь к помещению, в котором оставались Дорио и Люси, Дэвид услышал жаркий спор. Дорио отмечала, что времени у них – в лучшем случае до рассвета, а после копы наверняка их найдут. «Я сказала – нет!» - кричала Люси в ответ. – «Он – ‘Арасака’...» Руки ее подрагивали; похоже, девушку ужасало предложение Дорио заменить Киви...

«Пойдем, Киви», - предложил подруге Дэвид. – «Ты не обязана это делать. Мы можем оставить Танаку там, где взяли его, и сделать вид, что ничего этого не было».

Люси вытолкнула Дэвида за дверь, потребовала: «Скажи, что у меня получится!» «Но я думал...» - растерялся парень. «Просто скажи!» - рявкнула Люси. – «Ты не знаешь, на что способна ‘Арасака’. Они всегда наблюдают за нами. За мной... тобой... Мы не можем просто взять и отступить. У нас нет выбора. Я осознаю это, но... я должна услышать от тебя, что смогу». «Знаю, что сможешь», - улыбнулся девушке Дэвид. – «Я верю в тебя, Люси».

Вернувшись в помещение, Люси заявила Дорио: она согласна на погружение, но рядом с ней останется Дэвид, а Мейн пусть держится подальше. «Хорошо», - сдалась Дорио, обратилась к Дэвиду: «Но держи нас в курсе, звони каждую четверть часа. Время у нас – лишь до рассвета! Кстати, где Мэйн?» «Кто его знает», - пожал плечами Дэвид.

...Мейн бродил по пустующим коридорам мегабашни, но зрел пред внутренним взором своим бескрайние просторы залитых солнцем пустошей. Дорио удалось разыскать его; женщина окликнула здоровяка, и тот, вздрогнув, воззрился на нее так, будто видел впервые...

...Люси разделась, забралась в ванну со льдом, попросила Дэвида подключить кабель к ее порту глубинного погружение, установленного на затылке. «Начинаю погружение», - коротко сообщила нетраннер, закрыла глаза, переместившись в виртуальную реальность, где приступила к взлому защиты кибермозга корпората. Последний был раздет и прикован цепями к стулу; как и прежде оставался тот без сознания – воздействие транквилизатора продолжалось.

Тянулись минуты. Дэвид связался с Дорио, сообщил ей статус. «Неужто мы убьем его?» - задавался он вопросом, пребывая в смятении чувств.

...Оставаясь в соседнем помещении, Дорио и Мейн проверяли оружие – на тот случай, если замысел их закончится неудачей. «Нам бы не понадобился запасной план, если бы ты чувствовал себя так дерьмово», - ворчала Дорио.

На связь с Мейном вышел Фарадэй, поинтересовался, удалось ли эджраннерам обрести интересующие его данные. «Работаем над этим», - лаконично отвечал Мейн. Как оказалось, фиксер был прекрасно осведомлен о случившемся с Киви, поинтересовался: «Ты готов поставить все на запасного нетраннера?» «Абсолютно», - уверенно произнес Мейн. «Часики тикают, Мейн», - предупредил его Фарадэй. – «’Арасака’ лишилась одного из ключевых сотрудников. Надеюсь, ты понимаешь, что у тебя нет права на ошибку». «Полностью», - заверил собеседника Мейн.

Однако продолжал видеть образ Фарадэя в комнате. Бросил ему пару слов, и Дорио с тревогой воззрилась на напарника: похоже, тому все хуже и хуже. Метнувшись к Мейну, Дорио вколола тому транквилизатор, и здоровяк отрубился.

...Неожиданно Танака пришел в себя, и Дэвид подошел к корпорату, дабы сделать тому укол транквилизатора. «Подожди, Дэвид...» - взмолился тот, и парень озадаченно выдохнул: «Откуда вы...» «Я много о тебе слышал», - говорил Танака. – «Про инцидент с моим сыном в Академии... Но, несмотря на это, я отдал приказ восстановить тебя в Академии. Прошу, Дэвид... Ты можешь прекратить все это. Я не хочу умирать». «Нам просто нужны данные», - попытался объяснить Дэвид, отчаянно желавший сквозь землю провалиться. – «Вы не...» «Не будь так наивен!» - воскликнул корпорат. – «Я видел их лица! Ты действительно веришь в то, что ‘Арасака’ не отыщет их? Послушай... Почему, по-твоему, я высказался против твоего отчисления? Ты обладаешь исключительными способностями. Я считаю, ты станешь весьма ценным ресурсом для ‘Арасаки’! Мы можем дать тебе великое будущее, Дэвид! Не выбрасывай свою жизнь на свалку!»

...Люси сумела взломать защиту кибермозга Танаки, и теперь изучала обнаруженные в нем данные, копируя их на собственный имплант. Один из файлов привлек внимание нетраннера, ибо был всецело посвящен Дэвиду Мартинесу и данным по использованию тем Сандевистана...

«Я не могу вас отпустить», - говорил Дэвид, и Танака, почувствовал колебания и внутреннюю борьбу парня, настаивал: «Тогда свяжись с ‘Арасакой’. Все закончится в течение пяти минут». «Я не об этом!» - выкрикнул Дэвид. – «Я не могу предать мою команду». «Глупый мальчишка», - прошипел Танака. – «Неужели не понимаешь, что тебя просто используют?» «А ‘Арасака’, значит, не использует?» - отозвался юноша. «Нет!» - воскликнул корпорат. – «Ты просто слеп. Кто, думаешь, платит за эту операцию? Уверен, что ‘Милитех’. Все нити ведут обратно к корпорациям. Неважно, как велико ты воспаришь в этом мире, ты все еще будешь значить меньше самого низшего из корпов. Неужто ты этого хочешь?». «Чего я хочу?» - медленно произнес парень.

...Видя, что Мейн приходит в себя, встревоженная Дорио попыталась связаться с Дэвидом, но тот не отвечал на вызов. Дорио и Мейн вбежали в соседнюю комнату... когда кибермозг Танаки неожиданно взорвался. «Дэвид, вытаскивай ее!» - выкрикнула Дорио, сознавая, что, если корпорат умрет, все будет кончено и с Люси.

Парень метнулся к ванной, выдернул кабель из порта на затылке Люси, отключая ее от системы интеграции с кибермозгом Танаки. Дорио успела сделать корпорату укол адреналина, предотвратив остановку сердца.

Подойдя к растерянному Дэвину, Мейн влепил парню затрещину, проревев: «Ты что творишь?» «А сам ты что творишь?» - с вызовом бросил тот в ответ. – «Вырубил Киви... Возложил все на Люси. Да что с тобой происходит?!» «Дэвид, не начинай...» - угрожающе процедил Мейн, нависая над парнем.

«Дэвид! Мэйн!» - выкрикнула Дорио, и двое обернулись к ней. – «Глушитель поджарился наряду с кибермозгом Танаки! ‘Травма Тим’ получила сигнал!»

Мейн принялся разбивать цепи, опутывавшие безвольное тело Танаки; Дэвиду он велел спускаться на паркинг и заводить автомобиль. Парень все еще пребывал в ступоре, и Дорио пришлось отвесить ему оплеуху. «Ты подписался на это – вот и делай!» - выкрикнула женщина его в лицо.

Дэвид коротко кивнул, и, взвалив на плечо тело Люси, бросился вниз по лестнице...

Послышался звук двигателей – аэродин «Травма Тим» приближался к зданию; и, похоже, корпораты запросили помощи у полиции, предположив, что критическое состояние их платинового клиента вполне может иметь криминальную подоплеку.

...Придя в себя, Люси осознала, что находится в машине рядом с Дэвидом; остальных поблизости не наблюдалось. «Что происходит?» - произнесла девушка, и просветил ее Дэвид: «Танака пробудился, но по какой-то причине его кибермозг взорвался. Там что-то произошло?» «Где Мейн и Дорио?» - Люси проигнорировала вопрос парня. «Они скоро принесут сюда тело Танаки...» - отвечал Дэвид. «Но он мертв», - удивилась Люси, и Дэвид покачал головой: «Мы спасли его». Люси вздрогнула, выкрикнула: «Почему?!» «Нам все еще нужны данные», - реакция девушки весьма озадачила Дэвида. «Нет смысла волочь его», - зло отозвалась та. – «Не было там никаких данных». «Быть не может...» - опешил Дэвид.

...Мэйн приторочил тушу едва живого корпората цепями к своему телу, и теперь наряду с Дорио шагал по коридору... когда окружили их противники – как оперативники «Травма Тим», так и полицейские. Началась перестрелка. Пред внутренним взором Мейна все чаще вспыхивали картины бескрайней пустоши, мешая сосредоточиться...

...Услышав выстрелы, доносящиеся сверху, Дэвид вознамерился было покинуть машину, но Люси схватила его за запястье: «Ты куда?» «Помочь», - бросил парень в ответ. «Нет!» - испугалась девушка. – «А что, если они придут сюда иным путем?» Дэвид ничего слушать не хотел, и Люси молила его не пороть горячку. «Я перехватила сигнал», - говорила она. – «Здесь ‘Травма’ и полиция. Они окружены!» «Тем более мы должны им помочь!» - воскликнул Дэвид. «Ты что, умереть хочешь?!» - выкрикнула Люси. «Я не умру», - возразил ей Дэвид. – «Я вернусь к тебе». «Они могут не выжить», - напомнила парню нетраннер. – «Нам необходимо смириться с этим и отступить». «Но мы все еще слышим звуки сражение!» - заявил парень. – «Они все еще живы!.. Ты странно ведешь себя сегодня, Люси... Ты что-то увидела, так? В нейронной сети Танаки...»

Люси вздрогнула, пролепетала что-то невнятное. «Может, тоже скажешь, что верить в меня?» - усмехнулся Дэвид, и, активировав имплант, покинул автомобиль...

...Теряя остатки разума, Мейн расстреливал как копов, так и оперативников «Травмы». Последние старались действовать осторожно, ибо к телу здоровяка была цепями примотана туша Танаки. В перестрелке погибла Дорио...

Поддавшись киберпсихозу, Мейн разорвал на части тело Танаки... и солдаты «Трамва Тим» сочли за благо ретироваться, мотивировав свой поступок гибелью клиента, и предоставив полицейских поистине незавидной судьбе. Израненный, Мейн продолжал вести бой, пока не закончились у него патроны, а после принялся убивать противников голыми руками.

...Когда Дэвид добрался до помещения, в котором проходила перестрелка, лицезрел он Мейна... и множество обезображенных трупов и ошметков тел. Противники неистового киберпанка временно отступили – наверняка ожидали прибытие спецназа.

«Привет, парень», - прохрипел Мейн, сфокусировав взгляд на Дэвиде, пораженного картиной представшей ему бойни. – «Ты в порядке?» «Я пришел прикрыть тебе спину...» - пролепетал Дэвид. «Дорио мертва», - Мейн кивнул в сторону мертвого тела подруги, которое он заботливо возложил на груду взрывчатки – эдакое ужасающее подобие погребального костра. – «Это последнее, что я могу для нее сделать». «Давай убежим, Мейн», - взмолился Дэвид. – «Ведь ты умрешь». «Больше бегать не буду», - покачал головой здоровяк. – «Смерть зовет меня».

«Тогда я тоже буду сражаться!» - заявил Дэвид, с тревогой прислушиваясь к звуку двигателя приближающегося аэродина – вот-вот подоспеет спецназ. – «Я принял решение. Я спасу тебя! Мейн, вместе мы выберемся из этой переделки!» Дэвид мелко дрожал, и факт этот донельзя его злил.

Тянулись долгие мгновения; аэродин заходил на посадку. «Дэвид, ты не можешь так поступить», - тихо произнес Мейн, опустив механическую длань на пистолет, который сжимал в руках Дэвид. «Но почему... Мейн...» - выдавил Дэвид; по щекам его текли слезы. «Дэвид, для меня все кончено», - улыбнулся эджраннер. – «Но не для тебя. Ты стремителен, помнишь? Продолжи бег!»

...Когда спецназовцы ворвались в помещение и открыли огонь, взрывчатка сдетонировала...

Машина, за рулем которой находилась Люси, неслась по ночной магистрали. Дэвид оставался на пассажирском видение; взор парня был устремлен в пространство, к груди он прижимал механическую руку – единственное, что осталось у него от погибшего наставника в этом жестоком мире...

Прошло полтора года...

...Машина, находилась в которой команда Дэвида, направлялась к убежищу головорезов, входящих в «Мальстрем», дабы исполнить задание, полученное от фиксера, Вакако. Фалко вел автомобиль, и, помимо Дэвида, Киви и Ребеккой, пребывал в нем молодой, глупый и восторженный киберпанк, Джулио. Последний боготворил Дэвида, считая того образцом эджраннера, и Вакако навязала юнца команде – в качестве бонуса. Эдакий раздражающий фактор, от которого нельзя отказаться.

«Где твоя пушка?» - бросил Дэвид новичку, и тот продемонстрировал ему свой пистолет: «У меня ‘Лексингтон’». «Так не пойдет», - отрезал Дэвид. – «Ты хочешь выступить против ‘Мальстрема’ с этим?» Он протянул Джулио дробовик, ‘Сатару’, и возликовал тот: юнец считал происходящее веселым приключением, не более.

Головорезы разместились в заброшенном отеле. Киви просканировала здание, отметив количество находящихся внутри противников и механических пушек. Нетраннер осталась в автомобиле наряду с Фалко; Дэвид же, Ребекка и Джулио уверенно направились к парадному входу.

Трое ступили в вестибюль, и головорезы тут же направили на них оружие. Киви поджарила импланты разом всех их противников, находящихся в помещении, после чего Дэвид и спутники его приступили к методичному расстрелу миньонов «Мальстрема».

Покончив с противниками в вестибюле, трое поднялись на второй этаж здания, где путь им преградил здоровяк, начиненный имплантами и вооруженный молотом. Велев остальным держаться позади, Дэвид активировал как Сандевистан, так и новые импланты в ногах, метнулся головорезу за спину, произвел выстрел, снеся противнику голову.

Киви связалась с товарищами, известив о том, что цель их находится в комнате в конце коридора. Услышав об этом, Джулио бегом бросился к дверям, проигнорировав оклик Дэвида о возможных ловушках... А в следующее мгновение одна из оных сдетонировала, и незадачливого эджраннера разнесло на ошметки. Ребекка закатила глаза: каким же Джулио был идиотом!..

Дэвид и Ребекка ступили в помещение, где томились пленники бандитов «Мальстрема». «Кто из вас Изабелла Морган?» - обратился к пленникам Дэвид, и, когда одна из девушек неуверенно подняла руку, пояснил: «Твой отец нанял нас для твоего спасения. Теперь ты в безопасности». Девушка разрыдалась.

Чуть позже на связь с Дэвидом вышла Вакако, поблагодарив за успешное завершение миссии по спасении Изабеллы. «Похоже, слухи о тебе правдивы», - говорила фиксер. – «И не парься из-за Джулио. Он был дураком. Я ему говорила, что он еще не готов работать с тобой».

...Эджраннеры отправились к уличному фудкорту, чтобы передохнуть немного, пропустить по бутылочке. Дэвид перевел участникам операции деньги на счет – всем поровну... как и учил его Мейн. «Спасибо, что был за рулем, Фалко», - обратился Дэвид к товарищу. – «Хороших водителей найти непросто». «Ну, не знаю...» - протянул Фалко. – «Теперь у тебя есть свой фан-клуб». «Ты о Джулио?» - уточни Дэвид. – «Я сразу понял, что толку от него не будет. Немногие ветераны готовы работать со мной – если, конечно, они не знали Мейна». «Признаю, когда ты в первый раз позвонил, я решил, что ты – просто амбициозный молокосос», - вымолвил Фалко с усмешкой. – «Но сейчас... думаю, ты сможешь добиться большего с сравнении с Мейном». Фалко просил Дэвида взять его на следующее большое дело, и, простившись с парнем и Киви, отправился восвояси.

«Признаюсь, я сомневалась в том, что ты сможешь организовать команду», - молвила Киви, обращаясь к Дэвиду. «Это все благодаря нашему замечательному нетраннеру», - улыбнулся парень, и Киви отметила: «Мы оба понимаем, что говоришь ты не обо мне... Ты спрашивал ее?» «Спрашивал», - вздохнул Дэвид, возвращаясь мыслями к Люси. – «Устал я уже просить ее». «Мне она не казалась той, которая готова все бросить», - покачала головой Киви. «Думаю, тут дело не только в том, что произошло с Мейном и Дорио», - предположил Дэвид. – «Тогда, в мегабашне она вела себя как-то странно... Но, может, мне просто показалось. Кстати говоря, это ведь ты привела Люси в команду, так? Рассказывала она тебе о своем прошлом?» «Нет», - отозвалась Киви. – «Большинство ребят в нашем деле о прошлом не говорят. Стыд, алчность, желание что-то доказать... много причин. Какая разница, ищешь ли ты путь отсюда или же путь наверх?..»

Дэвид угрюмо кивнул: действительно, никакой...

Простившись с Киви и остальным, парень навестил рипера, дабы тот подлатал его после недавнего противостояния. Док извлек искореженный осколок из кибернетической руки Дэвида, прежде принадлежавшей Мейну.

«Не идет она тебе», - ворчал рипер, восстанавливая имплант. – «К тому же это устаревшая модель. У меня есть разные виды хрома следующего поколения...» «Мне нравится», - улыбнулся Дэвид, и док пренебрежительно хмыкнул: «Ладно. Тебе помирать». «А у тебя усилители мускулов есть?» - деловито осведомился киберпанк. – «Последняя модель от ‘Кироси’?»

«Я и не знал, что общаюсь с законченным фанатом хрома», - бросил рипер, критически осматривая начиненное имплантами тело Дэвида. – «Ты бы полегче – разум за хромом не поспеет». «Со мной все хорошо», - заверил его Дэвид. – «Неважно, сколько имплантов я в себя интегрирую, я ничего не ощущаю. С металлом я чувствую себя лучше, чем с собственной плотью». «Признаю, твой уровень адаптации к киберимплантам зашкаливает», - согласился док. – «Никогда прежде не видел такого мальца-киборга».

Припомнив давнишний разговор с Джимми Куросаки, произнес Дэвид: «Думаю, я просто особенный, вот и все». «Хочешь стать кем-то вроде Адама Смэшера?» - усмехнулся рипер. «Адама?» - озадачился Дэвид, и рипер покачал головой: «Ну ты даешь! Столько времени прошло, а ведешь себя как зеленый юнец – об Адаме Смэшере никогда не слышал! Некоторые знают его как героя Четвертой Войны Корпораций. Иные – как ужасающего киборга, кошмар наяву. Но для всех он – живая легенда. У него есть свое кладбище – тех, которых он прикончил по приказу ‘Арасаки’».

Поступил срочный вызов от Киви – нетраннер просила Дэвида как можно скорее прийти в «Посмертие». Парень исполнил ее просьбу, и Киви провела его к столику, находилось за которым несколько людей – в том числе и фиксер, которого Дэвид некогда лицезрел на вечеринке эджраннеров, Фарадэй.

Последний преставился, и, испытывающе взирая на Дэвида, произнес: «Я многое о тебе слышал. Ты успел сделать себе имя. Новичок с Сандевистаном». «Теперь у меня не только Сэнди», - отвечал Дэвид, и фиксер кивнул: «Это так. Похоже, теперь в тебе больше стали, нежели кости... У нас с Мейном было взаимовыгодное сотрудничество. Он понимал химию команды, но его недостаток крылся в личных привязанностях. Подобное туманит разум и ведет к гибели... Я слышал, что и ты хорош в сплочении команды». «Я четко разделяю личную жизнь и профессиональную», - заверил собеседника Дэвид.

«Я хочу, чтобы ты убедил меня в том, что способен работать на том же уровне, что и Мейн», - перешел Фарадэй к сути вопроса. «Испытание?» - насторожился Дэвид. «Можно и так сказать», - не стал вилять фиксер. «Что ж, хорошо, но мои услуги дорого стоят», - отметил Дэвид. «Ничего из того, что я делаю, стоит дешево», - процедил Фарадэй, передал Дэвиду чип с информацией. Тот вставил устройство в шейный разъем, изучил полученные сведения, уточнил: «Работа на ‘Милитех’? Они же – главные противники ‘Арасаки’». «Работа на корпов оплачивается лучше всего», - заверил его фиксер. – «Ты против?» «Все сделаю», - заверил его Дэвид.

«Отрадно слышать», - протянул Фарадэй. – «Есть еще одно поручение, и я хотел бы, чтобы ты занялся им после этой работы. Дело, тебе известное». «Это касается данных, которые ты хотел получить от Танаки?» - поинтересовался Дэвид. «К сожалению, я получил доклад о том, что данных у Танаки не было», - заключи фиксер. – «Но также там утверждалось, что вам удалось взломать систему защиты ‘Арасаки’. И это было сделано не Киви, а иным нетраннером».

«Да, нашей команде повезло с хорошими нетраннерами», - согласился Дэвид, сохраняя непроницаемое выражение лица, и Фарадэй продолжал: «Прекрасно. Но – насколько мне известно – этого нетраннера больше нет с вами». «Да, после того дела она покинула команду», - подтвердил Дэвид. «И почему же?» - осведомился Фарадэй. – «Жаль терять такой талант». «Душа к этому не лежала», - пояснил эджраннер. «Не помешает снова попытаться ее убедить», - отчеканил фиксер.

«Легче сказать, чем сделать», - пробормотал Дэвид, обратился к Фарадэю с вопросом: «’Арасака’ знает, что ‘Милитех’ пытается подобраться?» «Конечно», - кивнул фиксер. «И что же ‘Милитех’ пытается заполучить столь отчаянно?» - спрашивал Дэвид. «Это – моя забота, не твоя», - отрезал Фарадэй. – «Ненужные детали лишь помешают тебе выполнить работу». «Возможно, есть какие-то новости?» - настаивал Дэвид. «Пока нет», - отвечал фиксер. – «Как говорят – ‘Воздается терпеливым’. Но тебе еще предстоит доказать мне, что ты стоишь моего времени».

...Дэвид вернулся в пентхауз башни, где ныне проживал он вместе с Люси. Парень коротко поделился с возлюбленной итогами сегодняшней операции, в которой они потеряли бестолкового новичка. «Когда-то я знала такого же новичка», - улыбнулась Люси.

Поколебавшись, признался Дэвид: «Похоже, нас ожидает крупное дело. И было бы здорово, если бы ты была с нами...» «Два нетраннера – уже толпа», - пропела Люси. «Ты знаешь, я бы предпочел...» - начал парень, но Люси прервала его: «Дэвид, прошу тебя. Мне нужно время».

«Ладно», - вздохнул Дэвид, осведомился: «Ты снова погружалась? Почему ты не купишь костюм для нетраннинга? И кресло можем купить. Ванна со льдом не очень-то комфортна». «Мне все это не нужно», - молвила Люси. – «И не люблю я надевать костюм». «Прости, не знал», - отозвался Дэвид.

Люси внимательно смотрела на своего парня, будто взвешивая что-то, а после предложила ему прогуляться. На мотоцикле отправились они в пустоши, расположились на скальном утесе, созерцая звездное небо. Дэвид был восхищен: никогда прежде не видел он ничего подобного!.. В Найт-Сити звезд не видно...

«Жаль, что луны не видно», - вздохнул Дэвид. «Мы видим звезды именно потому, что луны не видно», - пояснила Люси, наслаждаясь моментом. – «Свет ее затмевает сияние звезд. И чему только тебя учили в Академии?» «Я ж ее бросил, помнишь?» - отозвался Дэвид. – «Знаешь, прежде я никогда не был за городом. А ты?..» «Отсюда город похож на клетку, полную огней», - произнесла Люси, устремив взор в сторону Найт-Сити.

«Когда-то ты сказала, что мы с тобой разные», - напомнил подруге Дэвид. – «Что ты имела в виду?» «Лучше тебе этого не знать», - прозвучал ответ, но Дэвид продолжал настаивать: «Я просто хочу узнать больше о тебе».

Люси долго молчала, после начала говорить: «Я родилась в иной стране, в комплексе ‘Арасаки’. Помимо меня еще тринадцать детей прошли предварительные испытания на становление нетраннерами. Детей, которых не будут искать в случае их исчезновения. Обучения было донельзя тяжелым, но мы верили в то, что однажды будем работать в крупнейшей в мире корпорации. Эту мечту нам дали, и мы никогда не ставили ее под вопрос. Но по завершении обучения нас не приписали к офису корпорации – они отправили нас в Старую Сеть!»

«В Старую Сеть?» - нахмурился Дэвид. – «Этот тот самый сегмент Интернета, который был утрачен около 50 лет назад?» «Да», - подтвердила Люси. – «Ее уничтожил величайший нетраннер в истории, легендарный хакер Раше Бартмосс». «Парень, сокрушивший 78% Интернета», - припомнил Дэвид, и продолжала Люси свой рассказ: «Его вирус расколол киберпространство, разбил Сеть на множество изолированных доменов. ‘Арасака’ стремилась отыскать в Старой Сети артефакты прошлого – огромные резервуары знаний. И мы стали солдатами, направляемыми в логово вредоносных программ и агрессивных ИИ. Опытные нетраннеры были способны осуществлять глубинное погружение, осуществляя материализацию киберпространства в своем сознании... Но, когда мы находили редкую информацию, вредоносные ИИ находили нас и атаковали... Мои собратья погибали один за другим. Я продолжала погружаться – каждый раз как в последний... Вскоре нас осталось совсем немного. Нас убивали ради чьей-то мечты. И мы подумали: ‘Если нам суждено умереть, почему бы не попытаться бежать?’»

Рассказывала Люси, как осуществили они побег. Солдаты корпорации преследовали их, стреляли, но она продолжала бежать прочь, не оглядываясь. «Я боялась долго оставаться в каком-либо одном месте», - говорила девушка. – «Потому я странствовала по разным городам. И Найт-Сити – идеальный город, в котором можно спрятаться». «Ты до сих пор чувствуешь, как будто в бегах?» - поинтересовался Дэвид, и Люси покачала головой: «Не думаю. Здесь у меня довольно комфортная жизнь. А, возможно, я просто привыкла к страху за свою жизнь».

Правая, механическая рука Дэвида мелко задрожала. Подобный тремор случался с ним всегда в моменты эмоциональных потрясений. «Ты ничуть не изменился», - мягко произнесла Люси, прижимаясь к парню. – «Все еще живешь ради чьей-то мечты. Я тебя понимаю. Не думаю, что я еще боюсь за себя. Я боюсь, что однажды ты...» Она осеклась, не в силах продолжить, и Дэвид привлек Люси к себе, крепко обнял...

Люси не рассказывала Дэвиду о том, что нетраннеры «Арасаки» пытаются восстановить большую часть испорченных данных о подопытных образцах, находившихся в кибермозге Танаки. Пока что Люси удавалось выслеживать нетраннеров, берущихся за это дело, и устранять их, выжигая кибермозг...

Задача, полученная Дэвидом, заключалась в устранении одного из исследователей «Арасаки», директора лаборатории, Эванса. Прибыв поздним вечером на место наряду с Фалко, Киви и Ребеккой, Дэвид в одиночку проник в здание лаборатории, и, разыскав кабинет Эванса, выстрелил тому в голову.

В этот момент в помещение ступила ассистентка доктора, и Дэвид прикончил и ее тоже...

...Когда ошарашенный своими действиями парень вернулся в машину, Киви с тревогой обратилась к нему: «Что там произошло?» «Я на мгновение тебя потерял», - отозвался тот. – «Кто-то активировал глушитель?» «Связь была устойчива», - нахмурилась Киви.

Фалко завел двигатель, направил автомобиль прочь от лаборатории...

Представительница департамента контрразведки «Арасаки» - Кейт - встретилась с коллегой – Дуглалом - в Арасака-тауэр, дабы обсудить последние тревожные события.

«Они нанесли удар в нашей собственной лаборатории», - заключила она. Дуглас сверился с отображающейся на мониторе информацией, молвил: «Исследования, проводимые в лаборатории, имели отношение к противостоянию с ‘Милитехом’». «Это как-то связано с нетраннером, прикончившим Джейми и Маркуса?» - уточнила Кейт, и корпорат покачал головой: «Эванс был застрелен. Это было грубо и топорно. Наверняка речь идет об ином нертаннере». «Поиска нетраннера – высший приоритет», - произнесла контрразведчица. – «Он слишком опасен». «Но мы не знаем ни мотивов его, ни цели...» - протянул Дуглас. – «Кем бы он ни был, он очень осторожен. Наверняка один из лучших в своем деле».

«Мы – контрразведка ‘Арасаки’», - напомнила ему Кейт. – «Мы не занимаемся посредственностями. Нам предстоит потрудиться, чтобы напасть на след этого нетраннера». «Мы отправимся по следу убийца Эванса?» - уточнил Дуглас и Кейт покачала головой: «Это два разных пути. Нам может повезти, и мы поймем, что они в итоге объединяются. Так что предлагаю начать с фиксера. У кого из них есть связи с ‘Милитехом’?»

Дуглас вывел на монитор изображения действующих в Найт-Сити ключевых фиксеров. «Но, если фиксер связан с нашим нетраннером, он может слить информацию о нашей разработке ‘Милитеху’», - высказал свои опасения Дуглас, и контрразведчица, внимательно изучая отображающуюся информацию о фиксерах, покачала головой: «Хороший фиксер – тот, кто преследует исключительно собственные интересы. Но в конечном итоге фиксеры – лишь прихвостни корпораций, не более. Нам следует лишь напомнить им о том, из чьих рук они едят в этом городе».

«Как ты собираешься провернуть это?» - осведомился корпорат, и Кейт усмехнулась: «Мы обратимся к ним на том единственном языке, на котором говорит этот город».

Автомобиль, в котором находился Фарадэй наряду с телохранителями, был обстрелян на магистрали головорезами. Последним был отдан приказ захватить фиксера живьем, и они собирались исполнить его в точности.

Фарадэю удалось прикончить нападавших, после чего поспешил он встретиться на пустующем паркинге со своим связным из «Милитеха», сообщив, что «Арасака» пыталась покончить с ним.

«Мы не платим за подобные осложнения», - отрезал связной. «Ты серьезно?!» - возмутился Фарадэй. «Мы все еще в красной зоне после твоей неудачи с делом Танаки», - бросил корпорат. – «Ты ничего не сумел показать нам. Мы же ожидаем возврат вложенных инвестиций. Хочешь получить больше ресурсов? Покажи нам результат!» «А я, по-твоему, чем занимаюсь?» - огрызнулся фиксер. «Время, отведенное тебе, заканчивается», - напомнил Фарадэю корпорат. – «Наше терпение на исходе».

«Безопасность ‘Арасаки’ на куда большем уровне, чем обычно», - просветил нанимателя Фарадэй. – «Это показывает, как важен для них киберскелет. Ты слишком многого хочешь». «Не говори мне о трудностях после того, как мы инвестировали в этот вопрос огромные деньги», - прервал его корпорат. – «Больше ты не получишь ни единого эдди. Мы закончили».

Автомобиль корпората унесся прочь; Фарадэй выругался. Похоже, если придется сделать выбор между «Милетехом» и «Арасакой», и как можно скорее. На кону – вопрос его собственного выживания...

Этой же ночью Фарадэй связался с сотрудницей департамента контрразведки «Арасака» - как та и предполагала...

Теперь по ночам Люси нередко обнаруживала, что Дэвид не спит – сидит в зале перед телевизором, потягивая пиво и витая в собственных мрачных мыслях. Вот и сегодня: парень отрешенно созерцал урну с прахом матери, находящуюся на столике – и их совместное с Глорией фото.

Люси приблизилась, расположилась рядом с Дэвидом на диване. По телевизору крутили рекламу полета на луну, и Дэвид озадаченно констатировал: «250000 за полет... Дешевле, чем я думал». «Это билет в один конец», - напомнила ему Люси. – «Так мило, что ты помнишь...»

Девушка заявила, что отправляется обратно в постель, и Дэвид равнодушно кивнул; рука его мелко подрагивала...

С утра Фарадэй встретился с представителем «Арасаки» в неприметной закусочной, дабы обсудить совместное сотрудничество.

«Киберскелет – деликатный вопрос даже в ‘Арасаке’», - рассказывал фиксеру Дуглас. – «Проблемы возникли, когда Танака забрал себе все оперативные данные, относящиеся к этой теме. Что уже известно ‘Милитеху’?» «Информация – суть того, чем я занимаюсь», - напомнил собеседнику Фарадэй. – «Прежде, чем я поделюсь ей, мне нужны гарантии». «Мы прекрасно осознаем, что ты – лучший кандидат для этой работы», - отвечал корпорат. – «Мы с готовностью предоставим компенсацию, в которой тебе было отказано ‘Милитехом’. Что касается Танаки, считай, что все забыто».

«Прекрасно», - холодно улыбнулся Фарадэй, и Дуглас продолжал: «Однако у нас есть свои условия. Мы настраиваем на устранении каждого, кому известно о киберскелете». «Будет сделано», - ни мгновения не колебался фиксер. «И еще кое-что», - вымолвил корпорат. – «После того, как Танака погиб, откуда-то появился нетраннер, мешающий нам вернуть утраченные данных. Знаешь что-то об этом?» «Не припоминаю», - произнес Фарадэй. «Понятно», - протянул Дуглас. – «Это дело нам крайне интересно. Даже если за этим стоит ‘Милитех’, не могу понять, какая здесь выгода для них».

«Если верить моим источникам, никому не известно о связи Танаки с проектом киберскелета», - заверил собеседника фиксер. – «Возможно, кто-то из ваших?» «Нет», - с ходу отмел версию Дуглас. – «Невозможно, чтобы за этим стоял кто-то из ‘Арасаки’ и при этом не оставил никаких следов. Думаю, это некий весьма искусный нетраннер, не принадлежащий к корпорациям. Как по мне, это работа для фиксера». «Это официальный запрос?» - уточнил Фарадэй, и корпорат утвердительно кивнул: «Миллион, если возьмешь его живым. Полмиллиона, если мертвым».

«Принимаю», - произнес Фарадэй, и сделка была заключена...

Киви поступил звонок от Люси, и поинтересовалась та: как там Дэвид?

«Все хорошо вроде бы», - озадаченно произнесла Киви. – «Справляется. Я думала, его за руку держать придется, он нет – он показал себя вполне неплохим лидером... К тому же, теперь мы снова работаем на Фарадэя! А тебя что-то тревожит?» «Нет-нет, я рада, что он справляется», - поспешила заверить собеседницу Люси.

«Тогда чего звонишь? Сама можешь присмотреть за ним», - молвила Киви. – «Он очень ждет твоего возвращения». «Знаю, но... нет», - отозвалась Люси. – «Должна сперва закончить кое-что. Думаю, много времени не потребуется». «Значит загадочно, но не стану выпытывать», - пообещала Киви. – «Не доверяй никому в Найт-Сити – я сама тебя этому научила».

Она завершила звонок, ибо в этот момент ей пришло сообщение о том, что у дверей ожидает гость – никто иной как Фарадэй...

Дэвид и Ребекка выполняли очередную работенку, противостоя превосходящим силам одной из уличных банд Найт-Сити. Головорезы гибели один за другим...

Один из негодяев оказался рядом с Дэвидом, тот навел на него пистолет... и замер. В глазах противника отражался ужас... точно такое же выражение было и у несчастной сотрудницы лаборатории, которую он прикончил. Дэвид впал в ступор всего на мгновение... и головорез, воспряв духом, вскинул автомат... когда Ребекка подоспевшая расстреляла его в упор.

...По завершении задания Дэвид простился с Ребеккой, Фалко и Киви, побрел прочь по улице, надеясь в одиночестве поразмыслить и разобраться в себе. Поколебавшись, Ребекка заявила сподвижникам, что не поедет с ними, поспешила следом за Дэвидом. Чуть позже остановить машину Фалко попросила и Киви...

Ребекка нагнала Дэвида, и осведомился тот: «Что, не пойдешь на вечеринку?» «Не хочу напиваться с этими двумя стариканами», - надула губки Ребекка. «Не могу обещать, что со мной будет веселее», - угрюмо предупредил ее Дэвид. «Не стоит недооценивать себя», - усмехнулась девушка. – «Идем?»

Двое шагали по городским улицам, и Ребекка сочла необходимым поинтересоваться, что явилось причиной ступора, в который впал ее напарник во время перестрелки. «Ничего особенного», - отмахнулся Дэвид, но Ребекка не отставила: «И это случилось уже не в первый раз. Думал, я не замечу? И, кстати говоря, ты – единственный, за кем я так пристально наблюдаю. Так что говори, Дэвид: что не так?» «Ничего», - отрезал Дэвид, упрямо глядя в сторону. – «Тебя это не касается». «Да неужели?» - съязвила Ребекка. – «Я вверяю свою жизнь в твои руки».

«Прости», - Дэвид замедлил шаг, остановился, и девушка предложила его на время избавиться от имплантов, отдохнуть. «Я прикрою тебе спину!» - заявила она. – «Помнишь психа, убившего моего брата? Я не хочу... чтобы ты закончил так же». Дэвид улыбнулся в ответ...

Люси погрузилась в Сеть, наблюдая, как нетраннеры «Арасака» не прекращают поиски утраченных данных...

Проснувшись ночью, Люси отметила, что Дэвида нет в спальне. Парень стоял у столика, покоилась на котором урна с прахом Глории, а также ее фотография.

В памяти воскрешал Дэвид недавнюю миссию – проникновение в лабораторию «Арасака». Снеся директору голову одним выстрелом, он с ужасом лицезрел, как из шеи убитого вырастают оружейные стволы. Вне себя от ужаса, Дэвид палил в чудовищное тело из пистолета, отмечая, что Киви пытается с ним связаться, говорит что-то о том, что некто приближается к кабинету. Голос ее прерывался; взгляд юноши помутился...

Мгновение – и пред Дэвидом возникает женщина... Ассистентка директора, судя по всему... Но и из ее головы начинают появляться стволы, обращая в монстра. Дэвид расстреливает женщину в упор...

...На глазах Люси Дэвид осел на пол, потеряв сознание...

Придя в себя, Дэвид осознал, что находится в клинике рипера; в уголке комнаты дремала Люси.

«Когда началось?» - деловито осведомился док. – «Тремор рук, головокружение, тошнота – в этом роде». «Недавно», - выдавил юноша. «Почему не сказал мне?» - допытывался рипер. «Думал, это временно», - признался Дэвид. «Похоже, побочные эффекты тебя, наконец, накрыли», - заключил док, завершая осмотр. – «Тот факт, что тебе удалось до сих пор не сломаться, само по себе удивительно. Оставь ты хром на какое-то время. Ты уже одной ногой в психо-зоне». «Значит, дай мне более сильные медикаменты!» - выкрикнул Дэвид. «Ты меня в принципе не слушаешь?» - возмутился док. – «Или уже спятить успел? Таких чудодейственных лекарств просто не существует...»

Дэвид резко вскочил с кресла, и, схватив опешившего рипера за горло, прорычал ему в лицо: «Шутки шутить со мной вздумал? Возьми мои деньги и дай мне медикаменты!»

От шума Люси проснулась, ужаснулась, увидев, что творит ее парень. «Дэвид!» - выкрикнула она, и тот разжал ладони. Хрипя, док осел на пол, пытаясь восстановить дыхание. После – протянул Дэвиду пакеты с медикаментами, бросил мрачно: «Вот. Твоя последняя доза. В девять раз превышает стандартную дозировку, хватит на девять дней. Она оправит тебя за грань – прямиком в ад». «Прости», - Дэвид осознал, что наделал, устыдился. – «Это больше не повторится». «Да ладно», - отмахнулся рипер. – «Тот факт, что тебе понадобились эти медикаменты означает, что больше я тебя не увижу. Эх, был пацаном с района, толкал запрещенные БД, а теперь... Иди, становись уже легендой, или как это там у вас, панков, заведено».

Не взглянув на Люси, Дэвид покинул клинику. Девушка бросилась следом, выкрикнула: «Дэвид! Что это было?» «Не говори остальным», - бросил тот, продолжая шагать прочь по улице. Люси преградила Дэвиду путь, заставив остановиться, отчеканила: «Твои тело и разум... У них есть свои пределы, Дэвид, и тебе это известно. Обычных медикаментов тебе уже недостаточно. Разве не пришло время оставить все это? Я не могу смотреть на то, как ты убиваешь себя. Избавься от части киберимплантов...» «Не могу», - вздохнул Дэвид, упрямо глядя в сторону. – «Мама и Мейн... Они оба надеялись на то, что я что-то сделаю... Но пока что я не сделал ровным счетом ничего».

«Но ты не можешь продолжать жить так...» - начала Люси, но Дэвид прервал ее: «Со мной все будет в порядке». «Как ты можешь такое говорить?» - возмутилась девушка. – «Ты действительно считаешь себя особенным?» «Я сумел применить Сандевистан», - напомнил ей юноша. – «Да, я не обычный». «Ну, немного выносливее других», - согласилась Люси. – «Но ты все еще человек».

В глазах Дэвида отразились гнев и боль; он ударил кулаком в стену здания, признался: «Я застрелил женщину. Она была примерно того же возраста, что и моя мама. И – судя по фото на столе - сын у нее была такой же, как я. Безвредный свидетель. Совершено обычный человек... Не знаю, скольких я уже прикончил – я даже пауз между убийствами не делаю. Может, я действительно схожу с ума. И все же я не обычный – иной». «Нет», - покачала головой Люси.

«Ты не поймешь», - вздохнул Дэвид. – «Ты покинула команду после гибели Мейна». «Это потому...» - начала Люси, но Дэвид прервал ее: «Я тебя не виню. Ты не стоит жить этой жизнью». «Нет, Дэвид, это не то, что я...» - молвила Люси. «Значит, ты вернешься?» - прямо вопросил Дэвид. – «Мы будем работать вместе – и все будет как прежде». «Сейчас не могу», - отвечала Люси. – «Мне нужно еще немного времени. Сперва мне нужно кое-что закончить». «Что именно?» - уточнил Дэвид. «Не могу сказать», - произнесла девушка. «Но почему?» - удивился Дэвид. – «Ты мне не доверяешь?» «Прости», - прошептала Люси. «Ладно, больше не буду расспрашивать», - обещал Дэвид.

