 |
История Соры разворачивается параллельно с событиями предыдущих глав хроники Астолтии Шторм возник неожиданно, и ныне форменное светопреставление снедало море. Утлую рыбацкую лодчонку бросало с волны на волну, и с ужасом лицезрели рыбаки, как остов трехмачтового торгового судна, проплывавшего неподалеку, раскололся надвое. Переглянувшись, родители Соры прыгнули в воду, намереваясь плыть к терпящему бедствие кораблю. Принадлежали они к расе ведди, были способны дышать под водой, ведь была оная для них родной стихией. Вскоре они вернулись, таща первого из матросов, и мать Соры, Мана, обратилась к сыну, веля тому делать несчастному искусственное дыхание, ведь наглотался моряк немало воды. «Вы ведь назад не поплывете?» - с надеждой спрашивал отчаявшийся мальчуган, но отец его отрицательно покачал головой, и воскликнул Сора: «Но этот шторм очень странный! В итоге и мы пойдем ко дну!» «Но ведь там еще остаются люди», - напомнила сыну Мана, на что тот выкрикнул: «Ну и что? Это же торговое судно из Веринарда. Какое отношение оно имеет к нам, рыбакам?» «Сора», - промолвил отец, глядя ему прямо в глаза. – «Никто не сможет выжить в подобном шторме без помощи. Они – моряки, как и мы. Мы не можем просто взять да бросить их». Склонившись к сыну, Мана с улыбкой напомнила, что он – мужчина, и должен защищать товарищей... да и девчонку, к которой питает чувства. Со значением указала она на означенную особу, Мальтину, притихшую на корме лодки, и Сора покраснел, не нашелся, что ответить. Они вновь поплыли к кораблю... Но высокая волна обрушилась на лодку, сбив Сору с ног, и оказался паренек в бушующем море. Барахтаясь, выплыл он на поверхность... и в изумлении воззрился на двух огромных драконов – черного и белого – сошедшихся в противостоянии под черными, озаряемыми сполохами молний тучами. Рептилии без устали творили заклинания, изрыгали пламя... и Сора взирал на сие буйство предвечных стихий. Одна из молний поразила черного дракона, а после ударила в воду рядом с мальчуганом, и тот, оглушенный скрылся под водою. Сознание меркло... Неужто суждено ему умереть?.. Ощутив тепло, Сора приоткрыл глаза, зрев рядом с собою огромный глаз дракона. Синий глаз, подобный безоблачному голубому небу, бывает которое после того, как завершается шторм...
В сем мире, обитало в коем множество волшебных созданий и монстров, вели сражения боги и демоны, странствовало множество искателей приключений, сердца которых рвались к новым свершениям. Одним из таковых стал ведди Сора, объединившись с артисткой-пуклипо Урипо и вором-гномом Гибом. И сейчас незадачливая троица отчаянно улепетывала прочь по горному ущелью, преследуемая разъяренным саблезубым тигром. По пути Урипо умудрялась отчитывать Сору, ведь, как оказалось, здесь монстры куда более сильны, нежели те, совладать с которыми им по силам. «Да?!» - отозвался Сора, не сбавляя темп. – «А что с теми несметными сокровищами, которые, по твоим заверениям, мы должны были здесь обнаружить?!» Гиб на ходу вытащил записную книжку-бестиарий, полистал ее, и, отыскав нужную запись, прочел спутникам: «Монстр, нас преследующий, называется также ‘темной пантерой’. Проживают таковые на плато Дематод, что в западных землях Гночакки, и, здесь, в каньоне Бекон. Помимо мощных атак лапами, они способны творить заклинания иллюзий». Трое прибавили в скорости, уж слишком мрачно звучал прогноз. «Наша цель – драконье яйцо – находится к западу!» - восклицала Урипо. – «Зачем нам делать столь опасные забеги, чтобы сократить путь?» «Я ведь рассказывал вам, как отряд Джей-Би повстречал здесь действительно сильного дракона прежде, да?» - уточнил у друзей неунывающий Сора. – «Я хотел просто посмотреть на него! Ты ведь прикрываешь мне спину, верно, Гиб?» «Да, согласен», - вздохнул гном. – «К тому же, окрест можно отыскать немало интересных ингредиентов. Но сейчас куда сильнее занимает меня иной вопрос – сможем ли мы выбраться отсюда живыми!» Понимая, что от саблезубого тигра им не убежать, трое решились на прием, который при удачном стечении обстоятельств сможет подарить им немного времени. Обернувшись к монстру, Урипо исполнила короткий танец, обычно действующий на тварей гипнотически... но тигра он привел в еще большую ярость! За паническим бегством отряда Соры через ущелье с вершины нависающего над ним утеса наблюдало множество искателей приключений. Одна из них, маг-ведди Мальтина, сотворила ледяное заклинание, заморозившее нос тигру, и монстр замер в изумлении. «Быстрее, сюда!» - крикнула девушка, обращаясь к троице незадачливых юнцов, и те, вскарабкавшись на утес, без сил рухнули наземь. «Противостоять темной пантере – вы что, идиоты?!» - напустилась на них Мальтина. Гиб поблагодарил чародейку за столь своевременное спасение, а Сора полюбопытствовал: «А как вы оказались в долине Бекон? Неужто тоже собираетесь отыскать драконье яйцо?» «Вообще-то я явилась сюда за алхимическими реагентами, и решила осмотреться!» - отчеканила Мальтина, скрестив руки на груди. – «И вот вы здесь, на волоске от гибели!» Гиб продолжал восхвалять Мальтину, ведь уже не в первый раз та спасает их от верной смерти. А прежде еще и целительные травы подарила – по доброте душевной. «Лесть вам не поможет!» - рявкнула ведди. – «Вы не могли не заметить знаки, указывающие на то, что восточные пределы долины Бекон донельзя опасны!» «Ну, мы вообще-то слышали, что в сердце долины обитает могущественный дракон», - улыбнулся опешившей девушке Сора. – «И решили поглядеть на него по пути к цели». И Мальтина, и иные искатели приключений поразились прозвучавшему откровению. «И ради этого вы сунулись в долину, где кишат темные пантеры и мессаласы?» - недоверчиво осведомился огр, и Сора воодушевленно закивал: «Конечно! Ведь драконы – самые сильные, огромные и умные монстры! Короли монстров! В древних легендах герои сражались с ними, они даровали сокровища мудрецам и позволяли путникам странствовать над миром у них на спинах! Каждый искатель приключений мечтает встретиться с драконами!» «А, точно», - припомнил эльф, - «прежде, когда мы были в одном отряде, Сора рассказывал, что видел штормового дракона в детстве, и именно по этой причине решил стать искателем приключений». «Штормового дракона?» - обернулся к нему огр, и эльф кивнул: «Однажды он отправился с родителями на рыбалку, и начался сильный шторм. Он не удержался в лодке, упал в море и чуть было не умер, но его спас дракон». Искатели приключений воззрились на Сору. Судя по всему, юноша до сих пор одержим драконами, но в компании столь жалких пуклипо и гнома навряд ли можно всерьез рассчитывать на встречу с одним из сих монстров и выжить. «Ты что, забыл, что драконы – самые сильные монстры?» - убеждали Сору авантюристы. – «Да вы не сможете даже зачистить подземелье, в котором обитает один из них!» «Думаю, сможем», - настаивал Сора, и, указав остальным на своих неказистых спутников, привел неоспоримые аргументы: «Да, Гиб сильным не выглядит, но он ни на что не жалуется. К тому же он не теряется на местности и погоду чувствует, да и готовит отменно! А Урипо всегда обращает мои ошибки в шутку и веселит нас. А когда нам скучно, знает, как нас рассмешить. С такими прекрасными спутниками я могу пуститься на поиски приключений куда угодно и когда угодно. И кто знает? Может, они даже смогут расположить к нам одного из драконов». Судя по лицам Мальтины и иных искателей приключений, то была самая абсурдная речь из тех, которые они когда-либо слышали! Достойная того, что быть включенной в «Знаменитые последние слова искателей приключений» - труд, поистине нетленный. А затем авантюристы расхохотались. «Вы серьезно?» - спрашивали они, смеясь. – «Да, если дракон встретит ваш отряд клоунов, то, возможно, даже сокровищами поделится, чтобы заплатить за такое представление!» Пожелав удачи в поисках дракона, искатели приключений двинулись было прочь. «Они не то, чтобы неправы», - обратилась Мальтина к приунывшему Соре. – «Есть много иных причин отправляться на поиски приключений, и дело не только в сокровищах! Не слушай ты их! Я думаю... мечты – это хорошо и достойно...» Она осеклась, и, пожелав удачи Соре и его спутникам, устремилась прочь, сопровождаемая тремя своими сподвижниками – огром, эльфом и гномом. Лишь сейчас до Соры дошло, что иные авантюристы потешались над ним, и юноша принялся истошно орать им вслед о том, что его отряд непременно первым выполнит задание и отыщет драконье яйцо. Но искатели приключений даже не обернулись, не желая тратить время свое на истерики сего зеленого новичка. Гиб осторожно напомнил спутникам о цели их странствия – выполнить задание, вверенное самим королем огров Багдо, и отыскать драконье яйцо! Около месяца назад в архивах замка Глен была обнаружена древняя книга, написанная более тысячелетия назад. Именно в ней содержались сведения о руинах в долине Бекон, сокрыто в которых оставалось драконье яйцо. А в последнее время во владениях огров возросло число монстров, и король, предположив, что виной тому каким-то образом может оказаться яйцо, призвал множество искателей приключений, посулив тем 4000 золотых монет за успешное выполнение задания, а также драгоценные каменья и руду. Множество авантюристов, прибывших со всех уголков Астолтии, прочесывали долину, но покамест никому из них не улыбнулась удача в поисках руин. Трое незадачливых искателей приключений устремились вслед за остальными в долину, и гадал Сора, возможно ли, что из яйца вылупится маленький дракончик. И не заметили они троих индивидов, возникших на скальном утесе за их спинами. «Жалкое зрелище», - процедил один из них, наблюдая за многочисленными фигурками авантюристов вдалеке. – «Они даже не осознают истинной ценности сокровища, которое надеются отыскать». Приняв решение покончить с докучливыми чужеземцами, трое произнесли заклинание, и разверзлась земля; из разлома появилось множество монстров, атаковавших авантюристов. ...Отряды Соры и Мальтины взобрались на один из утесов, следуя за проводником-Гибом. Последний заверял спутников, что вход в искомую пещеру должен быть где-то поблизости... Заметив меж камней древний сундук, авантюристы метнулись к нему, предвкушая несметные сокровища, которые вот-вот обретут! Гиб все же велел остальным держаться поодаль – сперва он убедится в том, что сундук – не мимик. Но в землю перед гномом ударил огненный шар; Сора и Мальтина обернулась, заметив спешащих к ним собратьев по цеху – тех самых, что еще недавно насмехались над Сорой на скальном утесе. Согласно уставу гильдии искателей приключений, тот, кто первым достигнет сундука, обладает правом на все его содержимое, и эти ребята, похоже, сокровищами были не намерены делиться. Бесцеремонно оттеснив Сору и остальных в сторону, четверо нечистых на руку искателей приключений – двое огров, эльф и гном – принялись рыться в сундуке. Внутри означилось немало вещиц, которые можно выгодно продать на рынке! Обернувшись к Соре, Гибу и Урипо, с укоризной взирающих на них, один из огров усмехнулся, молвив: «Пока вы тут друзей заводили, мы обошли вас! Запомните: искатели приключений не должны быть размазнями!» Забрав из сундука все до последнего предмета, четверо бросились прочь... но в сердце долины лицезрели невесть откуда появившуюся армию монстров! Среди тех пребывали даже гигантские костяные драконы! Мальтина велела спутникам бежать прочь – с таким числом могущественных монстров им не справиться!.. Но Сора бесстрашно метнулся вперед, подставил клинок под удар лапы костяного дракона, вознамерившегося покончить с искателями приключений – теми самыми, кто еще совсем недавно самозабвенно выгребал сокровища из сундука. «Почему ты спас нас?» - опешили те, и Сора, обернувшись к подступающей орде монстров, отозвался: «Когда я странствую с Гибом и Урипо, то не перестаю улыбаться. Даже когда нас атакуют монстры... Или когда мы все ночь напролет в походе на пустой желудок... Имея таких друзей, я знаю, что смогу уцелеть в любом подземелье! Именно поэтому я хочу завести еще больше друзей! Потому что чем больше у меня будет друзей, тем больше странствий нас ожидают!» Костяной дракон дохнул холодом, и Сора подставил клинок под поток льда. Урипо и Гиб присоединились к товарищу; гном поведал о том, что остальные искатели приключений успели отступить. «Ты знаешь, они правы, когда говорят, что ты бросаешься в бой, очертя голову», - молвил гном, обращаясь к Соре. – «Но именно это придает нам смелости!» Укрывшись поодаль, пораженные искатели приключений наблюдали, как Сора, Гиб и Урипо бесстрашно бросились к костяному дракону. Ведди нанес удар твари мечом по черепу, и пока та трясла головой, оглушенная, бросился прочь наряду с товарищами... Но монстр быстро пришел в себя, с силой ударил по земле лапой... Твердь раскололась, и Сора наряду с Гибом и Урипо рухнули вниз, во тьму. В себя трое пришли в неких подземных руинах; за спинами их под камнями были погребены костяные драконы. Но сейчас взор Соры был прикован к огромному яйцу, возлежащему на постаменте. Неужто это и есть предмет их поисков?!. Но воспряли к жизни костяные драконы, и авантюристы в ужасе бросились врассыпную. От удара крыла одного из монстров яйцо слетело с постамента... упало на пол и разбилось. Внутри оказалась девочка, похожая на человека, но голова ее была увенчана внушительными рогами. Отметил Сора, что у новорожденной прекрасные голубые глаза. Девочка зевнула, сладко потянулась... Сзади раздался оглушительный рев, и искатели приключений обернулись к костяным драконам, напомнившим о себе. Девочка вскинула руки, сотворила некие жесты... В небесах возникла черная воронка, и низринулись вниз пламенеющие болиды. Камни ударяли в костяных драконов, сокрушая их остовы; Урипо во все глаза смотрела на магический двеомер – прежде полагала артистка, что существует подобное заклинание лишь в легендах! Костяные драконы обратились в пыль, а девочка, с тревогой повертев головой по сторонам, сотворила заклинание сна, направив его на себя, и, осела на пол пещеры, тихонько засопела. «Что ж, похоже, она вернулась в мир», - произнес вкрадчивый голос, и на остове одного из костяных драконов возникло трио, один вид которого вселял трепет в сердца авантюристов. – «Надо мне было купить ее, пока она еще пребывала в яйце. Уберите руки от драконицы, вы, жалкие твари! Вы пачкаете ее кровь!» Сора, Гиб и Урипо уставились на незнакомцев: на представителей пяти рас Астолтии они не походили. Неужто – демоны?!. Трое потребовали у искателей приключений оставить спящую девочку и бежать прочь. «Зачем она им?» - пробормотал Сора, и отвечала проницательная Урипо: «Думаю, им нужна не она, а ее кровь». Слова ее убедили Сору в правильности принятого им решения. Драконья принцесса, рожденная в древнем храме, и демоны, жаждущие заполучить ее. Что ж, прекрасное начало для легенды! Сора и спутники его бесстрашно выступили против троицы демонов, закрывая своими телами мирно спящую драконицу в облике девочки... «Похоже, эти детишки не хотят отдавать нам драконицу», - издевательски произнес высокий чернобородый демон. «Да ладно тебе!» - хмыкнула его сподвижница, демонесса. – «У них нет никаких прав на нее». «Что вам, демонам, от нее нужно?!» - запальчиво выкрикнул Сора, но демонесса не удостоила его ответом, предложив взглянуть себе под ноги. Один из осколков камней, обрушенных юной драконицей на головы костяным драконам, задел ее, и ныне тонкая струйка крови стекала по щеке остающейся в беспамятстве девочки на пол пещеры. А возникали там монстры из грязи и камня. Трое искателей приключений ужаснулись и отступили, прижались к стене пещеры, а демонесса возликовала: «Поняли теперь? Ее кровь обладает волшебными свойствами и способна обращать в монстров даже грязь! А что до того, зачем она нам понадобилась... проигравшим объяснения не нужны». Чернобородый сотворил заклинание, и останки костяных драконов поднялись в воздух, закружились в безумном танце, образовав поистине гигантского костяного дракона о трех головах – точнее, черепах... Урипо вскрикнула в ужасе, а Гиб нахмурился: демон применил некромантию, славилась которой древняя цивилизация Урбея. Предполагалось, что подобные заклятия утрачены, однако, похоже, демонам ведомы они. «Лишь я, Зофин, мог создать подобное создание!» - возвестил чернобородый, наслаждаясь результатами своей волшбы. – «Оно в пять раз сильнее обычного костяного дракона! Судьба ваша предрешена!» Сора лишь усмехнулся, кивнув Урипо, постановив, что сейчас – самое время для их «особенного приема». Встревоженные, демоны воззрились на ведди и пуклипо, которые напустили на себя важный вид, принявшись отплясывать, и совершенно упустили из виду гнома, который швырнул в противников взрывчатую сферу. Вспышка взрыва ослепила демонов... и искатели приключений бросились наутек – прочь из чертога, в неведомые пределы подземного комплекса; юную драконицу, так и не пришедшую в себя, Сора довольно бесцеремонно перебросил через плечо. Разъяренный Зофин приказал было костяной гидре преследовать троицу, на что демонесса справедлива заметила, что гигантская тварь не протиснется в проем, скрылись в котором ведди и его спутники. И действительно: дракон переусердствовал, и, пытаясь пролезть в проход, добился лишь того, что обвалил его. Ныне демоны лишены были возможности последовать за троицей авантюристов, унесших с собой вылупившуюся из яйца драконицу. Следует отдать им должное: эти искатели приключений весьма изобретательны... ...Отбежав на значительное расстояние по подземным тоннелям и убедившись в том, что погони нет, авантюристы пробудили девочку-драконицу, и Сора поинтересовался у нее – что здесь, в сущности, происходит? Малышка недоуменно хлопала глазами, зевала и явно желала вновь вернуться ко сну, и поскорее. Гиб представился сам, после чего назвал имена своих спутников. «Мы – искатели приключений, и странствуем по землям Астолтии», - рассказывал он. – «Так мы и встретили тебя». Но, похоже, драконица не разумела общего языка, и продолжала пялиться на авантюристов. Гиб вытащил из заплечного мешка зеркало, передал его драконице. Та восхитилась, принялась играть с зеркалом – действительно, поведением своим походила она на новорожденную. Странно, конечно, что, только родившись, она сумела применить весьма могущественное заклинание... Мудрый Гиб просветил остальных о том, что монстры могут обладать врожденными знаниями и применять свои способности интуитивно – похоже, чему-то подобному они и стали свидетелями. Глядя в огромные голубые глаза юной драконицы, вертящей зеркальце в руках, вспоминал Сора о произошедшем в детстве – об ужасающей буре, о драконе в морской пучине... О том, как сумел всплыть в поверхность... и выжить... О чем думают драконы – родители этой девочки? Оставили яйцо под землей, в руинах. Какая судьба ожидает ее, если она даже имени своего не знает?.. Внезапное озарение снизошло на Сору, и постановил он, обращаясь к девочке: «Тебе следует стать искательницей приключений! Присоединяйся к нам, будем странствовать по землям Астолтии! Думаю, ты станешь великой волшебницей! В этом мире полным-полно приключений, у каждого – своя цель! Кто-то становится авантюристом ради славы и денег, другие – ради родной страны и семьи! А кто-то – знания ради... или для того, чтобы весело провести время! Думаю, ты сможешь обрести себя, став искательницей приключений! Странствуя, сражаясь с монстрами, разбивая лагерь на ночь, а поутру продолжая путь... В одиночку сложно, но ведь нет ничего лучше друзей!» Неведомо, понимала ли драконица восторженные речи ведди, но слушала его весьма внимательно. Урипо и Гиб встревоженно переглянулись, а затем рассудительный гном изрек: «Сора, если мы примем ее в наш отряд, то рискуем вновь встретиться с теми демонами – и в следующий раз можем оказаться не столь удачливы». Сора кивнул – понимаю, мол, - но от идею включить в отряд самую настоящую драконицу не отказался. Пуклипо и гном понимали, что переубедить своего лидера не сумеют... «Что ж, по крайней мере, пополню свои знания о драконах», - вздохнул гном. Но прежде всего следовало каким-то образом научить драконицу общему языку. А еще – дать ей имя. Трое начали спорить о том, как лучше назвать их новую спутницу. Неожиданно ближайшая стена каверны рухнула, и в проеме возникло трое весьма недовольных демонов, за спинами которых маячил трехглавый костяной дракон. «Мы сюда не играть с вами пришли!» - зло прошипела демонесса. – «С нас хватит, вы, низшие создания! Вы все сейчас умрете!» Авантюристы затравленно переглянулись: на этот раз бежать некуда! «Малышка, можешь снова сотворить свое заклинание?» - с отчаянной надеждой обратилась к драконице Пуклипо. Та послушно простерла руку... и молния ударила с небес; проломив свод пещеры, поразила она костяного дракона. Тот, однако, остался жив, хоть случившееся и поразило демонов. Как посмела эта жалкая троица настроить их добычу против них?! Разъяренный, костяной дракон – к вящему ужасу демонов! – метнулся к своей обидчице, новорожденной драконице, занося созданную из острых костей палицу для удара. Сора закрыл девушку своим телом, спас ее от гибели... но несколько костяных шипов пронзили тело ведди насквозь. Сора пал; сознание оставляло его, и думал он лишь об одном: неужто его приключения вот-вот закончатся? Но ведь они только начались! И он нашел ту, которая снова может свести его с тем драконом бурь... Глядя в голубые глаза юной драконицы, над ним склонившейся, Сора прошептал: «Лазурия... Так тебя будут звать!» Превозмогая боль, он вытащил из сумы камень, протянул его девочке, пояснив: «Это – лазурит. Он такого же цвета, как и твои глаза. Моя мама передала его мне, чтобы оберегал он меня в странствиях». Неожиданно драконица низко склонилась над опешившим юношей, произнесла: «Я – Лазурия. Ты – Сора». Демоны возмутились: нет, драконица не должна познать себя, не должна иметь имени! Зофин постановил: им надлежит покончить с мальчишкой-ведди, за считанные минуты сумевшим причинить им массу проблем… Повинуясь воле демонов, костяной дракон с силой ударил палицей по тому месту, где оставались Сора и Лазурия... И зрели пораженные присутствующие в каверне – и демоны, и искатели приключений, - как Сора, вскочив на ноги, одной рукой сдержал чудовищный натиск дракона. Ведди преобразился; тело его, закрылись на котором раны, покрывали сияющие символы... И более того! Сора коснулся рукою валуна, и символы перетекли и на скальную породу, преобразуя камень в монстра – камень-взрычатку!.. Ведди метнул оный в костяного дракона... Последовавший взрыв причинил дракону немалый вред, отчего тот пришел в неописуемую ярости, метнулся к Соре. Ведди схватил меч... и непостижимым способом преобразился и тот; и на рукояти, и на лезвии возникли сияющие символы! Одним ударом юноша разрубил хребет костяного дракона надвое, и нежить рухнула... Зофин горестно всплеснул руками: ну как же так?! Как оказалось, взрывная волна проделала дыру в своде пещеры, и ныне заглядывали в нее встревоженные судьбой отряда Соры искатели приключений. Демонесса, обратившись к собратьям, отметила, что потенциальных противников слишком много и не помешает им отступить, и поскорее. «Но Эсторис!» - возопил Зофин. – «Если мы вернемся назад с пустыми руками, молодой лорд будет весьма недоволен!» «Знаю!» - огрызнулась та. – «Но больше нам ничего не остается. Да, нам не следовало допускать, чтобы кровь дракона оказалась в руках низших рас, но... вскоре мы непременно заполучим ее!» Сотворив портал, трое демонов поспешили скрыться в нем. Сора же был изумлен до глубины души; он и помыслить не мог, что обладает подобным могуществом!.. Ведь и валун, и меч он обратил... в монстров?!. Наблюдал он, как символы на руке его исчезают... «Когда подобные символы появляются, грезы могут несколько изменять реальность», - уверенно молвила драконица, и ведди обернулся к ней; малышка Лазурия уже не казалась потерянной и одинокой, и сейчас будто повзрослела в одночасье. «Это – весьма полезная способность, но и несколько опасная», - продолжала она. – «Могут воплотиться в жизнь и недобрые грезы. Поэтому я пока что сокрыла их!» Гиб поразился: драконица умеет говорить, и так бегло? Она что, за считанные минуты освоила речь?! В пещеру спрыгнула Мальтина, с вящим изумлением уставилась на юную драконицу. «Кто это?!» - выдохнула она. «Ну, она вылупилась из яйца, у нее есть рога и ее кровь способна порождать монстров», - попытался пояснить чародейке Сора. – «А еще ее пытаются заполучить демоны, и мы решили принять ее в свой отряд, чтобы попытаться понять, что она представляет собой на самом деле». «Разве ты не просто сын рыбака?!» - опешила Мальтина, и Сора в ответ довольно ухмыльнулся. – «Как ты оказался вовлечен в столь судьбоносные свершения?» «Я не выбирал судьбу, судьба выбрала меня!» - пафосно возвесил Сора, но Мальтина все еще не понимала, что движет ее сородичем: он ведь даже лазурит этой драконице отдал, а между тем драгоценность эта – память о его матери! Неужто драконица попросту зачаровала Сору?.. Искатели приключений, спустившиеся в пещеру вслед за Мальтиной, даровали юной драконице броню, и та, воодушевившись, предложила Соре покинуть сию мрачную пещеру, ибо отчаянно желала пуститься в странствие по землям Астолтии. Ведди не возражал, и наряду с верными друзьями устремился прочь из каверны...
«Стало быть, вы не сумели раздобыть драконье яйцо», - прошипел тот, нахмурившись, но в голосе его звучала ярость. – «Вы позволили пяти расам Астолтии обрести могущество дракона? И затем приползли сюда? Как такое вообще возможно?! Вы трое – могущественные маги, именно поэтому вам и была вверена эта миссия! Если это какая-то шутка, то мне сейчас совсем не смешно! Драконья кровь необходима для осуществления сокровенной мечты нашего Лунного Племени. Если пятеро рас узнают нашу тайну, не только не сумеем мы претворить ее в жизнь, но и окажемся в смертельной опасности». Рыщущие близ трона разумные монстры, являющие собой помесь львов и псов, просили у повелителя дозволения растерзать дерзких искателей приключений, когда один из троицы демонов – старец Плаку, сведущий как в колдовстве, так и в инженерии, - выступил вперед, и, почтительно обратившись к лорду, просил того предоставить авантюристов ему. «Мои конструкты куда более эффективны, нежели нежить, творимая некромантами», - изрек Плаку, самодовольно покосившись на опешивших от подобного заявления сподвижников – Зофина и Эсторис. – «Уверен, результат не заставит себя долго ждать». Львопсы возмутились было, но лорд Лунного Племени жестом велел им замолчать, после чего обратился к подручному: «Плаку, ты уверен, что магические линии, означившиеся на теле искателя приключений, были драконьими жилами?» «Однозначно, мой повелитель», - заверил властителя старик. – «То была сила драконьей крови. Это – свет, который дарует вам могущество, обладают подобным которому лишь небожители!» «Хорошо, я рассчитываю на тебя», - отозвался лорд, и Плаку согнулся в поклоне, произнеся слова благодарности. Наряду с львопсами повелитель демонов покинул тронный зал; монстры были не в восторге от решения, принятого их повелителем, и пытались вразумить его. «Они же просто безумные ученые!» - восклицали львопсы. – «Они примкнули к нам лишь затем, чтобы иметь возможность продолжать свои изыскания! Неведомо, что они могут предпринять!» «Наш клан стремится восполнить понесенные утраты и воздать за заточение, случившееся 500 лет назад, в час Ложного Солнца», - напомнил властитель. - «Потому иногда приходится немного полагаться на случай. Таков удел правителей... Нам нужно узнать больше об этой силе. Потому необходимо, чтобы они продолжали работать на нас». Молодой лорд был уверен, что настанет день, когда Исьянкар, Луна Возмездия, вновь падет на мир, и поглотит тот пламя... И тогда познают пять рас Астолтии – и люди Лендерсии – заслуженное возмездие...
Гиб продолжал пристально наблюдать за новым членом их отряда. Да, драконица может говорить на общем языке, и, назвав возникшие на теле Соры символы «линиями-дополнениями», не смогла объяснить суть сего именования. Возможно, имела она в виду, что служили они продолжением ее собственных сил, которые она может направлять как в тела иных смертных, так и в неодушевленные объекты. Ведь получается, что и обыкновенный валун, и меч она в мгновение ока обратила в монстров! Стало быть, драконья кровь дарует искру жизни предметам... Но логика сего от мудрого гнома ускользала... Обратившись к Лазурии, Гиб просил ее поведать хоть что-нибудь о линиях-дополнениях – о том, как действует подобная сила, есть ли некие побочные эффекты... «Эти линии все еще остаются в теле Соры?» - спрашивал он. – «Знание о них может весьма помочь нам в странствиях. А если они опасны, мы должны понять, как избавиться от них. Я действительно хотел бы узнать все, что возможно». «Ну...» - задумалась драконица. – «Я стремилась спасти Сору, а затем... а на несколько мгновений обратила грезы в реальность... и воплотила в оную те сны, которые видели камень и меч...» Искатели приключений, окончательно сбитые с толку, молча взирали на девушку, и та сдалась, констатировав: «Кажется, прежде я понимала это куда лучше...» Гном согласно кивнул: похоже, чем больше Лазурия походит на человека, тем меньше помнит о знании, коим обладала в момент рождения. Ныне она выражает мысли словами, прежде же действовала инстинктивно. Стало быть, врожденное знание не подлежит вербальному выражению... Гиб находил сию теорию весьма интересной. Урипо же отметила, что эмоции – тревоги ли или радость – делают Лазурию куда более «живой», нежели прежде, когда она с отрешенным выражением на лице творила могучую волшбу. Наконец, отряд достиг замка Глен, правил которым король Багдо – под властью его находились северные пределы континента Огрид. Увидев город, возведенный средь скальных утесов, Лазурия восхитилась: неужто миряне обитают в подобном окружении?!. «Король Багдо всегда приветствует искателей приключений, и замок его стал для нас истинным оплотом», - поведал девушке Гиб. – «Мы должны доложить о завершении взятой на себя миссии, а также попытаться больше узнать о драконьем яйце». Но первым делом герои устремились к ближайшей таверне, дабы восстановить подорванные силы и отметить присоединение Лазурии к их отряду. Шагая по городским улицам, драконица поражалась обилию народа. «Они все – искатели приключений, как и мы?» - спрашивала она, и Сора утвердительно кивнул: «Числом странствующие авантюристы значительно превосходят самих горожан». Мальтина заявила Соре, что пришло время расстаться – у ее отряда намечается важная встреча, а самой ей еще родителей навестить не помешает. Лазурии Мальтина долго рассказывала, какими средствами – мазями да бальзамами – надлежит пользоваться, чтобы сохранить красоту на столь тяжкой стезе как поиск приключений. Обратившись к Соре, за сим наблюдавшим, Мальтина заявила, что сведет юношу с хорошим ювелиром, дабы тот вправил лазурит, подаренный Сорой Лазурии, в брошь или ожерелье. «Странствия – это хорошо, но ты не должен забывать о том, что нужно девушкам!» - постановила она, и, оставив опешившего Сору, отправилась наряду со спутниками – Рубиби, Фугой и Алеком - по своим делам. Сора проводил Мальтину взглядом; была она его подругой детства. Семья Мальтины владела крупной торговой компанией, и купеческую жилку девушка определенно унаследовала. Не заметили Сора, Гиб и Урипо, как Лазурия, заинтересовавшись разношерстной публикой на городских улицах, отбилась от отряда, а когда осознала сей факт и растерянно огляделась, знакомых лиц окрест не заметила. Обратились к юной драконице две сестры - девочки-огрессы, заявив, что та – донельзя фотогенична, испросили дозволения сделать несколько снимков. Лазурия с удовольствием позировала; одна из девчонок – Мирана - направила на нее камеру, вторая – Саня - одобрительно кивала. Когда фотосессия завершилась, поинтересовалась Лазурия: «А что это мы только что делали?» «Фото, конечно же», - отозвалась Мирана, а Саня озадачилась: «Ты – искательница приключений, но не знаешь, что такое фото?» «Не-а», - покачала головой Лазурия, и Саня, указав на камеру, доходчиво разъяснила: «Это – магическое устройство, которое переносит изображение на бумагу, и называется оно – фотография». Пояснили сестры Лазурии, что их отец – журналист, а камеру они у него позаимствовали на время. Огрессы пригласили новую знакомую в гости, с гордостью продемонстрировали множество фотографий на стене, сделанных их отцом по всему миру – в Орфее, Азлане, Ландонских горах... Драконица восхищалась: стало быть, образ можно с легкостью перенести на бумагу?! В комнату ступила мать девчонок, и те с визгом бросились к ней. Крепко обняли. «Они любят приводить гостей, чтобы похвастаться фотографиями отца», - улыбалась женщина. Лазурия призналась ей, что потеряла друзей, и огресса предложила гостье отобедать с ними, не преминув заранее отправить весть в гильдию искателей приключений – получив сообщение, Сора и остальные непременно отыщут заблудившуюся подругу. «Мой муж – тоже авантюрист», - с улыбкой рассказывала огресса, глядя, как Лазурия уплетает еду за обе щеки. – «Конечно, он не сражается с монстрами...» «Да, у журналистов другая работа!» - с энтузиазмом закивала Саня. – «Они сражаются за правду с помощью пера и камеры!» «Грядет эпоха информации!» - поддержала сестру Мирана. – «Следует публиковать истинные сведения с непредвзятой точки зрения. В этом – суть журналистики! Так папа говорит...» «Теперь, когда континенты соединила железная дорога, а камеры получили распространение, Астолтия зрит начало новой эпохи просвещения», - добавила огресса. – «Но, с другой стороны, становится куда проще распространять лжеинформацию. Именно поэтому мой супруг избрал своим долгом доносить до мирян правдивые сведения, и странствует он по всей Астолтии...» Девчонки радовались, ибо их отец должен вернуться из очередного странствия уже завтра – а он всегда привозит с собой красивые сувениры!.. Наблюдая за восторженным выражением на личиках сестер, Лазурия сознавала: точно так же загораются глаза Соры, когда говорит он о странствиях в поисках приключений...
За спиной его удобно разместились трое демонов – Зофин, Эсторис и Плаку. Не привлекая к себе внимания пассажиров, трое тихо беседовали о грядущей операции. «Неожиданно, что ради линий-дополнений ты решил использовать свою козырную карту», - обратилась Эсторис к Плаку; последний захихикал, заявив, что молодой лорд наверняка не будет против, если они устроят небольшой переполох в землях Огрида. Вечером поезд остановился, и по внутренней связи было объявлено, что движение состав возобновит на рассвете, и поутру прибудет в замок Глен. Демоны переглянулись: похоже, пора действовать... Покинув вагон, они поднялись на крышу состава, и Плаку, воззвав к темным силам, просил те даровать поезду подобие жизни... Состав содрогнулся, обращаясь в механического монстра, а затем, стремительно набирая скорость, устремился в направлении железнодорожной станции близ замка Глен. Люки на крышах вагонов открылись, и выступили из них механические конструкты, сжимающие в руках острые клинки...
«Кстати, наш папа возвращается на утреннем поезде!» - щебетали они, обращаясь к Лазурии. – «Пойдем вместе встречать его, мы хотим тебя с ним познакомить! И он наверняка захочет сделать твои фото, ты же такая красивая!» Заметив, что Лазурия необычно молчалива, осведомился Сора, что гнетет ее, и отвечала драконица: «Соня и Мирана, у них есть мама и папа... Родители заботятся о них...» «Ну, это нормально», - заметил Сора, не понимая, куда клонит Лазурия, и та вздохнула: «Вылупиться из яйца и остаться одной просто ужасно!..» И, смахивая слезы, она со всех ног бросилась прочь – в направлении гостиницы. Влетела в номер, бросилась на кровать, свернулась калачиком под одеялом. Не понимала она, что с ней происходит... Отчего такая тяжесть в груди, отчего снедает душу печаль?!. Непонимание тревожило Лазурию, страшило...
Понимал Сора, что сглупил. Ведь Лазурия только-только родилась и не знает своих родителей. С другой стороны, ему самому – 16 лет, и он тоже остался без отца и без матери... Но, наверное, ситуация с драконицей – иная; сам Сора не чувствовал одиночества – его поддерживали друзья... Со всех ног юный ведди бежал к гостинице...
Скрипнула дверь, и Лазурия обернулась в надежде, что навестил ее Сора... Но в комнату ступил огромный механический конструкт. Метнувшись к кровати, сжал он руками шею девушки. Следом в помещение ступил старик Плаку, огляделся по сторонам. «О, ты одна?» - констатировал он. – «А где же паренек с линиями?.. Без него скучно... Ну ладно, придется забирать лишь тебя». Лазурия истошно закричала, взывая к Соре... и тот, ворвавшись в комнату через проделанный в стене гостиницы пролом, ударом кулака отбросил механический конструкт в строну. Плаку усмехнулся: тело ведди вновь покрывали сияющие символы – драконица щедро делилась врожденным могуществом со своим защитником. В комнату ступили Урипо и Гиб, и, узрев облик своего друга, вопросили: «Это Лазу сделала?» «Не знаю», - отозвался Сора, прижимая к груди дрожащую от потрясения девушку. – «Я бежал и вдруг почувствовал, как будто она зовет меня. И линии вдруг воссияли!» Плаку откашлялся, напомнив о себе, выпрыгнул в пролом – как будто приглашая авантюристов следовать за собой. В комнату вбежал хозяин гостиницы, здоровенный огр; оглядев разрушенную комнату, он опешил. «Демоны в городе!» - пояснил хозяину Гиб. – «Скажи, чтобы все оставались в своих комнатах!» «Но искателей приключений разбуди, пришли их к нам на помощь!» - добавила Урипо. О том, что стену пробил Сора, гном благоразумно умолчал: пусть хозяин запишет повреждение имущества на счет демонов. Огр принялся зычно орать, будя авантюристов; Сора и спутники его выбежали на улицу... столкнувшись с сестрами-ограми, Саней и Мираной. «Что тут произошло?» - спрашивали те, и Сора, встревожившись, воскликнула: «Что вы здесь делаете? Нельзя вам здесь находиться! Демоны все еще...» Послышался тихий смех, и, оглянувшись, авантюристы воззрились на знакомую троицу демонов, стоящих на крыше гостиницы. «Ты прикончил мой конструкт одним-единственным ударом!» - обратился Плаку к Соре с неподдельным восхищением. – «Потрясающе!» «А я думала, мы привели с собой слишком уж внушительные силы», - призналась Эсторис. – «Но, похоже, в самый раз». «Вы, трое придурков, продолжаете охотиться на Лазу?!» - разозлился Сора. Эсторис пришла в ярость: как смеют смертные столь пренебрежительно обращаться к ним?! Плаку же, похоже, ничуть не обиделся и счел необходимым представиться: «Я – маг-инженер, Плаку». «Я – Зофин, доктор смерти», - добавил чернобородый, а Эсторис зло прорычала: «А я – Эсторис, кукольница. Ужасно унизительно представляться низшим расам!» Пояснил Плаку искателям приключений, что пытаются они обрести тайну создания самой жизни. А чтобы воплотить в жизнь волю своего господина, они заберут с собою юную драконицу!.. Конечно, авантюристы отказались передать Лазурию демонам, и, ухмыльнувшись, Плаку сделал театральный жест... Из тьмы выступил гигантский механический монстр, одно из величайших его творений... в котором ужаснувшиеся авантюристы узнали обретший подобие жизни железнодорожный состав! «Как межконтинентальный экспресс обратился... в это?!» - изумился Сора, а Плаку, наслаждавшийся полевыми испытаниями конструкта, отдал тому приказ к атаке. Исполинский механический монстр взвился ввысь, и герои выдохнули как один: «Он и летать может?!» Не сговариваясь, авантюристы бросились наутек, а Плаку, наблюдая за ними, довольно потирал руки, сознавая, что, если так и дальше пойдет, обращенный в монстра поезд обратит в руины весь город!.. Из труб поезда вырвались потоки горячего пара, и четверо едва успели увернуться от них. «Горячий пар, находящийся под высоким давлением», - пытался на бегу объяснить Гиб товарищам, - «обладает достаточной энергией, чтобы вращать колеса состава. И поток его способен стать причиной страшных ожогов!» Саня и Мирана растерялись; Урипо и Лазурия подхватили девчонок, продолжили бег, а Сора замешкался... Поток пара окутал его, а после монстр ударил ведди своей многотонной ногой. Эсторис ликующе расхохоталась: вот и конец докучливого авантюриста, позаимствовавшего толику драконьего могущества! Но смех ее оборвался, а на лице отразилось изумление, когда Сора поднялся на ноги, отбросил механического исполина в сторону; символы на теле его ярко сияли. Демоны поразились: неужто линии-дополнения даровали ведди столь огромную силу? К тому же, непохоже, чтобы удар конечности монстра хоть сколь-либо повредил этому странному юнцу! С ужасом лицезрели авантюристы, что внутри обращенного в чудовище поезда находится множество пассажиров, прильнувших к окнам, а в одном из них сестренки-огрессы узнали своего отца! Сора попытался ударить конструкт мечом, но, как и ожидалось, толстый слой металла рассечь клинок не сумел. Надеясь повторить ход с камнем, Сора отыскал валун неподалеку, с помощью линий-дополнений обратил его в здоровенную бомбу, приготовился метнуть оную в бесчинствующий состав... «Подожди, Сора!» - выкрикнула Лазурия. – «Там, в поезде, пассажиры!» «Что?! – изумился ведди, лишь сейчас заметив в окнах вагонов лица, исполненные отчаяния. Сора отшвырнул бомбу в сторону, и та взорвалась в воздухе, никому не причинив вреда. После чего наряду с Гибом и Урипо воззрился на конструкт, пытаясь понять, как возможно уничтожить его – и спасти при этом плененных внутри состава мирян. Обратившись к сподвижникам, Плаку заявил, что тактика, избранная им, оказалась верной: ведь творить зомби и заставлять их атаковать город – донельзя банально! Эсторис презрительно фыркнула. «Поверить не могу, что мы идем на такие ухищрения в противостоянии низшим расам!» - процедила демонесса. Конструкт вновь принялся направлять на авантюристов потоки пара, и те вынуждены были укрыться за окрестными зданиями. Видя отчаяние в глазах Сани и Мираны, ощутила Лазурия, как в душе ее закипает гнев. «Обещаю, я спасу вашего папу!» - молвила драконица, после чего, обратив взор на механического гиганта, задумалась. С одной стороны, простыми ударами броню его не пробьешь... с другой – сила линий-дополнений слишком велика, и непременно повредит пассажирам поезда... Неожиданно пришла к ней идея, которой Лазурия не замедлила поделиться с Гибом. Гном утвердительно кивнул, метнулся к Соре, который отчаянно прыгал из стороны в сторону, уклоняясь от раскаленных потоков, зашептал: «Мы проберемся в поезд и выведем пассажиров! Нет временем объяснять, как. Но Лазу все придумала! Как только они с Урипо займут нужную позицию, дадут нам знак». Внимание конструкта было всецело обращено на Сору, и Лазурия с Урипо сумели укрыться позади него, забрались на скальную породу. Урипо отчаянно трусила, но драконица напомнила ей, что Саня и Мирана с нетерпением ждут возвращения отца – да и иные миряне наверняка надеются, что родные их вернутся с утренним поездом. Собрав волю в кулак, Урипо утвердительно кивнула: да, надлежит довести начатое до конца! Девушки дали сигнал Соре, и тот, коснувшись ладонями стены утеса, обратил оную во множество грязевых монстров. На глазах потрясенных демонов те облепили нижние конечности механического конструкта, обездвижив его. Не мешкая, Лазурия и Урипо спрыгнули с утеса вниз, прямиком на крышу паровоза. Урипо угодила прямиком в трубу, а вот Лазурия упала на ткань, натянутую над улицей меж двух скальных отрогов...
Сисси – мама Сани и Мираны – бежала по городу, выкрикивая имена дочерей. Один из стражей остановил ее, и, отвечая на вопрос женщины о том, откуда взялись монстры, сообщил, что изливаются они с центральной площади города. «Но сейчас там все объял горячий пар...» - говорил страж, но Сисси сорвалась с места, бросила через плечо: «Мои дочери отправились повидать друзей в гостиницу!» Страж пытался удержать отчаявшуюся мать, веля дождаться подкрепления из замка... когда лицезрели двое, как обращается стена твердыни в грязевых монстров!..
Она принялась нажимать на все подряд... и экспресс пустился в пляс. ...Наблюдая за странными движениями обращенного в монстра поезда со стороны, Гиб обратился к Соре, молвив: «Лазу упомянула о том, что заметила в составе небольших монстров. Наверное, сложно управлять поездом разом, посему, думаю, кто-то из монстров был назначен следить за двигателем, кто-то – за оружейными системами. Думаю, управление дверьми там же находится». Все это Лазурия заметила, повиснув на ткани, и гном в который уже раз впечатлился знанием, находящимся в подсознании юной драконицы. ...Наконец, Урипо удалось обнаружить кнопку, открывающую двери экспресса, и пассажиры разом бросились наружу. Наблюдая за сим издали, старик Плаку горестно вздохнул: «Может, не следовало нам нанимать дешевых пигмеев...» «Так вот на чем ты сэкономил?!» - задохнулась от ярости Эсторис, и Плаку развел руками: «Видишь ли, инженерные изыски дорого обходятся». Саня и Мирана бросились к отцу, и тот крепко обнял девочек. Эсторис приказала экспрессу продолжать бесчинства, сокрушать и город, и мирян. Сора выступил вперед, и поезд тут же окатил его волной горячего пара. «Продолжай!» - велела экспрессу Эсторис. – «Он ведь не полностью неуязвим! Подобного жара не выдержит даже его обретшее новые силы тело!» Она осеклась, лишь сейчас заметив, что укрывшее площадь облако пара не рассеивается. Эсторим осознала, что Сора с помощью линий-дополнений обратил облако в гигантского монстра!.. Понял это и Гиб. Похоже, его друг все лучше и лучше учится использовать обретенные способности. Припомнил гном о словах Лазурии, говорившей о том, что линии на теле Солы – грезы, которые видят предметы. Все в сущем имеет некие врожденные силы. Феномен проявления магических свойств - то, что делает монстров монстрами. И линии-дополнения заставляют сей феномен проявиться в неодушевленных предметах!.. Другими словами, Сора пробуждает латентные энергии и заставляет их проявляться в форме монстров! Повинуясь воле Соры, облачный монстр поднял экспресс в воздух. «Спасибо, что подарили мне столько пара!» - выкрикнул ведди. – «Уверен, это сильнейшее облако за всю историю!» «Что ты собираешься делать?» - взвизгнула Эсторис, и отозвался Сора: «Разве не очевидно? Я терпеть не могу вам подобных, которые используют отношения детей и родителей как предтечу для того, чтобы развязать сражение. Посему я вышвыриваю вас из города!» Принимая поражение, Эсторис, тем не менее, возопила: «В следующий раз тебе так не повезет! Мы вернем ее – любой ценой!» Зофин поспешил сотворить заклинание телепортации, и трое демонов исчезли... Лишь сейчас Сора позволил себе распластаться на земле; он был совершенно без сил – использование линий-дополнений полностью лишало его энергии. Тело казалось донельзя тяжелым, парень и пальцем пошевелить не мог... ...Сисси заметила супруга, Эдгара, и дочерей, бросилась к ним. Четверо обнялись, наслаждаясь счастливым воссоединением. Наблюдая за ним, Лазурия вновь испытала глубокую печаль: вот, стало быть, как выглядит настоящая семья... Но, когда Сора обернулся к ней, девочка выдавила улыбку, заверив ведди: «Все хорошо! У меня есть все вы, и мне больше не одиноко!» «Лазу», - покачал головой Сора, воскрешая в памяти образы отца и матери в час приснопамятного шторма, - «не нужно себя обманывать. Семья и друзья – не одно и то же. Мы дали тебе имя, но мы с Гибом и Урипо не заменим тебе родителей. Прости, может, это звучит и не очень хорошо, но выслушай меня, пожалуйста. Мы не знаем, что произошло с твоими родителями. Были ли они добрыми и любящими, живы ли по сей день. Честно говоря, мы не знаем, были ли они у тебя в принципе. Просто не знаем! Поэтому для того, чтобы найти ответы, мы и отправляемся в странствие. Шаг за шагом – и мы все выясним. Это будет и твое странствие, Лазу. Но знай – неважно, какие ответы ожидают нас... принесут они печаль или счастье... мы все это разделим с тобой! Потому что мы – твои товарищи, твой отряд!.. Я хочу, чтобы ты стала его членом. Даже если ты испугана или сбита с толку...» «Люблю тебя!» - Лазурия бросилась на шею опешившему ведди, не ожидавшему, что его пламенная речь вызовет столь бурную реакцию. Девочка обняла и Гибо, и Урипо, заверив, что любит их также.
«Демоническая маска...» - процедил он. – «Навевает воспоминания...» «Да, подобную ей носили воины Истинного Солнца во время войны 500 лет назад», - рыкнул один из львопсов. – «Возможно, традиция сохранилась...» «Мой лорд, давай заберем девчонку-драконицу, пока есть возможность!» - пролаял маленький львопес – злой и неистовый. – «Мальчишка какое-то время не сможет использовать линии!» «Нет», - покачал головой лорд. – «После подобного беспорядка он вот-вот явится. Не стоит открыто противостоять ему сейчас... К тому же есть у меня ощущение, что мы все еще не видели истинных пределов могущества линий-дополнений. Почему бы нам не понаблюдать еще немного?.. Думаю, в следующий раз зрелище может быть еще интереснее...»