Молчали, сознавая, сколь разными стали за эти полтора года. «Может, нам лучше разойтись», - предложил Дэвид, и Люси резко обернулась к нему, воскликнула: «Нет! Это не так, Дэвид!..»

Триггер, оставленный ею в Сети, сработал – верный знак того, что нетраннеры «Арасака» вновь пытаются восстановить данные, хранившиеся в кибермозге Танаки. «Прости, Дэвид, мне нужно идти», - выдавила Люси. – «Поговорим дома. Дождись меня».

И они бросилась прочь, сканируя панораму города в поисках точки, в которой находится ее противник. Идентификатор того оказался тем же, что и предыдущего нетраннера, убитого ею – похоже, корпораты совсем не стараются...

...След привел Люси на склад, где в одном из помещений в кресле для нетраннинга пребывал человек – ее намеченная жертва. Девушка приблизилась к креслу... слишком поздно осознав, что угодила прямиком в расставленную ловушку. Кибермозг ее взорвался болью, и Люси распласталась на полу; сознание угасало.

«Не думал, что будет так просто», - протянул Фарадэй, проходя в помещение. – «Это наш билет в ‘Арасаку’. Прекрасная работа, Киви». Киви присоединилась к фиксеру, бесстрастно взирая на подругу, которой своими руками подписала смертный приговор...

...Нетраннеры Фарадэя перенесли пленницу в апартаменты фиксера, держали ее под воздействием седативных препаратов; Киви сумела извлечь из кибермозга Люси часть интересующей нанимателя информации, что подтверждало их подозрения – девушка действительно действовала, пытаясь защитить любимого.

«Думаешь, он справится с киберскелетом?» - деловито осведомился Фарадэй. «’Арасака’ так считает», - пожала плечами Киви. – «Его органика хорошо приняла Сандевистан. Танака хотел вернуть его в Академию, чтобы испытать на нем киберскелет». «А эта девушка надеялась сокрыть информацию, чтобы защитить своего парня», - заключил фиксер. «Полагаю, что да», - отвечала Киви. – «Танаку она поджарила, чтобы спрятать концы». «Мейн и Дорио были лишь случайными жертвами в ее замыслах», - зло процедил Фарадэй. «Можно и так сказать...» - согласилась Киви.

Образы, обнаруженные Киви в разуме Люси, подтверждали, что именно она расправлялась с нетраннерами «Арасаки». «Столько смертей...» - протянул Фарадэй, качая головой. – «Скольких же она убила ради спасения одного человека?»

Киви продолжила погружение в разум Люси, и вскоре сообщила Фарадэю: «Я погрузилась глубже, и выяснила, что она прежде работала на ‘Арасаку’. Они растили ее с целью извлечения данных из Старой Сети. Предполагаю, именно это помогло ей пробиться через защиту, установленную ‘Арасакой’». «Какой замечательный сюрприз», - ухмыльнулся Фарадэй. – «Мы предложим ее ‘Арасаке’. Она – наш билет на скоростное восхождение к власть имущим корпорации!» «Вот уж не думала, что тебя это так интересует», - озадачилась Киви, и отозвался фиксер: «Разве это так странно? Ибо кто такие фиксеры, если не заводчики гончих-наемников, которые хорошо кормят своих псин? Единственный способ преуспеть в Найт-Сити – ладить с корпорациями. Мне и впредь понадобится твоя помощь, Киви. Ведь и для тебя открывается прекрасная возможность. Корпорация простила мне инцидент с Танакой... но что насчет тебя?»

«Какой же ты скользкий», - поморщилась Киви. «Давай пока продолжим улыбаться друг другу», - предложил ей Фарадэй, ничуть не смутившись. – «Как часто нам выпадает шанс одновременно получать заказы и от ‘Арасаки’, и от ‘Милитеха’? ‘Арасака’ против подобного не возражает. Я обсужу с ними твое прощение и компенсацию».

Киви кивнула, перевела взгляд за подвешенную за ноги к спускающемуся с потолка тросу Люси, остающейся без сознания. «Никому не доверяй в Найт-Сити», - прошептала она. – «Доверчивые люди заслуживают подобной судьбы...»

«Давид тоже предмет переговоров?» - уточнила Киви, и Фарадэй утвердительно кивнул: «Тоже. У меня есть план действий. Я отдам их обоих ‘Арасаке’».

...Фарадэй позвонил Дэвиду, тревожащемуся за бесследно исчезнувшую Люси, сообщил, что у него есть работа для эджраннеров.

Выслушав предложение фиксера, Дэвид собрал Фалко, Киви и Ребекку в гараже Альдо, изложил им детали работенки. Ни один не отказался от заказа; Фалко ушел заводить автомобиль.

Ребекка заметила притороченный к телу Дэвида пояс с иммунодепрессантами; неужто парень шел на это дело как на последнее, и готовился выложиться полностью, не задумываясь о последствиях?!. Девушка с тревогой заключила: их лидер выглядит хуже некуда. Руки трясутся, из носа кровь течет... «Все отменяем!» - воскликнула Ребекка, но Дэвид отрицательно покачал головой: нет, они выполнят заказ...

Попирая ногами вершину утеса, Дэвид внимательно следил за бронированным фургоном «Арасака», перемещающемся по магистрали в направлении города в сопровождении машин конвоя. Сознавал парень: заказ Фарадэя – самое крупное дело, за которое он взялся... Надеялся Дэвид, что справятся они малыми силами – он, Киви, Ребекка и Фалко. Конвой был небольшим: похоже, корпораты не хотели привлекать излишнего внимания к своему драгоценному грузу. Сподвижники его питали сомнения: стоит ли им действовать столь дерзко?.. «Разбиваем, забираем, отдаем», - сформулировал им Дэвид суть операции. – «Все как обычно... Если коротко: конвой ‘Арасаки’ небольшой, но его разделят пополам, ибо Фарадэй заручился поддержкой отряда головорезов».

Киберпанки наблюдали за происходящим на магистрали. Несколько автомобилей, управляемых головорезами, атаковали конвой, паля из всех стволов. Часть машин охраны «Арасаки» отстала от фургона, приняла бой. Очевидно, что шансы на выживание Фарадэй головорезам не расписал, потому и вели они себя столь безрассудно... и погибали вследствие своего скудоумия.

Фургон и две машины конвоя свернули с магистрали, где продолжалось противостояние. Дэвид бросился к машине, и вскоре та, управляемая Фалко, неслась вниз по склону холма, направляясь к намеченным жертвам. «Не смей использовать Сандевистан!» - заявила Ребекка, обращаясь к Дэвиду, ибо помнила о том, что парень уже на пределе, и может отдать концы в любое мгновение.

Первую из машин конвоя Дэвиду и Ребекке удалось взорвать, сделав ряд выстрелов из крупнокалиберного оружия, но охранники во второй машине быстро сориентировались, открыли ответный огонь. Не обращая внимания на предостерегающий окрик Ребекки, Дэвид активировал Сандевистан, перепрыгнул на крышу машины противника, расстрелял охранников из пистолетов.

Дело оставалось за малым: остановить фургон и захватить находящийся в том груз. Ребекка швырнула в фургон гранату, но та, взорвавшись, даже не повредила броню машины. «Его система защиты так же сильна, как и броня», - сообщила спутникам Киви. – «Не могу взломать ее».

Дэвид вновь активировал Сандевистан, перепрыгнул на крышу фургона, заглянул в кабину. «Здесь нет водителя!» - сообщил он сподвижникам. – «Фургон движется на автопилоте!»

Портативный дрон парил над пустошью, передавая в реальном времени картинку происходящего как Фарадэю, так и корпоратам – Дугласу и Кейт.

«Все разворачивается в точности согласно моему замыслу», - сообщил фиксер, связавшись с нанимателями. – «’Милитех’ осведомлен о конвое, скоро вы получите свои полевые испытания – конечно, если предположить, что мальчишка справится с киберскелетом». «Ему бы постараться», - хмыкнула Кейт. – «Если не сумеет, то погибнет, и наша команда столкнется с целым батальоном ‘Милитеха’». «Нет причин волноваться», - успокоил собеседников Фарадэй. – «Мои пешки справятся с этим делом. Так что расслабьтесь и наслаждайтесь шоу».

Пока Киви взламывала электронный замок захваченного фургона, Дэвид вновь – в который уже раз? – попытался связаться с Люси, но безуспешно.

«Меня одного тревожит, что в фургоне не было водителя?» - поделился своими подозрениями с товарищами Фалко. – «Это точно машина ‘Арасаки’?» Киви лишь огрызнулась в ответ, но тревоги Фалко не оставляли. Оглядевшись, заключил он: «Пока мы преследовали фургон, я не думал об этом, но, если кто-нибудь вздумает подстрелить нас здесь, то сделает это без труда». Ребекка возмущенно фыркнула: вот ведь скотина, еще и краски сгущает!

К несчастью, подозрения Фалко оказались оправданы: поднимая тучи пыли, к ним на всех порах неслись два автомобиля конвоя «Арасака» - похоже, участь наемников Фарадэя оказалась незавидно... Но в следующее мгновение обе машины взлетели на воздух, и изумленные киберпанки лицезрели показавшиеся на горизонте бронированные машины «Милитеха» - во множестве! Похоже, корпорация бросила против них если не всю, то весьма значительную часть своей боевой мощи.

Ракетные установки открыли огонь, вперед бросилась пехота. Четверо бросились в укрытие за ближайшим нагромождением камней, осознавая, что, похоже, происходит нечто, о чем их проинформировать не соблаговолили. Фарадэй выполняет заказы «Милитеха»... почему же сейчас солдаты корпорации палят по них изо вех стволов?!

Киви отбросила в сторону двери фургона, велев спутникам спрятаться от шквального огня внутри. Те не замедлили себя ждать, и, оказавшись внутри машины, с удивлением воззрились на огромный имплант. «Неужто именно эту штуковину надеялся отыскать Фарадэй, потому и нанял Мейна?» - выдохнул Дэвид. «Что это такое?» - поразилась Ребекка, и просветила ее Киви: «Киберскелет. Имплант военного образца». «Военный...» - протянула Ребекка. – «Что-то вроде Сандевистана Дэвида?» «Насколько мне известно, эта штуковина совершенно иного калибра», - молвила нетраннер.

«Впервые об этом слышу», - Дэвид восхищенно созерцал имплант. «Веришь или нет, но ‘Арасака’ надеялась превзойти ‘Милитех’, выпустив эту вещь на рынок», - отвечала Киви. – «Но разработка импланта проходила в строжайшей тайне. Большая часть информации была сосредоточена у Танаки. Не знаю, как именно, но Фарадэй прознал об этом и обещал слить эту технологию ‘Милитеху’, обогатившись при этом... Ничего подобного этому импланту я прежде не видела. В него встроены два двигателя – примерно такие же, которыми обладают аэродины. Кроме того, киберскелет снабжен экспериментальной разработкой ‘Арасаки’ – прототипом, позволяющим изменять гравитационное поле. Также имплант создает гравитационные и магнитные поля... Но киберскелет – экспериментальная разработка, не прошедшая испытаний. Нет никакой гарантии, что нервная система того, кто рискнет облачиться в него, с этим справится. Потребуется поистине немыслимый уровень ментальной сопротивляемости имплантам».

Фарадэй пребывал в приподнятом настроении. Аэродин нес его наряду со спутниками к Арасака-тауэр, и фиксер счел возможным воплотить в жизнь следующий этап своего замысла.

Фарадэй подключил кабель к шейному разъему пребывающей без сознания Люси, бросил: «Ну что, поможем твоему парню научиться летать?»

Дэвид вздрогнул, ибо поступил входящий вызов от Люси.

«Дэвид, ступи в киберскелет!» - прозвучал в разуме парня голос Люси. – «Нет времени объяснять. ‘Милитех’ приближается». «Откуда ты знаешь?» - поразился Дэвид. – «Где ты?» «Они и у меня на хвосте», - был ответ. – «Действуй немедленно, или же все погибнут. Воспользуйся киберскелетом, если надеешься выжить!»

Дэвид пребывал в полном смятении мыслей и чувств. Неожиданный звонок Люси... эти слова... «Дэвид, я верю в тебя», - прозвучали последние слова, после чего звонок оказался прерван.

Остальные выжидательно смотрели на Дэвида. «Она велела мне воспользоваться киберскелетом», - озадаченно протянул парень. – «Но она была сама не своя. Кто-то преследует и ее. В общем, я должен установить этот имплант». «Этот фургон – мобильная инсталляционная установка», - с готовностью заявила Киви, передала Дэвиду планшет, молвив: «Здесь уже настроен установщик».

«Не смей устанавливать себе эту хрень!» - в ужасе выкрикнула Ребекка. «Я должен вытащить нас отсюда!» - возразил Дэвид. «Ты спятил?» - ужаснулась девушка. – «Ты даже не знаешь, на что способна эта глыба металла!» «Я не вижу иного выхода», - произнес Дэвид.

Киви и Фалко выбрались из фургона, дабы оценить состояние своего автомобиля – на ходу ли тот? Дэвид же изучал планшет, полученный от Киви. «Когда в прошлый раз я установил то, что мне не принадлежало, Мейн из меня все дерьмо выбил», - усмехнулся он, после чего активировал установку.

Лезвия пронзили его тело, отсекая ненужную плоть, заменяя ее кибернетическими имплантами...

Фалко выглянул из-за остова своего автомобиля – силы «Милитеха» больше не предпринимали попыток атаковать, застыли поодаль, будто выжидая.

Киви поджарила кибермозг Фалко, и тот рухнул наземь без сознания. После чего нетраннер связалась с Фарадэем, заявив, что свою часть сделки она выполнила и собирается убраться подальше.

«Отличная работа», - констатировал фиксер. – «’Милитех’ пропустит тебя без проблем. Встретимся там, где условились».

Люси сумела освободиться, прикончила энергетическим хлыстом двух охранников, ударила ногой опешившего Фарадэя, после чего выпрыгнула из проносящегося над городом аэродина.

Вызвав на связь Дэвида, девушка выкрикнула: «Киберскелет – это ловушка! Ни в коем случае не устанавливай его себе!» К несчастью, процесс установки был уже запущен; парень остался без рук и ног – теперь конечности заменяли ему импланты. «Что случилось, Люси?» - выдавил Дэвид, держась за поглощаемое болью сознание.

«Это Фарадэй! Он нас подставил!» - Люси перескакивала с одной крыши на другую, используя хлыст для придания себе необходимого импульса. – «Он спелся с ‘Арасакой’! Они хотят тебя в своей новой игрушке, поэтому и заманили в этот фургон! Фарадэй использует тебя – хочет, чтобы ты сразился с ‘Милитехом’. После чего отряд ‘Арасаки’ схватит тебя и вернет киберскелет. Беги оттуда – не смей его использовать!»

Электрический импульс пронзил тело девушки, и упала она, не в силах пошевелиться. Аэродин «Арасаки» снижался, дабы забрать ценный приз. «’Милитех’ хочет заполучить прототип, не тебя», - продолжала говорить девушка.

Фарадэй приблизился к ней, выстрелил в бетон у головы ее. «Хочешь, чтобы следующим выстрелом я проделал у тебя в затылке еще один нейронный порт?» - буднично осведомился фиксер, после чего, перехватив открытый канал связи, заявил Дэвиду: «Боюсь, сейчас твоя подруга выведена из строя. Надеюсь, все проходить хорошо?» «Дай мне Люси!» - голос Дэвида дрожал от ярости. «Ей следует радоваться, что еще жива», - ухмылялся фиксер, желая вывести Дэвида из себя – и, похоже, с легкостью достигал цели. – «Я боялся, что направил слишком сильный импульс на ее мозг. И я даже пальцем не пошевелю, когда ‘Арасака’ закончит с ней».

Ребекка с тревогой следила за показателями систем, отображающимися на мониторах в фургоне. Разум и тело Дэвида были на пределе – до киберпсихоза оставался один лишь шаг! Похоже, Фарадэй пытался подтолкнуть киберпанка, заставить его перейти грань...

«Элитные силы ‘Милитеха’ приближаются», - звучал в мятущемся разуме Дэвида спокойный, исполненный самодовольства голос Фарадэя. – «Установи софт и воспользуйся киберскелетом, Дэвид. Сохрани свою команду. Как по мне, то не думаю, что тебе это удастся. Думаю, ‘Арасака’ о тебе лучшего мнения, чем я. Если ты действительно особенный, мальчик, докажи мне это. Выживи».

«Я убью его! Убью!» - исступленно ревел Дэвид, и Ребекка с силой возникла парню в грудь иглу, вводя дозу иммунодепрессанта, частично восстанавливая его ментальное и физическое состояние. «Фарадэй подставил нас», - сообщил Дэвид Ребекке. – «У него Люси. Клянусь, я прикончу его!»

В фургон вполз Фалко, выдавил: «Киви вывела меня из строя. Это она завела нас в ловушку».

...Как только Киви, управляя мотоциклом, миновала периметр сил «Милитеха», те возобновили свое продвижение к каньону.

Облаченный в киберскелет, Дэвид атаковал. Сражаясь с подступающим безумием и постоянно вкалывая себе все новые дозы иммунодепрессантов, он с легкостью громил силы противника. Гравитационные поля уничтожали бронированные боевые машины, магнитные – вырывали автоматы из рук солдат. Помимо киберскелета, эджраннер использовал и Сандевистан, перемещаясь поистине стремительно. Дэвид стрелял, не переставая, и пустошь обратилась в средоточие пламени и крови.

Оставаясь в безопасности в фургоне, Ребекка и Фалко наблюдали за действиями Дэвида, отображающимися на планшете. Права была Киви: иного столь гибельного импланта не существует в природе!

И, когда с силами «Милитеха» было покончено, Дэвид – каким-то чудом оставшийся в живых и сохранивший относительную трезвость рассудка, заглянул в фургон, бросил сподвижникам: «А теперь заставим Фарадэя заплатить за предательство. И спасем Люси. Прибыль делим поровну – как всегда». Фалко и Ребекка усмехнулся. «Что ж, хорошо, дружище», - процедила девушка. – «Вперед – в ад!»

...Преследуемый машинами «Милитеха», автомобиль, управляемый Фалко, мчался по ночным улицам Найт-Сити, направляясь к Арасака-тауэр. Дэвид ввел спутников в курс дела, после чего продолжил атаковать преследователей, создавая гравитационные воронки, круша автомобили корпоратов. Ребекка не переставала стрелять, хохоча и искренне наслаждаясь моментом.

«Мне нужно на пять минут закрыт глаза», - неожиданно произнес Дэвид, отрубился. «Снова?!» - изумилась Ребекка. – «Действие медикаментов завершается раньше, чем хотелось бы».

Без поддержки со стороны Дэвида положение киберпанков значительно усложнялось, и приходилось полагаться лишь на мастерство Фалко – истинного виртуоза вождения.

Кейт и Дуглас наблюдали за происходящим на магистралях посредством дрона, следящего за автомобилем эджраннеров.

«Силы ‘Милитеха’ практически исчерпаны», - заключил Дуглас, сверяясь с получаемыми данными. – «Цель находится в пределах Найт-Сити, и наши силы приближаются к нему. Конечно, разгрести это дерьмо будет непросто...» «Вот что получаешь, делая ставку на фиксера», - поджала губы Кейт.

«Экстраполируя траекторию их автомобиля, есть вероятность в 74% того, что он направляется сюда», - просветил женщину Дуглас. «Но почему?» - поразилась та. «Понятия не имею», - пожал плечами корпорат. – «Он не должен был узнать, что мы имеет к этому какое-то отношение в принципе».

Кейт приказала Дугласу немедленно известить о ситуации силы безопасности. Да, об их проблеме узнает руководство, но контрразведчица надеялась, что сумеет пережить эту бурю. «Будь ты проклят, Фарадэй...» - выругалась она. – «Весь план пошел коту под хвост».

Полет аэродина над городом продолжался.

Фарадэй потягивал вино, наслаждаясь мгновением. «Кто бы мог представить, что я – простой уличный фиксер – встречаюсь с разведкой ‘Арасака’ в их собственной башне», - обращался он к наемникам, которые находились в салоне с целью сопровождения Люси. – «Неплохо ведь, да? Все, живущие в этом городе, должны обладать огромными амбициями. Но это – всего лишь один из этапов на пути моего возвышения».

На связь с фиксером вышла Киви, сообщив, что Дэвид облачился в киберскелет, однако не покончил с силами «Милитеха». «Я не знала, что это возможно в принципе, но он похоже, впадает в киберпсихоз, а после выходит из него», - молвила нетраннер. – «Ходит по самой грани. Если он не погибнет прежде, то явится по наши души». «Да, для новичка с хромом у него высокая сопротивляемость», - согласился Фарадэй. – «Но я уверен, что чистильщики ‘Арасаки’ с ним справиться сумеют».

«Возможно, но я бы не стала рисковать», - отвечала Киви. Управляя мотоциклам, она двигалась по городской магистрали. «Я свою часть сделала, потому переведи мне эдди и я покину город», - предложила она. – «Контракт завершен». «Не совсем», - возразил Фарадэй. – «Как раз сейчас я направляю в Арасака-тауэр, чтобы передать им девчонку. Ты мне нужна для поддержки. Встреть меня на где обычно – тогда и получишь свою долю. К тому же я надеялся увидеть тебя в последний раз – думаю, мы это заслужили».

Киви лишь фыркнула в ответ; похоже, ей придется чуть задержаться в Найт-Сити...

В разуме Дэвида все чаще вспыхивали картины прошлого – вот он прогуливается по городу, направляясь в Академию, вот болтает с матерью, управляющей автомобилем... Киберпсихоз поглощал разум парня, и лишь постоянные автоматические инъекции иммунодепрессантов удерживали его от окончательного безумия. Дэвид отчаянно балансировал на грани...

Бронированные машины «Милитеха» настигали автомобиль эджраннеров, и солдаты вели огонь без перерыва. Пробудившись, Дэвид продолжил бой, на всю катушку используя возможности киберскелета, уничтожая машины противника гравитационными воронками.

Дэвид исступленно хохотал; пред внутренним взором вставал образ матери, которая признавалась, как надеется она, что сын доберется до верхний этажей «Арасаки». Что ж, именно это сейчас он и собирался сделать...

Ребекка бросила в сторону Дэвида исполненный тревоги взгляд. Тогда, в гараже перед этой безумной миссией он просил девушку пристрелить его... если увидит та, что обращается он в киберпсиха. «Похоже, медикаменты больше не оказывают на него воздействия», - поделилась Ребекка с Фалко. «Серьезно?» - отозвался тот, продолжая невозмутимо вести автомобиль. – «И что же нам делать?» «Мы отправляемся в Арасака-тауэр», - молвила Ребекка. – «Иных вариантов нет... Нам необходима Люси! Она – единственная, кто может вернуть Дэвиду разум! Не думаю, что на это способен кто-либо еще!»

Оставаясь близ расположенной на отшибе закусочной, Киви наблюдала, как аэродин «Аросаки» заходит на посадку. Не тратя времени на бессмысленные ныне разговоры, Фарадэй выстрелил нетраннеру в грудь, бросив: «Мой контракт предполагает, что я покончу с каждым, кому известно о киберскелете. Никаких исключений... даже для тебя».

Киви сумела чуть поджарить электромагнитным импульсом импланты правой руки фиксера, в которой тот сжимал пистолет, обездвижив ее на несколько мгновений, после чего бросилась прочь. Фарадэй приказал двум наемникам прикончить беглянку, после чего вернулся в аэродин, и тот, поднявшись в воздух, вновь устремился в направлении Арасака-тауэр.

Эджраннеры практически избавились от преследования со стороны сил «Милитеха» и «Арасаки», и теперь их машина неслась по центральному проспекту к Арасака-тауэр... когда впереди замаячили три аэродина спецназа, «МаксТаки». «Неужто они уже определили Дэвида как киберпсиха?!» - изумилась Ребекка. «Нам конец, если Дэвид не соберет свои мозги в кучу!» - прорычал Фалко, до боли в ладонях сжав баранку руля.

Дуглас сообщил Кейт о том, что власти Найт-Сити направили «МаксТаки» с целью уничтожения киберпсиха.

Холодная ярость отражалась во взгляде контрразведчицы. «Эксперимент вышел далеко за пределы определенных нами пределов», - процедила она, не отрывая взгляд от панорамы ночного города. – «Нам необходимо остановить мальчишку, пока ситуация не усугубилась еще больше». «Это невозможно», - возразил ей Дуглас. – «Никто не сможет его остановить. Нам придется дождаться, пока имплант не заставит его окончательно обессилеть».

«Есть тот, кто сможет решить эту проблему», - бросила Кейт. – «Адам Смэшер. Он уже здесь». Дуглас обернулся, с изумлением лицезрев киборга, развалившегося на диване. И как этот здоровяк здесь оказался?!. «Киберскелет изначально предназначался для него», - просветила корпората Кейт. – «Иронично, что именно он уничтожит этот имплант».

Обезумевший Дэвид крушил «МаксТаки», расправлялся со спецназовцами, находившимися на борту их. Неожиданно полицейские получили приказ от «Арасаки» немедленно отступить, и с радостью исполнили его.

Ребекка сделала Дэвиду инъекцию иммуностимулятора; взгляд парня прояснился – на короткое время он пришел в себя. «Сколько осталось?» - прохрипел Дэвид. «Одна доза», - отвечала Ребекка, и Дэвид усмехнулся: «Наконец-то конец пути...»

На связь с Фалко вышла Киви. Последняя спряталась от преследователей за мусорным баком близ какой-то забегаловки на отшибе. «Мое время на исходе...» - прохрипела нетраннер. «Фарадэй?» - уточнил Фалко, и подтвердила Киви: «Да... Я поставила маячок на его аэродин – посылаю тебе координаты... Следуйте по ним, и вы найдете эту сволочь». «Думаешь, мы тебе поверим?» - хмыкнул Фалко. «Понимаю...» - вздохнула Киви. – «Что ж, сегодня просто не мой день...» «А Люси? Она с ним?» - спрашивал Фалко. Подтвердив этот факт, Киви заключила: «Сейчас очередь Фарадэя быть преданным».

Прогремели выстрели – преследователи настигли Киви, выполнили полученный приказ. Одному из противников нетраннер успела взорвать кибермозг, второй же прикончил ее...

...Фалко направил автомобиль на магистраль, близ которой пролетал ныне аэродин «Аросаки». Машина вылетела за пределы магистрали, ударила в аэродин, и Дэвид, воспользовавшись моментом, переместился на крышу транспортника. Автомобиль же низвергнулся вниз – прямиком на площадь перед Арасака-тауэр.

«Фарадэй вот-вот появится», - доложил Дуглас, и Кейт усмехнулась: «Как я и полагала, Мартинес жаждет прикончить фиксера, а не нас». «Я прикажу развернуть аэродин», - предложил корпорат. «Нет, пусть заходят на посадку», - приказала контрразведчица. – «Ты лично их встретишь там».

«Я?» - опешил Дуглас. «Кто-то должен взять на себя вину за весь этот бардак», - отрезала Кейт, - «и уж точно не я. Понял меня? Убедись в том, что этот скользкий фиксер не покинет посадочный док».

После чего Кейт обратилась к безмолвствующему Адаму Смэшеру, молвив: «Ты будешь противостоять киберскелету. Повеселишься, Смэшер?» «Это всего лишь игрушка, сделанная на основе примитивных технологий антигравитации», - проскрипел киборг. – «Жалко даже время тратить».

Аэродин зашел в посадочный док на одном из верхних этажей Арасака-тауэр. Дэвид загодя спрыгнул с крыши транспортника, расположился на вершине башни. «Мама... я на крыше Арасака-тауэр...» - прошептал он, после чего сделал себе последнюю инъекцию медикамента. По крайней мере, следующие несколько минут он будет обладать трезвостью рассудка... Хочется верить, что этого окажется достаточно.

Фарадэй покинул аэродин, ступил в док; наемник ее вывел следом Люси, кибермозг которой оставался блокирован. Навстречу фиксеру выступил Дуглас, сопровождаемый вооруженными солдатами. «Похоже, что-то пошло вразрез с твоим планом», - бросил корпорат Фарадэю. «Я привел девчонку живой», - усмехнулся фиксер, ничуть не смутившись. – «Полагаю, цена, на которой мы сошлись, - миллион эдди?» «Мы не ведем дела с псами, сорвавшимися с поводка», - процедил Дуглас. – «Ты понимаешь, что случается с теми из них, кто вырывается из клеток?»

«Это что, угроза?» - вкрадчиво осведомился Фарадэй. – «Вам уже не нужны данные, находящиеся у нее в голове?» «Я не могу позволить сделать тебе еще шаг в этом здании», - произнес Дуглас, скрестив с фиксером взгляды, и процедил тот: «Это было бы очень неразумно. Есть взять в расчет всю ту информацию, которой я обладаю, глупо сбрасывать меня со счетов». «Оставь девчонку и убирайся», - бросил ему корпорат. – «Ты получишь оговоренную сумму. Твои услуги нам не нужны...»

Активировав Сандевистан, Дэвид ворвался в посадочный док, снял блокировку с кибермозга Люси. Находящиеся в доке опешили, ибо эджраннер, облаченный в киберскелет, просто материализовался перед ними! Солдаты вскинули автоматы, и Дэвид, создав магнитное поле, вырвал оружие у них из рук, после чего расстрелял охранников корпорации.

Прибывший Адам Смэшер закрыл собой Дугласа, смерил Дэвида критическим взглядом. «Видите, я даже доставил вам киберскелет...» - обратился было к корпоратам Фарадэй, но созданная Дэвидом гравитационная воронка оторвала фиксеру ногу, и тот, взвыв от боли, распластался на полу помещения. «Нет, так просто ты не умрешь!» - отчеканил Дэвид, нависая над Фарадэем.

Тот обратился к Смэшеру, приказав: «Убей его!» «Кто ты вообще такой?» - отозвался киборг. «Ты - наемник!» - вопил Фарадэй. – «Просто делай свою работу». «Я должен разобраться лишь с мальчишкой», - проскрипел Смэшер, и Дэвид, подступив к киборгу вплотную, бросил с откровенной дерзостью: «Ты, что ли, Адам Смэшер? Легендарный наемник?» «Для своих размеров ты тащишь на себе слишком уж тяжелую артиллерию, киберпанк», - отозвался Смэшер. – «То, что ты еще можешь говорить, впечатляет». «Взаимно, чумба», - набычился Дэвид. – «Слышал, что ты – полностью киборг, безо всякой органики. У тебя хоть мозг есть там, в черепушке?» «Можешь сказать, я особенный», - пояснил Смэшер, и возопил Дэвид: «Как и я!» «Это шутка?» - Смэшер не ожидал такого бахвальства от жалкого эджраннера.

Дэвид бросил взгляд в сторону, лишь сейчас осознав, что в доке опустился аэродин «Травма Тим», и медики оказывают раненому Фарадэю – платиновому клиенту компании – первую помощь. Парень взревел от ярости... и Смэшер выстрелил ему в живот. «Разве ты можешь позволить себе отвлекаться?» - буднично осведомился он.

Разум оставил Дэвида, и, предавшись киберпсхихозу, он использовал на всю катушку возможности киберскелета и Сандевистана, безжалостно расправляясь со всеми, оказывающимися у него на пути. Подхватив Люси на руки, он выпрыгнул из дока... начав свободное падение. Отчаявшись достучаться до разума любимого, Люси поцеловала его в губы...

«Люси...» - улыбнулся обреченный; взгляд его прояснился. «Дэвид...» - всхлипнула девушка. – «Ты все-таки установил его. Я так и думала, что ты это сделаешь. И знала, что умрешь в итоге. Я не хотела этого. Не хотела, чтобы ты умирал...» «Это был единственный способ защитить тебя от этого города», - отвечал Дэвид. – «Маму и Мейна я спасти не сумел, но тебя спасти хотел». «Не нужно было меня спасать», - сдерживая рыдания, выдавила Люси. – «Я просто хотела, чтобы ты жил». «Неважно», - отрезал Дэвид. – «У меня все равно ничего не осталось. У тебя есть мечта. И я хотел, чтобы ты претворила ее в жизнь – ради меня. И это – моя мечта. Все остальное – неважно».

...Яростное противостояние продолжалось. Взрывная волна от ракеты, выпущенной Смэшером вслед Дэвиду, выбросила Фарадэя из дока, и рухнул он у подножья Арасака-тауэр.

Чуть поодаль, на площади у башни за бронированной машины укрылись Фалко и Ребекка; шквальный огонь прибывших полицейских не позволял им и нос высунуть из укрытия. Подоспевший Дэвид расстрелял копов, после чего, передав товарищам Люси, велел им улепетывать отсюда как можно скорее.

Увы, Ребесса сесть в машину не успела – низвергнувшийся с вершины Арасака-тауэр Адам Смэшер попросту раздавил девушку. После чего продолжил противостояние с Дэвидом. Как оказалось, Смэшер тоже обладал Сандевистаном – для него этот имплант был вполне зауряден. Таким образом главное преимущество Дэвида – скорость перемещения – было сведено на «нет», а в остальном киборг превосходил противника многократно.

Киберпсихоз вновь овладел Дэвидом, изо рта обильно лились кровь. «Медикаменты закончились?» - констатировал Смэшер, смерив противника холодным взглядом. – «Как невовремя».

Люси попыталась было взломать защиту кибермозга Смэшера, но тот с легкостью отразил атаку и ответным импульсом вырубил нетраннера. Схватив девушку в охапку, Фалко забросил ее в машину, направил ее прочь от Арасака-тауэр. Едва цепляясь за сознание, Люси просила Фалко вернуться за Дэвидом, однако водитель отрицательно покачал головой. «Никто не способен выжить в этой бойне», - произнес он. – «И я не поверну... Дэвид попросил меня... Если поверну... значит, смерть его будет обесценена».

Люси с ужасом воззрилась на заднее сидение автомобиля, лежала на котором желтая куртка Дэвида и деньги, причитающиеся им за последнюю миссию. «Также он просил меня передать тебе следующее», - добавил Фалко. – «’Прости, что не сможем отправиться на луну вместе’».

...Смэшер методично разрушал киберскелет, обращая противника с бесформенную груду металла и плоти. «Кто ты такой, чтобы бросать мне вызов?!» - гремел он. – «Да ты на ноги подняться не можешь без своих антигравитационных систем! Думаешь, ты чем-то особенный? Не смеши!

Стоя над поверженным, усмехнулся Адам Смэшер: «Ты знаешь, я повеселился. Из тебя бы мог получиться приличный киборг». «Пошел нахер...» - посоветовал ему Дэвид, и то были его последние слова, ибо следующим выстрелом Смэшер снес ему голову...

Деньги, оставленные ей Дэвидом, Люси потратила на туристическую поездку на Луну, претворив таким образом сокровенную мечту свою в жизнь...

Год 2077. Даю тебе слово!

Двое киберпанков и их фиксер замерли у входа в клуб, скептически изучая нанесенное на стену здания граффити. Эдакая мешанина образов – женщина на фоне пламени и оружия, окруженная черепами, и ангельские крылья. Ла Ллорона - воплощение смерти.

«Что это за хрень?» - процедил один из наемников, Кайл. «Валентино рисуют подобные граффити, чтобы почтить тех, кто погиб за банду», - отвечал ему фиксер, облаченный в строгий костюм бирюзового цвета – Кормак. – «Святые и мученики, понимаешь?» «Чтобы никаких граффити для меня, когда помру героем!» - заявил Кайл. – «Просто назовите какой-нибудь коктейль в мою честь».

Из дверей клуба выглянул один из членов банды Валентино, позвал наемников внутрь. Кайл и Кормак устремились к дверям, но Ориона как завороженная смотрела на граффити; казалось, будто рисунок гипнотизирует ее. Наемники окликнули девушку, и та, встрепенувшись, последовала за ними.

Трое расположились за столиком напротив потенциального заказчика, Эла Сомбренона. «Большинство людей не знают, кому ныне довериться», - проскрипел Валентино, сверля наемников взглядом из-под полей низко надвинутой на лоб шляпы. – «Нашим семьям?.. Та же кровь течет и в наших жилах. Или же друзьям? Ведь мы любим одну и ту же выпивку, и чувство юмора у нас одинаковое... Или же нашим бизнес-партнерам? Ведь эдди – это то, что нас с ними сплачивает... А вы? Кому вы доверяете?.. Сложный вопрос, да?.. В прежние времена все было куда проще... Тогда все, что в вас было, — это семья. У вас были дети, и вы растили их, чтобы они заботились о вас в старости... Но деревни обратились в страны. Правительства создали программы социальной безопасности, чтобы заставить людей довериться им. Налоги заменили бремя создания детей... А теперь настала эпоха корпораций. Личные удовольствия стали приоритетнее заботы о народе. Правительства стали слишком бедны, чтобы люди могли и впредь на них полагаться. А программы поддержки семей давным-давно исчезли. Так какой же у нас остался выбор? Просто довериться корпорациям?»

Эл замолчал, с удовольствием затянулся сигаретой, пока наемники осмысливали прозвучавший монолог. «Это был риторический вопрос?» - осведомился Кормак. – «Или мы получим бонус за верный ответ?» «Сюда вас привело доверие», - уверенно заявил Эл. – «Жители Виста-Дель-Рей доверяют нам. Я слышал, у вас есть кто-то знакомый в ‘Милитехе’». «Да, у Орионы», - Кормак указал на девушку, и босс прожег ее пронзительным взглядом, протянул: «Ориона?.. Я тебя знаю, Ориона?..»

В воздухе витало напряжение. Телохранители Эла материализовались за спинами троицы наемников, ожидая ответа на поставленный вопрос. На лице Орионы не дрогнул ни один мускул. «Нет», - заявила она. – «Я все еще жду своего билета к славе и богатству. А вот моя сестрица-близняшка – знаменитая порнозвезда».

Валентино, казалось, был удовлетворен ответом, и, взяв в киберпротез, заменявший ему правую руку, внушительных размеров мачете, напомнил гостям: «Итак, мы обсуждали ‘Милитех’. Они собираются снести старый жилой квартал неподалеку и построить какой-то современный высокотехнологичный шоурум. А живут там много достойных людей. Стариков, которых поимело и правительство, и корпорации. Но мы, Валентино, заботимся о своих стариках. У ‘Милитеха’ есть свой человек в городском совете, который лоббирует скорейшее продвижение этого проекта. Я хочу, чтобы вы нашли его и убедили, что так поступать не следует. Ясно?»

«Ясно», - выдавил Кормак, боясь пошевелиться, ибо нож босса оказался в нескольких дюймах от его горла – для убедительности. «Некоторые считают, что просто пожать руки – достаточно, чтобы выразить доверие», - произнес Эл, проведя лезвием по своей ладони, и та окрасилась алым. – «Но мне нужна кровь. Ибо я считаю, что доверять можно лишь тому, в чьих жилах течет твоя кровь».

И он протянул окровавленную руку наемникам...

Тереза работала официанткой в одной из закусочных в пустоши, и за годы, проведенные здесь, научилась улыбаться посетителям – хоть частенько и хотелось придушить их.

Вот и сейчас – подошла к столику принимать заказ, а какой-то ребенок рассмеялся, увидев красное пятно у нее на платье. «Эта леди грязная!» - хохотал он. «О, простите, должно быть, во время ланча...» - улыбнулась Тереза семейству, внося детали заказа в память планшета. – «Итак, четыре бургера. Что-нибудь еще?» «Да, четыре ‘Николас Лайт’», - добавила мамаша нагловатого отпрыска. – «Это ведь низкокалорийный напиток, так?» «Так они утверждают», - подтвердила Тереза.

Чуть поодаль за столиком расположились две девахи, требующие ее немедленного внимания и на чем свет горит костерящие забегаловку и уровень сервиса.

«Тереза!» - окликнул ее владелец закусочной, Антон, остающийся за барной стойкой. «Я работаю, Антон!» - бросила официантка, проходя мимо. – «Позвони Лине и вели ей тащить свою задницу на работу. Ее уже два часа нет, и я тут разрываюсь!» «Это насчет Лины», - выдавил Антон, и что-то в его голосе заставило Терезу помедлить. Антон коснулся металлического протеза, заменяющего женщине правую руку, молвил: «Она не смогла наскрести денег на дозу серотонина, и... Сосед звонил... Она повесилась...»

«Эй, ты, мерзкая корова!» - снова завизжала одна из девах. Глаза Терезы угрожающе сузились, и Антон зашептал в испуге: «Она просто глупый ребенок... и посетительница. А посетители нам нужны». «Поверь, я знаю», - прошипела Тереза, приближаясь к столику, женщины за которым продолжали требовать к себе внимания и сыпать оскорблениями в ее адрес.

Но на лице Терезы вновь сияла дежурная улыбка...

Оставив товарищей дожидаться ее в одном из местных кабаков, Ориона отошла подальше, набрала номер своего информатора.

«Да, знаю», - произнесла она, выслушав собеседницу. – «Уверена, непросто было выяснить имя... но легче не будет, если мы хотим, чтобы план наш сработал. Поэтому тебе нужно решить. И не волнуйся обо мне. Они ни о чем не подозревают». Помолчала, слушая, улыбнулась. «Тоже тебя люблю!» - заявила Ориона. – «Обещаю, буду осторожна. Даю тебе слово!»

Завершив разговор, девушка выбросила мобильник в мусорку, устремилась к кабаку, дабы поделиться обретенными сведениями с подельниками...

Тереза вернулась домой рано. Близ одинокой хижины в пустошах супруг ее, Аарно, с улыбкой наблюдал за внучкой, стреляющей из ружья по бутылкам, и ликующей при каждом попадании.

«Отложи ружье и иди к себе в комнату, Вайра», - заявила Тереза, с вызовом воззрилась на супруга: «Ты обещал мне». Кряхтя, тот поднялся со стула; обе ноги ему заменяли металлические протезы. «Нет, мы уже говорили об этом», - возразил он. – «Я думаю, ей следует учиться стрелять». «Ей всего девять!» - воскликнула Тереза, и Аарно вздохнул: «Это безжалостный мир, Тереза. Люди умирают!»