За спиною Лазурии возник гигантский механический конструкт. Искатели приключений полагали, что от сих созданий город уже очищен, и не успели вовремя среагировать. Сора бросился к девочке, сознавая, что слишком слаб, чтобы воззвать к могуществу линий... Но конструкт был рассечен надвое мечом, сжимал который в руке ступивший на площадь король Багдо. «Это последний?» - бросил могучий огр, озираясь по сторонам. «Сперва – конфликт с Гартлантом, теперь это...» - проворчал сопровождавший монарха старец – мудрец Эйдос. – «Опасно в твоем замке в последнее время. Согласен, Багдо?» «В Глене всегда так», - отмахнулся король. «Кто это?» - шепнула Лазурия Гибу, и пояснил тот: «Он – владыка Глена, тот самый, который организовал поиски драконьего яйца. Также он известный мечник, ныне странствующий и выясняющий подоплеку событий, вершащихся в мире. Я не знал, что он вернулся в Глен». Король подошел к Соре и его спутникам, и, поздравив их с обретением весьма милой драконицы, пригласил проследовать в замок, обещав рассказать кое-что интересное. ...Авантюристы, король, мудрец Эйдос и капитан стражи Джидан расположились за столом на замковом балконе, и огры продемонстрировали Соре, Гибу, Урипо и Лазурии рисунок древней эмблемы драконов. «Еще до того, как мы объявили о поисках яйца, мы изучали историю этого символа», - говорил искателям приключений Джидан. «О, этот же символ был начертан на алтаре, возлежало на котором драконье яйцо!» - припомнил гном. «И чем-то символ похож на линии, появляющиеся на теле Соры», - добавила Урипо. Джидан явил гостям древнюю книгу, обложку которой украшал тот же символ. «Эта книга имеет отношение к драконьему племени, которое очень редко являет себя за всю историю Астолтии», - произнес воин. – «Несмотря на то, что обладает огромной силой, драконье племя практически никогда не вмешивалось в дела иных рас. Посему мы практически ничего не ведаем о нем...» «Мой приятель-мудрец однажды столкнулся с подобной бестией», - проронил Эйдос, попыхивая трубкой. – «В пещерах под вулканом Калсадора, что на континента Гночакка. Она пребывала в потоках лавы, куда не дерзают спускаться искатели приключений. Оставалась она там на протяжении тысячелетий, наблюдая за вознесением и падением держав гномов. Она – лавовая драконица, Бридон!» «Встретив ее, мы узнаем о том, кто такая Лазу?» - вопросила Урипо. «На самом деле я мало что знаю о драконьем племени», - признался мудрец. – «Мои сородичи встречали эту драконицу. Возможно, она и сумеет дать вам необходимую зацепку». Лазурия воодушевилась: если она разыщет означенную драконицу, то, возможно, сумеет узнать что-то о своих родителях! «Ну наконец-то это начинает походить на настоящее приключение!» - возопил Сора, ликуя. – «Вулкан Калсадора вполне подходит под драконье логово! Пойдем, Лазу – встретимся с нею и узнаем тайну твоего происхождения!» Девочка несмело улыбнулась, молвила: «Я с радостью пойду с вами, но... меня ведь избрали целью своей монстры. Из-за меня они напали на замок Глен... Из-за меня были перепуганы Саня, Мирана и их родители... И подобное может повториться где угодно!» «Я – король, и моя вина в том, что позволил я монстрам напасть на город», - проронил Багдо. – «Я разошлю письма правителям всех держав Астолтии. Если вы будете останавливаться в гостиницах в их городах, они обязаны будут удостовериться в том, что никто не потревожит ваш сон». Лазурия начала робко благодарить короля, но тот отмахнулся: «Не стоит! Будучи королем замка Глен, моя святая обязанность – обеспечить безопасность его обитателей, как авантюристов, так и простых мирян. То же сделать обязаны правители и иных земель Астолтии. Если о безопасности городов и селений станете тревожиться вы, то тем самым нанесете оскорбление их владыкам! Вам следует заботиться лишь о своих начинаниях да приключениях, и стремиться к новым свершениям. Одно за другим, приключения сии ведут к победе в противостоянии с демонами. Однажды станут они основы для истинного мира, который познает, наконец, Астолтия». «Все верно», - не преминул поддержать слова короля Эйдос. – «Недавно демон обвел тебя вокруг пальца, и ты чуть было не начал войну с соседней державой». Авантюристы опешили: слыхали они о конфликте сей нации с соседним Гартлантом. Неужто за зарождавшейся войной стояли демоны?! «Дабы не порождать еще большее смятение, я не стал обнародовать подоплеку тех событий», - проронил Багдо, которому, похоже, очень не хотелось углубляться в сию тему. – «Это произошло, когда недуг ослабил мое тело, а дух оказался поглощен демоническим артефактом». «Да, я что-то слышал об этом...» - протянул Гиб. «В то время короля сумели спасти молодые искатели приключений – такие, как вы», - вымолвил Джидан. Рассказывал он, как отважные герои обрели в долине Бекон Чашу Лемур, а после отправились в Ландонские горы, где отыскали плод Древа Глорис. Сразив чудовищного Гилгиша – стража Небесного Озера, поместили они плод в Чашу, и, проклятие, снедавшее тело и разум короля Багдо, оказалось снято. Последний передал помянутым героям черную королевскую печать, а Эйдос добавил: «Сии авантюристы обрели уже несколько печатей. Возможно, в странствиях пути ваши однажды пересекутся». ...Простившись с королем, мудрецом и капитаном стражи, авантюристы покинули замок, устремившись на железнодорожную станцию. Здесь дожидался их огр – глава гильдии оружейников, Расед. Исполнив полученный ранее заказ, он протянул Лазурии изготовленное украшение – лазуритовый талисман. «Нечасто удавалось мне работать с таким чудесным камнем», - признался Расед, наблюдая, как надевает девушка талисман на шею. Пришедшие проводить друзей Саня и Мирана передали Лазурии фотокамеру – пусть герои делают памятные снимки в час своих приключений! Отец их обратился к Лазурии, молвив: «Лазурия, сейчас ты о себе не помнишь ровным счетом ничего. Но воспоминания, которые ты обретешь во время странствий, сделают тебя сильнее и увереннее в себе. Посему не забывай делать фотографии и сохранять их». ...Железнодорожный состав покинул Глен, устремившись к портовому острову Лендор. После чего надеялись герои достичь города Камихалми, что на континенте Элтона, добраться до Азлана, Города Ветров, а затем – вновь сесть на поезд, коий доставит их на континент Гночакка, в королевство Долворм. Перейдя пустошь, доберутся они до вулкана Калсадоры. Четверо разместились в одном из вагонов. Изучая карту Астолтии, воскликнула Лазурия: «Долина Бекон совсем рядом с замком Глен?! Как долго же мы будем добираться до континента Гночакки?!» «Давным-давно мои предки-ведди проводили месяцы в плаваниях», - усмехнулся Сора. «Но несколько столетий назад появился межконтинентальный экспресс, и теперь путь занимает лишь несколько дней», - добавил Гиб. – «Для авантюристов предлагают самые дешевые билеты!» «На самом деле денег у нас немного», - признался Сора девушке. – «Они уходят на постоялые дворы, еду, целительные травы, снаряжение. Поиски приключений обходятся недешево». Сора, Гиб и Урипо принялись горячо обсуждать способы заработать. Разговор их услышали иные искатели приключений, находящиеся в вагоне. К Соре и спутникам его подошли четверо: светловолосый человек в изысканном плаще, огр, гном и эльфийка. «Если вы направляетесь в королевство Долворм, почему бы вам не примкнуть к сбору кристаллов миазмита, который там проходит?» - осведомился человек. «Миазмита?» - поразился Сора. «Но кому они понадобились?» - спрашивала Урипо, и пояснил человек: «С давних времен процветанием Долворм было обязано Солнечному Камню. Магические силы реликвии иссякли, но, похоже, недавно в исследовательском институте разработали метод обращения энергии демонических миазм в солнечную. Находятся кристаллы миазмита в подземных пещерах вулкана Калсадоры, однако обитают там могущественные монстры. Королевство нанимает искателей приключений и хорошо платит им за добычу камней, исполненных демонических миазм». «Мы направляемся как раз к вулкану!» - встрепенулся Сора, не в силах поверить в такое совпадение. Неужто они и дракона отыщут, и деньжат заработают?! Поистине, уникальная возможность убить двух зайцев одним выстрелом! «Мы тоже направляемся в это место», - заявил гном, и человек, улыбнувшись, обратился к Соре: «Моя имя – Малик. Надеюсь, наши отряды ожидают отличные приключения!» Четверо направились в вагон-ресторан, и Лазурия проводила человека задумчивым взглядом. Кто он такой?.. Почему кажется смутно знакомым?..
«Молодой господин, тебе не следовало самому являться сюда», - обратилась к Малику эльфийка, но тот покачал головой: «Когда пробьет час Исьянкар, Луны Возмездия, все игры закончатся. К тому же я хотел присмотреться к ним лично. Интересно, сумеют ли они справиться со своим следующим противником?..» Лорда Лунного Племени забавляла необходимость принять обличье смертного; трое демонов прекословить господину своему не осмелились...
Четверо авантюристов встрепенулись: а ведь действительно, это они перебили означенные банды. Волков-разбойников они сразили в Гатаре, а Собак-пиратов – в Джулете. Выжившие волки привели к заставе и иных монстров – каменных горгулий, ожившую статую – и даже голема! «Кое-кто передал их нам, чтобы мы вам отомстили!» - бахвалились волки, ничуть не сомневаясь в своем превосходстве. – «Пусть на руках ваших кровь множества монстров, против столь превосходящих сил...» Авантюристы поднялись из-за столиков: эльфийка-воительница Кагеро, чародей-огр Дэн, воровка-ведди Тора, гном-следопыт Джей-Би. Последние, будучи искателями приключений весьма опытными, с легкостью прикончили монстров, и выжившие свирепые волки со всех ног бросились наутек. К авантюристам приблизилась Эсторис, облаченная в плащ с низко наброшенным на лицо капюшоном. Демонесса внимательно наблюдала за недавним противостоянием, за которым сама и стояла, и пришла к выводу, что эта четверка подходит для ее целей. «Я так понимаю, вы сильны», - проворковала она. – «И в деньгах не нуждаетесь. Но, возможно, захотите заработать достойную сумму. В королевстве Долворм...» «А, эта история про миазмит?» - фыркнул Джей-Би. – «Что-то здесь нечисто. Не верю я, что демонические миазмы способны обратиться в солнечную энергию». «Могу предложить кое-что поинтереснее», - заверила героев Эсторис, протянув им лист пергамента с изображением Соры и обещанием награды в 500000 золотых монет за его поимку. «Это что, Сора?!» - воскликнули авантюристы, изучая документ. Демонесса нахмурилась: они что, знакомы?!. «Акт вандализма в замке Глен», - прочли авантюристы. – «500000 монет тому, кто остановит его. Неважно, будет Сора жив или мертв. Что этот идиот себе удумал?..» Эсторис встревожилась: насколько ей было известно, сии авантюристы беспринципны и интересуются лишь деньгами. Неужто она ошиблась?.. На лицах четверки искателей приключений появились злорадные ухмылки. Возможно, пришел час попробовать кое-что новенькое – и обрести сулимую за голову Соры награду!..
Сора и спутники его с радостью покинули поезд, ворча о том, что в вагоне им пришлось провести больше недели. Спрашивала Лазурия у Гиба, как может тот читать одну и ту же книгу снова и снова, и отвечал гном: «Каждый раз я нахожу в ней что-то новое. Тебе тоже стоит попробовать». «Мне больше картинки рассматривать нравится», - призналась драконица. Сору окликнули, и четверо обернулись, лицезрев знакомых авантюристов. «Давненько не виделись», - бросил Джей-Би, за спиной которого маячили трое сподвижников гнома. – «Похоже, дела у вас идут неплохо». «Джей-Би!» - бросился Сора к искателям приключений. – «Вы тоже решили наведаться в Долворм?» «Да, тут задания поинтереснее», - говорил гном. Кагеро внимательно рассматривала Сору, болтающего с Джей-Би. Похоже, ведди стал сильнее и опытнее со времени их последней встречи. Стало быть, ожидает их вскорости интересный бой... Кагеро метнулась к Соре, защебетала что-то об их вероятной свадьбе, чем привела парня в полное смятение. «Кто они?» - шепнула Лазуни Гибу, и отвечал гном: «Отряд опытных авантюристов». «Они заботились обо мне, когда я лишь ступил на эту стезю», - пояснил драконице Сора. – «Искусные охотники на монстров – Джей-Би и его товарищи!» Кигоро, Дэн и Тора представились Лазурии, и Гиб пояснил авантюристам: девушка лишь недавно к ним примкнула. Обратившись к Джей-Би, поинтересовался Сора: отряд гнома находится в Долворме потому, что желает заняться поисками миазмита? «Нет, мы здесь по куда более опасному делу», - недобро ухмыльнулся гном. – «Собирать камни – это не по мне. Да и вообще, опасное это дело – заниматься собирательством. Мы потеряли на рынке 700.000 золотых, пытаясь перепродать металлические детали. А сейчас у нас даже не постоялый двор денег нет. Займешь?» «Ты серьезно?» - опешил Сора. Джей-Би и его подельники откланялись, заявив, что им следует подготовиться к выполнению задания, и гном, недобро ухмыльнувшись, бросил Соре на прощание: «Будь осторожен!» Четверо устремились прочь, и Сора проводил их озадаченным взглядом. Гиб пояснил Лазурии, что опытные авантюристы – такие, как Джей-Би и его команда – занимаются охотой на могущественных монстров, противостоянием криминальным картелям и спасением держав.
«А вы заметили, что у этой девочки, которая теперь с Сорой, - рога на голове?» - задумчиво протянула Тора. «А это точно не головной убор?» - озадачился Джей-Би. «Уверена, что нет», - стояла на своем ведди. – «Рога явно росли из головы». «Девушка с рогами?» - задумался Джей-Би. Возможно ли, что появление ее относится к инциденту, случившемуся в замке Глен, и имеющему отношение к демонам? Насколько было известно, в городе бесчинствовал некий монстр, сразил которого король Багдо, но детали произошедшего были скупы... Как бы то ни было, следовало сосредоточиться на обещанном вознаграждении, а все остальное выбросить из головы. У них огромные шансы на успех – и на 500000 золотых!..
«О, так твои родители здесь живут?» - выпалила Лазурия. – «Вы встретитесь?» «Это будет... непросто», - смущенно признался Гиб. – «Видишь ли, я сбежал из дома, чтобы стать искателем приключений. Если встретимся, мы поговорим. А пока что – пойдем возьмем задание на поиски миазмита!» Сора и спутники его проследовали в тронный зал Хрустального Дворца Долворма, где директор Дюра ворожил над глыбами миазмита, обращая те в сияющие осколки – Солнечные Камни!.. Король Вулард наряду с придворными внимательно наблюдал за действиями сородичами, искренне уповая на то, что открытие того спасет их королевство. Знали авантюристы, что Дюре лишь 16 лет от роду, и все же возглавил он исследовательский институт Долворма исключительно благодаря своему непревзойденному гению. Энергии сияющих обломков устремилась ввысь, к Солнечному Камню, и, наблюдая за сим, возликовал король: «Сияние артефакта стало практически прежним! Я очень благодарен тебе, Дюра». «Благодарю», - отвечал Дюра, тяжело дыша; наведение чар стоило ему немалых усилий. Церемония завершилась, и помощница Дюры просила мирян и авантюристов покинуть тронный зал. «Я и помыслить не мог, что миазмит возможно вот так преобразить», - признался Сора друзьям, и согласилась с ним Урипо: «Да, это было восхитительно!» «Вы тоже пришли, чтобы добывать миазмит?» - обратился к Соре и спутникам его Дюра, и, когда ответили те утвердительно, молвил: «Тогда вам следует выступать к вулкану Калсадора. Но будьте осторожны: в недрах горы обитают весьма опасные монстры! Восстановление Солнечного Камня всецело зависит от искателей приключений. К поискам миазита недавно примкнул даже доблестный герой!» «Тот самый, который спас замок Глен и получил черную королевскую печать?» - уточнил Гиб, и Дюра подтвердил: «Да, всего за год собрал он семь королевских печатей и прославился! Ходят слухи, что стал он героем Великого Зедора! Странные слухи – о том, что он огр, но в то же время человек, родом из Лендерсии. Неведомо, что в рассказах сих истина, а что – домыслы». Сора и спутники его покинули дворец, пребывая в воодушевлении. Стало быть, идут они по стопам героя Астолтии! Посему непременно отыщут огромную глыбу миазмита и вернутся в Долворм!.. Издали за ликующими авантюристами наблюдала Эсторис. По ее мнению, слишком уж искренне те наслаждались жизнью. Что ж, придется внести небольшие коррективы в изначальный замысел. Демонесса призвала нескольких монстров, являющих собой грязевые порождения, велела тем следовать за Сорой и троицей его спутников. А те, покинув город, следовали через пустыню Гоббл в направлении вулкана. Странствие оказалось не из легких. То и дело налетали песчаные бури, а солнце палило безжалостно. Вулкан оставался на горизонте, а Гиб заверил спутников: западная часть пустыни куда хуже, а здесь монстры довольно слабые. К тому же, скоро они доберутся до оазиса, где смогут передохнуть и восстановить силы. Неожиданно путь команды Соры преградили некие искатели приключений, сжимающие в руках оружие. «Вы, ребята, тоже миазмит ищите?» - помахал им рукой Гиб, однако авантюристы атаковали...
Джей-Би не давала покоя странная девочка, примкнувшая к отряду ведди. Здесь крылась какая-то загадка... и гном надеялся выяснить истину. Впереди над песками витали тучи пыли – там явно что-то происходило...
«Может, это разбойники?» - выдохнула Урипо, но Гиб покачал головой: «Нет, это явно авантюристы. Но почему они атакуют нас?» «Они странные», - выпалила Лазурия. – «То, как они дышат, как циркулирует их кровь... В их телах я ощущаю какие-то странные магические потоки... А, кажется поняла!» С этими словами Лазурия бросилась к одному из преследователей, развеивая чары иллюзии, и обратится тот в грязевого монстра! Из-за спин иллюзорных воинов выступила Эсторис. «Невероятные ум и чувствительность к магии», - бросила демонесса Лазурии. – «Ты с такой легкостью развеяла мои чары...» «Что тебе нужно?!» - потребовал ответа Сора. «Я так зла, что ты связала свой выдающийся с ум со столь жалким именем, и растрачиваешь себя понапрасну!» - Эсторис не отводила взгляд от Лазурии. – «Как можешь ты быть столь слепа к истине?!» «Я не понимаю, о чем ты!» - отрезала та. – «Я остаюсь сама собой!» «Чушь!» - отрезала демонесса. – «Ты сама не понимаешь, что говоришь! Тебе следует отринуть свое имя, и поскорее!» «Довольно!» - сжимая меч в руках, Сора выступил вперед, закрывая Лазурию своим телом. – «Не знаю, сколь интересно окажется наше нынешнее приключение, но знаю лишь одно: ты меня донельзя бесишь!» На теле Соры проступили драконьи жилы, и он ринулся к грязевым монстрам, принявшим обличье искателей приключений. Эсторис опешила: стало быть, этот ведди научился контролировать свою способность и прибегать к ней в момент эмоционального надрыва? Клинок Соры изменился, обратившись в поистине пугающее оружие, которым ведди самозабвенно рассекал тела грязевых монстров. Эсторис содрогнулась, полагая, что пришло ее время исчезнуть со сцены...
«Все за мной!» - процедил гном, устремляясь вперед, и Дэн озадачился: «Ты хочешь выступить против Соры? Серьезно?» «С ним явно происходит что-то странное», - отозвался Джей-Би. – «Не знаю, виновен он или нет – пятьдесят на пятьдесят. Единственный способ понять – сразиться с ним!»
Сора, Гиб и Урипо опешили: за голову ведди назначена столь баснословная награда?! «Тут говорится о том, что сражение в замке Глен произошло из-за того, что демонические миазмы поглотили твой разум», - заявила Урипо, изучая листок. «Что это значит?» - озадачился Сора. – «Король Багдо сам просил не привлекать внимания к Лазурии!» «Так вот что понадобилось здесь Джей-Би и остальным...» - осознал Гиб, взирая на четверку авантюристов, настроенных, похоже, враждебно. «Я думал о том, чтобы схватить тебя!» - бросил Джей-Би Соре, и Лазурия возмутилась: «Да как ты можешь? Разве мы не такие же авантюристы, как и вы?» «Не думаю, что Джей-Би так считает», - вздохнул Сора, после чего наряду с Гибом и Урипо объяснил Лазурии, что искатели приключений, входящие в отряд Джей-Би, гораздо более опытны, потому навряд ли считают их ровней себе. «Я думал, что получу награду за это задание, а затем прикончу нанимательницу, которая наверняка еще та негодяйка», - признался Джей-Би. – «Но ситуация изменилась. Я своими глазами увидел, как ты расправляешься с другими авантюристами, Сора. Поэтому и думать забудь о пленении!» Осознал Гиб: так вот зачем демонесса натравила на них грязевых монстров, принявших облик искателей приключений! Она знала, что Джей-Би и его спутники окажутся рядом и станут свидетелями противостояния!.. «Все было не так, Джей-Би!» - настаивал Сора. «Все дело в иллюзии, созданной демонической магией!» - вторила ему Урипо. «Может, так оно и было на самом деле», - безразлично отозвалась Кагеро, и Джей-Би процедил, не сводя взгляда с Соры: «Но теперь я могу лишь еще раз повторить уже сказанное». Гиб заметил, что подле Джей-Би и Кагеро нет Дэна и Торы, крикнул друзьям: «Назад! Джей-Би настроен всерьез!» Гиб велел спутникам бежать к дюнам, в тени которых они могут спрятаться и перевести дух. Раздались выстрелы; Дэн находился чуть западнее и пытался вести прицельный огонь по улепетывающим авантюристам. Началась песчаная буря, и Сора понял, что остался один; спутники исчезли за клубами песка и пыли. Обратившись к Джей-Би, наблюдавшему издали за вспыхнувшим противостоянием, осведомилась Кагеро, может ли она принять в нем участие. «Мне не важно, добрый Сора или злой», - усмехнулась эльфийка. – «Я даже погибнуть могу! Страшно...» «Такая воительница, как ты, не погибнет», - уверенно произнес гном. – «Выложись на полную!» Кагеро бросилась к Соре, скрестила с ним клинки... ...Гиб, Лазурия и Урипо улепетывали к дюнам; за спинами их продолжали греметь выстрелы. «Что происходит?» - восклицала Урипо. «Стреляет Дэн. Он обладает магическим жезлом, срываются с которого сполохи энергии со 100% точностью. Сам Дэн владеет навыком, ускоряющим волшбу. Таким образом в бою он сразу же разрушает отряд противника. Подобную тактику Джей-Би и его спутники часто применяют, охотясь за кем-то». Дэн своего добился: ему удалось заставить чрезмерно умного Гиба и остальных приятелей Соры удалиться, и теперь следовало заняться добычей. Дэн направил магический жезл в сторону Соры, сражающегося с Кагеро... ...Гибу, Урипо и Лазурии путь преградила Тора... ...Линии-дополнения продолжали сиять на теле Соры, и он предупредил противницу: та может пострадать, ведь не способен он ограничивать свою силу. Кагеро не впечатлилась, продолжила теснить Сору. Пинком отбросив ведди, воительница заявила, что, будучи довольно миниатюрной, она мастерски работает мечом, контролируя дыхание и свое тело, посему какая-то запредельная сила не нужна ей, чтобы одержать верх над противником. Сознавал Сора, сколь он все-таки неопытен! Кагеро просчитывала все его движения наперед, глядя на то, как он дышит. «Признаюсь, я разочарована, учитывая обретенную тобой силу», - бросила эльфийка. Линии-дополнения поблекли, и Кагеро молвила: «Попробуй сосредоточиться и вернуть их – ради меня. Ты, должно быть, вне себя от злости из-за того, что проигрываешь мне?.. И тебе следует поспешить: если не одержишь верх надо мной, что, думаешь, Тора сделает с той девушкой?» Кагеро продолжала насмехаться над Сорой, и ведди вновь ринулся в атаку, бешено орудуя клинком. Натиск его застал эльфийку врасплох, вынудив уйти в оборону. К тому же, Сора задержал дыхание, зная, что это помешает Кагеро просчитать его движения наперед. Признала Кагеро: она лишилась преимущества... поэтому следовало сражаться всерьез. Стремительным выпадом эльфийка рассекла предплечье Соры, применив прием «Невидимый меч». Сора не понимал, как это возможно: казалось, противница наносит удар в одну точку, но рана появлялась в ином месте! Пытаясь отразить выпады Кагеро, ведди стремительно терял силы, лихорадочно соображая, что может он противопоставить столь искусной мечнице. Осознал Сора, что та изменяет направление удара в тот момент, когда он моргает. Вот в чем кроется секрет приема, применяемого Кагеро! «Сухость воздуха, поток ветра, восприятие света и тьмы, сосредоточенность, пыль», - молвила та. – «Все это влияет на то, как мы моргаем. Это один из моих любимых приемов». Линии-дополнения вновь ярко вспыхнули на теле Соры. Кагеро нахмурилась: противник сумел разгадать секрет ее приема. Он действительно неординарен, ведь ничуть не боится, а испытывает огромное любопытство, пытаясь познать умения других! Жаль, что уготована ему смерть... Сора понимал, что не сможет контролировать моргание так же, как дыхание. Приходилось признать: противница значительно превосходит его своими боевыми навыками. «Хоть ты и понять суть ‘Невидимого меча’, ты ничего не сможешь ему противопоставить», - заключила Кагеро. – «У меня нет иного выбора, кроме как нанести тебе смертельный удар. Сознавая, что уготована ему гибель, Сора взял себя в руки, молвил: «В конце концов, чем занимаются авантюристы? Странствуют вместе с друзьями!» Сора вытянул руку в сторону песчаной бури, и на глазах изумленной Кагеро отделился от оной сонм монстров – ветряных дервишей! Эльфийка схлестнулась с монстрами, не заметив, как оказалась в центре смерча, коий подхватил ее, поднял в воздух. «Интересная способность», - обратился к Соре Джей-Би, все это время внимательно наблюдавший за противостоянием издали. – «Ты сумел избавиться от Кагеро, не нанеся ей и царапины. Похоже, теперь мой черед!» Сора молил гнома отступиться, выслушать его рассказ, но тот, заявив, что боле не хочет ни о чем знать, подпрыгнул, ударил в землю кулаком, вкладывая в удар всю свою энергию. Она разметала дервишей, уничтожила их, отбросила Сору в сторону, но ведди остался невредим: возможно, сила линий-дополнений защитила его?..
«Испытывает?» - удивилась Урипо. «Верно», - подтвердила Тора. – «Джей-Би велел мне ни в коем случае не убивать вас. Если будете сохранять спокойствие, я не причиню вам вреда».
«Прости, но я не позволю тебе бежать, Сора», - процедил Джей-Би, приближаясь к ведди. За спиною гнома остались сотни сражений, и при себе тот всегда носил несколько видов оружия, дабы быть готовым к любой ситуации. Таков он, Джей-Би, - мастер охоты. В сравнении с ним Сора и его спутники – несмышленые дети!.. Обратившись к Соре, Джей-Би заявил, что внимательно наблюдал за поединком того с Кагеро. Даже когда вебби был загнан в угол, он отчаянно продолжал искать выход, при этом стараясь не ранить эльфийку. «Да, ты – тот самый Сора, которого я всегда знал», - заключил гном, скрестив руки на груди. «Тогда зачем все это?!» - возмутился Сора, и Джей-Би отвечал: «А вот твои способности – совершенно другая история. Обращать предметы и стихию в монстров... Линии-дополнения, так они называются? Опасная сила, как по мне... И... рискну предположить, что она как-то связана с появлением в твоем отряде новой девушки?» «Честно говоря, я и сам не знаю природы этой силы», - признался Сора. – «Лазу наделила меня ей, когда я умирал...» Гном усмехнулся, и выпалил Сора: «Ты что, подозреваешь, что Лазу – злодейка? Да быть такого не может!» «Серьезно?» - хмыкнул гном. – «Вы лишь недавно встретились, и ты ничего о ней не знаешь. Варианты могут быть самые разные». «Ну тогда давай вместе отправимся в какое-нибудь странствие!» - предложил ему Сора. – «И ты поймешь, какая она на самом деле! Она забавна и любопытна, ее глаза загораются всякий раз, когда она видит что-то новое. Когда мы встретили ее, она была совсем одна и ничего не ведала о себе. И когда она видит, что кто-то в беде, всегда пытается помочь!»
Сознавая, что для Торы приказы Джей-Би обязательны к исполнению, трое бросились вперед, уповая на то, что кому-то из них удастся прорваться к Соре. Но Тора высоко подпрыгнула, метнула два дротика, смазанных обездвиживающим ядом, и Урипо с Гибом распластались на земле. Лазурия вспомнила о заклинании магического взрыва, кое Мальтина велела ей применять в случае прямого столкновения с врагом, посему поспешила сотворить его. Тора каким-то чудом сумела отскочить в сторону, избежав воздействия разрушительной волшбы, после чего вновь метнулась к Лазурии, пытаясь нанести той удар кинжалами. Мифриловый доспех – дар авантюристов – защитил девушку, но на ногах Лазурия не удержалась, упалась на песок. Осознала, что, похоже, Тора не пытается ранить ее, а лишь стремится не допустить к Соре. «Почему наша тактика не сработала?» - выдохнула Лазурия, отступая к Урипо и Гибу, силящимся подняться на ноги. «Дело в магическом артефакте Торы, Сумеречном Плаще», - пояснил гном. – «Этот плащ способен поглощать энергии стихийных заклинаний. Исключительно базовых, против более могущественной волшбы он бесполезен. Тора же сведуща в контратаках, и после того, как заклятие противника оказывается поглощено, она наносит ему кинжалом фатальный удар». Лазурия задумалась: если заклинание окажется достаточно сильно... сумеет ли она помочь Соре?..
Разозлившись, Сора бросился к гному, ударил того кулаком в лицо. Джей-Би даже бровью не повел, а нанес ответный удар, повергнув ведди наземь. «Даже механический конструкт не бил так сильно», - простонал Сора, с трудом поднимаясь на ноги. «Во время удара ты сдерживаешься», - назидательно произнес Джей-Би. – «Ответь, к чему ты вообще стремишься? Зачем стал искателем приключений?» «Я хочу защитить Лазу!» - выкрикнул Сора, бросаясь на гнома с кулаками. – «Выяснить, что за тайна с нею связана! Я хочу, чтобы она беззаботно смеялась! Вот во что я верю!» «Ты делаешь это исключительно ради себя!» - рявкнул Джей-Би, вновь швыряя ведди наземь. – «Не понимаешь, что подвергаешь других опасности! Даже если эта девушка действительно не зла, она обладает силами, природу которых сама не понимает, так ведь? Уверен ли ты, что они не опасны?» Сора замешкался с ответом, воскрешая в памяти недавнее противостояние грязевым монстрам...
Наблюдали Урипо, Гиб, Лазурия и замершая в нескольких шагах от них Тора, как Джей-Би нанес Торе сильнейший удар, отбросив ведди в сторону на несколько десятков шагов. Впрочем, Сора нашел в себе силы подняться на ноги. «Потрясающе, Сора...» - присвистнула Тора. – «Джей-Би ударил его не менее десяти раз, и он все еще на ногах!» Сознавая, что внимание противницы приковано к Соре, Лазурия сорвалась с места, бегом бросилась в сторону. «Я хочу пережить еще много приключений с Сорой!» - пронеслось в разуме. Как и ожидалось, Тора ринулась следом за Лазурией. Спохватившись, Дэн начал стрелять в беглянку пламенными сполохами из жезла... и та сотворила заклятие отражения. Пламенный поток изменил траекторию, устремился к Торе; ведди едва успела уклониться, но огонь опалил ее зачарованный плащ. Поток пронесся мимо Торы... ударил в спину Джей-Би. На несколько мгновений гном замешкался... «Не сдавайся, Сора!» - истошно выкрикнула Лазурия. Свято уверовав в то, что станет верить в Лазурию несмотря ни на что и примет полную ответственность за последствия, Сора съездил противнику по физиономии, а следующим ударом поверг его наземь. Джей-Би поднялся, как ни в чем не бывало, и, скрестив руки на груди, расхохотался, весьма довольный исходом противостояния. «У тебя есть стремление, и при этом ты никому не стремишься причинить вред!» - заявил гном, обращаясь к Соре. – «Ответственность, вот что действительно важно! Получится у тебя или нет осуществить мечту – неведомо, но добрые деяния твои не забудут миряне... Рискуя жизнью, следуй по избранной стези!.. В общем и целом, Сора, ты оказался именно таким, как я и ожидал...» Сора с изумлением взирал на Джей-Би, лишь сейчас осознав, что противостояния их было испытанием для него...
«Что они творят, эти ублюдки?» - возмущалась Эсторис, догадываясь, что ее замысел увенчался крахом. – «Они же только что сражались друг с другом!» «Договорились, может?» - предположила эльфийка. «Похоже на то», - согласился с нею гном. «Я слыхал, что отряд Джей-Би состоял в приятельских отношениях с пареньком, обладающим драконьими жилами», - произнес огр. – «Казалось, что они испорчены, но, похоже, нет...» Эсторис склонилась пред Маликом, моля того о прощении, ведь просчиталась она в оценке Джей-Би и его подельников, посему вина за провал лежит лишь на ней. «Неважно», - отозвался тот, размышляя. – «Искатели приключений весьма интересны, следует отдать им должное. Пять рас, населяющих Астолтию ныне, отличаются от тех, какими были они 500 лет назад. Думаю, пришел черед направить к ним убийцу. Хочу своими глазами увидеть этот бой». Плаку призвал демона-мага, и Малик отдал тому приказ...
«Чтобы так отделать Джей-Би», - качал головой Дэн, шагая рядом. – «Что это за линии-дополнения такие?.. Но за смелось я хвалю девчушку, которая додумалась отразить мой огненный сполох и застать Джей-Би врасплох. «Да, хороший был ход», - согласилась Тора, одобрительно кивнув Лазурии. – «Я едва уклонилась». Лазурию все еще возмущало, что отряд Джей-Би напал на Сору, однако последний заметил, что всерьез противники их не сражались, а лишь испытывали пределы его возможностей. «Джей-Би – охотник, следопыт», - пояснил Сора юной драконице. – «Он преследует жертву, изматывает ее ментально и физически, а затем наносит смертельный удар. Так что в нашем с ним поединке он лишь развлекался, не более». «Вы тоже, Дэн и Тора?» - опешила Лазурия. «Чтобы прикончить врага, я использую взрывчатку, да и стреляю в упор», - признался огр, а ведди добавила: «А я применяю яд иного рода». «Да и двумя кинжалами она пользуется», - добавила Урипо, кивнув в сторону Торы, и Гиб подтвердил: «Все это доказывает, что нас лишь испытывали, не более». Лазурия была поражена: какими же силами на самом деле обладают искатели приключений, входящие в отряд Джей-Би?! Наконец, авантюристы добрались до оазиса Караван-сарая, находящегося в восточной пустыне Гоббл. Останавливались здесь торговые караваны, следующие как из западного Долворма, так и из горного города Гатары, и из града Аграни. Именно в пустынных оазисах, подобных этому, шла торговля между различными городами континента, посему и именовались они «Караван-сараями». Авантюристы пополняли в оазисах запасы воды, пищи и припасов. К вящему удивлению искателей приключений, в оазисе повстречали они Кагеро, расположившуюся под пальмой и потягивающую сок. «Как ты здесь оказалась?» - изумился Дэн, полагая, что вихрь унес эльфийку куда-то далеко. «Вихрь отбросил меня к пляжу», - отвечала Кагеро. – «И вот я здесь, принимаю солнечные ванны». Сора и Гиб заметили, что это вовсе не пляж, а пустыня, в которой возникло озерцо, на что эльфийка лишь отмахнулась, посоветовав юнцам расширять свое мировоззрение и кругозор. В доказательство своих слов Кагеро продемонстрировала молодняку газету, в которой была заметка о том, что моряк, господин Мурон, в прошлом месяце проводил на пляже Курарана состязание по плаванию для искателей приключений. Кагеро велела Соре раздеваться и идти плавать – следует наслаждаться летом, пока есть возможность. Лазурия закрыла Сору своим телом, выпалила: «Ты снова хочет сделать с ними что-то ужасное?!» «Какие у тебя красивые глаза...» - пропела эльфийка, увлекла Лазурию за собой в кусты, где помогла избавиться от доспехов, велела облачиться в купальник. А после пнула девушку как следует, и та рухнула прямиком на Сору. Двое свалились в озерцо; Кагеро получала искреннее удовольствие от своих проказ, наслаждаясь теплом, солнцем и безмятежностью бытия. Напрасно Сора заявлял, что им следует продолжить поиски дракона, дабы узнать тайну Лазурии, - Кагеро и и слушать ничего не желала, весело плескалась в воде. Разозлившись, Сора бросился в озерцо... Дэн и гномы сняли с себя доспехи, расположились на берегу, наблюдая за забавами товарищей. «Девочка, родившаяся из драконьего яйца...» - покачал головой Джей-Би, когда Гиб закончил рассказывать о встрече их с Лазурией. «Да, и у Соры появились линии-дополнения», - вздохнул Гиб. – «Новорожденная девочка, владеющая довольно сильными заклинаниями... Сора, обращающий землю в монстров... И демоны, стремящиеся заполучить силу Лазурии». «То есть та, которая хотела заставить нас сражаться с вами, - одна из них?» - уточнил Дэн, и Гиб утвердительно кивнул: «Да, судя по описанию, она – Эсторис, демонесса. Обычно ее сопровождают еще двое. Но, предполагаю, они просто пешки, и за ними стоит тот, кто отдает приказы». «И, чтобы понять, кто такая Лазурия на самом деле и как связана она с линиями-дополнениями, вы и хотели разыскать одного из древних драконов», - заключил Джей-Би. – «Интересное вы приключение себе придумали!» «Кстати, а что насчет идеи получить награду за поимку Соры?» - осторожно осведомился Гиб. – «Хоть заказчиком и выступала демонесса, награда ведь реальна?» «О, забудь», - отмахнулся Джей-Би. – «Я обнаружил для себя куда более интересное начинание!» Последующие часы отряды Соры и Джей-Би наслаждались солнцем и озерными водами, позабыв обо всем ином. Лазурия недоумевала: они же еще совсем недавно противостояли друг друга, и теперь ведут себя как лучшие друзья. Как так?.. Тора плавила под водой, пытаясь поймать несколько рыбин к ужину. На берег озера выбрался гигантский крокодил, которого Джей-Би прикончил одним ударом, заявив, что теперь у них достаточно мяса, чтобы наесться до отвала. На берег стянулись торговцы и искатели приключений, и, самоорганизовавшись, предложили провести кулинарное состязание. Таковы были искатели приключений: буквально во всем желали они оставаться лучшими, посему и соревновались друг с другом неустанно. С изумлением наблюдала Лазурия, как все больше и больше авантюристов приходит на берег озера и приступает к стряпне. Играла музыка, искатели приключений веселились... Какие-то авантюристы подошли к Лазурии, уточнив, правда ли то, что вылупилась она из яйца. «Король Багдо обещал, что будет молчать об этом!» - пожаловалась девушка Кагеро, но эльфийка лишь отмахнулась: «Что нам короли да лорды? Мы – искатели приключений, и этим все сказано!» «Но мои силы могут быть опасны!» - воскликнула Лазурия, однако никто из окружавших ее авантюристов не устрашился. Скорее, их восхищала сама мысль о том, что чья-то кровь может обратиться в монстра! Поистине, удивительная способность... После трапезы собравшиеся в оазисе авантюристы принялись рассказывать друг другу о наиболее интересных заданиях, коими занимались они в последнее время. Кто-то рассказывал об Азлане, дочери правителя Такеторы, его дочери и кукле. Иной рек о Дастоне, найденном тем Зеленом Камне и воспрявшем в руинах древнем конструкте времен Урбеи. Третья взахлеб повествовала о Кошачьем Острове и Кошаке Ребелио. «В нынешней Астолтии – истинное раздолье для разнообразнейших приключений», - заверила Кагеро Лазурию, прислушивающуюся к сим разговорам. «А некоторые весьма опасны», - усмехнулся Джей-Би, и Лазурия обернулась к гному, выпалив: «Но я... и способности Соры... можем быть опасны! Разве не поэтому вы на нас напали?» «Будь вы опасны, мы бы довели дело до конца», - без обиняков заявил Джей-Би. – «Мы – авантюристы. И это наша работа. Но я верю в вас с Сорой, правда. И присмотрю за вами, приняв за вас ответственность... Мы, авантюристы, должны во что-то верить. И не можем позволить себе питать сомнения. Если готов действовать – принимай ответственность за последствия! Несмотря на что, что пережить мне пришлось многое – и боль, и предательства, - я остался верен своим чувствам и продолжаю прислушиваться к ним. Посему и продолжаю следовать стезей искателя приключений». Созерцая великое множество авантюристов, расположившихся на берегу озера, сознавала Лазурия, что их с Сорой странствие – лишь одно из великого множества начинаний, бытующих в Астолтии. Поистине, этот мир – уникальное место!.. Вечером в пустыне было холодно, посему искатели приключений поспешили сменить купальные костюмы на одежду потеплее. Сора и спутники его расположились у костра. Лазурия рассматривала фотографии, сделанные в этот замечательный день. «Как твои поиски штормового дракона?» - обратился Джей-Би к Соре, и тот пожал плечами: «Каждый раз, когда, казалось, приближаюсь к нему, его там не оказывается». Лазурия, услышав разговор, нахмурилась: штормового дракон? Прежде ведди не упоминал о нем... «Кстати, Сора, давай вместе отправимся на поиски лавового дракона к вулкану Калсадора!» - неожиданно предложил Джей-Би. «Ты серьезно?» - изумился Сора. «Не каждый день выпадает шанс воочию узреть столь величественного дракона», - усмехнулся гном. – «Считай это своего рода извинением с моей стороны. Поработаю немного твоим телохранителем». Сора вскочил на ноги, бросился к Гибу и Урипо, чтобы сообщить им радостную новость. Джей-Би же оставался мрачен. Очевидно, что к Соре и Лазурии приковано внимание демонов. Но чего те добиваются?.. Джей-Би надеялся, что ему удастся выяснить это. Сам факт того, что драконья кровь способна обращать неодушевленные предметы в монстров, поражал гнома, ибо никогда прежде не слыхал он ни о чем подобном. Потому и снедало его любопытство... ...Вскоре путники прибыли к подножью вулкана Калсадора, жерло коего гномы древности, принадлежащие к народу Урбеи, преобразили в фигуру гигантского воина. На протяжении столетий цивилизации потомков их почитали Калсадора горой божьей, и был то единственный действующий вулкан на континенте. Гиб увлек спутников ко входу в пещеру у основания горы, заявив, что именно здесь добывают авантюристы миазмит. Лазурия же мыслями унеслась к скорой встрече с лавовой драконицей Бридон. Возможно, столь древнему созданию ведомо, кто она на самом деле... Авантюристы спустились вглубь подгорных каверн, где Лазурия впервые узрела потоки раскаленной лавы, чему искренне поразилась. «Это камень, расплавившийся под действием очень высоких температур», - пояснил юной драконице Гиб. – «Со временем она остывает и твердеет. Эта пещере тоже прежде была лавой, теперь же та образовала тоннель, через который мы и идем». Рассказывал гном о руде, добываемой в подобных кавернах, а после подобрал с пола глыбу миазмита, заявив, что подобные камни им и следует искать. В конце концов, деньги, за них вырученные, лишними не будут... Не ведали авантюристы, что наблюдает за ними молодой герой, сущность которого пребывала ныне в теле огра. «Я нашел тебя, Сора», - пронеслась в разуме его мысль. – «Скрываешь свою истинную природу, пытаешься затеряться среди искателей приключений...» ...Кагеро почувствовала угрозу, с силой толкнула Сору в сторону, и двуручный меч, вооружен которым был огр, вонзился в камень на том месте, где ведди только что стоял. За спиной огра маячило трое монстров: механический конструкт, мумия и каменная кукла. «Я встречал его в Гертланде», - произнес Дэн, созерцая мечника. – «Для огра он обладает слишком изящным телосложением. А еще эти белоснежные волосы... Да это же герой Юлур!» «Поверить не могу, что он тоже занят добычей миазмита», - пробормотал Гиб, крикнул герою: «Почему ты напал на нас? И... почему тебя сопровождают монстры?» «Монстры?» - герой в недоумении воззрился на спутников, кивнул: «Похоже, этот негодяй туманит ваши разумы. Я должен сразиться с ним». Указав на Сору, возвестил герой: «Этот парень, кажущийся воином-ведди, на самом деле не является уроженцем Астолтии. Именно он разрушил мое родное селение, Этен, а континент Лендерсию сокрыл демоническими миазмами. Он – Владыка Бездны Сора!» «Что? Я – Владыка Бездны?» - поперхнулся Сора. – «Да это еще безумнее, чем то, что было написано на листе, где за мою голову сулили награду». «Собираешься все отрицать?» - выкрикнул герой. – «Да, сейчас я выгляжу как огр, и зовут меня Юлуром. На самом же деле это временное вместилище, которое я получил, когда сумел бежать от тебя. Ты страшился власти жителей Этена над временем, посему и разрушил это селение. Я – единственный выживший! И сейчас, Владыка Бездны Сора, я свершу отмщение! За свою сестру – и за всех жителей Этена, которых ты лишил жизни!» Герой сделал знак монстрам; с рук мумии сорвались магические потоки, ударили в авантюристов. Из глаза механического конструкта вырвался обездвиживающий луч, задел Сору по касательной, и ощутил тот, как тело его немеет. Герой, душа которого пребывала в теле огра Юлура, бросился к Соре, и тот едва успел парировать выпад его меча, но оказался отброшен далеко в сторону. Авантюристы метнулись было на помощь к Соре, но герой вновь сделал выпад мечом, разметав их. Но Джей-Би и Кагеро спешили к герою, и осознал тот, что двое дождались, когда нанесет он удар, вложив в оный магические силы. Герой просил их остановиться, но гном и не подумал последовать совету. Он попытался нанести противнику удар кулаком, но герой выставил щит, и Джей-Би проломил скальную породу, не задев огра. Каменная стена рухнула на голову гному, но герой был уверен в том, что со здоровяком все будет в порядке. Орудуя клинком, Кагеро ринулась к герою, начала теснить его. Смекнув, что эльфийка предугадывает его движения по взгляду, огр поднял щит, скрывая лицо, после чего ринулся вперед, и, схватив Кагеро за лодыжку, отшвырнул в сторону. Та сделала кувырок в воздухе, приземлилась на ноги, восхищенная мастерством противника. «Оставь ты этого ведди, поиграй со мной!» - провела Кагеро, выхватывая из-за пояса второй клинок. Реплика эльфийка напомнила герою о цели сего сражения. Оглянувшись, зрел он Сору, стоящего на коленях в нескольких шагах позади. Стало быть, у него есть шанс покончить с Владыкой Бездны!.. Герой рассек ударом клинка каменный пол под ногами Соры, и ведди рухнул в образовавшийся разлом – наряду с Урипо. Иные авантюристы и опомниться не успели, как из тьмы выступили двое незнакомцев: гнома-самурай и эльф-колдун. Последний выдохнул какие-то пузыри, зависшие в воздухе и окружившие остающихся в пещере искателей приключений. «Не советую двигаться», - бросил им эльф, ухмыляясь, взирая на Дэна. – «Внутри пузырей – энергия гибельных заклятий. Как только ты попытаешься что-то выкинуть, я взорву их!»
Сора не понимал, почему герой вдруг стал его врагом. И называет его не иначе как «Владыкой Бездны»... Иных авантюристов окрест видно не было – ровно как и героя. Быть может, им удастся выбраться отсюда прежде, чем огр вернется... Неожиданно окружило Сору и Урипо множество монстров, относящих к роду рептилий и саламандр. За спинами тех маячила девушка-человек. Облачена она была в накидку и шаровары, лицо скрывала вуаль. «У тебя на челе – демоническая маска Истинного Солнца», - изрекла она, взирая на ведди. – «Носили такие воины в старину... Ты – тот, кого герой Юлур назвал ‘Владыкой Бездны’...» «Ты – сподвижница героя?» - выдохнула Урипо, и молвила девушка: «Я рада, что нашла вас прежде, чем это сделал он...» Она воздела посох, принявшись творить заклинание, и вихрь призванных душ закружился в подземном чертоге... Заклинание мгновенной смерти было направлено не на Сору и Урипо, а на заполонивших подземный чертог монстров, покончено с которыми было незамедлительно. А девушка низко поклонилась Соре, прося прощение за свое вмешательство. «Я подумала, вы в опасности, окруженные монстрами», - говорила она. – «Меня зовут Дионисия, я – жрица, и сопровождаю героя Юлура». «Он пытался убить нас!» - возопили Сора и Урипо, и Дионисия пожала плечами: «Что ж, он довольно эксцентричен в своем поведении. Я объясню вам, почему...»
«Но мне казалось, герой с нами на одной стороне?» - озадаченно протянул Гиб, не разумея, что, собственно, происходит. «Вы должны нам все объяснить!» - постановила Лазурия. – «Почему Юлур назвал Сору ‘Владыкой Бездны’, покончившим с жителями Этена?» «Подожди-подожди», - урезонил ее эльф. – «Тут сложная история – о герое, коий стремится спасти наш мир». Эльф и гнома представились новым знакомым: Амас и Джона, начали рассказывать историю героя Юлура...
...Как завороженные, внимали Сора и спутники его речам сподвижников героя, повествовали кои о странствиях своих по землям Астолтии, о противостоянии могучим врагам и демонам, как то Малин, паучихе Араниад... О похищении детей в Орфее, об исчезновении солдат в Гартланте, о церемонии Проводов Ветра в Азлане, о противостоянии котам-монстрам в Джулете – все сии истории оживали у них на глазах. Похоже, герой Юлур при жизни стал легендой Астолтии!.. Сознавал Сора: этот мир необъятен, и приключений в нем – хоть отбавляй! «Мы покончили с Араниад, и проклятие, пятьдесят лет довлевшее над правящим родом Камихалми, оказалось снято», - рекла Дионисия. – «За следующей королевской медалью мы отправились в Долворм...» «...Мы получили задание отправиться на поиски миазмита», - рассказывали Амас и Джона, повествуя о встрече героя с Лунаной. – «Такой уж он, Юлур. Безотказный...» Рассказывали спутники героя, как, следуя к вулкану Калсадора и пересекая пустыню, столкнулись они с четырьмя незнакомцами в час песчаной бури. Четверо искателей приключений, которых прежде они никогда не встречали, внезапно атаковали! Верховодил отрядом человек в плаще и широкополой шляпе, а подручными его выступали эльфийка, гном и огр. Сора озадаченно хмурился: ситуация походила на их встречу с троицей странных демонов в руинах, где повстречали они Лазурию... Отступая под бешеным натиском неожиданных противников, герой и трое спутников его недоумевали: неужто выступают против них убийцы, подосланные Нергелом?.. Юлур схлестнулся с лидером противников в бою один на один. Тот применил... какую-то магию, и внезапно героя окутал пурпурный туман. Он опустил меч, лицо приняло отрешенное выражение, а противник сказал ему: «Ты покончишь с Сорой в вулкане Калсадора. Он – твой заклятый враг». После этих слов герой сорвался с места, со всех ног ринулся к вулкану, а спутники его, будучи связаны боем, не смогли последовать за ним... «Так вот откуда взялся Сора – Владыка Бездны!» - воскликнул Сора. «Но почему он с такой готовностью проглотил очевидную ложь?» - обратилась Урипо к Дионисии, и отвечала та: «Я сама не понимаю... Почему-то в разуме его Сора и Нергел поменялись местами...» «...Пурпурный туман был демоническими миазмами», - вещал Амас. – «Возможно, Юлур подвергся воздействию могущественной иллюзорной волшбы, поместившей в разум его ложные воспоминания».
«Снова отлыниваешь от упражнений с мечом!» - отчитывала она братца. «Юмел... доброе утро...» - протянул он, протирая глаза, кивком указал на селение. – «И зачем мне меч? В Этене так безмятежно и мирно...» Неподалеку похрапывали монстры - слизни да молотоглавцы, но сестра была неумолима, напомнила брату слова старейшины Аббы о том, что уготована братцу ее, Юлуру, великая судьба, посему надлежит ему обрести необходимые силу и знания, чтобы приготовиться к грядущим странствиям. «Потому я не хочу, чтобы брата моего монстр прикончил!» - заключила Юмел. Рассказывала она, что среди пожитков Аббы обнаружила свиток, описан на котором был алхимический процесс, способный многократно увеличить количество бобов или фруктов. «Так ты алхимией увлеклась?» - улыбнулся Юлур. – «Что-то в прошлый раз это в большой взрыв вылилось». «Да просто масло старое было, которое я с порохом смешивала, надеясь вещество для фейерверков сделать», - отмахнулась девушка. Она молила брата обратиться к старейшине с просьбой позаимствовать немного бобов для ритуала. Юлур сестре не отказал, и двое направились к деревушке... Последующие события были похожи на кошмар наяву. Демоны атаковали Этен, предавая селение огню, жестоко расправляясь с жителями. Юлур и Син зрели парящего в воздухе Владыку Бездны Сору, серпом прикончившего несчастную Юмел... Дрожа от ужаса, герой огляделся по сторонам, обнаружив, что все еще находится в пустыне – на доступах к вулкану. Трое авантюристов, примкнувших к нему, держались чуть поодаль. «Тебе страшный сон приснился», - успокоила Юлура Джона, а Амас добавил: «Неудивительно, что зришь ты подобное. Ведь на твоих глазах погибли жители твоего родного селения – и сестра среди прочих». «Все произошло в соответствии с замыслом Владыки Бездны Соры, стремящегося уничтожить наш мир», - напомнила герою Дионисия. «А сон ты увидел потому, что мы, наконец, загнали его в угол», - заверил Юлура Амас. «Верно, Амас», - улыбнулся Сора. – «Долгое противостояние практически завершено! Пришло время покончить с Владыкой Бездны Сорой!» Герой устремился к вулкану, и трое сподвижников поспешили за ним. Но магия иллюзии продолжала искажать разум Юлура, и те, в ком видел он верных товарищей – Амаса, Джону и Дионисию – на самом деле были монстрами: каменной куклой, мумией и механическим конструктом.
К демону приблизился Малик, осведомился, успешно ли оказалось заклятие того. «О, еще как, принц демонов!» - отвечал Безул, указывая лорду Лунного Племени на хрустальный шар. – «Этот болван завел с монстрами дружбу. Это так забавно! Парень, которого прежде называли ‘героем’, станет вершить злые деяния и будет казнен за сие, что принесет отчаяние в мир! Душа сраженного им моего брата, демона-мага Бедоры, жаждет отмщения!.. И я благодарю тебя за помощь, принц демонов Малик!» «Владыка Бездны Нергел повелевает ныне родом демонов», - отвечал Малик. – «Хоть мое племя ныне и немногочисленно, я считаю, что мы можем помочь его великому начинанию». «Ты преуменьшаешь свое значение», - отметил Безул. – «Лунное Племя было знаменитым родом демоном, проявившим себя в войне, разразившейся 500 лет назад. Мой господин приветствует его возрождение!.. Кстати, скажи, а каким образом ты сумел исказить душу героя?» Знал демон-маг, что Юлур обладал поистине сильным духом, и сумел сохранить его, выступая против Владыки Бездны. «Да так, небольшой магический трюк», - улыбнулся Малик...
О могущественном заклинании иллюзии авантюристы уже слыхали прежде. Оно применялось в ближнем бою, дабы смутить противника. «Но я не слыхал, чтобы заклинание могло действовать столь длительное время», - отметил Дэн. «Согласен», - вздохнул Амас. – «Но нет ничего странного в том, что жителям Астолтии неведомо подобное могущественное заклятие. Похоже, это древнее заклинание ныне утрачено нами, однако остается ведомо демонам». «Но ведь любое заклинание можно развеять», - предположил Гиб, и Амас утвердительно кивнул: «Определенно! Неважно, каким по силе заклятием ты погружен в сон, пробудить тебя способна определенная волшба. То же справедливо и для заклятия иллюзии! К счастью, нас сопровождает жрица, владеющая необходимой магией... Но остается проблема: подобное заклятие накладывается на союзников. Юлур же, будучи одурманен, нас таковыми не считает, и не станет покорно ждать, пока волшба будет сотворена». «В общем и целом, мы хотим просить вас о помощи», - обратился к авантюристам Амас. – «Необходимо обездвижить Юлура». «Для того, чтобы наша спутница успела наложить на него заклятие, кое снимет чары иллюзии», - пояснила Джона. – «Знаю, я прошу вас подвергнуться опасности...» «Довольно», - отмахнулся Дэн. – «Нас много, мы просто возьмем его в кольцо». «Он отразил мой удар щитом под идеальным углом», - напомнил спутникам Джей-Би. – «Что вылилось в крушение стены и обрушение пола. Не обладай он огромными силой и умениями, такого не проделал бы». «Я читала действия многих противников по морганию их глаз», - напомнила искателям приключений Кагеро. – «А этот парень каким-то образом понял это и закрылся своим щитом. Кроме того, он взмахнул своим мечом, и я невольно перевела взгляд на клинок. И это был обманный трюк. Во время сражения подобные инстинкты – нечто, просто невероятное!» «Он и сам владеет гибельными приемами обращения с мечом», - протянул Джей-Би. – «Обездвижить его и не причинить вред при этом – задачка не из легких. Если не будем предельно осторожны, то падем». Вздохнув, Гиб заявил, что сподвижники героя могут рассчитывать и на них с Лазурией: возможно, во встрече их здесь, в недрах вулкана есть какое-то провидение...
«Наконец-то появился герой!» - восклицал Сора. – «Наше странствие стало поистине невероятным!» «Но на этот раз ты играешь роль Владыки Бездны?» - напомнила ему Урипо. – «Примаки для героя?» И все же Урипо снедало недоброе предчувствие. Начиная с найма искателей приключений ложным заданием о поимке Соры, и заканчивая последними событиями, все шло наперекосяк. Звенья ли это одной цепи?.. Сумеют ли они одержать верх над героем, даже если выступят против него все вместе? «Вот вы где!» - прозвучал голос, и, обернувшись, заметили Сора и Урипо героя, сопровождаемого троицей монстров. – «На этот раз тебе не скрыться, Владыка Бездны Сора!» «Надо же, какой устрашающий герой», - отозвался Сора, внутренне содрогнувшись. – «Владыке Бездны он явно не по нутру».
«Будьте начеку: вероятно, наш противник – не только герой», - обратился к спутникам Джей-Би. «Верно, не только», - произнес чародей-огр, преграждая искателям приключений путь. – «С друзьями вы боле не встретитесь». Сопровождали огра гном и эльфийка, и троица явно не собиралась пропускать авантюристов. «Мы не можем допустить, чтобы вы воссоединились!» - бросила эльфийка искателям приключений. «Нашему молодому господину это не понравится», - поддержал ее гном. «Я видела их на поезде», - припомнила Лазурия, созерцая вероятных противников. «Это те искатели приключений, которые напали на нас в пустыне», - процедила Джона. Сознавал Гиб, что все события, произошедшее с ними за последнее время, были манипуляцией со стороны сил противника. Награда за голову Соры, найм отряда Джей-Би... а теперь – заклятие иллюзии, наложенное на героя Юлура, дабы заставить того противостоять Соре... «Но зачем столь сложные махинации?» - размышлял Гиб. – «Чего они добиваются?.. Когда мы сражались с обратившимся в монстра составом в замке Глен, я полагал, что охотятся они за Лазу... Но зачем заставлять сражаться именно Сору?» Огр – Рейзен – начал творить заклятие, ворча: «В последнее время развелось слишком множество посредственных заклинателей. Позвольте показать вам умения истинного благородного мага!» Гном – Гоу – тем временем вырезал из стены каверны острейшим двуручным мечом огромный куб скальной породы, нанизав тот на острие клинка и обратив оный в импровизированный огромный молот. Рейзен разделил заклятие сразу на девять пламенных потоков, направил те на противников, а Гоу, метнувшись следом, с силой впечатал молот в пол пещеры, заставив опешивших авантюристов броситься врассыпную...
Мумия что-то шепнула герою Юлуру, и тот покачал головой: «Непохоже, что этот толчок – дело рук Владыки Бездны. Мы покончим с этим гадом, как и собирались!» «Юлур!» - обратилась к герою Дионисия, выступив вперед. – «Это же я, Сия! Посмотри на меня! Очнись!.. Ты называл меня Сией в знак глубокого доверия и любви! Юлур... ты был обманут. Твой настоящий противник – Владыка Бездны Нергел, а не этот мальчик!» «Все так, кроме тебя, никто мен врагом не считает!» - поддержал ее Сора. – «Неужто ты останешься глух к словам своей подруги, Сии?» «Сия? О ком ты говоришь?» - нахмурился Юлур. – «Рядом с тобой же мумия! Сия же находится подле меня». С этими словами герой указал на мумию, почитал кою за свою прежнюю спутницу. Сора был поражен: стало быть, Юлур не только его чудовищем считает, но и Дионисию тоже! «Он под воздействием мощного заклинания иллюзии», - шепнула Соре Урипо, и ведди, изготовившись к бою, бросил Дионисии: «Сия, твоя роль – целительница. Давай заставим его увидеть правду! Правда, со всеми мы с Урипо справиться не сможем, придется уходить из-под ударов». «Не проблема, я возьму на себя мумию», - заверила его Дионисия. – «Я заставлю их заплатить за то, что сотворили они с Юлуром!» «Если сумеем продержаться, Джей-Би и остальные придут к нам на помощь», - вымолвил Сора, но Дионисия что-то бормотала, держа в руках бумажную фигурку. Как оказалось, использовала она ее для связи с Амасом, звала того на помощь. Эльф призыв услышал, но, поскольку сам был связан боем в верхних тоннелях, прийти к сподвижнице на помощь не мог. Обещал явиться сразу же, как только появится возможность... Узнав о том, что помощи ждать не приходится, выпалил Сора: «Может, попробуем все-таки бежать?» «Попытаемся продержаться», - отвечала Дионисия. – «Если побежим неуклюже, то рискуем еще больше усугубить свое положение. Амас явно с кем-то сражался, но обещал прийти к нам на помощь». Осознав Сора, что спутники Юлура являются его верными друзьями. Обернувшись к герою, выкрикнул ведди: «Что ж, я еще продолжу играть какое-то время роль Владыки Бездны, Юлур!» «Не знаю, о чем ты, но я с самого начала собирался прикончить тебя!» - отозвался герой, и, сопровождаемый монстрами, ринулся в атаку...
Суна бросила в Тору металлические иглы... и вновь та сумела увернуться, получив лишь незначительные ранения. Эльфийка нахмурилась: скорость противницы немало ее раздражала. За спиной Торы возник Гоу, занесший молот для удара, и осознала ведди, что уклониться уже не успеет... В последнее мгновение на пути опускающегося молота возник Джей-Би, ударом кулака расколов каменное навершие импровизированного оружия. «Осторожней, Тора», - предупредил гном воровку. – «Огр и эльфийка магией своей пытаются обездвижить противника, а затем появляется этот гном и наносит последний удар. Такая у них стратегия». «Поняла», - коротко кивнула Тора. Джей-Би велел Торе продолжить отвлекать на себя внимание эльфийки, Амасу и Джоне надлежало противостоять огру. Сам же гном избрал для себя противником сородича. Остальным – Гибу, Кагеро и Дэну – Джей-Би приказал отвести Лазурию туда, где сражается Сора. «Если у парня будут линии-дополнения, то у него есть шансы на победу», - заявил Джей-Би. Кагеро колебалась, не желая оставлять лидера отряда, и тот повторил свой приказ. Гоу и Джей-Би скрестили клинки...
Урипо же противостояла конструкту и кукле, отчаянно пыталась уйти от ударов их. «Герой, тебя боготворят все авантюристы!» - выкрикнула она, и Юлур бросил в сторону пуклипо быстрый взгляд. – «Неужто тебя не раздражает то, что противник насмехается над тобой?» Слова ее придали Соре решимости. А ведь действительно, враг смеется над героем Астолтии! Головой Сора ударил в щит Юлура, заставив того отшатнуться, вскочил на ноги; к счастью, маска ведди смягчила удар. «Ты что, щит боднул?» - растерялся Юлур, и Сора выкрикнул: «Сегодня я – Владыка Бездны! Так что продолжаем!» Он принялся наносить удары по щиту противника, стремясь расколоть его, и Юлур сделал выпад мечом, направив клинок в образовавшуюся в щите брешь. Лишь чудом Сора уклонился от удара, должного отсечь ему голову, после чего с силой пнул героя ногой. Тот упал, выпустив щит из рук, и Сора поспешил отбросить оный в сторону. «Я верну твою ипостась истинного героя», - бросил ведди противнику, переводя дух. Сора надеялся, что лишил героя преимущества, однако тот сжал рукоять меча обеими руками, вновь ринулся в атаку. Сора с трудом уходил из-под ударов, осознав, что, лишившись меча, Юлур применяет более мощные атаки – приемы, возможные лишь с двуручным клинком. Заметив, сколь непросто приходится ведди, Дионисия отпрыгнула от мумии, сотворила заклятие, оградившее Сору магическим щитом; мера временная, но сейчас – каждая секунда на счету. Противостояние продолжалось. Сора понимал: прежде, когда герой обладал щитом, выдерживать натиск его было проще. Сейчас же Юлур комбинировал атаки для одноручного и двуручного оружия, порождая новые, поистине гибельные приемы. Тем не менее, с помощью Дионисии и Урипо, поддерживающих его заклинаниями, Сора каким-то чудом держался...
Малик, замерший у демона за спиной, загадочно улыбался...
Лазурия вздохнула. Приключение должно быть помочь им выяснить ее природу, а в итоге все стремительно усложнилось. Обратившись к юной драконице, Гиб заявил: «В любом случае, это наше приключение. И что, сожалеть о том, что оно оказалось опасным? Да ни в жизни! Как говорил Сора, я воодушевлен нашим совместным странствием, и благодарю тебя за то, что позволила выступить к него. И тебе тоже следует верить в Сору, Лазу!» Лазурия кивнула, вновь исполнившись решимости. В потаенных глубинах означились древние руины, поразившие и восхитившие Гиба. «Это же архитектура Урбеи!» - выпалил гном, озираясь по сторонам. – «Потрясающее открытие! Поверить не могу, что под вулканом Калсадора находятся руины Урбеи!» «Что за Урбея?» - озадачилась Лазурия. «Подземная империя Урбея!» - просветил ее Гиб. – «Она существовала в древние времени, и была куда более развитой, чем наша цивилизация сейчас. Эта великая империя распространила власть свою над всеми землями Гночакки с помощью магических наук! Но она пала в противостоянии с иной державой той далекой эпохи, Гатерии, и бесценные знания оказались утрачены... Города на поверхности были разрушены, однако подземные руины уцелели, и по сей день множество их испещряет недра сего континента». Среди развалин заметил Гиб обломки магического конструкта Урбеи, принялся изучать их. «Что же это за место такое?!» - визжал от восторга гном... и осекся, когда ответил ему знакомый холодный голос: «Это был наш исследовательский институт». Авантюристы воззрились на троицу демонических созданий, замерших в нескольких шагах: Зофина, Плаку и Эсторис. «Здесь мы создавали гибельное оружие для противостояния Гатерии», - продолжала демонесса. – «Но это было более тысячи лет назад». Переведя взгляд на остов конструкта, улыбнулась Эсторис: «Какая, все-таки, ностальгия... Я думала, его давным-давно поглотили пески...» Созерцая троицу, Гиб напряженно размышлял. Их противники владеют как заклятиями некромантии, так и волшбой, способной вдыхать жизнь в механические изделия. Возможно ли, что они – выжившие представители цивилизации Урбеи?.. Но почему они... демоны?! И где же их светловолосый повелитель?.. Плаку признался, что управляемые их механические конструкты утратили энергию; Зофин тяжело вздыхал, ведь пробужденная им нежить вновь упокоилась с миром. «Значит, молчите и смотрите», - недобро ухмыльнулась Эсторис, разглядывая обломки гигантского каменного конструкта. – «Я вновь разожгу искру час, теплящихся в этом создании». Демонесса восстановила магию конструкта, обратив тот в свою послушную марионетку. Каменный гигант, вооруженный огромными кистенями, медленно восстал, и Эсторис, указав на опешивших авантюристов, постановила: «Ты пробыл во сне более тысячелетия! Вымести же свое раздражение на них!» Не мешкая, Дэн несколько раз выстрелил в конструкт огненными сполохами, но те исчезли, лишь коснувшись поверхности создания. «Оную покрывают пластины из миазмита, пронизанные чарами поглощения магии», - откровенно веселилась Эсторис, упиваясь растерянностью искателей приключений. – «Столь жалкие атаки будут поглощены!» «Жалкие?!» - возмутился Гиб. – «Я видел, как подобными огненными сполохами Дэн голема расколол!» «Да, но это оружие было создано в эпоху расцвета цивилизации магии...» - резонно отметил огр, после чего, обратившись к Гибу и Лазурии, велел им спешить на помощь к Соре. Сам же он намеревался противостоять троице демонов наряду с Кагеро. Но, обернувшись, с удивлением отметил, что эльфийки окрест не наблюдается...
Безул подпрыгнул от изумления; Малик же с места не сдвинулся. Заметив хрустальный шар, Кагеро понимающе кивнула, бросила Малику: «Я так понимаю, вы наблюдаете за сражением этих двоих. И это ты противостоял герою на равных? Я вся в предвкушении!» Велев Безулу держаться поодаль, Малик взял в руки меч, и эльфийка, усмехнувшись, повторила его жест...
В следующее мгновение Дэн выстрелил огненным сполохом в конструкт, заставив тот отшатнуться, а Гиб бросил на пол пещеры дымовую шашку. Лазурия со всех ног бросилась прочь, и трое демонов проводили ее обескураженными взглядами: подобного хода они не ожидали... Но – по крайней мере – из намеченных жертв в руинах осталось двое, и Эсторис была уверена, что в самом скором времени ее марионетка сокрушит их...
Демон выглянул из-за угла, лицезрев сражение зачарованного героя и сопровождающих его монстров с троицей противников. Дионисия уклонялась от ударов мумии, коя бинты свои обратила в хлысты, и творила целительные заклинания, направляя те как на себя, так и на сподвижников. Надеялась Дионисия, что удастся им продержаться до прибытия иных авантюристов... Не укрылось это и от Безула. Оценив обстановку, демон решил изменить правила игры, и, заклинанием подчинив себе разум мумии, заставил ее атаковать Юлура. Как и ожидалось, Дионисия пришла в ярость, сотворила целительное заклинание, гибельное для нежити, направив то на мумию. Герой же, остающийся под воздействием чар иллюзии, зрел совершенно иное: Дионисию, гибнущую под ударом мумии. Ударом меча повергнув Сору, Юлур бросился к Дионисии. Напрасно та взывала к разуму героя, тот продолжал бежать к ней, занеся меч для удара. Дионисия попыталась было сотворить заклятие, развеивающее чары иллюзии, но не успела. Юлур пронзил грудь девушки мечом, выкрикнув: «Враг Сии – мой враг! Это ведь вы лишили жизни жителей Этена? Всех моих друзей перебили!..» «Это не так, Юлур...» - прохрипела Дионисия, оседая на каменный пол. – «Твоя сестра Юмел... наверняка жива...» Дионисия смежила веки, замерла. Сора и Урипо в ужасе наблюдали за гибелью чародейки, не веря глазам своим. Дионисия была той, которой Юлур был небезразличен. И... пала она от его руки... Сора просил Урипо применить заклинание возрождения, но та покачала головой: «Это заклятие способно исцелить раны и вернуть в бренное тело душу, которая только что покинула его. Но с такой обширной раной оно не справится...» Сора замер, не ведая, что делать, и Урипо пнула его, выкрикнув: «Бежим! Без Дионисии нам не выстоять!.. Она сказала Юлуру, что его сестра, Юмел, жива! А он думает, что ее убил Владыка Бездны! Возможно, это намек к возможности заставить его вновь обрести свой разум... Но первым делом ты должен выжить!» Выругавшись с досады, Сора со всех ног бросился прочь, и Урипо поспешила за ним. Ринулся за ведди и герой...
Не видел чародей, как из головного убора павшей чародейки выползло небольшое аморфное создание...
Неожиданно Малик сделал стремительный выпад; эльфийка едва успела уклониться, но клинок оставил порез на ее щеке. «Некрасиво с моей стороны», - бросил Малик противнице. – «Я не желал портить твое лицо, на самом деле в сердце целился». «Неплохо», - усмехнулась Кагеро. – «Наконец-то фехтовать начал... Больше меня не бесишь...» «Похоже, ты обладаешь хорошими навыками в искусстве обращения с мечом», - резюмировал Малик. – «Но готова ли ты от меня погибнуть?» «Пока ты только порез оставил», - усмехнулась эльфийка. – «Давай, покажи мне свой следующий прием». Малик поморщился, и стремительным движением переместился за спину Кагеро, рубанул мечом. «Нет у меня на тебя времени», - процедил Малик, наблюдая, как оседает противница наземь. Эльфийка слишком поздно осознала, что, похоже, Малик применил заклинание иллюзии, о котором упоминал Амас, и заставил ее считать, будто находится он перед нею, а не за спиной у нее. «Умри», - молвил Малик, занося меч над головой Кагеро...
Сразив Дионисию, Юлур будто обезумел, и, направляя меч в сторону беглецов, направлял энергии свои в их сторону. Оные подхватывали Сору и Урипо, крутили в огненных вихрях, с силой швыряли на каменный пол. В последнее мгновение Сора выставил перед собой меч, дабы попытаться хоть как-то защититься от волны энергии, но клинок оказался расколот. Что ж... бегство от героя с самого начала было бессмысленным начинанием... Противник оказался донельзя силен, на голову выше Сору. Удивительным было то, что сумел ведди продержаться столь долго, но итог противостояния был закономерен. «Неплохой трюк», - процедил Юлур, приближаясь к беспомощному, окровавленному Соре и занося меч над ним. – «Ценою клинка ты сумел немного снизить мощь удара и таким образом уцелеть. Правда, ненадолго». Сознавая неотвратимость скорой гибели, мыслями обратился Сора к Дионисии. Похоже, погибла та зря – не сумел он выжить и спасти героя от злых чар... ...Ледяная игла ударила под ноги герою, заставив того отшатнуться. В пещеру ворвались авантюристы: ведди-чародейка Мальтина и ее сподвижники – огр-воин Фуго, пуклипо-паладин Алек и эльф-монах Рубиби. Мальтина, Фуго и Алек ринулись к герою, очертя голову, а Рубиби поспешил к израненному Соре, шепча целительные заклинание. «Но ведь вы должны были отправиться на деловые переговоры в Камихалми...» - выдавил ведди, приходя в себя, когда у нему подскочила разгневанная Мальтина, и, тыча в лицо знакомой бумагой с предложением награды за поимку, заорала, смахивая с глаз злые слезы: «Подобное расклеили в тавернах Камихалми! Во что ты еще вляпался?!. Ты понимаешь, что мне пришлось отменить обед с королем Никороем?! И отправиться в замок Глен, встретиться с королем Багдо, который поведал мне о случившемся!.. Я поспешила в эту пустыню... и нашла тебя при смерти!» «Прости», - выдавил Сора. А Мальтина уже обернулась к герою, за спиной которого маячили конструкт и кукла, и глаза чародейки метали молнии. Сора обрисовал ей текущую ситуацию, пояснив, что пребывает Юлур под воздействием чар иллюзии, и искренне полагает, что он, Сора, - Владыка Бездны. Обернувшись к Рубиби, хлопотавшему у беспамятной Урипо, поинтересовалась Мальтина, может ли он увести отсюда пуклипо и ведди. «Слишком опасно», - отвечал монах, созерцая истерзанные тела юных авантюристов. – «У них несколько ребер сломано, внутренние органы повреждены и открытое кровотечение. Я сотворил целительное заклятие, но пройдет какое-то время прежде, чем оно окажет воздействие. Мальтина коротко кивнула, и, шагнув в сторону героя, заключила: «Значит, придется справиться с ним». «Ты спятила?» - изумился Сора. – «Он силен, очен силен! Даже Фуго и Алек с ним не совладали!» Чародейка велела Фуго и Алеку держаться поодаль, и те подчинились. «Что ты творишь?» - надрывался Сора, наблюдая, как бесстрашно Мальтина приближается к герою. – «Волшебница сойдется с воином в поединке?!» Алек и Фуга, однако, ничуть не тревожились за свою спутницу, а та, вонзив посох в землю, сотворила круг стужи, обратив пол пещеры в лед. И, поскольку заранее приторочила к стопам коньки, ринулась к опешившему герою, изо всех сил стремящемуся удержать равновесие. Мальтина кружила вокруг противника, направляя на того ледяные иглы. Герой, утративший преимущество, неуклюже отбивал их щитом, и понимала чародейка, что щит препятствует победе ее над врагом. Почему сотворила заклинание ледяной бури, и Юлур был вынужден отбросить скованный льдом щит, чтобы руку не потерять. А Мальтина продолжала двигаться на коньках, придерживаясь прежней тактики. Сейчас она лишит противника меча, затем обездвижит его, сковав льдом ступни... Следующие ледяные игры Юлур отразил мечом, лихорадочно соображая, как вернуть ему инициативу в сражении. Наблюдавший из укрытия за боем Безул был весьма недоволен появлением дерзкой девчонки. Сора же – напротив – восхищался тем, сколь мастерски ведет сражение Мальтина. Маг крайне уязвим в то время, когда произносит заклинание. Однако Мальтина при этом двигалась, и весьма стремительно, оставаясь вне досягаемости меча героя, крайне неуверенно чувствующего себя на льду. Сора исполнился надежды: похоже, скоро с Юлуром будет покончено!.. «К тому же, чтобы до тебя добраться, ему нужно будет перейти ледяную поверхность», - обратился к Соре Алек. – «Тактика нашей предводительницы оправдывает себя!» И все же Сору терзала тревога. Не может быть, чтобы герой Юлур пал с такой легкостью!..
Снедаемая недобрым предчувствием, девушка ускорилась...
«Я попыталась развеять иллюзию, сковывающую разум Юлура, и потерпела поражение в сем», - вспоминала она. – «Что ж... это тело какое-то время продержится». С трудом поднявшись на ноги, Дионисия побрела к пещере, откуда доносились звуки боя. Она должна – обязана! – спасти героя Юлура...
«Амас! Джона!» - выкрикнул Юлур, заметив, что пали его спутники. Сора крикнул Мальтине, что Юлуру кажется, будто монстры – это авантюристы, его сопровождающие. Чародейка зрела, как пробуждается в противнике ее слепая ярость... и исходит от него аура огромной силы. Стремясь закончить противостояние как можно быстрее, Мальтина вновь сотворила ледяные игры, но Юлур отразил их мечом. «Мальтина! Беги!» - выкрикнул Сора, сознавая, что герой начинает сражаться в полную силу. Ведь в любой истории герой ради друзей своих горы свернет, пройдет любые испытания и в конце концов непременно сокрушит Темного Властелина! Клинок Юлура объяло пламя, и расколол он ледяную поверхность, в одночасье лишив Мальтину преимущества. Подоспевший Алек закрыл чародейку щитом, но поток энергии, сорвавшийся с острия меча героя, был поистине страшен; лишившаяся чувств Мальтина и Алек распластались на земле... Предполагал Сора, что герою Мальтина и спутники ее тоже видятся монстрами. И Юлур достоин именоваться «героем», ибо, когда друзьям его (или тем, кого он считает таковыми) угрожает опасность, все свои силы обращает он в энергию, срывающуюся с острия меча, и это не заклинание даже, а манифестация его решимости! Он выстоял под натиском Джей-Би и Кагеро, а после отразил совместную атаку Соры, Дионисии и Урипо. Мальтина изрядно его потрепала, но и здесь он нашел в себе силы одержать верх над противницей. Как же возможно остановить истинного героя?! Юлур приблизился к Мальтине, занес меч над ее телом. Безул осклабился в предвкушении того, что еще больше запятнает герой кровью руки свои, обратившись в истинного слугу Тьмы. Сора метнулся к герою, сжал ладонью лезвие меча, и, не обращая внимание на боль от порезов, прорычал: «Жизни моих друзей на кону! Придется собрать волю в кулак...» Рубиби был поражен, ибо еще не все кости в теле Соры успели срастись. Юлур же озадачился: Владыка Бездны пытается спасти жизни своих подопечных?.. Следует покончить с ним раз и навсегда... Герой пнул Сору ногой, занес меч над ним... когда подоспевшая в каверну Лазурия истошно выкрикнула: «Сора! Сражайся!» Энергии драконицы устремились к Соре, и пораженный герой зрел, как тело его противника покрывают сияющие линии. Обретший новые силы, ведди с силой ударил Юлура кулаком, вынудив того отшатнуться. «Так вот она, истинная личина Владыки Бездны», - прошипел герой. – «Как он может двигаться? Как же его раны?..» Сора прижал ладонь к земле, преобразуя камень и лед в причудливый кинжал, ринулся к противнику. Он вновь попытался ударить героя кулаком, сияли на котором линии-дополнения, но Юлур отразил удар. Сора отдал должное силе героя: мало кто способен на такое, разве что Джей-Би... Преобразив свою маску в подобие акулы, Сора нанес герою удар головой, сбив противника с ног. На мгновение разумы их соприкоснулись, и зрел Сора образы прошлой, счастливой жизни Юлура – в бытность того человеком. Обернувшись к Рубиби, просил Сора применить заклятие, способное развеять иллюзию и очистить разум героя...
Над шляпой Малика вились тонкие струйки темной эссенции, и Кагеро озадачилась: это еще что такое?..
На глазах троицы восстала из лавового озера Бридон - гигантская драконица, пробужденная высвобожденными поблизости энергиями...
Прижав ладонь к полу, преобразил он твердь в огромного монстра из камня и льда. Юлур опешил, отступил на несколько шагов. Лазурия и пришедшая в себя Мальтина наблюдали за противостоянием, и выдохнула ведди: «Неужто и это тоже – сила линий-дополнений?.. Но... он на самом деле кажется Владыкой Бездны...» «Это не так», - молвила Лазурия. – «Ветер, растения, камни... Все они видят сны. Смертные не считают их живыми, однако во снах все они поют. И сейчас ты видишь... своего рода продолжение сих снов. Не волнуйся». «Лазу, о чем ты?» - озадачилась Мальтина, и драконица вздохнула: «Троица демонов пытается силой вдохнуть жизнь в неодушевленное. Это печально и опасно, и совершенно не нужно...» Наблюдая за Лазурией, зрела Урипо тот же взгляд, коий на миг промелькнул в момент появления драконицы из яйца... Сора же и Юлур ожесточенно противостояли друг другу. Заклятие Рубиби не смогло развеять чары, овладевшие разумом героя – оно и не мудрено, ведь эльф-монах был куда слабее Дионисии в волшбе. И все же Сора был уверен, что изыщут они способ привести героя в чувство, посему продолжал яростный натиск...
Малик нанес очередной удар; Кагеро отразило клинок своим собственным, и лезвие пронзило плечо эльфийки. Малик нахмурился: обладает воительница поистине невероятными рефлексами, умудряется избегать ударов, должных стать для нее фатальными. Тело эльфийки обратилось в боль... и нашла она в сем свой ответ. «Ты обладаешь прекрасными навыками, то наносишь удары грубо», - бросила Кагеро противнику. – «Играешь со мной... Давай уже, сражайся всерьез». Малик возник за спиной Кагеро, целя ей в сердце, и та парировала выпад, усмехнулась: «Это было единственной возможностью для тебя нанести мне критический удар. Спасибо, что пошел на это – теперь я сумела просчитать твой ход. Ты, Сора и Юлур так милы!..» Она выбила меч из руки Малика, но обмякла, ибо сказалась потеря крови; сил у эльфийки не осталось боле. «Надо было съесть питательный завтрак, Гибом приготовленный», - прошептала она, провела ладонью по щеке Малика. – «Хотела бы я пофлиртовать с тобой еще... Прошу, в следующей жизни явить в том времени и мире, в которых буду рождена и я...» Лишившись чувств, Кагеро распласталась на земле. «Странная она женщина», - размышлял Малик, поднимая с земли меч. – «Она так или иначе умрет от потери крови... Нужно бы вонзить ей меч в сердце и оборвать страдания... Но, признаться, давно у меня не было такого поединка... Чтение эмоций в глазах противника – интересная стратегия...» Малик направил острие меча на горло эльфийки. Он был уверен в том, что и отряд Гоу, и троица демонов сдержат натиск противников. Интересно, как держится молодой воин в демонической маске?..
Здоровяк Фуга обрушился на героя, прижав его телом к земле, но Юлур, хоть и выронил меч, сдаваться отказывался. Герой начал выбираться, поднимая тушу огра, и, понимая, что противник его будет занят еще несколько секунд, Сора сжал ладонью запястье Рубиби, даруя ему толику могущества линий-дополнений. Ведь те служили не только для того, чтобы вдыхать жизнь в неодушевленные предметы, но были способны расширять и усиливать магические эффекты. Рубиби произнес заклятие развеивания чар... и сознание Соры переместилось в видение Юлура. Деревушка Этен горела, а Владыка Бездны Сора держал за горло сестру героя, Юмел. «Пришло время положить конец способности перемещаться во времени, отличающей жителей Этена!» - изрек злодей, взмахнул огромным серпом... когда истинный Сора атаковал своего двойника, поверг того. Подхватив Юмел на руки, он подвел девушку к брату. Сора огляделся по сторонам, осознав, что зрит то же видение, что и в тот самый миг, когда ударил Юлура головой. Только сейчас его собственные силы наряду с заклятием Рубиби позволили ему переместить сознание в сей морок. «Юлур, прости, но судьбу селения твоего уже не изменить», - обратился Сора к герою. – «Но сестра твоя жива...» Недоумевал Сора, почему в видении сем предстает ему герой человеком, а не огром... «Как ты оказался в моем мороке?» - проревел Владыка Бездны Сора, поднимаясь на ноги. Чувствуя, что времени у него в обрез, Сора заговорил, обращаясь к Юлуру: «В общем, твоя сестра не мертва. Скоро вы расстанетесь, но это неизбежно. Наверняка она где-то в этом мире и ищет тебя. Об этом мне рассказала твоя дорогая подруга! Посему... не сдавайся! Освободись от этой иллюзии и стань настоящим героем! Ибо не только сестра ждет твоего возвращения. Но и все те, кого ты встречал на протяжении своих странствий!» Множество образов захлестнуло разум Юлура: Дионисия, Амас, Джона, Фуура, Дастон, Майль, иные... Демон, выдававший себя за Сору, предстал тому в истинном своем обличье. Сора принял из рук юного Юлура деревянный меч, силой линий-дополнений преобразил его в Меч Королей, который когда-то видел на картинке в книге, прочитанной в детстве. Порадовался тому, что сила линий-дополнений действует даже в сей реальности-мороке. Сора ринулся к чудовищному демону, рассек его Мечом Королей...
Юный Юлур и сестра его ринулись к Соре... а иллюзорная реальность начала рассеиваться, ибо изначально была создана посредством чар. Вихрь магических энергий подхватил Юмел... а в следующее мгновение преобразилась девушка, представ брату и ведди не в тунике, но в доспехах. «Братик!» - крикнула она. – «Чувства... они и вправду доходят!» Сора опешил: неужто манифестация Юмел... не иллюзия?! «Этот морок... как-то коснулся ее?» - прошептал он. «Юмел, что это значит?» - оторопел Юлур, и девушка, рыдая, обняла брата, выдавив: «Я хотела передать тебе... что оказалась в очень далеком месте. И через многое прошла... Быть может, боле нам никогда не суждено встретиться, но я... помню о тебе!» «Я найду тебя!» - пообещал ей Юлур. – «Где бы ты ни была, я обязательно тебя отыщу, Юмел! Дождись меня!» «Я так люблю тебя, братик!» - воскликнула Юмел, а после исчезла... наряду с иллюзорной ирреальностью...
Внезапно в глазах его блеснул гнев, и Юлур, схватив с земли свой меч, ринулся к Соре. «Ты что, снова?!» - возопил тот, но герой уже нанес удар... пронзив клинком сердце подкравшегося к ведди сзади демона, Безула. «Как обидно...» - харкая кровью, прохрипел тот. – «Еще один шаг... и я бы отомстил за своего брата...» «Демон-маг Бедор...» - осознал Юлур, узрев неоспоримое сходство демона с тем, коего некогда сразил он в Пещере Чистых Вод. – «Похож... но не он!» «Вот увидишь – кто-нибудь из моего клана... непременно... убьет тебя...» - прокаркал Безул, и исчез, развоплощенный и обратившийся в демонические миазмы. Юлур покачал головой: он и не предполагал, что у демона-мага Бедора был брат... Сора же гадал, был ли сей демон тем самым, кто наложил на разум героя заклятие иллюзии?.. Тем временем паладин Алек расколол копьем каменную куклу, поднял с земли странный шест, был который в руке монстра. «Что это?» - обратился пуклипо к Мальтине. «У механического конструкта было нечто подобное», - озадачилась та. «Это... артефакт, принимающий магический сигнал», - просветила авантюристов Лазурия. – «Магическое средоточие, замещающее душу монстра, взаимодействовало с артефактом, и кукла изначально исполняла волю того демона...» Чародейка с изумлением воззрилась на драконицу: и откуда только той это известно? Поистине, странен разум Лазурии... «Сора, прости, пожалуйста...» - обратился к ведди Юлур. – «Кажется, я доставил тебе немало хлопот». «Все в порядке, ты тоже стал жертвой», - отвечал ему Сора. – «Ты... помнишь что-либо из того времени, когда разумом твоим управляли?» «Я просто зрел фальшивый сон», - вздохнул герой. – «Все остальное произошло из-за того, что меня вынудили в него поверить. Но я удивлен, что в сердце моем оказалось столько ненависти... Но благодаря тебе я сумел вспомнить все. К тому же я смог снова встретиться со своей сестрой! Огромное тебе спасибо, Сора!» «Не знаю, почему так все обернулось...» - развел руками Сора. Неожиданно Юлур осекся, в глазах его отразился ужас, ибо вспомнил он, как своими руками убил Дионисию. «Это не так, дорогой Юлур», - послышался голос, и, обернувшись, в изумлении зрели герой и ведди приближающуюся к ним Дионисию. «А рада, что ты снова обрел себя, Юлур», - молвила она. «Но он же пронзил клинком твою грудь», - выдохнул Сора, а герой бросился к Дионисии, крепко обнял ее. Сора и Пуклипо озадаченно переглянулись: что за чертовщина? Она была не в состоянии самостоятельно применить заклинание возрождения!.. «Возможно, была применена ‘Ангельская защита’», - предположил Рубиби, подходя к ведди и пуклипо. – «Говорят, это тайное искусство воскрешения, освоить кое способны лишь истинно добродетельные священнослужители. Подобное заклинание автоматически сотворяется в момент получения смертельной раны и возвращает к жизни бренное тело». «Это так?» - обратился Сора к Дионисии, и та кивнула: «Да». «Ну ты нас и напугала!» - возмутился Сора. – «Поэтому так безрассудно вела себя?! Знай я об этом, не тревожился бы за тебя так сильно, Сия...» «Вот, стало быть, как ты воскресла», - протянул Юлур. – «Я тоже постараюсь боле не причинять вам всем такой боли... Чтобы Сия боле не заставляла всех волноваться... И все-таки, как же хорошо, что все остались живы!» Юлур распластался на каменном полу, тут же уснул. «Он, наверное, несколько дней преследовал нас – без сна и отдыха», - предположил Сора. – «И я, честно говоря, даже немного сочувствую Владыке Бездны, ведь идет по следу его столь могущественный герой...» «И что теперь?» - обратилась Мальтина к сподвижникам. – «Бой окончен?» «Нет!» - воскликнула Лазурия. – «Джей-Би и Гиб все еще сражаются... А противниками их...» «...Были мы», - холодно произнес Малик, ступая в пещеру; на плечах нес он окровавленное тело Кагеро. – «Мне показали весьма интересный способ применения силы...»
Уклонившись от выпада оружия Гоу, Джей-Би нанес противнику ряд чувствительных ударов в живот и лицо. «Неплохо», - осклабился тот разбитым ртом. – «Губу мне порвал...» С этими словами Гоу обрушил на голову Джей-Би каменную глыбу. По лицу последнего текла кровь, но на ногах он устоял. «Похоже, и в эту эпоху есть стойкие войны», - заключил Гоу, и Джей-Би хмыкнул презрительно: «Немного кожу порезал, не более...» Оба гнома получали истинное наслаждение от своего поединка... Суна нанесла Торе удар, но та уклонилась, и эльфийке удалось срезать лишь часть плаща противницы. Суна нахмурилась: противница предугадала ее намерения, стало быть, следует воспринимать ее всерьез... Амас же отчаянно уклонялся от магических потоков, которые без устали творил Рейзен, воспаривший под своды пещеры. Огр ставил на рикошеты, и сполохи магических энергий метались по каверне, отражаясь от стен, заставляя Амаса всецело сосредоточиться на собственном выживании. «Неужто старик отслеживает все движения своих сполохов?» - пронеслось в разуме эльфа. – «Он с такой легкостью перемещается в сем буйстве магических энергий!» «Ну что, разобрался с ситуацией, паренек?» - бросил Амасу Рейзен. – «В сравнении с моими сполохами, твои магические энергии, которым ты придаешь сферическую форму, остаются на месте долгое время и выступают своего рода эфемерными образованиями, подвластными твоей воле. Оригинальный способ использования, однако это лишь оборонительный строй, в котором только пешки. Так короля не взять. Что ж, пора ставить мат». «Вот как?» - усмехнулся Амас. – «Все зависит от подготовки, ведь бывает, что и пешка ставит мат королю. Не думал, что я – иллюзия, созданная заклинанием?» Огр резко обернулся, заметил притороченный к одному из сталагмитов оберег. Чародей замешкался на мгновение, пытаясь понять, что являет собой сия нехитрая штуковина... когда сзади к нему стремительно приблизилась Джона, заключенная в созданный Амасом магический пузырь. «Ход конем, и сразу шаг», - одобрительно бросил Рейзен. – «Ты хороший тактик, знающий пользу пешки». Однако чародей был уверен, что в избранной им тактике изъянов нет, и даже приближающаяся сзади противница не стала для него неожиданностью. «Он с самого начала предвидел подобный ход!» - пробормотала Джона, а огр, не оборачиваясь, ударил по магическому пузырю огненной магией. Но в следующее мгновение он зрел Джону – целую и невредимую, осознав, что взрывная волна, кою должны были вызвать огненные заклятия, ее не достигла! Джона оградила себя магической сферой, и ту уничтожило пламя, при этом сама авантюристка затронута не была. И, чтобы Рейзен не понял этого с самого начала, Джона отвлекла его внимание, заставив на несколько секунд сосредоточиться на совершенно бесполезном талисмане! Гнома метнулась к чародею, надеясь нанести тому удар притороченными к запястьям металлическими когтями. Рейзен успел отпрыгнуть, но Джона успела расколоть посох чародея. Не мешкая, попыталась она было нанести второй удар, когда огр принял облик львопса, ударом когтистой лапы отбросил Джону далеко в сторону. Амас и Джона переглянулись: стало быть, это и есть истинное обличье их противника?! Львопес сознавал, что применила гнома только что прием, ведомый как «Когти свирепого тигра», использовав для этого металлические когти. Это секретный прием мастеров боевых искусств, но говорят, что та версия, что дошла до наших дней, была ослаблена древними мастерами, устрашенными ее огромной разрушительной силой, и они сами скрыли прием изначальный. Девчонка же применила именно изначальный прием... значит, он передается в ее роду из поколения в поколения. С ней не справиться просто так, похоже, это серьезная противница... Суна была всецело сосредоточена на противостоянии Торе. Видя, что Гоу и Рейзен завязли в собственных поединках, эльфийка надеялась справиться с ведди как можно скорее. «Ты хотя бы эльфийка?» - бросила противнице Тора. «А если и так, тогда что?» - огрызнулась та. – «Пора заканчивать с этим». «Яд распространяется медленно...» - молвила Тора... Разом лишившись сил, Суна опустилась на колени, не разумея, что с ней происходит, и лишь сейчас заметила небольшой кровоточащий порез на своем локте, оставленный кинжалом Торы. «В яд были добавлены компоненты, которые слегка обездвиживают область вокруг пореза и скрывают боль», - процедила Тора, медленно приближаясь к противнице. – «Прямо сейчас в твоем теле стремительно вырабатывается иммунитет к яду истощения и яду сна. Эти яды – визитные карточки нас, ассасинов». «Но почему ты говоришь мне об этом сейчас?» - выдавила Суна. «Повторное введение тех же типов яда приведет к чрезмерной реакции иммунитета и нанесению огромного урона твоему телу», - пояснила Тора. – «Можно вызвать еще более сильную иммунную реакцию, изменяя соотношение двух типов яда и время повторного введения... Даже дракон умрет от шока с одного удара!.. Но не волнуйся: скоро все твои нервы окажутся парализованы, и ты не ощутишь ни боли, ни страданий. Ты кажешься умной, поэтому я тебе все это и объяснила. Ведь, если понимаешь причину своего состояния, уже немного менее страшно, верно?.. Прощай... Да примет смерть тебя в свои объятия!..» Суна была в отчаянии, сознавая, что, если Тора нанесет ей еще один удар отравленным кинжалом, она погибнет сразу же от анафилактического шока. Но сделать ничего не могла: казалось, будто собственное тело ей не принадлежало. Сонливость туманила разум, и конечностей она боле не чувствовала... В воспоминаниях она вспоминала, как спала в далеком детстве вместе со старшими братьями – иными львопсами – рядом с мамой... «Спи, пока все не кончится», - произнесла Тора, после чего высоко подпрыгнула, занося кинжалы для удара. В то же мгновение Гоу оттолкнул Джей-Би, и, обратившись в львопса, взмыл в воздух, выдыхая поток сокрушительной энергии. Тора вовремя заметила новую угрозу, метнулась в сторону, а Рейзен подхватил за шкирку беспомощную сестренку, тоже принявшую свое истинное обличье, отскочил. «Проморгала, Суна», - прорычал он. – «Внимательности не хватило...» «Мне так стыдно», - пискнула та. «Хороший урок получила!» - хохотнул Гоу, приближаясь к сородичам. – «Опытный воин всегда должен иметь одну-две припасенные карты...» Рейзен ударил Гоу хвостом, сбив с ног и рыкнув: «Ты тоже заигрался, Гоу». Джей-Би, Джона, Тора и Амас осознали, что трое противников их были монстрами! Созерцая обломки своего посоха, Рейзен проронил: «Около сто сорока лет я владел этим посохом. Хотел бы отомстить за нее, но... отложу до следующего раза». «Магия конструктов, созданных демонами-учеными, иссякла», - напомнила сородичам Суна. «Значит, мы сыграли свою роль», - резюмировал Рейзен. – «Теперь ход за молодым господином». «Думаю, мы задержали их достаточно», - согласился Гоу. «Что вы, черт возьми, затеяли?!» - потребовал ответа разъяренный Джей-Би, голова которого оставалась залита кровью. «Увидишь своими глазами!» - обещал ему Рейзен. – «Мы сражались с намерением уничтожить вас всех!» «Но не ожидали, что вы дадите такой отпор!» - поддакнул Гоу. – «Я думал, что вы просто те, кто тратит время на приключения в мирное время от безделья, но вы оказались на удивление хороши. Когда встретимся в следующий раз, предлагаю всем нам основательно подготовиться и довести этот бой до конца!» Суна и Рейзена поддержали Гоу, заявив, что рано или поздно они схлестнутся снова, после чего исчезли, телепортировавшись прочь из каверны. «Похоже, у Юлура и остальных проблемы...» - начал Джей-Би, размышляя над сказанными монстрами словами. Похоже, враг сумел просчитать аме их действия. Надо как можно скорее сообщить о сем Соре и остальным... Сказалась кровопотеря, и гном рухнул наземь, потеряв сознание...
Указывая на Малика, выпалила Дионисия: «Этот мужчина – тот самый, кто применил к Юлуру в пустыне заклинание иллюзии!» «Значит, он и есть тот, кто стоит за всеми последними событиями!» - заключил Сора. – «Но почему он здесь с Кагеро?..» «Кагеро была с нами, когда мы бежали к тебе на помощь», - просветила его Лазурия. – «Но она внезапно исчезла... и, похоже, с ней что-то приключилось!» Сора похолодел: неужто Кагеро сразилась с Маликом... и была повержена им?! «Эта женщина была крайне невоспитанна», - процедил Малик. – «Насколько помню, женщины Элтоны были более добродетельны прежде, или в нынешние времена все иначе?» «Нет, она, скорее, исключение», - выпалил Сора. – «Но почему ты...» «Зачем ты применил иллюзию, заставив нас с Сорой сражаться?!» - потребовал ответа Юлур, успевший проснуться и восстановить силы. – «Ты тоже приспешник Владыки Бездны Нергела?!» «Нергел...» - проронил Малик. – «Его восхваляют как властителя, ведущего демонов к славному будущему... Но даже сами демоны считают это глупостью. Мы лишь временно объединили усилия с тем демоном-магом, благо интересы наши совпадали. Похоже, они собирались попросту использовать нас в собственных целях...» «И какие же эти цели?» - потребовала ответа Урипо. – «Ты пытался похитить Лазу, заставлял Сору сражаться с разными силами – мне ничего не понятно!» «Положить конец миру смертных и начало – эпохе владычества демонов...» - пожал плечами Малик. – «Демонические цели – они такие. Сила драконьей крови тоже необходима мне для этого. Подробные объяснения утомительны, посему я их опущу. Нападайте! Я ведь вроде как враг народов Астолтии, верно?» Сора пребывал в смятении. Кто он на самом деле, этот Малик?! Столь буднично рассуждает об интригах демонов... Вероятно, он – их повелитель, но появился столь внезапно, даже морально подготовиться к сражению не дал... Видя, что медлят его потенциальные противники, Малик закатил глаза, молвив: «Значит, сейчас не то время, когда воины набрасываются на каждого, кто хоть немного похож на демона... Какая же все-таки неспешная эпоха!..» Отбросив тело Кагеро в сторону, Малик выхватил меч, ринулся к Соре, скрестил с ними клинки. «Что ты задумал?!» - выкрикнул Сора в лицо противнику, и отозвался тот: «Я подумал – почему бы не дать повод для ненависти?» «Ничего не понимаю, но то, что ты мой враг – я уяснил!» - заключил Сора. – «Пока не прикончу тебя, дальше не пройду, так?» Юлур же подхватил Кагеро, передал ее Мальтине и Рубиби. Последний тут же приступил к исцелению эльфийки, отмечая с тревогой, что потеряла та много крови. «Сора! Он силен!» - выкрикнул Юлур, спеша к Соре, и тот кивнул: «Да, похоже он из них, кто способен тебя одолеть...» Ведь тот, кто сумел так уделать Кагеро, не может быть слабаком! Сора просил сподвижников – всех, за исключением Юлура – держаться подальше. Лазурию же ведди просил наделить его могуществом линий-дополнений. «Но... твое тело...» - начала драконица, и Сора заверил ее: «Будет тяжело, но постараюсь продержаться еще немного!» Линии-дополнения вспыхнули на теле Соры, и сражение продолжилось...