В глазах Терезы стояли слезы, и супруг ее всполошился: «Эй, милая, что случилось? Ну хорошо, не буду ее больше учить...» «Лина мертва», - тихо произнесла женщина. – «Самоубийство... Антон рано закрыл закусочную. А еще эта грубая девчонка сегодня, а просто хотела... Я так устала, Аарно... Устала и стара... Вот и все...» «Я тебе говорил, увольняйся из этой дыры», - напомнил Аарно, сжав ладонью плечо супруги. – «Моей пенсии от ‘Милитеха’ достаточно, чтобы оплачивать наши счета».

Тереза прожгла супруга пристальным взглядом, после чего устремилась к жилищу. «Принесла немного еды», - бросила она через плечо. – «Будет готова в пять. И я не хочу впредь видеть Вайру с ружьем».

Дверь захлопнулась у нее за спиной.

«Его имя – Джек Ларс», - просветила Ориона подельников, вернувшись в кабак, где те оставались. – «Он – директор по градостроительству Найт-Сити. Зарабатывает хорошие деньги. Жена, двое детей и прекрасная квартира в Веллспрингс». «Думал, у него куда более яркая жизнь, если ему платит ‘Милитех’», - заметил Кайл, и Ориона усмехнулась: «А вот здесь начинается самое интересное. Он тратит деньги от ‘Милитеха’ на свои извращенные удовольствия».

«Что, брейндансы, в которых детишки убивают своих родителей?» - поморщившись, предположил Кайл. – «Или трахает куклу, наделенную личностью своей мамочки?» «Кайл, мне начинать беспокоиться о тебе?» - изогнула бровь Ориона. – «Наш Джек тратит огромные деньги, чтобы казаться идеальным. Но не для своей супруги. Через приложения для знакомств он разыскивает девушек, крутит с ними романы, водит в дорогие рестораны. Переживает вместе с ними ванильные романтические брейндансы, дарит милые украшения. Короче, обрабатывает как следует. Он милый, не как другие парни, на сексе не настаивает... Плетет свои сети как паук. Ждет, пока девчонка не втрескается в него по уши. Пока не отдаст ему всю себя, не станет доверять ему полностью... И тогда он ненавязчиво просит ее сделать для него любительский брейнданс. О том, что она будет чувствовать в их первую ночь. И когда он будет на пике... он скажет ей, что все это время она выступала звездой приватного шоу для его друзей. Он жаждет запечатлеть в этом брейндансе все ее унижение, растоптать ее любовь, заставить ее утратить себя. Ее доверие к нему сменяется растерянностью и отчаянием».

«Вот урод!» - прошипел Кайл. – «Но почему он так себя ведет?» «Может, просто ненавидит женщин», - предположила Ориона. – «Может, ему нравится причинять людям боль... Он хочет запечатлеть именно этот момент... когда девушка теряет веру в него – и всю себя». «Окей, вот наш план», - заявил Кормак, затянувшись сигаретой. – «Нам нужно получить доказательства того, что на свои пристрастия он тратит деньги ‘Милитеха’. И записать его признание. Его вышвырнут на улицу до того, как он успеет подписать разрешение на изменение квартала, а ‘Милитеху’ придется залечь на дно, пока скандал не утихнет. Жаль, конечно, что мы не сможем прикончить психопата, ведь в этом случае подставимся сами. Но мы определенно можем прикончить его дружков, а его самого заставить пожалеть о том, что на свет родился!»

Сказано – сделано. Трое ворвались в номер к Джеку Ларсу во время очередной его подобной выходки. Ориона хладнокровно пристрелила дружков Джека, после чего попыталась утешить сидящую на кровати девушку, пребывавшую в состоянии шока. Здоровяк Кайл схватил опешившего Джека, остававшегося в чем мать родила, и, удерживая его лишь за ногу над пропастью, открывавшейся за периллами террасы, поинтересовался, кто оплачивает ему подобные забавы.

Тереза заметила, как Ориона проследовала в закусочную расположилась за дальним столиком. Извинившись перед посетителями, у которых принимала заказ, официантка приблизилась к Орионе, поставила перед ней чашку кофе, прошипела: «Сколько раз я велела тебе не приходить сюда? Здесь небезопасно». «Успокойся, ладно?» - отозвалась та. – «Никто за мной не охотится, это точно».

«Мне плевать», - бросила Тереза, хмурясь. – «Говорю тебе...» «Да, да, знаю», - отмахнулась Ориона, не желая слышать обычную отповедь. – «Я меняла машины. И знаю, что никто за мной не следил. Ты в безопасности. Поняла?.. И вообще, тебе следует больше доверять людям, мама». «А может, это тебе следует меньше им доверять?» - поморщилась Тереза, но, взяв себя в руки, улыбнулась дочери: «Прости... Я действительно рада тебя видеть. Ты как? Голодна? Может, сделать тебе картофельные панкейки?» «Нет, я не голодна», - молвила Ориона. – «Помнишь того крота из ‘Милитеха’, о котором я тебе рассказывала? Колесики вертятся... Два... или три дела, и я заберу Вайру отсюда. Это же здорово, правда, мама?» «Да, здорово», - расплылась в улыбке Тереза. – «Рада за тебя, Орио... Как там, кстати, моя девочка?»

Тереза опустилась за столик напротив дочери, призналась: «Твой отец учит ее стрелять». «Вот ведь старый сукин сын», - рассмеялась Ориона. – «Он все еще ненавидит меня?» «Он тебя не ненавидит», - возразила Тереза. – «Он просто надеется, что ты выберешь в жизни прямую дорожку, станешь корпораткой. Прекратишь прожигать время на все это киберпанковское...»

«Прости, мама, звонят», - прервала ее Ориона, ибо имплант, принимавший звонки, активировался. Кайл сообщил напарнице, что Валентино результатом довольны, и готовы работать с ними снова. Возликовав, девушка простилась с матерью, выбежала за дверь закусочкой.

«Будь осторожна...» - тихо прошептала Тереза, глядя ей вслед.

Ориона пребывала в крайне скверном расположении духа. Она вернулась в город; начался проливной дождь, а Кайл все еще не появился в месте, где они условились встретиться.

Но, наконец, рядом затормозила знакомая машина, и Ориона бросилась к ней... но резко остановилась, когда в ее сторону оказалось направлено дуло пистолета.

«Я все знаю», - прозвучал голос...

Этим вечером Тереза себе места не находила, и все выглядывала в окно.

Заметив поднимающую тучи пыли машину, стремительно приближающуюся к их хижине, женщина обернулась к супругу, поинтересовалась: «Ждешь кого-то, Аарно? Доставку или друга? Есть что-то, о чем ты мне забыл сказать?» «Нет, конечно же!» - воскликнул Аарно, пораженный нервозностью Терезы. – «Я всегда тебе говорю, когда кто-то приходит к нам...»

«Я редко тебя о чем-то прошу, но сейчас ты должен сделать то, что я скажу», - отчеканила женщина, глядя супругу в глаза. – «Отведи Вайру в ее комнату, и оставайтесь там, пока я не приду. Если я не приду в течение десяти минут, заряжай ружье и стреляй в каждого, кто попробует войти в дверь». Аарно попытался было что-то спросить, но Тереза не была настроена что-то пояснять: счет шел на секунды.

Двое поспешили ретироваться. Открыв тайник в подполе, Тереза вытащила сверток с оружием, которым не пользовалась уже много лет...

Машина остановилась у хижины. Тереза метнулась к ней, распахнула дверцу и выволокла наружу девушку – наверняка корпоратку. «Ты одна?» - рявкнула женщина, приставив дуло пистолета к виску незваной гостьи. – «Кто ты такая?»

«О-ориона...» - выдавила та, стараясь не делать лишних движений. – «Она мертва... Я здесь, чтобы...» «Нет! Ты лжешь!» - выкрикнула Тереза, не веря ушам своим. – «Да кто ты такая?!» «Я... ее подруга...» - отвечала девушка. – «Я работаю в ‘Милитехе’... Поверь, я правду говорю!»

Аарно был поражен известием о гибели Орионы. «Проклятье!» - выкрикнул он, вплеснув руками, и Тереза шикнула на мужа: «Тише! Подумай о Вайре!» «Я так и знал, что этим кончится!» - сокрушался мужчина. – «Гребаные киберпанки! Ни грамма чести. Они убили ее!.. Ей стоило послушать меня, устроиться на работу в ‘Милитех.’ Я бы ей помог. Вела бы достойную жизнь».

«Да что ты мелешь?» - разозлилась Тереза. – «Что еще за достойная жизнь такая?! ‘Милитех’ – это мафия, Аарно. И все на этом. Ты потерял на работе ноги, и ради чего?!» «Они дали мне хорошую пенсию!» - напомнил супруге Аарно, и та взорвалась: «Это была Ориона! Они нихрена тебе не дали, Ааарно! Она знала, что ты слишком горд. И посылала тебе эти гребаные киберпанковские деньги под видом пенсии от ‘Милитеха’». «Что ж, а теперь из-за этих денег она мертва», - парировал Аарно.

Двое помолчали, извинились друг перед другом. Сейчас оба на взводе, ведь дочь их мертва... Аарно выглянул в окно трейлера, присмотрелся к девушке, рыдающей у машины, обернулся к Терезе: «Это она тебе рассказала об Орионе? И ты ей веришь?.. Можешь, наша дочь жива, Тереза. Может, она просто хотела исчезнуть...» «Нет, случившееся было в новостях, она мне показала», - разбила последние надежды супруга Тереза. – «Ориону нашли на улице в районе полуночи. Ей прострелили голову. Она мертва. Но я отправлюсь в Найт-Сити и отыщу ублюдка, который убил ее. Давай пока не станем рассказывать о случившемся Вайре».

«В Найт-Сити?» - поразился Аарно. – «Ты уверена? Ты говорила, что никогда не вернешься...» «Знаю», - вздохнула женщина. – «Но таков уж Найт-Сити. Вечно притягивает тебя к себе».

Тереза велела новой спутнице отвезти ее на ближайшую заправку, и, приглядевшись к припаркованным поблизости автомобилям, указала на синюю «Тортон Галену»: «Высади меня здесь, затем забирай свои вещи и быстро иди со мной».

Корпоратка ослушаться не осмелилась, последовала за Терезой, которая уже разместилась на водительском сидении «Галены». «Это твоя машина?» - поинтересовалась корпоратка, и женщина утвердительно кивнула: «Теперь моя». «Да кто ты такая?..» - поразилась корпоратка, на что Тереза велела ей садиться рядом и заткнуться.

Она вырулила на трассу. Какое-то время ехали молча; Тереза игнорировала все попытки новой знакомой завязать разговор, но, бросив взгляд в зеркало заднего обзора, поинтересовалась: «За нами следует черный ‘Арчер Хелла’. Твой друг?» «Что?» - поразилась корпоратка, обернулась. – «Нет, я их не знаю». «Посмотрим, знают ли они нас», - заключила Тереза, сбросила скорость, позволяя черному автомобилю совершить обгон, сама же сжала руку на рукояти пистолета.

Но, похоже, тревожилась она зря: в салоне «Арчер Хелла» находилась семья, и Тереза, проводив машину пристальным взглядом, отложила оружие. «Ориона рассказывала, что ты фактически никому не доверяешь», - с облегчением рассмеялась корпоратка. – «Видимо, мне нужно было один раз увидеть, чтобы поверить в это...»

Округлившимися от удивления глазами Тереза взирала на приближающиеся здания Найт-Сити. Насколько помнила она, еще недавно здесь была пустошь... Как же все изменилось!..

«Этот город не перестает расти», - вздохнула Тереза, выводя автомобиль на развязку. – «И чем больше он, тем хуже становится». «Ты здесь жила?» - заинтересовалась девушка. «Ты мне скажи», - усмехнулась Тереза. – «Я думала, моя дочь все тебе обо мне рассказала». «Прости, я имела в виду...» - корпоратка замялась. – «Думаю, она очень тебя любила, но... признаться, она и сама мало что знала». «Просто тридцать лет с тех пор, как я вела машину на этих улицах», - призналась Тереза. «А почему ты уехала?» - поинтересовалась девушка, на что Тереза отозвалась: «А ты почему осталась?»

...Тереза остановила машину около церкви, указала на которую ее спутница. «Проводы через два часа», - сообщила та, - «а я пока...» Она потянулась было к дверце автомобиля, но Тереза резко схватила ее за руку, прошипев: «Что ты творишь?!» «Какого черта! Я голодна», - разозлилась корпоратка. – «Думала, куплю нам что-нибудь перекусить, чтобы скоротать время». «Это не просто увеселительная поездка!» - отчеканила Тереза, прожигая девушку взглядом. – «Нам вообще здесь нет, поняла?»

Вздохнув, та согласилась остаться в машине и не делать резких телодвижений. «А похороны?» - обратилась она к Терезе. – «Разве не хочешь ты увидеть Ориону?» «Ты тоже ее не сможешь увидеть», - отозвалась та, настороженно следя за входом в церковь. – «Мы не знаем, кто за этим стоит. И никому не можем доверять».

...Стемнело. У церкви начали собираться всякие подозрительные личности – видимо те, с которыми Ориона водила знакомство при жизни.

«Как хорошо ты знаешь ее друзей, ее коллег?» - осведомилась Тереза у спутницы, и та пожала плечами: «Я видела несколько фото. Ориона их показала их мне, чтобы я знала, кого искать в случае чего. Если им вдруг станет известно о нас. Она была крайне замкнута. Как и ты». «Хватит», - отмахнулась Тереза, кивнула в сторону собирающихся у входа в церковь киберпанков. – «Посмотри на них внимательно и скажи – который Кайл?»

Присмотревшись, корпоратка указала Терезе на здоровяка, и та процедила: «Пришло время немного поболтать».

После церковной службы Кайл по своему обыкновению отправился в тренажерный зал. Заверив комплекс упражнений, он устремился в душевую, расслабился под потоками воды... когда ощутил у горло острое лезвие. Скосив глаза, наемник с удивлением воззрился на мачете, рукоять которого сжимала пожилая женщина. «Что произошло с Орионой? Отвечай!» - потребовала та. – «Или я тебе голову отрежу». «Ну, попытайся», - осклабился Кайл.

Тереза полоснула была мечом наемника, но на том не осталось ни царапины; вырвавшись, Кайл обернулся к неказистой с виду противнице, бросил: «Титановая кожа, леди. Так что тебе от меня нужно?» «Хочу узнать, сколько у тебя титановой кожи», - женщина вновь атаковала, но Кайл сумел зайти ей за спину, применить удушающий захват. «Зачем тебе знать об Орионе?» - потребовал ответа он.

Вместо ответа Тереза вонзила нож здоровяку в бедро, и тот взвыл от боли. «Да кто ты такая?» - выкрикнул Кайл, зажимая рану. «Ты убил ее?» - требовала ответа женщина. – «Ты убил Ориону?» «Я тебя убью, сука!» - посулил киберпанк, с силой ударив Терезу усиленным имплантами кулаком в лицо. – «Ты слишком стара для всего этого дерьма! Если веришь во что-то начинай молиться...»

...Посетители тренажерного зала с изумлением наблюдали, как из душевой выскочила женщина с окровавленным ножом в руке, а за нею – сыплющий проклятиями Кайл, в чем мать родила. Женщина прыгнула в припаркованный у входа синий автомобиль, и тот сразу же рванул с места.

Увидев, в каком состоянии ее спутница, корпоратка выругалась: «Тебе врач нужен. Я отвезу тебя к себе». «Нет, небезопасно», - прохрипела Тереза, с трудом шевеля разбитыми губами. «В мотель за пределами Найт-Сити?» - предложила девушка, и Тереза вновь отрицательно покачала головой: «Нет. В Веллспрингс. Так врач».

Вскоре корпоратка припарковала автомобиль по указанному Терезой адресу. Двое вышли из машины; пожилая женщина постучала в неприметную дверь в переулке, изображен на которой был крест. «Клиника закрыта», - заявил док, чуть приоткрыв дверь. «Стучал год 2045», - заявила Тереза. – «Если, конечно, хочешь получить обратно свою машину».

«Мария?!» - опешил врач, распахнув дверь, с изумлением воззрился на разбитое лицо Терезы. «Я теперь Тереза», - представилась та. «Что с тобой произошло?» - спрашивал док, и женщина пожала плечами: «Найт-Сити».

Придерживая с трудом державшуюся на ногах старую подругу, врач провел ее в клинику. «Я знал, что в 2077 тяжко, но не предполагал, что настолько», - говорил он, качая головой. – «У тебя челюсть сломана, возможно, и скула. Мне нужно осмотреть тебя». «Давай, Двупалый», - хмыкнула Тереза.

«А кто твоя подруга?» - спрашивал док, но Тереза лишь плечами пожала: спросить имя у корпоратки она как-то не удосужилась. «Я Алина», - закатила глаза та. – «И я с ее дочерью...» «Просто Алина», - резко прервала объяснение девушки Тереза, не желая вдаваться в подробности. – «И все на этом».

Док велел Алине зайти в клинику и запереть за собой дверь. «Мы должны хранить тайны Терезы», - понимающе заявил он.

...К тому времени, как док закончил свою работу, Алина уже заснула, свернувшись калачиком на диванчике. Бросив взгляд в сторону девушки, врач обратился к старой подруге: «Теперь мы можешь больше мне рассказать». «Будет безопаснее, если ты останешься в неведении», - покачала головой женщина, и док вздохнул: «Тереза, твоя челюсть была не сломана, а фактически уничтожена. Мне пришлось заменить все на хром». «Думаешь, можешь проделать то же со всем моим телом?» - поинтересовалась Тереза. «Конечно!» - с энтузиазмом заявил Двупалый. – «Дай мне несколько месяцев и вагон эдди». Тереза приуныла...

Занимался рассвет. Двупалый и Тереза уютно расположились в шезлонгах на крыше клиники, и, потягивая пиво, наблюдали за восходящим над Найт-Сити солнцем.

«Слушай, Мария!» - снова обратился к ней док. – «Прости... Тереза... что происходит?!» «Я в своей жизни частенько дралась», - поморщилась та. – «Но этот парень... Всего один удар – и свет погас. Я даже не сумела достать его в ответ. Он двигался стремительно». «Скорее всего, усилитель рефлексов и импланты для рук», - заявил док. – «Дорогое удовольствие». «Мне нужно, чтобы он заговорил, Двупалый», - настаивала Тереза. – «И мое слабое старое тело этой цели явно не служит».

«У меня есть идея», - поразмыслив, произнес Двупалый. – «’Некомата’. Стреляет через стены. Могу достать для тебя». «Никогда бы не подумала, что окажусь в Найт-Сити и стану стрелять в людей через стены», - поморщилась Тереза. – «Прежде я бы его ножом выпотрошила». «Времена изменились, Мария», - философски заметил док, с удовольствием приложившись к бутылке. – «Люди больше не доверяют своим телам». «А чему же тогда доверяют?» - риторически молвила Тереза.

Помолчали, наслаждаясь безмятежностью момента. «Знаешь, а я ведь плакал на твоих похоронах», - признался Двупалый. – «Тридцать лет назад». «Это хорошо», - кивнула Тереза, и, сделав последний глоток, поднялась на ноги. – «Значит, когда я умру на этот раз, уже не станешь лить слезы».

Разъяренный, Кайл выжимал максимальную скорость из своего байка; Найт-Сити остался позади...

«Да не нужна мне помощь, Кормак!» - орал наемник, обращаясь посредством коммуникационного импланта с фиксером. – «Я сам ее прикончу, если она окажется достаточно глупа, чтобы снова появиться. Кто она вообще такая? На ‘Милитех’ не похожа. Может, из банды?.. Не знаю, она была просто старуха! Слушай, Кормак, со всем этим замесом с Орионой что-то не так...»

Остановив байк у небольшого придорожного поселения, Кайл устремился несколько шагов в направлении одного из зданий, проследовал в свою комнату... когда выстрел из крупнокалиберного оружия оторвал ему ногу. Взвыв, Кайл распластался на полу.

Дверь отворилась, и в комнату ступила Тереза. «Ориона встретилась с тобой в 10 вечера», - констатировала женщина, направив дуло «Некоматы» в лицо намеченной жертве. – «Два часа спустя ее тело было найдено на улице. Скажи, что ты сделал с ней, или я тебе прикончу. Скажешь правду – оставлю в живых. Даю слово». Взвесив все «за» и «против», Кайл решил жизнь сохранить, заговорил: «Я позвонил ей, потому что у нас с Кормаком – это наш фиксер – было для нее новое дело, но... затем Кормак сказал мне, что хочет встретиться с ней один на один. А на следующий день я узнал, что она мертва. Кормак считает, что ее прикончил ‘Милитех’. У нее был крот внутри корпорации. Кормак полагал, что крот ее предал. Это все, что я знаю! Клянусь! Отпусти меня, пожалуйста... Мне нравилась Ориона, она была моим другом...»

Прикончив Кайла выстрелом в голову, Тереза направилась к выходу из комнаты, бросив: «Она была моей дочерью».

Кормак задумчиво созерцал мертвое тело Кайла. «Да кто же она такая?..» - пробормотал он. – «Чего она хочет?»

Двое наемников, сопровождавших фиксера, замерли чуть поодаль. «Она забрала его руку, Кормак», - обратила одна из них на сей факт внимание фиксера. – «Ставлю на то, что продала ее на черном рынке. Просто мелкая воришка». «Нет, она профессионал», - покачал головой Кормак. – «Это была казнь. А рука... должно быть, своего рода трофей».

Завершив осмотр тела, Кормак обратился к сподвижникам, велев тем начать поиски старухи с хромированной правой рукой, вооруженной – судя по всему – «Некоматой».

Покинув хижину убитого, фиксер опустился на диванчик на крыльце, пробормотал задумчиво: «Что же ты рассказал ей, Кайл?..»

Его подельники немедленно занялись исполнением поручения босса, и вскоре сообщили, что на камерах наблюдения есть записи пожилой женщины, угнавшей мотоцикл Кайла, но бесследно исчезнувшей в нескольких кварталах отсюда. Скорее всего, сменила транспортное средство. «Соседи ничего не видели», - доложила фиксеру наемница. – «Нам пройтись по риперам и торговцам оружием?» «Позже», - отозвался Кормак. – «Сперва я поговорю с ублюдком, который и заварил всю эту кашу».

«Да кто же она такая?!» - продолжала спрашивать корпоратка Двупалого, невозмутимо готовящего кофе. – «Я просто хотела увидеться с мамой Орионы, отправиться на похороны, попрощаться, но... Все вдруг стали такими параноиками! Тереза была избита чуть ли не до смерти! Что вообще происходит?!» «Ты достаточно долго жила в этом городе, чтобы научиться не задавать лишних вопросов», - отозвался док.

«Что это ты так любопытна?» - осведомилась Тереза, ступив в помещение, и, опустив на столик сумку с «Некомантой», направила на корпоратку пистолет, бросив: «Главный вопрос – кто ты такая? И почему сдала Ориону ‘Милитеху’?» «Нет же...» - опешила девушка. – «Я бы никогда не причинила ей вред!» «И почему я должна была верить тебе?» - рявкнула Тереза, и выкрикнула корпоратка: «Потому что я любила ее! Она была моей... Мы хотели убежать отсюда вместе!» «Чушь собачья!» - Тереза прожгла испуганную девушку яростным взглядом. – «Ты была ее кротом в ‘Милитехе’, только и всего. Она ни разу не упоминала о том, что собирается сбегать куда-то с тобой!» «Нет же, нет...» - вне себя от ужаса, лепетала корпоратка. – «Пожалуйста, поверь мне... Она доверяла мне... Сказала, где тебя найти...»

Ноги не держали ее, и девушка осела на пол, привалившись к диванчику. Двупалый протянул ей чашку кофе, советовал Марии успокоиться, ведь очевидно, что их гостья говорит правду...

Навестив Эла Сомбренона, Кормак поведал тому о случившемся.

«Какая-то старая сука напала на Кайла, расспрашивала его об Орионе, а затем отсекла ему руку», - говорил фиксер. – «Кто она такая?! Мне следует начинать нервничать?!» «О, да, еще как следует», - осклабился Валентино. – «Она... Ла Муэртэ... Обо мне и Ла Ллороне ходит немало легенд... Сорок лет назад этот город был джунглями, а мы с ней были в нем высшими хищниками. Я и моя сестра. Ла Ллорона. Мы были истинными мясниками Валентино. Могли с одними лишь ножами перебить десяток врагов клана. Наши имена вселяли страх в сердца половины жителей Найт-Сити. Вторая половина желала нам смерти. Но однажды... кто-то сумел отомстить. Напал на мою сестру во время миссии, которую та исполняла для Валентино... Они все были мертвы, тела их разрублены на куски. Но я сумел отыскать лишь правую руку Ла Ллороны... Тридцать лет я искал ее убийц. Ориона должна была сыграть ключевую роль».

«Я привел ее к тебе», - напомнил Кормак. – «Ты мне должен». «Ты получил щедрый бонус за то, что продал свою подругу», - напомнил ему Эл. «Да пошел ты!» - зло прошипел фиксер. – «А что, если я разыщу старую суку?! И расскажу, кто на самом деле за этим стоит?!» «Да пожалуйста», - осклабился Эл. – «Она все равно убьет тебя».

Когда корпоратка немного пришла в себя и успокоилась, Тереза поинтересовалась, почему она так уверена в том, что за гибелью Орионы стоит не «Милитех». «Потому что в этом случае была бы мертва и я», - пояснила девушка. – «Нет, это не они». «Значит, ее фиксер», - заключила Тереза. – «Кормак. Знаешь его?» «Да, Ориона показывала мне фото», - лицо корпоратки исказилось от ненависти.

«Хорошо, уходим», - и женщина устремилась к выходу из клиники. Всполошившись, Двупалый попытался было задержать ее, спрашивая: неужто нет у нее тех, ради кого стоит жить?

«Слишком поздно для этого», - бросила Тереза, и, выудив из сумки металлическую руку Кайла, молвила: «Но, если ты так печешься обо мне... начинай шить».

Кормак наряду с пятеркой подручных киберпанков навестил известного в городе рипера, Виктора, поинтересовался, не слыхал ли тот о бабуле, недавно прикупившей ружье «Некомата»? Или же продавшей киберруку, начиненную последними технологиями?

«Не слыхал», - покачал головой Виктор, и Кормак медленно процедил: «Ты ведь не стал бы лгать мне, верно, Виктор?» «Я никому никогда не лгу, Кормак», - отвечал рипер. – «Ты меня знаешь. Больше всего в жизни я ненавижу ложь и лжецов». «Что ж, ты один из лучших доков в городе», - озвучил фиксер очевидный факт. – «В Найт-Сити не происходит ничего такого, о чем бы ты ни знал».

«Никто больше не делится со мной сведениями», - развел руками Виктор. – «Знают, что я – источник слухов». «Ладно, вот тебе секрет, который можно не хранить», - произнес Кормак. – «Эта старуха убила Кайла. Ты его знал. Он тебе даже нравился. Я собираюсь прикончить ее, но это будет непросто. Она настоящая машина для убийств. Поэтому можешь делиться этой информацией, док. Сделай это в память о Кайле. Или ради следующего киберпанка, который означится у нее на пути».

В переулок напротив клиники Виктора заглянули двое – Таша и Мирек. Последний неожиданно возжелал отлить, и подруга его, закатив глаза, отвернулась, отошла в сторону.

Неожиданно рука сжала горло Мирека, и старуха прошипела в лицо: «Прячь свою морковину и брысь сюда! А рот откроешь – ссать будешь кровью!»

В ужасе Мирек бросился прочь, взывая к обескураженной Таше...

«Придурок...» - заключила Тереза. Оставаясь в тенях переулка, она внимательно наблюдала за входом в клинику Виктора и за двумя машинами, припаркованными рядом.

«Она действительно никогда не говорила тебе о нас?» - голос корпоратки дрожал от сдерживаемых слез. – «А ведь у нас было столько планов! Мы откладывали деньги, хотели забрать Вайру и уехать далеко-далеко от Найт-Сити. Скажи мне, что все это не было ложью! Скажи, что она любила меня!» «Хватит!» - отрезала Тереза, указала в сторону людей, покидающих клинику. – «Они выходят».

Простившись с Виктором, фиксер и спутники его расположились в автомобилях. Тереза поспешила занять место за рулем мотоцикла с явным намерением выследить потенциальных жертв. «Если не ответишь, я никуда не поеду», - всхлипнула корпоратка во внезапном приливе сентиментальности. – «Она любила меня или нет?» «Нет у меня время на все это детсадовское дерьмо!» - с этими словами Тереза надела шлем, выжала сцепление. «Подожди!» - взвизгнула девушка, запрыгнула на заднее сидение мотоцикла.

Держась на достаточном расстоянии за преследуемыми, Тереза двигалась по улицам ночного города. «Ты собираешься убить их?» - нашла в себе силы задать вопрос ее надоедливая спутница. «Они осторожны и хорошо подготовлены», - бросила в ответ Тереза. – «Я хочу понять, как именно они собираются претворить в жизнь свой замысел». «А в сем он состоит?» - озадачилась девушка. «Найти нас и прикончить», - просветила ее Тереза. – «Думаю, им известно о Кайле, ‘Некомате’ и кибернетической руке. Именно поэтому они задают вопросы всем риперам и торговцам оружием».

«Что случится, когда они отыщут Двупалого?» - задала вопрос корпоратка. «Если бы ты знала его, то поняла, что он добрый человек», - отозвалась Тереза. «Значит, ты ему доверяешь?» - поинтересовалась девушка, но Тереза выругалась, резко затормозила...

Двупалый вытирал тряпочкой пятно крови на полу, бурча под нос о том, что неплохо бы посетить Вельвета и заказать ему новую пару глаз.

Неожиданно в клинику его решительным шагом проследовала Тереза, за спиной которой маячила корпоратка. «Ты доверяешь мне, Двупалый?» - потребовала ответа женщина, наведя на опешившего дока пистолет, сжимала который в новой киберруке. – «Доверяешь?!» «Д-да, конечно», - выдавил Двупалый. – «Ты же знаешь это». «Хорошо», - холодно отчеканила Тереза. – «Тогда ты будешь знать, что мне жаль».

С этими словами она выстрелила в дока в упор...

Позже Кормак и его команда навестили раненого Двупалого, подлатали его.

«Вот скажи, старик», - обратился к риперу фиксер, пока одна из наемниц накладывала повязку тому на шею. – «Почему ты до сих пор водишь такую старую колымагу?» «Не доверяю я нынешним тачкам», - признался Двупалый. – «Раньше их делали более надежными». «Я так понимаю, про твоих клиентов можно сказать то же самое?» - хмыкнул Кормак. – «Бедняга Двупалый, всегда для него клиенты на первом месте. Отношения, основанные на доверии... И теперь это самое доверие чуть было не отправило его на тот свет. Повезло, что я ответил на твой звонок... Но, признаюсь, я удивлен тем, что истинно заслуживающий доверия рипер Найт-Сити, старый добрый Двупалый, позвонит мне для того, чтобы сдать своего клиента».

Поднявшись с дивана, Кормак обернулся к маячащим у двери киберпанкам, просветил их: «Однажды у нашего раненого рипера был клиент. Парень задолжал ’Мальстрёму’ немалую сумму. Потому они просили нашего мастера Надежность оказать им услугу – оттяпать парню два пальца в следующий раз, когда он придет на операцию. Но наш герой сказал твердое ‘нет’. Гангстеры угрожали ему, говорили, что отрежут пальцы. И все же он отказался причинять вред клиенту. Потому ребята из ‘Мальстрёма’ угрозу свою исполнили. Если коротко, он лишился пальцев, но завоевал доверие Найт-Сити... А сейчас звонит мне и утверждает, что хочет сдать клиента. Почему мне следует верить тебе, Двупалый?»

«Потому что я доверял этой суке», - с горечью признался док. – «А она выстрелила в меня. К тому же плевать я хотел на доверие в городе, в котором подобная концепция отсутствует напрочь. Хочешь убить меня – что ж, убивай. Но если заткнешься и выслушаешь, я расскажу тебе все, что знаю о Марии. Даю слово!»

С огнестрельным оружием в руках команда Кормака проследовала в двери мотеля «Ноу-телл», у входа в который постояльцы возбужденно обсуждали недавнее событие: расстрел молодого киберпанка в одном из номеров. «Комната 21», - напомнил наемникам фиксер.

В означенном номере оставалась Тереза, добровольно вызвавшаяся сыграть роль приманки. Укрывшись за кроватью и взяв в руки «Некомату», женщина сконцентрировалась, сознавая, что противник уже здесь, и через несколько мгновений начнется хаос.

Мобильник запищал – Аарно. Приняв вызов, Тереза включила громкую связь, бросив: «Аарно? Я немного занята». «Просто хотел спросить – все хорошо?» - поинтересовался Аарно. «Аарно, нет времени», - Тереза вскинула ружья, направила его на дверь. – «Что-то срочное?» «Ты была права, я не получал пенсию», - вздохнул Аарно. – «Проклятье, Тереза... почему она не сказала мне, что это были ее деньги? Я был плохим отцом?» «Мы оба наделали ошибок, Аарно, но обсудим это в другой...» - произнесла Тереза, прижав глаз к ИК-сенсору – шесть фигур за дверью, но Аарно прервал ее: «Вайра знает, что Ориона мертва. Она боится потерять и тебя. Пожалуйста, возвращайся домой. Ты нужна ей. Нужна нам обоим».

Тереза несколько раз нажала на курок, и пули пробили дверь и стену, разрывая на части тела наемников. Трое мертвы... но времени на перезарядку «Некоматы» нет. Женщина попыталась было метнуться в соседнюю комнату, но пуля угодила ей в живот, и, тихо застонав, она осела у кровати.

Двое наемников, предчувствуя легкую победу, ступили в комнату, и Тереза двумя выстрелами из пистолета уложила обоих. В мобильнике продолжал звучать встревоженный голос Аарно...

Кормак швырнул в номер гранату, и лишь после взрыва той ступил в комнату, приблизился к распростершейся на полу раненой Терезе. Та потянулась было к пистолету, но фиксер наступил женщине на запястье, процедил: «Все никак не умрешь, да?» «Ты убил Ориону...» - прохрипела Тереза. «Нет», - покачал головой Кормак. – «Но я собираюсь убить тебя».

Опустившись на колени, он сжал руками шею Терезы, начал душить...

«Не знаю, слышишь ли ты меня, милая, но хочу сказать себе», - донесся из динамика разбитого мобильника голос Аарно, - «то, что следовало говорить гораздо чаще... Я люблю тебя... Всем сердцем люблю, Тереза!» В глазах Терезы вспыхнула ярость, кибернетическая рука сжала горло опешившего Кормака. «Кто ее убил?» - потребовала ответа женщина, и выдавил фиксер: «Эл Сомбрерон... Потому что ты... убила его сестру...»

Тереза сломала Кормаку хребет, тяжело поднялась на ноги, и, взяв в руки мобильник, выдавила: «Я здесь, Аарно. Скажу Вайре, что все будет хорошо. Скоро я вернусь домой. Улажу только сперва... одно семейное дельце».

С этими словами женщина, известная в прошлом как «Ла Ллорона», покинула объятый огнем номер мотеля...

Двупалый занимался ранами Терезы, и та, с трудом шевеля разбитыми губами, прошептала: «Прости, но... иного выбора не было. Ты не сделал бы того, что необходимо, если бы я просто сказала...» «Мария, ты ничего не должна мне объяснять», - мягко произнес Двупалый, и молвила Мария: «Сделай для меня еще одну вещь... и мы в расчете».

«Ну что? Все кончено?» - нетерпеливо осведомилась Алина, привстав с дивана, и Тереза, обернувшись к ней, процедила: «Для тебя – да. Для меня – еще нет». Вновь обратившись к доку, постановила Тереза: «Алина отвезет тебя в мой трейлер. Ты помнишь Аарно?» «Тридцать лет прошло», - отвечал Двупалый. – «Люди меняются». «Он не изменился», - заверила дока Тереза. – «На какое-то время тебе нужно залечь на дно. Увидишь, когда будет безопасно вернуться в город... а, может, начать где-то жизнь заново».

«Ты тоже поедешь с нами, Мария!» - заявил Двупалый, и женщина покачала головой: «Ты же знаешь, что я не могу. Если я не приду за Элом Сомбрероном, он сам явится за нами... А ты будь осторожен! Ни с кем не разговаривай, понял меня? Вообще ни с кем! Носа не показывай снаружи. На прогулки не выходи. Машину не води. Могу я верить в то, что ты так и поступишь?» «Конечно!» - заверил ее Двупалый, кивнул в сторону Алины: «Мы с этой юной леди не пропадем!»

«Алина...» - молвила Тереза, улыбнулась девушке. – «Моя дочь... Орио... Я солгала тебе прежде... Я знала, кем ты была... Я знала о вашем плане – о том, что вы хотите сбежать вместе... Ты никогда не была для нее всего лишь кротом в ‘Милитехе’». «Правда?» - обрадовалась Алина, и Тереза бросила: «Даю слово».

Приблизившись к убежищу Валентино, Тереза помедлила, рассматривая настенный рисунок Ла Ллороны... Сколько же лет прошло?.. Но сейчас следовало всецело отрешиться от мыслей о прошлом и сосредоточиться на деле.

Тереза ворвалась в клуб, расправляясь с головорезами, преградившими ей путь. Одних расстреливала из пистолета, других кромсала ножом – но не останавливалась ни на мгновение. Будто бы и не было этих тридцати лет...

Пуля угодила ей в правое плечо, но Тереза не замедлила шага. Методично прикончив всех Валентино, находившихся на первом этаже клуба, выкрикнула она: «Выходи! Я жду!»

Машина, управляемая Двупалым, выехала из города, и ныне направлялась в пустоши.

«Почему ты ей помогаешь?» - обратилась к спутнику Алина. «Давняя история», - отозвался тот. «Она тебя чуть не прикончила», - напомнила Алина. – «Полдюйма левее, и ты был бы...» «Она никогда не промахивается», - отозвался док. «Не знаю, почему Ориона оставила с ней Вайру...» - бросила корпоратка.

Какое-то время оба молчали. «Давным-давно банда гангстеров из 'Мальстрёма' хотела... причинить мне вред», - признался, наконец, Двупалый. – «И сделали это. Но им показалось мало, и они вознамерились так же поступить и с моей семьей... Мария перебила их всех. Я просто был ее рипером. У нее даже не было скидки в моей клинике. Знаешь, почему она так поступила?.. Она сказала: нельзя причинять вред родным. Да, она – прирожденная убийца... Но она пыталась творить добро... и поступать по совести».

Эл поднялся на ноги, сжимая в руках верные ножи. Телохранители заняли позиции вокруг стола в его кабинете, но босс велел им оставаться на местах, бросив: «Это личное».

С этими словами он выступил в коридор, где Тереза добивала последнего из Валентино; весь пол был залит кровью ее жертв. «Ну привет, Германо!» - процедила женщина. «Не смей меня так называть!» - огрызнулся Эл, медленно приближаясь к ней.

«Она была твоей по крови», - напомнила своей немезиде Тереза, и Эл утвердительно кивнула: «О, да, кровью она истекала. Ну что, на ножах?»

Отбросив пистолет в сторону, Тереза бросилась к боссу Валентино, и двое закружились в танце смерти. «Она была твоей племянницей, урод!» - выкрикнула Тереза, возник нож в спину Элу... и оставшись безоружна. «Никогда!» - рявкнул Валентино, устоял на ногах, нанес ответный удар, погрузив лезвие в спину женщине...

Когда Аарно увидел приближающихся к ферме людей, на лице его отразился ужас. «Она мертва, так?» - только и смог выдавить он. «Когда мы ее оставили, она была вполне жива», - заверил его Двупалый. – «И обещала вернуться». «Обещала?!» - взорвался Аарно, подступил к доку вплотную. – «Почему ты не забрал ее с собой?» «Ты знаешь ее лучше, чем я, Аарно...» - заметил тот.

«Этот долбаный город...» - вздохнул Аарно, качая головой. – «Ты можешь убежать и спрятаться... но он все равно тебя настигнет... Это все твоя вина!» Последнее обвинение было брошено Алине.

«Проклятые киберпанки!» - продолжал распаляться Аарно, несмотря на все попытки дока урезонить его. – «Ни правил, ни верности, ни уважения! Ты забила всем этим дерьмом голову Орионе!» «Успокойся, Аарно», - просил старика Двупалый. – «Девочка не виновата». «Из-за нее погибла моя дочурка!» - орал Аарно.

«Я любила Ориону!» - взорвалась Алина. – «Если бы ты на самом деле знал свою дочь... то понимал, как отчаянно она хотела бежать от существования киберпанком! Как умна она была... как изменила мое мнение о ‘Милитехе’...» «О ‘Милитехе’?» - озадачился Аарно, взяв себя в руки. – «А при чем здесь ‘Милитех’?» «Я на них работала», - не стала скрывать Алина. «И я работал, знаешь ли», - отозвался Аарно. – «Я был легендой в этой корпорации! Она ведь наверняка рассказывала тебе об этом, верно?» «Нет... Даже не упоминала...» - растерялась Алина. «Она должна была рассказать тебе... если хотела работать на них», - теперь уже Аарно не знал, что и думать.

«Работать на ‘Милитех’?!» - Алина поразилась абсурдности подобной идеи. – «Да нет же! Орио скорее умерла бы, чем это! Она показала мне, сколь порочны корпы!» «Что?!» - поразился Аарно. – «Она ненавидела ‘Милитех’? Но почему тогда дружила с тобой?!» «Любовь и деньги, папаша!» - разозлилась девушка. – «Я использовала информацию о них, чтобы твоя дочурка получала жирные заказы. Мы хотели скопить деньжат, а затем продать ее команду ‘Милитеху’ за хорошие деньги и убраться отсюда куда подальше».