Дэн зарядил в жезл капсулу, которую приберегал на крайний случай, ибо заключала та в себе заклинание «Обжигающее пламя». Прицелился, сделал выстрел... и троица демонов опешила, ибо сполох магических энергий достиг цели, пробив барьер! «Силы поглощающего барьера должно было хватить даже на заклятие такого уровня!» - выдавила Эсторис. «Отличное оружие, этот жезл!» - усмехнулся Плаку. – «Похоже, в него встроен механизм, который создает отражающее заклинание внутри узкой капсулы. И, если осуществить магический взрыв внутри капсулы, его сила станет сосредоточена лишь в одном направлении, что резко увеличит дальность и проникающую способность испущенного сполоха энергии». «Значит, количество магической энергии на единицу площади превысило поглощающую способность барьера!» - осознала Эсторис. – «Низшая раса... а какое оружие!» Гиб вздохнул с облегчением, полагая, что нашли они способ покончить с конструктом, но Дэн покачал головой: «Нет... Большая часть энергии сполоха была поглощена барьером. Если так и дальше пойдет, то мои магические энергии иссякнут прежде, чем я его прикончу». Хотелось бы верить в то, что ситуация все еще под контролем. Тот, кто стоит за всем этим, до сих пор не явился. Очевидно, что цель его – это Лазурия и Сора... «Если бы Кагеро была здесь, этот конструкт...» - начал Дэн с горечью, и Гиб прервал его: «Дэн... я выступлю для него приманкой». «Что?!» - опешил огр. – «Ты же погибнешь!» «Я уверен в своей скорости и живучести», - отозвался гном. – «Как говорил Сора – пока не поймем, как разрешить ситуацию, будем просто бегать. Сейчас я на месте Соры, и нам нужно обрести как можно больше сил. Даже несмотря на то, что я в основном способен лишь на то, чтобы давать всякие объяснения». «И когда ты только стал таким пылким, Гиб», - хмыкнул Дэн, и Гиб улыбнулся: «Вот как раз в процессе становления! Идем... и примкнем к Соре в его приключении!» Гиб бросил в каверну дымовую шашку, а после ринулся к каменному конструкту, ударил тот лопатой. Эсторис опешила: этот гном совсем спятил?! «Он что, еще раз попытаться хочет?» - озадачилась демонесса, наблюдая, как гном бегает по пещере, стараясь оторваться от преследующего его конструкта. Неожиданно тот наступил на одеяло, брошенное на пол каверны Гибом, накренился, ибо нога конструкта ушла в углубление. «Ловушка?!» - встревожился Зофис. «Когда успел выкопать?!» - выпалила Эсторис, и Гиб бросил ей в ответ: «Я ничего не копал! Просто накрыл одеялом, засыпал песком для камуфляжа и использовал яму, которую он сам проделал!» Дэн усмехнулся, произнес выстрел, и в одном сполохе магической энергии оказалось заключено сразу несколько заклятий! Демоны опешили, ибо не ожидали подобного хода, а огр осклабился, проронил: «Обычно я не использую подобную способность против такой мелочи, но, раз Гиб проявил такое мужество... сыграю своей козырной картой!» Способность чародея именовалась «Разрушителем замка». Поток магической энергии с легкостью пробил и барьер, и тело конструкта, и исчез тот во взрыве. Выстрел обладал столь огромной мощью, что посох Дэна раскалился – и временно бездействовал. «Какая мощь!» - выдохнул Зофис, и Плаку согласился с ним: «Да, поистине немыслимая концентрация энергии... Чародеев, способных владеть столь изысканным оружием, было немного даже во времена Урбеи». «Что это за способ использования магии?» - обратился Гиб к Дэну, и пояснил тот: «Вообще-то, подобная способность применяется для выкуривания засевших в крепостях врагов. Я не очень люблю ее применять – посох от этого портится». «Еще не все кончено!» - злилась Эсторис, озирая в поисках иных конструктах, кои могли оставаться в руинах. – «Если здесь найдутся еще марионетки...» «Удачи», - хихикнул Плаку. – «Тех, кто может справиться с этими авантюристами, здесь больше не осталось. Мы задержали их достаточно. Теперь дело за молодым господином». Эсторис зубами скрипела от злости: и снова низшие создания посрамили их, демонов!.. «Эсторис, вообще-то уничтожение этих ребят – не наша забота», - напомнил сподвижнице Зофис. «Заткнись!» - прошипела та в гневе. – «В чем бы не заключалась наша миссия, мы обязаны выполнить ее безупречно и продолжать демонстрировать свое демоническое величие!.. В следующий раз я обязательно разорву их на куски! Срежу мясо, сломаю кости и дарую жалкую смерть, подобающую низшим существам!» В следующее мгновение троица демонов телепортировалась прочь из пещеры; Гиб и Дэн остались одни. «И что это было?» - проронил огр. «Не знаю, но...» - покачал головой гном, - «дело не только в том, что у них непомерная гордыня». Эти демоны-ученые отличаются от иных представителей своего рода. К тому же, они упоминали о том, что занимались исследованиями магического оружия во время Урбеи... Гиб и Дэн бросились прочь из пещеры, надеясь как можно скорее отыскать Сору и остальных сподвижников. Ведь происходили некие события, в центре которых оказались Сора и Лазурия...
Наблюдая за противостоянием со стороны, Алек заключил: «Он применяет технику воина-мага, и наделяет свое оружие энергиями Тьмы и земли. Да, меч его тонок, но, будучи зачарован, сейчас тяжел и тверд как железная дубинка!» Тем временем Малик воззвал к эссенции ветра, зачаровав свой клинок так, что стал тот легок и стремителен. Сора едва сумел увернуться от следующего выпада, нацеленного ему в шею – и лишь благодаря тому, что Юлур в последнюю секунду выставил щит, изменив тем самым направление удара Малика. «Он оставляет левую руку свободной, чтобы применять заклинания», - шепнул Сора Юлуру. «Они сильны», - заключила Урипо, и Лазурия согласилась с нею: «Сора и Юлур так синхронно сражаются, хотя делают это впервые...» «Потому что только что они бились не на жизнь, а на смерть, являя друг другу свои способности», - пояснил Алек. – «И теперь понимают друг друга лучше, чем некоторые напарники, кои провели вместе долгое время». Кагеро пришла в себя, и Мальтина вздохнула с облегчением, ведь была эльфийка на грани гибели. «Я вижу Лазу и миную небесную деву, похожую на Мальтину», - прошептала Кагеро. – «Значит, я все же оказалась на том свете...» «Ты жива!» - обнадежила Урипо эльфийку. – «Да какое божество заберет к себе такую распутницу как ты!» Кагеро чуть повернула голову, воззрилась на двоих, противостоящих Малику, одобрительно кивнула: «Значит, он меня все-таки не убил...» Услыхав голос Кагеро, Сора вздохнул с облегчением: «Сестрица-то живучая!» «Но она как-то жутко улыбается, если честно», - усмехнулся герой, но, разом посерьезнев, вновь вернулся к созерцанию Малика, замершего в нескольких шагах от них. «Он... очень силен!» - резюмировал Юлур. – «Даже атакуя вдвоем, мы не можем преодолеть его защиту...» «Конечно, его навыки владения мечом не вызывают сомнений, и я думаю, что его концентрация, с которой он отражает наши атаки этим тонким мечом, потрясающая...» - протянул Сора задумчиво. Но это, скорее, фехтование для благородных кровей... Он сначала защищает себя, а атакует только тогда, когда видит безопасную возможность. Твоя атака, когда ты ставишь на кон всю свою жизнь, пугает меня больше, если честно...» Сора гадал, как же их противник сумел одержать верх над Кагеро? И почему явился сюда совершенно один? Есть в этом что-то подозрительное... Но, может, не терзаться сомнениями, а просто атаковать – и, наконец, сразить его?.. «Давай просто атакуем его!» - решительно предложил Сора Юлуру, после чего коснулся ладонью каменной поверхности, рисуя в разуме своем образ оружия. Из-под земли брызнула лава, а Сора вспоминал, как, будучи в ирреальности, сумел преобразить деревянный клинок в легендарный Меч Королей. Возможно, то было как раз «воплощением грез», о котором рассказывала Лазурия. Всем сердцем воззвал Сора к грезам героев древних эпох, пребывали кои в недрах вулкана Калсадора. Ощутил, как отвечают грезы на зов его, вихрясь и материализуясь в чудесной сабле, рукоять коей легла в длань ведди. Авантюристы, за сим наблюдавшие, были изумлены, ибо на их глазах Сора извлек меч прямиком из лавы! «Меч Геи!» - воскликнул Юлур, коий прежде зрел рисунки сего зачарованного клинка лишь на страницах книг о легендах древности. – «Это меч из очень древней истории, который герой бросил в вулкан, чтобы вызвать его извержение!» Авантюристы с энтузиазмом приветствовали свершение Соры. Малик же нахмурился, пытаясь осмыслить то, чему стал свидетелем. Знал он, что вулкан Калсадора – один из мест силы, пребывает в котором множество духов земли. И этот юнец придал сей эфемерной силе материальное воплощение, воссоздав легендарное оружие. И стало сие возможным благодаря его драконьим жилам – иначе, линиям-дополнениям... «Интересно», - проронил Малик, вновь принимая боевую стойку. Сора и Юлур переглянулись, кивнули друг другу, лишний раз убеждаясь в том, что живы в мире Астолтии легенды о героях, существовавших когда-то, странствовавших, бросавших вызов силам зла... «Мы, авантюристы, не допустим, чтобы задерживал ты нас в поисках приключений!» - бросил Сора противнику. – «Мы не можем этого допустить!» Сорвавшись с места, Юлур и Сора ринулись к Малику, вынудив того уйти в глухую оборону. Отражая глаз ударов, сознавал воин, что нечто изменилось, и эти двое сражаются не так, как прежде. Тем не менее, сдаваться Малик не собирался. Левой рукой он бросил в героя огненный шар, который тот отразил щитом... а в следующее мгновение Сора, оттолкнувшись от сего щита, высоко подпрыгнул, нанося Малику удар Мечом Геи. Тот парировал выпад собственным клинком, взывая к энергиям Тьмы для зачарования оного. Малик сумел отразить выпад, но вынужден был отступить, осознавая, что клинок в руках ведди могущественнее того, коим обладает герой. Неужто это действительно меч Геи, поминаемой в древнейших легендах богини земли?! Секундное промедление дорого стоило Малику, и волна энергии, сорвавшаяся с острия меча Юлура, отбросила его на несколько десятков шагов. «Он не смог полностью отразить этот удар!» - выкрикнул герой, наряду с Сорой спеша к противнику. «Вы собираетесь стать наследниками легенд о героях, раз за разом одерживавших верх над расой демонов?!» - прохрипел Малик, но двое не удостоили его ответом, принялись наносить удары противнику – и на этот раз некоторые из них достигали цели! Наблюдавшие за сражением Рубиби, Кагеро, Мальтина и Урипо воспряли духом: ход битвы определенно изменился, и неоспоримое преимущество было за Сорой и Юлуром. «Наверное, все дело в линиях-расширениях», - предположила Урипо. – «Разве мог бы Сора так мастерски фехтовать в их отсутствие?» «Он и раньше мог так», - заверила ее Кагеро. – «Гибкость его тела и пружинистость мышц весьма впечатляют. Просто до сих пор у него не хватало боевого духа показать это. В последнее время ему пришлось, рискуя жизнью, сразиться со мной, Джей-Би и Юлуром. И его тело начало понимать, как следует себя вести в настоящем сражении...» И действительно: навык боя на мечах, кои являл сейчас Сора, был весьма и весьма впечатляющ. «Сора, я создам для тебя возможность!» - выкрикнул Юлур, отвлекая на себя внимание Малика и обрушивая на того ряд стремительных ударов. Сора же вонзил Меч Геи в каменный пол, высвобождая могущество клинка, и из образовавшихся брешах в стенах в каверну хлынула раскаленная лава... мгновенно преобразующаяся в огромных лавовых монстров, устремляющихся к опешившему Малику. Воззвав к магии льда, тот зачаровал оным свой меч, принявшись рассекать лавовые порождения... когда метнувшийся к Малику Сора с силой рубанул противника мечом. Наблюдавшие за сим искатели приключений разинули рты: похоже, с ростом могущества самого Соры линии-дополнения также эволюционируют!.. «Нас ждет еще множество приключений!» - выкрикнул Сора, наблюдая, как щупальца лавового монстра сдавливают беспомощного Малика. – «И я не собираюсь вечно возиться с тобой – и твоими жуткими замыслами!» Он нанес еще один сильнейший удар противнику... и от того не осталось и следа, ровно как и лавовых монстров. Посреди чертога возникло огромное яйцо. Сора опешил: оно было донельзя похожим на то, вылупилась из которого Лазурия... а узор на скорлупе повторял рисунок линий-дополнений! Вот только не сияли они, а были черны... Раскололась скорлупа, и предстал авантюристам Малик – в истинном своем демоническом обличье. «Драконьи жилы наделяют тело огромной энергией восстановления», - процедил он. – «Доселе у меня не было возможности в этом убедиться, но... наконец, представилась». «На нем ни царапины!» - изумилась Урипо. «Стало быть, человеческое обличье было лишь следствием заклятия преображения», - заключил Алек. «Но как такое возможно?» - спрашивала Мальтина. – «Ведь лишь Сора обладал подобными силами!» «Не знаю, но я чувствую у него энергию линий-расширения!» - воскликнула Лазурия. «Да кто же ты такой?!» - вопросил Сора, и отвечал демон: «Мое имя – Малик. Принц демонов Исмалик. Тот, который однажды назовет себя Лордом Демонов». «Принц демонической расы...» - выдохнула Мальтина. «Но как он может обладать линиями-дополнениями?!» - не могла понять Урипо. – «Ведь эту силу Лазу даровала лишь Соре!» «Что толку спрашивать об этом у врага?» - пожал плечами Малик. – «Правду он все равно не скажет». Лазурия с тревогой созерцала демона. Если силой линий-дополнений она наделила Сору, должно быть, некий дракон даровал подобное могущество Малику? «Итак... продолжим», - буднично произнес демон, глядя на обескураженных Сору и Юлура, - «воин в демонической маске и юный герой. Только что вы явили мне различные свои приемы... Позвольте же испробовать прием мой собственный...» Из воздуха соткалось два огромных меча, и плащ Малика, управляемый силой разума того, обвился вокруг рукоятей их. Осознавал Сора: вне всяких сомнений, зрит он могущество линий-дополнений. Малик превратил плащ в монстра... возможно, тот и спас своего владельца от последнего удара, нанесенного Сорой?.. Малик обрушился на противников, жестоко тесня их, являя совершенно иной стиль боя, нежели прежде. Демон выискивал малейшие бреши в защите Соры и Юлура, сразу же нанося удары объятыми магическими энергиями клинками. «Надо бы загнать вас в угол, иначе не смогу явить свою истинную силу», - вымолвил Малик. Авантюристы с ужасом наблюдали, как Малик усиливает пламя, охватившее клинок в его правой руке, с помощью могущества линий-дополнений. «Бегите! Вы не выстоите!» - в отчаянии крикнула Лазурия. Однако Малик не давал противникам ни малейшей возможности отступить, и те едва успели отражать удары двух мечей, орудовал коими плащ демона. Алек ринулся вперед, подставляя щит под удар охваченного огнем меча Малика. «Я буду ограждать вас, а вы сосредоточьтесь на атаке!» - бросил паладин Юлуру и Соре, пораженным тем, что сумел пуклипо отразить удар демона. Мальтина велела Фуге защищать авантюристов, держащихся позади, а Дионисия обещала помочь герою и ведди заклинаниями. Сражение возобновилось. Малика весьма удивила стремительность Алика, который успевал отражать зачарованным щитом выпады трех его мечей. Казалось, старик-пуклипо загодя читает все движения демона. Более того, паладин нисколько не мешал Соре и Юлуру, и всецело сосредоточились те на фехтовании, пытаясь найти брешь в обороне противника. Лазурия и Мальтина поддерживали сподвижников, творя волшбу – огненную и ледяную соответственно. Малик закрылся плащом, отражая тем потоки магических энергий. Лазурия ринулась в сторону; с острия клинка ее продолжали срываться огненные шары. Демон укутался в отражающий магию плащ, когда Алек нанес ему удар копьем, заставив открыться, и тут же Мальтина сотворила заклятие «Ледяной молот», а Дионисия – «Мгновенную смерть». Сора и Юлур отпрыгнули в сторону, а вихрь душ закружился вокруг демона... и сверху на него рухнула огромная ледяная глыба. Подобное единение двух двеомеров именовалось «Горнилом смерти и льда». Однако Малик каким-то чудом перехватил двеомеры, должные оборвать его существование, объединил их, преобразу, подчиняя своей воле. «Хоть и впервые сражаетесь вы рука об руку», - произнес принц демонов, - «но мгновенно распределяете роли и действуете слаженно. Стало быть, таковы искатели приключений сей эпохи... Но, поскольку я вижу в вас угрозу моим великим амбициям, то уничтожу прямо сейчас!» «Он обернул магические потоки отражающим волшбу плащом, и ныне обращает направление их!» - осознала Дионисия, а в следующее мгновение Малик направил заклятия смерти и льда на противников. Алекс выставил перед собой щит, принимающий на себя удар ледяных глыб, в то время как Дионисия возвращала ринувшиеся к ней души усопших в небытие. Заклятия нанесли раны авантюристам, и, созерцая Юлура, протянул Малик задумчиво: «Неужто у тебя не осталось способностей, кои ты еще не явил? Ты перепробовал все приемы, какие только возможны?» Принц демонов произнес короткое заклинание, и щит героя обратился в труху. Следующее заклинание – телепортации, и Малик мгновенно переместился за спину Юлуру. «Юлур, в сторону!» - выкрикнул Сора. Герой отпрыгнул в сторону, и клинок демона рассек воздух. Малик нахмурился: неужто авантюрист в демонической маске каким-то образом узрел его заклятие мгновенной телепортации?.. Осознала Мальтина, что стала свидетельницей применения заклятия мгновенной телепортации, давным-давно позабытого жителями Астолтии. Возможно ли изменить и усилить заклинание так, чтобы дало оно эффект, подобный тому, коий наблюдали они только что?.. «А чему ты удивляешься?» - холодно бросил принц демонов Соре. – «Ты ведь тоже исказил природу заклинания иллюзии, наложенного на своего товарища, и сумел развеять его?» «Исказил?..» - выпалил Сора, вспоминая слова, сказанные Дионисией. Когда они с Юлуром сражались, то столкнулись головами. Именно в тот момент и узрел он образ иллюзорного, ложного мира, помещенного в воспоминания Юлура. Стало быть, эффект был вызван соприкосновением линий-дополнений и магического двеомера... «Хочешь сказать, что управлял мной с помощью этой силы?» - выдавил Юлур. – «Но откуда ты знаешь об уничтожении Этена и судьбе моей сестры, Юмел...» «Мне рассказал об этом демон-маг», - пояснил Малик. – «Трудно продолжать контролировать действия противника одними лишь удобными иллюзиями. Более того, ведь даже тогда, когда Владыка Бездны Нергел пытался забрать твою душу во сне, ты сумел преодолеть его воздействие благодаря своей силе воли, так? Так что ты не обманешься какими-то заурядными иллюзиями. Но... я видел, что твоя истерзанная душа, лишившаяся родного дома, жила лишь надеждой на то, что сестра, с которой ты оказался разлучен, осталась жива. И я понял, что, если лишу тебя этой надежды, то наполню душу твою ненавистью». «Насколько же ты извращен по природе своей!» - выпалил Сора в гневе. – «Королем Демонов стать хочешь... Если таково твое стремление, то примени гордость свою и силу для завоевания мира – или чего-нибудь в этом роде! А то создаешь всякие жестокие видения... Неужто вам, демонам, неведома боль от того, что родители или родичи внезапно исчезают из ваших жизней?!» «Ведома», - подтвердил Малик. – «Поэтому я и сотворил эту иллюзию. Такую душевную боль никто выдержать не способен – особенно такой мальчишка, как этот ‘герой’». Сора был изумлен: кто он такой, этот принц демонов?! Что... он такое?! Ради чего сражается? Зачем затеял... все это?.. «Благодаря тебе я смог получить немало новых знаний об этой силе», - заверил Малик Сору. – «Спасибо. И сейчас ты для меня просто враг. Умри же здесь и сейчас, воин в демонической маске!» Принц демонов применил многократно усиленное заклинание ураганного ветра. «Сора, уклоняйся!» - выкрикнул Алек юноше, который пребывал словно в ступоре, задаваясь вопросами о грезах и амбициях принца демонов. Чудовищный порыв ветра пронесся по пещере, подхватывая авантюристов и с силой швыряя тела их на камни... Придя в себя, Лазурия осознала, что осталась одна; тела сподвижников ее были неподвижны, и неведомо, остались ли они живы. Меч Геи был вонзен в пол каверны, но Соры драконица не замечала. Как сумел принц демонов одним лишь заклятием повергнуть всех своих противников?! «Этот прием – моя козырная карта», - обратился к Лазурии Малик, медленно приближаясь. – «Магические энергии обладают различными стихийными свойствами, и это определяет то, как они проявляются. Когда магические энергии сталкиваются, они либо усиливают друг друга, либо подавляют – в зависимости от совместимости сих свойств. Например, если ты швырнешь огненным шаром и какого-нибудь пламенного монстра, эффекта от этого действия почти не будет, ибо реакция столкновения стихийных аспектов окажется подавлена. Но если сотворишь ледяные иглы, произойдет чрезвычайно сильная реакция, и монстру будет нанесет немалый урон. Мы, маги-воины, сведущи в технике управления аспектами стихий. Эти приемы расширяются с помощью линий-дополнений и одновременно с усиленным таким же образом заклинанием обрушиваются на противника. Способность, которую я только что применил, именуется ‘Принудительный слом’. Она насильно изменяет стихийные атрибуты противника и вызывает взрывную реакцию с их собственными стихийными аспектами. Способность применима против любых стихийных свойств. Прости, что дал столь долгое объяснение, но такова суть техники, которую я применил». Лазурия ужаснулась: если бы Малик находился в непосредственной близости от противника и применил «Принудительный слом», то наверняка убил бы своего врага на месте! «Прости, что втянули тебя во все это», - говорил Лазурии Малик. – «Предполагалось, что ты как можно скорее примкнешь к нам. Но я хотел узнать как можно больше о силе линий-дополнений. Потому и должен был сразиться с авантюристом в маске...» «Сора!» - воскликнула Лазурия, озираясь по сторонам. – «Куда ты подевался? Ответь мне! Пожалуйста, ответь!» «Ураганный ветер ударил его с близкого расстояния, и он был беззащитен», - пожал плечами принц демонов. – «Его разорвало на куски, даже костей не осталось». Рыдая, Лазурия опустилась на колени... «Молодой господин, похоже, ты добился успеха», - послышались голоса. В пещеру ступили трое львопсов. – «Мы волновались из-за того, что не смогли остановить нескольких авантюристов». «Не совсем так», - отозвался Малик. – «Мне чуть не отрубили голову, чуть не взорвали магией, и я несколько раз был на волосок от смерти». Львопсы преобразились, приняв облики гнома, огра и эльфийки. «Но, похоже, ты блестяще справился с угрозой», - заключил Гоу. - Похоже, это был хороший опыт на грани жизни и смерти». «Пожалуйста, не рискуй так сильно больше!» - воскликнула Суна. «Сразившись с ними, мы поняли, что авантюристы – куда более грозные воины, чем мы ожидались», - признался Малику Рейзен. – «Возможно, разумнее будет покончить с ними сейчас. К тому же они еще молоды – если оставить их в живых, они непременно станут еще большей угрозой». «Верно», - согласился Малик, сжал пальцы на рукояти Меча Геи, и клинок того сразу же потускнел, объятый темными энергиями. Меч, который, согласно легендам, вел героев в логово Короля Демонов, теперь станет оружием, сразит кое авантюристов! Используя меч в качестве проводника, Малик направил силу линий-дополнений в землю, и содрогнулась та... ...Ощутили подземные толчки и иные авантюристы, спешившие на помощь к сподвижникам. Гиб, Дэн, Тора, Амас и Джона (Джей-Би оставался в беспамятстве) чувствовали, что приближается нечто опасное. С вершины утеса зрели они обширную пещеру, возникали в коей огромные лавовые монстры, окружающие их распластавшихся на земле товарищей. Если ничего не предпринять, все они обречены!.. «Прекрати!» - молила Лазурия принца демонов. – «Все так тяжело ранены, что даже пошевелиться не могут! Вы же с ними лишь впервые встретились, и они тебе ничего плохого не сделали! Почему ты так поступаешь с ними?!» «Почему?» - отозвался Малик. – «Для вас, может быть, это и приключение, но для нас – война. Причины для войны копились сотни лет, и сейчас уже слишком поздно складывать оружие». «Что это за причины такие?!» - запальчивой выкрикнула драконица. «Успокойся, я не собираюсь причинять тебе вред», - заверил ее Малик. – «Я хочу, чтобы ты пошла с нами в качестве гостьи». «С чего мне идти с вами?!» - возмутилась Лазурия. Плащ Малика, обретший жизнь благодаря линиям-дополнениям, связал Лазурию по рукам и ногам, и проронил принц демонов: «Мы относимся к тебе с уважением, но... уважать твои желания можем лишь в пределах наших собственных интересов. С мирянами Астолтии не стоит тебе пребывать слишком долго». «Ты знаешь, кто я на самом деле?» - выдохнула Лазурия. «Если отправишься с нами, мы расскажем обо всем, что нам известно», - заверил ее Малик. – «Если узришь того, кто наделил меня могуществом линий-дополнений, но сама поймешь, кем на самом деле являешься». «Нет!» - послышался крик, и зрела Лазурия, как из-под каменного завала в центре пещеры выбрался окровавленный Сора, на теле которого продолжали сиять линии-дополнения. – «Решаешь, кому жить, а кому умереть столь буднично, будто печати на бумагах ставишь!.. Лазу, ты не должна следовать за таким негодяем!.. Он вроде как красавчик, но совершенно не умеет флиртовать с девушками! Наверное, только фехтованием да учебой занимался, и совсем не гулял с друзьями на улице?!» Малик озадаченно воззрился на ведди: и как только он выжить умудрился?! Даже защита, дарованная драконьими жилами, не должна была спасти его от гибели! «Да, я жив», - бросил противнику Сора, который, похоже, еле на ногах держался. – «Но я чувствую себя наполовину... нет, полностью как гниющий труп. Меня Юлур отделал, затем ты... на сегодня достаточно... Лазу, пожалуйста, не ходи к этому парню... Если ты уйдешь, я... не буду знать, зачем вообще скитаюсь по миру. Он тебя заключил в этот плащ и пытается утащить. Принуждение – самое худшее, что только может быть!» Сора сжал ладонью край плаща, обвивающего ноги драконицы, и ткань обмякла. Осознал Малик, что ведди сумел нейтрализовать силу его собственных линий-дополнений. Неужто он так же поступил в момент применения демоном «Принудительного слома», сумев ослабить силу сего гибельного приема?! И сделал это в одно мгновение! Похоже, Малик недооценил ведди, посчитав того ребенком, коий получил линии-дополнения по чистой случайности. «Возможно, ты мой самый опасный враг из всех», - заключил Малик, и, сотворив заклинание яростного пламени, вознамерился применить «Принудительный слом» вновь, дабы на этот раз окончательно покончить с излишне живучим искателем приключений. Сора наблюдал за Маликом, отчаянно пытаясь сообразить, что он может сделать в сложившейся критической ситуации. Все тело обратилось в сплошной сгусток боли... однако взгляд, устремленный на принца демонов, отражал непреклонную решимость, что Малика весьма озадачивало. Сора бросился к противнику, с силой ударил его по лицу, и зазубрины на наруче ведди оставили сочащийся кровью порез на груди демона. Более того, Сора сумел собственными линиями-дополнениями вырвать из-под контроля Малика составляющее «Принудительный слом» буйство магических энергий и направить его на противника! Принц демонов уцелел, лишь сотворив с помощью линий дополнений из поверхности земной ковер-самолет, на котором воспарил к потолку каверны, в то время как энергии, высвобожденные Сорой, уничтожали лавовых монстров. Мало-помалу авантюристы начали приходить в себя... «Он перехватил пламенное заклинание молодого господина!» - воскликнула Суна, глазам своим не веря. Поверить сему не мог и сам Малик. Как этот мальчишка в одночасье сумел обратить «Принудительный слом» против него?! Огромной силой драконьих жил, которая способна сотворить магические манифестации всего сущего, ведди направил эссенцию «Принудительного слома» на Малика, обратив ее во взрыв магических энергий. Донельзя неуклюже... и действенно! Сора ощутил резкую боль в руке, и потрясение отразилось у него на лице. Обычно после применения силы линий-дополнений он ощущал усталость... но нахлынувшее чувство было сродни тому, будто из тела его вытягивали всю кровь! «Как глупо!» - заключил Рейзен, наблюдая за ведди. – «Если убрать все ограничители, магическая сила истекает, и тело смертного увядает. И не только магические силы, но и жизненные окажется истрачены в кратчайшие мгновения!» «Но он использовал это для контратаки?» - уточнил у огра Гоу, и тот кивнул: «Он нанес удар наручем – драконьим когтем. Неплохо справляется этот парень!» Оставаясь на ковре-самолете, зрел Малик, как Сора протягивает руки к одному из уцелевших лавовых монстров. Неужто ведди пытается взять под контроль сотворенную им тварь?.. А этот смертный далеко пойдет!.. Лазурия подбежала к Соре, коснулась ладонями его спины, даруя парню свои силы. Урипо, Фуга, Рубиби, Мальтина и Дионисия пришли в себя... отмечая, что лавовые монстры остановились. «Сия! Исцеляющие заклятия!» - приказала Мальтина жрице. – «И убираемся отсюда!» «Сора, ты слишком много сил отдаешь!» - с тревогой выпалила Лазурия, но Сора продолжал прижимать ладони к земле, и линии-дополнения расходились от них во все стороны. «Еще чуть-чуть», - прохрипел ведди. – «И я создам путь для отступления... Заставлю его двигаться...» Неожиданно каверна под ногами авантюристов содрогнулась. Гоу и Рейзен обратились во львопсов, наряду с Суной перепрыгнули на ковер-самолет, парящий в воздухе. «Я тут ни при чем», - бросил им Малик. Исполинский конструкт, находящийся в пещере, содрогнулся, медленно возвращаясь к жизни. Несмотря на то, что велено было Эсторис не прибегать к использованию этой силы, разгневанная демонесса собиралась взять конструкт под контроль и уничтожить каждого, кто посмел отрицать право ее на существование! «Пребывающий в вечной Тьме, мой господин», - вещала Эсторис, творя могущественное заклятие. – «Да наполнится вместилище, созданное по обращу бога, криками гнева и негодования!» Малик узнал творимое заклятие, выпалил: «’Немезида’ – заклятие божественной марионетки! Ты собираешься применить его здесь?!. Какое безрассудство! Что эти демоны-ученые себе думают?! В пещере же остается принцесса драконов!» Глядя в сторону пришедшего в движение конструкта, Сора был близок к отчаянию. Ему не хватило совсем немного времени! Неужто все закончится здесь и сейчас?!. «Проклятье!» - вызвал он, и отчаяние его разделяли и иные авантюристы. Похоже, приключение их действительно подошло к концу... Они не сумели ничего достичь... и даже отступить уже нет возможности... Лазурия вскрикнула, выпалила: «Он близко... И он очень разгневан...» «Кто?» - озадачилась Мальтина. – «Кто близко?» Пол каверны раскололся, и из разлома показалась огромная туша разъяренного дракона. Искатели приключений опешили: неужто это... он?.. Предмет их поисков... В каверну ступили трое монстров: секирозавр, рыцарь и мечник, и отчеканил последний, обращаясь к авантюристам: «Над сим местом властвует лавовая драконица Бридон!» Лавовая драконица не отрывала взора от древнего конструкта. Рассматривая древнюю рептилию, понимал Сора: она – не тот штормовой дракон, коего зрел он в детстве... Трое демонов, замерших на поверхности конструкта, с ужасом наблюдали за приближением древней рептилии. «Хватит уже, Эсторис», - увещевал демонессу Зофис. – «Раз лавовая драконица появилась, нам здесь делать нечего». «Даже драконица чинит мне помехи!» - злилась та. «Что это за драконица?» - ошарашенно вопросил Юлур. – «Она собирается сразиться с конструктом?» «Конечно, драконица тоже большая...» - протянул Рубиби, и Мальтина согласилась: «Но размерами с конструктом ей не сравниться. Тот сокрушит драконицу!» «Хватит, Эсторис!» - обратился к демонессе Плаку. – «Древняя драконица – неприкосновенное существо...» «...К тому же мы нарушаем договор, заключенный с принцем демонов!» - настаивал Зофис. Множество разломов возникло в горной породе, и ввысь хлынули потоки лавы. Даже лавовые монстры, порожденные Маликом, утрачивали форму и примыкали к бьющим ввысь потокам. В последнее мгновение демоны телепортировались прочь с поверхности конструкта, и лавовые потоки захлестнули того... Наконец, все было кончено. Лапа отступила, и каменный конструкт ныне был недвижим. «Потрясающе...» - выдохнул Юлур. – «Так вот каково могущество древней драконицы...» Бридон же устремилась прочь, не обращая ни малейшего внимания на искателей приключений, остающихся в каверне... К Соре и спутникам его присоединились спустившиеся в каверну сподвижники: Гиб, Дэн, Тора, Джей-Би, Амас и Джона. Не ожидали они встретить в пещере отряд Мальтины, и стало то приятной неожиданностью. «От лавы нас спасли они!» - Гиб указал на троицу монстров, остающихся в отдалении...
«Можно сказать, их спас лавовый дракон Бридон», - проронил Рейзен, в то время как Малик, погруженный в свои думы, отрешенно созерцал замерший гигантский конструкт. «Демоны-ученые спаслись», - добавил Гоу. – «Если бы их конструкт прикончил принцессу драконов, я бы им глотки перегрыз!» «Мы дали им возможность объединиться с товарищами и объединить силы...» - констатировал Рейзен. – «И даже лавовую драконицу вынудил появиться... Как поступим, молодой господин?» «На этот раз нам придется отступить», - принял решение принц демонов. – «Согласно заключенному соглашению, нельзя вмешиваться в дела древней драконицы». Суна поморщилась, и Малик обернулся к ней: «Не раскисай. У нас еще будет возможность. К тому же исход оказался совсем неплох». «Для обеих сторон...» - пронеслось в разуме его...
«Мы сразились с ними и не понесли потерь», - заключил Алек, скрестив руки на груди. «Похоже, это было непросто», - вымолвил Джей-Би. Юлур бросился к Амасу и Джоне, обнял обоих. Гиб тепло приветствовал Мальтину, а Дэн спрашивал Кагеро, куда же та подевалась, исчезнув прямо из подземного тоннеля. Осознав, что все кончено, Лазурия обняла Сору, выдавила, всхлипывая: «Сора!.. Я думала, ты погиб! Я думала... Но ты выжил!.. Если тебя не станет, я не знаю... что буду делать!..» «Я так просто не умру!» - заверил драконицу ведди. – «Самое интересное в нашем приключении только начинается!» «Что значит – не умру?!» - напустилась на Сору Мальтина. – «Ты на пределе, на самой грани! Не притворяйся сильным, обратись за целительным заклинанием поскорее!» Досталось и Лазурии: Мальтина требовала, чтобы драконица серьезнее относилась к Соре, не потворствовала тому, что доводит он себя до грани... Дав авантюристам несколько минут, чтобы прийти в себя, трое монстров постановили: «Мы проводим вас к хозяину!» «Вы знакомы с тем огромным драконом?» - удивился Амас. Отряды Юлура, Джей-Би и Мальтины также выразили желание спуститься в пещеру лавовой драконицы. «Давайте все пойдем и встретимся с нею!» - заключил Сора. Трое монстров переглянулись, и мечник изрек: «Не возражаю. Идемте!» Они повели за собой искателей приключений в недра вулкана. «Сия, а та девчонка, что – драконица?» - шепнул Юлур Дионисии, кивком указав на Лазурию, и отвечала жрица: «Я прежде не встречала представителей драконьего племени. Но ее магия определенно отличаются от той, коей владеют смертные». Юлур понимал, что способности Лазурии напрямую связаны с линиями-дополнениями Соры. Кто же она все-таки такая?!. Ведомые монстрами искатели приключений достигли подземного лавового озера. Монстр-мечник произнес заклинания... и лава отступила, образуя коридор. «Есть заклинание, которого предотвращает урон от лавы и ядовитых болот...» - протянул Гиб, и Амас добавил: «Должно быть, это некая усиленная версия сей волшбы». «Идем», - поторопил спутников мечник. – «Действие заклятия не продлится долго». Авантюристы пересекли лавовое озеро, продолжили путь по подгорным тоннелям. «Вот почему никто не сумел отыскать лавовую драконицу», - осознал Гиб, и мечник, указав искателям приключений путь к следующей пещере, молвил: «Идите. И смотрите не оплошайте». Лазурия ощущала тревогу... но и воодушевление. Ведь древняя драконица может знать, кто она на самом деле такая! «Не волнуйся, Лазу», - обратился к драконице Сора. – «Кем бы ты ни оказалась...» «Честно говоря, мне немного страшно», - призналась та. – «Но... я почему-то в предвкушении! Кажется, это ты на меня повлиял...» С незапамятных времен для героев древности выступали врагами, сподвижниками... даже богами. И сейчас предвкушение Лазурии разделяли авантюристы Астолтии, ибо предстояла им встреча с поистине древним созданием. Из лавовых глубин восстала гигантская драконица, воззрилась на смертных, ступивших в ее логово. «Боурри! Сарисса! Сарикка!» - взревела Бридон, и авантюристы отшатнулись в страхе. – «Почему вы не сказали мне, что придут гости?! Я же только что проснулась и плохо выгляжу! Быстро все подготовьте!» На глазах опешивших авантюристов в телах троих монстров, сопроводивших их, открылись люки, и выпрыгнули из них двое пуклипо – старик и девчонка, и огресса. Стало быть, монстры были не более чем механическими конструктами, управляемыми слугами лавовой драконицы! «Около вулкана Калсадора число монстров увеличилось», - пояснил старик-пуклипо изумленным искателям приключений. – «Иначе как в таком виде не погуляешь. Опасно! Сейчас я вам подам чай, и придется немного подождать, пока госпожа закончит свои утренние процедуры». Слуги Бридон быстро пересчитали искателей приключений – шестнадцать. Засуетились, обсуждая, чем будут их угощать и хватит ли чайных наборов. Боурри поставил прямо в пещере два круглых стола, расставил чашки, принялся разливать чай. Сарисса и Сарикка же бросились к лавовой драконице, дабы припудрить ей морду и нанести тени на веки, а также распушить ресницы. Наконец, драконица привела себя в порядок, и, кокетливо обмахиваясь веером, обратилась к авантюристам, лишившимся дара речи от сей картины: «Добро пожаловать! Спасибо, что заглянули ко мне, дорогие искатели приключений. Я – Бридон, хозяйка лавового дворца Калсадора!» «Драконица...» - выдохнул Сора в благоговении. – «Та самая романтика, к которой стремятся все авантюристы...» «Да ну, просто старая леди!» - фыркнул Джей-Би, и Бридон игриво толкнула гнома длинным языком, молвив: «Я не старая леди! Я знаменитость! В последнее время авантюристы совсем не соблюдают этикет». Джей-Би без чувств распластался на земле, а Сора и Лазурия поспешили извиниться перед драконицей за манеры их спутника. Обратившись к Лазурии, молвила Бридон: «Сколько же десятков тысяч лет прошло с тех пор, как у меня были гости из рода древних драконов? Вижу, ты доверила драконью жилу юному воину...» Гиб и Мальтина переглянулись, и выдавил гном: «Гости... из древних драконов?» «Юная леди тоже древний дракон, разве не так?» - уточнила Бридон, пристально созерцая опешившую Лазурию. – «Если присмотреться, ты худощава для драконицы, не так ли? Если быть немного пухленькой, как я, то будешь популярнее, понимаешь?» «Проблема в том, что, хоть рога и присутствуют, но... я выгляжу как человек...» - поделилась своей болью Лазурия. «Даже если так, драконьи жилы могут быть дарованы только древними драконами или подобным им сильным драконами», - молвила Бридон, переводя взгляд на Сору. – «Сейчас они незримы, но линии присутствуют, так ведь, паренек? Эта способность принадлежит нам, древним драконам». «Кем же всё-таки являются древние драконы?..» - поинтересовался Гиб. – «Извлекать силу природных объектов в форме монстра - поистине немыслимая сила!» «Древние драконы – это предвечный и могущественный род драконов, который наблюдает за эволюцией жизни в Астолтии», - просветила его Бридон. – «Я отношусь именно к этому роду. Я, лавовая драконица Бридон, на протяжении десятков тысяч лет наблюдала за взлетами и падениями цивилизации гномов на континенте Гночакка. Мы уважаем историю естественной эволюции и воздерживаемся от вмешательства в нее. Однако иногда, когда мы находим интересного ‘вершителя судеб’, мы можем наделить его толикой нашей силы». «Вершителя судеб?» - озадачился Сора. «Они спасают виды, которые должны были вымереть...» - продолжала Бридон. – «Или уничтожают цивилизации, которые должны были процветать... Они - те, у кого есть потенциал стать существами, которых называют героями или Лордами Демонов. Те, у кого есть потенциал сильно повлиять на судьбу вида, зачастую становятся объектами враждебности для многих, и их потенциал подавляют, из-за чего они часто погибают, так и не реализовав его. Поэтому мы, драконы, обладающие силой, ценим этот потенциал и даруем часть нашей силы в форме линий-дополнений!.. Драконьи жилы, проступающие на теле мальчика, и есть узор, который связывает носителя с драконом и передает ему часть жизненной силы дракона». «Э-этот деревенщина-переросток станет таким великим героем?» - выпалила Мальтина, указывая на Сору. «Он умеет только нестись напролом, он какой-то неправильный, да?» - вторила ей Урипо. – «Неужели этого достаточно?» «Качества вершителя судеб зависят не только от мудрости и силы самого смертного», - отвечала им драконица, - «но и от положения, в котором он находится, и от тех, с кем он связан. Мальчик находится в центре интересной судьбы, в хорошем смысле или в плохом. И в этом смысле мальчику-огру тоже предначертана довольно интересная судьба...» Последние слова Бридон были адресованы Юлуру. «Похоже, судьба мальчика существует бок о бок с другой судьбой», - изрекла драконица, и пред внутренним взором ее вспыхнул образ светловолосой девушки, сжимающей меч в руке. – «Я чувствую очень редкое сплетение судеб». Герой был окончательно сбит с толку словами Бридон... «Ч-что значит, что я — древняя драконица?!» - уточнила Лазурия. – «Я... я только недавно родилась и не знаю, кто я такая! Я пришла сюда, думая, что ты, госпожа Бридон, можешь знать мою истинную сущность!» «...Родилась?» - протянула Бридон. – «Хм... Странная история... Похоже, вы более интересные гости, чем я думала... Что ж, присаживайтесь! Давайте выпьем чаю и во всем разберемся».
«Тяжело пришлось на посту временного управляющего, Фолка», - рыкнул Гоу. - «Здесь всё было спокойно?» Фолка вздохнул, указал в сторону, и зрели демоны гигантского монстра, являющего собой отвратный симбиоз животного и растительного начал. «Эбби!» - взвизгнула Эсторис, бросилась в лабораторию, где помянутая ею демонесса продолжала изыскания в симбиозе различных видов монстров. – «Как ты могла сотворить такое с монстрами, доверенными нам молодым господином!» «О, Эсторис, ты уже вернулась?» - пропела Эбби, поливая водой из лейки выращиваемые ею плотоядные растения. – «А где гостинцы? Удалось ли тебе достать цветок слизней, о котором я просила?» «Какие еще гостинцы?!» - возмутилась Эсторис. – «Ты невыносима!» «Демоническая садовница Эбби», - приветствовал женщину Малик, проходя в лабораторию. – «Ты не отвечала на неоднократные приглашения... Что всё это значит?» «Приглашения?..» - озадачилась Эбби, припоминая. – «А-а... Ты о том, чтобы пойти и проверить еще одного обладателя драконьих жил?.. Но ведь прямо предо мной находится лучший объект для исследований — молодой господин. Меня совершенно не интересуют какие-то там линии, случайно попавшие на тело неотесанного ведди...» «Объект для исследований?!» - Эсторис была поражена наглостью садовницы. – «Как ты смеешь так грубить молодому господину!» «Лучше взгляните на те растения в горшках снаружи», - предложила Эбби визитерам. – «В результате многократных скрещиваний у меня выросли очень сильные и прекрасные саженцы». «Демоническая садовница Эбби», - процедил Малик. – «Я благодарен за то, что ты помогла закрепить узоры на моем теле, но мне будет неприятно, если ты станешь самовольно сокращать наши силы». Он кивком указал на растительного монстра, угадывались в котором очертания шестипалого льва. «Э-э-э...» - расстроилась Эбби, вздыхая. – «Ну ла-а-адно. Больше так не бу-у-ду... А ведь такая красавица, эх...» «Что это за вялый ответ?!» - топнула ногой Эсторис. – «Ты вообще понимаешь положение нас, демонических ученых?! Нам было велено помогать молодому господину в его великих свершениях...» «Тебе ли об этом говорить, Эсторис?!» - возмутилась Суна. – «Заклинание призыва божественного марионетки — это заклятие, которое должно использоваться исключительно для пробуждения Луны Возмездия! Поддавшись мимолётным эмоциям, ты пыталась использовать его в таком месте... Весь план едва не рухнул!» «Это так», - согласился с ней Малик, и Эсторис содрогнулась. – «Ты останешься здесь на какое-то время и остудишь свою голову». «Молодой господин!» - опешила Суна. – «Не слишком ли ты мягок с ней? То, что она натворила...» «Мы – демоны», - напомнил ей Малик. – «Я подбираю тех, кто полезен, и отбрасываю тех, кто бесполезен. Ей еще предстоит кое-что для меня сделать». Обратившись к Эсторис, произнес он: «У тебя наверняка была своя причина получить тело демона. Разве это было сделано лишь для того, чтобы выплеснуть мимолётную страсть? Если у тебя есть долгосрочная цель, научись владеть собой». «Да... Да-а-а-а!» - Дрожа всем телом, Эсторис пала на колени, низко опустила голову. «Что ж, ты все-таки получила взбучку», - констатировал Зофин, и Плаку не преминул отметить: «Не будь молодой господин таким милосердным, ты была бы уже мертва, Эсторис». Эсторис осознала, что не мертва лишь потому, что принц демонов все еще считает ее полезной. Стало быть, обретение ею тела демона не было ошибкой! Вскочив на ноги, она бросилась к выходу из лаборатории Эбби, бросив сподвижникам: «Решено! Я на какое-то время запрусь в своей мастерской!» Для пробуждения Луны Отмщения ей еще предстояло решить несколько задач, а, стало быть, - есть над чем работать!.. Даже под домашним арестом, есть ещё столько вещей, которые она может сделать, чтобы оставаться полезной для молодого господина! Проводив Эсторис взглядом, Плаку обратился к Малику: «Молодой господин, что ты намерен делать с драконьей принцессой?» «Пока она находится под защитой Бридон, мы не можем вмешаться», - отвечал тот. – «Ещё какое-то время просто понаблюдаем. В любом случае, когда представится возможность, я подумаю о возвращении в мир... Если до того времени вы снова захотите вмешаться, делайте это свободно». Последнее замечание было адресовано демоническим ученым, которые озадаченно переглянулись...
«Так значит, древние драконы рождаются из яиц», - резюмировала Бридон. – «Я узнала об этом впервые». «Впервые?!» - выпалила Лазурия. – «Почему?! Это же касается тебя самой!» «Ты что, забыла, как появилась на свет?!» - вымолвил Сора. «Я сама не знаю, как давно существую», - призналась лавовая драконица. – «Возможно, я родилась от другого древнего дракона. Или же я — искусственная форма жизни, созданная кем-то. А может быть, я живу в этом облике с самого начала времен этой вселенной». «Это уже какая-то философия...» - озадаченно произнес Амас. «Ты просто жила слишком долго и всё позабыла?» - уточнила у драконицы Лазурия, и отвечала та: «Нет-нет! Всё совсем не так. Понимаете... Я — Бридон, и в то же время не Бридон. Я – личность-маска, коей было доверено тело истинной сущности древней драконицы Бридон». «Личность-маска?..» - Лазурия и Сора переглянулись в недоумении. «Я объясню», - обратился к авантюристам Боурри. – «Истинная сущность древнего дракона непостижима. Считается, что на данный момент это наблюдение за эволюцией жизни в Астолтии. Прямое общение с разумом древнего дракона — высокоразвитой формой жизни, существующей в квантово-магической мультивселенной, - стало бы слишком тяжелой ношей для психики нас, жителей Астолтии, запертых в этом ограниченном пространственно-временном континууме». За исключением Амаса и Гиба, искатели приключений не поняли ровным счетом ничего из объяснения пуклипо. «Значит, обращение напрямую к истинной сущности опасно для нас...» - выдохнул Амас, и добавил Гиб: «Значит... маска — это ещё одна личность, созданная для того, чтобы выступать посредником и переводить волю истинной сущности на понятный нам язык?!» «Верно», - подтвердила Бридон. – «Истинная сущность обычно доверяет свое тело маске, а сама пребывает в долгом сне, наблюдая за эволюцией жизни в Астолтии». «Госпожа также унаследовала тело от иной маски - своей предшественницы - и хранит его уже около четырехсот лет», - пояснил Боурри. «Неужели... я тоже такая?!» - выдавила Лазурия. – «То есть... девочка по имени Лазурия — это личность-маска, созданная для того, чтобы истинная сущность древней драконицы могла общаться со всеми?!» «В общем-то, обычно это так», - протянула Бридон. – «Но ситуация с тобой кажется более запутанной... Обычно личность-маска создается истинной сущностью и заранее наделяется достаточными знаниями, чтобы выступать представителем древнего дракона. Юная же Лазу больше похожа на сознание, возникшее естественным путем. Скорее всего, оно еще не полностью отделилось от истинной сущности. И это состояние весьма необычно». «Возможно, это потому, что Сора дал ей имя сразу после ее рождения!» - выпалил Гиб, и Лазурия изумилась: неужто именно имя позволяет ей оставаться самой собой?.. «Хочешь узнать, кто ты на самом деле?» - обратилась Бридон к Лазурии. – «Мне тоже очень интересны намерения истинной сущности, пребывающей внутри твоего сознания. И, поскольку в настоящее время истинная сущность и маска остаются частично связаны, сосредоточив дух и приблизившись к сознанию истинной сущности, ты, возможно, сможешь узнать ее намерения и цели». «Приблизиться к истинной сущности...» - нахмурилась Урипо. – «Разве это не значит, что Лазу станет такой же пустой и отрешенной, какой она была сразу после рождения?! Лазу и раньше несколько раз оказывалась в подобном состоянии, когда пыталась высвободить силу или чувствовала присутствие древней драконицы! Если она сделает это по своей воле и коснется истинной сущности... сможет ли она потом стать прежней Лазу?» «Действительно, слишком глубоко проникать в средоточие истинной сущности опасно», - согласилась Бридон. – «Информация, которую несет истинная сущность, даже если это всего лишь шепот, может разорвать смертный разум в клочья. Но юная леди естественным образом остается между истинной сущностью и маской. То, что ты остаешься стабильной как цельная личность в таком состоянии — настоящее чудо. В конце концов, драконьи жилы невозможно даровать кому бы то ни было без воли на то истинной сущности! Если ты воспользуешься моим методом ментальной концентрации, то, скорее всего, сможете сохранять свое эго как маски в течение значительного времени, даже слыша голос истинной сущности. За это время ты сможешь, если и не полностью, то хотя бы немного приблизиться к сознанию истинной сущности. Не хочешь ли попробовать?» «Да... попробую!» - уверенно заявила Лазурия, обратилась к авантюристам, встревоженно глядящим на нее: «Я ведь проделала весь этот путь! Я хочу знать о себе гораздо больше... Даже если... мою личность попытается поглотить так называемая истинная сущность, я верю, что смогу вернуться, если Сора и остальные позовут меня». «Непременно!» - воскликнул Сора. – «И знаешь... Что бы там ни говорила эта истинная сущность, для нас Лазу — это Лазу! Если ты начнешь забывать — я буду звать тебя снова и снова!..» «Ну и славненько!» - осклабилась Бридон. – «Тогда я обучу тебя моему методу ментальной концентрации, Лазурия! Наблюдай за мной внимательно!» Лавовая драконица учила Лазурию определенным движениям, кои называла «методом ментальной концентрации». Искатели приключений держались поодаль, с интересом за сим наблюдая. Наконец, Лазурии удалось освоить метод... и ощутила она, как сущность ее освобождается из оков плоти, покидает бренное тело и возносится ввысь. «Ч-ч-что... что же мне теперь делать!?» - мысленно обратилась Лазурия к Бридон. «Попробуй сама там во всем разобраться», - советовала та. – «Даже я понятия не имею, как мыслит истинная сущность». Дух Лазурии обнаружил себя в сердце лютого шторма. Неужто бушует она в ее подсознании? И в сей яростной буре зрела изумленная Лазурия силуэт огромного черного дракона... Это и есть ее истинная сущность?.. В памяти воскресло упоминание Сорой штормового дракона... Вихри захлестнули эссенцию Лазурии, причиняя ей почти физическую боль; казалось, будто пронзают ее тысячи игл! Лазурия отчаянно держалась за собственное «я», отвергая черного дракона, исходила от которого лютая ненависть. Дракон, с которым сущность Лазурии скрестила взгляд, ненавидел небо и землю, смертных... все, существующее в этом мире!.. И, если оставить все на произвол судьбы, эволюция жизни, история, цивилизации, культуры... все рассеется, канет в небытие! «Нужно сражаться!» - решила Лазурия. – «Я должна остановить его здесь и сейчас!!!» Порожденная волей Лазурии, возникла в сей ирреальности белая драконица, схлестнулась с черным драконам, исторгая молнии. «Испепели его!» - приказывало сей манифестации сознание Лазурии. – «Уничтожь! Надлежит вырвать сей корень наневисти!» Ирреальность преобразилась, и драконы сражались ныне под свинцовыми облаками, а внизу бушевало море... над поверхностью коего виднелась голова мальчика-ведди... Соры!.. Сознания Лазурии и белой драконицы соприкоснулись... Затуманенный яростью и ненавистью к своей немезиде разум Лазурии прояснился. «Я должна вернуться к Соре!» - пронеслась мысль. Осознание того, что слишком сильно поддалась она ярости истинной сущностью, и ее собственной личности грозит уничтожение. Страх... Лазурия не хотела исчезать!.. Все свои помыслы направила она к лазуриту – подарку Соры, стремясь вырваться из страшной бури к теплу солнца и глубокой синеве. Синеве неба... синеве своих глаз... Противостояние двух древних драконов продолжалась, а сознание Лазурии устремлялось прочь... чтобы пробудиться в собственном теле. «Я – Лазурия», - устало улыбнулась девушка, видя, что искатели приключений толпятся вокруг, глядя на нее с тревогой. – «Я смогла это вспомнить!..» Лишь сейчас заметила Лазурия, что все без исключения авантюристы промокли до нитки. «С тех пор как ты вошла в транс, поднялся жуткий ветер», - рассказывал ей Амас. - И не только ветер, начали клубиться тучи и лететь брызги воды...» «Это было похоже на настоящую бурю!» - воскликнула Мальтина. – «Ты что на этот раз натворила!?» «Буря...» - протянула Лазурия, и встрепенулась, вспомнив в пережитом: «Точно! Штормовой дракон!..» Сора вздрогнул при этих словах. «Это было довольно опасно», - изрекла Бридон, качая головой. – «Я и не ожидала, что истинная сущность юной леди настолько потеряет рассудок и придет в ярость. Из-за огромного давления воли ментальный ландшафт истинной сущности материализовался и выплеснулся наружу. Не думаю, что истинная сущность так просто выходит из себя. Юная леди, что же ты там увидела?» «Над бушующим морем...» - начала Лазурия, - «я превратилась в белую драконицу... и сражалась с черным драконом!.. Наверное, та белая драконица... и есть моя истинная сущность! Я... моя истинная сущность ужасно боялась того черного дракона! Мне было... так страшно... так страшно!.. Я отчаянно сражалась с ним. Постепенно границы между мной и чувствами истинной сущности стали размываться... Мое сознание начало растворяться в сознании истинной сущности, и почти исчезло!..» «И что же произошло?» - с тревогой выдохнул Сора. «Все вы звали меня, и поэтому я смогла вернуться...» - улыбнулась Лазурия. «Понятно...» - протянул Гиб. – «Значит, всё и правда было на волоске...» Лазурия кивнула, задаваясь вопросом: почему не сказала она о том, что видела маленького Сору?.. «Так это было опасно!» - напустилась Урипо на Бридон. – «Почему ты не предупредила об этом, драконица?!» «Я не думала, что ее истинная сущность будет в такой панике», - призналась та. – «Я полагала, что если осторожно держать дистанцию от сознания истинной сущности и общаться с нею, то всё как-нибудь обойдется». Авантюристы обсуждали слова Лазурии и Бридон, и вопросы их множились. Почему Лазурия выглядит как смертная? Кто он, черный дракон?.. Принадлежит ли и он к древним драконам?.. И почему истинная сущность Лазурии так его страшится?.. «Тайн всё еще много...» - размышлял Гиб. – «Почему истинная сущность Лазу ничего не сказала ей о таких важных вещах и предоставила самой себе? Неужели она была настолько загнана в угол, что не могла даже это сделать?..» «Не так уж много существует созданий, способных угрожать нам, древним лраконам», - обратилась к искателям приключений Бридон. – «Боги, злые божества, сверхъестественные существа или легендарные Короли Демонов... Кроме того, могли быть потомки драконов с гор Драклон или представители того же рода древних драконов. Но и в это как-то трудно поверить». «Трудно поверить? Почему?» - поинтересовалась Сора, и отвечал ей Боурри: «Древним драконам строго-настрого запрещена враждовать друг с другом. Битвы между древними драконами приносят ужасающие разрушения землям Астолтии. Это идет вразрез с истинной целью древних драконов — наблюдать за естественной эволюцией жизни». «Если бы столь могущественные существа устроили между собой настоящую драку...» - начал Юлур, вспоминая явленные Бридон силы, и Джей-Би кивнул, соглашаясь: «...От этого мира бы камня на камне не осталось». «То была лишь малая часть силы, которую мне, как личности-маске, дозволено использовать», - призналась лавовая драконица. – «Просто когда я очнулась от дремы, какие-то типы пытались без спроса утащить мою любимую статую... Так что я просто вернула всё на свои места. Я вовсе не собиралась вас спасать». «Говорят, что могущество истинных сущностей способно обрушивать звезды с небес, заставлять океаны кипеть и раскалывать континенты», - пояснил авантюристам Боурри. – «Если между истинными сущностями начнется война, это поставит под угрозу само существование жизни во всей Астолтии. Именно поэтому личности-маски закрепили за собой отдаленные друг от друга континенты как собственные территории, и до сих пор старались избегать вмешательства в дела друг друга». «П-погоди... Погоди-ка!» - встрепенулась Урипо, переводя взгляд с Боурри на Бридон. – «Значит, госпожа знает и о других древних драконах?» «Согласно знаниям, дарованным мне истинной сущностью», - отвечала Бридон, - «в Астолтии существует пять древних драконов, включая меня. Морской дракон Хорхейз пребывает в глубинах океана у северных берегов Веринарда – на Островах Венна. Горный дракон Норо обитает в самых глубоких расщелинах горного хребта Лангао, что на континенте Огрид. Вихревой дракон Макул скрывается в кучевых облаках в небе над мысом Кадзэнаки, что на континенте Элтона. Наконец, музыкальный дракон Ипполит, который ночь за ночью самозабвенно играет на барабанах тайко - по ту сторону спорового тумана Грибной Горы Пополия, что в Землях Пуку». «Горный дракон Норо, морской дракон Хорхейз, вихревой дракон Макул, музыкальный дракон Ипполит...» - протянула Урипо. – «Получается, двое из них — это истинная сущность Лазу и тот черный дракон?» «Ну... кто знает?» - отозвалась Бридон. – «Как я уже говорила, древние драконы избегали общения друг с другом на протяжении десятков тысяч лет. Даже я сейчас не знаю, какие личности-маски управляют телом иных драконов. Но я не думаю, что истинная сущность позволит маске поддаться странным порывам и затеять драку с другим драконом...» «К тому же, есть вероятность, что существуют и другие древние драконы, о которых госпожа Бридон не знает», - шепнул Гиб друзьям, и та закатила глаза: «Эх... Только я подумала, что мы хоть немного разобрались с тем, кто такая Лазу, как загадок стало еще больше!» «Ну, приключения они такие!» - философски заявил Сора, предложил спутникам: «А не попробовать ли нам в поискать на Островах Венна морского дракона Хорхейза? Мне кажется... я догадываюсь, что это за дракон, который является истинной сущностью Лазу!.. Подробности я расскажу позже, но... вполне возможно, что я встречал Лазу ещё в детстве! Я не знаю, Хорхейз это был или нет, но даже если это был не он, я думаю, что хозяин территории должен знать, если на его землях бесчинствовал другой древний дракон». «Конечно, мы отправимся туда!» - тут же согласилась Лазурия. – «Я хочу увидеть родину Соры!.. Спасибо тебе большое, госпожа Бридон! Благодаря тебе я теперь немного больше понимаю себя!» «Ой... неужели вы уже уходите?» - расстроилась лавовая драконица. – «Выпили бы чаю, отдохнули бы ещё немного». «Нам бы очень хотелось, но...» - смутился Юлур, и Джей-Би поддержал его: «У нас сейчас навалилось дел с собственным приключением». «Искатели приключений в любые времена народ нетерпеливый...» - согласилась Бридон. – «Более 50 лет назад мальчишка Брогген, заблудившийся здесь, тоже сбежал отсюда, сверкая пятками». Гиб и Джей-Би переглянулись: неужто речь идет о мудреце Броггене?.. Припомнил Гиб, что Эйдос упоминал о встрече иного мудреца с лавовой драконицей. Стало быть, речь шла о Броггене... Сарисса и Саррика проводили авантюристов к вагонетке, сообщив, что та доставит их к выходу одной из шахт в пустыне Гоббл. «Ч-что?! Значит, отсюда был выход наружу?!» - возмутилась Урипо. - Тогда ради чего была вся наша яростная битва?!» «Ну, знаете ли, ходить каждый раз за покупками через всю пустыню — это слишком утомительно», - отвечали ей Сарисса и Саррика. – «Мы научим вас, как переключать стрелки на рельсах, так что в следующий раз, когда придете в гости, воспользуйтесь этим путем, хорошо?» «Слушай, а кто вы вообще такие втроем?» - обратился к странной троице Дэн. «С чего бы это в самой глубине вулкана работать дворецким и горничными при драконице?» - вторил ему Амас. «Знаете, когда живешь в таком месте в облике дракона, монстры иногда ошибочно принимают тебя за божество и приносят в жертву похищенных младенцев», - пояснила им Бридон. – «Ну, мы выбираем подходящий момент, ищем их родителей и возвращаем детей домой. Иногда встречаются любопытные дети, которые нарочно возвращаются и хотят заботиться обо мне... Ну, что поделать, так что я позволяю им жить здесь вместо горничных». «Хозяйка на самом деле довольно одинока», - шепнула Лазурии Сарисса. – «Пожалуйста, заходите к нам снова в перерывах между приключениями!» «Я обязательно приду к вам снова!» - заверила ее юная драконица. Искатели приключений покинули недра вулкана Калсадора, сознавая, что очередное приключение их завершилось. Лазурия пребывала в растерянности. Они прошли тяжелые испытания, полные боли и страха, и теперь, когда все закончилось, испытывала она некоторое... разочарование. «Тайна твоей истинной личности так и осталась неразгаданной, не так ли?» - обратилась к ней проницательная Мальтина, и Лазурия вздохнула: «Ну... да. Когда всё закончилось, в груди... как бы это сказать? Какое-то облегчение, что ли... Госпожа Бридон, которая находится в таком же положении, как и я, так беззаботно наслаждалась жизнью... От этого я как-то расслабилась... или что-то вроде того...» «По пути на нас нападали толпы монстров, мы сражались с героем и демонами, а после встретились с древней драконицей», - подвел итог последних событий Сора. – «Приключение в этот раз было уж слишком насыщенным!» Амас осторожно напомнил спутникам, что в вулкан они спустились для того, чтобы отыскать миазмит. Неужто вернутся они в Долворм, провалив задание?!.
Не успел Амас произнести причитающуюся случаю речь, как авантюристы набросились на еду и выпивку, предаваясь чревоугодию. Амас был поражен отсутствием дисциплины, и Юлур поспешил утешить эльфа, заверив того в том, что вечеринка удалась на славу. В трактир заглянула Фуура, наездница ветров, тепло приветствовала героя. Амас представил эльфийку авантюристам: «Фуура, единственная дочь лорда Такеторы, правителя Азлана!» «Фуура-а-а! Ты пришла повидаться со мной, потому что соскучилась?!» - Кагеро бросилась обнимать опешившую Фууру. «Вы знакомы?» - удивился Юлур. «Она — моя невеста!» - уверенно заявила Кагеро. – «Мы поженимся, когда ей исполнится 18 лет». «Враньё!» - отбивалась Фуура. – «Мы просто родственницы!» «Кое-как выпутались из противостояния с демонами, обнаружили миазмит и вернулись в Долворм... а тут такое», - хмыкнул Джей-Би, с усмешкой наблюдая за двумя эльфийками. В огромном камне, добытом героем, была заточена сущность монстра, коего страшились в Долворме с давних времен. В итоге им всем пришлось отправляться в Пропасть Боронус, дабы помешать возрождению физического воплощения Кукулканнибала, однако опоздали они, и пришлось сразиться с могущественным демоном. «Но... это правда нормально?» - спрашивал герой у Джей-Би и Соры. – «То, что королевскую медаль получил только я...» «Она нужнее тебе для твоего задания», - заверил его гном. – «Спасение страны, геройство — всё это не в нашем стиле». «Мы-то только и делали, что путались под ногами», - подумал Сора, но вслух этого не сказал. Сора поймал на себе пристальный взгляд Амаса... ...Покинув трактир, авантюристы выступили на улицы города, наслаждаясь свежим воздухом и ветром. Алек и Рубиби поведали по пути Лазурии о том, как в час ритуала Проводов Ветра Фуура отлично себя показала, став наездницей ветра. «Какая ты молодец!» - обратилась драконица к эльфийке, и та засмущалась: «Все благодаря Юлуру, он мне помог». Видя, что с лица Амаса не сходит плутоватая улыбка, Сора поинтересовался у парня: «Что ты на самом деле задумал?» «Так ты заметил?» - отозвался тот. – «А ты довольно проницателен для мальчишки». «Просто глазея на морское дно, ничего не поймаешь», - заявил Сора. – «Нельзя упускать ни одного движения. Даже осьминоги или рыбы притворяются камнями и песком... Твой взгляд на вечеринке... Иной раз он становился пугающе острым! Словно у рыбака, выслеживающего добычу!» «Знаешь, когда я придумал этот план?» - вымолвил Амас. – «Когда мы все собрались у вулкана Калсадора. Все наши четыре группы. Как думаешь, куда мы сейчас направляемся?» «В смысле куда...» - озадачился ведди. – «На горячие источники, верно? Знаменитые источники Азлана. Ты сам предложил пойти туда, чтобы все могли отдохнуть...» «Именно так...» - усмехнулся Амас. – «Тогда скажи, ты знал о том, что между мужской и женской купальнями на источниках Азлана... есть секретная щель для подглядывания?!» «Что?!» - опешил Сора. – «Не-не... Не может быть! Ты!..» «Именно так, малец», - подтвердил Амас. - «Посмотри на девушек из нашей группы... Не находишь ли ты, что в своих одеждах они выглядят еще более пленительно?» Лазурия, Дионисия, Урипо, Джона, Мальтина, Тора и Кагеро продолжали путь к горячим источникам, весело болтая и не подозревая о коварстве Амаса. «И вот эти самые девушки... сейчас собираются сбросить даже эти легкие одежды и...» - продолжал мечтать тот. «Ты! Ну ты и тип!..» - искренне возмутился Сора. – «Ты ведь, как-никак, товарищ героя! И при этом ты... Ты занимаешься таким!.. Да ты просто...» Наконец, авантюристы добрались до горячих источников, направились в купальни для мужчин и женщин, где, сбросив одежды, приготовились насладиться заслуженным отдыхом. Дионисия смущенно сняла вуаль, которую носила все время, закрывая обезображенное шрамом лицо. Сора обнаружил на стене купальни дырку, заглянул в нее. В соседней купальне находились здоровенные огры – и паладин Алек. Сора в ужасе отпрянул, а Амас вздохнул, пояснил: «Ту дырку я проделал, когда мне было еще 7 лет. Но она стала слишком известной среди искателей приключений. И из-за этого соседнее помещение переделали в мужскую купальню». «Так сказал бы мне об этом раньше!» - возмутился Сора, отчаянно пытаясь забыть увиденное. – «О таких вещах предупреждать надо!!!» «Да не суетись ты так», - шикнул на него эльф. – «Понятное дело, что за такой очевидной дыркой все следят и настороже». Он поманил Сору к отверстию в соседней стене, вытащил закрывающую его пробку. До Соры и Амаса донеслись знакомые голоса: девчонки весело щебетали, ни о чем не подозревая. «Чтобы пробраться в эти источники незамеченным и сделать всё это... у меня ушло целых два года!» - признался Амас Соре. – «И сейчас мы узрим... тайный цветник девчонок!..» Он заглянул было в отверстие... когда Джона, знавшая своего спутника как облупленного, ткнула его в глаз. Амас взвыл, однако от намерений своих не отказался, ибо у него было заготовлено еще одно отверстие – повыше. Поставив у стены бадью, эльф забрался на нее, заглянул в отверстие здоровым глазом... когда в оный уколола его своим рогом Лазурия, прижавшаяся к стене с противоположной стороны. «Мои глаза!» - взвыл Амас, и Лазурия вздрогнула, услышав вопль за стеной: «Что это там?» «Не обращай внимания», - посоветовала ей Джона. – «Это всего лишь предсмертные крики глупых мотыльков, слетевшихся на огонь...» Слушая, как в соседней купальне развлекаются девчонки, Амас и Сора окончательно приуныли. Похоже, сегодня им придется обойтись без зрелищ... «Ах... Мой план, на который я потратил... целых четыре года...» - распластавшись на полу купальни, стенал Амас. – «И всё закончилось... таким позором... Рисковать жизнью ради такой глупости... Это ведь... так нелепо, правда?.. Но... знаешь, Сора... приключение — это ведь... это ведь изначально и есть что-то подобное, да?.. Пусть никто их не поймет... но каждый искатель приключений в Астолтии следует за своей собственной, неповторимой страстью!.. Поэтому... Сора, ты должен идти только вперед! Пусть над тобой смеются... пусть причиняют боль... ты должен... до конца следовать своей вере!» На глазах Соры выступили слезы, ибо слова сии проникали ему в самую душу. Рубиби сделал было шаг к Амасу, но Гиб удержал его, шепнув: «Давай просто оставим их... Идиотизм лечебными заклинаниями не исправишь». Амас восстановил глаза целительным заклятием, заключенным в его посохе, после чего предложил Соре забраться на крышу купальни: быть может, там отыщутся отверстия, через которые удастся хотя бы одним глазком понаблюдать за девчонками?.. Сказано – сделано! Двое умчались прочь из купальни, забрались на крышу здания, и долго лежали на ней, любуясь звездным небом... Позже Сора спустился вниз, и, надев халат, вышел наружу... лицезрев чуть поодаль героя Юлура, стремительно орудующего мечом и оттачивающего удары. Заметив ведди краем глаза, герой прервал тренировку, улыбнулся: «Проклятье, я только что из купальни, а теперь снова весь в поту. Как насчет того, чтобы окунуться еще разок?» «Ты двигался так, будто сражался против Кагеро или Малика!» - выдохнул Сора, потрясенный. «Ты так много понял всего по паре движений!» - одобрительно кивнул Юлур. – «В этот раз я встретил много сильных противников, поэтому подумал, что надо закрепить эти движения в памяти тела, пока не забыл...» Сора во все глаза смотрел на Юлура. Стало быть, тот без устали тренируется! Он и правда находится в разгаре приключения по спасению мира... Ему, Сора, тоже нельзя расслабляться!.. «Ты теперь снова отправишься в путешествие за королевскими медалями?» - обратился Сора к герою. – «Чтобы победить этого... Нергела?» «Да, сейчас у меня всё равно нет других зацепок», - вымолвил тот. – «Мудрец которого я встретил в континентальном экспрессе, говорил, что когда-нибудь судьба сама направит меня. Но кто знает, насколько можно на это полагаться... А ты сам, Сора? Отправишься на Острова Венна?» «Да, ведь личность Лазу продолжает оставаться тайной», - отвечал ему Сора, и, продемонстрировав герою свой зазубренный меч, пояснил: «К северу от территории Веринарда, куда мы направляемся, находится моя родная деревня. Этот меч использовался на деревенских церемониях. Если я его не починю, буду чувствовать себя как-то не в своей тарелке. Раз в четыре года к побережью деревни приплывает огромная рыба, которую называют Хозяином Вод. Проводились церемонии, во время которых ее пытались изловить. Сейчас подобные действа отменили, посчитав слишком опасными, но, говорят, мой отец в молодости знатно отличился с этим мечом в руках. Надо бы как-то его починить... Хотя было бы здорово, если бы в селении нашелся запасной меч». «Прости, что я сломал такой важный меч», - расстроился герой. «Не переживай, меч когда-нибудь всё равно ломается!» - махнул рукой Сора. – «К тому же, я с ним не особо церемонился!.. Я надеюсь, ты скоро найдешь ее – свою сестренку». «Да!» - улыбнулся Юлур. – «Будет здорово, если и ты, Сора, поскорее разгадаешь тайну Лазу... Кстати... почему ты тоже прихватил с собой меч?» «Да я немного замерз на крыше», - признался Сора. - «Вот и подумал, что стоит немного размяться». Тем вечером двое еще долго упражнялись, скрещивая клинки, и Юлур обучал ведди своим приемам фехтования... ...Поутру отряды искателей приключений простились друг с другом. Отряды Джей-Би и Юлура следовали своими путями, Команды Соры же Мальтины направились на железнодорожную станцию. «Нам нужно помочь папе с работой в окрестностях Лаккарана...» - пояснила чародейке Соре. Гиб вознамерился было купить билеты на экспресс, но вскоре вернулся к товарищам, молвив: «Похоже, возникли проблемы на линиях между Лендором и Гленом, а также между Гатарой и Орфеем...» «На путях между Лендором и Гленом, а также Гатарой и Орфеем, сошел с рельсов товарный вагон...» - пояснил авантюристам эльф – сотрудник станции. – «Произошла авария: огромное количество экспортной скумбрии рассыпалось по путям на большом расстоянии. Похоже, на восстановление движения уйдет от нескольких дней до недели». «Чего-о-о?!» - опешила Лазурия. – «Т-тогда получается, мы не сможем попасть на Острова Венна?!» Сора, Гиб и Урипо готовы были сдаться и остаться на время в землях Элтоны... когда Мальтина предложила им отправиться в плавание на корабле. Два отряда авантюристов отправились в порт, где был пришвартован корабль, принадлежащий «Эскода» - торговой компании семьи Мальтины. «Папа подарил его мне на мой 16-й день рождения!» - просветила чародейка спутников. – «Он сказал: ‘Используй его, чтобы учиться торговле!’» Обратившись к Рубиби, поинтересовалась Мальтина, как продвигается погрузка. «Закончили процентов на девяносто, пока проблем нет», - доложил ей эльф. – «Думаю, с таким темпом мы сможем выйти в море и взять курс на Веринард уже сегодня в полдень». Мальтина одобрительно кивнула, после чего предложила Соре и спутникам его взойти на борт гордости торговой компании «Эскода» - скоростного галеона класса «Патрисия». «Метеор» - так называлось величественное судно.
Рыбы в сих морских пределах становилось все меньше и меньше, и гномы ворчали, продолжая забрасывать сети. Неожиданно В тумане вспыхнули глаза... а затем были выброшены цепи, заканчивающиеся крючьями, кои ударили в лодку рыбаков, раскалывая ее. Оказавшиеся в воде, гномы с ужасом взирали на приближающийся корабль, казавшийся призрачным; на борту судна пребывала нежить. Морские монстры подплывали к гномам, дабы покончить с ними...
«Даже в старости твои пафосные речи всё такие же острые, Паблокки», - улыбнулся Алек, и капитан отозвался: «Ха! Не тебе это говорить, Алек, ты всё ещё строишь из себя рыцаря в свои-то годы!» «Вы знакомы?» - удивился Гиб, и двое пуклипо рассмеялись: «Это наша пятидесятилетняя вражда!» Лазурия изучала волны, разрезаемые кораблем, обратилась к Гибу: «Смотри! Мы движемся всё быстрее и быстрее, хотя ничего не делаем! Это магия заставляет корабль плыть?!» «Нет, парусники движутся за счет силы ветра», - отвечал ей гном, указывая на паруса судна. – «Видишь, как паруса наполнились ветром и раздулись? Регулируя направление паруса относительно ветра, мы движемся в нужную сторону». «А-а, вот оно как...» - протянула Лазурия, созерцая мачты корабля. – «Тут всё в каких-то веревках...» «Настоящий парусник — это просто нагромождение канатов», - рассмеялся капитан. – «Они нужны, чтобы ставить паруса, управлять ими или забираться на мачту. Да, все эти канаты важны и имеют свое назначение. Но кроме них есть еще две невидимые глазу, но очень важные нити. Первая нить — это толстый канат, что связывает сердца моих суровых матросов в единое целое. А другая — это красная нить судьбы, что связывает моё сердце с этой прекрасной юной леди...» Лазурия, однако, капитана уже не слушала, и во все глаза смотрела на темное облако, появившееся на горизонте. «Что это за марево?» - спрашивала драконица. «В той стороне находится Лендерсия», - отвечал ей Гиб. «Лендерсия?» - переспросила Лазурия. – «Это же, кажется, родина Юлура...» «Да», - подтвердил гном. – «Это родина господина Юлура, которая была окутана демоническими миазмами из-за Владыки Бездны Нергела. Вообще-то, это самый большой континент, пребывающий в центре пяти материков Астолтии, и место обитания человеческой расы. Но чуть больше года назад, когда появились эти миазмы, сообщение с ним прекратилось, и мы перестали понимать, что там происходит внутри...» «Магическая сила Владыки Бездны, способная заточить целый континент внутри миазм...» - пронеслось в разуме Соры. – «Значит, герой действительно сражается с невероятно опасным врагом...» ...Не ведал Сора, что в настоящее время Юлур и сопровождающие его авантюристы вернулись на континент Огрид, поднялись на утес, где лицезрели разлом в небесах, пребывало за которым Сердце Бездны – оплот Нергела... «В последнее время из-за этих миазм происшествия на кораблях не прекращаются», - сообщил авантюристам капитан. – «Да и монстров стало больше... В довершение всего, в проливе Поророкка пошли слухи, что люди начали видеть корабль-призрак». «Корабль-призрак?!» - изумились искатели приключений, и Паблокка кивнул: «Ага... Среди моряков рыболовных и торговых судов, подвергшихся нападению, есть те, кто такое рассказывает. К счастью, погибших пока нет, но... Недавно удалось спасти трех гномов, и рассказывали они, как в тумане сверкнули два огромных глаза, и вдруг лодка их разлетелась в щепки, а сами они оказались в воде!» «Может, это были пираты или кто-то в этом роде?..» - уточнил Гиб, и капитан пожал плечами: «Кто знает... Всё случилось в тумане, так что истинный облик неизвестен. Может, перепуганные рыбаки просто приняли за монстра айсберг или кита... Но вам волноваться не стоит. ‘Метеор’ оснащен вооружением на уровне военного корабля и обладает одной из самых высоких скоростей среди парусников Астолтии! Будь то призраки или пираты... Я не позволю нанести ни единой царапины такой прекрасной юной леди...» Капитан обернулся к Астолтии, которая изучала установленную на палубе пушку. «Подумать только, что всё на этом корабле, от этих великолепных пушек и до самого корпуса, принадлежит Мальтине...» - протянул Сора, и Гиб согласился с ним: «Я знал, что торговая компания ‘Эскода’ богата, но чтобы настолько...» «Да ну, скажите тоже!» - на палубу поднялась Мальтина, сопровождаемая Фугой и Рубиби. – «Я хоть и считаюсь владелицей корабля, но на самом деле я тут скорее как украшение, не более. Я просто нарабатываю связи с торговыми партнерами, пока прохожу обучение в компании». «Температура и влажность груза — хлопка, шелка и нарциссов из Элтоны — в норме», - доложил девушке Урипо, передавая бумаги, и та одобрительно кивнула: «Я немедленно отправлю отчет в главный офис! Прогноз прибыли на этот период будет пересмотрен в сторону повышения!» Мальтина предложила авантюристам поучаствовать в испытании нового товара – водного долборда. В Астолтии искатели приключений пользовались подобными устройствами для скорейшего перемещения на большие расстояния по суше, и сейчас, похоже, были разработаны и водные прототипы. Мальтина увлекла за собой Сору, и, пока те испытывали новый образец долборда, рассекая морские волны, Рубиби пояснил Лазурии и Гибу: «В него встроены детали, которые ты, Гиб, принес из руин вулкана Кальсадора. Там еще много неизученного, так что о массовом производстве речи пока не идет. Но королевский исследовательский институт весьма заинтересован в разработке, так что, говорят, анализ продвигается». «Значит, Мальтина тоже станет торговкой...» - размышляла Лазурия, наблюдая, как Мальтина увеличивает скорость долборда, проводя испытания его на пределе мощности. Сора сжал зубы, вцепился в Мальтину, отчаянно желая, чтобы испытания поскорее закончились. Чуть позже место Соры заняла Лазурия, и Мальтина, оценивая показатели изделия, была весьма довольна. «В отличие от суши, на скорости движение во воде становится стабильнее», - говорила она. – «Если привыкнуть, это проще простого! Эта штука точно будет хорошо продаваться!» Видя, что Лазурия, управляя долборбом, словно одеревенела, Мальтина осведомилась: «Эй, ты чего застыла? Разве ты не хотела прокатиться на этом долборде?» «А, ну... в голове всё перемешалось...» - призналась драконица. - «Море такое огромное, корабль такой невероятный... у меня в голове просто кавардак! А ещё ты, владелица такого крутого корабля, говоришь о каких-то сложных вещах, связанных с торговлей... С тех пор как ты поднялась на борт, она выглядит такой воодушевлённой... Ты уже повзрослела и знаешь, кем хочешь стать и чем хочешь заниматься... А я... я о таком даже и не думала... Я даже не знаю, кто я такая, просто плыву по течению... Поэтому я подумал, что ты просто потрясающая... И когда ты рядом с Сорой, то... выглядишь ещё более воодушевлённой...» Лазурия и Мальтина встревожились, ибо внезапно над морем возник туман, хотя мгновение назад было ясно. Темный туман... совсем как демонические миазмы, окутавшие Лендерсию!.. Из тумана медленно выходил огромный корабль-призрак, и огромное число нежити толпилось на палубе его. Капитан-мертвяк, наблюдая за преследуемым галеоном, проскрежетал: «Я искал тебя... драконья принцесса». ...Капитан Паблокки успокоил устрашившихся было моряков, велел им готовиться к бою. «Мы же не в 30-метровой волне тонем!» - напомнил он им. – «Море спокойно, а паруса новенькие и сияют. Корабль будет рыдать, если мы скажем, что не смогли сдвинуться с места, потому что команда струсила! Поворот влево на 30 градусов! Огонь! Мы проскочим мимо вражеского судна, поймаем пассат и дадим дёру! И, пока сдерживаем врага, забираем леди на борт!» Орудийные порты правого борта «Метеора» открылись, показались жерла пушек, дали залп по кораблю-призраку. «Интересно... сможешь ли ты убить мертвецов еще раз?» - смеялся капитан оного. Корабль-призрак не изменил ход. Крючья на выброшенных цепях вонзились в борт «Метеора», и теперь, когда два судна оказались неразрывно связаны, мертвяки изготовились к абордажу. Искатели приключений схлестнулись с нежитью, хлынувшей на палубу галеона. Противостоя мертвякам, паладин Алек отмечал, что сражаются те весьма искусно, и не похожи они на обычных погибших и обращенных нежитью пиратов. Капитан неживых пиратов теснил Сору, спрашивая: «Похоже, на этом корабле находится драконья принцесса, верно?» Ведди изумился: неужто пираты охотятся за Лазурией?.. Выражение лица Соры было столь красноречиво, что капитан-мертвяк хмыкнул: «Я угадал? Какой ты честный малый. Парень, у тебя выражение лица немного другое, чем у остальных... Я подумал, может, ты знаешь что-то особенное?» «Кто вы такие, черт возьми?!» - выпалил Сора. – «Очередные прихвостни Малика?!» «Мы — семья Джанга, скромные пираты», - отвечал ему капитан. – «Но для тебя не должно иметь значения, кто мы такие, верно?» Паблокки услыхал сии слова, выдохнул в изумлении: «Джанг?.. Т-так значит... Он всё-таки тот самый легендарный...» «В общем, нам нужна эта драконья принцесса», - заявил капитан-мертвяк Соре. – «Если отдадите её по-хорошему, я, так и быть, пощажу остальных. Понял?» Ведди сдерживал натиск противника, сознавая, что, если сумеет сразить капитана, то, возможно, они переломят ход боя. О том, почему им нужна Лазу, он подумает позже... «Какая решительность!» - хохотал капитан-мертвяк, усиливая натиск. - «Из тебя вышел бы отличный пират, парень!» «И – искатель приключений!» - отозвался Сора, не желая отступать. Ожесточенное сражение на палубе «Метеора» продолжалось. Зомби выдыхали зловонные миазмы, погружающие противников в сон. Урипо в ответ швыряла в мертвяков цветочные лепестки с добавлением черного перца, выводя нежить из строя. Гиб орудовал лопатой, снося скелетам черепа. Сора сражался сломанным мечом, и капитан-мертвяк хмыкнул: «Ты что, так привязался к этому клинку?» «Я собираюсь его починить!» - бросил ведди в ответ. – «А пока привыкаю к его новой длине». Сора понимал, что противник его весьма силен – хоть и не так, как Юлур и Джей-Би. Ведди был уверен: если он сможет продержаться и выждать момент, то точно найдет брешь в его защите!.. Оценивал Сору и капитан пиратов. Даже понимая, что противник сильнее, ведди не поддавался страху и не терял самообладания. Для такого юнца он на удивление привычен к подобным стычкам... Капитан-мертвяк перешел в стремительную атаку, плеснул в Сору и на палубу рома из бутылки, и тут же поджег жидкость. Сора заорал от боли, вознамерился было броситься прочь, но ногу его захлестнул заканчивающийся крюком канат, коим капитан выстрелил из устройства, заменяющего ему левую руку. Сора распластался на палубе, а противник его отчеканил: «Если выложишь всё о местонахождении драконьей принцессы, я тебя отпущу! Тебе лучше сделать это до того, как твоё горло сгорит и ты не сможешь дышать!» Мысли Соры лихорадочно метались. Капитан пиратов оказался весьма сильным и хитроумным противником... Заклинание ледяного молота ударило в палубу у ног Соры, мгновенно потушив пламя, и произнесла его Мальтина, наряду с Лазурией находившаяся на долборде в воде близ корабля. «Давай, Сора, поскорее изгони с моего корабля всех этих гадов!» - крикнула чародейка, принимая у Лазурии штурвал долборда. Лазурия сосредоточилась, даруя Соре свою силу, и на теле парня вспыхнули линии-дополнения. «Разыгрались тут на чужом корабле как вам вздумается!» - рявкнул Сора, перехватывая притороченный к устройству на руке противника канат и отбрасывая мертвяка далеко в сторону. - «Я заставлю тебя почувствовать хоть немного боли!» «Что это за малец?!» - прохрипел капитан, вновь поднимаясь на ноги и уворачиваясь от хлещущих по палубе канатов, которым даровал ведди подобие жизни. – «Канаты... ожили?! Что это за трюк такой?!» «Если ты называешь себя пиратом, то должен это знать!» - крикнул Сора ему в ответ. – «Парусник — это, по сути, чудовище из верёвок!» Повинуясь воле Соры, канаты захлестывали мертвяков, бросали их в сторону корабля-призрака. Бросив взгляд за борт, узрел капитан Лазурию на долборде, процедил: «Стало быть, та девчонка и есть драконица... Так вот она какая, сила тех самых линий-дополнений, о которых предупреждал бородатый ученый! Весьма и весьма неплохо!» Сора исторг всех без исключения мертвяков с борта «Метеора», и Мальтина направила долборд к галеону... когда морские монстры – утопцы – тряхнули устройство, и девушки, не удержавшись, канули в воду. Капитан Паблокки отдавал приказы матросам, веля как можно скорее отцепить якоря на цепях, остающиеся в бортах «Метеора». Лазурия плавать не умела, посему камнем пошла ко дну. Мальтина бросилась за нею... когда обеих оплели цепи, сковывая движения. Заметив обездвиженных девушек, появившихся над поверхностью, Сора ринулся было к ним, когда капитан-мертвяк, остававшийся на мачте «Метеора», спрыгнул вниз, швырнул в ведди клейкий сгусток. Сора распластался на палубе, а капитан процедил: «Это паутина пятнистого паука с вплетенными в неё особыми волокнами. Так просто её не разорвать. Я в общих чертах понял, на что ты способен... Так что до самого возвращения домой веди себя смирно». Корабль-призрак, на борт которое мертвяки подняли плененных Мальтину и Лазурию, отошел от галеона, развернулся. «Мы не можем их преследовать?!» - обратился Гиб к капитану, Паблокки, и тот покачал головой: «Такелаж поврежден, мы не можем развернуть реи! Проклятье, они с самого начала метили именно в них!» Пиратский корабль растворился в тумане. Сора сумел, наконец, разорвать паутину, и, подняв с палубы кость одного из мертвяков, направил в нее силу линий-дополнений, обращая кость в компас, коий позволит им выследить корабль-призрак... «Кости моряка!» - выдохнул Гиб, узнав созданный Сорой артефакт. – «Он использовал силу линий-дополнений, чтобы создать кости моряка!» «Кости моряка, говоришь?!» - встрепенулся Паблокки. – «Это же легендарный инструмент, который всегда указывает направление к кораблю-призраку!» «Это не истинный артефакт но, но...» - покачал головой Сора. – «Пока я наполняю кость силой линий-дополнений, эффект должен быть таким же!» То есть с этой штукой мы сможем выследить корабль-призрак в любое время?!» - уточнил у него один из матросов, и Сора уверенно кивнул: «Да! И у нас нет выбора, кроме как заняться этим немедленно. Сила линий-дополнений постепенно слабеет... Скорее всего, расстояние до Лазу увеличивается, и сила от нее перестает передаваться. Если так пойдет и дальше, она скоро исчезнет...» Кость дернулась, изменила положение, и воскликнул Сора: «Корабль-призрак развернулся! Они пытаются оторваться от нас!» «Мы им такого удовольствия не доставим!» - обещал капитан. Он велел матросу принести из капитанской каюты полный комплект морских карт, и, когда получил оные, принялся сосредоточенно работать с циркулем и компасом, прокладывая маршрут. Линии-дополнения на теле Соры поблекли, но Паблокки заверил ведди, что все необходимое уже сделано. «Зная характеристики судна по его типу, и учитывая направление ветра и течения... я могу примерно прикинуть, куда они направляются!» - пояснил капитан авантюристам. – «В данный момент они идут на юг-юго-запад со скоростью около 65 узлов! Судя по всему, они держат курс к рифовому архипелагу Агироа!» «Но ведь там всё в рифах?» - встревожились матросы. – «Это всё равно что идти на верную гибель и потопить корабль!» «Нет... скорее наоборот», - не согласился капитан. – «Если у команды хватит мастерства пройти сквозь эти рифы, это место станет идеальным убежищем! На тех островах много сокрытых бухт и морских пещер. К тому же... давно ходили слухи, что где-то там находится их оплот». «Слухи...» - Урипо с подозрением воззрилась на Паблокки. – «Капитан, а ты что-то знаешь о тех пиратах, да?» «Да... в его почерке нет сомнений», - отвечала капитан «Метеора». – «Помыслить не мог, что он вернется нежитью... Ибо он – легендарный пират, Джанг Старьевщик!»
«Вы их выбрасываете?» - поразилась Лазурия, коя наряду с Мальтиной была привязана к мачте пеньковой веревкой. «Ага, это расходный материал на один раз», - отвечали ей мертвяки. – «После каждой стычки в них попадают пушечные ядра, и они превращаются в труху. Пока они служат щитом, мы разжигаем внутри огонь, чтобы глаза светились. Неплохо придумано, да? Если напасть в лоб без подготовки, враги начнут отбиваться, и тогда с ними трудно совладать. А если сначала хорошенько припугнуть их таким видом, то можно и о капитуляции договариваться». В словах пиратов был резон: пламенные глаза, изображенные на корпусе судна, первыми выступали из тумана, и наполняли страхом сердца мирян, коих пираты избирали своими жертвами. Пираты наряду с пленницами сошли на берег, где прямо в скальном утесе пребывала небольшая крепость. «Чего вы добиваетесь?» - выкрикнула Мальтина, заметив капитана. – «Мертвяки, подавшиеся в пираты... Вместо того, чтобы грабить груз с кораблей, вы предпочитаете похищать двух девушек...» «Нет, тебя мы прихватили потому, что ты оказалась поблизости», - отвечал ей капитан Джанг. – «Говоришь, ты дочка какого-то крупного торговца? За такую точно можно вытрясти приличный выкуп! Так что вы двое — наши важные гостьи. Мы не причиним вам вреда. Особенно нам не хотелось бы, чтобы драконья принцесса заболела или поранилась». Мальтина опешила: стало быть, пираты знают, что из себя представляет Лазу?! И надеются заполучить ее силы?.. Пираты развязали пленниц, но сковали руки их кандалами, после чего провели в один из залов крепости, где был установлен огромный стол, ломящийся от изысканных блюд. Девушки пребывали в изумлении, ибо не мыслили о том, что нежить столь роскошно питается! «Небось думала, что на море мы только солонину да сухари грызем?!» - хохотали мертвяки, видя замешательство пленниц. – «Наивно! Очень наивно! В наши дни даже скелеты следят за здоровьем! Разве вы не знали, что сейчас во всей Астолтии пересматривают отношение к здоровой еде из Элтоны?» Мальтина принялась уплетать за обе щеки, осознавая при этом всю абсурдность сложившейся ситуации. «Всё не так!» - выкрикнула она. – «Пираты должны быть более... грубыми, грязными и нездоровыми!..» «Ты чего несешь?!» - возмутился зомби. – «В пиратском деле тело — это главный капитал! Очевидно, что здоровье превыше всего!» «Точно-точно!» - поддержали собрата мертвяки. Еще более Мальтину поразило то, что после сытного обеда мертвяки – все, как один! – принялись чистить зубы, повторяя, то здоровье для них – прежде всего! «Я всего лишь изнеженная богатенькая девчонка, которая ничего не знает о мире...» - расстроилась Мальтина, на что капитан Джанг лишь отмахнулся: «Да эти парни были такими ещё при жизни! Даже когда становишься нежитью, от старых привычек не так-то просто избавиться». «При жизни?» - встрепенулась Мальтина. «Значит, вы были пиратами и до того, как стали нежитью?» - поинтересовалась Лазурия. «Около сотни лет назад мы промышляли пиратством в этих водах», - отвечал им капитан. – «Меня называли Джангом Старьевщиком, и были времена, когда мы процветали. Но потом... Во время плавания мы попали в сильный шторм, и наш корабль затонул. Наша мимолетная слава в одночасье превратилась в морскую пену. Нам повезло, что мы вообще смогли вернуться из мира мертвых в таком виде...» Помедлив, вымолвил капитан: «Я вам кое-что покажу. Видите, туман рассеивается?» Он бросил кость, и его пес-мертвяк ринулся за нею... Но стоило псине оставить область, заполоненную туманом, как обратилась она в груду костей. Капитан выстрелил в оные крюком из притороченного к культе устройства, и, когда оказались в объятой туманом области, то вновь облеклись плотью, и воспряла псина. «Мы можем поддерживать свои тела только внутри этого тумана», - пояснил пленницам Джанг. – «Стоит выйти наружу — и получается вот так». «Внутри тумана всё возвращается на круги своя...» - прошептала Лазурия, и капитан кивнул: «Если с момента выхода прошло не слишком много времени. Мы хотим вернуть свои прежние тела и снова выйти в море под синим небом. Для этого нам нужна твоя кровь дракона, которая, говорят, дает жизнь всему сущему». «Но откуда ты вообще знаешь о драконьей крови Лазу?» - потребовала ответа Мальтина, и произнес капитан: «Я обо всем узнал от этого старика, но...» Лишь сейчас заметили Мальтина и Лазурия Зофина, сидящего за столом. Демон уныло воззрился на девушек, вымолвил: «Надо же! И почему это вы здесь находитесь?» «Раз уж нежить тут оказалась, значит, ты за этим и стоишь!» - возмутились те. – «Что ты задумал на этот раз?!» «Видите ли, он наш пленник», - просветил Мальтину и Лазурию капитан. – «Этот демонический ученый возродил всех нас нежитью, надеясь на то, что станем мы его миньонами в эту эпоху» По словам капитана, Зофин продемонстрировал им древнюю реликвию – Сферу Вечной Тьмы. «Здесь заключены ваши временные жизни!» - хохотал демон. – «Если она разобьётся, вы все разом вернётесь к своему первоначальному состоянию мертвецов! Так что слушайтесь того, что говорю вам я, и вкалывайте как ломовые лошади!» Не заметил Зофин верной капитану псины, которая прыгнула, выхватила зубами артефакт у него из рук и передала Джангу. Последний невозмутимо велел подручным пленить демона, и возопил тот: «Не обращайтесь с драгоценностью так грубо! Ее доверил мне моим господин, чтобы управлять множеством нежити...» «Этого старика свяжите и бросьте в камеру», - отмахнулся капитан, рассматривая обретенный артефакт. – «Может, он знает какую-то зацепку, как нам вернуться к жизни по-настоящему». «Фамильяр Плаку сообщил, что вы направляетесь к Островам Венна по морю...» - продолжил рассказ Зофин. – «Я подумал: ‘А не вставить ли мне вам палки в колеса?’ — и вот что из этого вышло. Эсторис и остальные будут надо мной смеяться... Молодой господин будет в ярости... Моё будущее беспросветно. А, и еще порцию риса, пожалуйста. С горкой!» Скелет тут же наполнил плошку Зофина – уже четвертую, - и тот принялся с аппетитом уплетать рис. «Короче... Раз уж представился такой случай, рассказывай!» - потребовала Мальтина. – «Ваш господин... Исмалик, кажется? Какова его истинная цель?! Зачем вам понадобилась кровь Лазу?! Почему вы преследовали нас?!» «Господин?» - удивился Зофин. – «Мы, демонические ученые, вовсе не подчиненные молодого господина. По приказу нашего истинного господина мы временно помогаем ему в возрождении Лунного Племени». «Лунного Племени?» - поразились Мальтина и Лазурия. «Молодому господину нужна кровь дракона для пробуждения Луны Возмездия», - доходчиво пояснил Зофин. – «Но мы здесь ради того, чтобы исследовать гораздо более возвышенные темы... Мы с вами вообще-то враги, но... плохо ли это — рассказывать такие ‘закулисные’ подробности?» «Это и правда как-то не очень...» - расстроилась Лазурия, и Мальтина поспешила перебить ее: «Нет-нет, по-моему, всё нормально!» «Ладно, эти разговоры... оставьте на потом», - прервал пленников капитан, обернулся к Лазурии: «Сначала у нас есть свои дела к тебе». «Вы собираетесь забрать мою кровь?» - ужаснулась драконица, и Джанг подтвердил: «Именно так. Ведь для этого мы тебя сюда и притащили... верно?» «Кровавый пир начинается!» - хохотали толпящиеся за спиной капитана пираты. Один из зомби-магов вонзил в вену девочки шприц, набрал в него немного крови – достаточно для проведения эксперимента. После чего оросил сей кровью чайник и яблоко, лежащие на столе. Те сразу же ожили, обратившись в монстров! «Мы и правда вдохнули в него жизнь!» - изумился Джанг. – «Я был поражен, когда тот пацан создал ожившие канаты, но это... это просто нечто...» «Линии-расширения лишь временно пробуждает силу монстров или предметов в соответствии с сутью грез, заключенной в вещах», - просветил пиратов Зофин. – «Однако то, что приносит кровь дракона — это сама жизненная сила в её первозданном виде. Объекты, получившие эту силу, действительно продолжают существовать как живые существа...» Мертвяки зашумели, споря о том, какой из предметов надлежит им оживить следующим. «Все так воодушевились, увидев такую диковинку», - шепнул Лазурии зомби, наблюдая за спорящими пиратами. – «Никто не собирается выжимать твою кровь до последней капли. Было бы здорово, если бы мы могли вернуться к жизни со временем. Постепенно». Скелет Луи, коему достался шприц, капнул кровью Лазурии себе на кость руки... и та немедля облеклась плотью! «Моя рука возвращается в прежнее состояние!» - восхитился скелет. – «И она теплая... Словно в те времена, когда в ней еще текла кровь...» Метнувшись к Луи, капитан отсек тому руку, и плоть обратилась в прах. «Ч-что это?!» - ошарашенно выдавил зомби. – «Рука Луи, которая только что начала восстанавливаться...» «Так я и думал», - констатировал Зофин, глядя на Лазурию. – «По мере того как ты набираешься опыта в качестве искателя приключений под данным тебе именем... Твоё человеческое самосознание становится всё сильнее... В то же время твоя сила древней драконицы продолжает неуклонно слабеть. Чтобы полностью оживить существо размером с человека, того крошечного количества крови попросту недостаточно. Оно бы просто разъедало магическую энергию в теле Луи. Если бы капитан не отрубил ему руку в тот момент, всё его тело, скорее всего, просто бы рассыпалось...» Пираты заметно приуныли, бормоча о том, что так надеялись снова стать людьми! Увидеть синее небо и белые облака... «Плохо дело...» - размышлял Джанг. – «У нас почти не осталось времени!..» ...Не заметили пираты причудливую механическую птицу, опустившуюся на ветвь дерева близ их крепости. Наблюдая глазами сего конструкта-фамильяра за происходящим в оплоте пиратов, Плаку усмехался в предвкушении: «Ну-с, ну-с... Всё становится весьма интересным... Что же ты будешь делать, драконья принцесса?»