«Ах ты сучка!» - возмутился Аарон, и Алина выкрикнула в ответ: «Они все сплошь воры и убийцы. Как и все остальные!» «А ты, значит, святая?» - рявкнул Аарон. – «Вам, молодым, вообще на все пофиг!» «Орионе не было пофиг лишь на одно: на будущее для Вайры!» - прошипела Алина ему в лицо. – «А мне не было пофиг на нее! И, думаешь, ‘Милетеху’ не было пофиг на тебя?!» «Я не стану слушать всю эту херь в своем доме!» - заявил Аарон, и, показывая, что разговор закончен, покинул трейлер.

«Ты знала мою маму?» - послышался голос, и Алина, вздрогнув, обернулась к девочке...

Придя в себя, Тереза обнаружила, что еще жива, но находится в крайне неудобном положении. Она сидела на стуле, руки были связаны за спиной; все тело обратилось в один пульсирующий сгусток боли, как будто пропустили его через мясорубку.

«Доверие священно», - Эл Сомбрерон рывком дернул женщину за волосы, заставив смотреть ему в глаза. – «Ни корпы, ни правительства не могут купить его. Я всегда верил в то, что доверять можно лишь своей семье. Лишь своей крови. Но вы поставила крест на всем этом. Почему?!» «Я нашла семью», - спокойно произнесла Тереза. – «Настоящую семью. Семью, за которую мне не нужно убивать».

«Почему же ты убежала?» - осведомился Валентино, и отвечала Тереза: «Мой мужчина был солдатом ‘Милитеха’. Я тебя знала. Ты бы убил его». «Ты меня знала?!» - возмущенно выкрикнул Эл. – «Ты меня знала?! Ты знала, что я не мог вынести самой мысли о твоих похоронах?! Ты знала, что я стану преследовать твоих убийц тридцать лет?! Ты знала, что я... Да пошло оно все!..» «Прости... Германо...» - прошептала Тереза, и бросил Эл: «Хочешь перед смертью увидеть свою дочь?»

Вайра спрашивала у Алины: что случилось с ее мамой? Двупалый направился к выходу из трейлера – мол, свежим воздухом подышать, ведь Алине предстоял весьма непростой разговор с девочкой...

Снаружи док заметил Аарно, с кем-то беседующего через встроенный в мозг имплант. «Не знаю, какая-то Алина!» - говорил он. – «Она наверняка есть в ваших системах... Примите от меня информацию. Я просто хочу помочь».

«Ты что творишь?!» - опешил Двупалый, и Аарно резко обернулся к нему: «Это то, во что верю я, понял? То, чему я доверился!»

Эл провел Терезу в помещение, находился в котором стеклянный саркофаг. На лице женщины отразилась скорбь, ибо зрела она мертвое тело своей дочери...

«У нее был твой голос, твои черты лица», - проронил Эл. – «Она даже держала себя так же, как ты – гордо, высокомерно. В ту минуту, когда она ступила в мой клуб, я понял, что она – юная Ла Ллорона. Призрак. Но это невозможно, сказал я себе! Потому что моя любимая сестра мертва... Но я должен был знать наверняка. Я сказал ей, что мне необходима кровь, чтобы скрепить нашу сделку. Кровь не врет никогда... Я был счастлив узнать, что моя сестра жива».

Валентино рассек ножом свою левую ладонь, медленно приблизился к Терезе, продолжая говорить: «Но затем я понял... того не может быть. Моя сестра не стала бы лгать мне. Не бросила бы меня. Моя сестра умерла в тот день, тридцать лет назад. И я смотрю в лицо ее убийце. Поэтому я должен убить тебя и всех, кого ты любишь».

«Ты уже это сделал», - бросила Тереза. «Нет, не сделал», - возразил ей брат, перерезая ей горло. – «Твоему приятелю следовало быть более осторожным...»

На закате многочисленные головорезы, принадлежащие к банде Валентино, окружили небольшой трейлер. Пристрелив Двупалого, Эл Сомбрерон проследовал внутри, и сейчас созерцал троих – тех, кого любила женщина, называвшая себя «Терезой».

«Доверие – то, что нас сплотило», - говорил он, нависая над сидевшими на полу Аарно, Вайрой и Алиной. – «Мы доверяли той, которая его не заслуживала. Той, которая врала нам о себе. Члену семьи, в жилах которой текла наша кровь. Поэтому я здесь, чтобы задать вам вопрос. Кому вообще в наши дни можно верить?!» «Последние несколько дней были сущим адом...» - тяжело вздохнул Аарно. – «Я узнал, что все эти годы мне все лгали: компания, которой я посвятил свою жизнь, моя любимая дочь Ориона и моя любимая жена Тереза. Был ли я взбешен? Да! Да, я усвоил урок... у них у всех была своя причина не доверять мне. Потому что доверие нужно заслужить, оно не приходит само собой. И... в это я верю».

«Не тот ответ, на который я рассчитывал, но...» - начал Эл... когда пуля пробила ему затылок. Снаружи раздались выстрелы, а затем наступила тишина, и чей-то голос приказал находящимся в трейлере выходить с поднятыми руками.

Трое последовали приказу, лицезрев солдат «Милитеха». «Алина Хомма?» - обратился к корпоратке один из офицеров. – «Ты арестована по обвинению в продаже конфиденциальной информации корпорации».

Солдаты надели на девушку наручники, и бросила та Аарно: «Ты предал меня, гад! Почему?» «Потому что судьба Вайры небезразлична и мне», - просто отвечал старик, обнимая девочку, которая, похоже, пребывала в шоке.

«Слышал, вы прежде сами были солдатом», - обернулся офицер к Аарно. – «Благо за службу, сэр – и тогда, и теперь». «Погоди-ка!» - встрепенулся старик. – «Леди, с которой я говорил, обещала, что мне вернут пенсию по выслуге». «Конечно, сэр», - заверил его офицер. – «Вы герой. Вы получите то, чего заслуживаете. Даю слово».

Аарно нахмурился, вспоминая, сколько раз он слышал эту фразу из уст супруги...

Год 2077. Мечты в большом городе

Усталый фермер припарковал грузовичок у своего дома, и, вытащив из кузова мешки с удобрениями, зашагал к порогу. «Дорогая, я дома!» - объявил он, и, проследовав в дверь, остановился, с удивлением созерцая чемоданы. Жена его дожидалась супруга, сидя в кресле и затягиваясь сигаретой.

«Все хорошо?» - с тревогой осведомился фермер. – «Эти чемоданы... Ты куда-то собралась?» «Я уходу, Тед», - бросила женщина. – «Я хотела сказать тебе это лично». «Что? Но почему?» - опешил Тед. – «Мы же счастливы здесь». «Ты счастлив», - отозвалась супруга. – «И – честно говоря – я этого не понимаю. Я влачу здесь жалкое существование уже давно, и больше не могу этого выносить».

«Не уходи, Мэри-Энн, пожалуйста», - молил фермер. – «Давай поговорим об этом». «Чтобы они продолжали наблюдать за нами?» - с горечью бросила женщина. – «Поверить не могу, что кто-нибудь в здравом уме согласится наблюдать за нашими скучными жизнями... Я все знаю, Тед. Я видела счета от ‘ДМС’. Ты нас продал. Продал наши жизни, наши воспоминания! Почему?»

«Я сделал это ради Лиз...» - тихо произнес Тед, и Мэри-Энн, взяв чемоданы в руки, констатировала: «Но не ради меня». «Я прошу у тебя прощения», - беспомощно выдавил фермер. «Не думаю, что искренне просишь», - заявила женщина, выходя из дома. – «Ты любишь эту жизнь, и продолжишь любить ее, даже когда меня здесь не будет. Потому что это жизнь не для меня».

Тед еще долго смотрел вслед супруге...

Матерясь, продавец бургеров выпрыгнул из-за стойки, устремился к выходу из закусочной «Мак’н’Чиссус». Жизнь слишком коротка, чтобы гробить ее за прилавком! Да ноги его больше тут не будет!

Эта мысль стала последней для зазевавшегося парня, ибо сбил его пронесшийся мимо на большой скорости автомобиль. «Ты убила его!» - заключил расположившийся на пассажирском сидении Мирек, и напарница его залилась смехом: «Да нет же! Скелеты – они прочные! Прочнее камня! Прочнее, чем хреновы бургеры из ‘Мак’н’Чиссуса’!» Мирек с сомнением выглянул в окошко, а Таша, не переставая вести автомобиль, продолжала хохотать собственной шутке, оценив всю иронию ситуации: «Этот парень как раз из ‘Мак’н’Чиссуса’ выходил! Забавно ведь, нет?» «Нет», - хмыкнул Мирек.

Сзади послышался визг сирены; у них на хвосте полицейские!.. Таша набрала скорость, мастерски лавируя по улицам Найт-Сити, предложила спутнику: «Стреляй в них!» «Что?!» - поразился тот бесшабашности подруги. – «Я не стану стрелять в полицейских!» «Тогда садись руль», - тут же нашла решение та.

Машину мотало из стороны в сторону, когда двое мусорщиков, промышлявших на отрогах города, менялись местами. Прохожие разбегались кто-куда... Сжимая в руке пистолет, Таша по пояс высунулась из окна автомобиля, но полицейские находились в мертвой зоне, и прицельный выстрел девушка сделать не могла. «У меня идея», - усмехнулся Мирек.

Полицейские, пристроившиеся за автомобилем преступников, наблюдали, как багажник открывается, и девушка самого злодейского вида швыряет в их машину упакованный в мешок труп!..

На том преследование и завершилось...

Жмуриков Таша и Мирек доставили по назначению – в подпольную клинику. Девушка все еще пребывала в восхищении от хода ее партнера, и радостью свою делилась с каждым.

«Этот парень – гений!» - просветила она заказчика, рипера по прозвищу Вельвет. – «Ты вы видел, как труп ударился об их ветровое! Ты бы видел их рожи...» «Я заплачу вам 750 эдди», - хмуро отозвался рипер, не разделяя ликования мусорщицы. – «И вообще, вам двоим следует вновь заняться чем-нибудь помельче. Вы слишком много внимания к себе притягиваете, разыскивая трупы для вырезания из них имплантов». «750?!» - возмутилась Таша. – «Какого хрена, Вельвет? Да мы тебе труп со свежим усилителем допамина привезли!» «Свежим?!» - скривился рипер. – «Да он 2075 года выпуска!»

«Не знал, что у тебя тут детский сад, Вельвет», - из соседнего помещения выступила женщина, окинула парочку критическим взглядом. «Фрис, сучка!» - приветствовал ее рипер, ничуть не обрадовавшись визиту. – «Почему мои клиенты из Животных говорят, что назначат цену за твою голову?!» «Одна из Животных потеряла свою голову из-за меня», - похлопала ресницами гостья. – «Старая история! Ты лучше настрой мои глазки ‘Кироси’, какие-то помехи вижу». Рипер пригласил клиентку проследовать к креслу, а мусорщикам предложил 900 эдди и велел убираться прочь.

Получив плату, те купили еды в местной забегаловке, устроились на крыше заброшенного склада, чтобы перекусить. Таша была недовольна, чем весьма удивила подельника. «Мы получили 900 эдди», - напомнил девушке Мирек, - «на 150 больше, чем он предложил нам сперва». «Могло быть еще больше», - отозвалась Таша.

Побурчали насчет хамства рипера и того, как же просто и хорошо им жилось прежде. А так... захотели более высокооплачиваемых задач – получили. Таша предложила Микеру отправиться в салон и спустить пар за просмотром брейнданса.

Хозяин салона, Сал Бигелов, приветствовал своих завсегдатаев, посоветовал им насладиться новым брейном от «ДМС» о Нгуву Уничтожителе. «Слышал, Мирек?» - восхитилась Таша. – «Время для уничтожения!» «Ну, не знаю...» - сомневался парень. – «Тяжелый был денек. Я бы посмотрел какую-нибудь колыбельную...» «Ой, замолкни!» - отмахнулась Таша. – «Выспишься, когда помрешь!»

Обратившись к Салу, Таша просила того позволить излишне сонному партнеру насладиться новым виртом...

Бешено орудуя мечом, Нгув Уничтожитель прикончил твоих воинов, когда нависло над ним огромное чудовище. Не растерявшись, он сиганул прямиком в пасть монстра, разрезал голову того изнутри. Тварь рухнула замертво...

Жрец племени возложил корону на чело воина, изрек: «О, могучий Нгуву, отныне ты – король всея Земли!» «И чем же занимается король Земли?» - осведомился Нгуву, и отвечал жрец: «Он отдыхает, наслаждаясь честью и военной добычей». «И все?» - расстроился воин. – «Наверняка должны остаться те, кого еще возможно уничтожить. Я отыщу их и прикончу!»

И неистовый Нгув Уничтожитель продолжил свое странствие...

Выругавшись, Мирек сорвал гарнитуру, покачал головой. «Что не так, друг?» - участливо осведомился Сал, и парень вздохнул, силясь избавиться от пережитых ярких эмоций: «Просто... это уже слишком». «Я понимаю!» - заверил его хозяин салона. – «У меня для тебя есть идеальный вирт».

Бросив взгляд сторону Таши, продолжавшей проживать брейнданс и, похоже, откровенно наслаждающейся волной насилия, развязанной героем вирта, Мирек устремился было к выходу из салона, дабы подождать подругу снаружи.

«Я знаю, что тебе нужно!» - настаивал Сал, спеша за Миреком. – «Ты – индус, мягок по своей природе. Вы смотрите все это европейское интеллектуальное дерьмо. Брейндансы об одиноких людях и тому подобное?» «Нет, это не обо мне», - отозвался парень, но Сал не отставал: «Ааа, теперь я понял... ты другой. Родился в пустоши... или в глубинке... Думал, что в Найт-Сити тебя ждет лучшая жизнь, шанс больше никогда не видеть своего вечно пьяного падре. Но все же мечтаешь о кукурузных полях, простирающихся до самого горизонта...»

Мирек оглянулся, выжидающе воззрился на хозяина салона, и тот осклабился, увлек его за собой: «У меня есть именно то, что тебе нужно, амиго!»

Поля кукурузы, протянувшиеся до самого горизонта. Небольшой домик. Легкий ветерок. Залитая солнечным светом равнина. Поистине – идиллическая картина.

Именно сюда молодой человек, Тед, и привел супругу, Мэри-Энн, заявив с улыбкой, что все это отныне принадлежит им. «Все?» - восхитилась та. «Дом, поля – все, что вы видишь», - подтвердил парень, взяв любимую за руки. – «Все наше».

В глазах обоих искрилось счастье. Женщина нежно поцеловала супруга, прошептала: «И что теперь?» «Теперь?» - улыбнулся тот. – «Это первый день остатка наших жизней». «Остатка наших жизней?» - повторила та, будто пробуя эти слова на вкус. – «Думаешь, я подарю тебе всю свою жизнь за этот милый домик?» «Да, уверен», - Тед взял Мэри-Энн на руки, устремился к зданию. – «Ты еще не видела, что там внутри». «И что же внутри?» - заинтересовалась та. «Я!» - был ответ.

...Позже они лежали в постели, тихо воркуя, наслаждаясь счастьем и безмятежностью. «Да, все совершенно», - говорила женщина. – «Но что, если я скажу о том, что скоро будут перемены? Знаю, ты счастлив, но... теперь... все изменится». «Да, ты мастер интриг», - признал Тед. – «Давай, говори уже».

Помолчав и собравшись с духом, призналась Мэри-Энн: «Я жду ребенка. У нас будет девочка». Возликовав, тот заключил жену в объятия...

Ташу брейнданс о Нгуву Уничтожителе восхитил, но когда она вознамерился сообщить об этом Миреку, того уже не было в салоне. Парень стоял у входа, размышляя о бренности бытия – впервые за все время, проведенное им в Найт-Сити. Мыслями своими хотел он поделиться с напарницей, когда та бросила ему, указав на мотоцикл: «Заводи двигатель! Она идет!»

Из соседнего здания выступила Фрис, устремилась прочь. Наблюдал Мирек, как Таша пристроилась сзади, вытащила пистолет, направила его на женщину. Будто почувствовав что-то, та обернулась... когда Таша выстрелила ей в голову. После чего метнулась к Миреку, запрыгнула на заднее сидение мотоцикла. Байк сорвался с места, и мусорщики поспешили скрыться с места преступления.

Мирек был шокирован только что произошедшим. «Что произошло?» - спрашивал он. – «Кем она была?» «Помнишь? Та штучка из банды Валентино, которую мы встретили у Вельвета», - пояснила ему Таша. – «Я какое-то время следила за ней. Ее враги озолотят нас! Гениально, правда? Наши жизни изменятся!»

«Этого-то я и боюсь...» - пробормотал Мирек, не разделяя ее оптимизма...

«Почему ты вернулся один, амиго?» - участливо поинтересовался Сал, когда Мирек переступил порог салона, и отозвался парень: «Таша... празднует...» «А ты не в настроении, да?» - покивал Сал, и, приобняв клиента за плечи, поинтересовался: «Итак, кем хочешь стать сегодня? Чью безумную жизнь проживешь?» «Могу я... увидеть продолжение истории той семьи?» - поколебавшись, поинтересовался Мирек. «О, да у нас появился фанат!» - усмехнулся Сал. – «Конечно, у меня и продолжение есть!»

Разместившись на диванчике, Мирек погрузился в просмотр вирта...

Малышка Лиззи беззаботно играла с отцом на поле, среди бесконечных рядов кукурузы. А после лежали они на земле, смотрели в небо.

«Что там?» - спрашивала девочка, и отвечал ей Тед: «Облака, солнышко, космос, планеты...» «А люди там есть?» - интересовалась малышка, и подтвердил Тед: «Да. Там есть космические станции, а на них живут люди». «А почему мы не там?» - расстроилась Лиз. «Нам там быть не нужно», - улыбнулся ей отец. – «У нас здесь есть все, что нам необходимо».

«Тогда почему те, другие люди улетели?» - растерялась девочка, и Тед отозвался: «Может, здесь у них не было того, что нужно». «Но теперь-то они счастливы, папочка?» - уточнила Лиззи, и Тед вздохнул: «Надеюсь, что так, милая, но некоторые люди... никогда не смогут обрести настоящего счастья».

Таша обнаружила Мирека на крыше; парень сидел, запрокинув голову. Девушка опустилась рядом, в недоумении воззрилась на партнера. «В городе не видно звезд», - произнес тот наконец. – «Совсем».

Пренебрежительно фыркнув, Таша дернулась Мирека за руку: «Идем! Нет у нас времени на всякую херню!»

...Двое отправились в клинику Вельвета; последний как раз проводил операцию по пересадке глаза клиентке, и, не отрываясь от работы, бросил незваным гостям: «Занят я, детки. Пошли вон! Толкайте свое дерьмо кому-нибудь другому». «Мы тут жирную кошку поймали», - осклабилась Таша. – «Одну из твоих подружек. Но при свидетелях ничего не скажем».

«Она ничего не услышит и не увидит», - заверил мусорщиков рипер, кивнув на находящуюся под общим наркозом клиентку. – «Надеюсь, вы не просто потрепаться зашли». «Ты бы позвонил кому-нибудь из своих приятелей-Животных», - пропела Таша, и Вельвет нахмурился: «А зачем же?..» «Мы решили их маленькую проблему и хотим получить свою награду», - с гордостью пояснила Таша. – «Я прикончила Фрис. А ведь за ее голову была назначена награда. Устрой мне встречу с Животными, и, быть может, я выделю тебе долю. Ну, знаешь, за старые добрые времена».

Вельвет побледнел. «Ты охренела?!» - проревел он в лицо опешившей Таше, схватив ее за шиворот. «Что-то ты близко к сердцу все воспринял», - пролепетала та, обескураженная. – «Я сейчас перехожу в высшую лигу. И поверь, ты не хочешь оказаться в моем черном списке».

Мирек и Таша поспешили покинуть клинику, но деваха, похоже, совершенно неверно расценила реакцию Вельвета на новость об убийстве Фрис. «Видела его лицо?» - витала в облаках она. – «Он даже смотрел на меня иначе, чем прежде! Говорю тебе, чумба, мы выходим на новый уровень!» «Ты, может, и выходишь...» - пробормотал Мирек в ответ. – «А меня и нынешний вполне устраивает».

«Мы поимеем этот город!» - хорохорилась Таша. – «Давай сейчас...» Она осеклась; смысл слов партнера лишь сейчас дошел до нее. Обернувшись к Миреку, Таша нахмурилась: «Что ты там сейчас проблеял?» «Я больше не хочу всем этим заниматься...» - развел руками тот. – «Меня вполне устраивает нынешняя жизнь... А все это... слишком для меня...» «Слишком?» - завелась Таша. – «Слишком, козлина?! Найт-Сити – одна большая хренова магистраль! Здесь нельзя ехать сорок миль в час, когда все остальные гонят под восемьдесят!.. Да тебе повезло, что ты со мной, парниша! Иначе давно бы уже превратился в кровавое пятно на асфальте!»

Летели годы.

Лиз работала на заправке – и так изо дня в день. Время от времени мимо проносились красивые машины с самыми разными людьми. Лиз долго смотрела им вслед – наверное, жизнь всех этих людей насыщена событиями. У нее же... ничего не меняется...

«Как прошел день?» - осведомилась за ужином мать. «Без новостей», - пробормотала Лиз. «Я позвоню завтра Тамар, чтобы в пятницу он тебя отпустил», - произнес Тед. – «Мне нужна помощь с кукурузой. Хорошо?» Лиз долго молчала, а после выдавила: «Я больше не хочу... там работать...» «Ну... ладно...» - с тревогой воззрился на нее отец. – «Я поговорю с Тамаром... Думаю, мы все уладим. Не волнуйся, милая, найдем, что тебе по душе».

«Нет!» - Лиз рывком поднялась из-за стола. – «Я и здесь больше не хочу работать! Я уезжаю в Найт-Сити. Начинаю новую жизнь». «Город большой и опасный, милая!» - заметила Мэри-Энн. «Пожалуйста, сядь, малышка», - вторил жене Тед. – «Давай сперва поговорим. Здесь можно найти много чего интересного. Просто оглянись вокруг». «Мама, ведь мир большой и опасный», - огрызнулась Лиз. – «Я устала каждое утро видеть одни и те же лица, отправляться на заправку и возвращаться домой».

«Но у нас нет денег, чтобы помочь тебе начать все с нуля в Найт-Сити...» - начала было Мэри-Энн, а Лиз обернулась к отцу, молвив: «Просто здесь я несчастна». «Боюсь, твоя мама права», - вздохнул тот, сжав ладонь дочери. – «Но знай, Лиз, я все для тебя сделаю. Ведь мы – семья!»

Мирек закончил просмотр брейнданса, с надеждой обратился к Салу: «А ты можешь рассказать мне об этой семье?» «Нет...» - покачал головой хозяин салона. – «Но есть хорошие новости, амиго. У меня есть еще один брейнданс о них. Последний. Хочешь взглянуть?»

«Конечно...» - начал было Мирек, когда в салон быстрым шагом проследовала Таша. «Вот ты где!» - заявила она. – «Я тебя обыскалась. Давай, идем!» «Но... я хочу остаться...» - попытался возразить парень, и Таша воскликнула: «Мы в игре! Они хотят встретиться с нами! Ты мне нужен! Ведь мы – семья!»

Мирек послушно последовал за Ташей к старому заброшенному складу, где им была назначена встреча с представителями Животных. Двое головорезов, проследовавших в помещение, смерили мусорщиков взглядом, и, похоже, не сильно впечатлились увиденным.

«Это те ублюдки, которые прикончили Фрис», - констатировал один из Животных, и Таша, с гордостью продемонстрировав тому пистолет, самодовольно заключила: «Вы бы поосторожнее. Мы – ваши новые конкуренты».

Головорезы расхохотались, и один из них заключил: «Уверен, вы действительно так думаете... но я не играю в ваши детские игры!» Выхватив пистолет, он нажал на курок...

Пули пронзили тела Таши и Мирека; распластались те на полу помещения. «Вот вы уроды!» - процедил головорез, медленно приближаясь к намеченным жертвам. – «Не было никакой цены за ее голову! Эта пута просто трахнула – как в буквальном, так и в метафорическом смысле – одну из наших подруг, разбила ей сердце. Вот и все! А теперь нам надо убедить Валентино не начинать войну банд! И все благодаря вам, уродам! Оставались бы вы в своей лиге, ребятки».

Головорез приблизился к Таше, сделал контрольный выстрел ей в голову. Вне себя от ужаса, Мирек, раненый в плечо, вскочил на ноги, сиганул в окно, сумел добраться до мотоцикла. Животные стреляли ему вслед, но в этот день провидение парню благоволило...

...Сал Бигелов курил у дверей салона, когда подоспевший Мирек приставил пистолет ему к голове, прошипев: «Этот хренов город...» «Твоя рука...» - опешил Сал, поднимая руки. – «Что случилось, амиго?» «Где та семья?» - потребовал ответа Мирек. – «Где они живут? Скажи!» «Не знаю», - покачал головой Сал, и парень тяжело вздохнул: «Все... Я мертв...»

«Успокойся, амиго, брейнданс может вызвать сильные эмоции», - увещевал его Сал. – «Ты даже не знаешь, как заканчивается вирт, не знаешь, живы ли они вообще». Мирек в отчаянии опустился на колени, сжал голову руками. «Неважно...» - прошептал он. – «Если меня не прикончат Животные, это сделает город...» «Ладно, слушай», - сжалился Сал. – «Есть у меня друг в ‘ДМС’. Уверен, в обмен на маленькую услугу с твокй стороны он сможет узнать для тебя их адрес».

...Вскоре Мирек, вновь окрыленный надеждой, мчался на байке по скоростной магистрали – прочь из Найт-Сити, в пустоши...

Прибыв в означенную область, лицезрел он увядшие побеги кукурузы. Похоже, никто не собирал урожай, и початки гнили под палящим солнцем. Но почему?..

Мирек приблизился к небольшому домику, который не раз видел в виртах, постучал, заглянул в приоткрытую дверь. Внутри царил беспорядок, повсюду – пустые бутылки.

«Ты почтальон?» - прозвучал голос. «Нет, извините», - отозвался парень. – «Наверное, здесь больше нет почтальона». Он приблизился к старому седому фермеру, предававшемуся возлиянием на завалинке. «Ну и кто ты такой?» - сварливо осведомился Тед. «Я... никто», - признался Мирек. «И где же живет никто?» - едко спрашивал старик. – «На ничейных высотах?» «Нет, сэр», - отвечал Мирек. – «Я из Найт-Сити... Мирек...»

«Найт-Сити?!» - встрепенулся старик. – «А ты знаешь мою дочь, Лиз? А жену, Мэри-Энн?!» «Нет, сэр, не знаю», - признался парень. – «Простите...» «Ну да, это ведь большой город», - согласился Тед, приложился к бутылке. – «Всех людей знать невозможно... С чем пожаловал, кстати?» «Видел брейнданс о вас и вашей семье», - признался Мирек, и старик рассмеялся: «Ну надо же! Знаешь все-таки моих девчонок, значит!»

Мирек скрипел зубами от боли, баюкая простреленную правую руку. Тед предложил парню присесть рядом, и тот с готовностью опустился на завалинку, прислонился к стене домишки. «Если хочешь остаться на какое-то время, я взгляну на твою руку, если ты не против», - предложил фермер. – «Паршиво она выглядит. Что случилось?» «Найт-Сити случился», - отозвался Мирек, и Тед хохотнул: «Хорошо сказано! Выпью за это!»

Он вновь с удовольствием приложился к бутылке. Похоже, поводов «выпить за это» у него было предостаточно. «Эта преисподняя всех у меня забрала», - признался старик, кивнув в сторону далеких неоновых огней, протянул бутылку гостю. – «Все потому, что я не смог сделать их счастливыми здесь... Но ты это уже знаешь...»

«Почему вы не отправились за ними?» - поинтересовался Мирек, сделав глоток крепкого алкоголя. «Сложно сделать разворот на скоростной магистрали, так ведь, сынок?» - тяжело вздохнул Тед. – «Они никогда не вернутся. Некоторые люди не в силах осесть на одном месте. Они не могут быть довольны тем, что имели прежде. Что до меня... Здесь есть все, что мне нужно».

Увядающие поля, полуразрушенные постройки и много, много алкоголя, чтобы забыться... Возможно, кому-то этого действительно достаточно...

Год 2077. «Травма Тим»

Корпорация «Травма Тим Интернэшнл» – или просто ТТ – известна не только своим медицинским обслуживанием, но и парамедицинской системой реагирования. В каждым из аэродинов ТТ находится команда из пяти профессионалов: пилот, два специалиста по безопасности и два парамедика. Их задача – прибыть к клиенту, с которым у корпорации заключен договор, в считанные минуты после активации тем карточки-маяка или чипа, дабы забрать его в ближайшую больницу или комплекс ТТ. В Найт-Сити «Травма Тим» владеет самым крупным больничным комплексом и выступает основным провайдером медицинских услуг – как для частных лиц, так и для мегакорпораций.

Сигнал о необходимости экстренной эвакуации от клиента платинового уровня операторы ТТ получили около 23:00, и немедленно отправили к местоположению того аэродин. К моменту прибытия транспорта перестрелка на улице Уэстбрука продолжалась. Две противостоящих друг другу стороны – кем бы они ни были – прилагали все усилия, чтобы уничтожить друг друга.

Двое специалистов по безопасности огнем прикрывали медиков, которые устремились к опрокинувшейся на бок бронированной машине, в которой – судя по всему – и оставался их клиент. Прорезав в броне аккуратное отверстие, медики осторожно извлекли наружу окровавленное тело клиента, пребывающего без сознания, и, стараясь не обращать внимания на царящий вокруг хаос, переместили его на носилки. Состояние клиента было критическим – многочисленные раны и переломы. Медики – Надя и Зандер - незамедлительно применили стимуляторы; следовало как можно скорее вернуться в аэродин, но под шквалом огня это возможным не представлялось.

Один из солдат, входящих в их группу, распластался на земле, изрешеченный пулями...

Медики продолжали действовать слаженно. Кислородная маска, укол адреналина в сердце. Пилоты пытались подвести аэродин как можно ближе к товарищам, открыли огонь из бортовых орудий, прикрывая их.

«Надя, возьми себя в руки!» - крикнула коллеге Зандер. – «Мы теряем его!» Вздрогнув, Надя отвлеклась от продолжающейся перестрелки, от залитой кровью улицы, от убитого солдата ТТ у ее ног... Но пули продолжали рассекать воздух над их головами гибельным шквалом, и медики были вынуждены за искореженной грудой металла, обратился в которую автомобиль их клиента. Шансы выбраться из заварушки живыми таяли с каждой минутой. Пуля пробила шлем Зандер, и та распласталась на земле...

В десятке шагов от Нади появился вооруженный двух клинками мужчина, ступни которому заменяли кибернетические протезы. Недобро ухмыляясь, он медленно направился в сторону девушки, помедлил, глядя на опускающийся аэродин...

...В тот день из пятерых членов команды ТТ выжила лишь одна – Надя, медик. Несколько недель спустя корпоративный психолог вызвала девушку в свой кабинет, и, подключив к датчикам, устроила допрос на профпригодность, дабы проговорить нынешнюю мотивацию сотрудницы в свете пережитого.

«Мы получили вызов. Мы отправились на задание», - ровно, монотонно рассказывала Надя, в то время как психолог внимательно следила за отображающимися на мониторах данными биометрики девушки. «Для вас это просто работа?» - поинтересовалась психолог. «Иногда кажется работой», - отвечала та. – «Иногда – чем-то большим». «А вы сами что предпочитаете?» - прозвучал следующий вопрос, и произнесла Надя: «Я присоединилась к ‘Травма Тим Интернэшнл’, потому что хотела помогать людям».

«И это не изменилось?» - поинтересовалась психолог. Надя долго молчала, размышляя над ответом. «Теперь... это просто работа», - произнесла она, наконец. – «Вот и все. И я бы хотела к ней вернуться». «Конечно», - психолог пристально смотрела в глаза собеседнице. – «Я приветствую ваше рвение. Именно поэтому мы сейчас с вами и разговариваем. Вы – ценный член команды. Но моя работа – удостовериться в том, что вы готовы вернуться к службе». «Я готова», - уверено заявила Надя. – «Прошло уже несколько недель. Безделье заставляет меня чувствовать...»

Она замялась. «И как же?» - осведомилась психолог. «Заставляет чувствовать...» - искала подходящее слово Надя, - «...как будто я тоже там умерла». «Вы напряжены. Как вы спите?» - был следующий вопрос, и Надя пожала плечами: «С меня снимают показатели мозговой активности во время сна. Потому вам виднее». «Машины и мониторы дают нам лишь ограниченную информацию», - отметила психолог. – «Я бы хотела услышать ответ от вас». «Если я напряжена, то лишь потому, что не люблю, когда меня отодвигают в сторону», - процедила Надя.

«И никаких снов?» - деловито поинтересовалась психолог. – «Никаких кошмаров?» «Может быть», - пожала плечами Надя. – «Я не помню. Не помню своих снов». «А что чувствуешь при мыслях о том, чтобы вернуться на передовую?» - осведомилась психолог, и медик с уверенностью отвечала: «Предвкушение. Знаю, после случившегося – после гибели всей моей команды – есть сомнения... Но если бы я не была уверена в том, что справлюсь, я бы не была сейчас здесь. Вся эта кровь... свистящие вокруг пули... и я выдержала – сумела сохранить клиента живым до самой эвакуации. Я сделала что-то хорошее». «Хорошее?» - удивилась психолог выбору термина, и Надя уверенно кивнула: «Да. Помимо прочего».

«Я хочу поговорить с тобой о членах команды», - перешла психолог к следующему вопросу. – «Думаю, это поможет мне... поможет нам обеим... определить, как на самом деле ты держишься. Хорошо, Надя?» «А что, у меня есть выбор?» - безразлично пожала плечами девушка.

Над столом, за которым они сидели, возникло пять голограмм – изображения павших товарищей. «Ты работала с ними два года», - продолжала говорить психолог, не сводя с собеседницы испытывающего взгляда. – «Практически с тех пор, как стала сотрудницей ‘Травма Тим Интернэшнл’. Довольно продолжительное время». «Мне не показалось, что долго», - отозвалась Надя. – «Особенно, когда... погибли они всего за несколько минут». «Ты была с ними близка?» - осведомилась психолог, и Надя подтвердила: «В бою с людьми сближаешься».

«Я готова вернуться», - убеждала Надя психолога. – «Мне нужно сделать это. Сидеть здесь и пинать воздух... это сводит меня с ума! Я могу помочь нашей компании – знаю, что могу. Могу помочь нашим клиентам. Помогая другим... я смогу помочь себе. Если бы я считала, что не справлюсь, то не была бы здесь сейчас. Вся эта кровь... пули, свистящие вокруг... и я выдержала...»

Вскоре после состоявшейся беседы Надя была приписана к новому отряду, «Браво». Первым заданием стал вызов из района Пасифики, и команда поспешила занять места в аэродине, который тут же поднялся в воздух, устремился в направлении означенного сектора. Надя держалась особняком от новых напарников; в разуме воскресали страшные сцены катастрофы, случившейся в Уэстбруке.

«Испытание огнем», - усмехнулся один из солдат, Страттер. – «Держись крепче, девчуля. Не хотелось бы потерять тебя уже на первом вылете». «Для меня он не первый», - отозвалась Надя. «Это так, Страттер», - поддержал девушку второй солдат, Гордон. – «У девчули хватает своих шрамов. Весь ее предыдущий отряд сыграл в ящик. Она – единственная выжившая. И клиента сумела спасти».

Пилот, Уиттерс, обратился к медикам – Наде и Кнэпп, - указав на небоскреб, из которого исходил сигнал. «Мы опустим аэродин на крышу здания», - сообщил он напарникам. – «Будьте готовы выдвигаться. Страттер, Гордон – не ожидайте, что нас тут встретят радушно».

Специалисты по безопасности кивнули, проверили обоймы в автоматах; очевидно, что цель их находится в районе, контролируемом бандами, а, стало быть, навряд ли удастся избежать перестрелки.

Аэродин опустился на крышу небоскреба, и четверо специалистов команды «Браво» покинули транспорт. «Медики, держитесь рядом!» - отрывисто бросил Гордон. Кнэпп сверился с информацией, отображающейся на его планшете, сообщил остальным, что клиент находится на три этажа ниже их текущего положения.

Страттер ногой вышиб дверь, за которой означилась пронизывающая здание лестница, и четверо устремились вниз по ступеням. На одном из этажей на лестнице сидел старик, явно находящийся под действием запрещенных препаратов. «Вы нам здесь не нужны», - верещал он, в то время как сотрудники ТТ спускались по ступеням. – «Не нужно было вам приходить. Не ваше дело, что тут происходит. Плохие вещи тут творятся. Надеюсь, вы попрощались со своими любимыми».

Четверо не удостоили деда вниманием, достигли нужного – согласно сигналу на сканере – этажа, направились к помещению, где должен был оставаться их клиент. Специалисты по безопасности заметили кровавый след, тянущийся по полу... а в следующее мгновение засвистели пули. Страттер вскрикнул, когда одна из них ударила ему в левое плечо.

Команда «Браво» укрылась за углом коридора, а местные головорезы, не прекращая вести заграждающий огонь, орали, что прикончат каждого, кто попробует сунуться сюда. «Мы его не отдадим!» - зло вопили они. – «Порешим вас всех!»

Кнэпп просила у Нади срочно передать ей стимулятор для Страттера, но девушка пребывала в ступоре – в разуме разом воскресли страшные мгновения противостояния в Уэстбруке, завершившиеся гибелью ее прежней команды. Следующий отчаянный окрик Кпэппа вернул девушку в реальности, и она, мгновенно сориентировавшись, сама применила стимулятор, и Страттер, благодарно кивнув, наряду с Гордоном открыл огонь, прикрывая медиков, которые, ринувшись в коридор, устремились к помещению, находился в котором клиент их корпорации.

Головорезы вынуждены были отпрянуть в укрытие; Надя и Кнэпп получили несколько драгоценных мгновений, чтобы суметь пробежать по кровавому следу. «Что с тобой происходит, Надя?» - выговаривал девушке по пути напарник. – «Ты не можешь так просто впадать в ступор! Добьешься того, что тебя – или меня – попросту прикончат!»

Продолжая вести подавляющий огонь, солдаты последовали за медиками. Из-за одной из дверей в коридоре раздавались крики: «Он здесь! Он здесь! Вызвали ‘Травма Тим’, чтобы спасти его задницу!» Им вторили иные вопли, нападавших, вновь заполонивших коридор и отрезающих «Браво» путь к отступлению: «Он принадлежит нам! Он сдохнет! Как и вы!»

Медики ступили в помещение, приблизились к привалившему к стене, изуродованной выбоинами от пули, окровавленному наемнику – их клиенту. «Долго вы», - прохрипел тот, криво усмехаясь. – «Что вас задержало?»

Надя опешила, узнав в наемнике вооруженного двумя клинками убийцу, принявшего непосредственное участие в уничтожении ее предыдущей команды. В разуме девушки вновь возникли картины той страшной резни, погиб в которой весь ее отряд. Краем уха слышала она крики Кнэппа, пытающегося достучаться до нее, вывести из очередного ступора...

«Ты нам нужна!» - орал парамедик, тряся Надю за плечи, и девушка сумела найти в себе силы вернуться в реальность. Солдаты продолжали держать оборону у двери помещения, ведя огонь и не позволяя местным головорезам ступить в коридор. «Поставьте его на ноги!» - бросили они медикам. – «Похоже, через них мы не пройдем! Очень уж они хотят этого парня!»

Кнэпп велел Наде сделать клиенту укол стимулятора – уж очень плохо тот выглядел...

Пуля угодила в Гордона, и негодяи радостно заулюлюкали, видя, что один из двух их противников пал. Надя бросилась к истекающему кровью солдату, сняла с него шлем, занялась обработкой раны. Все вокруг для нее исчезло, остались лишь раненый и медицинские принадлежности... Не видела девушка, как один из головорезов дерзнул ступить в дверной проем и был в упор расстрелян Страттером... Груда мертвых тел в коридоре росла, и Страттер, обернувшись к медикам, крикнул: «Путь открыт!»

Гордон продолжал истекать кровью, и душу Нади поглощало отчаяние. «Забудь о нем!» - крикнул ей Кнэпп, занимающийся наемником. – «Он погиб! Тащи свой зад сюда и помоги мне!» Надя медлила... и наемники вновь высунулись из-за угла коридора, крича противникам: «Мы явимся за вами! Оставьте это мясо нам! Может, мы и отпустим вас живыми!» Страттер был вынужден констатировать: безопасный коридор для них утрачен...

«Он мертв!» - обращался к остающейся в ступоре Наде Кнэпп. – «Ты мне нужна! Ты нужна нашему клиенту! Давай же, Надя!» Бросив последний взгляд на покоящегося в луже собственной крови Гордона, Надя метнулась к напарнику, опустилась на колени подле клиента. «Не смей больше выкидывать подобное!» - напустился на девушку Кнэпп. – «Поняла? Наша работа в том, чтобы вывести клиента отсюда – живым!» «Поняла», - отозвалась Надя, и наемник, которого перепалка медиков, похоже, позабавила, усмехнулся: «Клиент всегда прав».

На память Наде пришел давнишний разговор с коллегой, Доддсом. Тем вечером они просто прогуливались по городу, уплетая лапшу и болтая на отвлеченные темы. «Клиент не всегда прав!» - доказывала Надя, на что Доддс лишь плечами пожал: «Может, и так. Но клиент остается клиентом. И нам платят, чтобы помогать ему». «Да, и нам нужна эта плата», - согласилась девушка. – «Как еще мы можем позволить себе столь изысканный обед?» «Надеюсь, боссы в ТТИ тебя не услышат», - рассмеялся Доддс, и Надя хмыкнула: «Почему нет? Что они нам сделают? Не убьют же?» «Ты о другом подумай», - отметил Доддс. – «Некоторым из тех, кто платит нам... мы действительно нужны. Да, нам приходится помогать ублюдкам, но и хорошим людям тоже. Не думаю, что ты сможешь быть частью команды, не веря в это». В разуме Нади Доддс был изрешечен пулями, истекал кровью, произнося эти слова...