Капитан приказал матросам спустить на воду шлюпки, дабы прочесать все острова один за другим. «У меня уже есть несколько зацепок», - обнадежил он авантюристов. – «Бухт и пещер, где можно спрятать корабль такого размера, не так уж и много. Хоть из-за тумана их и плохо видно...» «То есть мы не можем продолжать поиски на самом ‘Метеоре’?» - уточнила Урипо, и Паблокки покачал головой: «Дальше по курсу много рифов, так что наш ‘Метеор’ не сможет там маневрировать. Пусть он подождет в открытом море, чтобы мы могли сразу на полной скорости оторваться от погони после спасения. Число людей, которых можно перевезти на наших двух лодках... максимум 15 или 16. И этим количеством нам нужно отбить принцессу и остальных...» «С таким числом людей идти в лобовую атаку никак нельзя», - размышлял Алек. «Остается только незаметно пробраться внутрь и вытащить их по-тихому...» - согласился с паладином Сора. «На всякий случай, может, стоит устроить отвлекающий маневр?» - предложил сподвижникам Гиб. – «Нет никакой гарантии, что нам удастся скрытно пройти до самого конца, и противник нас не заметит». Капитан усомнился в разумности высказанной Гибом идеи, но Рубиби и Фуга ее поддержали. И матросы, и искатели приключений обернулись к двоим. «Я знаю, что Фуга невероятно крепкий, но...» - начал Сора, и поддержал его Гиб: «В одиночку отвлекать на себя внимание всех врагов — это слишком сложно». «Есть один прием, который я намеренно держал в секрете!» - заверил их Рубиби. – «Это слишком опасно... Если бы была возможность, я бы не хотел его использовать, но... чтобы спасти юных леди, у нас нет другого выбора, кроме как его применить...» Рубиби и Фуга продемонстрировали авантюристам внушительных размеров редис, чем повергли их в еще большее недоумение... ...Вскоре Сора и его спутники подобрались к бухте, где стоял на якоре у крепости знакомый корабль. «Там нет той характерной носовой фигуры», - заметил Гиб, - «но это точно тот пиратский корабль, что напал на нас!» «И как им хватило смелости завести корабль в такое узкое и мелководное место...» - присвистнул Сора. «Если бы не капитан Палбокки, мы бы его точно не нашли!» - заключила Урипо. Сора надеялся, что с Лазурией и Мальтиной все в порядке, ведь на поиски пиратского логово у них ушло целых три дня...
В соседней камере томился Зофин, признался, что наручники – его рук дело. Лазурия и Мальтина были весьма злы на демона, ведь он, и никто иной повинен в ситуации, в которой все они оказались. «И что же с нами теперь будет?..» - гадала Мальтина. - «Нас держат здесь взаперти уже несколько дней... Если так пойдет и дальше...» «Я хочу вернуть тех людей в нормальное состояние!..» - призналась Лазурия, и чародейка нахмурилась: «Они, конечно, не кажутся плохими ребятами, несмотря на внешность, но... пираты — это преступники, чье ремесло — грабить других! Ты же это понимаешь?!» «Да... Я понимаю, но...» - расстроилась драконица. «К тому же то, что жизни, которые однажды были потеряны, насильно возвращают с помощью магии в таком виде, я не могу считать это чем-то правильным или желанным», - добавила Мальтина. – «Я тоже считаю, что было бы лучше, если бы всё разрешилось мирно! Так что... не смотри на меня таким обиженным взглядом!» Вздохнув, Лазурия вернулась на свою койку, молвила: «Ну почему Сора и остальные до сих пор не пришли нам на помощь?! Тогда бы мы все вместе придумали отличный план!» «На помощь...» - хмыкнула Мальтина. – «Мы же на необитаемом острове посреди океана. К тому же, снаружи этой крепости вообще не видно. Как, по-твоему, они должны нас найти?» «Э? Как?..» - задумалась Лазурия. - «Да, как они будут искать?.. Интересно, как... Но они обязательно придут! Потому что это Сора!» Мальтина опешила: как Лазурия может так искренне верить в Сору? Хотя... она и сама в него верила... «Слушай! Помнишь, когда ты сказала, что хочешь поменяться с Сорой и сама поехала на долборде?» - обратилась к драконице ведди, отчаянно краснея. – «Скажи... он тебе нравится?» «Обожаю его!» - подтвердила Лазурия. – «Потому что, когда я путешествую вместе с Сорой и остальными... Мы постоянно попадаем в новые места, города и деревни! Мы встречаем так много разных людей и монстров! Мы пробуем делать всякие штуки, и иногда у нас получается, а иногда мы терпим неудачу! Как бы сказать... В такие моменты я чувствую, что я действительно живу своей собственной жизнью... И всё это... благодаря ему...» «А Гиб тебе нравится? А Урипо?» - спрашивала Мальтина, и каждый раз Лазурия с энтузиазмом подтверждала: «Нравится!» «Тогда... А помнишь тот клубничный сливочный крем с анмицу и белыми шариками, который мы ели в Азлане?» - поинтересовалась Мальтина. – «Он тебе понравился?» На лице Лазурии отразилось неподдельное восхищение, и, наблюдая за ней, размышляла Мальтина: «Похоже, я все поняла. Эта девочка... она понимает свои чувства лишь в самом общем смысле! Ну, ей нет ещё и года с момента рождения, так что это неудивительно... Она ещё не осознала, что у слова ‘любовь’ бывают разные оттенки и значения...» Вспомнила Мальтина, как когда-то обещала своим родителям: когда вырастет, она станет невестой Соры!.. «Мальтина, ты ведь тоже любишь Сору, верно?» - невинно осведомилась Лазурия. – «Любишь ведь?» «Ну... как бы сказать...» - Мальтина готова была сквозь землю провалиться. - «Как друга?! Как искателя приключений?! Как товарища!» «Ох... Ну и приторно же это слушать, просто сил нет...» - проскрипел капитан Джанг, приближаясь к камере. – «Я пришел, потому что у меня есть дело к юной леди-драконице. Не могла бы ты уделить мне минутку?» Он вывел Лазурию из камеры, проследовал в подгорный тоннель, находящийся за темницей. «Здание соединяется с пещерой напрямую», - пояснил капитан девушке. - «Изначально именно эта пещера была нашим логовом. А форт снаружи мы достроили уже позже. Эти пещеры называют ‘Пиратскими гротами’. Весь этот остров просто испещрен этими тоннелями. Изначально они образовались в мягкой породе из-за воздействия морской воды и дождя на протяжении долгого времени». Капитан и драконица вышли из пещер, оказавшись на горном плато. Прежде здесь был некий лагерь – Лазурия заметила кострище, чугунный котелок, бревна... и несколько странных закрытых урн. «Это был секретный путь отхода на случай нападения на нижнюю крепость», - просветил ее Джанг. – «Хотя, если честно, это просто удобный черный ход. На нижней террасе туман такой густой, что белье совсем не сохнет!.. Нас втянули в это из-за наших личных обстоятельств, так что... я подумал, что должен немного объяснить тебе ситуацию». Капитан предложил Лазурии горячий кофе, а после продемонстрировал драконице останки, хранящиеся в урнах, пояснив: «Это мои товарищи. Как видишь, мои подчиненные... все до одного — кучка добряков, которые совершенно не похожи на пиратов». Механическая птица, сидя на ветке дереве чуть поодаль, внимательно взирала на капитана пиратов, и Плаку не пропускал ни одного его слова. «Моё восхищение морскими волками было в два раза сильнее, чем у других», - продолжал рассказ Джанг. – «Я подбирал тех, кто околачивался без дела и кому было некуда податься, и как-то объединил их всех в пиратскую банду. В то же время я придумал тактику: рисовать на корабле огромные глаза, чтобы пугать врага перед абордажем. Если заставить противника сдаться пораньше, не придется зря калечить или убивать их. Я ворую чужие вещи, но при этом пытаюсь строить из себя благородного. Думаешь, это глупо? Ну... В мире иногда встречаются такие люди. Те, кто потерял своё место в обществе, но всё равно не хочет терять человечность. Хлопотные ребята, да?» Лазурия озадаченно взирала на мертвяка, и тот признался: «Да уж, ты права. Я другой! Мы — настоящие злодеи! Я совершил бесчисленное множество краж и убийств. В молодости я прославился под именем Джанг Старьевщик и поднялся до статуса предводителя пиратов! Однако... похоже, я слишком сильно запугал своих подчиненных. На корабле вспыхнул мятеж, и меня выбросили в море. Жизнь-то я сохранил, но акулы откусили мне руку и ногу. Вот до чего я докатился. Но я не оставил надежды на возмездие. ‘В следующий раз я предам их первым!’ — вот что я решил. Я встретил тех простаков как раз в то время – мою будущую команду. Я планировал втереться к ним в доверие сладкими речами, использовать их по полной, а потом выбросить как ненужный металлолом с нашего корабля... Но почему-то... Когда те ребята вышли в море, их глаза так и сияли. Они постоянно твердили мне: ‘Спасибо! Спасибо тебе! ‘Благодаря капитану мы тоже стали настоящими морскими волками!’ – вроде того. Честное слово, эти наивные идиоты были слишком беспечны. Пока я изо всех сил думал о том, как бы их обмануть и предать, я сам начал казаться себе круглым дураком. И не успел я оглянуться, как мы вместе проболтались в море уже не один десяток лет. Пока я всё собирался их бросить, время шло, и я сам как-то незаметно состарился. Так что... для тебя я просто какой-то старик». «Я тоже!» - восхищенно выкрикнула Лазурия. – «Когда я впервые взошла на корабль, море и небо были такими бескрайними и ярко-синими, ветер дул изо всех сил, а сам корабль казался средоточием невероятных механизмов! Сделать так, чтобы кто-то другой почувствовал то же самое - это невероятно! У меня прямо голова пошла кругом! Это же так здорово, капитан! Меня ведь тоже мои товарищи взяли с собой в это приключение, и с тех пор всё было просто потрясающе! Я попробую обсудить это со своими друзьями! Гиб точно придумает какой-нибудь хороший план, а Сора точно не оставит в беде такого человека, как ты, капитан!» Джанг припомнил, что Сорой, вроде бы, звали того паренька-ведди, с которым он сражался на борту «Метеора»... «Слушай! Давай так и сделаем!» - воодушевилась Лазурия. – «Если мы все вместе подумаем, то обязательно найдем хороший способ! Однажды обязательно... я верну капитану и остальным их тела...» Драконица осеклась, осела наземь, борясь с внезапно нахлынувшей на нее сонливостью. «Если бы это было так, было бы здорово», - согласился капитан. – «Но у нас почти не осталось времени. Прости, что подмешал снотворное в тот кофе, который ты только что пила...» Сняв черный плащ, Джанг продемонстрировал Лазурии свой гниющий остов, подключенный к некоему примитивному механизму, молвил: «Гниение оставшейся плоти... никак не прекращается. Сейчас я поддерживаю текущее состояние, полагаясь на механическое устройство, но, похоже, временная жизнь, дарованная магией, не может длиться долго». Он указал в сторону заполненных останками урн, продолжил: «Они ведь тоже... не из-за несчастного случая в море или битвы стали такими. В один прекрасный день они просто внезапно перестали двигаться. Среди моих подчиненных уже есть те, кто начал догадываться об этой магической уловке... О том, что в не столь отдаленном будущем всех их ждет такая же участь. Скоро всё будет кончено... Прямо сейчас нам нужно огромное количество драконьей крови!» Ощущая полнейшую беспомощность, Лазурия отчаянно боролась со сном, мысленно взывая к Соре...
Похоже, чем каким-то образом передались чувства Лазурии. Она в опасности!.. Иные авантюристы продолжали наблюдение за фортом, и Сора, обратившись к Гибу, поторопил его. «Подожди», - отозвался гном. – «Мы даже не знаем, где их двоих держат, нападать наобум бессмысленно». «Если мы не выступим сейчас, Лазу...» - начал Сора, осекся, ибо над их головами пролетел ястреб.
«Что случилось?! Что-то произошло?!» - в камеру заглянули пираты-скелеты, и ведди пожала плечами: «Я не знаю! Эта птица вдруг появилась и начала шуметь». Взяв в руки копье одного из стражей, Мальтина попыталась отогнать ястреба от окна...
Обернувшись к матросу-гному, их сопровождающему, Гиб велел тому спешить к остальным и сообщить Рубиби, где именно держат пленниц. Пришло время действовать...
«Похоже, всё движется вполне себе средненько», - заключил Плаку, брел который по лесной тропе. – «Если так пойдет и дальше, мы немного не успеем...»
«Значит, группа Соры ворвется в форт одновременно с нами», - резюмировал эльф, обернулся к огру: «Готов, Фуга? Ты, возможно, все еще боишься использовать ту силу... но сейчас это единственный способ спасти госпожу...» Огр решительно кивнул...
«Это не просто редис, а огненный редис!» - говорил эльф. – «Говорят, он благословлен Капсаицином, богом остроты... Стоит его съесть, как тело пробирает жар! Причина, по которой огры, живущие в заснеженных землях северного Огреда, могут ходить в такой легкой одежде, в том, что они постоянно едят этот редис! Говорят, что всё дело в мощном остром компоненте, который в нем содержится... А у Фуги особенный организм, который реагирует на него слишком остро...»
«Пора, Фуга!» - выкрикнул Рубиби, и огр, сжимающий редис в обеих руках, принялся лихорадочно есть его. Глаза Фуги налились алым, и, взревев, со всех ног бросился он к крепости... «Слушайте внимательно!» - обернулся Рубиби к спутникам, изумленным преображением огра. – «Ни в коем случае не приближайтесь к нам, когда сражаетесь! В этом состоянии Фуга не видит ничего, кроме меня, госпожи и своих друзей детства... Он будет атаковать всех остальных без разбора! Эта особенность организма проявилась у Фуги еще в 6 лет. Из-за этого он больше не смог оставаться в своей родной деревне в горах Лангао...» ...Мертвяки готовились отразить натиск, но понимали, что число противников невелико и штурмом взять крепость они не смогут. Скелет, командовавший стражами, приказал тем крепко запереть ворота и держать оборону – подняться на стены и стрелять из луков. Наверняка враг быстро отступит. «Скорее всего, пока мы отвлечены, другой отряд попытается проникнуть внутрь отсюда, чтобы вернуть пленниц!» - догадался он, и кликнув собой воина-скелета, устремился к темнице... ...Фуга тем временем одним ударом снес крепостные ворота, и вооруженный секирой воин-скелет поспешил спуститься со стен во внутренний двор, дабы противостоять взбешенному огру.
«Прости, сестрёнка...» - пробормотал он. - «Я постараюсь попросить того старика сделать тебя зомби с таким же красивым лицом, как сейчас... А когда всё закончится, можешь ненавидеть меня сколько влезет...» Мыслями Джанг обратился к своей команде. «Ну что ж... Похоже, моё время в качестве их капитана подошло к концу...» - размышлял пират, вспоминая свои счастливые смертные дни. – «Уверен, они не простят меня за то, что я сделал это втайне от них... С чего это я стал таким сентиментальным... Похоже, я снова становлюсь тем самым Джангом Старьевщиком из былых времен. Они — под чистым синим небом... А я — в темной бездне ада... Мы просто возвращаемся туда, где нам и место!» Грохот сотряс крепость до основания, и Джанг вздрогнул: что там происходит?
Неужто авантюристы и команда «Метеора» прибыли к ним на помощь?!
Как оказалось, нет. Фуга сокрушил и вторые ворота, и, ворвавшись в крепость, принялся хлестать мертвяков притороченными к запястьям цепями. Мертвяк-чародей попытался усыпить огра заклинанием... однако, как оказалось, Рубиби заблаговременно наложил на Фугу защитное заклятие, защищающее того от воздействия яда и сна. Пираты встревожились: похоже, огр и эльф являют собой истинно слаженную команду, и справиться с ними будет весьма непросто. Вслед за Фугой и Рубиби в крепость вбежали капитан Палбокки и его матросы, атаковали нежить. Фуга же, повинуясь приказу Рубиби, выдохнул огненный газ, образовавшийся у него желудке, и нежить взвыла от боли. ...Урипо и Сора, оставаясь на вершине нависающего над крепостью утеса, наблюдали за хаосом, устроенным Фугой и Рубиби, в то время как Гиб заканчивал установку гарпуна. Скелет, вооруженный огромной секирой, атаковал Фугу. Тот взревел, и Гиб привел установку в действие. Гарпун выстрелил, крюк вонзился в каменную стену крепости – прямо над окном камеры, в которой оставалась Мальтина. Гиб привязал второй конец веревки к дереву, растущему на утесе, и четверо авантюристов, схватившись за веревку, достигли крепости. Сора и Алек выбили решетку окна, и паладин сокрушил щитом скелета, охранявшего Мальтину. «Тина? Ты в порядке?» - обратилась к чародейке Сора. – «Вас ведь не пытали эти негодяи?» «Ухо-хо-хо! Мальчишка с линиями-дополнениями!» - донеслось из соседней камеры, и, обернувшись, Сора зрел Зофина. – «Ты пришел, чтобы спасти драконью принцессу? И раз уж на то пошло, было бы здорово, если бы ты и меня заодно вытащил...» «Почему он здесь?» - возмутилась Урипо, и, когда Мальтина поведала ей о роли Зофина в происходящем, возмутилась: «Значит, это он за ниточки-то дёргал?!» «Ну... он как бы зачинщик, но не то, чтобы главный злодей...» - развела руками Мальтина. – «Просто тут столько всего произошло...» «А где Лазу?!» - встревожился Сора. – «Она разве не с тобой была?!» «Дело в том, что капитан сказал, что ему нужно кое-что обсудить, и увёл её», - пояснила ему Мальтина, и ведди, набросившись на пришедшего в себя скелета, проревел: «Куда он ее увел?!» «Наш капитан не из тех, кто обижает девчонок!» - заверял его мертвяк. – «Он просто отвёл её в лагерь на вершине скалы, чтобы спокойно поговорить...» Сора выбежал из камеры... когда путь ему преградил шестирукий скелет – рыцарь смерти. «Довольно, ведди!» - проскрежетал он. – «Я понимаю, что тебе грустно из-за милашки, но эту девчонку мы еще немного подержим у себя!» «Так не пойдет!» - воскликнул Сора. - «Всё зашло гораздо дальше, чем вы думали!» «Не сотрясай воздух!» - огрызнулся мертвяк. Атаковал рыцаря смерти Алек, и Сора, благодарно кивнув паладину-пуклипо, бросился прочь по коридору...
Озадаченный, Джанг перевел взгляд на драконицу, все еще остающуюся без сознания. Ну и что теперь делать? Даже если он добудет ее кровь, то не сможет ее распределить среди пиратов в этой неразберихе. Придется сперва отразить натиск наглецов, дерзнувших атаковать их логово... На плато ступил Сора, и, заметив безвольное тело девушки у ног капитана, проревел: «Ах ты, гад! Что ты творишь с Лазу?!» «О, ты тот самый мальчишка?» - узнал его Джанг. – «Как видишь, и у меня руки в крови. Это план по исполнению коварного желания: главарь призрачных пиратов Джанг принесет невинную девушку в жертву!» Расчет мертвяка оправдался: орудуя обломком меча, ведди ринулся в бой, очертя голову. Придется прикончить мальчишку, ведь не отступит же. Джанг направил на противника жерло заменявшего левую руку оружия, и вырвалась из него волна пламени. Пират вознамерился прикончить ведди одним ударом меча... однако тот не отступил, продолжал атаковать, не обращая внимания на жар. Да, огонь опалял Сору, но сознавал тот: главное – оставаться с пиратом на короткой дистанции. Ведь он – мастер меча, определенно, но скрывает свои способности. Да, до Малика и Кагеро Соре далеко, но он не устрашится огня, как сделал в прошлый раз, и не отступит!.. Посему Сора оставался глух к словам пирата, призванным вывести его из равновесия, сохранял дистанцию и наносил множество ударов, пытаясь найти брешь в обороне. Джанг вынужден был отдать противнику должное: тот действительно двигался очень быстро. Похоже, и впрямь привык сражаться на близких дистанциях, охотясь на монстров. Но... стоит этому молокососу войти в кураж, как он получит болезненный урок! Не ожидал Сора, что у Джанга окажется дополнительная механическая рука, сжимающая кинжал, и сейчас пират попытался нанести ей удар противнику. Но тот выпад отразил, вырвал руку из остова мертвяка, отбросил в сторону. «Когда он в ярости, его голова соображает еще лучше...» - осознал Джанг. – «Это по-настоящему опасный тип! Он прочитал мой следующий шаг по малейшему изменению мимики и движению глаз! А ведь он даже не использует силу линий-дополнений... и все равно теснит меня!» Впервые Джанг ощутил неуверенность в исходе поединка...
Гиб, Мальтина и Урипо выбежали из камеры, а Зофин орал им вслед, прося освободить и его. Впрочем, авантюристы не обратили на демона ни малейшего внимания... В камеру Зофина телепортировался Плаку, ворчливо произнес: «Ну и что ты тут устроил?» «Плаку!» - воскликнул Зофин. – «И где ты только шлялся! Я тут совсем извёлся, даже кусок в горло не лез!» «Если ты каждое утро уплетаешь по пять порций риса, то всё с тобой в порядке», - отрезал Плаку, и Зофин смущенно развел руками: «Да ладно тебе, лучше помоги!»
«План противника сработал идеально, к тому же у нас совсем не осталось времени!» - пронеслось в разуме капитана пиратов. – «Мы не только не вернули драконью принцессу, но теперь у нас нет даже возможности сбежать и перегруппироваться!» За спиной Джанга возникли двое демонов – Зофин и Плаку, и резюмировал последний: «Похоже, тебя загнали в угол, господин капитан...» «Приветствую», - отозвался Джанг. – «Хоть ты и постарался, собирая для меня это механическое тело, оно работает из рук вон плохо. Этот горячий юнец меня совсем прижал, я теряю силы. Нет ли в этом теле какой-нибудь секретной функции, чтобы перевернуть ход битвы одним махом?» «Тогда как насчет еще одной сделки с дьяволом?» - хихикнул Плаку. – «Я мог бы дать тебе еще немного силы... в обмен на твою душу». «Вот это другой разговор!» - хохотнул Джанг.
«Сора...» - протянула драконица, очнувшись. – «Нужно остановить капитана... Я... Я не знаю, как мне лучше поступить, но то, что происходит... это слишком печально!» До сих донесся грохот, и, глянув с вершины утеса вниз, изумленные Сора и Лазура зрели пиратский корабль, за штурвалом коего стоял Джанг, обращающийся в гигантское чудовище...
«Нечего паниковать!» - хрипло рассмеялся капитан пиратов, созерцая опешивших матросов с «Метеора», - «Пришло время избавиться от вас всех! Живо убирайтесь прочь, под ваше синее-синее небо! Всё лишнее... Я заберу с собой прямиком в ад!» «Смотрите! Результат нашей магии синтеза!» - воскликнул Зофин, искренне наслаждаясь результатом волшбы, и Плаку удовлетворенно кивнул, бросил мертвякам: «Отбытие вашего капитана... в самую преисподнюю!»
«Сора! Останови капитана!» - неожиданно выкрикнула драконица. – «Если всё так и останется, его душу полностью поглотят... Его сердце... Его сердце просто исчезнет!..» Из остова некромеханического исполина показались пушки, направленные на опешивших матросов, остающихся на пристани, открыли огонь, и те бросились в ближайшие укрытия. «Это же чудовище! Будет страшно!» - исступленно хохотал Джанг. – «Кто струсил — бегите домой, поджав хвосты!» «Я... Я до сих пор не совсем понимаю, что здесь происходит...» - признался Сора, разбивая осколком меча цепь, связующую оковы на запястьях Лазурии. – «Хочешь, чтобы я не сразил этого капитана, а остановил? У него ведь есть какая-то причина так неистовствовать?!» «Капитан... он собирается в одиночку принять на себя всю боль и печаль... и исчезнуть вместе с ними!..» - молвила драконица. – «Я... я хочу до последнего бороться вместе со всеми и найти выход!» «Это же куда сложнее, чем просто прикончить его!» - вздохнул Сора. – «И все же... слушать капризы милашек — это как раз по части таких парней, как ведди! Что ж, тогда я попробую это сделать!» Лазурия высвободила могущество свое, и линии-дополнения вспыхнули на теле Соры. Тот спрыгнул с горы, устремился к управляемому Джангом монстру. «Ах ты ж щегол!..» - прошипел капитан, заметив появившегося на пристани неугомонного юнца. – «Ты зашел слишком далеко... Ты посмел так сильно меня разозлить!» Корабль дал залп из пушек, но Сора укрылся за сотворенным им барьером, созданным из материала пристани, который ведди наполнил искрой жизни. А после, сотворив двух каменных монстров, Сора швырнул из в остов исполина, и те взорвались. Но – к удивлению Соры – взрывы не причинили некромеханической твари сколь-либо заметного вреда. «Никаких изменений в его движениях...» - пронеслось в разуме Соры. – «Неужели он не получил такого уж сильного урона, как кажется на первый взгляд?..» Гиб, наряду с Мальтиной наблюдавший за противостоянием с террасы форта, выпалил: «Та же история, что и с носовой надстройкой того пиратского корабля! Это всего лишь бутафорская броня, которая разваливается после первого же боя!» Демоны своим творением были довольны. «’Разрушение’ — это один из лучших способов поглощения удара...» - разъяснил Плаку Зофину. – «Если броня будет слишком твердой, то вся сила удара передастся внутрь, понимаешь?» «Проклятье!» - выдавил Сора, сотворяя следующего взрывающегося монстра. – «В таком случае я буду бить, пока не отвалятся все эти запчасти из хлама! С такой огромной мишенью промахнуться невозможно!..» «У меня нет времени возиться с тобой целую вечность!» - скрежетнул Джанг, и из пасти монстра-корабля повалил густой туман. Авантюристы и матросы падали наземь, хрипели, бились в конвульсиях. «Капитан, это тот же туман, что мы творили в этих водах!» - воскликнул мертвяк-маг. – «Но такая концентрация — это очень скверно! Нам-то всё равно, но для живых людей это смертельно опасно! Меньше, чем через пять минут их плоть начнет разлагаться, и они умрут!» «Тем лучше!» - отозвался Джанг. – «Сейчас у нас просто нет другого способа их нейтрализовать!» Обратившись к пиратам, Джанг приказал им найти и схватить драконью принцессу, а после собраться где-нибудь в крепости и не высовываться. Но мертвяки полагали, что их капитан перегнул палку, посему помогали недавним противникам подняться на ноги, вели их за собой – к вершине острова, где туман не был столь густым, как на пристани. «Эй, вы! Какого черта вы помогаете врагам?!» - рявкнул Джанг, наблюдая за мертвяками. – «Вы что, совсем страх потеряли, подонки?!» «Но мы-то лучше всех знаем, как мучительно умирать...» - отвечали те, продолжая уводить матросов и авантюристов с пристани. – «Раз уж всё так обернулось, может, не будем забирать у них жизни?» Изумленный, Джанг перевел взгляд на скелета-воина, поддерживающего едва держащегося на ногах Фугу. «Ты сам-то сможешь идти?» - обратился скелет к Рубиби, и тот, кивнув, выдавил: «Почему ты помогаешь нам?» «Да уж, вот такими мы стали пиратами!» - отозвался мертвяк. – «Если можешь идти — пошевеливайся! Или помереть тут вздумал?!» «Ну что вы за мягкотелые придурки-и-и-и-и-и!!!» - взвыл Джанг в ярости. – «Не добавляйте мне лишней работы!» Повинуясь его воле, огромные гарпуны нацелились было как на моряков, так и на нежить... но подоспевший Сора рассек обломком меча цепи, на которых держались те. Джанг нахмурился: как этот мальчишка способен выживать в столь густом тумане? Присмотревшись, заметил капитан, что силою линий-дополнений Сора породил призрачного элементаля, ныне обволакивающего его тело – и защищающего от воздействия тумана. Умно, ничего не скажешь... Однако сам Сора осознавал, что боле не может расширить радиус действия линий-дополнений. Похоже, природа этого тумана отличается от обычного... «Этот туман...» - прошептала остававшаяся на горном плато Лазурия, - «неужели он не видит сны? Как нечто подобное в принципе может существовать?!» «Как и ожидалось от магического тумана - демонических миазм Владыки Бездны Нергела!» - хохотал Зофин, искренне наслаждаясь происходящим. – «Даже духи, обитающие в нем, переполнены смертоносной магической силой, способной убить саму смерть». «Его линии-дополнения воздействуют только на ту часть тумана, которая смешана с природной...» - отметил Плаку, кивком указав в сторону Соры. Тот же в упор смотрел на замершего за штурвалом некромеханического исполина Джанга, процедил: «Проклятье! В итоге... всё свелось к битве один на один... Но... ничего не поделаешь, придется сражаться!» «Мальчишка», - поморщился капитан пиратов. – «До чего же ты любишь путаться у меня под нога-а-а-а-ами!!!» Сора бросился к раззявившему пасть, хлещущему заканчивающимися якорями цепями монстру...
«Вы, пираты, спасли команду ‘Метеора’!» - восхитилась драконица, принялась обнимать опешивших мертвяков. Пираты и матросы, еще недавно ожесточенно рубившиеся друг с другом, ныне братались... «Послушайте! Сейчас не время расслабляться!» - крикнула им Мальтина. – «Туман становится всё гуще и гуще! Если мы не остановим капитана, это место тоже скоро уйдет будет объято туманом!» Мертвяки озадачились: да, их капитан всегда был неистовым, но зачем же он пошел на столь радикальный ход?..
«Он не просто шустрый, у него чертовски крепкая защита!..» - размышлял капитан, в то время как пушки продолжали вести огонь. – «Он носится прямо под разрывами снарядов и почти не получает урона!» Он нахмурился, потеряв ведди из виду. А тот, скрываясь в эфемерном теле элементаля, взбежал по одной из цепей. Джанг ударил Сору якорем, но то оказалась лишь иллюзия, поддерживаемая элементалем, а настоящий Сора запрыгнул за палубу у капитана за спиной, нанеся тому ряд чувствительных ударов. «Ты ведь обещал, что, когда я научусь хорошо врать, ты сделаешь меня пиратом... верно?» - усмехнулся Сора, и хохотнул Джанг: «Конечно! Давай-ка вместе наведём шороху на том свете!»
Лазурия поведала мертвякам о том, что капитан узнал от демона про ограничения их нынешнего существования, завершится кое неминуемым разложением. Держа все в себе, он отчаянно пытался изыскать способ продлить нежизнь своей команды... «Довольно, капитан!» - обращался к Джангу Сора, уходя из-под ударов меча пирата. – «Ты весь опутан этими кабелями, и даже двигаться нормально не можешь. Лазу действительно хотела нормально с тобой поговорить! Если бы мы всё обсудили вместе, мы бы наверняка нашли способ!» «Я видел, насколько наивны мои подчиненные!» - отозвался Джанг. – «Если бы я медлил, мы бы все просто сгнили заживо!» Капитан по сей день питал слабость к своей команде. Ведь эти ребята не умеют никого ненавидеть, не умеют сомневаться или предавать... Они знают только, как идти вперед... И у него... не осталось ничего, что он мог бы оставить после себя как доказательство их существования!.. Сора рассек клинком остов капитана, и в образовавшейся бреши заметил в груди того нечто, походящее на черную сферу. Неужели это и есть источник энергии гигантского некромеханического монстра?! Ведди вознамерился перерезать толстые кабели, связывающие Джанга с монстром-кораблем в надежде на то, что монстр перестанет двигаться. Он рассек один из кабелей, и хлынул из обрубка поток ледяного воздуха. «Кто же знал, что ты заденешь именно трубку охлаждения», - усмехнулся Джанг. – «Не повезло тебе, пацан!» Капитан воспользовался замешательством Соры, и толстые якорные цепи тут же обвились вокруг тела ведди, обездвижив его и погрузив в морскую пучину. «Каким бы крепким ни было твоё тело, это не значит, что ты можешь обходиться без дыхания!» - хохотал Джанг. – «Интересно, сколько минут ты там продержишься?!»
Ярчайшая вспышка в небесах... и колдовской туман начал стремительно рассеиваться. Зофин и Плаку не разумели, что происходит. А вот Гиб и Урипо улыбнулись, сознавая, что за свое чудесное спасение должны благодарить они героя Юлура, который, похоже, довел дело до конца - сразил Владыку Бездны Нергела и спас этот мир.
«Проклятье! Что всё это значит, а?» - пробормотал пират. – «Если туман продолжит рассеиваться и дальше...» Ощутил он, что цепи, удерживающие Сору под водой, ослабли... а в следующее мгновение линии-дополнения вспыхнули на морской глади, обращая в монстров волны! Те обрушились на корабль, атакуя его со всех сторон, и направлял их Сора, тело коего продолжали охватывать цепи; к счастью, ведди сумел освободить руки, и, касаясь ими воды, даровал оной подобие жизни. Джанг был потрясен: насколько же велика сила этого мальчишки... и могущество линий-дополнений?! Изумлены были и демоны. «Ого, кажется, его магическая сила снова пошла в рост!» - отметил Зофин, наблюдая за Сорой, и Плаку согласился с сородичем: «Это значит, она адаптировалась к его телу... Невероятно, как далеко он продвинулся за такой короткий срок!» Гигантские волны сокрушили некромеханического монстры, отбросили его далеко от острова, где и замер он в воде – бронированным брюхом вверх. Сора с трудом забрался на остов монстра... где ожидал его капитан Джанг. «Ну и ну, Сора», - покачал головой пират. – «Воспользоваться неразберихой, обвести вокруг пальца и врагов, и союзников, чтобы в одиночку исполнить своё желание... Пожалуй, у меня была слишком эгоистичная затея... Кто бы мог подумать, что всё обернётся таким... полным провалом... Это всё из-за тебя, чёртов малец!!!» С помощью линий-дополнений Сора наделил подобием жизни опутывающие его цепи, и те хлестнули в сторону Джанга. Пират вынужден был раскрыться, отражая клинком удары цепей, и Сора ринулся к нему, нанеся сильнейший удар ошипованным наручем и отрывая капитану левую руку. Пират распластался на остове монстра. Сора был донельзя изумлен, ибо не ожидал, что сумеет нанести удар такой силы. «Что это было?» - озадаченно произнес Джанг, поднимаясь на ноги. – «Неужели подобная способность... и есть истинная сила линий-дополнений?!» «Похоже, это не совсем правильный способ использования силы...» - признался Сора, ощущая, что тело его стало донельзя тяжелым – будто свинцом налилось. «Значит, я – злодей», - устало проронил Джанг. – «Ну и ну. Дойти до такого состояния... Уже и не поймешь, кто из нас получил больше урона». «Моим сподвижникам – искателям приключений – сейчас куда тяжелее», - заверил его Сора, обращаясь мыслями к герою Юлуру и сопровождающим его авантюристам. – «Наверняка прямо сейчас они изранены куда сильнее меня, но всё равно сражаются со злом, что угрожает миру!..» «Хотя ты еще молод, кажется, ты уже втянут в какие-то невероятные приключения», - усмехнулся мертвяк. – «Теперь мне понятно, почему у тебя такая стальная выдержка!» «Ты всё еще собираешься продолжать, капитан?!» - осведомился Сора, и отвечал Джанг: «Конечно, черт возьми! У нас больше нет пути назад, я же сказал!» «Капита-а-а-ан!» - донесся крик, и Джанг, обернувшись, в изумлении воззрился на приближающиеся к остову монстра лодки, сидели в которых пираты, матросы и искатели приключений. – «Капитан, ты в порядке?» «П-подождите... Наша битва с ним ещё... ещё не окончена...» - растерялся Джанг, но пираты замахали руками: «Какая ещё битва! Посмотри, во что всё превратилось... Все хорошо, капитан. Те девчонка, Лазурия, нам обо всем рассказала. Наши тела... скоро магия развеется, и мы снова станем трупами, верно?» «Если вы, дурачье, это сами понимаете, то...» - начал Джанг, и пираты загомонили: «Ну, мы ведь только-только вернулись из мира мертвых... и снова умирать как-то не очень хочется... Но... мы ведь морские волки, которых ты воспитал! Мы не хотим совершать такой позорный поступок — выживать ценой жизни такой чудесной девочки!» «Подождите все!» - воскликнула Лазурия. – «Из меня тоже можно выкачать еще немного крови!» «Нет-нет, все в порядке», - заверили ее мертвяки, вновь обратились к капитану: «Наше плавание... оно закончилось еще в тот день, во время великого шторма... В океане всякое бывает, пока ты жив... Но с тех пор, как ты подобрал нас, мы жили в полную силу как твоя команда! Не скажем, что нам совсем не о чем жалеть, но это была жизнь, которой мы не стыдимся! К тому же, плавание без капитана — это совсем не весело! Зачем, по-твоему, мы нацепили эти пиратские тряпки и таскались за тобой всё это время?» Джанг растроганно созерцал свою верную команду, заверяющую его в своей вечной преданности. Лазурия плакала, а мертвяки щерились, заверяя капитана: «Память о том, как мы жили, навсегда останется в сердцах этих ребят. Ведь таких колоритных персонажей, как мы, так просто не забудешь! И вообще, пора бы уже закончить легенду о пиратах Джанга и опустить занавес, не думаешь?» «Да что с вами не так, ублюдки...» - проворчал капитан Джанг. - «Решили всё за меня, даже не посоветовавшись...» Обратившись к Соре, он указал на свою треуголку с вышитым на ней вечером, молвив: «Не забывай этого Веселого Рождера». Один из скелетов расколол кинжалом Сферу Вечной Тьмы, находившуюся в теле Джанга... и тут же все мертвяки разом истлели, прекращая свое существование. «Какая решимость!» - мысленно восхитился Алек. – «Они действительно были готовы на подобную жертву...» Остов некромеханического монстра под ногами авантюристов и матросов содрогнулся: наверняка он скоро пойдет ко дну, посему надлежит поскорее возвращаться на корабль. «Нельзя!» - истошно завопила Лазурия, рыдая. – «Не смейте вот так просто уходить, решив всё за нас сами! Почему... почему вы должны были сами принимать такое печальное решение?!» Мыслями драконица обратилась к некроманту Зофину. Почему он навязывает людям такую жестокую судьбу?! Как будто у него вообще никогда не было сердца... Разве он не понимает, скольких людей он заставил страдать и скольким причинил боль своими поступками?! Лазурия обернулась к Соре, выпалила: «Думаю, что смогу это сделать... наверное...» «Тебе не нужно ничего объяснять!» - отвечал тот. – «Что бы ни случилось, я буду с тобой до конца...» Схватив ведди за руку, драконица прыгнула в воду, устремилась вниз, в глубину. Понимая, что Лазурия плавать толком не умеет, Сора прижал ее к себе, продолжил погружение. Остов капитана Джанга медленно опускался ко дну морскому. Двое устремились к нему, и Лазурия вырвала Сферу Вечной Тьмы из бренных останков Джанга. Прижала реликвию к груди, начала преображаться... Потрясенный, Сора гадал: неужто Лазурия приблизила свою душу к истинной сущности, дабы воспользоваться могуществом, заключенным в своей крови? Поистине, это опасное безумие!.. Сора крепко обнял Лазурию... ...Находящиеся в лодках авантюристы и матросы зрели, как из недр морских исходит сияние... а после на поверхность поднялся со дна пиратский корабль, на борту которого пребывала команда капитана Джанга – в полном составе! А также Сора, продолжающий обнимать Лазурию. «Что за чертовщина здесь происходит?!» - пробормотал Джанг в изумлении. – «И корабль, и наши тела... всё возвращается в прежнее состояние!» Мертвяки были так же озадачены, как и их капитан: ведь после того, как раскололи они Сферу Вечной Тьмы, бытие их должно было прекратиться! Вдалеке виднелась Лендерсия, все еще окруженная демоническими миазмами. Казалось очевидным, что магические аномалии, терзавшие Астолтию, значительно ослабли, но... почему же нежить продолжила существование?.. Пираты с изумлением лицезрели маленького дракончика, порхающего над палубой и сжимающего в лапках знакомую драгоценность. Прежде был он изваянием, овивающем Сферу Вечной Тьмы. Неужто... ожил?!. Капитан присмотрелся к дракончику, осознав, что Сфера Вечной Тьмы исчезла, и Лазурия устало пояснила пиратам: «Этот малыш и был той самой сферой. Сила драконьей крови даровала жизнь Сфере Вечной Тьмы. Я слышала от капитана, что именно она поддерживала ваши временные жизни как нежити... Изначально это было магическое устройство, которое извлекало магию из демонических миазм... Но, похоже, срок службы самого устройства был не таким уж долгим... Поэтому, если вы сможете поддерживать свои тела как обычные живые существа, поглощая пищу и воздух и вырабатывая магические энергии...» «Понятно! Значит, даже без миазм мы сможем поддерживать наши тела в форме!» - загалдели мертвяки, любуясь порхающим над ними дракончиком. – «Значит, пока этот малец в порядке, с нашими телами всё будет хорошо?.. Говорят, продолжительность жизни драконов составляет сотни, а то и тысячи лет! Не знаем, сколько проживет этот малыш, но... для дракона у него весьма необычное происхождение, так что, думаем, он проживет очень долгую жизнь...» «Про... простите меня!» - всхлипнула Лазурия. – «На самом деле я очень хотела вернуть вам ваши настоящие живые тела, но... моей нынешней силы... силы крови... оказалось недостаточно!..» «О чём ты говоришь, милая? Нам и этого более чем достаточно!» - утешали ее пираты. – «Даже если бы мы вернули плоть на эти кости, мы всё равно остались бы теми ещё страшилами...» «Все вы... все вы так сильно страдали и мучились... и всё же нашли в себе мужество...» - расплакалась драконица. – «Вы уже решили, как проживёте остаток дней и как встретите свой конец... А я... я просто пошла на поводу у собственных чувств и проигнорировала ваше решение... В итоге... то, что я сделала, ничем не отличается от поступков тех злых магов! Но... Но я просто не хотела, чтобы вы все исчезали!.. Я не знала, как поступить правильно... И тогда у меня совсем не было времени, чтобы всё как следует обдумать...» «Да что это с тобой? Неужели ты из-за такого переживала?!» - восклицали пираты. – «Как же ты серьезно к этому относишься, Лазу! Ты ведь так старалась ради нас... потому что мы тебе нравимся, верно? Мы так счастливы! Спасибо тебе - за то, что дала нам время... еще раз спокойно осознать и принять тот факт, что мы родились на свет!» Лазурия была потрясена словами пиратов, а Сора улыбнулся ей, шепнул: «Я так рад за тебя, Лазу!» «Да! Я тоже... так рада...» - рыдала драконица, прижимаясь к груди ведди, который продолжал ее обнимать. – «...Я правда... Я так счастлива-а-а!» Потрясенная Мальтина, поднявшаяся на борт судна наряду с иными авантюристами и матросами, наблюдала за Лазурией и Сорой, сознавая: когда девушке плохо или одиноко, Сора всегда рядом, чтобы поддержать ее. И сейчас, вспоминая недавний разговор с Лазурией, понимала чародейка: чувство «люблю всех вас» и чувство «люблю Сору»... кажется, немного разные...
«Ну и ну», - усмехнулся Плаку. – «Подумать только, что всё закончится вот так. А ведь это была забавная затея». «Ты уже собираешься уходить, Плаку?» - обратился к нему Зофин, и отвечал демон: «А что поделаешь? В этот раз у меня больше нет пешек, чтобы продолжать буйство». Обращаясь мыслями к драконьей принцессе, Плаку размышлял о том, что девчонка, сохранив свою личность маски, все же сумела высвободить толику силы истинной сущности. Если бы они забрали ее прежде, это навряд ли бы произошло...
«Что будешь делать теперь, капитан?» - обратился Сора к Джангу, и тот задумался: «Что буду делать... Ну и вопросик. Я ни о чем таком и не думал. Я даже не представлял, что всё так закончится... Вообще-то, я планировал упокоиться в одиночку, как только верну этих ребят к жизни». «Всё уже решено! Мы снова станем пиратами, капитан!» - зашумели мертвяки. – «У нас больше нет причин слушаться тех ученых... Мы сможем свободно плавать даже за пределами тумана! Мы снова станем пиратами под этим синим небом, как в старые добрые времена, капитан!» «Не знаю... Боюсь, всё будет не так просто», - произнес Гиб, и собравшиеся на палубе пираты и авантюристы обернулся к гному. – «Дела в море сейчас сильно отличаются от тех времен, когда бороздили его столетия лет назад. С тех пор как несколько сотен лет назад открыли межконтинентальную железную дорогу, торговля в Астолтии постепенно переместилась с кораблей на поезда... А после того как Лендерсия оказалась скрыта демоническими миазмами и море стало опасным, морская торговля и вовсе сошла на нет. Торговых судов, которые были вашей добычей, стало меньше, а опасностей вроде монстров — больше. Говорят, в последнее время многие пираты даже бросают свое дело из-за голода». «Да и вообще, эти воды — важный торговый путь для нашей торговой компании ‘Эскода’, понимаете?» - скрестив руки на груди, обратился к пиратам капитан Палбокки, и матросы «Метеора» поддержали его: «Во-во, точно! Мы не можем позволить вам тут безобразничать!» Пираты и матросы воззрились друг на друга; напряжение вновь стало нарастать. «Эй, подождите! Успокойтесь вы все!» - выкрикнула Мальтина. «Прекратите! Мы же только что поладили!» - вторила ей Лазурия. «Мы ведь помогали друг другу, у нас теперь... общие узы», - обратился к авантюристам мертвяк-маг. – «Может, вы просто... сделаете вид, что ничего не видели, и отпустите нас по-тихому?» «Я бы и рад, но...» - вздохнул Алек. – «Будучи стражем торгового судна, я не могу так поступить. Даже если мы вернемся, нам придется доложить королеве Веринарда. А это значит, что карательный отряд за вами вышлют наверняка!» «Проклятье... так я и думал», - пронеслось в разуме Джанга. – «Обычные люди и пираты не могут вот так просто взять и понять друг друга... В конце концов, мы ведь просто кучка зомби и скелетов... нежить...» Радостная атмосфера, царившая на борту, в одночасье сошла на «нет». «Не может быть... Почему всё так обернулось?!» - воскликнула Лазурия. – «Что же нам теперь делать...» «А-а-а, ну и ну! Какие же вы все проблемные!» - выкрикнула Мальтина. – «Как вы можете продолжать этот спор после того, как устроили такой переполох?! У меня просто слов нет! Мы хотим торговать! Вы хотите быть пиратами! Неужели единственный способ разрешить это противоречие — это драться!» Она потребовала, чтобы мертвяки немедленно принесли ей бумагу, перо и чернила, и, когда получила надлежащие принадлежности, составила контракт, гордо продемонстрировав его обеим сторонам. «Торговцы решают все свои проблемы именно так!» - объявила Мальтина. – «От имени торговой компании «Эскода» я выдаю пиратскому флоту Джангу каперское свидетельство! Теперь вы все становитесь контрактными сотрудниками нашей компании!» Признаться, пираты такого оборота не ожидали, и ныне таращились на чародейку в вящем изумлении. «Ч-ч-ч-чего?!» - взвыл Палбокка. – «Нанять пиратов?! Да если твой отец об этом узнает... даже не представляю, что он скажет!» «Спокойно, спокойно!» - урезонила капитана Мальтина, пояснила пиратам: – «Я беру всю ответственность на себя и всё улажу! Разумеется, грабежи торговых судов и прибрежных деревень теперь под строгим запретом! Вашей основной задачей будет охрана торговых кораблей, очистка моря от монстров и прокладка новых маршрутов! К тому же вы ведь привыкли к демоническим миазама. Если вы откроете новые пути в прибрежных водах Лендерсии, то, возможно, мы сможем восстановить прямое сообщение с материком! Если мы монополизируем такой маршрут, прибыль будет колоссальной! А я уж не поскуплюсь на дополнительные выплаты, ясно?! Ну как? Настоящее морское приключение для настоящих мужчин! Не находите, что это чертовски привлекательное место работы?» Пираты озадаченно переглядывались, посматривали на своего капитана, а то оглушительно расхохотался, вымолвив: «Ну и ну... Невероятные нынче пошли авантюристы... Что ж, решено! Слушайте, салаги! С сегодняшнего дня эта девчонка — наш владелец! Не смейте относиться к ней неуважительно! Она теперь главная! Поднять якорь! Развернуть реи! Этот корабль берет курс на сияющий Веринард! Отплываем!» Пираты бросились исполнять приказы капитана, а тот, наблюдая за ними, размышлял: «Наше путешествие, которое было лишь кровавым путём во тьме... превратилось в нечто иное... Кто бы мог подумать, что всё закончится именно так...» Лазурия бросилась обнимать Мальтину, которой удалось найти выход из толь сложной ситуации. «Вперёд, паршивцы!» - взревел капитан Джанг, искренне наслаждаясь своим новым существованием. – «Пусть наше новое плавание будет благословенным и полным приключений!»
«О-о-о-о! Какой оживленный город!» - Лазурия в изумлении созерцала уличных музыкантов и артистов, развлекающих публику, и Гиб пояснил ей: «Это остров развлечений — Лаккаран! Это крупнейший центр досуга в Астолтии, открытый лордом Голлеком. Здесь находятся гигантское казино и огромный колизей». «Мы зашли в этот город по делам торговли?» - уточнил Сора у Рубиби, и тот отвечал: «Есть несколько мелких сделок, но основная цель — дать команде корабля немного отдохнуть». «Бедные пираты...» - вздыхала Лазурия. – «Мне их даже жалко, они ведь остались ждать на корабле в открытом море». «Ну, какое-то время ничего не поделаешь», - молвила Мальтина. – «Нужно будет позже придумать, как организовать для них систему социального обеспечения и отпусков...» На площади заметили путники цирковой шатер, и Мальтина задалась вопросом: «Интересно, неужели сюда приехала труппа странствующих артистов?» «Давайте зайдем и посмотрим», - предложил остальным Сора. Авантюристы ступили в шатер, где уже расположилась публика, а на сцене шло представление труппы. «Хоть мне и неловко представляться в таком положении...» - возвещал артист, пуклипо, - «моя родина — знаменитые своими талантами Земли Пуку! С пеленок я играл с ветром! Стоит мне подбросить мяч — и это будет сто из ста! Смотрите, как я замеряю ритм танца!.. Кручусь-верчусь, словно флюгер... яркой вспышкой врываясь в ваш город! Давайте же заставим расцвести сакуру смеха! Мы – Ноджипо и труппа ‘Флаппе’! С этого момента начинается полное событий и превращений мгновение, подобное сну! Наслаждайтесь представлением в по-о-олную силу-у-у!» Сора и Гиб переглянулись: это же труппа, принадлежала к которой в прошлом Урипо!.. Урипо же незаметно выскользнула из шатра, устремилась прочь. «Так и знала, что это Ноджипо и остальные!» - ворчала она. – «Что они делают в этом городе? В общем, пока корабль не отплывет, я где-нибудь спрячусь!» Не ведала Урипо, что не осталась незамеченной членами цирковой труппы...
«Вам было одиноко без меня?!» - спрашивал Зофин. – «Ну признайтесь, было ведь?! Очень одиноко?!» «Ага, прям помереть со скуки хотелось», - Эсторис не удержалась от саркастического замечания. – «Ты припозднился, Плаку. И ты, Зофин. Говорят, ты, Зофин, натравил на них тех пиратов-мертвяков? И как всё прошло? Я лишь предоставила корпус корабля, но всё же... Не слишком ли жалкими они оказались для противников такого уровня?» «Да понимаете, этих ребят... их всех переманил к себе тот малец с линиями-дополнениями!» - стушевался некромант. – «Буквально предложил им работать на ту сторону!» «Вот как...» - протянула Эсторис. – «Ни черта не понятно». «А как проявили себя в деле мои монстры из водорослей?» - осведомилась Эбби. Зофин пробормотал что-то о том, что создания сии весьма недурны на вкус, и Плаку, желая поскорее перевести тему, обратился к Эбби, поинтересовавшись: «Каково состояние Луны Возмездия?» «Все идет как надо», - заверила его Эбби, кивнув в сторону резервуара. – «Магические жилы, которые Лорд Демонов Исрат защищал до самого конца, действительно полны невероятной маны». «Результаты наших исследований, которых мы не могли претворить в жизнь со времён древней империи Урбеи наконец-то будут явлены миру в эту эпоху!» - возликовал Зофин. «Это еще не значит, что наши изыскания завершены», - напомнила ему Эсторис. – «Если главная героиня, драконья принцесса, продолжит в том же духе, то эта штука в итоге останется лишь пустой оболочкой!» «Неужели всё настолько плохо?» - расстроилась Эбби. «Да...» - подтвердила Эсторис. – «Ее сверхинтеллектуальные способности теперь из-за каких-то дурацких индивидуальных особенностей не стоят и ломаного гроша... Теперь они даже хуже, чем у горных обезьян...» «Ну что ж, на этот раз всё было довольно забавно», - хохотнул Плаку. – «Эта девчонка... Сохранив своё человеческое ‘я’, она умудрилась высвободить часть силы истинной сущности». «Что?!» - изумилась Эсторис. «Похоже, связь между истинной сущностью и маской, которую мы знаем, может немного отличаться от той, которой мы стали свидетелями...» - пояснил Плаку. «Н-но... но как?!» - Эсторис ушам своим не верила. – «Сила, которой обладает истинная сущность, — это то, что можно использовать, только достигнув состояния абсолютного единения с нею. Даже если она извлекла часть силы, это лишь означает, что эта сила находилась в пределах человеческого разумения!» «Ну, кто знает», - посмеивался Плаку, а Зофин предложил сподвижникам: «Я думаю, было бы неплохо ещё немного понаблюдать за нею?»
Лазурия во все глаза смотрела на артистов, а Гиб шепнул ей: «Похоже, они такие же авантюристы, как и мы». «Оказывается, быть авантюристом — это не только сражаться с монстрами и зачищать подземелья», - размышляла драконица. - «Существуют приключения, цель которых — путешествовать по миру и радовать мирян вот так! Мальтина, например, стала торговкой, а Гиб и Урипо путешествуют, чтобы набираться знаний и оттачивать свое мастерство... А Сора... странствует в надежде вновь встретить штормового дракона?» И вновь в разуме Лазурии возник образ малыша Соры в бушующем море, завороженно взирающего на битву драконов... «Кстати, а куда это Урипо подевалась?» - шепнул Сора Гибу, и отозвался тот: «Ей, должно быть, до сих пор неловко показываться им на глаза. Думаю, к ужину она всё же вернётся в гостиницу...» «И правда, почему Урипо исчезла?» - недоумевала Лазурия. – «Ведь в цирке было так весело...» «Урипо изначально была участницей этой труппы», - пояснил ей Гиб, а Сора добавил: «Она просто втихаря сбежала от них и прибилась к нашему отряду, потому что не хотела, чтобы ее нашли». «Че-е-е?!» - опешила Лазурия. «Когда выступление закончится, пойдем поздороваемся со всеми», - заявил Гиб. «Мы с Гибом старые знакомые этого импресарио и остальных», - заверил драконицу Сора.
«Никак не ожидала, что Ноджипо и его труппа окажутся здесь, в Лаккаране!» - тревожилась она. – «Если они меня случайно заметят, мне точно несдобровать! Пока корабль не отплыл, буду сидеть тихо и не высовываться...» Сзади послышался шум; прохожие отбегали в стороны, ибо по дороге бежала черная саблезубая тигрица, на спине которой восседала пуклипо. «Урипо-о-о!» - вопила она во все горло. – «Где же ты пропадала всё это время? Ты хорошо кушала? Ты здорова?» Урипо опешила, узнав укротительницу монстров из труппы «Флаппе» - Бифусицу. «Бифусицу?!» - выдавила Урипо. – «Значит, этот огромный монстр — Сальса?! Всего за два года она выросла до таких размеров! «Да и вообще, нечего разъезжать на монстрах посреди города! Это вам не глухая деревня в Землях Пуку!» «Понимаешь», - принялась объяснять ей укротительница, - «я не могла дотащить все продукты для ужина в одиночку. А Сальса как раз сегодня была свободна, вот я и взяла ее в качестве носильщика. Я даже подумывала втихаря прикупить ей чего-нибудь вкусненького...» «Не выпускай голодного монстра из клетки!» - возмутилась Урипо. «Да всё в порядке!» - махнула рукой Бифусицу. – «Сальса ещё не знает вкуса человечины». Урипо бросилась наутек, а Сальса, расценив это как игру, поспешила за ней.
Сора и Гиб высказали свое восхищение представлением, отметив, что актеров в труппе заметно прибавилось. «С тех пор как мы начали гастролировать за пределами Земель Пуку, мы оказывались втянуты в самые разные приключения и перезнакомились с кучей авантюристов», - пояснил им глава труппы. Бывает, кто-то ищет попутчиков, и мы предлагаем им кров в обмен на помощь в выступлениях. Знаете, авантюристы ведь народ талантливый, у каждого в запасе пара-тройка трюков найдется. И на сцене они справляются на удивление хорошо, отзывы отличные! Как говорится, в пути нужен спутник, а в жизни — сострадание... Те, кому с нами по пути, на время становятся нашими ‘временными участниками’ и выходят вместе с нами на сцену!» «Здорово...» - восхитилась Лазурия. – «Вы словно одна большая семья!» «Семья, значит?» - усмехнулся Ноджипо. – «Ну, в каком-то смысле мы и правда на нее похожи! Юная леди, ты новый товарищ Соры?» «Да! Я Лазурия!» - выпалила драконица. – «Я совсем недавно стала искательницей приключений! Прошу любить и жаловать!.. Послушай... Урипо ведь раньше была в вашей труппе, верно? Почему же она ушла отсюда и решила стать спутницей Соры?..» И Сора, и артисты воззрились на Лазурию, и та растерялась: «Конечно, путешествовать с нами тоже весело, но... когда я увидела сегодняшнее представление, то подумала, что это по-настоящему потрясающе! Если бы Урипо стояла на этой сцене, она наверняка смогла бы порадовать столько зрителей... Почему же она ушла? Вы что, поссорились или вроде того?» «Ну, можно сказать и так...» - улыбнулась Ноджипо. – «Искусство рождается лишь тогда, когда в гармонии сходятся время, место и люди. Возможно, для нее наша труппа просто перестала быть таким местом... Ну что ж... С чего бы начать рассказ... Бродячий артист Флаппе. Если говорить о нём, то он был величайшим мимом своего времени, покорившим Мегистрис. Эту труппу когда-то основал отец Урипо, который также был моим учителем. «Мы путешествовали по всему континенту, чтобы дарить людям смех даже в разгар войны, но... в какой-то момент господин Флаппе сказал, что хочет заново переосмыслить своё искусство, и покинул труппу. Эта девчонка, Урипо... она всегда мечтала когда-нибудь стать первоклассной уличной артисткой, как ее отец. Она даже тренировалась для этого... Но у нее совсем не было таланта. Как бы она ни старалась, она никак не могла рассмешить публику. В итоге она совсем отчаялась и бросила это дело... Если бы я только мог получше обучить ее основам мастерства... Но на мне лежала ответственность за всю труппу, и у меня просто не оставалось на это сил... Ну да ладно! Я так рад, что такие славные ребята, как вы, взяли Урипо в свою команду! Похоже, теперь она может спокойно и в свое удовольствие оттачивать собственное мастерство». «Но... откуда ты всё это знаешь?» - поразилась Лазурия. «Глядя на ваши честные, открытые лица, я чувствую это!» - рассмеялся Ноджипо. – «Сейчас она показывает по-настоящему изысканное мастерство. Мне кажется... что ее искусство живет в ваших улыбках». «Невероятно!..» - осознала Лазурия, осмысливая слова пуклипо. – «Через искусство... наши сердца оказались связаны так глубоко!..» «Я пойду поищу Урипо!» - заявила она, бросаясь к выходу из шатра. – «Ведь мы же семья! Я думаю, если мы будем ближе и сможем чувствовать тепло и запах друг друга, мы станем ещё счастливее! Ждите меня!» «Эй-эй! Ты же снова заблудишься...» - перепугался Сора, но девушки уже и след простыл. «У тебя прибавилось хороших друзей, Сора!» - хохотнул Ноджипо, и Сора утвердительно кивнул. «Ну что, пойдём и мы поищем Урипо!» - предложил ему Гиб, и двое, простившись с артистами, поспешили вслед за драконицей...
Погруженная в собственные мысли, она столкнулась с высоким ведди, сбив того с ног. Ведди выронил корзину с лекарственными травами, которые нес он в гильдию алхимиков. Извинившись, Лазурия помогла ведди собрать травы; подсобили и прохожие. «Ты торгуешь травами?» - уточнила девушка, и ведди кивнул: «Я выращиваю и собираю лекарственные и ароматические травы на острове Джуль. Меня зовут Иеба. А ты, юная леди, искательница приключений?» «Да! Я Лазурия!» - представилась драконица. - «Мы приплыли в этот город на корабле вместе с друзьями!» «Послушай... если ты не против...» - начал Иеба. – «Не позволишь ли ты мне угостить тебя ужином в знак благодарности за помощь? Тут неподалеку есть одно хорошее заведение, которое я часто посещаю». Лазурия была голодна, но все же промямлила: «Мы... мы сейчас должны искать нашу отбившуюся подругу...» «Ах... если так, то...» - вздохнул Иеба. Он угостил Лазурию Колизей-бургером: его можно было есть на ходу, не отрываясь от поиска подруги. После чего вызвался проводить ее. Двое шагали по улицам города. Лазурия уминала бургер, а Иеба держался чуть позади, уточнил: «Так ты... идешь своих друзей?» «Ага!» - отозвалась девушка. – «Я просто хочу поскорее помирить своих товарищей, которые поссорились, но... между нами просто произошло небольшое недопонимание, и они никак не могли встретиться! Поэтому я хочу увидеться с ними как можно скорее...» Лазурия и не мыслила, что под иллюзорной личиной ведди Иебы скрывается демонесса Эбби. И сейчас та внимательно изучала драконицу. «Я понимаю, почему она приглянулась Плаку», - размышляла Эбби. – «Она излучает сияющую жизненную силу истинной сущности... такую прямую и искреннюю!.. Насколько же она прекрасна, эта девочка!» Эбби отчаянно жаждала обратить Лазурию в средоточие растительного и животного начал, сотворить новый, величайший гибрид оный, станет который истинным украшением ее сада!.. «Наверняка... она расцветет прекрасным цветком...» - проносилось в разуме демонессы. – «Совершенная красота... от которой у любого смотрящего заледенеет душа! Нужно лишь совсем немного... привить ей веточку... Всего лишь... и тогда...» Иеба незаметно для спутницы вытащил из корзины черенок с острым шипом... когда Лазурия с криком «Урипо!» рванулась вперед, узрев саблезубую тигрицу, облизывала которая лицо пуклипо. Иеба последовал за Лазурией, когда тигрица при приближении его глухо зарычала, явно ощущая демонические энергии за обличьем ведди. «У меня дела и мне пора», - заторопился Иеба, обращаясь к Лазурии. – «Ты ведь нашла ту, кого искала. Надеюсь, еще встретимся!» Драконица проводила Иебу озадаченным взглядом, когда у ней обратилась пуклипо-укротительница: «Ты, должно быть, подруга Урипо?» «Д-да...» - выдавила Лазурия. – «А ты кто?» «Я – Бифусицу, и для Урипо как старшая сестра», - представилась пуклипо. – «А еще я укрощаю и врачую монстров. Кажется, от тебя, барышня, немного пахнет Урипо... Даже Сальса, которая не любит незнакомцев, смотрит на тебя таким голодным взглядом!..» И действительно: тигрица взирала на Лазурию поистине плотоядно...
«Это было очень опасно, то, что только что...» - пробормотала демонесса, скрывающаяся под личинной аптекаря-ведди. – «У животных нюх острый... Хотя благовония должны были скрыть запах демонического начала... И все же, каким сиянием жизни обладает это дитя! По старой привычке я чуть было не превратила ее в комнатное растение... Ведь сила этого ребенка всё ещё необходима господину... Интересно, когда всё закончится, останется ли от него лишь пустая оболочка?.. Нет... впрочем, это не важно. Пусть даже останется одна пустая оболочка, я заберу горшочек с этим растением себе. Поставлю его у самого изголовья своей постели. Проснувшись утром, первым же делом я поцелую его и полью водой. Я буду оберегать его 24 часа в сутки. Не дам пробиться ни единому сорняку, ни единому насекомому не позволю коснуться его. А когда я умру, пусть его пересадят прямо на мою могилу. Я стану для него удобрением и навеки сольюся с этой девой в одно целое!» И снова рычание за спиной. Обернувшись, Иеба зрел саблезубую тигрицу, вылизывающую лицо отбивающейся Лазурии. «Ч-ч-что это за чудовище такое!» - возмутилась демонесса. – «Зачем оно измазало мой ‘душистый горошек’ своими вонючими слюнями?! А если я подхвачу какую-нибудь заразу, что мне делать?!» Иеба спрятался за углом, наблюдая, как бегут к драконице ведди и гном. «Интересно, куда делась Лазу?» - задавался вопросом Сора. «Она как что в голову взбредёт — сразу бросается в бой», - усмехался Гиб. – «В последнее время она стала немного напоминать Сору...» Позже, приветствовав Бифусицу, Сора и Гиб расположились подле нее, тигрицы, драконицы и Урипо на ступенях, ведущих к площади, поведали старой знакомой о своем прибытии на остров Лаккаран. «Значит, Урипо всё-таки путешествует с вами двоими...» - заключила Бифусицу. «...И не думала, что труппа Флаппе заглянет в Лаккаран!» - подтвердил Сора. «И Сальса совсем уже взрослая стала!» - заметил Гиб, гладя тигрицу. – «Достойная лунная тигрица». «Лунная тигрица?» - озадачилась укротительница. – «Не саблезубая тигрица?» «Лунная тигрица – одна из редких разновидностей саблезубой», - пояснил ей гном. «Эта малышка неожиданно родилась у саблезубой тигрицы, которую держали в труппе...» - пояснила собеседникам Бифусицу. – «Урипо была категорически против того, чтобы разлучать ее с папой и мамой еще младенцем, говоря, что это жестоко. Она очень старалась, ухаживая за нею, и помогла пережить тот опасный период, когда она была совсем крохой». «А-а-а, да я просто немного присмотрел за ним, когда он был мелким!» - возопила Урипо, немного придя в себя после тигриных ласок. – «И в итоге она ко мне привязалась так, что теперь прохода не дает!» Лазурия вспомнила слова Ноджипо о том, что отец Урипо возжелал заново переосмыслить свое искусство и покинул труппу. «Но ты слишком ее баловала...» - продолжала говорить Бифусицу. – «Привычка кусаться осталась, потому что ты не приучила ее как следует, верно?» «Ну, извини!» - отозвалась Урипо. «Урипо не хотела разлучать Сальсу с её отцом и матерью-тигрицей, потому что... сама осталась без отца и ей было очень одиноко?» - предположила Лазурия, и Урипо покраснела: «Вот ведь! Ноджипо разболтался, как я погляжу! Вовсе я не сочувствовала! Я просто подумала, что редкий монстр станет украшением для выступлений нашей труппы! Хоть мне и было ее жалко, но это не значит, что я сочувствовала! Мой папа обещал, что обязательно вернётся! И вообще... Прежде чем папа вернётся, Урипо станет первоклассной артисткой и выйдет на одну сцену вместе с ним! Ну, таков мой план, так что мне совершенно не одиноко!» «Кстати говоря, это ведь и было причиной, по которой Урипо стала искательницей приключений», - подтвердил Сора. «С тех пор прошло уже два года?» - улыбнулся Гиб. – «Как-то даже ностальгично». «Это вы о том... когда Урипо стала спутницей Соры и остальных?!» - уточнила Лазурия. Сора решил поведать Лазурии о том дне, когда они встретили Урипо. Началась эта история пять лет назад. Флаппе покидал деревню Пуклет, и Урипо наряду с Бифусицу и Ноджипо провожали его. «Нет, не уходи!» - молила Урипо, хватая отцу за руку. – «Если ты уйдешь, то и я за тобой!» «Прости меня, Урипо, но, пожалуйста, постарайся понять», - отвечал ей Флаппе. – «Папе просто необходимо снова на время остаться одному и еще раз отточить своё мастерство. Я просто обязан сделать это до того, как в Астолтии настанут времена настоящего хаоса. Пока что это лишь незначительные странности, но в Астолтии уже начали происходить зловещие перемены. С каждым днем магическое влияние усиливается... Кажется, будто в сиянии Реки Света порой мелькает слабая тень... Число жертв от нападений обезумевших монстров понемногу растет. Я слышал, что великие мудрецы со всего мира уже начали расследование... Возможно, однажды в Астолтии разразится великая война между людьми и демонами, о которой будут слагать легенды... И мы, артисты, тоже должны подготовиться к этому времени». «Подготовиться?!» - воскликнула Урипо. – «Какая еще война?! Оставь это воинам или магам! Какое отношение всё это имеет к тебе, папа, ведь ты - просто артист!» «И вправду», - усмехнулся Флаппе. – «Сражаться и побеждать врагов — это не дело артиста. Однако в эпоху войн у артистов есть важная работа, которую могут выполнить только они. Эта работа — оберегать сердца мирян, чтобы они не забыли, как смеяться! В сражениях, чтобы противостоять великому насилию и несправедливости, смертным порой приходится полагаться на гнев и ненависть. С кротким сердцем и добрыми чувствами невозможно выстоять перед натиском истинной злобы и ярости. Но... после победы, добытой таким путем, в сердцах остается лишь этот самый гнев и ненависть... Чтобы победить демонов, миряне сами могут превратиться в нечто подобное им. Именно поэтому, чтобы этого не случилось, нам необходимы смех и шутки! Нужно развеивать опасные заблуждения остроумными шутками и заставлять людей вспомнить о надежде в те времена, когда им приходится терпеть невыносимые страдания, не видя конца и края... Острой иронией мы должны сметать дискриминацию и предрассудки! И тогда люди смогут пройти через хаос войны, не теряя человечности... Мы растим саженцы, чтобы в будущем расцвело счастье для следующего поколения! В этом и заключается истинное предназначение, которое мы, артисты, должны исполнить! Поэтому... до того, как настанут по-настоящему тяжелые времена, папа хочет побыть немного один и переосмыслить свое мастерство. Урибо, возвращайся к маме в Мегистрис. Через несколько лет папа обязательно вернется...» «Я останусь в этой труппе и буду оттачивать свое мастерство еще усерднее!» - обещала ему Урипо. – «И когда-нибудь я догоню тебя и исполню наше предназначение артистов на одной сцене вместе с тобой!» «Похоже, я недооценил твою страсть к искусству», - рассмеялся Флаппе. - «Может быть, это я был тем, кто пытался навязать тебе свои чувства...» Обратившись к Бифусицу и Ноджипо, поинтересовался Флаппе, может ли он доверить им заботу о труппе и Урипо. Те подтвердили: конечно! «Ноджипо, искусство Элтоны, которое ты сейчас изучаешь, кажется очень глубоким», - напомнил Флаппе юному актеру. – «Было бы неплохо сделать его основой для будущих постановок нашей труппы, не так ли?» «П-правда можно?!» - воодушевился Ноджипо, и Флаппе кивнул: «Конечно. Ты, в свою очередь, пожалуйста, продолжай оттачивать свое собственное мастерство до совершенства!» Последние слова его были обращены к дочери, и добавил Флаппе: «Папа будет с нетерпением ждать того дня, когда ты найдешь свой собственный путь в искусстве и раскроешь все его возможности...» «Я буду стараться!» - заверила его Урипо. – «То, что ты говоришь, слишком сложно, и я мало что понимаю, но я буду много тренироваться... и когда-нибудь обязательно догоню тебя!» Флаппе ушел, и боле Урипо его никогда не видела... В последующие три года Урипо оставалась в Пуклете, играя в составе труппы. Она отчаянно старалась смешить публику, выступая на сцене вместе с Сальсой в репризе «Крот» – но получалось не очень. «Почему?!» - расстраивалась Урипо. – «Когда эту сцену играл папа, тут все покатывались со смеху!» «Смех — это не то, что можно просто взять и вызвать запросто!» - пояснял ей Ноджипо, оттачивающий свой собственный номер. – «Ты просто копируешь программу труппы Флаппе, и всё! Но на настоящей сцене зрители, актёр и сама атмосфера создают нечто единое... Нужно уметь импровизировать на ходу, чувствуя момент. Для этого нужно очень глубоко понимать себя и чувства зрителей...» «Откуда мне знать, о чём там другие думают?!» - возмущалась Урипо. – «Как прикажешь это тренировать?!» «Поэтому тебе нужно смотреть чужие выступления и самой чаще выходить на сцену, чтобы постепенно всё понять...» - попытался объяснить Ноджипо, но Урипо отмахнулась: «Если так тянуть кота за хвост, я никогда не догоню отца!» Она бросилась прочь со сцены, не слушая Ноджипо, призывающего ее вернуться. Верная Сальса последовала за Урипо в лес близ селения Пуклет. «Я ни черта не понимаю из того, что лопочет братец Ноджипо!» - злилась пуклипо. – «Он просто придирается, потому что я стала гораздо лучше исполнять папин номер!» «А по-моему, то, что он говорил, было довольно дельным», - послышалось верным, и Урипо заметила ведди, сидящего на ветви дерева. «Ты кто такой?» - набычились она. «Виноват, виноват!» - улыбнулся ведди, указал на гнома, выглядывающего из-за ствола. – «Мы просто проходили мимо и случайно услышали! Мне стало любопытно, как проходят репетиции знаменитой труппа Флаппе... Твоя прошлая шутка... Это же была реприза труппы Флаппе под названием ‘Крот’, верно?! Когда я был совсем маленьким, ходил на выступление этой труппы вместе с папой и мамой! Мой старик тогда просто до колик хохотал над номером с улиткой!» «Ты... Ты видел выступление папы на сцене?» - поразилась Урипо. «Ты что, ребенок основателя труппы?!» - озадачился гном, а ведди воскликнул: «Серьезно? Невероятно! Ну, раз это задание связано с труппой, я ожидал чего-то такого... Но встретить его собственного ребенка так внезапно!..» «У тебя отличный вкус!» - приосанилась Урипо. – «Величие госпожи Упипо ослепляет! Ниц, склонитесь все!» «Но всё-таки, если сравнивать с мастерством самого оригинала, тебе ещё далеко...» - добавил ложку дегтя ведди. - «Как бы это сказать... Ты какая-то скованная, что ли. «Настоящее мастерство выглядело как-то... более живым и весёлым, что ли... Оно просто захватывало тебя, и ты начинал смеяться сам собой, не задумываясь о чем-то сложном». «Что-о?!» - разозлилась Урипо. – «Слишком много на себя берешь! Что ты вообще смыслишь в искусстве?!» «Ну, вообще-то я довольно придирчив к комедийным номерам», - просветил ее ведди. – «Я ещё пацаном зачитывался сборниками афоризмов самого Порона!» Гном кашлянул, и ведди спохватился: «Но мы ведь пришли сюда вовсе не для того, чтобы на представления глазеть. Точно, я же еще не представился. Я — Сора, а это мой напарник Гиб! Мы оба только-только ступили на стезю искателей приключений. Сегодня мы получили задание от пуклипо по имени Наблет из города Орфея и пришли в деревню Пуклет!» «Задание?» - протянула Урипо. Сопроводив ее в деревню, Сора и Гиб встретились с Ноджипо и Бифусицу, пояснили им: «Монстры свирепеют. За последние несколько дней из-за направления ветра магическая скверна, скопившаяся в северной Долине Кегарэ, притекла сюда, в Пуклет. Это означает, что монстры, которых содержит труппа, могут попасть под её влияние». «Если подумать, в последнее время и правда часто дуют необычные для этого сезона северные ветры...» - согласилась Бифусицу. «Это вполне возможная история...» - кивнул Ноджипо. – «Но откуда Наблет из Орфеи знает о таких вещах?..» «Ну, этого мы и сами не знаем...» - признался Сора, а Гиб, вытащив из сумы флакон, молвил: «Нам просто сказали передать это главе вашей труппы, и всё...» «Что это за подозрительное зелье такого странного цвета?» - с подозрением осведомилась Урипо. «Говорят, если разбрызгать это ‘Радужное зелье’ где-нибудь в деревне, оно нейтрализует скверну, пока ветер не утихнет», - отвечал ей Гиб. «Хм... Значит, это для Флаппе...» - заключил Ноджипо. – «Вот ведь незадача... Если это и правда от него, значит Наблет и наш глава должны быть старыми друзьями, но всё же... Наблет из Цирка Наб-Наб — легендарный артист, который к тому же является мэром города Орфея! Его популярность как артиста просто невероятна... А еще он герой, раскрывший множество дел, произошедших в Землях Пуку. Злые языки поговаривают, что он сам всё подстраивает ради славы... Но, как бы то ни было, он пуклипо загадочный и скрытный. Он словно заранее знает, где и что произойдет... Появляется из ниоткуда и ловко всё улаживает. И вы просто взяли это зелье? Вам даже рекомендательного письма не дали?» Авантюристы признались: письмо все-таки было. Но по пути из Орфеи, в долине под железнодорожным мостом их атаковали рыцари – наездники слизней, и они чуть не погибли... «О, точно...» - припомнила Бифусицу. – «В тех краях бродит рыцарь-переросток, который любит проверять на прочность новичков». «Да вы просто кучка дилетантов, раз вас уделали какие-то рыцари-наездники», - рассмеялась Урипо, и Сора насупился: «Скоро мы научимся побеждать таких выскочек на раз-два...» «Ты тоже помалкивай, дилетант!» - прервал Урипо Ноджипо, задумался: «Хм, вот ведь незадача... Оставим в покое ребят, но можно ли доверять этому пуклипо, Наблету. Ходят слухи, что в последнее время в Астолтии объявилась шайка, пытающаяся нарушить мир и спокойствие...» Сора и Гиб озадаченного переглянулись, а подоспевшие деревенские детишки сообщили Ноджипо, что монстры труппы, находящиеся в загоне, внезапно начали буянить. «Видишь! Всё именно так, как мы и говорили!» - выкрикнул Сора, спеша вслед за Ноджипо к загонам. «Невероятно... Неужели он и правда предсказал то, что должно было произойти?!» - размышлял тот. – «А что, если... эти ребята сами что-то подстроили или их заставили это сделать...» Сора откупорил флакон, плеснул зелье в воздух... и монстры, и звери труппы в одночасье успокоились. «Гиб, наше первое задание с блеском завершено!» - возгордился юный авантюрист, но осекся, когда взоры монстров и бестий обратились к нему...
«Если вспомнить, Гиб в те времена был совсем робким и постоянно дрожал», - не упустила возможности поддеть гнома Урипо. – «Всего за два года ты стал таким надежным и крепким!» «Ну, когда вас двоих постоянно штормит из стороны в сторону», - рассмеялся Гиб, - «то волей-неволей приходится стать наглее и проще ко всему относиться, иначе просто не выживешь. Я это быстро понял». «И что потом?!» - воскликнула Лазурия. – «После того как вы разбрызгали то зелье, всё вернулось в норму?!» «Вообще-то нет», - вздохнул Сора, продолжил рассказ...
На помощь к ним, отвечая на зов юного Раски, пришел Занкрон, маленький герой...
«Да почему же это происходит?!» - вопил Сора, улепетывая. – «Разве ‘Радужное зелье’ не должно были нейтрализовать это демоническое влияние?!» «Что-то определённо изменилось...» - согласился Гиб. – «До этого они казались безумными и просто хотели на нас напасть, но теперь...» «А Урипо так и думала!» - возмущалась Урипо. – «Я так и знала, что вы обязательно всё испортите!» Звери и монстры вели себя донельзя странно: бесновались, плясали и пребывали в ужасе одновременно. «Сора! Какая этикетка была на флаконе, который ты только что бросил?!» - спрашивал Гиб. «Кажется, желтая...» - неуверенно отвечал ведди. «Это же ‘Странное лекарство’, которое я смешал в качестве эксперимента!» - воскликнул Гиб. Подобное вещество должно было повергать монстров в смятение – что, в сущности, и произошло. Ты же только всё еще больше запутал!» - возмутилась Урипо, пнув Сору. «Ну так у меня в рюкзаке был полный бардак!» - оправдывался тот. «После того как рыцарь-наездник нас взгрел и всё содержимое вывалилось, у нас не было времени нормально прибраться!» - заступился за друга Гиб. Убегая от бестий, Сора копался в рюкзаке гнома, ища среди множества флаконов нужный. Вроде бы нашел, откупорил, плеснул в преследователей жидкостью – и монстры тут же пустились в пляс, ибо оказалось зелье ‘Праздничным снадобьем’. Выругавшись с досады, Сора следующее зелье плеснул в монстров и зверей, но то оказался любовный эликсир, и бестии принялись обнимать жителей деревни, артистов и искателей приключений. «Слышь, ты вообще кто такой?!» - вопила Урипо гному. – «Как ты умудрился настряпать такие зелья?!» «Я просто хотел проверить, работают ли старые алхимические рецепты из отцовской библиотеки...» - сбивчиво объяснял Гиб. Сора вошел во вкус, расплескал следующее зелье – снадобье для испускания газов. Эффект превзошел все ожидания, и спустя несколько мгновений селение объяла жуткая вонь. Следующим оказалось зелье, вызывающее безудержное чихание, затем – препарат от насморка... Урипо так потешно металась между бестиями и незадачливыми авантюристами, что местные покатывались со смеху, находя представление чрезвычайно забавным. Гиб уворачивался от монстров и зверей, когда рюкзак его раскрылся и посыпалась оттуда на землю всякая утварь. Ноджипо заметил книгу, между страницами коей виднелся конверт с сургучной печатью Наблета. «Это оно! Письмо, которое нам доверил глава Наблет!» - выкрикнул Гиб. «Но ты же сам говорил, что потерял то письмо!» - озадачился Сора. «Я совсем забыл, что заложил его в книгу, которую читал перед сном, вместо закладки!» - отвечал Гиб. «Моему дорогому другу Флаппе», - начал читать письмо Ноджипо. – «Как тебе известно, королева Мегистриса, Алва, которая загадочно погибла в прошлом году, — моя младшая сестра. Моя сестра с рождения обладала даром предвидения. То, что король Мегистриса внезапно полюбил простую девушку, и что за этим стояла её сила, — факт общеизвестный. Как я и говорил тебе ранее, я тайно действую, чтобы предотвратить опасные происшествия и инциденты в Землях Пуку, которые сестра предсказала еще при жизни». «Королева Мегистриса Алва — сестра мэра Наблета!» - изумился Ноджипо. – «Я действительно слышал подобные слухи раньше, но... Вот оно как!.. Теперь понятно, почему мэр Наблет совершал такие невероятные подвиги!» «Инцидент, который вот-вот произойдет в деревне Пуклет, — тоже одно из тех предсказаний...» - значилось в письме. – «Поскольку я должен расследовать другие дела, я доверил этим двум молодым искателям приключений зелье. Если разбрызгать его, оно нейтрализует магическую скверну в течение нескольких дней, пока дует северный ветер, и защитит монстров. Они еще новички, но кажутся весьма многообещающими ребятами. Прошу тебя оказать им всяческую поддержку и наставление...» «Вот оно что...» - пробормотал Ноджипо, завершив чтение письма. – «Значит, единственным неучтенным моментом было отсутствие господина Флаппе...» Наконец, Сора отыскал в рюкзаке Гиба нужный флакон, выплеснул зелье... и монстры разом успокоились. С тех пор Урипо увязалась за авантюристами, поняв, что, когда она рядом с ними, ее шутки и подколы становятся на удивление острее. Стало быть, стезя искательницы приключений – шанс вывести искусство комедии на новый уровень! И, когда Сора и Гиб вознамерились покинуть Земли Пуку и отправиться в Элтону, Урипо последовала за ними...
Бифусицу предложила авантюристам провести ночь в одном из шатров труппы, обещая четверым сытный ужин. Те отказываться не стали, последовали за артисткой и ее тигрицей... не ведая, что издали за каждым их шагом наблюдает Эбби в обличье Иебы. «Привет», - буднично приветствовал Урипо Ноджипо, когда добрались авантюристы до шатров труппы. – «Наконец-то соизволила вернуться, беглянка». «Я вернулась только для того, чтобы полюбоваться на заплаканные глазки нашего одинокого братишки Ноджипо!» - рассмеялась Урипо. «Ну-ну... Похоже, у тебя хватит сил, чтобы выдержать мою нотацию», - отметил тот, и Урипо отмахнулась: «Твои вялые нотации мне до лампочки!» ...После сытного ужина искатели приключений и артисты труппы отправились на ночлег. Лазурия заявила, что будет спать рядом с Сальсой, ибо успела прикипеть к лунной тигрице... но сон не шел. «Потрясающе», - размышляла драконица, - «в отличие от моей души, которая лишь недавно обрела смертное обличье, у Урипо и всех остальных есть целая история, которая сформировала их личности. И это совершенно естественно!..» Испытывая необъяснимую тревогу, Лазурия покинула шатер, выступила в ночь. «Душа — это не просто то, что изначально дано нам в готовом виде», - продолжала мыслить она. – «Она меняется, проходя через самый разный опыт! И со мной происходит то же самое. Интересно... а как всё было у остальных? Какую жизнь они вели до этого момента?! Интересно, в каких приключениях сейчас участвуют Джей-Би, Юлур и остальные?! Мы ведь наверняка еще встретимся! В следующий раз я хочу узнать о каждом из них гораздо, гораздо больше!» Над девушкой навис Иеба, и та отпрянула от неожиданности и, споткнувшись, растянулась на земле. «Привет... юная леди», - протянул ведди. – «Какое совпадение — встретить тебя в такой поздний час... Это шутка. Я всё подстроил на самом деле. Просто... юная леди, ты настолько очаровательна, что я, к своему стыду... кажется, больше не в силах сдерживаться». «Плохо дело!» - пронеслось в разуме Лазурии. – «Это же опаснейший враг!» К Иебе метнулся Сора, и тот отпрыгнул назад, избегая удара обломка меча. «Прямо как тогда, в замке Глен и в пиратском форте!» - выпалил Сора. – «Когда ты, Лазу, в опасности, линии-дополнения вспыхивают сами по себе!» «Ч-что это вообще за тип такой был?!» - осведомился подоспевший Гиб, и пролепетала Лазурия: «Это ведь тот самый ведди, который днем показывал мне город... Но сейчас... он казался совсем другим. Словно враг...» «Опасно, опасно...» - проронил Иеба, обращаясь к троице. – «А под ‘опасно’ я имею в виду себя. Если бы всё так и продолжалось, я бы не смогла сдержаться и натворила бы делов... Если бы меня не остановили... я бы...» На глазах авантюристов Эбби отринула ложную личину, представ им в своем истинном демоническом обличье. «Она тоже из демонических ученых?» - поразился Гиб. «Спасибо, что всегда играете с Эсторис и Зофином», - пропела демонесса. – «Я — Эбби, демоническая садовница! С этого момента будем друзьями, юные леди!» «Еще одна чудила!» - проворчал Сора. – «Неужто все демонические ученые такие?» «Я же говорила, что пришла лишь взглянуть на тебя», - молвила Эбби, не отрывая взгляда от Лазурии. – «Но я подумала, что гигиеническая обстановка вокруг тебя, юная леди... немного плохая. Поэтому я решила, что исправлю это и только потом вернусь домой». «Гигиеническая обстановка?» - встревоженно повторил Гиб... когда из шатра показалась тигрица, Сальса, коя держала зубами за ворот трепыхающуюся Урипо. Взгляд тигрицы был пуст, а на голове произрастало ныне некое плотоядное растение!.. «Ну как? Она ведь стала милашкой?» - хохотнула Эбби. – «Я посадила в неё семена моего ценнейшего паразитического растения!» «Посадила?!» - опешила Лазурия. – «Ты говоришь, посадила... прямо в тело Сальсы?!» «А... так ты хочешь сказать, что это растение управляет ею?!» - осознал Гиб. «Проклятье!» - прошипел Сора. – «Я просто срежу эту дрянь и верну всё как было...» «Не стоит этого делать», - обезоруживающе улыбнулась демонесса, глядя на несчастную тигрицу. – «Если ты это сделаешь, они оба умрут. Их клетки уже полностью срослись. Теперь это единый живой организм, разделяющий одну драгоценную жизнь... Но всё в порядке, не беспокойтесь! Я не из тех, кто кричит ‘Убить всех неугодных!’, как Эсторис. Я совсем другая. Это дитя... станет прекрасной формой жизни. Существование, которое жадно впитывает чужую плоть и кровь, чтобы длить свою жизнь — это так уродливо и жалко... овсем скоро она будет навеки освобождена от этого!» Обернувшись к Соре, выкрикнула Эбби: «Это ты забрал у моей милой горошинки драконью жилу?! Это... это неприемлемо! Совсем никуда не годится... К запаху зверей добавилась еще и эта вонь от морских брызг!.. Моя милая горошинка совершенно не заботится о чистоте собственной души! А что, если налетят мухи, переносящие заразу?! Что она тогда будет делать?! Ах... Раз уж такое дело, лучше прибраться здесь прямо сейчас... Хотя молодой господин, кажется, всё еще заинтересован в тебе... Он разрешил мне немного поиграть с тобой, так что я воспользуюсь этой возможностью...» Отбросив Урипо в сторону, лунная тигрица, оскалив клыки, ринулась к Соре. На теле того вспыхнули линии-расширения, ибо Лазурия делилась с авантюристом своими силами. Сора сдерживал натиск Сальсы, а пасти плотоядного цветка, выросшего на голове тигрицы, жадно щелкали. Несмотря на силу, дарованную линиями-расширениями, Сора не мог оттолкнуть Сальсу. «Всё равно её тело скоро станет таким, которому мышцы больше не понадобятся», - хохотала Эбби, с удовольствием наблюдая за противостоянием. – «Выжми из него всё без остатка здесь и сейчас!» Сора осознал, что демонесса намеренно заставляет тигрицу сражаться на пределе. Плотоядный цветок укусил ведди за руку, и тот, вскрикнув, сумел отшвырнуть тигрицу в сторону... с ужасом отметив, что на запястье его прорастают те же плотоядные растения, кои венчали ныне голову Сальсы. Сора поспешил вырвать их из своей плоти и бросить на землю, и тигрица тут же взревела от нестерпимой боли. «Я же уже говорила!» - устало произнесла Эбби, с укором качая головой. – «Она уже стала единым живым организмом с моим паразитическим растением. Если не будешь обращаться с ней осторожно, эта деточка умрет». «Что, черт возьми, ты пытаешься сделать?!» - разозлилась Лазурия. – «Делать такое с бедным маленьким созданием... Что в этом может быть веселого?!» «Хм... Я бы сказала, всё как раз наоборот», - не согласилась с ней Эбби. – «Я же говорила, верно? Оно станет прекрасной формой жизни. Этому существу больше не нужно жаждать плоти и крови, не нужно ненавидеть, гневаться или предавать. Разве оно не станет тихим и добрым созданием? Разве это не есть истинный покой, который должен быть дарован каждой душе?..» «И это твой ответ?..» - пронеслось в разуме Гиба. – «Насильно превращать животных в растения — это и есть твое решение?!» «Ты совсем безумна!» - воскликнул гном, до глубины души возмущенный словами демонессы. «На самом деле я хочу, чтобы такая чистая и прекрасная душа, как твоя, стала подобной им прежде всего остального...» - Эбби пожирала Лазурию глазами. – «Но... твои тело и душа всё ещё необходимы молодому господину. Как бы печально это ни было, пока что ты должна оставаться во плоти... Но... когда всё это закончится... я обязательно приду за тобой!.. Дождись меня, моя милая, сладкая горошинка!» На лице Эбби отражалось столь искреннее вожделение, что Лазурию аж передернуло от отвращения. Из шатра за спинами авантюристов вырвались животные и монстры, участвовавшие в представлениях труппы; на головах их пребывали плотоядные растения, и находились бестии под контролем воли демонессы. «Будет ведь грустно, если только лунная тигрица переродится, а остальные останутся как были, правда?» - хохотала Эбби. – «Раз уж представился такой шанс, я решила поделиться счастьем со всеми». Лазурия не могла понять, как может демонесса искренне верить в то, что поступает правильно?!. Из соседних шатров выбежали актеры труппы, и Ноджипо, заметив авантюристов, выкрикнул: «Что здесь происходит?! Почему наши монстры взбесились?!» Гиб принялся объяснять Ноджипо суть сложившейся ситуации, а Бифусицу обратилась к бестиям, прося тех вернуться в стойла. В итоге слон чуть было не раздавил укротительницу ногой, и от гибели спасла ту актрисса-ведди, метнувшаяся к Бифусицу, схватившая ее в охапку и ринувшаяся прочь. «Почему... почему всё обернулось вот так?!» - всхлипывала Бифусицу, глядя на преобразившихся животных. Шум привлекал все больше и больше горожан. Не понимали те, почему монстры, выступающие наряду с труппой, буйствуют в сей ночной час. Подоспевшие искатели приключений вознамерились было дать бестиям отпор, но Лазурия преградила им путь, заявив: «Подождите! Эти звери не сделали ничего плохого! Пожалуйста, не причиняйте им боли!» Авантюристы колебались, но все же отметили, что, если продолжать бездействовать, бестии могут разрушить весь город. «Я обязательно что-нибудь придумаю!» - заверила их драконица, лихорадочно соображая в попытке найти решение. «Мы обязательно что-нибудь придумаем!» - встал на сторону Лазурии Сора, ободряюще сжав ее плечо, обратился к иным авантюристам: «Пожалуйста, остальные, подождите еще немного и не вмешивайтесь! Предоставьте все нам!» Те послушно отступили, однако на лицах их читалось недоверие. Сора и сам не знал, что делать. Странные растения паразитировали на бестиях и полностью контролировали их тела. Более того, они срослись с ними в единый живой организм, и, если попытаться срезать или вырвать их, и зверь, и растение погибнут. «Неужели... неужели это тупик?!» - размышлял Сора, отступая от атакующих его бестий... когда внезапная мысль пришла ему в голову. Паразиты... управляют его противниками?! Но... сработает ли его идея?!. «Ребята! У меня есть к вам просьба!» - крикнул Сора искателям приключений, державшимся в отдалении. – «Срубите деревья вокруг и нарежьте их на круглые бревна!» «Чего?!» - опешили те, и лишь Гиб осознал, в чем кроется замысел его друга. «Все, у кого свободны руки, соберите растения с клумб и разложите её поверх бревен!» - выпалил гном, и, схватив лопату, бросился к ближайшей клумбе. – «У меня есть отличная идея, как исправить ситуацию!» Искатели приключений понятия не имели о том, что задумали эти двое, но решили подсобить: по крайней мере, хуже точно не будет. Пока Сора отвлекал на себя внимание монстров, авантюристы рубили деревья, складывали бревна в кучу, а поверх их располагали выкопанные на клумбах растения. Поблагодарив авантюристов, Сора коснулся нагромождения бревен ладонями, направляя в них могущество линий-дополнений. Бревна Сора обратил в монстров – древесных паразитов. Хлопая кожистыми крыльями, те поднялись в воздух, и Эбби в изумлении наблюдала на каждом из сих созданий паразитирующие плотоядные растения. Древесные паразиты опускались на бестий, осторожно извлекали из голов тех плотоядные растения и снова взмывали ввысь. «Как же так?! Мои растения-паразиты...» - опешила Эбби, наблюдая за сей сценой. – «Они сами покидают своих носителей! Растения-паразиты сами стали жертвами паразитов и теперь ими кто-то управляет?!» Древесные монстры сбросили растения-паразитов наземь, и искатели приключений обнаружились на сих созданий, рассекая их на части клинками и магией. Сора вскочил на спину Сальсы, принявшись помогать древесному монстру извлекать растение из головы тигрицы, и та взревела от боли. «Как же так?! Почему она так мучается?!» - выпалил Сора в отчаянии, и демонесса не преминула усмехнуться: «Потому что именно этого ребенка я посадила самым первым! Слияние на клеточном уровне зашло так далеко, что он уже не может отделиться сам по себе! Оставья! Если попытаешься вырвать его силой, плоть зверя просто не выдержит таких повреждений!» Бифусицу подбежала к тигрице, коснулась ее, направляя в тело Сальсы целительные энергии. «Я позабочусь о тебе», - шептала укротительница. – «Потерпи еще немного, Сальса... Все будет хорошо...» «Кольцо общей жизненной силы», - определил природу творимой Бифусицу волшбы Гиб. – «Техника укротителя монстров, позволяющая двоим разделять жизненную силу, чтобы мгновенно выдерживать огромный урон! Это одна из секретных техник, которой могут овладеть только опытные укротители... но... в таком состоянии...» «Маленькое тело пуклипо никак не сможет выдержать жизненную силу монстра!» - крикнула укротительнице Эбби. – «В итоге ты просто погибнешь вместе с лунной тигрицей!» «Ты так думаешь?» - прохрипела Бифусицу, изо рта которой потекла струйка крови. – «Работа укротителя монстров требует невероятной выносливости, знаешь ли. Не стоит недооценивать сестрицу Бифусицу, которая заботилась о множестве монстров до этого момента!» Бифусицу кивнула Сора, и тот, применяя дарованную линиями-дополнениями силу, вновь рванул за стебли плотоядных растений, вырывая их из головы Сальсы. «Не может быть!» - взвыла в ужасе Эбби, наблюдая, как искатели приключений и артисты труппы разрывают на ошметки растения. – «Мои милые растения-паразиты-и-и-и!!!» Тигрица была жива, а Бифусицу распласталась на земле в луже собственной крови. К ней бросились целители, а Эбби, потрясенная, выдавила: «Что... Что вы наделали... Я же почти спасла души этих детей... Что же вы натворили! Воин Сора – я не прощу того, что ты посмел завладеть драконьей жилой моей милой горошинки! Когда-нибудь я вырву все твои корни до последнего... и заставлю тебя засохнуть! И вот тогда-то я обязательно сделаю горошинку счастливой... в моем цветочном горшке! Жди меня, моя милая горошинка!» Эбби бросила в землю семя, молвив: «Настроение было паршивым, но стоило увидеть лицо моей милой горошинки, как во мне снова закипела жажда жизни! Похоже, завтра я смогу поработать на славу!» Из семени стремительно выросло очередное монструозное растение, раззявило огромную пасть. «Еще увидимся, милая леди», - обещала демонесса Лазурии, а после обернулась к Соре, проскрежетав: «Эй ты, замухрышка! Если тронешь мою милую горошинку, пока меня нет — я тебя в гербарий превращу!» С этими словами Эбби сиганула в пасть растения, и то ушло под землю. «И что это вообще в итоге было?.. Что за переполох...» - спрашивали авантюристы, но Гиб лишь отмахнулся: «Рассказывать долго...» «Надо же... кто бы мог подумать, что появится новая демонесса...» - пробормотал Сора, с тела коего исчезали линии-дополнения. Представить страшно, что произошло бы, если бы сумела Эбби заполучить Лазурию!.. «Те предыдущие трое тоже были хороши, но эта — просто совсем с катушек съехавшая!» - согласилась с Сорой Урипо. Лазурия осознавала, что демонесса ни разу не назвала ее по имени, и навряд ли видит в ней личность...
«Мы тебе бесконечно благодарны», - заверил чародейку Гиб, и та улыбнулась: «Ну, лорд Горек всегда благосклонен к авантюристам. Когда я объяснила ситуацию, он нас понял и простил. Да и ответственность за покрытие убытков на вас вешать не стали». Узнав о том, что Мальтина - дочь владельца знаменитой торговой компании и особа, обладающая связями, Ноджипо принялся было просить ее договориться о выступлении труппы в Веринарде. «Ну и ну...» - проворчала Урипо, остающаяся у кровати Бифусицу. – «Стоит делу коснуться представлений, как Ноджипо теряет всякие границы!» «Мы с ним похожи», - хихикнула укротительница, и Урипо возмутилась: «Что?! Что общего у этого странного грубияна с прелестной госпожой Урипо?» «И любовь к искусству, и упрямство...» - перечислила Бифусицу. – «Вы невероятно похожи!» «Кто это тут упрямый, а?!» - подскочил Ноджипо. «Вот именно!» - вторила ему Урипо. – «В каком месте он такой же честный и добрый, как госпожа Урипо?!» «Ты стала гораздо честнее с собой, чем раньше...» - отвечала ей Бифусицу. – «Похоже, теперь ты чувствуешь, что улыбки зрителей — это и твое собственное счастье». «Это верно», - согласился с укротительницей Ноджипо. - «Выступление артиста не сложится, если между ним и зрителем нет доверия. Только когда зритель доверяет мастерству артиста, он может искренне и беззаботно смеяться. А для этого артист сам должен первым довериться зрителю и полностью раскрыться перед ним. Но... Раскрыть себя полностью — это действительно страшно... Урипо, раньше ты думала только о том, как навязать свое искусство зрителю. Но зритель проницателен. Он мгновенно чувствует неуверенность артиста, и тогда вся магия выступления рушится... Но сейчас ты, Урипо, немного изменилась. Хотя мастерства тебе всё ещё не хватает, в тебе начала пробуждаться душа настоящего артиста, способного смеяться и плакать вместе со своими зрителями! Это всё благодаря Соре и остальным... Слушай, Урипо, не хочешь ли ты снова отправиться на гастроли с нашей труппой? Я думаю, что теперь зрители оценят твоё выступление по достоинству». Лазурия открыла было рот, чтобы возразить, но Гип покачал головой, шепнул ей: «Это решать самой Урипо». «Да, верно», - согласилась драконица. Долго размышляла Урипо над предложением главы труппы, а после выпалила: «Тесно, тесно, слишком тесно! Для будущей великой актрисы Урипо теперь весь мир Астолтии — это одна большая сцена! В маленьком шатре бродячей труппы таланту Урипо уже не развернуться на полную! Если пойду на запад — драконы помрут со смеху! А если загляну на восток — отвешу смертельную оплеуху самому Королю Демонов! Я еще только в начале пути... вместе с этими ребятами я обойду весь мир... Увижу много нового, встречу самых разных людей... и стану-стану великой-превеликой артисткой! Поэтому пока что наши с Ноджипо пути...» «Я так и думал!» - усмехнулся Ноджипо, прерывая тираду Урипо. – «Ты ещё слишком молода, чтобы загонять себя в жёсткие рамки. У тебя ведь ещё полно приключений, которые ты должна пройти вместе со своими нынешними напарниками, верно? Так иди же! Иди и покажи нам, как ты отточила своё собственное искусство до совершенства!» «Ноджипо...» - растрогалась Урипо, а лунная тигрица метнулась к ней, лизнула щеку. «Счастливого пути, Урипо», - улыбнулась прослезившейся подруге Бифусицу. – «Но заглядывай иногда домой, чтобы оценить мою стряпню». «Сестрица Бифусицу...» - разрыдалась Урипо, обнимая и тигрицу, и укротительницу. – «Сальса...»