Скрипучий голос наемника вырвал девушку из страшных воспоминаний, вернув в нее менее пугающую реальность. «Просто так меня вывезти отсюда не удастся», - отметил клиент. – «Мы в сотне этажей от поверхности. Окружены головорезами».

Кнэпп закончил оказывать первую помощь наемнику, и, убедившись в том, что кровотечение того остановлено, объявил, что клиент их транспортабелен. «Держитесь! Вызову эвакуацию!» - бросил медикам Страттер, и, связавшись по вмонтированному в шлем коммуникатору, вышел на связь с пилотами аэродина, сообщив, что вернуться на крышу небоскреба у них возможности нет. «Держитесь, мы за вами!» - прозвучал ответ.

Аэродин начал спуск к этажу, откуда поступал сигнал. Прицельными выстрелами пилоты разнесли стену комнаты, в которой укрывались члены отряда «Браво» и их клиент, а также стену коридора, открыв из бортовых орудий огонь по не ожидавших подобного поворота головорезам. Вот только у тех оказался гранатомет, и один прицельный выстрел отправил аэродин в неконтролируемое падение...

«Сволочи!» - пришел в ярость Кнэпп, и, взяв в руки пистолет, присоединился к Страттеру, держащему оборону у двери. – «Да кем эти твари себя возомнили? Они знают, с кем связались?!»

В разверзшемся хаосе боя Надя унеслась мыслями в прошлое – когда они с Доддсом занимались любовью после службы, просыпались вместе по утрам... и это было прекрасно. И все же Доддс переживал о том, что они стали любовниками, считая, что в бою чувства могут навредить им, затуманить трезвость рассудка. «Если будет стоять выбор между спасением жизни клиента и моей, что ты выберешь?» - спросила у Доддса Надя, и тот вздохнул: «А ты не знаешь?..»

Воспоминания вновь обратились кровавым наваждением, ибо представила девушка наемника, перерезающего Доддсу горло...

...И сейчас означенный наемник, подобрав с пола пистолет, прицельно поражал бандитов, не оставивших попытки проникнуть в помещение. «Давайте, выводите меня отсюда», - проскрипел он, с трудом поднимаясь на ноги. – «Нам еще сто этажей пройти».

Страттер шагал впереди; Кнэпп поддерживал наемника, Надя же оставалась позади. Вытащив пистолет, девушка приставила его к затылку клиента. Тот лишь криво усмехнулся.

Страттер метнулся к Наде, попытался выхватить у нее пистолет. «Что ты творишь?» - кричал он. – «Что с тобой не так? Брось пушку». «Он убил их Страттер», - бросила Надя, с ненавистью взирая на клиента. – «Мою прежнюю команду. Убил их у меня на глазах. И наслаждался этим». Тем не менее, Страттер выкрутил девушке запястье, заставив ту выронить пистолет, и, подняв его с пола, коротко пояснил: «Это наша работа».

Обратившись к медикам и наемнику, солдат заявил: «Держитесь рядом со мной. Если будем двигаться быстро, возможно, успеем выбраться, не встретив сопротивления». «Я бы не был так в этом уверен», - проскрипел наемник, звали которого, согласно имеющимся у медиков данных, Апексом. - «Они сделают все, чтобы не выпустить нас отсюда. Особенно после того, что я сделал».

Четверо добрались до лестницы, устремились вниз по ступням. «На кону стояли хорошие деньги», - продолжал говорить Апекс своим спасителям. – «Простое дельце. Проникнуть в здание. Отыскать босса этих ребят. Прикончить его. Только и всего... Но банда меня удивила. Я полагал, что им на босса наплевать. Помыслить не мог, что они могут любить его. И теперь они обезумели от ярости. И если вы, ребята, хотите выжить и прикончить головорезов прежде, чем они прикончат нас, то должны тоже найти в себе схожую ярость. Или, возможно, вам просто стоило бы прикончить меня». Последняя фраза адресовалась Наде...

«Держись, Надя», - шепнул девушке Кнэпп. – «Он провоцирует тебя. Помни, зачем ты здесь...» Он страшно закричал, когда пули пронзили его броню... Головорезы, занявшие верхний лестничный пролет, поливали отступающих огнем из автоматов, гогоча и улюлюкая. Выругавшись, Страттер открыл по ним огонь, в то время как Надя осторожно опустила Кнэппа на пол. «Броня приняла основной удар...» - прохрипел тот. – «Думаю, все будет хорошо...» Надя в этом столь уверена не была: пули прошили броню насквозь, и из ран выплескивалась толчками кровь.

«Подлатай его, Надя!» - крикнул Страттер, не прекращая стрелять. – «Уводи отсюда! Найди укрытие!» Кивнув, Надя помогла Кнэппу подняться на ноги, повела вниз по ступеням; солдат остался прикрывать их отступление. «С тобой все будет хорошо», - убеждала девушка стонущего от боли напарника. – «Сейчас я тебя подлатаю».

«Ну, что я говорил?» - ухмыльнулся Апекс. – «Они в ярости. Вы, ребята, долго против них не продержитесь. А если перебьете этих, подтянутся другие». «Нам нужно укрытие, чтобы заняться его ранами», - заявила Надя. Она бросила взгляд в лестничный колодец; похоже, самые худшие опасения оправдывались, ибо вверх по ступеням бежали головорезы с оружием в руках. Противник сумел взять их в окружение!

Апекс плечом высадил дверь в коридор этажа 94, и Надя предложила ему укрыться в одной из квартир. Страттер присоединился к сподвижникам, и, швырнув гранату в сторону поднимающихся по лестнице наемников, захлопнул дверь.

Ступив в коридор, солдат осмотрелся, заметив, что дверь одной из квартир приоткрыто, и в щелочку выглядывает испуганная молодая женщина. Размышлять было некогда: счет шел на секунды. Страттер метнулся к двери, рывком распахнул ее, и, не обращая внимания на женщину, приказал остальным следовать внутрь.

«Вы... ‘Травма Тим’», - догадалась женщина, растерянно следя за незваными гостями. – «Доктора...» Апекс и Надя уложили Кнэппа на диван, и девушка начала осторожно освобождать врача от доспехов, дабы взглянуть на полученные им раны и оценить, сколь они серьезны. «В настоящий момент мы всего лишь добыча», - сообщил Апекс хозяйке.

Остающийся у дверей квартиры и прислушивающийся к звукам, доносящимся из коридора, Страттер бросил остальным: «У нас всего лишь несколько минут – в лучшем случае. Мы не можем допустить, чтобы нас загнали здесь в угол. Надя, делай все возможное, чтобы поставить Кнэппа на ноги». Надя кивнула, продолжая обрабатывать раны парамедика, останавливая кровотечение.

«Пожалуйста», - неожиданно обратилась к ней женщина, опустив ладони на плечи маленькой девочки, с тревогой взирающей на незнакомцев. – «Моя дочь очень больна. Ей нужно лечение. Ей нужна... помощь». Надя отвлеклась, взглянула в глаза малышки, отражалась в которых отчаянная надежда...

«Надя!» - рявкнул Страттер, видя, что Надя вновь впадает в некий ступор. – «Займись Кнэппом! Мы должны поставить его на ноги!» «Боюсь, уже поздно», - констатировал наемник, и Надя, вздрогнув, перевела взгляд на Кнэппа. Глаза того закатились, струйка крови стекала по подбородку... Кнэпп был мертв...

«Он мертв?» - выдохнул Страттер в изумлении. – «Ты позволила ему умереть, Надя! Ты...» Из коридора донесся грохот, знаменующий появление бандитов на этаже... «Они здесь», - констатировал Страттер, подобравшись и приготовившись к бою, уцелеть в котором шансов у них практически не было...

«Вы можете помочь ей!» - настаивала несчастная мать, обращаясь к поникшей, отчаявшейся Наде. – «Пожалуйста... вы должны помочь! Я позволю вам остаться здесь, если вы поможете дочери!» Страттер встал между Надей и женщиной, обратился к последней, отчеканив: «Держитесь от нее подальше! Она вам не поможет! Вы... не являетесь частью нашей миссии!» Надя вскинулась, в глазах ее сверкнул гнев. «А кому вообще интересна эта миссия, Страттер?» - бросила она солдату. – «Скажи, кому? Эта маленькая девочка имеет полное право на лечение! Если уж убийца достоин медицинского обслуживания, то ребенок и подавно!» «Ребенок – не наш клиент», - стоял на своем Страттер.

Казалось, двое вот-вот вцепятся друг другу в глотки, когда неожиданно напомнил о себе Апекс, заявив: «Да пусть взглянет на ребенка, кому от этого вред? Если не выберемся отсюда, мы все равно покойники. Так что я выполню за вас вашу работу – расчищу путь. От вас мне нужен лишь импульс». «Импульс?» - озадачилась Надя. – «Ты хочешь, чтобы мы сделали тебе укол стимулятора? Я не...» «Не глупи, Надя!» - резко оборвал ее Страттер. – «Если мы хотим выбраться отсюда, он нам необходим!» Поколебавшись, Надя согласилась сделать наемнику укол, предупредив: «Эйфория не продлится долго. У тебя – не больше минуты». Наемник потребовал сразу два укола стимулятора...

Апекс, чувствуя себя не в пример лучше, прихватил на кухне два ножа для разделки мяса, метнулся в коридор, приступив к методичной зачистке оного от членов банды. Для последних появление Апекса явилось полной неожиданностью, и наемник врезался в их ряды, безжалостно кромсая плоть противников импровизированными клинками... Покончив со всеми без исключения противниками, наемник, испытывая слабость и головокружение, поплелся в сторону квартиры, оставляя позади залитый кровью коридор...

Надя тем временем завершила первичный осмотр девочки; у той был жар – и, похоже, сохранялся долго...

«Это твоя вина, Надя», - зло бубнил за ее спиной Страттер. – «Ты не спасла Гордона. Ты не спасла Кнэппа. А что теперь? Ты приложишь все усилия, чтобы спасти эту маленькую крыску?» «Она больна», - пояснила девушка солдату. – «Я – медик. И я сделаю все, что смогу, чтобы помочь ей. А теперь отвали от меня и соберись!»

Терпение Страттера лопнуло. Выбросив руку вперед, он схватил Надю за горло, прошипев ей в лицо: «Это не мне нужно знать свое место! Из-за того, что ты не можешь качественно выполнить свою работу, мы все погибнем!» «Отпусти», - прохрипела Надя, чувствуя, как задыхается. «Дай мне причину для этого», - процедил солдат, не ослабляя хватку. – «Хотя бы одну». Выхватив пистолет, Надя приставила его к подбородку Страттера, поинтересовавшись: «Достаточно веская причина?»

Двое скрестили взгляды, когда в дверном проеме возник Апекс, с трудом держащийся на ногах. «Не хочу вам мешать, но в коридоре чисто», - вымолвил он, с интересом взирая на представшую ему сцену. – «А на лестнице тоже. Но это не продлится долго».

Двое выживших членов отряда «Браво» отступили друг на друга. Надя вновь подошла к малышке, а Страттер не преминул разразиться очередной тирадой ей вслед: «Ты сделала огромную ошибку, девочка. Знаешь, что случится с тобой после этой миссии? Как, по-твоему, поступит компания, когда я расскажу, как все полетело к чертям по твоей вине?» «Отрадно видеть, что страховка в ТТ полностью окупается», - не удержался, съязвил Апекс.

Надя принялась перебирать лекарства, которые были у нее при себе, дабы оставить ребенку необходимые для лечения препараты. Стояв в дверном проеме, Страттер продолжал нетерпеливо звать ее, когда Апекс неожиданно заявил: «Оставь ее. Пусть даст ребенку шанс».

Надя бросила в сторону убийцы удивленный взгляд... после чего протянула благодарной хозяйке квартиры антибиотики, и, на прощание погладив девочку по голове, вслед за остальными ступила в коридор, походящий ныне на истинную Преисподнюю...

Совсем некстати вспомнила она о беседе с Доддсом, вели которую они во время одной из своих вечерних прогулок. Все же работа в ТТ ставила сотрудников перед непростым моральным выбором: все это понимали... но принимали ли?.. «Скажи, если бы ты выбирал между моей жизнью и клиента...» - начала было Надя, и Доддс резко обернулся к ней, бросив: «Надя – на этот вопрос нет простого ответа. Мы примкнули к этой корпорации. Наша работа – спасать клиентов». «Есть простой ответ, Доддс!» - выкрикнула Надя в ответ. – «Должен быть! Я бы сделала все, чтобы спасти именно тебя!»

И все же спасти Доддса она не сумела – в том аду в Уэстбруке ей оставалось всецело сосредоточиться на спасении жизни клиента...

...Ступив на искореженную взрывом гранаты лестницу, трое продолжили спуск...

Пару часов спустя они практически спустились к основанию лестницы – выход из здания был близок! Страттер то и дело напоминал замыкающей процессию Наде, чтобы не смела та терять бдительность – враги позади, и они непременно вновь дадут о себе знать. «Враги, враги повсюду», - усмехался Апекс.

Тяжело привалившись к периллам лестницы, наемник просил спутников сделать ему еще один укол стимулятора, ибо с трудом держался за угасающее сознание. Надя просьбу Апекса исполнила, и тот ухмыльнулся: «А мы неплохая команда. Может, и выберемся из этой заварушки. А ты получишь свой бонус». «Еще не выбрались», - напомнила клиенту Надя, не желая радоваться раньше времени.

Трое проследовали через холл здания, в котором оставалось лишь несколько местных, пребывавших в состоянии наркотического опьянения, вышли наружу. Страттер немедленно активировал маячок, вызывая эвакуатор, бросил остальным: «Не останавливаемся. Эти психопаты у нас на хвосте, я слышу их. Они перебьют нас прямо здесь, на улице... Эвакуатор скоро будет здесь, а пока что нам следует где-то спрятаться и ждать».

Обернувшись к Наде, солдат отчеканил: «А когда придет помощь... мы расходимся. Думаешь, после моего отчета ты сохранишь эту работу?» «Будешь тявкать на меня, или все-таки поищем, где укрыться?» - бросила Надя в ответ. «Ты была не готова к операции», - продолжал Страттер, приблизившись к девушке вплотную. – «Это всем очевидно. Мне очевидно! Ты непригодна! Ты...»

Приблизившись к Страттеру сзади, Апекс сломал ему шею, улыбнулся опешившей Наде: «Не благодари». «Что... что ты наделал?» - в ужасе выдохнула парамедик, не в силах оторвать взгляд от мертвого тела солдата. «Как я понимаю, оказал тебе услугу», - бросил наемник. «Услугу?!» - возмутилась Надя. – «Он был моим напарником!» «Ты же сама слышала – он собирался сдать тебя», - отвечал Апекс.

Подобным отношением девушка была просто ошарашена. «И ты просто взял и убил его?» - выдохнула она, закрыв лицо руками. «Ты – ‘Травма Тим’, верно?» - напомнил ей наемник. – «Без этой работы – кто ты?.. Теперь он не сможет отнять это у тебя. Ты – последняя из команды, оставшаяся в живых».

Из дверей небоскреба высыпали жаждущие крови головорезы; Надя с Апексом бросились прочь. Пуля прошила девушке плечо... Двое продолжали бежать, завернули в какой-то переулок, когда настиг их здоровяк, руки которому заменяли металлические протезы. Громила с легкостью швырнул Апекса на землю.

Надя бросилась к противнику, ударила его локтем в лицо. Апекс вскочил на ноги, попытался нанести здоровяку ряд ударов по корпусу... Головорезы окружили Надю, принялись избивать, хохоча и выказывая надежду на то, что девушка не забыла застраховаться в ТТ. Девушка отчаянно пыталась дотянуться до пистолета, который выронила, сознавая, что, похоже, здесь и сейчас все для не закончится... Каким-то чудом ей удалось это сделать, и Надя принялась в упор расстреливать окружающих ее головорезов...

Апекс попытался было сжать здоровяку горло, но тот оторвал ему механическую кисть левой руки, прошипев: «Большой, плохой наемный убийца! Думаешь, ты чем-то лучше нас?» Швырнув избитого наемника наземь, продолжал он: «Думаешь, контракт с ‘Травма Тим’ делает тебя каким-то особенным? Но на этот раз они не сумели спасти твою задницу, верно?»

Здоровяк принялся душить беспомощного Апекса проводами, торчащими из лишившейся кисти руки наемника... когда пуля пробила ему голову, и головорез тяжело рухнул наземь. «Отвали от моего пациента», - бросила Надя, тяжело дыша.

Апекс растерял былую браваду, и, похоже, с трудом подавлял панику. «Ты должна увести меня отсюда!» - бормотал он, в отчаянии взирая на парамедика. – «Ведь этим и должны заниматься сотрудники ‘Травма Тим’! Ведь я – ваш клиент! Платиновый! Я плачу за лучшее, самое лучшее обслуживание! И ты спасешь меня!»

Надя помогла наемнику подняться на ноги. Поддерживая его, она выступила из переулка... и остановилась, лицезрев пред собой несколько десятков головорезов, сжимающих в руках оружие. Ловушка захлопнулась: дальше бежать было некуда... Бандиты орали о том, что оба противника их все равно что мертвы, и сейчас их порвут на куски.

Пред лицом неизбежной кончины Надя улыбнулась. «Это работа», - молвила она. – «На это я и подписалась. Я хотела снова оказаться на передовой». «Почему... ты улыбаешься?» - озадачился Апекс. «Подкрепление здесь», - объяснила Надя.

За спинами их опустился аэродин, и головорезы подались назад, настороженно взирая на транспортник ТТ; подобного поворота они не ожидали. Орудия аэродина открыли огонь... Шансов выжить у головорезов не было никаких...

Люк аэродина отошел в сторону, явив взорам Нади и Апекса четверку сотрудников ТТ. «Я здесь!» - взвыл наемник. – «Вы здесь, чтобы забрать меня!»

В разуме Нади пронеслись смерти всех ее напарников. И вновь она осталась одна...

«Я завершила миссию», - произнесла девушка. – «Все остальные мертвы. Но я... спасла клиента». С этими словами она приставила пистолет к затылку Апекса. Ошеломленные, прибывшие сотрудники ТТ принялись орать, веля ей бросить оружие... «Я – клиент», - обреченно произнес Апекс. – «Платиновый. Я и спас тебя... спас твою работу. Платиновый!»

Солдаты пытались взять Надю на прицел, не понимая, что творит та...

«Я знаю, кто ты», - процедила Надя. Перед глазами у нее пробежала вся жизнь. Казалось, голос Доддса звучал в ее разуме, утверждая, что не стоит так поступать, не стоит с такой легкостью отбрасывать собственную жизнь. «Не делай этого ради меня», - шептал Доддс. «Это не для тебя», - бросила Надя.

Солдаты «Травма Тим» обошли ее, держа на прицеле и продолжая орать «Брось пушку!»

«Как ощущения?» - осведомилась Надя у намеченной жертвы, и наемник тихо отвечал: «Ощущения... платиновые».

Прозвучали выстрелы...

Год 2077. Блэкаут

Артуро был самым что ни на есть заурядным техником, сотрудником «Диверс Медиа Системс» - одной из крупнейших корпораций по производству брейндансов. Его основные обязанности заключались в восстановлении дающих сбой брейндансов. Хотя для кого он наверняка был богом, восстанавливающим мечты. Потому что в Найт-Сити мечты есть у каждого – у бедняков, у среднего класса и у хозяев жизни. Ибо глубоко в душе каждый в Найт-Сити неудовлетворен своей собственной жизнью.

Сам Артуро был о себе мнения невысокого, считая себя, фигурально выражаясь, «куском дерьма в космических трусах». Подобное мнение разделяли и боссы техника.

Вот и сегодня – на короткое время случился блэкаут, отрубилось электричество, и босс, брызжа слюной, с воплями вытащил Артуро из кабинки туалета. «Тащи сюда свою ленивую задницу!» - брызжа слюной, вопил он в лицо сникшему технику. – «Еще один блэкаут! У нас тысяча клиентов, угрожающих засудить нас! Делай свою работу, Артуро, или я уволю тебя нахрен!»

Артуро зашагал к лифту, но телохранители мистера Чарльза Фостера, CEO ДМС, велели технику дождаться следующей кабины. Вот так всегда... его выставляют за дверь – если, конечно, замечают в принципе...

Исполняя поручение босса, Артуро отправился по адресам клиентов, у которых из-за недавнего блэкаута случился сбой в брейндансах. Прибыв по указанному адресу в одну из мегабашен, техник постучал в дверь квартиры, сообщил появившемуся на пороге мужчины, что он – сотрудник ДМС. «Слушай, мужик, иди-ка ты отсюда», - быстро произнес мужчина, то и дело бросая нервные взгляды в квартиру. – «Скажи своему боссу, что ты все починил, окей?» «Но... они поймут, если я...» - растерялся Артуро, и мужчина, схватив его за грудки, прошипел в лицо: «Просто вали отсюда! Сейчас же!»

«С кем ты там треплешься, Марк?» - послышался раздраженный голос, и женщина, увидев на пороге техника, разом изменилась в лице, обратившись в саму любезность. «Пожалуйста, простите моего мужа, сэр», - промурлыкала она, втащив опешившего Артуро за руку в квартиру. – «Заходите! Наше устройство отрубилось блэкаута! Я вас уже несколько часов жду!»

Скрестив руки на груди и отойдя к окну, Марк с нескрываемым недовольством наблюдал, как техник восстанавливает графический модуль устройства для брейнданса его супруги, давший сбой во время отключения электричества.

«С вас 100 эдди», - озвучил стоимость услуги Артуро, и Марк сплюнул с презрением, в то время как супруга его с наслаждением погрузилась в чарующие образы брейнсанса: «Я заплачу. Я тут из кожи вон лезу, пытаясь заработать нам на жизнь, в то время как она прожигает каждый эдди, который я приношу, на это ложное существование. Прежде Анита была счастливейшим человеком. Полна жизни. Полна планов на будущее. А теперь она все время там – по 18 часов в день, а то и больше. Вы, ублюдки, говорите, что продаете грезы. Чушь собачья! Вы – долбаные наркоторговцы! Продаете вы лишь смерть, и только!»

Швырнув эдди Артуро в лицо, мужчина велел ему убираться прочь.

Остро сознавая никчемность своего существования, Артуро побрел домой – поступал в дверь соседки, Аль-Беты. Дородная женщина открыла дверь квартиры, впустив брата, и тот – олицетворение безысходности – промямлил: «Я чертов наркоторговец, Аль-Бета. Ни больше, ни меньше...» «Ну, еще бы!» - хмыкнула та. – «Лучший в городе!»

С легкостью подняв на руки тщедушного техника, осведомилась Аль-Бета: «Да ладно, Артуро, шучу я. Что произошло?» «Мне платят, чтобы усиливать их зависимость», - вздохнул тот. – «Я помогаю им прожигать свои жизни!» «Да что за хрень ты несешь?» - возмутилась женщина, бросив Артуро на пол, и, грозно нависнув над ним, отчеканила: «А милая леди из магазина, которая пойло продает, ответственна за алкоголизм?! Нет! Она просто продает бутылки, а откупоривают их другие, слышишь?! Поэтому хватит ныть, включай свою магию! Постреляем каких-нибудь ублюдков!»

В прошлом Аль-Бета была наемницей – эджраннером. Однако воли у нее оказалась немного, подсела на видеоигры, вредную пищу и брейндансы, как следствие - располнела, потеряла былую хватку и вынуждена была оставить профессию. Однако свято верила в то, что однажды приведет себя в форму и вернется к прежней жизни. Потягивая пиво, она то и дело убеждала Артуро в том, что была лучшей из лучших, и все, буквально все завидовали ей – и фиксеры, и иные эджраннеры. Артуро подозревал, что подруга общалась с ним по той причине, что творил он магию брейндансов, позволяя ей окунуться в мир, к которому она принадлежала прежде. «Постреляем каких-нибудь ублюдков!» - говорила Аль-Бета, приветствуя возвращающегося с работы парня.

И оба с головой погружались с мир брейндансов, полный жестокости, насилия и адреналина. Брейндансы позволяли иным проживать чужие воспоминания, испытывать те же чувства и эмоции, что и люди, чьи истории они лицезрели. Иногда воспоминания были истинными. Иногда являлись постановочными и записывались при участии актеров.

Артуро был гением брейндансов, способным создать практически любую запись, любые воспоминания – даже с помощью технологии наложения лиц. Он мог вернуть к жизни мертвых, обладая лишь одним фото, воссоздать лучшие детские воспоминания – так, что ощущения окажутся еще более острыми, чем в реальной жизни. Да, он мог взломать любой брейнданс – да так, что невозможно будет отличить истинные воспоминания от искусственных.

Завершив просмотр очередного брейнданса, созданного для нее Артуро, Аль-Бета осталась в полном восторге. Однако техник продолжал заниматься самобичеванием. «Я мог бы помогать людям!» - восклицал он, кружа по комнате. – «Спасать жизни, покончить с бедностью! Мог бы создать БД-терапию, которая могла бы исцелять депрессию и алкоголизм... да даже предотвращать самоубийства!» «Возьми и сделай!» - отчеканила Аль-Бета. – «Прекрати ныть и просто сделай! Расскажи о своих идеях боссу! Или брось свою жалкую работу и продай свое дерьмо нужным людям!» «Ты знаешь, я не могу!» - заломил руки Артуро. – «ДМС владеет мной с потрохами. Они оплатили все – мое обучение, технику... Да я им должен больше двухсот кусков!» «Бедняжечка...» - поморщилась Аль-Бета. – «Ты ждешь, что кто-нибудь поможет тебе, но этого не случится, в этом и состоит правда жизни! Каждый из нас несет ответственность за собственное дерьмо! Помни: они могут продать тебе бутылку, но открываешь ее лишь ты, и никто иной! Причина и следствие, чумба. Причина и следствие».

...Простившись с подругой, Артуро побрел к выходу из мегабашни. В одном из коридоров лежал вдрызг пьяный полицейский, громко матерился, костеря на чем свет стоит мегакорпорации. Дверь по соседству открылась, и старуха, выглянув в коридор, сплюнула презрительно, бросила: «Стыдоба! Этот урод должен защищать нас и служить, а не напиваться под моей дверью!» «Да, мадам», - пробулькал полицейский, приложившись к бутылке. – «Мы защищаем и... служим. Но эти... долбаные корпораты...» «Стыдоба!» - вынесла свой окончательный день старуха, раздраженно захлопнула дверь.

Сердобольный Артуро дотащил пьянчугу до его квартиры, опустил на кровать, но неожиданно тот выхватил пистолет, возопил: «Долбаные корпораты! Вынужден защищать их... вместо того, чтобы помогать людям... Они заплатят!» Вот уж поистине - неожиданное пробуждение совести...

Хотя Артуро прекрасно понимал копа, ибо и сам испытывал подобные терзания. Все их таланты и умения направлены на обеспечение горстки власть имущих, и не более того. «Обещаю, друг, я заставлю их заплатить», - клятвенно заверил техник полицейского. – «Но сейчас тебе нужно выспаться. Ты же в стельку пьян!»

Артуро и не заметил, как уснул в квартире полицейского... а проснулся уже утром. Коп шумно блевал в туалете, и техник со всех ног бросился в офис здания ДМС.

Как и прежде, телохранители Чарльза Фостера выставили Артуро из кабины лифта, но сегодня тот решил не отступать. «Сэр, одну секунду!» - кричал техник, пытаясь привлечь внимание корпората. – «У меня есть идея для вас! Она свершит революцию в ‘ДМС’!»

Телохранитель вознамерился вышвырнуть зарвавшегося сотрудника из лифта, но мистер Фостер тихо произнес: «Я хочу услышать идею». «Она заключается в создании индивидуальных терапевтических брейндансов, которые способны избавлять от депрессии», - промямлил Артуро, теряя недавний запал. – «’ДМС’может стать корпорацией, которая покончит с людскими страданиями! Это может изменить мир!» «’ДМС’ означает ‘Диверс Медиа Системс’», - напомнил технику CEO. – «Но для меня это название олицетворяет грезы. Счастливые люди, жизни которых идеальны, грез не имеют. А мы – компания для грезящих».

Двери лифта закрылись перед новом сникшего Артуро...

...Конечно же, непосредственный босс вновь наорал на техника. «Вот скажи – ты дурак или безумец, Артуро?!» - ревел он, тряся кулаком перед лицом Артуро. – «Органы свои продавать будешь?! Если я тебя вышвырну отсюда, ты до самой смерти будешь выплачивать ‘ДМС’ причитающееся! Ты всегда опаздываешь! И тратишь драгоценное время нашего CEO! И почему-то ты сейчас здесь, в моем кабинете – вместо того, чтобы чинить технику наших клиентов после очередного блэкаута!»

...И вновь беготня по клиентам корпорации, восстановление устройств для брейнданса. Блэкауты в последние недели участились. Последний продолжался десять минут – десять минут хаоса в Найт-Сити. Люди требуют найти виновных, но у каждого из них своя версия того, кто является таковым. Богатые винят бедняков, средний класс – корпоратов, а неимущие возлагают вину на всю человеческую расу в принципе.

Восстанавливая устройство банковскому охраннику, Артуро разговорился с ним, и тот поведал, что при каждом блэкауте банк наводняет полиция. «Полиция?» - удивился техник. – «Но почему?» «Каждый блэкаут сбрасывает пароли к банковским ячейкам», - доверительно сообщил ему охранник. – «’Акусага и Финч’ держат в нашем хранилище какие-то важные корпоративные штуки. А полиция защищает корпоратов. Они охраняют банк, пока подача энергии не восстанавливается, и тогда приходят большие шишки, чтобы установить новые пароли»,

Охранник кивнул в сторону, и, проследив за его взглядом, Артуро лицезрел прибывшего в банк CEO «ДМС», сопровождаемого неизменными телохранителями.

На связь с техником вновь вышел неугомонный босс, заорал: «Тебе не платят за треп с нашими клиентами! Возвращайся к работе, мать твою! Отправляйся в мегабашню H10 и забери наше оборудование. Оно больше не используется и предназначено для продажи на запчасти! Пошел!» Похоже, вербальная истерика была обычным состоянием босса; Артуро к подобному обращению привык.

Направляясь к мегабашне, которую уже посещал во время предыдущего блэкаута, Артуро размышлял над словами Аль-Беты. Неужто каждый действительно несет ответственность исключительно за себя? А зависимость – вина лишь того человека, который ее испытывает, и никого больше? Этого Артуро не знал, но в одном Аль-Бета была права: всегда есть причина и следствие.

Заглянув в квартиру, он лицезрел труп женщины, устройство которой для брейндансов восстанавливал совсем недавно. Полицейские поместили тело в мешок, дабы отправить в морг. Муж покойной рыдал, а, заметив ступившего в помещение Артуро, обрушился на него с воплем: «Ты! Это ты убил ее! Ты должен был остановить ее! А теперь она мертва из-за тебя! Ты убил ее, ублюдок! И я убью тебя!» Мучины ринулся было к технику, но полицейский удержал его...

Пребывая в полном смятении, Артуро отправился по следующему адресу – к городской тюрьме. Надзирательница вела техника по коридору мимо многочисленных камер, говоря назидательно: «Вы, ребятишки, ожидаете, что получите все на тарелочке с голубой каемочкой. И устраиваете истерики, если ваши ожидания не совпадают с реальностью. А когда вас ловят за эти истерики, Мамочка Варшава приветствует вас в вашем новом доме. И мы рады предоставить свои гостям эти прекрасные, потрясающие БД! Я видела, как закоренелые убийцы плачут и зовут мамочек после того, как проживают собственные смерти по десять раз за час! Смерть оказывает поистине волшебный эффект! Но после блэкаута наши БД испортились...»

В одной из камер, мимо которых они проходили, вопил и стенал заключенный. «Прошу вас, я не хочу больше умирать!» - выл он в неподдельном ужасе. – «Выключите это! Просто убейте меня!»

Надзирательница сообщила Артуро, что охрана выводит заключенных на прогулку, просила техника закончить с восстановлением устройств к тому времени, как они вернутся. Отстраненно кивнув, Артуро проследовал в камеру, приступил к восстановлению устройства. Взор его привлекли фотографии на стене камеры. Парень и девушка; счастливые, беззаботные лица...

...Когда босс узнал о том, что сотворил его сотрудник в тюрьме, то немедленно вызвал Артуро. Последний отметил, что ярость начальника достигла новый высот, и удивительно, как он до сих пор не лопнул.

«Ты что смерти хочешь?!» - брызгал слюной босс, не забывая материть техника на чем свет стоит. – «Тюрьма Найт-Сити угрожает засудить нас на 500.000! Ты перекодировал брейндансы смерти так, что пленники теперь наблюдают лишь самые обычные воспоминания?!» «Никто не заслуживает такой жизни, которая там им уготована», - отвечал Артуро, босс взорвался: «Что это еще за пацифистское дерьмище?! Ты на наркоте, что ли?! Да какая, в сущности, разница... Короче, урод, у тебя последний шанс. Ты в кратчайшие сроки восстанавливаешь брейндансы смерти, а издержки на это я вычту из твоей зарплаты. Возможно, тогда и сохранишь свою работу. Договорились?»

«Нет», - отвечал Артуро, выкрикнул в запале: «Нет! Нахер твою работу! Нахер работу, от которой люди только страдают! Хватит с меня!» «Ты уволен!» - взвыл босс...

Итак, Артуро был уволен. Теперь у него не было работы, и он был должен «ДМС» 200.000 эдди – ах да, и еще 500.000 городской тюрьме. Этой ночью Артуро глаз не сомкнул и провел ее в напряженных размышлениях, а на следующий день осознал, что тяжкое бремя оставило его душу – и впервые за долгое, долгое время он не хочет умереть.

Исполненный энергии, Артуро постучав в пять утра дверь Аль-Беты, и когда та открыла, жизнерадостно поинтересовался: «Хочешь ограбить банк?»

Возвращаясь мыслями к последним событиям, размышлял Артуро. Каждый из нас несет ответственность за собственное дерьмо – так утверждала Аль-Бета. Что бы ты ни делал, всегда будут соответствующие последствия. Агрессивное строительство городов приводит к природным катаклизмам. Те, в свою очередь, приводят к неожиданным блэкаутам... Но, может, Аль-Бета неправа, и, хоть последствия наступают, это не означает твоей вины. Иногда действия других заставляют тебя принимать трудные решения. Ты реагируешь на них, чтобы защитить себя, и вступаешь в бесконечный цикл плохих причин и еще худших следствий. Возможно ли разорвать этот цикл? Воспротивиться следствиям плохих решений других людей?.. Да, это сложно и рискованно, но можно попытаться вытащить кого-то из этой закручивающейся спирали... а, быть может, и создать тем самым новый цикл. Тот, в котором каждый будет нести ответственность исключительно за собственные действия.

«Ты совсем спятил, чумба?» - сочувственно поинтересовалась Аль-Бета, и осознал Артуро, что всю свою философскую концепцию озвучил подруге. – «Что еще за ‘разорвать цикл’? Да ты точно на наркоте, мужик! У тебя одна неделя на то, чтобы выплатить 700 кусков. Нехилая цена за твой маленький милый цикл счастья!» «Да заплачу я!» - отмахнулся техник. – «Мы же ограбление планируем, помнишь?» «Ах да, ограбление банка, и как я могла забыть!» - в голосе Аль-Беты звучал ядовитый сарказм. – «Да, это все меняет!»

Она попыталась взять себя в руки и не придушить тщедушного техника. Нависнув над Артуро, отчеканила Аль-Бета: «Артуро, ты мой друг, но ты или тупой, или сумасшедший! Тебе нужен хороший план и люди, которым ты безоговорочно доверяешь!» «Знаю», - улыбнулся техник. – «Причина и следствие, верно? Что ж, давай выясним, какие следствия исходят из причин моих действий».

...Все еще питая вполне обоснованные сомнения, Аль-Бета последовала за Артуро, и на монорельсовом поезде добрались они до окраины города. Увидев гараж, к которому привел ее техник, Аль-Бета расхохоталась. «И это твоя план?» - восклицала она, давясь смехом. – «Признаю, чумба, яйца у тебя есть. Лучший водитель в Найт-Сити, который сможет скрыться от полиции? Да, водитель нам нужен, но бьюсь об заклад, она даже не взглянет на тебя!»

План возник в голове Артуро, когда он, помещая тюрьму, увидел фото в камере заключенного, и узнал двоих, на нем изображенных. Парнем, был Хон-Джин, брат Рирвью – знаменитой гонщицы, которая по праву звалась ‘лучшим водителем Найт-Сити’. Артуро мог просто уйти и позволить Хон-Джину и дальше страдать, наблюдая брейндансы о смерти, а мог заставить Рирвью оказаться у него в долгу. Он выбрал второе, поставив на кон все – свое будущее... и свою жизнь.

И сейчас, ступив в гараж Рирвью, Артуро представился девушке, заявив: «Я тот самый парень, который изменил БД в тюрьме Найт-Сити! Это было повсюду в новостях! Твой брат впервые сумел выспаться спокойно!» «Я разве спросила тебя, что ты сделал?» - поинтересовалась Рирвью, даже не глядя в сторону визитеров. – «Нет. Я спросила, что тебе нужно от меня?» «Герой Найт-Сити собирается провернуть ограбление банка», - с готовностью просветила девушку Аль-Бета, не переставая скалиться. – «Ему нужна твоя помощь».

«А с чего мне помогать?» - бросила Рирвью. – «Лишь потому, что ты оказал услугу моему брату?» «В принципе, да!» - закивал Артуро. – «Это будет справедливо!» «Прости, что разочаровываю, но шел бы мой брат нахер!» - отрезала Рирвью. – «Мы ненавидим друг друга». «Чего?» - опешил Артуро. – «Но у него повсюду в камере фотографии, где вы вместе. Он... я знаю... очень любит тебя».

«Удачи с ограблением», - с этими словами Рирвью устремилась прочь, показывая, что разговор закончен...

Донельзя обескураженный, Артуро покинул гараж, опустился на скамейку, сжал голову руками. «Разорвать цикл, мать твою!» - продолжала насмехаться Аль-Бета. – «Рирвью хороший тебе урок преподала. Ты видал – она сама чинила ‘Нумеро Уно’! Она сама несет ответственность за собственное дерьмо!.. Возьми это себе на заметку, буду. Если ты меня слушал, то не торчал бы сейчас 200 кусков ‘ДМС’! И еще 500 тюрьме!»

Артуро не отвечал, и Аль-Бета, тяжело вздохнув, присела рядом, приобняла парня, молвила: «Ну ладно тебе, чумба, я, наверное, была слишком резка... Ты просто должен понять. Ты несешь ответственность лишь за тебя, и ни за кого больше. Как только ты осознаешь это, жизнь заиграет новыми красками!.. Ты что, плачешь?» «Нет, думаю», - проронил Артуро, и Аль-Бета закатила глаза: «Плачь, если хочешь. Я не стану брюзжать. Слезы – это нормально. Особенно, если ты в таком дерьме! Как по мне, тебе нужно ползти на брюхе обратно в ‘ДМС’. Может, если ты станешь слезно молить о прощении, они не станут разрушать всю твою жизнь...»

Артуро рывком поднялся на ноги, заявив: «Никогда! Я никогда туда не вернусь!.. А Рирвью... она присоединится к нам. Я уверен. Ладно, пойдем, нам нужно еще кое с кем встретиться».

Обескураженная столь разительной сменой настроения приятеля, Аль-Бета устремилась следом. Техник направился в «Закусочную Тома», и Аль-Бета, не скрывая сарказма, продолжила насмехаться над спутником: «О, мистер криминальный гений, ты все продумал! Пусть к бумажнику мужчины лежит через его желудок, так говорят. Так классно, что на дело ты решил пригласить повара!»

Но Артуро проследовал к столику, за которым сидел мужик в форме полицейского, представил его Аль-Бете: «Кашьяп». Кашьяп и Аль-Бета буравили друг друга недобрыми, оценивающими взглядами... а после принялись яростно орать друг друга друга. Похоже, они знакомы...

Артуро отчаянно пыталась урезонить обоих, а после, встав между ними, поинтересовался, что, собственно, не так. «Он – гребаная свинья!» - доходчиво пояснила Аль-Бета. – «Он подгадает момент и продаст нас своим друзьям – таким же свиньям!» «Это я-то продам?» - задохнулся от возмущения коп. – «Услышать эти слова от эджраннера, вонзающего друзьям нож в спину, поистине дорогого стоит!» И двое вцепились друг другу в глотки, не переставая сыпать столь изощренными ругательствами, что Артуро опешил.

Но, сумев встать между двумя, заявил: «Мы сможем выполнить эту работу, действуя как команда». «Команда?!» - с горечью повторил Кашьяп. – «Артуро, ты знаешь, я многим тебе обязан, но прошу, пойми: никто – никто! – не работает с Аль-Бетой. Все дела с ее участием заканчивались одинаково. Она сдавала всех друзей и их матерей в придачу. Безо всякой на то причины. Такова ее природа, здесь ничего не попишешь. Дважды подумай прежде, чем решишь довериться ей».

Озлобившись, Аль-Бета направилась к выходу из забегаловки. «Да пошло оно все нахер!» - рычала она. – «Не собираюсь слушать все это дерьмо, изливающееся из пасти жирной свиньи! Ты меня знаешь, Артуро. Но если собираешься верить на слово этому ублюдку, то иди нахер и ты!»

«Прости, Артуро, я доверяю тебе», - вздохнул Кашьяп, проводив разъяренную деваху взглядом. – «Я не хотел ставить крест на твоих планах. Но я должен быть честен с тобой». «Все хорошо, Кашьяп», - заверил его Артуро. – «Рад, что ты поделился со мной этим. Аль-Бета надежна, просто... она не показывает никому свою хорошую сторону... Но она очень надежна... Уверен, я смогу помочь ей пройти через все это!» «Поступай, как считаешь правильным», - покачал головой Кашьяп. – «Я останусь на твоей стороне – несмотря ни на что».

Артуро бросился вслед за Аль-Бетой, широким шагом удаляющейся от закусочной, и девушка, резко обернувшись, рявкнула: «Пошел нахер, Артуро!» «Да погоди ты!» - Артуро, не отличавшийся физической формой, пытался восстановить дыхание. – «Ты ходишь быстрее, чем я бегаю... Но ты нужна мне. Я не хочу – и не буду – проворачивать это дело без тебя. Прошу тебя, вернись!»

Уперев руки в бока, Аль-Бета поинтересовалась без обиняков: «Ты ему веришь? Да или нет?» Артуро замешкался с ответом, и Аль-Бета, вновь послав приятеля куда подальше, зашагала прочь...

Артуро устало побрел в сторону дома. Проходя мимо здания «ДМС», остановился, размышляя. Может, Аль-Бета права, и ему действительно следует заботиться лишь о собственном благополучии, и все на этом? Может, если следует просто... сдохнуть?..

Добравшись до родной мегабашни, Артуро поднялся на этаж, приблизился к двери квартиры. Из соседней квартиры выглянула соседка – вредная скабрезная старушенция, - прошамкала: «Если приглашаешь гостей, сынок, вели им быть потише! Они шумом своим весь этаж перебудили!»

«Чего?» - опешил Артуро, ступил в квартиру, с изумлением лицезрев, как некие люди выносят его оборудование. Заметив хозяина, парень, лицо которого скрывала маска со схематично отображающийся на ней эмоциями, всплеснул руками, затараторил: «Мой дорогой сэр, позволь мне все объяснить! Прошу, прими извинения за неподобающее поведение меня и моих коллег. Мы три раза постучали. Никто не ответил. И, поскольку ты должен нам 200.000, мы решили заглянуть на огонек». «Что?» - разозлился Артуро. – «Вам я не должен ничего!» «О, у меня есть новость для тебя, сэр», - усмехнулся парень. – «Мы перекупили у ‘ДМС’ твой долг. И ты просрочил платеж. Мне очень жаль, сэр».

С этими словами парень с силой ударил Артуро в лицо, вышибив дух...

...Придя в себя, Артуро с ужасом обнаружил, что привязан ремнями к креслу, а его визитеры деловито раскладывают на столе всякого ужасающего вида хирургическое оборудование. «Жаль, что у тебя нет киберимплантов, которые мы могли бы извлечь», - дружески обратился к технику парень в маске. – «С другой стороны, ты – образец здоровья и выносливости. Мы надеемся получить еще 50 кусков сверх оговоренных 200 за твои глаза и печень». «А еще 20 за запись брейнданса о твоей... операции», - прочирикала его напарница, собравшись водрузить устройство для записи на голову паникующему Артуро. Они что, на самом деле собираются расчленить его?!

Парень взял в руки скальпель, приблизился к Артуро... когда прозвучали два выстрела, и головорезы распластались на полу. Третий из них ничего не заметил, ибо сидел на диване и наслаждался неким БД, довольно хихикая.

«Да, без меня ты точно не справишься», - в квартиру ступила Аль-Бета, и Артура, испытав невероятное облечение, просил подругу развязать его. Но та, похоже, все еще злилась. «Все еще считаешь меня предательницей?» - потребовала она ответа, для острастки несколько раз стукнув техника кулаком по голове – несильно, но чувствительно. – «Думаешь, я сдам тебя? Потому что такова моя природа? Ты считаешь, я действительно такая?» «Конечно же нет, Аль-Бета!» - взвыл Артуро. – «Ты просто золото, девочка! И моя лучшая подруга!»

Аль-Бета развязала ремни, помогла Артуро подняться на ноги и вывела его из квартиры. «Знаю, приятель», - говорила она. – «Друзья на всю жизнь. К тому же, от меня ты так просто не избавишься – тем более, перед ограблением века».

Они были уже далеко, когда третий головорез закончил просмотр брейнданса и оторопело уставился на остывающие трупы товарищей...

...Аль-Бета и Кашьяп сумели найти общий язык, а вскоре в забегаловку, где Артуро назначил встречу, ступила и Рирвью, заявив, что сначала хочет узнать план, а уже после принять решение о своем участии в предприятии.

«Мы подождем следующего блэкаута», - начал излагать троице подельников свой замысел Артуро. – «Они теперь каждую неделю происходят. Найт-Сити полностью обесточивается примерно на десять минут. Каждый раз, когда электричество отрубается, пароли на ячейках депозитов в ‘Асукага & Финч’ сбрасываются. Мы заявимся сразу же после начала блэкаута, до появления полиции. Будем в костюмах – эдакие корпораты. Бобии – он в службе безопасности – на нашей стороне, и пропустит нас в здание. Ему мы можем доверять. Бобби всегда хотел быть копом, и я создал БД, который воплощает его мечту в реальность. Он мне должен... Мне необходима лишь одна ячейка из хранилища – Аль-Бета может обчистить все остальные. Полиция появится в ‘Асукага & Финч’ через три минуты после начала блэкаута. Другими словами, у нас три минуты на все – про все. Как только копы пройдут в хранилище, они поймут, что мы здесь побывали. И тогда начнется охота. Но – благодаря таланту Рирвью – мы будем уже в нескольких милях от банка. Конечно, полиция заблокирует весь город, но у нас есть Кашьяп, который пропустит нас через блокпост. Как только мы выберемся, Аль-Бета свяжется с лучшими фиксерами Найт-Сити, чтобы сбыть наши драгоценности на черном рынке. Таков план. Ну что, ты с нами?»

Рирвью медлила, размышляя, молвила: «Хон-Джин... У него... правда в камере были наши фотографии?» Артуро протянул ей фото, которое забрал из тюремной камеры, и девушка, бросив взгляд на него, уверенно произнесла: «Я с вами».

Что ж... быть может, им и удастся разорвать цикл – и создать новый. Тот, в котором каждый действительно несет ответственность за свои решения.

Аль-Бета вытащила подельников в кафе, дабы устроить небольшой тимбилдинг. На робкое замечание Артуро о том, что пить, возможно, еще рано, она посоветовала ему просто заткнуться и не портить вечеринку. Аль-Бета и Рирвью подняли шоты; Кашьяп же бросил затравленный взгляд на Артуро – в прошлом у полицейского были серьезные проблемы с алкоголем, и именно техник помог ему преодолеть эту пагубную зависимость.

Когда Артуро навестил Кашьяпа, тот был в глубокой депрессии – в одном шаге от самоубийства. Приставив пистолет к голове, коп бормотал о том, что ему срочно нужно выпить. Артуро осторожно забрал у него пушку, поинтересовался: «Когда нужда выпить сильнее всего?» «Всегда», - вздохнул Кашьяп, но Артуро продолжал настаивать: «Но что пробуждает в тебе эту тягу? Быть может, какая-то ситуация заставляет тебя тянуться к бутылке?» «Злость», - осознал полицейский. – «Злость заставляет меня пить. Я ведь стал копом потому, что хочу помогать людям! А когда не могу этого сделать... прихожу в ярость!»

Просияв, Артуро заверил Кашьяпа, что решит его проблему, и, вернувшись в свою квартиру, приступил к созданию брейнданса. После чего передал его Кашьяпу. В этом видении Кашьяп зрел сам себя, пьяного в стельку. Услышав крик о помощи из соседней квартиры, он врывался в помещение, в котором некий головорез угрожал ножом хозяйке. Кашьяп выхватывал пистолет, но, едва держась на ногах, оступался, нечаянно нажимал на курок... и пуля пробивала женщине голову.

Брейнданс стал для Кашьяпа настоящей шоковой терапией, и с тех пор он к бутылке не прикасался. «Эта женщина... была такой реальной...» - лепетал он. – «Я мог бы спасти ее, если бы не был...» «Именно!» - подтвердил Артуро. – «Я создал БД, который воссоздает ответ на причину твоей тяги! Ну что... что еще хочешь пить?..»

...И сейчас Кашьяп уверенно заявил, что пить не будет. Поразмыслив, отставила в сторону шот и Рирвью, заявив, что за рулем. Лицо Аль-Беты вытянулась от возмущения: и эта трезвенники – ее напарники в грядущем ограблении века?! «Блэкаут может произойти в любую минуту», - напомнил ей Артуро. – «Мы должны оставаться начеку». «Ну и ладно, мне больше достанется», - Аль-Бета любовно погладила бутылку.

Покинув кафе, четверо разошлись в разные стороны. Артуро искренне верил в то, что у них есть шанс изменить свои жизни к лучшему. Ведь, получая помощь со стороны друзей, каждый может противостоять вещам, которые, казалось бы, сильнее. Вещам, которые в противном случае принимают решения за них... и даже могут убить.

...Наконец, давно ожидаемый блэкаут произошел, и Найт-Сити погрузился во тьму.

Артуро и Аль-Бета, облаченные в строгие костюмы, появились на пороге банка, и офицер охраны, преградивший им путь, озадаченно заявил, обращаясь к технику: «Вы очень рано, сэр. Наши корпоративные клиенты обычно появляются через 20 минут после блэкаута». «Да, но мы были рядом...» - произнес Артуро, отчаянно стараясь сохранять спокойствие. – «Вот... и явились». «Понимаю, сэр», - кивнул офицер. – «Мы должны проверить вас, поэтому прошу – подождите здесь».

Офицер кивнул коллеге, Роберту, и тот, просканировав гостей на предмет оружия и запрещенных предметов, заявил: «Все чисто». Офицер отступил в сторону, позволив Артуро и Аль-Бете пройти в здание. Артуро коротко кивнул Роберту; тот отвел глаза.

Оказавшись в хранилище, двое действовали точно по плану: у них была лишь одна минута прежде, чем нагрянет полиция. У Аль-Беты глаза разбегались от обилия побрякушек, означившихся в ячейках, но Артуро не позволил ей задержаться в хранилище. Набив кейс всем, чем успели, двое покинули хранилище, изображая полную невозмутимость.

Прибывшие полицейские не преминули оскорбить охрану банка: мол, зачем та вообще нужна, если все равно вопросы решает полиция?.. Терпение Роберта лопнуло, и, выхватив пистолет, он направил его на удаляющихся Артуро и Аль-Бету, взвизгнув: «Руки вверх, мать вашу!»

Артуро вздрогнул, сознавая, что план его провалился, но Аль-Бета широко улыбнулась, и, попросив спутника подержать кейс, выхватила пистолет, открыла огонь. Полицейские и охранник бросились на пол; такого поворота они не ожидали! Велев копам держать руки на веду, Аль-Бета обернулась к молящему о пощаде Роберту, процедила: «Пули жаль на тебя тратить. Ты – дерьмо, не заслуживающее доверия... как и эти боровы».

Получая искреннее удовольствие от этого эпизода ее жизни, Аль-Бета выступила из здания, открыла огонь по патрульным машинам сразу из двух стволов. Полицейские нырнули за машины, опешив от такой наглости, и Аль-Бета с Артуро успели сигануть в переулок, где ожидала их машина Рирвью. «Давай, рви!» - крикнула ей Аль-Бета, но Рирвью приложила палец к губам, указала на радио, сделала звук погромче.

«На прошлой неделе ‘ДМС’ доставили новое оборудование в тюрьму Найт-Сити», - шла трансляция. – «Входили в него новые брейндансы для ресоциализации. После всего лишь трех дней доступа к обыкновенным БД некоторые заключенные не смогли этого вынести. Как следует из официального отчета тюрьмы Найт-Сити, тринадцать заключенные совершили суицид. Среди последних – КФ Уллманн, Хон-Жин, и...»

«Что? Твой брат?» - поразился Артуро. Неужто желанием своим облегчить парню жизнь... он способствовал его самоубийству? Причина и следствие... «Рирвью, это моя вина...» - только и смог сказать техник, и девушка вздохнула: «Знаешь, наша мама...»

Заметив, что полицейские заходят в переулок и начинают осторожно приближаться к автомобилю, Аль-Бета хмыкнула: «Йо! Копы вот-вот сделают нам новые дырки в задницах, а вы решили поговорить за жизнь?!» «Аль-Бета, заткнись!» - прошипел Артуро. – «Ее брат мертв!» «Ладно, тогда не зови меня в следующий раз, когда нужно будет спасать твой зад», - хмыкнула Аль-Бета, скрестив руки на груди.

«Наша мама хотела, чтобы с братом стали лучшими преступниками в Найт-Сити», - продолжала делиться с Артуро Рирвью, будто не видя, что копы окружат их машину уже через считанные секунды. – «Она унижала одного из нас, когда второй срывал большой куш. Она всегда стравливала нас друг с другом. Когда Хон-Жин получил три пожизненных срока, она заявила, что я никогда не смогу сравниться с ним. Я всегда думала, что он ненавидел меня. Но фото... которое ты передал мне... Я не знала, что он любил меня... и я любила его. Ты подарил ему радость этим брейндансом, Артуро. Поэтому не смей извиняйся».

Рирвью вдавила педаль газа в пол, дав задний ход и сбив с ног приближающихся к машине копов. После чего передала обоим пассажирам устройства для БД, пояснив: «Это будет безумная поездка. Не хочу, чтобы вы испачкали кожу моих сидений». Артуро и Аль-Бета надели устройства, откинулись на сидениях...

Репутация Рирвью была вполне оправдана. Каким-то чудом она сумела вырваться из окружения, направила автомобиль на магистраль. Сознавая, что без Кашьяпа им не уцелеть, Рирвью набрала на мобильном номер полицейского... но тот отклонил вызов, ибо напился до бесчувствия в баре. Все же тяга к спиртному оказалась сильнее... сломила его вновь...

Полицейские машины настигали автомобиль грабителей. Аль-Бета и Артуро были погружены в брейндансы и не осознавали происходящего, Рирвью же тихо ругалась, отчаянно пытаясь отыскать выход из сложившегося критического положения.

Сделав резкий поворот, Рирвью направила автомобиль на подземный паркинг, остановила его на одном из ярусов. «Скрылись?» - поинтересовался Артуро, и Ривью покачала головой: «Нет... Кашьяп не выходит на связь». «Вот ведь хренов урод!» - возмутилась Аль-Бета, обратилась к технику: «Что теперь?» «Я не знаю...» - Артуро был потрясен и обескуражен. ’Каждый из нас несет ответственность за собственное дерьмо’ – может, и права была Аль-Бета? Иногда... ты просто бессилен. «Я отвлеку их», - неожиданно произнесла Рирвью. – «А вы забирайте груз и бегите».

Артуро и Аль-Бета покинули автомобиль, и Рирвью немедленно направила его прочь – к выходу из паркинга. Тяжело вздохнув, Аль-Бета направила пистолет на Артуро, потребовав передать ей кейс. «Значит, он правду говорил», - помрачнел техник. – «Это сильнее тебя... Но ты не должна это делать...»

Он попытался вырвать пистолет из рук Аль-Беты... Прогремел выстрел, и Артуро рухнул на колени; на груди его расплывалось кровавое пятно...

Пребывая в смятении, Аль-Бета обняла Артуро, разрыдалась...

Аль-Бета проследовала в «Посмертие», опустилась за столик напротив Кормака, положила на столешницу кейс. «Кто трахнул тебя на этот раз, Бета?» - самодовольно осведомился фиксер, и девушка огрызнулась: «Твоя мамаша. Будешь брать кейс или нет?» «На улицах ходят слухи, что ты прикончила любителя, оставила его истекать кровью на парковке», - протянул Кормак, откровенно наслаждаясь смятением собеседницы. «Пошел нахер, Кормак!» - взорвалась та, и посетители бара оторвались от выпивки, обернулись к их столику. – «Педро и Вакако обещали мне столько дерьма, что и представить себе не сможешь!» «Успокойся, не стоит так горячиться!» - усмехнулся фиксер, с удовольствием затянувшись сигарой. – «Обещания сделаны, обещания исполнены. Я сделаю тебе лучшее предложение в Найт-Сити!»

...Будучи в полнейшей апатии, Аль-Бета вернулась домой – в квартиру, в которой царил полный беспорядок. Пережитое сломало ее, не позволило разорвать порочный цикл. Заставило осознать, что результат вновь будет тем же, что и прежде – как ни старайся! Как же вырваться из этого ненавистного круга?!

Осознание вины за убийство Артуро продолжало терзать Аль-Бету денно и нощно.

Аль-Бета рыдала, когда Артуро отключил ее устройство для брейнданса, и девушка осознала, что все еще находится на заднем сидении машины, управляемой Рирвью. «Что происходит?» - выдохнула она, пребывая в полном смятении мыслей и чувств.

Артуро улыбнулся в ответ. Он верил в то, что в жизни каждого человека есть так называемый «ключевой момент». Момент, когда судьба, или боги, или иные высшие силы вмешиваются в ход событий, дабы заставить понять, что ты идешь неправильным путем. Подобные моменты – знаки, заставляющие по-иному взглянуть на всю свою жизнь. Осознать, что ты оказываешься на самом дне, и следует весьма внимательно проанализировать произошедшее и понять, что же ты сделал не так. И тогда у тебя появится то самое чувство... Понимание того, что надлежит воспользоваться одним-единственным шансом... и все изменить.

Фраза Кашьяпа о том, что Аль-Бета мать родную продаст, всерьез обеспокоила Артуро, ибо подтвердила то, о чем он уже давно подозревал. Когда-то, будучи в изрядном подпитии, Аль-Бета заявила, с трудом выговаривая слова: «Мне все завидуют! Фиксеры, иные эджраннеры... все!» Да, возможно, стоило просто отстранить ее от операции, но Артуро считал Аль-Бету своим другом, да к тому же недавно она спасла ему жизнь. Потому он создал брейнданс, в котором Аль-Бета столкнется со своей главной слабостью – желанием предать друзей. И увидит последствия этого: всеобщую ненависть и полное одиночество.

«То есть, все это было лишь БД-терапией?» - выдавила Аль-Бета, когда техник в общих чертах объяснил ей суть, и Артуро осведомился: «Ну как, помогло? Как чувствуешь?» «Не знаю...» - призналась девушка. – «Это было... шокирующе, мужик... Жестко, очень! Но... как?.. Когда?..»

Рирвью остановила автомобиль на подземной парковке, и Артуро с Аль-Бетой покинули машину. Последняя все еще пребывала под впечатлением от удивленного БД. «Ты, конечно, мозг, дружище!» - заключила она. – «Но какой у нас сейчас статус? Мы действительно сумели ограбить ‘Асукагу’? Но... тот охранник сдал нас, разве нет?» Девушка никак не могла понять, что из воспоминаний ее было реальностью, а что – выдумкой из только что просмотренного брейнданса.

«Да и да», - ответил Артуро на оба ее вопроса, и осведомилась Аль-Бета: «А что насчет этой занудной свиньи, Кашьяпа?» «Все еще трезв, Аль-Бета», - произнес коп, приближаясь к подельницам. – «Терапия Артуро творит чудеса». «Бляха...» - поморщилась эджраннер. – «Жаль, что эта часть моего сна не сбылась...»

Кашьяп окрысился, прошипел: «Давай, покажи свою истинную натуру, Аль-Бета! Покажи Артуро себя такой, какая ты его на самом деле! Предательница!» «Пошел нахер!» - разозлилась Аль-Бета. – «Ты вообще обо мне ничего не знаешь, долбаный алкаш!»

Артуро поспешно встал между двумя, призвав обоих успокоиться. «Это вы позже обсудите», - заявил он. – «Сейчас нам нужно доделать работу! Кашьяп, что там происходит?» «Все довольно скверно», - помрачнел коп. – «Я едва сумел добраться сюда... Мне пришлось обойти двадцать машин снаружи и четыре бригады спецназа, разместившиеся на крышах. В самое ближайшее время они атакуют. Бежать вы не сможете. Я хотя бы смогу отвлечь, но мне необходима помощь одного из вас...»

«Я помогу», - тут же вызвалась Рирвью. – «Сумею увести их за собой на несколько кварталов. Тюрьма меня не пугает». «Не делай этого, Рирвью!» - взмолился Артуро. – «Ты не обязана ничего доказывать своей матери...»

Представила Рирвью, как автомобиль, управляемый ею, на огромной скорости вылетает с подземной парковки на магистраль. Погоня транслировалась в прямом эфире, и задействованы в ней были тринадцать машин, аэродин, а также двенадцать отрядов полиции. Мамаша Рирвью, предающаяся возлияниям в одном из городских баров, смотрела трансляцию, испытывая неимоверную гордость за свою дочурку...

«Да пошла она!» - подобные мысли вызвали у Рирвью лишь ярость. На лице девушки отражалась печаль: наверняка думала она о своем брате, наложившем на себя руки. В такие моменты люди и принимают решения о том, готовы ли они что-то кардинально изменить. «А ведь ты прав!» - неожиданно заявила Рирвью, обернувшись к Артуро. – «Я больше в ее игры не играю. К чертям ее!» Техник просиял: «Ты молодец! Так и надо!»

«Послушайте, поздравляю вас, конечно, с этим прорывом...» - прервал идиллию их Кашьяп. – «Но мы все еще в дерьме!» «Нет», - возразила Аль-Бета, с мрачной решимостью обратилась к Артуро: «Твое дерьмо все же работает». Тот улыбнулся, кивнул, а Аль-Бета, подбоченившись, заявила: «Я сделаю это. Помогу хряку отвлечь внимание кавалерии». «Аль-Бета, не нужно...» - начал было Артуро, но эджраннер прервала его: «Артуро, я тебя люблю, но будь добр – заткнись!»

Хлопнув Кашьяпа по плечу, Аль-Бета заявила: «Но у меня есть одно условие! Мы сделаем все на стиле, поросеночек! Ты после этого даже повышение получишь!» Коп лишь глазами хлопал; Аль-Бета сама на себя не похожа!..

...На глазах опешивших копов, занимавших позиции у спуска на подземную парковку, оттуда вырвался желтые автомобиль, управляемый Аль-Бетой, на крыше которого распластался совершенно ошалевший Кашьяп. «Вы окружены!» - полицейские с автоматами в руках тут же бросились к машине. – «Остановите автомобиль и сдавайтесь!»

«Он прав», - шепнул Кашьяп Аль-Бете. – «Давай закончим. Мы сумели отвлечь внимание...» «Я же сказала – на стиле, поросеночек!» - бросила девушка в ответ, вдавила в пол педаль газа. Автомобиль рванулся с места, пробил ограждение, и, побывав несколько секунд в свободном падении, врезался в здание напротив.

Арест бравым офицером Кашьяпом знаменитого эджраннера Аль-Беты стал гвоздем всех новостных репортажей.

«После ограбления отделения ‘Асукага & Финч’, уничтожения нескольких полицейских машин и частной собственности, причинения ущерба более чем на 161 миллион евродолларов, она, наконец, была помещена под стражу», - вел трансляцию репортер Ариф Икбаль на канале WNS. – «Офицер Динеш Кашьяп арестовал эджраннера Аль-Бету и вернул кейс, заполненный драгоценностями, похищенными чуть ранее из хранилища ‘Асукага & Финч’».

Следующая новость, не менее неожиданная: «Этим утром CEO ‘ДМС’, крупнейшей корпорации по производству брейндансов, Чарльз Фостер Ренн объявил о сложении своих полномочий. Отставка последовала после того, как неизвестный обнародовал чип, принадлежащий Чарльзу, и содержащий контракт между ‘ДМС’ и несколькими ключевыми партнерами из Найт-Сити. Официальные лица подтвердили, что ‘ДМС’ получала немалые суммы за включение небольших реклам продукции в свои БД, и их пользователи покупали продукцию исключительно у партнеров ‘ДМС’. После обнародования этой информации акции ‘ДМС’ упали на 50%, а продажи БД – на 70%».

Артуро знал, что глава CEO хранит нечто в тайне. Однажды у лифта он услышал, как тот требует у охраны обеспечить защиту ячейки 1301. Для этого и понадобилось ограбление банка – все для того, чтобы обрести один-единственный чип... Артуро знал, что «ДМС» оправится после удара, однако был уверен в том, что действиями своими подводит определенных людей к поворотной точке, даря им шанс разорвать порочный цикл...

Аль-Бета томилась в заключении в тюрьме Найт-Сити, но особо не грустила, принимая ситуацию такой, какая есть. В один прекрасный день стражники сопроводили девушку в помещение для переговоров: посетитель, мол.

За пуленепробиваемым стеклом зрела Аль-Бета старину Кашьяпа, и, взяв в руку трубку переговорного устройства, молвила: «Не верю, что я это говорю, но... рада тебя видеть». «Я тоже не верю, что говорю это, но... ты была права», - отвечал тот. – «Меня действительно повысили». «Не благодари!» - отмахнулась Аль-Бета. – «Как там босс?» «Хочешь поговорить», - вымолвил Кашьяп.

Артуро в настоящий момент находился в забегаловке Тома неподалеку от своей мегабашни, но установленные импланты позволили ему синхронизироваться с Кашьяпом, и теперь в трубке переговорного устройства слышала Аль-Бета голос не копа, но своего приятеля – чему была несказанно рада.

«Привет, Аль-Би, как ты?» - поинтересовался Артуро, и эджраннер пренебрежительно хмыкнула: «Ой, да завязывай ты со своим чувством вины! Не ты упрятал меня в эту тюрягу!.. Ну, может сыграл небольшую роль. Но не потому, что я была под гипнозом или еще что-то в этом роде. Но ты действительно помог мне разорвать порочный цикл, парень! Твоя идея сработала. Ты сделал это! Но как?! В чем секрет?!» «У меня в голове все сложилось, когда я повстречал Кашьяпа и создал для него БД, который сработал!» - пояснил Артуро. – «Ключ в том, чтобы увидеть воочию самое худшее дно, на которое только можешь опуститься. И понять, что оттуда есть лишь один выход: наверх».

«Звучит неплохо», - согласилась Аль-Бета. – «У тебя-то самого все хорошо?» «Да, но я пока залег на дно», - отвечал Артуро. – «Бобби никому не говорит о моем участии... но кто знает, как все пойдет». «Мужик, я не об этом говорю!» - прервала его Аль-Бета. – «Я спрашиваю, нашел ли ты свое собственное дно».

Артуро вздохнул, вспоминая все созданные им брейнденсы, заканчивающиеся его гибелью. Все БД, должные помочь ему разорвать цикл... «Я погибал на равнинах Шотландии», - просветил он собеседницу. – «Тонул в ледяном озере. Был повешен толпой французов... Я осознал, что должен умереть, чтобы жить. Но... я все еще не умер должным образом». «Может, это должна быть не просто смерть», - предположила Аль-Бета. – «Но та смерть, которая может произойти на самом деле».

В забегаловку ступил киберпанк – единственный выживший из группы, напавшей на Артуро в его квартире. Направив пистолет на опешившего техника, проревел: «Помнишь меня, сволочь?! Ты убил мою команду! И все еще торчишь мне 200 кусков эдди!»

С этими словами он расстрелял Артуро в упор...

...Да, таков был сюжет брейнданса, созданного Артуро.

К счастью, на самом деле концовка эпизода была несколько иной.

«...Звучит неплохо», - согласилась Аль-Бета. – «У тебя-то самого все хорошо?» «Да, но я пока залег на дно», - отвечал Артуро. – «Бобби никому не говорит о моем участии... но кто знает, как все пойдет. Хорошо, что Кашьяп сумел вытащить пару побрякушек из твоего кейса, и я сумел расплатиться со стервятниками».

«Мужик, я не об этом говорю!» - прервала его Аль-Бета. – «Я спрашиваю, нашел ли ты свое собственное дно». «Да, нашел», - заверил ее Артуро, и, простившись с Аль-Бетой, покинул забегаловку, зашагав по улице.

Да, он разорвал порочный круг, и нашел тот самый момент, который позволил ему сделать это. Муж женщины, которая погибла из-за чрезмерного увлечения брейндансами, открыто обвинил Артуро в смерти жены, и вполне мог разыскать его в Найт-Сити, чтобы выстрелить в затылок.

Причина и следствие.

...И он будет жить.

Год 2077. История любви

«Что такое любовь?» - задавался вопросом он.

Ведь то была любовь с первого взгляда. Он встретил ее на улице, обернулся... И вот все факторы налицо: долгий, пристальный взгляд, музыка в ушах, запах весны. А затем – они вместе, и эти незабываемые моменты: бабочки в животе, плечо, на которое можно склонить голову, легкость во всем теле и стремление свернуть горы...

И сердце... Оно готово выскочить из груди!..

...А затем... Все пошло наперекосяк. Отношения зашли в тупик, и их уже было не спасти. Взаимные обвинения, невозможность и нежелание встретиться взглядами, тишина, поглощающая вселенную. Он бежал от боли, а внутренности закручивались в тугой узел.

Расставание для него было очень, очень тяжелым. Сердце продолжало биться... но он желал, чтобы оно остановилось...

Именно тогда риппер преобразил его; лишившись немалой толики плоти, он обрел кибернетические импланты, и страшная, всепоглощающая боль заставила его переродиться.

Любовь? Ее не существует... ведь больше не было у него сердца...

...Из воспоминаний его вырвал один из собратьев. «Босс Пес здесь, Винт», - бросил тот. – «Идем».

Двое покинули клуб, устремились в подворотню, где уже собрались иные Мальстремовцы. «Получил данные», - сразу перешел к делу Пес. – «Несколько Шельм организовали сопровождение. Судя по проложенному курсу, они будут проезжать перекресток улиц Пальм-Вью и Фергюсон. Примерно через два часа. Они будут перевозить весьма жирный и дорогостоящий товар. Вбейте себе в голову лишь одну мысль: ‘Эти деньги наши’. И это – ваша причина для того, чтобы убивать. Всех до единого, никакого милосердия. И завтра весь Найт-Сити будет говорить о бойне на перекресте Пальм-Вью и Фергюсон. Готовы?»

Головорезы взревели, устремились в означенную боссом точку, и, заняв укрытия, принялись ждать. Вскоре послышался рев моторов; к перекрестку приближались Шельмы – два автомобиля, два мотоцикла.

Сжимая дробовик в руке, Винт выступил на дорогу, обернулся к приближающимся машинам. Мальстремовцы открыли огонь, и вскоре все было кончено.

Босс Пес приказал подельникам обыскать автомобили – наверняка товар находится там. «Если какая из сучек еще жива – пристрелите», - приказал он.

Из салона одной из машин донесся стон; дверца распахнулась, и окровавленная девушка распласталась на земле. Винт склонился над ней, глазам своим не веря. Это она – Кали! «Прикончи ее!» - донесся до него вопль босса. – «Разбей башку!»

Кали усмехнулась, осознав всю иронию судьбы, а в разуме Винта звучал лишь один-единственный вопрос: «Что такое любовь?»

Любовь... это просто любовь. И не нужно ничего объяснять.

«Что у тебя за проблемы?!» - донесся до застывшего в изумлении Винта окрик товарища. – «Прикончи сучку! Ты что, оглох, Винт?!» Винт бездействовал, и Мальстремовец снял пистолет с предохранителя, навел его на Кали, поинтересовавшись у Винта: «Сердце или череп?» «Череп», - отозвался тот, прострелив голову сподвижника.

Иные Мальстремовцы опешили... и промедление им дорого стоило: Винт расстрелял их из автомата. Кали хохотала, наблюдая за расправой былого возлюбленного над головорезами.

Винт помог раненой подняться на ноги, бросил: «Убираемся отсюда! Быстро!» «Подожди! Щепка!» - Кали захромала к искореженному остову автомобиля. «Чего?» - опешил Винт. «То, ради чего вы напали, помнишь?» - просветила его Кали. «Да, там вроде было немало эдди», - согласился Винт. «Щепка и есть эдди», - пояснила Кали. – «Долбаная мегатонна денег!»

Винт поторапливал девушку – в любое мгновение могли нагрянуть его бывшие подельники.

...Винт не догадывался, что один из Мальстремовцев – Бальдр – сумел улизнуть, и сейчас сообщал Псу о том, что Винт обратился в киберпсиха и в одиночку прикончил всех без исключения товарищей...

Кали была довольна: она обнаружила щепку - чип. Вместе с Винтом они добрались до ближайшей магистрали, и тот остановил первый же автомобиль, направив на него пушку. Водитель, однако, шуток не понимал, выстрелил в наемника в упор, и Винт, раненый в живот, распластался на земле. Вновь вскинул ружье, дабы добить дерзкого Мальстремовца, когда Кали набросилась на него, проломила голову. «Чего смотришь?» - бросила девушка Винту. – «Заводи машину».

Автомобиль рванул с места. «Ты как?» - обратилась Кали к Винту, ведущему машину. – «Кусок твоего пуза остался там – этот гад неплохо тебя задел». «Все нормально», - отозвался Винт. «И куда же мы направляемся?» - осведомилась девушка. «Куда-то далеко», - пояснил Винт. «Чего?!» - возмутилась Кали. – «Да ни в жизни! У нас же золотая жила на руках! Ты меня слышишь, чумба?! Останови эту долбаную машину! Я знаю того, кто сможет продать щепку! Разворачивайся!»

Винт не отвечал; машина продолжала движение. «Ты меня слышишь?!» - надрывалась Кали. – «Нахрена ты перебил всех этих парней, если не ради эдди?!»

Подобная мотивация Кали Винта совершенно убивала, и все же он нажал на педаль тормоза, остановив автомобиль. «Где твой контакт?» - обратился он к спутнице.

Та провела Винта к неприметному зданию, у входа в который путь им преградили двое громил. «Твой приятель должен отдать свое железо», - постановила одна из охранниц. Винт наотрез отказался расставаться с верным пистолетом, и Кали, вздохнув, обратилась к вышибале: «Позволь ему пройти, Зевс». «Мальстрем, Кали», - тот с места не сдвинулся. – «Вы все знаете, что они безумны. Давай мы просто всадим пулю ему в голову и разойдемся?» «Он со мной, ясно?» - настаивала Кали. – «Дино поймет». «Конечно, ведь ты испорченная маленькая игрушка Дино», - проворчал Зевс. – «Но я знаю таких, как ты...»

Тем не менее, охранники пропустили двоих в бар. Кали приветствовала Дино; двое обнялись, поцеловались. Реальность Винта раскололась...

Винт опустился на диван, наблюдая за тем, как Дино и Кали страстно целуются. Что такое любовь? – вновь задался он вопросом. Язык, расплавляющий твое нутро? Ладонь, пробуждающая бабочек в животе? Рука, которая становится твоими броней и щитом? Глаза, обращающие кошу твою пунцовой? Кулак, который сделает для тебя все?.. Ныне в рассуждениях его не было ничего платонического – лишь страсть... и холодная ярость...

«Так скучал по тебе, детка, что совершенно позабыл о нашем госте», - процедил Дино, оторвавшись, наконец, от девушки. – «Похоже, помощь ему не помешает, однако сперва, приятель, я задам тебе один вопрос. Почему ты спас Кали?.. Ведь мог убить, забрать щепку и уйти». «Она сказала, у нее все схвачено», - отозвался Винт, и Дино вновь обернулся к Кали: «Это действительно так, детка? Ты так сказала? Или он мне здесь мозг полощет?»

«Он спас мою жизнь», - проворковала Кали. – «Я сказала... что знаю кое-кого. Того, кто может заплатить». «Что ж, ты все сорвал, друг», - просветил Винта Дино. – «Кали должна была кинуть своих подружек и забрать щепку себе втихаря. А затем вы устроили пальбу на Фергюсон... И теперь Найт-Сити из-за этого будет на ушах стоять, что ничуть не упрощает мне нахождение покупателя. Плюс мальстрёмовцы разозлены, и весьма... и готовы хорошо платить за информацию о произошедшем... Но ты все же сумел вернуть мне мою девчонку в целости и сохранности. Похоже, я перед тобой в долгу. Ну что, десять процентов от продажи щепки? Это, и еще дыру у тебя в пузе подлатают? По рукам?»

«Ладно», - протянул Винт, и Дино расхохотался: «Первый ублюдок в Найт-Сити, который даже не торгуется!» «Довольствуюсь малым», - проскрежетал мальстрёмовец.

Дино увел Кали в спальню, где они тут же предались любви. Винт же был передан на попечение рипера; стоны из соседнего помещения туманили разум Винта, приводили в ярость, однако он никак не проявлял эмоций. «Похоже, твоя мальстрёмовская киберголова эмоций лишена», - предположил рипер, осматривая раненого. – «Не стесняйся, расскажи – интересно же. Ты первый мальстрёмовец, оказавшийся под моим ножом... Неужто ты и впрямь не чувствуешь боли?.. А сердечной?..» «Просто приступай», - осклабился Винт, надеясь заглушить боль душевную. – «Никакой анестезии».

Кали и Винт кричали в унисон: первая – от страсти, второй – от боли...

...Часом позже Винт ступил в спальню, где оставались Кали и Дино, обнаженные. Дино крепко спал, Кали же встрепенулась, заметив бывшего возлюбленного, прошептала: «Зачем ты здесь?» «Ты его любишь?» - без обиняков вопросил Винт. «Да», - отвечала девушка. «Разозлишься, если я убью его?» - уточнил мальстрёмовец. «Если убьешь?» - опешила Кали. – «Зачем тебе так поступать?» «Если я этого не сделаю, то он убьет меня», - доходчиво разъяснил ей Винт. «Что? Да нет же!» - воскликнула Кали. – «Вы же заключили соглашение. Придерживайся его». «Если он убьет меня, перестанешь его любить?» - поинтересовался Винт. Кали промолчала...

...На следующее утро Дино объявил Кали и Винту, что отправляется вместе с Зевсом и Альбой к покупателю щепки. «И что это значит?» - нахмурилась Кали, и Винт пояснил ей: «Дино хочет, чтобы мы оставались здесь». «На что намекаешь?» - набычился Дино. «Ни на что?» - развел руками Винт, и Дино бросил ему: «Не напрягай свой нежный животик. Свои десять процентов ты получишь».

«И я с тобой не пойду? Какого хрена?» - возмутилась Кали. «Не волнуйся, детка», - отозвался Дино, усаживаясь наряду с подельниками в машину. – «Здесь ты будешь в безопасности. Люблю тебя».

Винт и Кали проводили удаляющийся автомобиль глазами. «Все еще думаешь, он не собирается убить меня?» - поинтересовался Винт. «Ну так беги!» - фыркнула Кали. – «Воспользуйся шансом. Какого черта ты здесь делаешь, если думаешь, что это ловушка?» «А что, если он и тебя убрать хочет?» - вкрадчиво осведомился Винт. «Не хочет», - заявила Кали, однако в глазах ее промелькнула тень сомнения.

Двое вернулись в здание, и, расположившись на диванчиках, принялись ждать возвращения Дино. «Ладно, выкладывай», - проронила Кали. – «Почему ты не убил меня? И почему все еще здесь?» «В детстве мне очень нравился один мультик», - отвечал Винт. – «Про волка и зайчиху. Начиналось с того, что волк каждый день видел зайчиху. И что-то с ним случилось, что-то шевельнулось в душе. Ребенком я не понимал сути, но, увидев ее, он оказался беспомощен, он... Не знаю, мне просто нравился этот мультик». «Эти детские шоу могут вывернуть твой мозг наизнанку», - с уверенностью заявила Кали. – «И чем все там закончилось?»

«Ну, в конце волк...» - начал Винт, когда мобильник Кали звякнул. Сообщение от Дино: «Если любишь меня, сейчас же беги в спальню». «Думаю, тебе следует сделать то, что он хочет», - произнес Винт, вновь ощущая жгучую ревность.

...Ударом ноги Винт распахнул входную дверь, столпились за которой прибывшие к бару мальстрёмовцы. Кали укрылась в ближайшей подворотне; когда раздались выстрелы, девушка закрыла ладонями уши, уверенная в том, что больше Винта никогда не увидит.

«На землю!» - орали головорезы, когда пули кромсали плоть приближающегося предателя. Тот атаковал, голыми руками обращая людей в кровавое месиво. Автоматные очереди продолжали звучать; Винт лишился правой руки, но продолжал методично расправляться с мальстрёмовцами.

«Не двигайся!» - прозвучал окрик, и дуло одного из бандитов уперлось ему в висок. – «Какого хера, Винт?! Нахера ты все это сделал?! Почему, Винт, почему?!» «Потому что...» - начал говорить Винт.

Кали не слышала прозвучавших слов, ибо продолжала зажимать уши руками.

«Слышала, Калибр?» - обернулся мальстрёмовец к своей набольшей. – «Слышала, что сказал этот мешок дерьма?! Наши чумбы – братья, сестры! Больше двадцати погибло – и лишь потому, что его хромированную башку коротнуло! Прошу, позволь мне обнулить его!» «Нет», - процедила Калибр, вплотную приблизившись к истекающему кровью Винту. – «Слишком просто. Смерть станет для него избавлением. Этот гад должен сильно, сильно страдать! Отдай его Мусорщикам, они его разберут на хром – по импланту за раз. Останется лишь мертвое мясо. А теперь убери этот кровавый коврик с глаз моих! И я хочу увидеть цыпочку этого ублюдка Дино!»

Мальстрёмовцы проследовали в бар, и Калибр, расположившись на диванчике напротив ступившей в помещение Кали, обратилась к ней: «Веришь в любовь, куколка? Точнее, спрошу иначе – веришь в то, что Дино любит тебя?» «Что?..» - опешила Кали, не понимает, куда клонит предводительница мальстрёмовцев.

«Дино знал, что щепка нам нужна», - процедила Калибр. – «И он знает, что ему конец, если он продаст ее. Дино не дурак, и он понял, какие последствия будут у резни, совершенной Винтом. Знал, что мы непременно отыщем Винта. Обещал нам эту крысу и половину выручки от продажи щепки... Выиграл немного времени для себя и своей команды. Ну что, куколка, все еще считаешь, что дорога ему? Думаешь, вернется сюда с нашей половиной выручки?» «Да, он вернется, наверняка!» - выпалила Кали.

«Ясно», - вздохнула Калибр. – «То есть, ты веришь в любовь, Куколка?» «А что... с Винтом?» - выдавила девушка. – «Где он? Он жив?» «Да, жив», - подтвердила Калибр. – «И, надеюсь, останется таковым еще долго. Он это заслужил. Но тебе что за дело? Думаешь, он вернется спасти тебя?»

...Мальстрёмовцы доставили истерзанного Винта в кабинет, где им занялся рипер, начав методично вырывать импланты из тела обреченного наемника...

«Боюсь, твой парень не придет за тобой», - констатировала Калибр.

«Мы могли все бросить и бежать...» - прошептала Кали, и, вздохнув, пояснила озадаченной предводительнице мальстрёмовцев: «Ты спрашивала, верю ли я в любовь».

Второе, механическое сердце Винта остановилось шесть минут назад, но наемник каким-то непостижимым образом оставался жив. Один из мучителей склонился над его креслом, и Винт схватил его зубами за щеку, заставив отшатнуться.

На глазах опешивших риперов и мальстрёмовцев, истерзанный комок плоти и боли, бывший некогда Винтом, приподнялся, и, опираясь на попавшийся под руку штырь, поплелся к выходу из помещения. Истекающий кровью, одноногий, однорукий – он был еще жив!.. И поддержало его существование лишь любовь – последнее, что оставалось у него...

Калибр выстрелила Кали в лицо...

Мальстрёмовец выстрелил Винту в затылок...

Головорезы вынесли труп Кали из бара Дино, швырнули на мусорную свалку за зданием. Туда же бросили тело Винта...

Мертвые тела бывших влюбленных остывали на земле...

Год 2077. Кикдаун

Эту машину она заприметила уже давно: черно-желтый «Мизутани MZ2», стремительно проносящийся по улицам Найт-Сити. Все в городе знали, кто за рулем этого красавца: выходец из восточного Джапан-тауна, Зеленый Дракон, принадлежащий к Тигриным Когтям. Уверенный в себе, считающий себя неприкасаемым.

Но сегодня иллюзии парня разбились. Когда остановился он на подземном паркинге и вышел из машины, то получил сильнейший удар электрическим током, без чувств распластался на земле. Девушка, посмевшая свершить подобное, сознавала последствия своих действий. Если угонит она тачку Дракона, все Тигриные Когти окажутся у нее на хвосте. Кроме того, машина слишком приметна. Далеко не каждый сможет управлять ею. И, наконец, преодолеть системы безопасности может лишь настоящий мастер.

И, выбросив из головы лишние мысли, девушка деловито приступила к взлому систем, надеясь получить контроль над управлением автомобилем. Способности свои она унаследовала от папаши – лучшего угонщика на западном побережье. Не было такой машины, которую Джереми Тейлор не смог бы угнать за две минуты.

Мысленно поблагодарив отца, девушка привела в действие двигатель автомобиля, и, сев за руль, направила машину на улицы города. Те, кто был знаком с ней, называли ее «Идеал», ибо угоняемые девушкой автомобили оказывались в идеальном состоянии. Она и впредь собиралась следовать по стопам отца, однако полгода назад все пошло к чертям. Угон не задался; было преследование, полицейские пристрелили пятерых ее подельников – выжила лишь она. Однако весь город считает, что она сдала свою команду. И сегодня она надеялась изменить этот факт.

Идеал направила автомобиль к площадке, находилось на которой уже немало машин – и людей; гонки должны были вскоре начаться. Заметившие приметный черно-желтый MZ2, участники и зрители расступились, полагая, что за рулем находится Дракон.

Припарковавшись, Идеал вышла из машины, и взоры собиравшихся обратились к ней. Один из местных, здоровяк по прозвищу «Горилла», приветствовал девушку, молвил: «Знаю эту тачку. И уверен, она не твоя». «А кто не знает?» - отозвалась Идеал. – «Теперь моя». «Ну, посмотрим», - хмыкнул Горилла.

Многие оборачивались в их сторону, шептались, некоторые, похоже, собирались схватиться за оружие.

«Мне нужно поговорить с тобой кое о чем важном...» - начала Идеал, но Горилла отрицательно качнул головой: «Рад был знать тебя. Удачи». Он устремился было прочь, и девушка крикнула ему вслед: «Не хочешь узнать, что под капотом?»

Она продемонстрировала Горилле двигатель, и когда тот пригнулся, чтобы получше рассмотреть его, шепнула: «Я разыскиваю Кикдауна». «Ты и весь Найт-Сити», - хмыкнул тот. – «Никто не знает, где он». «Мой отец бы знал», - настаивала Идеал. – «Уверена, и ты знаешь. У меня для него сообщение. Важное». «Тебе пора», - произнес Горилла, отступая. – «Гонка вот-вот начнется. Постарайся не погибнуть».

Идеал заняла место за рулем, поместила в слот на шее чип, загрузив с него данные о навыках легендарных гонщиков.

Четыре машины сорвались с места, и гонка «Демоны Кабуки» началась. Правил здесь не существовало, за исключением «побеждает сильнейший». Гонщикам разрешалось делать все для победы, в том числе и повреждать автомобили друг друга.

...Эту гонку Идеал выиграла, но на финише ее встречали Тигриные Когти наряду с Зеленым Драконом, пребывавшим в очень, очень скверном расположении духа. «Время платить по счетам», - проскрежетал он, обнажая меч.

«Полегче, ты», - на пути Когтей выросли местные гангстеры и гонщики наряду с Гориллой. «Эта моя тачка», - бросил Дракон, указав на «Мизутани», но Горилла лишь плечами пожал: «Да ну? Не видел тебя за рулем».

Двое буравили друг друга взглядами, и Дракон, не желая ввязываться в конфликт, бросил приятелям: «Уходим». Дождавшись, когда Тигры уберутся восвояси, Горилла обернулся к Идеал, все еще остававшейся за рулем угнанного автомобиля, процедил: «Теперь ты моя сучка. А хорошая маленькая сучка повсюду следует за своим хозяином. Мы уходим – и ты с нами».

Горилла и его подельники привели девушку в «Закусочную Тома» неподалеку. Жуя бургер, Горилла обратился к Идеал, молвив: «Просто бизнес, чтобы ты не надумала себе. Играю без риска: Дракон проигрывает, я побеждаю. Осталось решить, что с тобой делать. Ты намеренно его тачку угнала? Знала, что мы впряжемся?» «Весь город знал», - отвечала Идеал. – «И я все делаю намеренно».

«Следовало бы посоветовать тебе валить к своим приятелям из полиции», - хмыкнул Горилла. «Это была гребаная подстава, Горилла!» - выкрикнула Идеал. – «Мы и понять не успели, что происходит, а по нам уже палили из всех стволов! Безо всяких предупреждений взял и полился свинец! Просто долбаная резня!» «Но выжила лишь ты одна», - резонно отметил Горилла. – «И вышла на свободу через 48 часов». «Потому что они хотели, чтобы все считали меня крысой!»

Протянув собеседнику чип, молвила девушка: «Вот. Причина, по которой я все еще жива». «Откуда он у тебя?» - заинтересовался Горилла, рассматривая изображенный на чипе символ. «У меня их несколько», - отвечала Идеал. – «Остались от отца. – «Копам было наплевать на то дельце и на мою команду – да и на меня. Им нужен Кикдаун».

«Ты сказала, что-то хочешь передать ему...» - Горилла буравил Идеал взглядом. «Копы стремятся к нему как мухи к дерьму», - молвила девушка. – «К нему и его прежней команде. Джереми Тейлор мертв, осталось лишь двое. Калибр... и ты». «Я популярен», - передернул плечами Горилла. – «Копы всегда смотрели в мою сторону. Но они видят лишь то, что я позволяю им видеть».

«Так полагаю, ты и о кроте их знаешь?» - осведомилась Идеал, скрестив руки на груди. Горилла изменился в лице, потребовал назвать имя крота, но девушка покачала головой: «Назову лишь Кикдауну». «Я не повторяю дважды», - глухо прорычал Горилла. – «Имя!» «Что, если это один из твоих приятелей-здоровяков?» - отозвалась Идеал. – «Откуда мне знать, что ты не окажешься слишком мягок, чтобы сделать то, что необходимо?»

Слышавшие это головорезы направили оружие на Идеал, но та не шелохнулась, продолжала смотреть Горилле в глаза. «Большая ошибка», - прошипел тот. – «Последствия весьма серьезны». «Крот внедрился глубоко – это все, что ты от меня услышишь», - процедила Идеал. – «Я хочу поговорить с Кикдауном. С глазу на глаз».

Горилла долго молчал, размышляя, но сдался: «Будь по-твоему... Мы обсудим это с Калибр». Головорезы отступили, опуская оружие, а Горилла продолжал: «И еще кое-что. Отдай мне ‘Мизутани’». «Что? Ты серьезно?» - изумилась девушка, и здоровяк кивнул: «Нужно отдать должок».

Идеал протянула ему портативное устройство для взлома, содержащее в памяти коды доступа к автомобилю. Горилла поднялся из-за столика, показывая, что разговор закончил, бросил напоследок: «Угон тачки Зеленого Дракона... отлично сработано. Может, все-таки есть в тебе что-то от твоего старика».

Идеал помрачнела, предавшись воспоминаниям. Люди любили Джереми Тейлора, он был душой любой компании. А его дочь... просто обманщица.

Покинув закусочную, Идеал заметила в переулке знакомый синий автомобиль... и двух мужчин, ее поджидающих. «Как прошло?» - без обиняков осведомились они. «Думаю, он купился», - отвечала девушка, удостоившись одобрительного: «Продолжай в том же духе».

Мужчины разместились в автомобиле, и вскоре тот исчез за поворотом. Гадала Идеал, удастся ли ей выбраться живой из передряги, в которую она умудрилась вляпаться...

Как и всегда, возвращаясь домой, Тифф купила стаканчик кофе для бомжа, обитающего по соседству, Майка. Тот девушку поблагодарил, и Тифф продолжила путь к жилищу... обнаружив, что дверной кодовый замок сломан, а дверь не заперта.

Выхватив пистолет, Тифф метнулась в спальню, где обнаружила посапывающую на своем матрасе Идеал. «Просыпайся, милаха», - бросила Тифф, и, когда Идеал пробудилась, поинтересовалась: «И какая теперь цена за твою голову? Достаточная, чтобы мне заново квартиру обставить?» «Позволь объя...» - начала Идеал, но Тифф прервала ее, выпалив: «Шесть месяцев от тебя ни слова! Даже ‘Пока, хорошо время провели!’ не было. И теперь ты вернулась, как будто ничего не произошло?»

«Еще я твои чипсы съела», - криво усмехнулась Идеал, и Тифф поморщилась: «Вижу, и колу выпила. Знаешь что? Исчезни на этот раз окончательно!» «Ты всегда такая перед утренним кофе...» - проворчала Идеал, поднимаясь с матраса и набрасывая курточку. «Зачем ты здесь, Идеал?» - потребовала ответа Тифф.

Подруга кивнула в сторону автомобиля, скрытого под брезентом, молвил: «Тачка нужна». «А, ‘Яйба’», - протянула Тифф. – «Я могла бы и догадаться». «Мы ей вместе занимались, не так ли?» - напомнила ей Идеал. – «И принадлежит она нам обеим». «А те полгода, пока тебя не было... считаются?» - огрызнулась Тифф. «И не мечтай», - хмыкнула Идеал. – «Половина моя».

«’Яйба’... не на ходу», - молвила Тифф, сделав глоток кофе. – «Заказала новый двигатель – еще не установила». «Мы купили тот двигатель», - напомнила девушке Идеал, и та парировала: «Когда его доставили, тебя уже здесь не было».

Покачав головой, Идеал направилась к машине, бормоча: «Оставь тебя на секунду... ‘Яйба’ без двигателя... через мой труп!»

Идеал принялась устанавливать двигатель, а Тифф поинтересовалась: «Скажи, зачем тебе ‘Яйба’?» «Забудь», - отозвалась Идеал. – «Не хочу тебя в это втягивать». «Она наполовину моя, помнишь?» - не отставала Тифф.

Поколебавшись, молвила Идеал: «Горилла устроит мне встречу с Калибр». «Она не из тех, с кем стоит связываться», - помрачнела Тифф, и осведомилась Идеал: «И почему же?» «Потому что Калибр еще та психопатка», - пояснила Тифф. «Ладно, не волнуйся за нее», - отмахнулась Идеал. – «У меня есть сведения, которые окажутся для нее интересны – прямиком от копов». «Интересные у тебя информаторы», - поморщилась Тифф. – «Весь город считает, что ты сдаешь своих. Не хотела верить этим слухам». «Все не так просто», - вздохнула Идеал, отводя взгляд. – «Играть на две стороны, использовать все ресурсы, чтобы Горилла и Калибр заговорили».

«Невероятно!» - всплеснула руками Тифф. – «Ты действительно ввязалась в это дерьмо!» «Когда тебя загоняют в угол, остается лишь рисковать», - отозвалась Идеал, завершая установку двигателя и захлопывая капот. «И ты выбрала две самые хреновые стороны, так?» - хмыкнула девушка. «Отступать уже поздно», - отозвалась Идеал. – «Они попросту прикончат меня».

Тяжело вздохнув, Тифф протянула подруге пистолет, бросив: «Забирай колеса – забудь о моей половине. Просто постарайся выжить».

...Разместившись за рулем автомобиля. Идеал вывела его из города – в сопредельные пустоши. Мыслями возвращалась она к двум годам, проведенным с Тифф. Вместе они собирали детали, делая из «Яйбы» мечту для любого гонщика.

И сейчас девушка самозабвенно дрифтовала в пустоши – на дороге, именуемой «Змеей» из-за ее извилистости. Отец Идеал всегда говорил: дрифт сродни медитации. Перемещает твое сознание в иное место. Рекорд отца на «Змее» Идеал побить не смогла до сих пор, хоть и пыталась.

Управляя «Яйбой», девушка вписывалась в резкие повороты дороги, а мыслями витала в прошлом. Когда полиция схватило ее, Идеал полагала, что ожидают ее непростые времена. Копам она не выдала никого. Сделку те предложили позже...

Однажды они и ее папашу взяли и закрыли на два года. После он рассказывал, что в тюрьме ему понравилось – познакомился там с весьма интересными личностями. А вот дочурку на два года оставил, что поделать... В тюрьме папаша и познакомился с Гориллой – боксером-чемпионом, и Калибр, одной из заправил «Мальстрёма», одно упоминание о которой ввергало в ужас половину населения Уотсона. После освобождения к ним примкнул Кикдаун – гениальный технарь, бесследно исчезнувший несколько лет спустя.

Однако Идеал была полна решимости его отыскать. Горилла – лучшая ее зацепка в этом начинании.

В настоящее время он тренировал бойца по прозвищу «Бунтарь»; настоящее имя – Риота Ояма. В своем весе он непревзойденный чемпион, каждый бой за ним остается. Прежде состоял в банде Животных. Скоро Бунтарю предстоит бой с бойцом из Тигриных Когтей, и он усиленно тренировался... Идеал знала, что Бунтарь прикупил себе новую тачку, «Квадра Турбо-Р». Горилла хотел преподать Бунтарю урок, показав, что нельзя сменить банду безо всяких последствий. Он хотел голову Бунтаря на блюдечке, и Идеал пришлось принять участие в этом замысле.

Механик Бунтаря, Искра, установила в автомобиле программу, где на карте отмечались места проведения нелегальных уличных боев. И, поскольку Искра была в огромному долгу перед Тифф, изменила координаты в машине Бунтаря. Они приведут незадачливого боксера прямиком к Горилле.

Идеал из-за угла наблюдала за Бунтарем, покинувшим тренировочный зал, устремившимся к автомобилю. Однако на имплант здоровяка поступил вызов от одного из подельников, и Бунтарь устремился в ином направлении, ибо возникло у него некое неотложное дело. Девушка услышала произнесенное Бунтарем имя: Тони.

Выругавшись с досады, Идеал метнулась в переулок, где оставалась припаркована «Яйба». Похоже, придется импровизировать...

Девушка пропустила первый удар дубинкой по голове, распласталась на земле, но – к счастью – сознание сохранила, лицезрев приближающихся к ней двух головорезов. Схватив валяющуюся поблизости пустую бутыль, Идеал разбила оную о голову одного из них, «розочку» же вонзила в шею второго.

Теперь, когда проблемы боле не существовало, следовало вернуться к вопросу Бунтаря. Тони – в Найт-Сити есть при автомеханика с таким именем. Первый проживает в Санто, второй в Хейвуде, но он якшается с Животными, так что Бунтарю туда путь заказан. А вот третий Тони – из западного Уотсона, любитель бокса и азартных игр.

В этот час на улицах города машин предостаточно, и Идеал, всецело сосредоточившись на управлении «Яйбой», мастерски обходила пробки, отчаянно надеясь успеть добраться до мастерской Тони вовремя. Активировав имплант связи, она вызвала Тифф, заявив: «Я не могу позволить парню в красной машине – ‘Квадра Турбо-Р’ – добраться до гаража Тони в западном Уотсоне. Знаешь, где это?» Тифф вопросов задавать не стала, просто произнесла: «Недалеко. Сажусь в машину». «Я думала, что буду одна», - с облегчением призналась Идеал, и бросила Тифф: «Знаю. Ты всегда так думаешь».

Тифф не придумала ничего другого, кроме как на полном ходу врезаться в автомобиль Бунтаря. Подоспевшая Идеал убедилась, что с подругой все в порядке, а после ударила ногой в висок пытающегося выбраться из перевернувшейся «Квадры» боксера. Связала ему руки, после чего затащила тушу на заднее сидение «Яйбы», направила автомобиль прочь из города – к неприметному зданию в пустошах, где должна была состояться встреча.

Один предатель везет другого для свершения возмездия – пронеслась в разуме девушки невеселая мысль. Интересно, зачем Горилле это понадобилось?.. Прежде в подобных жестах он замечен не был...

Некогда и отец ее был в подобном ужасном положении. Один парень вел машину, второй ожидал в месте назначения. Был ли он в сознании в тот момент? Кто знает?.. Возможно, надеялся выпутаться из этой истории – всегда прежде ведь выпутывался... Считал, что кто-то спасет его в последний момент... До самой смерти оставался оптимистом... Слишком доверял людям – Идеал его ошибки не повторит...

Девушка остановила машину у здания, выступили из которого Горилла и двое его подручных. Последние вытащили Бунтаря из автомобиля, и Горилла бросил Идеал: «Свяжусь с Калибр, скажу, что ты надежна и с тобой можно встретиться. А сейчас уезжай. Зрелище станет отвратительным очень скоро». «Подожди, Горилла... а у него есть дети?» - выдохнула Идеал, и здоровяк нахмурился: «Не знаю. Это важно?» «Нет», - отвечала Идеал, забралась в машину, не желая наблюдать за тем, как с Бунтарем будут жестоко расправляться...

...У жилища Тифф Идеал зрела автомобиль Когтей. Схватив пистолет, бросилась к нему... лицезрев на сидениях мертвые тела двух головорезов. Кто же пришил их?..

«Наша любимая девочка!» - из теней выступили знакомые Идеал копы. – «Тяжелый день, да?.. Это тебе небольшой подарок от полиции Найт-Сити. Больше Тигриные Когти тебе проблем не доставят. Мы заботимся о своих. И ждем результатов. До скорого».

Двое устремились прочь, и Идеал проводила их взглядом, не зная, что остающаяся в доме Тифф внимательно наблюдает за нею...

Идеал находилась в клубе, контролируемом мальстрёмовцами. Головорезы Калибр велели ей оставаться здесь, и на протяжении нескольких последующих часов девушка вынуждена была слушать сомнительные вибрации местных рейв-исполнителей.

За это время произошло несколько потасовок между завсегдатаями. Два трупа, как результат. Идеал безразлично наблюдала за тем, как мальстрёмовцы тащат мертвецов к выходу из клуба. Навряд ли кому-то из присутствующих здесь не наплевать на безвременно усопших.

Неподалеку от Идеал у стойки бара расположился блондин – знакомое лицо, гонщик из Санта-Доминго. Один из лучших, кстати говоря. И, судя по тому, как нервно он себя ведет, тоже ожидает Калибр.

Идеал вздохнула: она знала лишь одного человека, который был способен ладить с напрочь отбитыми личностями в руководстве «Мальстрёма». Джереми Тейлор считал членов банды бешеными псами, но признавал: никто так искусно не способен перебивать кузовные номера, как они. Так Джереми и Калибр стали партнерами по бизнесу – и приятелями. Калибр была мозгом всех их совместных операций, а Джереми и Горилла просто стояли рядом и кивали. А когда трое угодили за решетку, половина тюрьмы ела с ладоней Калибр. Она упивалась властью – и была донельзя опасна.

В эти дни Калибр восседала на троне «Тотентанца» - одного из высочайших небоскребов в Уотсоне. И всякий знает: тот, кто контролирует «Тотентанц», управляет «Мальстрёмом». Не будь Калибр гангстером, она наверняка достигла бы немалых высот в политике.

В зал проследовала Калибр, сопровождаемая своими верными головорезами, и Идеал поспешила окликнуть ее: «Калибр, я...» «Знаю, кто ты», - отозвалась та, направляясь прямиком к блондину. – «Знаю, что ты ждешь меня. И продолжишь ждать». «Я уже час жду!» - воскликнула Идеал. «Значит, будешь ждать дальше, пока важные люди не завершат свои дела», - прозвучал ответ. «С моим отцом ты так бы не стала говорить!» - не сдержалась Идеал, и Калибр смерила ее взглядом: «Хочешь получать то же уважение, что и твой отец? Его нужно заслужить. А теперь отвали, маленькая угонщица. У меня дело к моему водителю».

Идеал нахмурилась, и, приблизившись к блондину, протянула ему руку: «Удачи». Тот недоверчиво пожал руку... и Идеал резким движением сломала ему запястье.

«Не думаю, что он сможет водить – запястье сломал», - бросила девушка Калибр, наблюдавшей за ней со скрещенными на груди руками. – «Несколько недель не сможет за руль держаться – и даже хром не поможет. Не повезло парню...» «Не повезло...» - согласилась Калибр. – «Это должно было впечатлить меня?» «Должно быть», - подтвердила Идеал, протягивая женщине руку. – «Сработало?» «Мое доверие тоже нужно заслужить», - отозвала та, проигнорировав жест Идеал. – «Затем, возможно... и это еще большой вопрос... ты станешь моим водителем в Битве за Уотсон».

Вернувшись к Тифф, Идеал первым делом крепко поцеловала ее.

«Я так понимаю, с Калибр все прошло хорошо?» - промурлыкала Тифф. «Как нельзя лучше», - улыбнулась Идеал, раздевая любимую. – «Сука попыталась нагнуть меня, но я показала ей, что со мной следует считаться».

«Идеал, подожди», - выдохнула Тифф, когда Идеал увлекла ее на кровать. – «Я видела тебя с копами. Теми, которые перебили за тебя Тигров». «Я ведь говорила – играю на обе стороны», - напомнила ей Идеал, попыталась было объяснить Тифф детали, но та покачала головой: «Не нужно ничего объяснять. Я отдала тебе ‘Яйбу’ и свое доверие... Я здесь ради тебя. И почему мне всегда нравятся плохие девочки?»

Дальнейшие разговоры были излишни; в конце концов, постели – в большинстве своем – предназначены не для них...

В последующие недели Калибр передавала Идеал координаты мест, в которых проводились уличные гонки. Девушка принимала в них участие – и выигрывала. Во всех, до единой. Отец научил ее одному-единственному правилу в гонках: «До тех пор, пока ты побеждаешь, дольше, чем любовь зрителей, живет их прощение».

Размышляя об этом, Идеал вела автомобиль... когда дорогу перегородила полицейская машина, выступили из которой два знакомых копа. «Выйти из машины», - потребовал один из них, Джонс. «Мне и тут хорошо», - огрызнулась Калибр, не понимая, что за игру ведут эти двое. «Я сказал – выйти!» - рявкнул Джонс, вытаскивая пистолет из кобуры.

«Какого хрена, Джонс?» - бросила Калибр, выбираясь из машины. «Обычная проверка», - холодно отчеканил коп. – «Хватит болтовни. Руки на капот, ноги раздвинуть». «Пошел нахер, свинья!» - разозлилась девушка, но напарник Джонса, затянувшись сигаретой, тихо произнес, прожигая Идеал недобрым взглядом: «Детектив Джонс отдал тебе приказ».

Кипя от гнева, Идеал подчинилась, опустила руки на капот, и Джонс, приблизившись к ней вплотную, прошипел: «Никто бы и слезинки не пролил, если бы я прикончил тебя. О папаше твоем никто не всплакнул».

Резко обернувшись, Идеал ударила офицера головой в лицо, сломав ему нос, а после, подобрав выроненный Джонсом пистолет, направила его на незадачливого детектива. Напарник Джонса взял Идеал на прицел, но нажимать на курок не спешил. «Ну, чего ждешь?» - бросила ему девушка. – «Пристрели меня, и никогда не доберешься до Кикдауна!»

Полицейский опустил пистолет, и продолжала Идеал: «Никто не этой планете не способен так умело обратить навыки в исходный код, как он. Гонщики получают свои программы от Кикдауна, и копам за ними не угнаться».

«Думаешь, нам это нужно?» - процедил Джонс, принимая из рук Идеал свой пистолет. – «Представь, что на этих чипах они запишут навыки спецназовцев. Да они банк сорвут!» «Джонс, машина», - коротко бросил старший, и Джонс устремился к автомобилю Идеал, и, разместившись на водительском сидении, принялся за установку устройства.

«Успокойся», - бросил встревожившейся девушке его напарник. – «Мы остановили тебя, чтобы поделиться небольшим подарком. Никакие сканеры его не обнаружат. Когда обнаружишь цель и окажешься рядом с нею, просто нажмешь на кнопку, и мы сделаем свой ход. У тебя неделя, Идеал. И ни дня больше».

С этими словами полицейские проследовали к своему автомобилю...

Наступила ночь Битвы за Уотсон – решающей гонки, которая определит чемпиона. Собравшаяся публика приветствовала Идеал, уверенная в том, что та вновь посрамит Рирвью и выйдет победительницей.

Выйдя на связь с Калибр, Идеал сообщила той, что готова выиграть Битву за Уотсон. «Моя девочка», - прозвучал ответ. – «Ты придешь к финишу второй. Никаких инцидентов, фальшивых поломок. Просто проиграешь. Второе место. Деньги на первом месте – всегда!» «Мой отец... никогда бы на такое не согласился», - зло прорычала Идеал, ощущая, как рушится ее мир. «Ты - не твой отец», - напомнила собеседнице Калибр.

Разместившись в автомобиле, Идеал загрузила в память навыки Кентаро Ёшиды, чемпиона нелегальных уличных гонок Токио.

Битва за Уотсон началась. Машины сорвались с места. Идеал была настроена на победу. Еще две недели назад все хотели в гробу ее видеть, теперь же, видя ее тачку, знают: они обречены на поражение. Наконец-то она снова стала... кем-то – не предательницей и не крысой. И это продлится ровно до тех пор, пока она побеждает.

Однако... у финиша Идеал притормозила, и гонку выиграла Рирвью. «Отец никогда бы не пал так низко», - сознавала Идеал, не в силах наблюдать разочарованные взгляды публики, еще недавно свято верившей в ее победу. Многие сделали ставки на нее, и сейчас были донельзя злы.

Тифф подошла к подруге, обняла ее, шепнула: «Прожуй это, выплюни и двигайся дальше». «Подожди в машине», - оборвала ее Идеал, заметив приближающуюся Калибр. «Умный поступок», - бросила та гонщице. – «Смотри и учись – именно так ты остаешься в высшей лиге». «За мной счет», - злилась Идеал. «Зато ты заслужила мое доверие», - безразлично пожала плечами Калибр. «Не могу сказать, что ты заслужила мое», - парировала девушка, на что Калибр отмахнулась: «Повзрослей уже! Ты пытаешься следовать по стопам отца, но ты и близко не Джереми. Возможно, именно поэтому ты еще жива, а от него остались лишь прекрасные воспоминания».

Калибр устремилась прочь, и Идеал крикнула ей в след: «А ты ничего не забыла? О нашей сделке?» «Ты получишь сообщение», - обнадежила ее та.

Пребывая в расстроенных чувствах, Идеал разместилась на водительском сидении; горечь поражения туманила разум. «На секунду я подумала...» - выдавила она, и Тифф, коснувшись плеча подруги, мягко произнесла: «Забудь. Не бери в голову. Она выводит из равновесия всех – и ты не исключение».

На имплант Идеал поступило голосовое сообщение. «Слыхал, ты разыскиваешь меня», - прозвучал в разуме девушки голос Кикдауна...

Осторожно выглядывая в окно, Тифф наблюдала, как ее подруга общается с парой отвратных копов, захаживать которые к ней стали слишком уж часто. Если задать вопрос любому жителю Найт-Сити о том, какая банда города самая безжалостная, ответ будет очевиден: полицейский департамент. Конечно, кто-то скажет, что «Мальстрем», иные назовут Животных... Они просто не знают, что самые грязные твари – те, у кого при себе жетоны! Ублюдки, возомнившие себя богами, считающие, что им все позволено! Хотя... порой так и есть...

Похоже, встреча прошла не очень хорошо; Тифф видела, как Идеал и офицеры кричат друг на друга. И, как только подруга ее вернулась в дом, сразу же заявила: «Собирай вещи». «Что произошло?» - озадачилась Тифф, видя, как взбешенная Идеал хватается за пистолет, проверяя, заряжен ли он.

Идеал долго молчала, а после бросила, глядя в сторону: «Время собраться у тебя лишь до полуночи. Справишься?» «Взять всю мою жизнь, запихать ее в сумку и проститься с Найт-Сити за несколько часов?» - отозвалась Тифф. – «Да легко!»

Заявив, что подберет подругу на углу ближайшей улицы, Идеал выскользнула за дверь, и, заняв место за рулем автомобиля, вывела его за пределы города, в пустошь. Она всегда гадала: когда ситуация казалась безвыходной, приезжал ли сюда ее отец, чтобы подумать обо всем?.. Дорога, ведущая на это плато, была донельзя извилиста, и Идеал не могла побить рекорд отца, как ни пыталась. Четыре минуты, тридцать секунд и сорок четыре миллисекунды. Каждый раз, обращаясь мыслями к отцу, Идеал вспоминала о том, как он был убит.

Вздохнув, девушка сосредоточилась, направила машину на дорогу, извивающуюся в предгорьях... Итог – четыре минуты тридцать две секунды и пятьдесят миллисекунд. Снова недостаточно.

...В назначенный час Идеал проследовала к дверям «Тотентанца», передала охранникам-мальстремовцам пистолет. Ухмыляясь, головорезы провели ее внутрь – в помещение, находились в котором Горилла, Калибр... и Кикдаун. Последний приставил пистолет к виску девушки, бросил: «У тебя глаза отца».

«Какого хера, Калибр?!» - выкрикнула Идеал. – «Я думала, мы договорились». «Я слово сдержала», - отозвалась та. – «Ты хотела встречи с Кикдауном – ты ее получила». «Проблема в том, Идеал, что история, которую ты нам скормила, доверия не вызывает», - процедил Горилла, буравя девушку тяжелым взглядом.

«Ты обещала выдать нам крота», - добавил Кикдаун. – «Что и сделала. Выдала себя». «Поздравляю», - саркастически бросила Идеал, продемонстрировала троице чип. – «Знаете, что это? Передатчик, который передали мне копы. Нажму на кнопку – и они тут все стены сокрушат незамедлительно. Выбор за вами».

Троица лидеров «Мальстрема» безмолвствовала, оценивая ситуацию. «Офицеры Джонс и Ортиз прикончили членов моей команды, втоптали в грязь мое имя, заставив весь Найт-Сити считать меня предательницей», - продолжала говорить Идеал. – «Притвориться, что работаю на них, было для меня единственным способом вернуть свое доброе имя».

«Что им от меня нужно?» - потребовал ответа Кикдаун, не спеша опускать пистолет. «Твои щепки», - отвечала девушка. – «Хотят, чтобы ты записал на них гибельные навыки спецназовца, чтобы продать их на черном рынке». «И сделать это так, чтобы ‘МаксТаки’ не узнали?!» - поразилась Калибр. – «Это чертовски рискованно!» «Они хотят, чтобы Кикдаун стал для них курицей, несущей золотые яйца», - продолжала Идеал. – «Если, конечно, у вас нет на этот счет иного мнения. Я уже давно хочу вокруг и около тебя, Кикдаун. Сдавать тебя я никогда не собиралась, но, будь на моем месте кто-нибудь другой, ты бы уже стоял на всех четырех».

Коротко кивнув, Кикдаун вернул пистолет в кобуру, обратился к девушке: «Но зачем идти против полицейских? Они вед не простят и не забудут». «Потому я не сдаю своих», - прорычала Идеал зло. – «Потому что хочу поступить правильно. Потому что, когда мой отец оказался в дерьме, никто не протянул ему руку помощи. Никто из вас».

Трое мальстремовцев угрюмо молчали, переглядываясь. Наконец, Кикдаун вздохнул, проронив: «Я ошибался. От отца у тебя не только глаза».

«Парочка грязных ублюдков считает, что может поиметь нас?!» - рассвирепел Горилла. – «Я возьму этот передатчик, соберу ребят, и мы им руки вырвем!» «Мертвый офицер – тоже проблема», - напомнил ему Кикдаун, но Горилла отмахнулся: «Проблем у нас всегда с избытком – подумаешь, еще одна. Мы все еще живы, так?»

«Хватит с меня», - заявила Идеал. – «Копы уже прижали меня однажды. Не хочу рисковать повторением этого. Я слила вам информацию – теперь должна исчезнуть, залечь на дно на одной из ферм кочевников неподалеку от Найт-Сити». «Да, свою роль ты сыграла», - согласился Горилла. – «Джереми гордился бы тобой. Когда вернешься, я угощаю!»

«Я не вернусь», - отвечала девушка, устремляясь к выходу. – «Удачи вам с копами. Особенно тебе, Кикдаун. Во второй раз твою задницу спасать не стану».

...Киндаун спустился к автомобилю вслед за Идеал, и по лицу мальстремовца девушка поняла его намерения. «Ты знаешь, что прыгнул выше головы и хочешь убраться из Найт-Сити», - заключила она. – «Что ж, твой экипаж ждет. Сколько у нас времени до того, как Горилла активирует передатчик?» «Два часа», - отозвался Кикдаун, размещаясь на пассажирском сидении.

Ровно два часа спустя Горилла активировал передатчик на отдаленном пустыне, где собрались лучшие бойцы банды. «Копов должно быть двое», - инструктировал Горилла подельников. – «Возможно, приведут с собой подкрепление. Как только появятся – налетаем на них и обнуляем».

Идеал вела автомобиль по городским улицам – к магистрали, ведущей из города.

«Возможно, это и к лучшему – оставить Найт-Сити позади», - протянул Кикдаун. – «Твои кочевникам можно доверять?» «Семья Рамос», - отвечала Идеал. – «Укрывала меня полгода – теперь твоя очередь». «Лучше это, чем парочка грязных копов...» - начал мальстремовец, и Идеал прервала его: «Или обнуление – как в случае моего отца». «Да... как в случае твоего отца», - вздохнул Кикдаун. – «Удача... оставила его. Связался с неблагонадежными типами, за что в итоге и поплатился».

Мимо пронеслись полицейские машины, но Идеал даже не взглянула на них, продолжая управлять автомобилем. «Он считал, что харизма и ум делают его неприкасаемым», - продолжал Кикдаун. – «Но, как оказалось... нет. Но никто и близко не мог сравниться навыками вождения с твоим отцом. Ни тогда, ни сейчас». «Да, это так...» - прошептала Идеал. – «Удача оставила... именно так». «Я очень скучаю по Джереми», - признался Кикдаун. – «Часто я вижу его мимолетные образы...» «Он считал тебя своим лучшим другом», - бросила Идеал в ответ.

Она вывела автомобиль за пределы Найт-Сити, и вскоре остановила близ какого-то неприметного здания в пустошах. «За мной должок», - Кикдаун протянул девушке руку, а та кивнула в сторону двух приближающихся к машине фигур: «Это за тобой».

Остающаяся в «Тотентанце» Калибр пыталась связаться с Гориллой, но тот не отвечал. Встревоженная донельзя, женщина обратилась к подельникам, молвив: «Если копы справились с Гориллой, здесь они могут оказаться в любую минуту. Собираемся и сваливаем».

Не ожидали Горилла и рассредоточившиеся по периметру пустыря мальстремовцы, что полицейские автомобили, остановившиеся в центре площадки, окажутся лишь приманкой.

Над пустырем завис аэродин, и спецназовцы, ведя прицельный огонь, расстреливали головорезов. Горилла погиб... а Калибр пережила его лишь на несколько минут: пуля снайпера прошила ей голову у выхода из здания...

Офицеры Джонс и Ортиз, выдававшие себя за кочевников, без лишних церемоний вытащили опешившего Кикдауна из автомобиля. «Идеал?.. Что?..» - проблеял мальстремовец, но девушка угрюмо молчала, глядя в сторону.

«Я гадал, примешь ли ты верное решение», - обратился к ней Отриз. – «И все же ты здесь. Были сомнения?» Идеал не ответила, и полицейский понимающе кивнул: «Ты права. Не мое дело... И последнее. Я так понимаю, ты осознаешь, как все случилось. Нет свидетелей, нет выживших».

«Ни единого», - мрачно согласилась Идеал.

Тифф ждала подругу в заранее оговоренном месте.

Мимо пронеслась машина, и тот, кто находился в ней, в упор расстрелял девушку...

Жизнь Идеал утратила всякий смысл.

Она пристрастилась к выпивке, став одним из множества безликих призраков Найт-Сити.

«Удача оставила его», - то и дело воскресали в памяти слова Кикдауна. Нет, не в этом было дело. Ее отец был слишком мягок и доверчив, за что и поплатился.

Она же совершенно не такая...

Год 2077. Отряд психов

Аэродин «МаксТака» приближался к зданию небоскреба, в котором пятерым спецназовцам, принадлежащим к отряду «СПАР Дельта», предстояло провести непростую операцию. Размещалась в здании корпорация «Пресайнс солюшнз», специализировавшаяся на инновационных оружейных разработках для «Милитеха». Крутились здесь огромные деньги, и офисные помещения выступали апогеем роскоши.

Конечно, корпорация наняла в штат одного из лучших нетраннеров, дабы обеспечивал тот безопасность данных, ведь малейшая утечка могла повлечь за собой гигантские убытки.

«Только представьте себе, под каким огромным психологическим давлением мог находиться этот нетраннер», - инструктировала подначальных лейтенант Мейсон. – «Он вынужден дышать киберпространством все 24 часа в сутки. Он не в силах выйти оттуда и в итоге сходит с ума, обращаясь в киберпсиха. Имя этого парня – Крис Тайбурн. Ему 32 года, и, согласно донесениям, он гениальный хакер. Но все это неважно, так как сегодня Тайбурн захватил все системы ‘Пресайнса’ и прикончил около половины из ста пятидесяти сотрудников корпорации. Нам приказано проникнуть внутрь и разорвать его контракт».

Обратившись к новенькой, восторженно ловящей каждое ее слово, добавила Мейсон: «Хук, это твое первое задание. Знаю, в некоторых отрядах поощряются любые жертвы ради цели, но в ‘СПАР Дельте’ мы стараемся действовать чисто. Защищаем гражданских, устраняем киберпсиха». Девушка кивнула, и, улыбнувшись напарникам, заявила: «Это честь и привилегия – взрывать головы вместе с вами!» Степовик улыбнулся, а Мат помрачнел: уж слишком остра на язык эта новенькая!..

Боуден отыскал небольшую брешь в защитных системах здания, контролируемых Тайбурном. Пятеро спецназовцев покинули аэродин, ступили в здание «Пресайнс солюшнз», где были атакованы защитными дронами, взломанными нетраннером. Все механические системы здания контролировались Тайбурном и были брошены против незваных гостей – даже роботы-уборщики.

«Приятно сознавать, что корпорация прибегает к чистоте ради убийства людей!» - бросил Степовик, стреляя по одному из подобных роботов. «Не притворяйся, Степовик», - пропела Хук, противостоя множеству дронов и ботов. – «Ты любишь убивать – так же, как и я!»

Степовик выстрелил в дрона, зависшего над Хук, и девушка усмехнулась: «Мы станем с тобой лучшими друзьями!»

«Она провоцирует тебя, Степовик», - обратился к напарнику Мат. – «Кураж первого дня. Не ведись на это».

Крис Тайбурн удаленно наблюдал за прорывающимися к его кабинету спецназовцами, одним ухом слушая репортаж, где приглашенная гостья выступала адвокатом киберпсихов, утверждая, что «МаксТаки» не считаются с жертвами среди мирного населения. Ведущий возражал ей, доказывая, что спецназ – подразделение, сталкивающееся с тяжелейшими вызовами и ежедневно принимающее решения, цена которых – человеческие жизни...

Регина доказывала, что, если верить слухам, те киберпсихи, которые каким-то чудом выживают, пополняют спецотряд «МаксТака», который так и называется: «Отряд психов». Возможно, жителей Найт-Сити защищают самые опасные из обитателей города...

Десятки сотрудников корпорации, кибермозг которых находился под контролем нетраннера, набрасывались на пятерых спецназовцев со всех сторон, и те хладнокровно расстреливали обреченных.

«Это и есть те корпы, которых нам следует защищать, лейтенант?» - не удержалась Хук. – «Будет весело, когда они выбегут на улицы и начнут рвать лица гражданским». «Мы этого не допустим, Хук», - отозвалась та. – «Когда с Тайбурном будет покончено, они вновь станут самими собой».

Нетраннер заметил Боуден, сжег системы его терминала, позволявшие вести наблюдение за происходящим в здании. Спецназовцы были слепы – в отличие от их противника!..

«Скажи, где он, Боуден», - потребовала Хук, входя в кураж, жестоко кромсая клинками корпоратов. – «Я прорублю путь к нему». «Я говорила о том, что это не наши методы, Хук», - оборвала ее Мейсон, стараясь вырубать противников прикладом винтовки.

Один из корпоратов метнулся к спецназовцам, срывая чеку с гранаты. Прозвучавший взрыв разметал по коридору как полицейских, так и их противников. Мейсон, оказавшаяся в эпицентре, была мертва...

Нетраннер продолжал попытки взлома киберсистем спецназовцев. Хук лишилась зрения, Степовик утратил контроль над правой рукой, набросился на Мата. Боуден лихорадочно пытался восстановить киберсистемы напарников, оградить те от внешнего воздействия... но не преуспел в этом: кибергмозг его оказался сожжен...

«Минус два», - мрачно резюмировал Мат, озираясь по сторонам. – «Где Хук? И почему вдруг стало так тихо?» Они со Степовиком остались вдвое в комнате.

Выглянули в коридор, заваленный трупами, а вскоре обнаружили Хук, донельзя довольную собой. «Семьдесят пять сотрудников», - резюмировал Мат. – «Скольких ты не прикончила, Хук?» «Я недавно усовершенствовала свои импланты кибераудио», - отозвалась девушка. – «Да, меня лишили зрения, но я слышала их сердцебиение. Они направлялись к дверям. Нельзя было допустить, чтобы они вырвались из здания. И я знала, что, если продолжу резать противников, пока звуков сердцебиения не останется, один из них окажется им».

Она с гордостью продемонстрировала напарникам отсеченную голову Криса Тайбурна, ухмыльнулась: «Цель нейтрализована. Мир на Земле восстановлен. Да благословит Господь каждого из нас!»

На следующий день Степовик колотил грушу в тренировочном зале, пытаясь избавиться от преследовавших его видений ночного кошмара. В нем он шел среди трупов, а те щерились ему в лицо, вещая: «Помнишь, что ты сделал с нами? Хук была права. Тебе это нравится. Помнишь, что натворил, Степовик?»

Боец с такой силой ударил грушу, что та лопнула и песок просыпался на пол.

«Да, вчера дело было дрянь», - согласился Мат, приближаясь к напарнику. «Чего тебе, Мат?» - бросил тот, и отвечал Мат: «Я заглянул в медицинскую карту Тайбурна. Всю свою жизнь от страдал от ужасающих ночных кошмаров. ‘Пресайнс’ заставляли сотрудников перерабатывать, и нетраннеру приходилось по 18 часов оставаться на смене. Дома – новорожденный. Проблемы с деньгами. На прошлой неделе он установил себе имплант, подавляющий сон, чтобы иметь возможность продолжать работать. А вчера оставил уведомление о том, что продуктивность должна улучшиться на сорок пять процентов. Они давили и давили на него – до тех пор, пока у него не осталось иного выбора, кроме как перегрузить свой мозг хромом».

«Но они ведь заплатили за это в итоге?» - мрачно осведомился Степовик, и Мат отозвался: «Как и он сам. И его семья». «Но теперь все это неважно, верно?» - уточнил Степовик. – «По пролитому молоку не плачут». «Важно», - не согласился Мат. – «Должно быть важно. Хук вышла за пределы дозволенного. Я хочу... написать жалобу. Думаю, если мы сделаем это вместе с тобой, власть имущие ее рассмотрят. Хук олицетворяет все то, чем мы быть не должны. Может, она и не киберпсих... но просто псих, это уж точно».

Услышав предложение начальника, комиссара Фолтера, Хук не смогла скрыть радость.

«Конечно же, я принимаю его!» - пропела она. – «Мы с лейтенантом Мейсон успели сдружиться. Я была рада отомстить за ее гибель и сделаю все, чтобы почтить ее наследие. И лучший способ это сделать – уничтожить всех без исключения киберпсихов в Найт-Сити. Для меня будет честью возглавить отряд ‘МаксТака’ ‘СПАР Дельта’!»

Грузовые автомобили, перевозящие предметы роскоши, были атакованы в пустошах киберпсихом.

Над пылающими машинами завис аэродин, и четверо спецназовцев спрыгнули вниз, устремившись к намеченной жертве. Хук отсекла киберпсиху импланты, заменяющие руки и ноги, ухмыльнулась, весьма довольная собой.

«Я пристрелю его, Хук», - Степовик направил автомат на поверженного, но Хук отчеканила: «Назад, Степовик! Это приказ».

Велев напарникам приблизиться, Хук обратилась к ним, молвив: «Это уже четвертый конвой, атакованный киберпсихом за последние две недели. Призраки выносили товары прежде, чем команды быстрого реагирования успевали прибыть. Вы можете объяснить, что здесь происходит?»

Риттер – новичок в отряде «СПАР Дельта» - предположил: «Наш противник использует киберпсиха как оружие». «Начиняют самое слабое звено банды кибернетикой», - осклабилась Хук. – «Обращаюсь его в ходячий танк. А если он сходит с ума и превращается в киберпсиха? Никаких проблем. Просто нужно указать ему, куда следует нанести удар, и сматываться. После чего вырубить его с помощью необходимых команд на уровне кода и вновь привести в чувство в тот день, когда через их территорию будет следовать очередной конвой. Отличный план... до тех пор, пока паренька не отделал отряд спецназа. Теперь остается ждать, пока они явятся за ним».

«А почему ты считаешь, что они не спишут его со счетов?» - поинтересовался Мат, которого тирада выскочки, неожиданно обретшей лейтенантские погоны, ничуть не впечатлила. – «Товары, которые они надеялись заполучить, уничтожены». «Я так понимаю, ты хотел спросить ‘А почему ты считаешь, что они не спишут его со счетов, лейтенант?’» - отчеканила Хук. «Да, лейтенант Хук», - отозвался здоровяк, не желая лезть на рожон.

«Нам следует предположить, что они мониторят его биометрию», - растолковала Хук подначальным, оборачиваясь к предгорьям. – «И они знают, что он остается жив. Знают, что он все еще здесь. И подумайте о дорогущем хроме, которым они начинили его. Думаете, банда Призраков готова просто взять и забыть обо всем этом? Нет, они ждут. Наверняка уже наблюдают за нами. Знаю, что мы здесь одни. Они находятся в скалах – на более выгодной позиции. Уверены, что смогут справиться с нами».

Лишенный конечностей киберпсих продолжал орать, и Хук затолкала ему в пасть хромированную руку, заставив замолчать. «Нам нужно лишь набраться терпения», - шепнула она напарникам, зная, что Призраки внимательно наблюдают за каждым их шагом.

Шло время. Бандиты не нападали. Киберпсих что-то мычал. Степовик задумчиво глядел на обреченного.

«Степовик», - бросил Хук солдату, - «ты можешь сколько угодно разглядывать психа столь сочувственно, но ответной любви от него не добьешься». «Лейтенант... со всем уважением... но наше задание ни в этом», - осмелился выдавить Степовик. – «Нам было приказано взять киберпсиха под стражу». «Мы – ‘Отряд психов’ Найт-Сити, Степовик», - бросила Хук, указав в сторону виднеющихся вдали небоскребов. – «Наша работа – не позволить им захватить город. Эти Призраки в пустошах создают киберпсихов. И мы остановим их. А теперь – мать твою! – возьми себя в руки!»

Степовик присел на валун рядом с Матом, шепнул напарнику: «Он горит на солнце. Это пытка, Мат». «Да, Хук – садистка», - отозвался тот, передавая приятелю флягу с водой. – «Так она выпускает пар. Если бы она не умела выслеживать киберпсихов, то стала бы гребаным серийным убийцей. Но вместо этого комиссар сделал ее нашим лейтенантом... Возможно, киберпсих не чувствует боли. Некоторые ученые утверждают, что киберпсихи неспособны чувствовать так, как мы». «Это пропаганда корпов», - отмахнулся Степовик. – «Все они чувствуют».

Риттер предположил, что Призраки станут дожидаться ночи, чтобы напасть. Хук велела Степовику дать киберпсиху немного воды, и солдат опешил: «Что?» «Тебе же так жаль этого бедного милого киберпсиха», - прошипела лейтенант, осклабившись. – «Дай ему воды, сердобольный ты наш».

Степовик нахмурился: ему придется выйти из укрытия, предоставляемого скалами, на открытое пространство. «Если Призраки наблюдают за нами, они изрешетят меня в считанные секунды!» - возмутился он. «Снова ставишь под сомнения приказы лейтенанта?» - пропел Риттер, мерзко ухмыляясь и протягивая Степовику автомат. «Вот, Риттер – командный игрок», - одобрила Хук действие новичка.

«Я тебя прикрою», - обещал надевающему на голову шлем Степовику Мат. – «Если, конечно, тебя не прикончат раньше Хук на потеху».

Степовик приблизился к распластавшемуся на писке телу киберпсиха, поднес флягу к его губам: «Пей!» «Это я сделал?» - неожиданно выдавил тот, приподняв голову и взирая на догорающие остовы грузовиков. – «Не помню. Имени своего не помню. Как меня зовут?» «Понятия не имею», - отозвался Степовик. – «Мы не выясняли. Пей давай. Медленно».

«Сложно мысли удержать», - глаза киберпсиха наполнились слезами. – «Я... все еще я? Я... боюсь».

Спецназовцы велели Степовику отступить, вернуться в укрытие. Киберпсих взвыл, на губах выступила пена... а на вершине ближайшей скалы показались вооруженные головорезы – Призраки!

Обе стороны открыли огонь на поражение. Степовик распластался на земле, выбрав в качестве сомнительного укрытия тушу обездвиженного киберпсиха. Последний извернулся, схватил Степовика зубами за щиколотку.

Не обращая внимания на перестрелку, Риттер сосредоточился на портативном компьютере, с помощью которого взламывал он импланты противников.

Хук метнулась прямиком к скале, появились на которой Призраки, принялась орудовать притороченными к запястьям клинками, расправляясь с ними. Прикончив предводителя головорезов, лейтенант спрыгнула вниз, пронзила клинками тушу киберпсиха.

С Призраками было покончено. Хук разжала металлические челюсти киберпсиха, сомкнувшиеся на щиколотке Степовика, помогла тому поднялся на ноги. «Я твой лейтенант, Степовик», - напомнила она солдату. – «Я читала твое дело. Я знаю, что ты был киберпсихом. Знаю, скольких людей ты перебил. Но мне наплевать на это. Теперь ты в моем отряде».

И, с силой ударив Степовика кулаком по лицу, выкрикнула Хук: «Так что исполняй мои приказы, мудак!»

Степовик оставался на кушетке в медицинском отсеке, и врач, закончив осмотр поврежденной ноги спецназовца, заключил: «Тебе укусил киберпсих, обладавший пневматической нижней челюстью. Разорвал тебе ногу как пес. Ты потерял практически полгаллона крови, и остается вероятность, что в рану проникло немало бактерий. Киберпсихи не особо любят зубы свои чистить. Кроме того, ваш лейтенант получила пулевые ранения в руку и торс. Короче говоря, отряду ‘СПАР Дельта’ приписано 48 часов на восстановление. Наслаждайся отведенным тебе временем, офицер Степовик».

Покачав головой, тот покинул медотсек, отправился в свою комнату в казармах, принялся готовить спагетти. Пред внутренним взором офицера вспыхивали картины мертвецов в залитом кровью помещении. «Ты должен продолжать двигаться», - говорил один из них, распластавшийся на кровати. – «Как только останавливаешься – все возвращается. Образы того, что ты сотворил с нами, когда стал собой настоящим».

«Отвали!» - в бешенстве и ужасе Степовик запустил сковородку со спагетти в стену.

В дверь постучали, и в проеме возник Мат, поинтересовался: «Все в порядке, Степовик? Мне показалось, ты с кем-то спорил». «Просто телешоу», - взяв себя в руки, отозвался Степовик. – «Терпеть его не могу». «Понимаю тебя», - заключил Мат, проходя в квартиру. – «Всех ведущих ток-шоу следует сжечь на костре в интересах публичной морали».

Он нахмурился, созерцая спагетти на стене и на полу, и Степовик осведомился, пытаясь скрыть раздражение: «Чего тебе, Мат?» «Мне? Ничего», - отозвался тот. – «Просто заметил, что ты все еще в казармах. Думал, может захочешь... выбраться в свет. Если, конечно, не желаешь целый день провести в четырех стенах. Я знаю место, где спагетти просто отличные. По крайней мере, их не используют там в качестве декора».

...Так, двое выбрались в бар, заказали пиво и спагетти. «Хочешь поговорить?» - обратился Мат к приятелю. «О чем?» - бросил в ответ тот. «О том, что произошло в пустошах», - пояснил Мат. – «О том, как лейтенант Хук сделала из тебя приманку». «Нет, об этом говорить не хочу», - отрезал Степовик. – «Хочу просто пить пиво». «Конечно, давай пить», - согласился Мат.

Воцарилась напряженная тишина, когда Степовик резко обернулся к напарнику: «Да нечего там вообще обсуждать! Что ты хочешь сделать – написать очередную жалобу? Ты уже сделал это в прошлый раз – и она стала нашим боссом». «Согласен», - отозвался Мат. – «Требуются более отчаянные действия». «Ты о чем?» - озадачился Степовик.

Снаружи донеслись истошные вопли. «Я лишь предложил купить тебе выпить, сучка!» - верещал мужик. – «С Валентино так не разговаривают».

Раздался выстрел; Степовик и Мат бросились на пол, а после устремились к выходу из бара. У них на глазах лейтенант Хук хладнокровно пристрелила одного из Валентино, и, продемонстрировав собравшимся прохожим свой полицейский жетон, заявила, что убила она преступника... наверное. После чего, вытащив из кармана Валентино бумажник, нетвердой походкой отправилась восвояси – но не забыв перед этим выпустить покойнику в лицо всю обойму.

«Ты знал, что она будет здесь!» - обернулся Степовик к Мату, и отвечал тот: «Она – человек привычки, и демон хаоса при этом». «Ты серьезно?» - Степовик ушам своим не верил. – «Мы следим за нашим лейтенантом?» «Я изучил ее досье, Степовик», - мрачно произнес Мат. – «Знаешь шуточку про ‘МаксТак’ о том, что наш процент успеха – сто, но процент жертв – вчетверо больше? Но для Хук это число в тысячу раз больше! Каждый обезвреженный ею киберпсих – это одиннадцать мертвых гражданских. И под ‘обезвреженным’ я имею в виду – мертвым. В ее послужном списке нет ни одного ареста, даже когда она была простым полицейским. Лишь убийства. Лейтенант Мейсон была строга, но она держала ‘СПАР Дельту’ в узде. Во что превратит нас Хук, Степовик? Что она сделает с нами, если мы от нее не избавимся?»

Степовик угрюмо молчал, созерцая остывающее на земле тело Валентино. «Предлагаешь прикончить лейтенанта?» - напрямую поинтересовался он. «Ты это сказал, не я», - произнес Мат в ответ, устремляясь вслед за Хук. Степовик просил напарника остановиться, но тот и не подумал замедлить шаг; выругавшись, офицер припустил следом.

Стараясь держаться поодаль, Степовик и Мат наблюдали, как Хук уверенно проследовала в клуб на территории Тигриных Когтей. «Ты хочешь прикончить ее за то, что она охотится за гангстерами в свой выходной?» - шепнул Степовик напарнику, и тот покачал головой: «Она занимается не этим, и ты это знаешь».

Цепляясь за кондиционеры на стене здания, двое забрались на крышу, осторожно заглянули в потолочное окно. Хук уверенно расположилась в комнате на диване, а Тигры выложили на столике перед нею образцы разнообразных наркотических средств, поинтересовались, что интересно клиентке. Та взяла со стола одну из ампул, поинтересовалась с улыбкой: «Это то, что я думаю?»

«Черное кружево», - просветил Мат Степовика, внимательно наблюдая за сценой в комнате. – «Разработан для пехотинцев во время Войн Корпораций. Производство было свернуто, когда у солдат начались сердечные приступы, и обращались они в психопатов». «Я знаю, что такое Черное кружево», - отозвался Степовик. «Значит, ты понимаешь, что это – практически самое опасное вещество, которое может оказаться в твоем теле», - произнес Мат. – «Как для тебя, так и для всех окружающих».

Хук заявила, что с удовольствием возьмет на пробу несколько веществ, передала Тиграм залитый кровью бумажник с гравировкой «В». Приняв дозу, женщина покинула клуб, пребывая в эйфории... и отчаянно желая причинить кому-нибудь боль.

«Как давно ты следишь за ней?» - поинтересовался Степовик, наблюдая с крыши, как женщина удаляется от здания. «Начал присматриваться, когда ее перевели в ‘Дельту’», - отвечал Мат. – «Доходили всякие слухи. Полагал, что ее поведение может быть связано с назначением на должность... Так и оказалось».

Хук отправилась прямиком в бойцовский клуб, где самозабвенно принялась избивать противников на ринге, получая от процесса колоссальное удовольствие. Смешавшись с толпой зрителей, Степовик и Мат наблюдали за поединком, и просвещал Мат напарника: «Моя сестра – нейробиолог в Бакумацу. Спросил ее однажды о насилии, которое мы причиняем друг другу. Она рассказала, что гипоталамус – часть мозга, ответственная за температуру тела, голод, сон, - все то, что нам необходимо для выживания. И, похоже, корень агрессии также кроется в гипоталамусе. Другими словами, если мы позволим агрессии управлять собой, - вот во что превратимся. В нее. Бешеная псина. И назад пути нет». «Просто заткнись, Мат», - покачал головой Степовик.

Хук повергла противника в нокаут, после чего принялась избивать пытающегося остановить бой рефери.

...Вернувшись в казармы, Степовик отправился в свою комнату, провалился в сон. В грезах он вновь оказался в комнате, заваленной трупами. «Тебя пугает даже не то, что она делает», - проскрипел один из них. – «А осознание того, что ты – такой же, как она. Худший из них. Монстр под кроватью. И этого ты не изменишь. Если Хук заслуживает смерти, то чего заслуживаешь ты?»

...На следующий день Степовик направлялся в торговый центр, однако тот уже был оцеплен полицией. Продемонстрировав копам жетон, поинтересовался, что происходит.

«Предположительно, в торговом центре киберпсих», - отвечал ему офицер. «Жертвы?» - уточнил Степовик. «Пока что есть донесения о десяти», - был ответ. – «Мы были ближайшим к месту происшествия отрядом. Нам было приказано все оцепить, наблюдать и доложить – в случае, если понадобится поддержка ‘МаксТака’». «Повезло, что я проходил мимо», - заключил Степовик, направляясь ко входу в торговый центр.

По словам патрульных копов, женщина, расстреливающая гражданских внутри, - Мэри Уивинс. Мать двух дочерей, которая повздорила с охранником центра и вонзила ему палец в глаз. Вдавливала до самой затылочной кости. После чего схватила его пистолет, начала палить, орать и плакать – чем, собственно, и занимается до сих пор. Ее муж несколько недель назад звонил в службу поддержки, высказывал опасение количеством хрома, которым она себя начинила.

Потребовав передать ему штурмовую винтовку, Степовик велел копам следить за выходами из здания. «Но сэр, вы ранены, и это против всех протоколов...» - начал было возражать офицер, и Степовик прервал его, отчеканив: «Мы имеем дело с киберпсихом. Я – офицер из ‘Отряда психов’. Продолжай спорить со мной. Увидишь, что выйдет в итоге». Коп судорожно сглотнул, отступил в сторону.

Стоило Степовику ступить в здание торгового центра, как женщина метнулась к нему, пытаясь стрелять, однако обойма ее пистолета была пуста. Мэри метнула оружие в противника, чуть не выбив винтовку у того из рук.

Степовик молил женщину остановиться, даже когда та сжала усиленными хромом руками его горло. Степовик закрыл глаза... когда подоспевший Мат схватил Мэри в охапку, оторвал ее от товарища. «В какие игры ты здесь играешь, Степовик?» - взревел Мат, с силой ударив противницу головой о пол и вышибив из нее дух. – «Тебе повезло, что за тобой следить так же легко, как за лейтенантом».

Сковав Мэри руки за спиной, Мат помог Степовику подняться на ноги, молвил: «Слушай, я знаю о том, что Хук сказала тебе в пустошах. Ты прежде уже обращался в киберпсиха. Но ты сумел снова стать собой. И ты готов был позволить этой женщине обглодать свое лицо, лишь бы не убивать ее. Ты – живое доказательство того, что киберпсихи способны вернуться в социум. Лук надежды в этом богом забытом месте. Если они могут быть спасены, значит, и у всего Найт-Сити есть надежда. Это то, за что должен сражаться ‘МаксТак’. Но с Хук это невозможно... Итак, как поступим?..»

Мат и Степовик даже не подозревали, что лейтенант Хук, подключившись к одной из камер торгового центра, внимательно наблюдает за ними, вслушиваясь в звучащие слова...

Киберпсихи, проходящие программу реабилитации и реинтеграции в социум, собрались на очередную встречу. На настенном экране отражались образы киберпсихов, совершивших ужасающие преступления, а женщина, проводящая занятие, комментировала видео, говоря: «Нищенствующая молодая мать потратила последние десять эдди на то, чтобы поместить своего новорожденного ребенка в стиральную машину. Бывший корпорат, уволенный за растраты бюджета, перебил весь отдел по работе с персоналом, а затем сиганул из окна на пятидесятом этаже. Домохозяйка выдавила пальцами глаза охраннику торгового центра... а Найт-Сити просто закатил глаза, и все на этом».

Слушатели угрюмо молчали, соглашаясь со спикером, а та продолжала, распаляясь: «Отправьте ‘МаксТак’! Со всем их хромом и тяжелым вооружением! Ведь так проще, верно? Мы говорим: ‘О, они просто перебрали с хромом, и теперь едва ли остаются людьми. И они не вернутся. Избавьтесь от них. Они сами виноваты в том, что произошло с ними’. Как будто ничего подобного не случалось до появления киберимплантов. Как будто сломленные люди никогда не вершили злых деяний. Это все чушь – то, что они скармливают нам! Этих людей можно вернуть в общество. Киберпсихоз исцелим. Нам нужно лишь понять его подоплеку. Ситуация становится необратимой, лишь когда мы позволяем ‘МаксТаку’ прострелить им черепа! Мы можем действовать лучше! И должны! Покончим же с гребаным ‘МаксТаком’!»

В следующее мгновение в зале загремели выстрелы, разрывая тела собравшихся. Похоже, кто-то из проходящих терапию все же слетел с катушек...

Женщина, выступавшая спикером, с ужасом наблюдала за вершащейся резней, в то время как один из помощников ее поспешил вызвать отряд спецназа.

Вскоре оперативники «СПАР Дельты» прибыли к зданию, ступили в помещение, заваленное трупами. «Какая ирония!» - хмыкнула Хук. – «Похоже, их нежные души познали правду мира через боль».

«Лейтенант Хук, сканирование показывает – здесь есть выживший», - сообщил офицеру Риттер, сверившись с планшетом. – «Пульс учащен – выше двухсот ударов... и он следует к нам».

Киберпсих – совсем еще подросток! - атаковал спецназовцев стремительно, но Риттер сумел поджарить импланты противника, и тот распластался на полу. Хук вознамерилась было прикончить мальчишку, но Мат удержал ее руку...

Подросток пришел в себя, бросился наутек; импланты позволяли ему двигаться с нечеловеческой скоростью.

«Мат, ты уволен!» - рявкнула Хук, оборачиваясь к солдату. «Ты собиралась убить мальчика, Хук», - отвечал тот. «Я собиралась убить опасного киберпсиха, который только что перебил больше десятка человек!» - напомнила спецназовцу Хук. – «Ты лишь обременяешь мой отряд, Мат». «А ты – гребаное чудовище», - разозлился Мат. «Оставь свое служебное оружие и прочь с глаз моих!» - потребовала лейтенант.

Кипя от гнева, Мат устремился прочь. «Ты не волнуйся», - бросила Хук ему вслед. – «После полуночи Регина Джонс наверняка нанимает персонал».

Степовик вышел из здания следом, приблизился к Мату, складывающему оружие в полицейскую машину. «Это был поспешный ход», - вымолвил Степовик. «Я сказал то, что имел в виду», - отозвался Мат. – «Она – чудовище, Степовик. Я не мог стоять и молча наблюдать, как она убивает ребенка. Ты преодолел киберпсихоз. Ты – живое доказательство того, что реабилитация возможна. Теперь остались лишь ты, она и Риттер. А он – ее человек. Не позволяй ей обесценить всю ту работу, что ты сделал, парень. Спаси мальчишку, если сможешь».

В дверях здания возникла Хук, крикнула: «Степовик! Перестань болтать с этим ублюдком!»

Степовик кивнул Мату на прощание, вернулся в здание. Трое проследовали в помещение службы безопасности, и Риттер принялся изучать записи с камер наблюдения. Внимание спецназовцев привлек мужчина, который в час стрельбы на семинаре бежал не прочь, а в сторону киберпсиха, пытаясь остановить его. «Чертами он похож на парня», - заключил Степовик. – «Его отец?» «Психо приходит в поисках отца, затем слетает с катушек, когда охрана не пропускает его», - добавил Риттер, запуская процесс идентификации личности по лицу.

Уже через несколько секунд у спецназовцев было имя: Питер Рош, 42 года, гражданский, к ответственности прежде не привлекался. Не мешкая, трон вернулись в автомобиль, устремившись в Уэстбрук, где – согласно досье – Питер проживал вместе с супругой, Джилл, и сыном, Питером Младшим.

Мат следовал за полицейской машиной на мотоцикле, держа дистанцию...

...Спецназовцы ворвались в дом предполагаемого преступника. Питер находился на втором этаже – вместе с сыном. Последний свернулся калачиком на кровати, и, казалось, отрешился от мира. «Младший... прости, что я ушел», - говорил Питер, не стыдясь слез. – «Знаю, ты был просто испуган, но то, что ты совершил, - очень плохо.

Спецназовцы направились к лестнице, ведущей на второй этаж... когда Питер, выступив из спальни, открыл по ним огонь из автомата. Риттер был убит сразу же, Хук – ранена в живот. Зажимая рану, лейтенант осела на ступенях, а Питер спрятался в спальне, выкрикнув: «Оставьте нас в покое! Оставьте в покое моего мальчика!» «Ты только что подстрелил двух офицеров ‘МаксТака’, Питер», - бросила Хук в ответ. – «А твой сын – киберпсих, совершивший массовое убийство». «Он... иногда теряется», - сбивчиво говорил несчастный отец. – «На встрече рассказывали, что его можно вылечить».

Степовик оставался у основания лестницы, направив оружие на дверной проем спальни, ожидая, когда противник появится вновь. «Лейтенант?» - окликнул он раненую. «Со мной все нормально», - заверила его Хук. – «По крайней мере, лучше, чем с Риттером. За несколько недель мы потеряли уже двух нетраннеров».

«Просто оставьте нас!» - продолжал кричать Риттер.

Хук заметила фотографии на стенах – Питер Рош в форме игрока футбольной команды. «Ты прежде играл, Питер?» - крикнула она. – «Хотел, чтобы твой сын стал защитником, как и ты сам. Думаю, имплант от ‘Керезникова’ поможет ему в этом? Усилитель рефлексов, интегрированный в лобную долю, сделает его самым быстрым мальчишкой в команде. Так была проведена операция по имплантированию на мозге, который еще даже не развился окончательно».

Питер вновь возник в дверном проеме, и Степовик открыл огонь, прострелив мужчине ноги. «Я лишь хотел... дать ему шанс...» - прохрипел Питер, оседая; растекалась под телом его лужа крови. «Ты лишил мальчишку всех шансов...» - произнес Степовик, склоняясь над раненым. – «Где твоя жена? Тоже сейчас выпрыгнет из комнаты, стреляя?» «В ванной...» - выдохнул Питер, с трудом ворочая языком. – «Она хотела, чтобы Младший почистил зубы. А он этого не любил...»

Мертвое, изуродованное тело миссис Рош Степовик действительно обнаружил в ванной комнате... после чего направился в спальню, дабы покончить с мальчишкой. Застал на пороге, увидев Мата: последний, взяв на руки остающегося без сознания Патрика Младшего, направлялся к открытому окну.

«Я говорил – за вами с лейтенантом несложно проследить, Степовик», - обернулся Мат к товарищу. – «Давай вынесем его отсюда. Я знаю людей, которые смогут его спрятать». «Мат, остановись!» - Степовик навел автомат на Мата. – «Ты не видел, что он сотворил со своей матерью. Даже если он пройдет реабилитацию... ему придется жить с этим. А с этим жить невозможно. Пуля – то единственное доброе, на что он может рассчитывать». «Просто опусти автомат», - произнес Мат. – «Мы оба знаем, что ты не выстрелишь».

Степовик хладнокровно произвел два выстрела, обрывая жизни Мата и мальчика. После чего спустился по ступеням, помог раненой Хук подняться ноги.

«Знаешь, Мат был прав», - морщась от боли, выдавила лейтенант, когда вел ее Степовик к выходу из здания. – «Я чудовище». «Знаю, босс», - отозвался Степовик. – «Но это Найт-Сити. Не будь в нем таких чудовищ, как мы, как людям выжить?»

Год 2077. Хром

Смеркалось.

Автомобиль удалялся от Найт-Сити, и четверо закадычных приятелей, расположившихся в нем, беззаботно болтали, пока за окнами проносилась панорама пустошей.

«Осторожнее на ухабах!» - бросил водителю Ленни, трудясь над очередным граффити в своем альбоме. – «Я, вообще-то, работаю!» «Кто-нибудь знает, зачем мы взяли Ленни с собой?» - поинтересовался тот, и отвечала ему девушка на пассажирском сидении, бренчащая на бас-гитаре: «Я уже говорила тебе, Нико! Он поможет мне сделать шикарные промо-фотки! Мой стиль, огненное граффити Ленни – и все это на свалке! Получится просто убойно!»

«И почему ты не подписала контракт с настоящей музыкальной корпорацией?» - бросил ей Нико. – «Разве не позаботились они бы обо всем этом?» «Я так и поступила, но... их маркетологи ни на что не годятся!» - возмущенно заявила рокерша - Рея. – «Похоже, они совершенно не понимают мою музыку. Спрашивали, соглашусь ли я на написание музыки для брейндансов с чрезмерным количеством секса! Они также упоминали о том, чтобы надеть на меня облегающий костюм. Вы вообще представить меня можете в этом?!» «Нет!» - рассмеялись остальные.

«Вы, уроды, все опошлите!» - обиделась Рея. – «Но я хотела осторожно подтолкнуть их в верном направлении. Дать им что-то, что они могли бы поместить на свои билборды – что-то, раскрывающее суть моей музыки. Эдакой нервной, яростной, возмутительной... Я хочу, чтобы моя музыка начала гребаный мятеж!» «На свалке?» - не преминул поддеть ее Ленни, и отвечала рокерша: «Это место идеально! Вы, ребята, знали, что здесь – если верить слухам – обитают призраки?»

«Ну и отлично», - осклабился Нико. – «Если народ так считает, значит, станет держаться отсюда подальше. Больше редких деталей я отыскать сумею. Если моя крошка начнет ездить немного быстрее, я смогу выиграть несколько гонок и купить тачку посолиднее». «Я бы не стала с такой готовностью отметать слухи, Нико», - возразила рокерша. – «Не то, чтобы я верила в них, но ты слыхал о том, что случилось с теми подростками в прошлом месяце? Я слышала, что они явились именно на эту свалку... и исчезли. Ни следов борьбы, ни тел – вообще ничего!»

Четвертая спутница их, нетраннер Вик, взяла в руки терминал, намереваясь осуществить погружение, и рокерша, заметив это, рявкнула: «Ты обещала, что сегодняшнюю ночь проведешь с нами в реальном мире!» «Ладно», - надулась та, но терминал отложила.

«Ленни, ты что творишь!» - набросилась Рея на художника. – «Ты обещал, что присмотришь за ней!» «Ну простите, Ваше величество», - отозвался тот, вновь беря в руки альбом. – «Я был немного занят. Занимался дизайном граффити для твоей съемки». «Что ж... это допустимо», - сменила гнев на милость рокерша.

Наконец, четверо выбрались из автомобиля у поистине монументальной свалки. Нико передал каждому из друзей по устройству слежения, напомнив, что в подобных местах легко затеряться. «Держите устройства в карманах – желательно штанов», - инструктировал он спутников. – «Если разделимся, я должен иметь возможность вас отыскать».

Четверо отдалились от машины – в направлении особо внушительной горы мусора, где Рея и рассчитывала провести фотосессию. «Напоминает поездку с моим дедулей», - доверительно сообщила она Вик, бросив красноречивый взгляд в сторону Нико. – «Удивлена, что он еще на поводки нас не посадил». «Знаешь, Рея, когда ты сказала, что мы отправимся в поездку, чтобы я ощутила настоящую жизнь, я и представить не могла, что ночь мы собираемся провести на свалке», - протянула та.

«Неожиданно, да?» - усмехнулся Рея, после чего лихо взобралась на вершину горы мусора, и, бросив взгляд в сторону неоновых небоскребов Найт-Сити, заявила остальным: «Здесь идеально! Понимаете? Я здесь, Найт-Сити позади, а под ногами – мое имя, горящее огнем!»

«Думаю, может сработать», - согласился Ленни, доставая из сумки баллончики с краской. – «В этих грудах мусора полно метана и иных горючих веществ. Дайте-ка быстренько проверю... Не хочу случайно Рею взорвать». Сенсоры на приборе Ленни показали, что место безопасно, и художник, велев Вик подготовить стойку, принялся перебирать баллончики, бормоча: «Так, нафталин – для длительного горения. Соли кальция для оранжевого цвета, хлорид меди для синего... и немного борной кислоты для зеленого».

Нико осматривал хлам, валяющиеся окрест, но не ожидал обнаружить что-либо стоящее так близко к границе свалки. «Ладно, пусть Рея и Ленни повеселятся первыми», - вздохнул он.

Наконец, на мусорной куче воспылало граффити «Рея». Обладательница оного позировала с гитарой на вершине, а Вик готовилась сделать исторические снимки для обложки альбома... когда голова рокерши оказалась срезана с плеч, а за спиной ее возникла фигура, в руках которой сияла нить, ставшая орудием убийства.

Переглянувшись, Нико, Вик и Ленни со всех ног бросились прочь, но вскоре нетраннер заявила, что они должны вернуться за Реей, ибо отказывалась верить в то, что подруга их мертва.

Тела Реи не оказалось на месте, и Вик со слезами на глазах заявила спутникам: «Эта тварь забрала ее!» Чуть отдалившись от остальных, девушка неожиданно оказалась среди вооруженных людей, принадлежащих к банде Мусорщиков. Один из них зажал ей рот ладонью, приложил палец к губам: молчи, мол.

Ленни и Нико опешили, не ожидая встретить на свалке подобный отряд, а один из незнакомцев шепнул Вик: «Ты ее видела?» «Она убила Рею», - всхлипнула девушка. – «Вы поможете нам?» Человек обернулся к сподвижнику, велел тому просканировать окрестности, и тот покачал головой: «Никакого движения».

«Как именно она убила вашу подругу?» - вновь обратился мужчина к троим прибывшим. «Голову ей отсекла», - выдавил Нико. «Монопроволока», - кивнул мужчина со знанием дела. – «Да, это она. Но что вы, детишки, тут забыли?» «Хотели фоток поделать и в хламе порыться...» - разозлилась Вик. – «Но какая нахрен разница?!»

«Никакой», - согласился мужчина. – «Просто радуюсь тому, что четверо сопляков заявились на ту самую свалку, которую все считают весьма опасной... и заставили ее появиться». «Не хотели мы тут воду баламутить», - вскинулась Вик, и мужчина ухмыльнулся: «Нет. И это хорошо. Хотели и не хотели – это совершенно неважно. Вы ступили на ее территорию так, как будто вы здесь хозяева. И вы дали мне одну идейку. Если, конечно, вы, ребятишки, способны на такое... и хотите убраться отсюда живыми. Мы воспользуемся одним из вас, чтобы снова ее выманить. Тем, кто кажется самым невинным и безопасным. А остальные могут помочь ее прикончить».

«Ты хочешь использовать Вик как приманку?» - нахмурился Нико, стараясь не делать резких движений, ибо окружали их вооруженные громилы. «Не приманку», - покачал головой мужчина. – «А фитиль. Мы держим вас в кольце все это время. Вокруг заложено множество электромагнитных мин. Как только она появится, мы ее поджарим. Это единственный способ для нас выбраться отсюда». «Ладно», - Вик утерла слезы. – «Но вы должны будете дать стволы Нико и Ленни».

Мужчина, явно выступавший предводителем собравшихся, кивнул одному из подначальных, и тот передал Нико и Ленни пистолеты. «Выдвигаемся парами», - заключил мужчина, назначив в напарники Нико Василия, а Ленни – Павла.

«Рассредотачиваемся», - продолжал он отдавать приказы, обернулся к парню со снайперской винтовкой в руках: «Зоран, займи самую высокую точку и стреляй в нее сразу же, как только появится».

Довольно скоро охотники за «призраком» рассредоточились окрест, заняв позиции, и Вик осталась одна. Встревоженно озираясь по сторонам, девушка ступила на открытое пространство.

...Первым погиб Зоран. «Призрак», возникшая за спиной снайпера, отсекла тому голову, а после голыми руками вырвала хребет...

Дрожа всем телом, Вик стояла на открытом пространстве. Мусорщики звали Зорана – тот не отзывался, и киберпанки сделали вполне резонный вывод: их снайпер мертв.

«Вик! Я иду к тебе!» - Ленни ринулся было вперед, но Павел удержал его, заявив: «Нет! Она должна оставаться там, где находится!» «Но она же на виду!» - взвыл Ленни, вырываясь. – «Я иду к ней!»

Павел с силой ударил его по лицу, и, когда Ленни распластался на земле, процеди: «Успокойся! Ты никуда не пойдешь. Там ей безопаснее. А теперь молчи!»

...Нико и Василий оставались в укрытии, ожидая дальнейшего развития событий. «Я этого не заслужил, Нико», - Мусорщик дрожал всем телом. – «Ты бы видел, что она сотворяли с тремя нашими парнями на прошлой неделе. Мы лишь куски тел их нашли – и то, лишь органику! Я это делаю лишь затем, чтобы семью поддержать. Ты знаешь, как тяжело иметь семью в Найт-Сити? Ничего личного, клянусь!»

Усилием воли Нико взял себя в руки. Вик нужна помощь – он идет к ней. «Василий, ты со мной?» - Нико с надеждой обернулся к Мусорщику, но тот упрямо мотнул головой: «Я с места не сдвинусь! И ты не ходи! Пропадешь там один!» «Я должен что-то сделать!» - с этими словами Нико покинул укрытие.

Василий остался один... а затем припустил следом...

Нить захлестнула его тело, и ужаснувшийся Мусорщик зрел пред собой свою убийцу. «Не убивай меня», - проблеял он... и нить рассекла тело его на куски...

Забрав с собою механическую руку Василия, «призрак» устремилась прочь...

Ленни и Павел выглядывали из-за гор мусора, но убийцы покамест не наблюдалось.

Ленни разглядывал мину, установленную поблизости, и, хмурясь, обратился к напарнику: «Эй, Павел, вроде не похоже на электромагнитную мину». «Не трогай!» - огрызнулся тот. – «Ты не понимаешь, о чем говоришь!»

Изучив мину внимательнее, Ленни воскликнул: «Это же термальная мина! Ты прикончишь Вик!»

Ленни бросился к подруге, вопя во все горло: «Вик! Уходи оттуда! Это подстава! Беги!»

Перед девушкой возникла на мгновение призрачная фигура. Ленни попытался выстрелить в нее, но пистолет, полученный от Мусорщиков, оказался не заряжен. «Вот вы уроды, Мусорщики!» - Ленни отбросил бесполезное оружие. – «Должен был догадаться!.. Вик, беги и не оглядывайся!»

Девушка бросилась прочь со всех ног, а Ленни, оставшись один на открытом пространстве, продолжал исступленно вопить: «Покажись! Я знаю, что ты здесь! Я не позволю тебе тронуть Вик!»

Предводитель Мусорщиков, наблюдая издали за Ленни, связался с помощью импланта с напарниками, уточнил: «Кто-то еще видел ее?» «Лишь на мгновение, но я точно видел эту спятившую суку», - подтвердил один из головорезов.

Уточнив, все ли Мусорщики находятся в безопасности, и получив утвердительный ответ, главарь привел в действие детонатор, взорвав загодя установленные термальные мины. Взрыв прикончил Ленни, оказавшегося практически в эпицентре, а взрывная волна сбила с ног улепетывавшую Вик.

Нико спешил к месту, где раздался взрыв, отчаянно молясь о том, чтобы Вик уцелела.

«Кто-то видит девчонку?» - предводитель Мусорщик задал вопрос подельникам по рации. – «Она выжила?» «Я вижу», - был ответ. – «Слегка поджарилась и без сознания, но дышит». «Отлично», - прошипел главарь, отбрасывая в сторону ненужный более детонатор. – «Теперь, когда мы решаем ключевую проблему, возвращаемся к повседневным задачам. Заберите хром девчонки. И проверьте, в рабочем ли состоянии ее модифицированная кибердека».

«С пареньком, Нико, нам так же поступить?» - осведомились Мусорщики, и главарь перевел взгляд на мальчишку, карабкавшегося по грудам мусора, отвечал: «Пока нет. Думаю, у него есть отличные задатки Мусорщика».

Павел оттащил так и не пришедшую в сознание Вик за одну из груд мусора, и, тихонько насвистывая, взял в руки пилу, намереваясь избавить девчонку от имплантов.

«Ленни?..» - простонала та, приходя в себя, и Павел ощерился: «Надо же, какой сюрприз. Не ожидал, что ты очнешься!» «Погоди! Что ты делаешь?» - ужаснулась Вик, лишь сейчас разглядев пилу в руке Мусорщика. «Твое сопротивление меня лишь радует», - хохотнул тот. – «Я начну с...»

Нить рассекла его тело, и «призрак», перешагнув через останки Павла, склонилась над Вик. «Я... не хотела...» - лепетала та, вновь теряя сознание. – «Я хотела лишь найти своих друзей и вернуться домой. Я просто хотела...»

Взвалив тело девушки на плечо, «призрак» активировала маскировочный костюм, исчезла для окружающих...

  1  2  3  4