Урипо плакала, и Лазурия обнимала ее, утешая. ...Плавание продолжалось, и один прекрасный день Гиб объявил собравшимся на палубе корабля авантюристам: «Мы много где задерживались по пути, но корабль ‘Метеор’ уже совсем скоро прибудет в Веринард — центральный город Островов Венна». «Там мы встретимся с королевой Диорой», - добавила Мальтина. - «Я хочу лично объяснить ей всё, что произошло во время недавнего инцидента с пиратами». «Серьёзно?! Мы правда увидим саму королеву?!» - воодушевился Сора. «Ну, учитывая обстоятельства, по-другому и быть не могло...» - заверила его Мальтина. - «Ведь речь о настоящих пиратах, да ещё и командуем мы толпой зомби и скелетов. Если всё чётко не объяснить, потом проблем не оберешься». «С нами точно всё будет в порядке?» - тревожился Джанг, которого Мальтина пригласила на борт «Метеора». – «Нам бы хватило, если бы нас просто втихую наняли... Надеюсь, нас не попытаются прихлопнуть всей толпой прямо на месте...» «Не беспокойся об этом!» - молвила Мальтина. – «Её Величество королева Диора строга к законам, но она очень милосердная и справедливая правительница». «Вот-вот! Суд королевы никогда не ошибается!» - поддакнул ей Сора, и Мальтина подтвердила: «Если мы всё честно объясним, к вам не будут относиться несправедливо только из-за того, что вы монстры». «Ну... раз вы так говорите, то ладно...» - протянул капитан пиратов. – «Её Величество действительно все так уважают...» «Как только с этим будет покончено, мы наконец-то сможем вернуться к нашей главной цели — поиску древнего дракона», - напомнил остальным Гиб. – «Я собрал вас всех сегодня, чтобы еще раз подтвердить наши цели и план дальнейших действий, чтобы ничего не упустить». «Подтвердить план?» - озадачилась Лазурия, и гном обернулся к ней: «Ты про битву с капитаном Джангом, переполох в Лаккаране и прочее? У нас было столько событий, уводящих от главной цели, что я и сам уже начал забывать, зачем мы вообще всё это начали! Если всё четко не прояснить, вы ведь сразу переключитесь на первое попавшееся приключение под носом и свернёте с пути, не так ли? Это одна из вредных привычек искателей приключений». Сора, Урипо и Лазурия переглянулись: надо же, Гиб сегодня серьезен, как никогда! «Ближайшая цель нашего путешествия — отыскать следующего древнего дракона, чтобы выяснить истинную природу Лазу», - говорил гном. – «Наша задача – найти морского дракона Хорхейза. Для этого нам нужно отправиться в северное море рядом с владениями Веринарда, где, по слухам, и скрывается Хорхейз. Мы посетим родную деревушку Соры, Лусину, и оттуда начнем свои поиски. Однако наше странствие вряд ли будет спокойным. Существует группа демонов, действующих в тени и охотящихся за силой крови Лазу! Недавно в пиратском форте один из демонов-магов развязал язык. Благодаря этому нам удалось немного разузнать о них. Имя нашего врага – Лунное Племя! Похоже, их цель — использовать силу крови дракона, чтобы пробудить сущность, известную как ‘Исьянкар’. Пока неясно, именование ли это оружия, монстра или чего-то еще – разберемся. ‘Ис’ на очень древнем языке означает ‘Луна’. Стало быть, Исьянкар – Луна Возмездия. Я уверен, что это какой-то замысел, который несет угрозу всем жителям Астолтии». «Меня беспокоит предводитель демонов...» - призналась Мальтина. – «Тревожит то, что у Исмалика были те же линии-дополнения, что и у Соры. Получается, на стороне врага тоже есть кто-то, кто обладает силой, подобной силе древних драконов? Интересно, зачем им тогда понадобилась именно твоя кровь, Лазу?.. Согласно словам Бридон, истинная сущность дарует линии-дополнения лишь для того, чтобы испытать потенциал индивида, вызывавшего у нее интерес. Значит ли это, что драконы не обязательно помогают врагу добровольно?.. К тому же линии на теле Малика проявились сами по себе – в отличие от линий-дополнений Соры... А есть еще трое... точнее, четверо демонических ученых, которые, похоже, не связаны напрямую с Лунным Племенем... Да уж, вопросов у нас больше, чем ответов...» «Ну, в любом случае!» - заявил бросившимся обсуждать последние события сподвижникам Сора. – «Защитить Лазу от рук этих демонов и раскрыть их секреты - в конечном счете, это ведь и значит действовать на благо мира и его обитателей, верно?.. Разве это не то, что приносит истинную славу искателю приключений?! Давайте потихоньку приниматься за дело!» «Так-то ты прав», - согласился Гиб. – «Но все же что скажешь о предводителе врага – Исмалике, что означает ‘Полнолуние’? Ведь он обладает такими же линиями-дополнениями, как и ты». «Будучи ‘солнцем’, я не могу позволить себе ему проиграть!» - воскликнул Сора, указывая на свою маску. На горизонте показалась земля – королевство Веринард. «Метеор» и корабль пиратов приближались к пристани державы ведди. ...Вскоре отряды Соры и Мальтины сошли на берег. «Какой красивый город...» - восхищалась Лазурия, глядя по сторонам. – «Всё так и сверкает!» «Ну ещё бы!» - улыбнулся Сора. – «Веринард ведь правит всеми Островами Венна. Это резиденция самой королевы Диоры. Город содержится в идеальной чистоте, чтобы не осквернить величие королевы! Его моют и чистят каждый божий день, чтобы всё сверкало!» Сора так и лучился энтузиазмом, и Лазурия шепнула Алеку: «Сора сегодня какой-то подозрительно радостный, не находишь?» «Конечно!» - усмехнулся паладин. – «Мы ведь собираемся просить королеву Диору о помиловании для капитана Джанга и его команды. И для этого нам выпала честь лично предстать перед Её Величеством!» «А королева... она правда настолько невероятная?» - уточнила драконица. – «Когда мы виделись с королями Глена или Долворма, он так не суетился». Для народа ведди королева Веринарда — это совершенно особенная фигура», - заверил Лазурию Алек, и, оглядевшись по сторонам, добавил шепотом: «Да и к тому же... у неё очень большая грудь». Авантюристы следовали ко дворцу, и рассказывал Гиб Лазурии: «Веринард был основан шестьсот лет назад. Он был построен мастерами-гномами, которых специально пригласили из земель Гночакки. Можно сказать, что весь город целиком — это единое произведение искусства... Центральный фонтан также служит гигантским магическим устройством для распространения магической силы ‘Песни Благодати’, которую поет королева, по всему региону Венна...» В заранее оговоренном месте авантюристы встретились с капитаном Джангом и его мертвяками. Понимая, что нежить не может свободно разгуливать по городу, мертвяки добрались сюда на лодке по одному из подземных каналов. У дворца путников приветствовал ведди Юнати – заместитель командующего королевским орденом рыцарей-магов. «Сейчас я провожу вас к Ее Величеству королеве», - произнес офицер. – «Пожалуйста, воздержитесь от любых подозрительных действий». Пираты передали орудие подначальным Юнати, и тот, напомнив мертвякам, что дворцовая стража следит за каждым их шагом, провел гостей во дворец. «Мальтина, что ты натворила на этот раз!» - к чародейке спешил отец, господин Эскода – глава торговой компании. – «Неужели и впрямь сделала пиратский корабль монстров капером нашей компании?!» «Папочка!» - обрадовалась Мальтина, обняла отца. - «Разве ты не должен был отправиться в Мегистрис по торговым делам?» «Узнав от королевы, что ты заглянешь в этот замок, я отложил свой отъезд», - отвечал тот. – «Лучше объяснись! Зачем ты превратила корабль монстров в наше каперское судно?!» «У меня не было другого выбора!» - воскликнула Мальтина, и в глазах ее заблестели слезы. – «Раньше все они были обычными людьми... но из-за козней демонов восстали нежитью. Внешне они могут казаться немного пугающими, но на самом деле они все добрые люди! Поэтому я просто не могла их бросить!..» «Эх... ну что с тобой поделать», - растроганно произнес Эскода. – «Ты ведь с самого детства была добрым ребенком... Полагаю, в этот раз я тоже уступлю?» «Значит, это отец Мальтины?» - шепнула Лазурия Гибу, и тот подтвердил: «Да, это господин Эскода, глава торговой компании ‘Эскода’. Он весьма выдающийся купец, который всего за одно поколение превратил маленькое судоходное предприятие в одну из крупнейших торговых компаний Астолтии». Сора приветствовал Эскоду, и тот улыбнулся в ответ: «Рад видеть, что ты в добром здравии. С тех пор как Мальтина ушла из дома, чтобы последовать за тобой и стать искательницей приключений, она только и делает, что ввязывается в безрассудные авантюры...» «Папа! Я вовсе не...» - покраснела девушка, а Эскода обратился к Соре и его спутникам: «Мальтина не слишком вас обременяет? Не доставляет хлопот?» «Госпожа Мальтина так добра к нам, несмотря на наш облик...» - поспешили заверить Эскоду мертвяки. – «Мы искренне тронуты!.. То, что госпожа выросла такой доброй и прекрасной девушкой — это целиком и полностью плод твоего великолепного воспитания, господин! Работать под началом такой чудесной госпожи — это высшее счастье для нас!..» «Вы так считаете?» - растерялся Эскода. – «Ну... она всё ещё во многом неопытна... Но я буду рад, если вы поддержите её и поможете ей во всём...» Обратившись к дочери, вымолвил Эскода: «Но послушай, даже если я приму их в нашу торговую компанию...» «Я всё понимаю!» - заверила та отца. – «Нам нужно получить разрешение королевы, чтобы торговая компания могла беспрепятственно посещать дворец, верно? Всё будет хорошо! Никаких проблем! Мы ведь именно за этим сегодня сюда и пришли!» Вслед за Юнати шагали авантюристы и пираты по коридорам и чертогам дворца. «Тем не менее, сейчас неспокойные времена», - говорил искателям приключений Эскода. – «Возможно, королева станет более осторожной. Это секрет, но на днях одна провидица, вхожая в королевский дворец, обманула принца и попыталась возродить древнего зверя – Тирана Богана... Произошел целый инцидент...» В одном из чертогов Лазурия лицезрела великое множество книжных стеллажей, и пояснил ей Гиб: «Это Зал Знаний, обладающий крупнейшим собранием книг на Островах Венна. Даже если смотреть в мировом масштабе, с этой библиотекой могут сравниться разве что королевский исследовательский институт Долворма или архивы Мегистриса. Честно говоря, я давно мечтала сюда попасть...» Гном принялся изучать книжные полки, снимая с них фолианты, и, похоже, утратил всякий интерес к предстоящей аудиенции. У дверей тронного зала Юнати помедлил, обернулся к авантюристам и пиратам, молвив: «Сегодняшняя аудиенция пройдет в присутствии правителей других народов. Пожалуйста, ведите себя подобающе, чтобы не допустить грубости». Лазурия внимательно наблюдала за Сорой, а на лице того возникло мечтательное выражение. О встрече с королевой Веринарда прежде он мог только мечтать!.. Юнати провел спутников в величественный зал, где восседала на троне королева Диора. Подле нее находились советник, лорд Меру, командующий королевским орденом рыцарей-магов, Абельк, следователь Элиго, принц Одис и Селия. «Давно не виделись, Мальтина», - тепло приветствовала чародейку Диора. – «Я слышала от твоего отца, что ты стала искательницей приключений, чтобы обучиться торговому делу. Подумать только, чтобы приютить бывших пиратов, ставших нежитью, и сделать их каперами... Какая смелая и щедрая идея. Твой отец был очень удивлен!» «Д-да! Ваше Величество... я... польщена!» - выпалила Мальтина. – «Рада видеть тебя в добром здравии и в таком великолепии!..» «Не стоит так официально», - улыбнулась Диора. – «Я рада видеть, что и ты полна сил. Итак, ты пришла сегодня, чтобы получить мое разрешение на это каперское судно, не так ли?» «Д-да! Именно так!» - подтвердила Мальтина, заметно нервничая. – «Как и было указано в петиции, они — пираты, и, хотя они являются монстрами, их характер честен и искренен. По неким причинам мы с моей спутницей сами попали в плен, и мы получили более бережную защиту, чем предусмотрено любыми международными правилами обращения с пленными. Верно ведь, Лазу?» «А?! Да! Е... еда была вкусной!» - выпалила драконица. «Из-за заговора клана демонов мы однажды были втянуты во вражду, но теперь эти разногласия улажены, и мы помирились», - добавила Мальтина. – «Однако... в их нынешнем облике нежити им было бы трудно мирно сосуществовать с другими жителями Астолтии...» «Поэтому я возьму их под защиту как каперское судно торговой компании ‘Эскода’», - заключила королева Веринарда. – «Это означает, что я прослежу за тем, чтобы они могли зарабатывать на жизнь, не прибегая к пиратству». «Если нам просто позволят продолжать плавание, мы будем более чем довольны!» - подал голос один из мертвяков. «Кроме того, сегодняшняя петиция о найме монстров торговой компанией подана для того, чтобы ни у кого не возникло сомнений в их преданности королевству», - говорила Мальтина правительнице. – «Пожалуйста... Я прошу официального одобрения от имени Ее Величества, чтобы гарантировать их безопасность!» «На самом деле, получив петицию, мы и сами изучили это дело!» - подал следователь Элиго. – «Записи о пиратах под началом Джанга Старьевщика сохранились в архивах флота Веринарда еще столетней давности. Были случаи нападения на торговые суда и похищения людей ради выкупа, но они никогда не забирали жизни тех, на чьи корабли нападали. Все похищенные в итоге благополучно вернулись домой». «Госпожа Мальтина и ее подруга также подтвердили, что во время плена их жизнь была комфортной...» - изрекла королева. – «Мы не будем спрашивать за прошлые пиратские деяния. Думаю, есть достаточно оснований для смягчения приговора экипажу. Однако... капитан Джанг и несколько его подчиненных... Ранее они были известны как пиратская группировка, следующая за Джангом Старьевщиком. Их деяния нельзя назвать иначе как жестокими и бесчеловечными...» «В записях говорится, что они совершали немыслимые зверства», - добавил Элиго. – «Они казнили пленных ради устрашения, топили захваченные корабли вместе с экипажем... С целью демонстрации силы было убито более ста человек — такие записи сохранились в архивах. Согласно законам нашей страны, за подобное им не избежать смертной казни...» В тронном зале воцарилась потрясенная тишина... а затем выпалила Мальтина: «Но они уже не те, что раньше!» «Капитан необходим для нашего плавания!» - вторили ей пираты. – «Пожалуйста... проявите милосердие!» «Прекратите это жалкое зрелище», - устало произнес Джанг. - «Все в точности так, как показало расследование. Ошибки быть не может. Даже эти записи — лишь малая часть того, что я совершил. Если бы мы перебили всех до единого, никто бы и не узнал, кто это сделал...» «Но ведь... нынешний капитан больше не сделает ничего подобного!» - воскликнула Лазурия. – «Он рисковал жизнью, чтобы вернуть всех членов команды в прежнее состояние!» «Речь не о раскаянии или чем-то подобном...» - прервал ее Джанг. – «Это застарелая злоба. Те, кто пострадал по моей вине, никогда меня не простят. И все же - великолепно! Быть казненным по приказу королевы Веринарда — для пирата это скорее честь, чем позор! Однако... можешь ли ты гарантировать, что у моих подопечных все будет в порядке?» «Не беспокойся», - изрекла Диора. – «Я гарантирую безопасность твоих подчиненных именем королевы. И более того... здесь же я вынесу тебе приговор. Казнь пиратов через повешение — это закон, который устарел еще десятилетия назад. Для современного правосудия он неприемлем. К тому же, из-за предательства подчиненных и гибели судна ты уже однажды ‘потерял жизнь’. Можно сказать, ты уже понес определенное наказание... Я объявляю приговор капитану пиратов Джангу: бесс рочная ссылка. Ты проведешь остаток своих дней в пожизненных трудах в далеких моря. Место ссылки — каперское судно, принадлежащее торговой компании ‘Эскода’. Хотя ты и будешь под защитой компании, твой нынешний облик подобен призраку. Твоё плавание будет полным страданий... Веди своих людей так, чтобы они не пошли по тому же кровавому пути, который когда-то выбрал ты! В этом и будет заключаться твоё наказание — в сем начинании». «Но... матушка!» - опешил принц Одис. – «Пусть это и официальное решение, но по факту это же помилование?.. Конечно, их положение вызывает сочувствие, но всё же... Для тех, кто стал их жертвами, это слишком...» «Возможно, будь они преступниками нашего времени, приговор был бы иным», - возразил ему лорд Меру. – «Родственники погибших, которые могли затаить на них обиду, уже давно стали людьми из прошлого... Разве не бессмысленно пытаться восстановить справедливость сейчас, порождая лишь новую печаль?» «Слова моего советника — это и моя воля тоже», - изрекла королева. – «Я хочу, чтобы отныне ты использовал свою новую жизнь для того, чтобы взрастить другие жизни. Разумеется, если ты пойдешь против этого приказа и снова начнешь бесчинствовать как жестокий пират, мой орден рыцарей-магов выследит тебя на краю любого из семи морей и уничтожит. Запомни это хорошенько». Улыбаясь, Абельк протянул Джангу руку, и тот пожал ее, все еще пребывая в некотором смятении. «Как прикажете», - проронил он, обращаясь к Диоре. – «Я вверяю свою пиратскую душу тебе, королева!» Авантюристы и пираты были потрясены величием момента. Королева и правда потрясающаяся личность, ведь о каждом мертвяке думает, как о живом человеке! «На этом мы закрываем дело о пиратстве», - резюмировала королева. – «Тебя это устраивает, Мальтина?» «Да!» - склонила голову чародейка. – «Спасибо большое! Я была так безрассудна! Ты же всё уладила и во всём помогла... Чтобы поступать правильно, мне нужно было гораздо серьезнее подходить к вопросу!» «Тебе нечего стыдиться», - заверила ее королева. - «Обладать такой силой духа в столь юном возрасте — это впечатляющее достижение. Став искательницей приключений, ты обрела недюжинную выдержку. Твой отец наверняка спокоен, видя, какой достойной преемницей ты растешь». «Я... польщена!» - выдавила Мальтина. Диора же обернулась к Соре, уточнила: «Так это ты Сора, сын Слэна и Маны?» «Я...» - густо покраснел парень. «Говорят, ты сыграл ключевую роль в разрешении инцидента и беспорядков в Лаккаране», - изрекла королева. – «Твои деяния достойны имен твоих родителей. Это было великолепно». «Ой! Нет-нет-нет, что ты!» - замахал руками Сора. – «Так... просто вышло... Но откуда ты знаешь моих родителей, Слэна и Ману?» «Я их прекрасно помню», - заверила юношу Диора. – «До того, как стать рыбаком, Слэн был знаменитым охранником. А Мана была известной в замке певицей. Твой отец был настолько искусен в своем ремесле, что ему доверяли охрану опасных западных рубежей. Говорят, он не раз спасал искателей приключений, преследуемых монстрами. В молодости я и сама несколько раз пользовалась его услугами во время своих поездок. Но я была очень удивлена, когда услышала, что этот простоватый здоровяк и бойкая городская девушка Мана стали мужем и женой. Но 10 лет назад, во время шторма... Спасая команду торгового судна ‘Эскода’, терпящего бедствие, они оба были поглощены огромной волной и не вернулись... Мы потеряли замечательных ведди... Однако... их сын вырос крепким и здоровым. И теперь он сам спасает тех, кто терпит бедствие в море. Слэн и Мана наверняка гордятся тобой. Никогда не забывай о ценности жизни, которую они тебе подарили, и продолжай проявлять себя с лучшей стороны и впредь». «Это... Это слишком большая честь!» - выдавил Сора со слезами на глазах. – «Слишком большая честь услышать такие слова!» «Что случилось? Ты в порядке? Тебе больно?!» - встревожилась Лазурия, но Сора покачал головой: «Нет, всё не так! Я просто так счастлив! Что королева Веринарда помнит моих папу и маму, и даже похвалила меня!» «Прямо, как Лазу!» - усмехнулась Урипо, кивая на всхлипывающего Сору. – «Лазу тоже так разнюнилась, когда пираты сказали ей ‘спасибо’». «Так вот оно что!» - воскликнула Лазурия, осознав, наконец, что у Соры сейчас на душе. - «Как хорошо-то! Я рада за тебя, Сора!» ...Королева пригласила гостей остаться на обед, и за столом поведали ей те о своих приключениях. «Начало нашего приключения было связано с битвой против демонов из Лунного Племени», - рассказывал Сора. – «Они охотились за кровью Лазу и замышляли что-то недоброе...» «Незнакомое название», - нахмурилась Диора, обратилась к следователю: «Тебе оно о чем-нибудь говорит?» «Хм-м... Боюсь, что нет...» - признался тот. – «Кажется... в записях пятисотлетней давности упоминалось, что силы демонов под названием ‘Народ Великой Луны’ вторглись на Острова Венна... Возможно, это одно и то же племя, просто названия различаются... В те времена была эпоха войн, и записи очень запутаны. Я не могу сказать наверняка, пока не проведу тщательное расследование...» «Но я почти уверен, что речь об одном племени», - прозвучал голос, и в трапезную ступил Гиб, в руках коего пребывал внушительных размеров фолиант. Опустив книгу на стол, гном раскрыл ее на нужной странице, молвил: «Смотрите! Вот эта запись! «Войска Народа Великой Луны, ведомые Лордом Демонов Исратом, яростно сражались с орденом рыцарей Истинного Солнца, которые в то время перемещались по разным частям Астолтии... ‘Исрат’ означает ‘Полумесяц’». «Ты... силен в древних языках?» - поразился Элиго, и отвечал Гиб: «Если книга на древнем языке Урбеи или Гатерии, я могу читать её без словаря». «Лорд Демонов Полумесяца Исрат и Принц Демонов Полнолуния Исмалик?..» - протянула Мальтина, осмысливая услышанное, и Сора добавил: «А еще рыцари Истинного Солнца... Старейшина в моей деревне говорил о том, что пятьсот лет назад те, кто первыми основали нашу деревню, были из отряда воинов с похожим названием...» «Вам не кажется... что части мозаики начинают постепенно складываться в единую картину?» - обратился Гиб к сподвижникам, и Сора воскликнул: «Да!» «В связи с этим, я на некоторое время покину ваш отряд», - заявил Гиб. – «Я собираюсь остаться здесь и поглубже изучить историю этой эпохи». «Понял, рассчитываем на тебя!» - не стал спорить Сора.
Лазурия расстраивалась из-за того, что Гиб покинул их отряд, но Сора и Урипо совершенно не переживали: это ведь не навсегда. Проведет какое-то время среди пыльных книг – и вернется! «Ну, тогда мы первыми отправимся в порт и подготовимся к отплытию», - обратилась к сподвижникам Мальтина. «Мы с Лазу пройдемся по городу, пообедаем и придем!» - заверил ее Сора, и чародейка помахала приятелям рукой: «Мы отплываем сразу после полудня, так что не опаздывайте, хорошо?» Сопровождаемая Фугой, Рубиби и Алеком, она направилась в порт, и Урипо, проводив авантюристов взглядом, заключила: «Хорошо, что Мальтина согласилась доставить нас до деревни!» «До моей деревни по суше идти через горы, это было бы очень тяжело...» - согласился Сора. Лазурия продолжала грустить, и Сора обратился к ней, молвив: «Не дуйся так! Ты ещё к такому не привыкла, но в том, что искатели приключений распускают группу или меняют состав, нет ничего необычного. Скорее, это мы такие редкие экземпляры, что всё время ходим одним и тем же составом...» «Сора, я это и так понимаю», - отозвалась драконица, - «но... если я вдруг исчезну, тебе что, совсем не будет одиноко, Сора?!» «А?! Нет... ну...» - растерялся Сора. - «Вот... точно! Ты же еще не привыкла к путешествиям, так?! «Просто... если нас, тех, кто понимает всю ситуацию, не будет рядом, это будет опасно...» «Я не это имела в виду-у!» - с этими словами Лазурия бросилась прочь, желая сейчас остаться одной и привести мысли в порядок. Сора проводил драконицу ошарашенным взглядом, кляня себя на чем свет стоит за то, что не сумел найти нужных слов...
В одном из переулков Лазурия столкнулась с девочкой-ведди, и та вздохнула: «Ты тоже потерялась?» «Нет, всё не так! Это мои друзья потерялись, понимаешь?!» - воскликнула драконица. - «Вот... вот правда! Я так расстроена, они просто взяли и убежали куда-то!» «Я тоже...» - потупилась девочка. – «Двое моих спутников потерялись... а третий пошел их искать». «Прости! Я соврала!» - призналась ей Лазурия. - «На самом деле это я потерялась!» Драконица бичевала себя. Ну зачем, зачем она соврала такому маленькому ребенку из-за своей гордыни?! Ведь она не хотела признавать, что потерялась, потому что сама вредничала и убежала от друзей... А еще проголодалась... Сейчас Сора отвел бы ее в какую-нибудь замечательную корчму... «Ты искательница приключений?» - уточнила девочка. – «Ты в Веринарде впервые?» «Э... А? Ну... да!» - подтвердила Лазурия. - «Просто у одного моего товарища возникли кое-какие трудности в пути, и я ходила посоветоваться с королевой, чтобы всё у него наладилось». «Ты... ты виделась с самой королевой?!» - поразилась девочка. – «Потрясающе!» «Вообще-то, мой напарник с ней говорил», - смущенно призналась драконица. «Королева... она была красивой?» - уточнила девочка. «О-о-о! Да она не просто красивая, она невероятная!» - воскликнула Лазурия. – «Знаешь... Обычно она выглядит такой строгой, что даже немного страшно... но, когда она слегка улыбается, у неё становится такое до-о-оброе лицо! И про моих друзей она всё поняла и помогла, чтобы у нас всё было хорошо!» «Понятно... Значит, королева и правда замечательная...» - обрадовалась девочка. – «А я пришла сюда, чтобы встретиться со своим старым приёмным родителем, который живёт в этом городе...» «Приёмный родитель?» - удивилась Лазурия. «Ну... у меня не было родителей...» - призналась девочка. – «Когда несколько лет назад меня приняла в семью тетушка Сонезе, я жила в Джулете. Потом тетя переехала в Веринард по делам... и меня приютил староста Джулета... Про... прости! У меня раньше почти не было друзей, поэтому я не очень умею складно рассказывать такие вещи». «Нет-нет, продолжай!» - успокоила ее Лазурия. – «Я... я хочу послушать твою историю!» «В то время... у меня не было настоящей семьи», - говорила девочка. - «Я была очень замкнутой, потому что думала, что меня просто передают из рук в руки, хотя все вокруг на самом деле были ко мне очень добры... И вот тогда... я случайно нашла в городе маленького котенка-монстра, который заблудился. Я решила сделать его частью своей семьи и спрятала его у себя... Из-за этого чуть не вспыхнула вражда с кланом котов-монстров, которые пришли за ним... Но в то время искатели приключений, похожие на тебя, смогли всё уладить... Один из тех, кто спас меня тогда, отругал меня, сказал: ‘Ты, знающая одиночество из-за отсутствия семьи, не должна отнимать семью у кого-то другого. Нельзя просто замыкаться в себе, даже если тебе тяжело! Нужно понемногу становиться сильнее, чтобы уметь жить самостоятельно!’» «Жить... самостоятельно?..» - протянула Лазурия, и ее новая знакомая улыбнулась: «Это ведь не значит, что нужно жить совсем без связи с другими, верно? Это значит, что нельзя просто искать того, кто будет тебя баловать и опекать. Знаешь, раньше я думала, что хочу стать мамой для того маленького монстра... но теперь я хочу поскорее стать самостоятельной и подружиться с тем малышом! Когда я начала так думать, я вдруг осознала, как много людей всё это время искренне заботились обо мне. Я очень долго не переписывалась с тётей Сонезе, но мне очень захотелось сказать ей ‘спасибо’ лично. Поэтому я попросила разных знакомых, чтобы они помогли мне добраться сюда... Ой, прости, я разболталась!» «Нет-нет! Я очень рада, что ты всё это рассказала!» - заверила девочку Лазурия. – «Невероятно... ты ведь такая маленькая, а кажешься гораздо взрослее меня!» Девочка назвала свое имя – Сомья. Представилась и Лазурия. «Слушай... если хочешь, не пойдёшь со мной к тёте в гости?» - предложила Сомья новой подруге. – «Если попросить консьержа для путешественников передать весть, думаю, твои друзья тоже смогут нас найти. И я бы хотела ещё послушать истории о твоих приключениях». «Но разве ты не должна ждать своих спутников...» - растерялась Лазурия, и Сомья махнула рукой: «Ничего страшного. Мне сказали, что если их долго не будет, я могу идти вперёд. Я оставила им записку, куда направилась. К тому же, ты ведь проголодалась, верно? Я предупредила, что приведу с собой несколько человек, так что, думаю, для нас приготовят много вкусной еды на обед!» Это решило дело. От еды Лазурия не отказывалась никогда и ни за что! ...Тетушка Сонезе потчевала гостей, а Лазурия вспомнила о том, как, будучи в Глене, была в гостях у Мираны и Сани. В ту пора она не знала ровным счетом ничего об этом мире, и слова «мама» и «папа» ничего для нее не значили. С тех пор прошло полгода... и мировосприятие ее разительно изменилось. «Значит ли это... что я повзрослела?» - размышляла Лазурия. – «Хотя, по идее, я должна была узнать намного больше о мире, мне кажется, стало больше вещей в собственных чувствах, которые я не могу себе объяснить...» «И всё же, подумать только, Сомья сама пришла ко мне в гости!» - ворковала Сонезе. – «Ты так повзрослела за то короткое время, что мы не виделись! Ты ведь так не любила морковь, а теперь ешь её за обе щеки!» «Это же было давным-давно, когда я была совсем маленькой!» - улыбалась Сомья. – «Кстати, Лазурия, как и я, не знает, что стало с её отцом и матерью... Поэтому она так внимательно слушала мой рассказ...» Лазурия призналась, что еще недавно это ее весьма беспокоило, но сейчас совершенно перестало волновать. «Ох, в этом мире так много вещей, которые идут не по нашему плану», - покачала головой Сонезе, ставя на стол перед гостьями блюдо с фруктами. – «Мне бы так хотелось показать маме Сомьи, Арине, какой взрослой стала её дочь». «Арина...» - протянула Лазурия, обратилась к девочке: «Послушай, Сомья, а ты что-нибудь знаешь о своих отце и матери?» «Совсем немного», - призналась та. – «Мои родители по какому-то опасному делу специально оставили меня у тети Сонезе и остальных, а сами вроде как отправились в земли Лендерсии. Я не знаю, живы ли они сейчас...» «Тебе никогда не хотелось отправиться на поиски своих отца и матери?» - полюбопытствовала драконица. «Я думала об этом», - отвечала Сомья. – «То есть, я и сейчас думаю, что когда-нибудь, когда стану взрослой, я бы хотела пойти их искать. Но прежде мне было просто одиноко, и я хотела, чтобы кто-то признал меня такой, какая я есть, без всяких условий. Я просто хотела, чтобы папа и мама были рядом. Но сейчас всё немного иначе. Теперь я понимаю, что помимо папы и мамы, за мной присматривает еще много людей... И ради этих людей я чувствую в себе силы стараться и делать всё, что в моих силах. Поэтому мне уже не так одиноко, как раньше. Я хочу, чтобы родители увидели меня нынешнюю... Чтобы сказать папе и маме: ‘Я в порядке, я стараюсь!’ — вот почему я хочу с ними встретиться!» «Сомья, ты по-настоящему, на самом деле потрясающая!» - расчувствовавшись, Лазурия крепко обняла девочку. «Хьюза что-то совсем задерживается...» - вздохнула та, и уточнила драконица: «Это твой спутник?» «Да... Надеюсь, Ребелио и остальные не ввязались в какие-нибудь неприятности...» - тревожилась Сомья. – «Те двое, что куда-то подевались, на самом деле из рода кошачьих с Кошачьего Острова. Мы подружились с ними во время той заварушки в Джулете. Когда мы отправились на Кошачий Остров, чтобы поприветствовать их, они настояли на том, что пойдут с нами ради ‘изучения общества’... Они маскируются, но если их раскроют власти, будет беда...» Лазурия предложила Сомье немедленно продолжить поиски затерявшихся в городе котов...
«И куда же запропастилась Лазу...» - вздыхал Сора, не забывая увлеченно уплетать лапшу. «Это всё потому, что ты наговорил ей лишнего!» - напомнила ему Урипо. – «Ну, даже если Лазу заблудится, у нее хватит ума обратиться к консьержу для путешественников». «Позже заглянем еще и в гостиницу», - предложил Сора. «Лазу в последнее время стала таким сложным подростком!» - усмехнулась Урипо. «Это точно...» - согласился Сора. – «Раньше это было похоже на присмотр за ребенком, но сейчас мы общаемся скорее как ровесники и друзья... Интересно, как сильно она еще изменится в будущем...» «Беспокоишься за нее?» - участливо поинтересовалась Урипо. «Ну... как сказать», - замялся Сора. – «Если она начнет говорить только о сложных вещах, которые я не понимаю, это будет проблемой...» «Ты и сам сильно изменился с тех пор, как встретил Лазу», - напомнила ему Урипо. – «Ты ведь теперь не просто бездумно бросаешься в атаку, а стараешься защищать ее». «Ну, это само собой», - согласился ведди. – «Лазу лезет на рожон первой! Одной силы линий-дополнений недостаточно, против сильных врагов это не сработает... приходится придумывать разные хитрости». «Держи воров!» - послышались вопли. – «Они не заплатили за еду!» «Не заплатили?!» - удивился Сора. – «В таком спокойном и безопасном Веринарде?! Ну и наглость! Если их поймает патруль рыцарей, им несдобровать...» Он осекся, зрев пробегающих мимо ресторанчика монстров из рода кошачьих. «Вот поэтому я и говорил — надо было потерпеть, пока до дома тетушки Сомьи не дойдем», - причинил один из них, полосатый. «Я думал, раз мы замаскированы, то сможем разок перекусить», - отвечал ему здоровяк, набросивший на себя плащ и сжимавший в зубах рыбину. – «Я совсем забыл, что все деньги отдал на хранение Сомье!» Урипо и Сора преградили путь котам, и ведди сбил их с ног, потребовав, чтобы воры немедленно сдались властям. Рыба выпала из пасти крупного кошака, упала в грязь. «Мы, велди, с давних пор не в ладах с этим кошачьим племенем», - пояснил Сора спутнице. – «Что они забыли посреди Веринарда...» «Моя еда... Ты просто взял и испортил продукты!» - возмутился здоровенный кошак. – «Живо извиняйся перед рыбаками!» «Да вы же сами эту рыбу у рыбака спёрли!» - Сора был поражен вопиющей наглостью монстра. «Заткнись! Не смей умничать!» - злился кошак. – «Хорошая рыба — жареная рыба! А плохая рыба — это ты, вонючий ведди! Мы тебя проучим!» «Это просто выплеск злобы!» - вторил ему полосатый собрат. «Я не совсем поняла, что происходит, но, похоже, они не за Лазу пришли», - заключила Урипо. «В любом случае, их надо либо ловить, либо вышвыривать отсюда!» - заключил Сора. Выхватив саблю, кошак бросился к Соре, и двое скрестили клинки. Ведди был поражен, что противник его столь искусно фехтует. Кошак – с другой стороны – удивлялся, что кто-то, помимо Хьюзы и Юлура, способен выдерживать его натиск. «На дальней дистанции он атакует в стиле рукопашного боя, используя свою мощь и длину лап...» - лихорадочно размышлял Сора, отступая и парируя удары монстра, - «а на ближней — переключается на скоростное фехтование мечом?! Какая... редкая и опасная комбинация стиля!» Хмурился и кошак, видя, что противник буквально прощупывает каждое его движение. «Дела плохи...» - понимал Сора. – «С ним может быть даже больше хлопот, чем с капитаном Джангом? Если я буду постоянно и резко сокращать и разрывать дистанцию, то рано или поздно он ошибётся в выборе оружия!.. Поверить не могу, что дело дошло до смертельной схватки прямо в таком месте! Плохо, что Лазу нет рядом! Это может закончиться очень скверно!» Кошак же затягивать поединок не желал, понимая, что противник способен раскусить его тактику и найти в ней брешь. Нет, нужно покончить с ним одним быстрым ударом! Так, кошак вознамерился применить свой секретный боевой прием... когда подоспевший Хьюза с силой ударил наглеца ногой в морду, и тот распластался на земле. «Да я своими руками бы тебя прибил, жиробас», - прошипел Хьюза, - «но та малявка, что со мной, наверняка разозлится». К месту драки начали сбегаться прохожие, подоспели и Лазурия с Сомьей. «Это же Ребелио», - закатила глаза девочка. – «Так и знала, что он что-нибудь натворит!» «Что ты творишь!» - возмутился Кошак Ребелио, силясь подняться на лапы. «Заткнись!» - рявкнул Хьюза. – «Вы, как обычно, подняли шум на пустом месте! Вот поэтому я и был против того, чтобы брать вас с собой!.. «Вот же ж... Теперь и мне в Веринард будет не так-то просто попасть какое-то время...» «Да кто вы такие вообще?!» - выпалил Сора, и Хьюза сбил его с ног, после чего поторопил Ребелио: «Живо вставай, жирный котяра! Сматываемся отсюда! «Если поднимется такой шум, то скоро...» Раздались крики – кто-то звал городскую стражу. Та не замедлила появиться. Возглавлял стражей капитан королевской гвардии Зайнер, и сейчас он громогласно призывал подкрепление. «Кажется, всё принимает скверный оборот...» - поморщился Хьюза, обернулся к Соре: «Все-таки лучше сдать этого типа властям. Тебе так не кажется?» «Меня зачем спрашиваешь?» - растерялся тот. – «Кто вы вообще такие?» К ресторанчику подоспели Сомья и Лазурия, и девочка напустилась на Хьюзу, выпалив: «Ты что, снова издеваешься над Ребелио?!» Тот не нашелся с ответом, а малышка уже напустилась на котов, заявляя: «Вообще-то, Ребелио сам виноват! Он так увлекся осмотром достопримечательностей, что убежал далеко вперед!» «Прости нас!» - в унисон взвыли Ребелио и Мьялджи. «Именно так!» - поддержала подругу Лазурия, грозно подступая к струхнувшим котам. – «Вдобавок ко всему, ты потерялся и заставил Сомью волноваться! В в следующий раз будь осторожнее». «Что... что вообще здесь происходит?» - пробормотал Сора. «Так, ты пока спрячься», - велел Сомье Хьюза. – «А то стража и тебя в сообщницы запишет». «Нет, я так не могу!» - возражала та запальчиво. «Значит, эти двое и есть те самые монстры из племени кошачьих, о которых ты говорила?» - уточнила у Сомьи Лазурия, и подтвердила та: «Ну... да! Они немного грубоватые и бестолковые. Раньше они творили ужасные вещи, но сейчас вроде как исправились... Ну, по крайней мере, они не такие уж и плохие». «То есть, они твори друзья?» - на всякий случай переспросила драконица, и, когда Сомья утвердительно кинула, схватила Кошака Ребелио за лапу, увлекла за собой: «Идем со мной, господин кот! Сора, где здесь порт?» «Вон там...» - указал направление ведди, окончательно сбитый с толку. «Кто ты вообще такая?!» - выпалил Ребелио, едва поспевая за девушкой, и та отвечала: «Я – Лазу! Раз вы друзья Сомьи, значит, и мои тоже!» «Вы куда собрались?!» - крикнул им вслед Хьюза, указывая в сторону приближающихся стражей: «И что мне делать с этим?!» «Все в порядке», - заверила его Сомья. – «Лазу можно доверять!» Вслед за Лазурией и котами припустили Сора и Урипо, а после и Сомья с Хьюзой сорвались с места... Преследуемые стражей, авантюристы и коты со всех ног неслись в городской порт. «Мальтина!» - вопила Лазурия, подбегая к кораблю. – «Отчаливаем!» Искатели приключений и монстры поднялись по сходням, и Мальтина, узрев котов, в изумлении выпалила: «Что это вообще такое?! Они же монстры, разве нет?!» «Да нормально всё», - заверила ее драконица, и, обернувшись к матросам, завопила: «Ставьте паруса! Поднимайте якорь!» Те бросились исполнять приказ, и корабль начал медленно удаляться от пристани. Стражники что-то орали на берегу, тряся кулаками, и Мальтина обратилась к Лазурии, вопросив: «Что вообще происходит?! Что вы натворили?!» «Всё в порядке, всё в порядке!» - улыбалась та. - «Если мы как следует извинимся, всё будет пучком!» «Извиниться...» - прошипела Мальтина. - «Интересно, кто и перед кем будет извиняться?» «Ты должна будешь извиниться перед властями...» - беззаботно предложила ей Лазурия. - «И если они всё равно будут злиться, тогда я тоже извинюсь!» Мальтина лишилась дара речи...
«Дуралеи-и-и!» - взвыла Мальтина, когда узнала все о произошедшем в городе. - «Что же ты натворила, драконица?! Мало того, что ты защитила монстров, которых привели в город, так ты еще и сбежала от стражи?! А теперь ты принимаешь на борт капера, которого мы только недавно встретили?! И это сразу после аудиенции у королевы! Слушай внимательно! Доверие — это ресурс, который уменьшается, если его использовать не по назначению! И за такие выходки придется платить очень высокую цену!» «П... Прости меня...» - взмолилась Сомья. - «В конце концов, это я виновата, что привела Ребелио и остальных...» «Нет... По крайней мере, в том, что их затащили на этот корабль, виновата вон та девчонка-драконица», - заключила Мальтина. - «Так что не бери это на свой счет». Присмотревшись к девочке, молвила она: «Хм... Так ты и есть та самая Сомья. Я слышала историю от мэра Воллена в Джулете о том, что он приютил девочку без семьи, но не думала, что мы встретимся вот так». Над кораблем появился монстр – летучая мышь, сбросил на палубу письмо от принца Одиса. Алек взял его в руки, прочел: «Она так смеялась... Впервые за несколько лет я видел ее такой счастливой. Подробные объяснения подождут до следующего раза, когда вы заглянете в Веринард. А пока продолжайте свое путешествие». «Королева оказалась очень великодушной», - вздохнула Мальтина с облегчением, радуясь, что инцидент исчерпан. - «Нам очень повезло...» «Она также связалась с Сонезе в замковом городе», - произнес Рубиби, прочтя письмо до конца: «Сказала: ‘В следующий раз обязательно приходи вместе со своими друзьями’». «Я так рада, что нам больше не нужно беспокоиться!» - всплеснула руками Сомья. «Похоже, всё уладилось миром», - радовался Мьялджи. «И... что нам теперь делать?» - вопросил Хьюза у собравшихся на палубе. - «Этот корабль ведь идет в ту горную деревушку, где даже переправы нет, верно? Мы же не сможем вернуться». «Всё уже решено!» - заявила Лазурия. - «Сомья, ты и коты — поехали с нами!» «Что?» - озадачилась Сомья. «...Ты уверена?» - обратился Хьюза к Лазурии, и та развела руками: «Ну, один или два лишних гостя погоды не сделают. Наш корабль не настолько жалок, чтобы из-за этого беспокоиться». «Ч-что же нам делать, Хьюза?» - обратилась к юноше Сомья. «Не спрашивай меня!» - заявил тот. - «Я всего лишь телохранитель. Я просто пойду туда, куда пойдешь ты. Если хочешь стать взрослой и самостоятельной, то решай такие вещи сама...» Сомья лишь глазами хлопала, и Хьюза вздохнул, вымолвив: «Ты ведь всё время безвылазно сидела в Джулете. Раз уж мы проделали такой путь до Веринарда, почему бы не продлить это приключение еще немного, если тебе стало интересно?» «Я тоже хочу побольше узнать о жизни мирян, мяу!» - заявил Ребелио. – «Это будет вроде экскурсии в мир смертных!» Сомья согласилась продолжить странствие, и Лазурия приветствовала решение девочки. «Ох-хо-хо... Опять у нас прибавилось странных попутчиков», - проворчала Урипо, наблюдая за новыми знакомыми. - «Ну, они вроде привыкли к путешествиям, так что проблем быть не должно...» Плавание продолжалось, и Сора констатировал с облегчением, что настроение у Лазурии заметно улучшилось!..
«Ох-хо-хо... Похоже, моим старым костям уже не под силу с тобой тягаться!» - проронил Фолка, сдерживая натиск противника. Из теней выступил Рейзен в обличье огра-мага, и Малик велел ему принять участие в бою. Чародей принялся атаковать принца демонов, фехтующего с Фолкой, заклинаниями... но слишком поздно понял, что тот загодя наложил на свой клинок заклятие отражения! К сражающимся прислонился могучий Гоу, и ныне Малик противостоял одновременно трем противникам. Дабы расколоть скалу, кою пытался обрушить на него Гоу, Малик применил прием «Драконьи когти», после чего приставил клинок к горлу гнома. «Я признаю поражение», - усмехнулся тот. – «Подумать только... Мы втроем уже не в силах тебя остановить! «Это были когти того самого паренька в маске демона, не так ли? Надо же, ты так быстро сделал их своей силой!» «Это всего лишь высвобождение могущества линий-дополнений грубой силой», - отвечал Малик, руки которого дрожали. – «В этом нет ничего особенного. Но все-таки это ужасно несовершенная техника. Усталость и резкая боль после каждого использования... С этим я не выдержу долго. В хаотичном бою я не смогу противостоять следующему врагу. Такую технику стоит использовать только тогда, когда тебя действительно загнали в угол Мне нужно отточить свое мастерство настолько, чтобы не полагаться на подобную силу...» «Мы здесь для того, чтобы тебе, молодой господин, не пришлось доводить себя до такого состояния», - заверил его Рейзен. В чертог ступила Эсторис, порхала над которой почтовая летучая мышь. «Поступил доклад от наших марионеток, внедрённых в сеть лазутчиков в Астолтии», - произнесла демонесса. – «Отряд драконьей принцессы покинул Веринард и, по слухам, направляется в деревню Лусина на севере Островов Венна». «Что ты сказала?!» - встрепенулся Рейзен. – «В деревню Лусина?!» «Значит, тот мальчишка действительно связан с Истинным Солнцем?» - хохотнул Гоу, и Фолка проронил: «Даже если он из народа ведди, вряд ли прямой потомок Сакры Алое Небо...» «Как нам поступить?» - обратился к Малику Рейзен. - «Если наше происхождение станет известно, есть вероятность, что они нанесут превентивный удар». «Сейчас самое время действовать», - заключил тот. – «Мы сразим воина в демонической маске и вернём драконью принцессу. Искоренив осколки Истинного Солнца, мы сделаем это началом восхождения Луны Возмездия».
«Сегодня из десяти попыток я смог отразить только две...» - размышлял он, лежа на досках палубы. – «Этот ведди все же невероятно силен. Если говорить об умении, то Ребелио обучен фехтованию, так что он должен быть искуснее, но... Боевые учения Хьюзы – того, кому долгое время приходилось выживать в одиночку – это нечто немыслимое, сочетание грубого натиска и стремительных выпадов... Хоть мы все и называем это ‘фехтованием’, стили у всех совершенно разные. Каждый нашел свой собственный путь, подходящий именно ему. А я-то думал, что достаточно просто размахивать длинным и тяжелым мечом, и всё само собой образуется...» Сора совсем раскис, вспоминая своих недавних противников: Кагеро, Юлур, Джанг, Малик... а теперь и Хьюза. Все они оказались сильнейшими мечниками, в фехтовании Сору превосходившими... «Нет... если и есть какое-то преимущество на моей стороне, то это те самые ‘Драконьи когти’», - решил Сора. - «Конечно, если вложить всю силу в этот стремительный выпад, удар может стать смертельным, но... в прошлый раз это был эффект неожиданности, а теперь Малик уже видел эту технику...» Впереди показались очертания северного побережья острова, и родина Соры - деревня Лусина, отделенная от иных земель горной грядой. Жители селения заметили судно, сбежались к пристани. «Мюль! Сесри!» - кричал Сора, заметив среди сородичей своих давних друзей. И, когда «Метеор» приблизился к пирсу, Сора спрыгнул в воду, сметая с пришвартованной лодки своего лучшего друга, толстячка Сесри. Двое смеялись, радуясь встрече. «Выглядишь вполне бодрым!» - говорил Сесри. – «Не похоже, что ты сбежал домой, потерпев неудачу в приключениях!» «Сесри, ты уже рыбачишь на собственной лодке?!» - удивлялся Сора. – «Это точно твоя? Кто тебе ее дал?» «Зачем ты вернулся?» - обратился к Соре его двоюродный брат, Мюль, протягивая парню руку и помогая взобраться на пирс. – «Даже если ты сейчас скажешь, что хочешь стать рыбаком, для тебя не найдётся свободной лодки». «Колючий язык Мюля совсем не изменился!» - рассмеялся Сора. – «Всё такой же бодрый!» С корабля сбросили сходни, и спустились на берег искатели приключений и матросы. Мальтина приветствовала Мюля, и тот обернулся к ней, молвив: «Госпожа Мальтина! Регулярный рейс был запланирован через месяц, но...» «Прости, что так внезапно!» - отвечала чародейка. – «Мне пришлось немного сдвинуть график, чтобы помочь Соре с его начинанием...» «Мюль — мой двоюродный брат!» - пояснил Сора присоединившейся к нему Лазурии. – «Ну, ‘двоюродный брат’ — это значит, что наши родители — братья... В общем, он вроде улучшенной версии моего старшего брата!» Все больше жителей деревни спешили к берегу... в том числе и девушка-ведди, радостно приветствовавшая Сору. «С возвращение-е-ем!» - кричала она. – «Ты почему вернулся? Соскучился по дому?!» «Митона!» - обрадовался Сора, заметив младшую сестру Мюля. – «Я дома!» «О, Митона...» - пробормотал Сесри. – «Я пошел...» «Что случилось, Сесри?!» - удивился Сора, когда его друг засеменил прочь. – «Ты что, опять поссорился с Митоной?!» «Лучше у нее спроси», - отозвался Сесри, стараясь поскорее исчезнуть. Митона радушно приветствовала Урипо, поинтересовалась, куда подевался Гиб. Девушка тараторила, спрашивая, кто такая Лазурия, невеста ли она Соры, сообщая доверительно о том, что Мюль собирается охмурить Мальтину и войти ее в семью. «Митона совсем не изменилась», - рассмеялся Сора, и Мюль, сохраняющий каменное выражение лица, подтвердил: «Ага. В последнее время мама заставляет её заниматься искусством аранжировки цветов, но она ни капли не остепенилась. Это настоящая проблема». «Я скоро выхожу замуж за Сесри!» - говорила Митона. – «Но по обычаю мне нельзя видеться с ним до самого дня свадьбы! Это так хлопотно, ведь мы живём по соседству!» «Замуж?!» - оторопел Сора. – «Тебе же всего 14, разве нет?!» «Да ладно тебе!» - воскликнула Митона. – «Мы с тобой ровесники, разница всего полгода! Мне уже 16! Дедушка сказал, что раз деревня маленькая, то если вы двое любите друг друга, лучше пожениться поскорее и нарожать побольше детей...» «Дедушка слишком беспечный!» - строго заявил Сора. – «Где хоть какой-то план по созданию счастливой семьи?!» Лазурия была изумлена тем, сколь невероятна энергия и экспрессия сородичей Соры. «Удивлена?» - рассмеялась Урипо. – «Мы испытывали схожие чувства, когда впервые пришли сюда!» «Да уж, впечатляет!» - призналась драконица. – «Но... почему-то теперь всё встало на свои места... Сора вырос в окружении таких ведди!» Сора и спутники его направились к дому старейшины Оркана – деда Соры. Как и всегда, тот, скрестив ноги, невозмутимо грелся на солнышке на крыльце, попыхивая трубочкой. «С возвращением, с возвращением!» - старый пройдоха глаз не отрывал от Лазурии. – «И подумать только, ты притащил с собой такую пышногрудую невесту! Ты молодец! Хороших детишек наделаете! Молодец!.. Хотя... разве ты не должен был войти в семью госпожи Мартины как муж-примак?» «И ты туда же?!» - возмутился Сора. – «Это всё шутки! Я пришёл поговорить о серьёзных вещах! Слышишь, серьёзных – про дракона! Древнего дракона!» «Древний дракон, значит...» - протянул Оркан, когда Сора поведал ему о предмете их поисков. – «Никогда не слышал, чтобы поблизости от нашей деревни обитал такой величественный дракон». «Ты что, не просто забыл, а вообще не в курсе?» - расстроился Сора. «Но ведь эту деревню основали всего пятьсот лет назад, верно?» - уточнила Мальтина, а Урипо добавила: «Бридон говорила, что это было давным-давно! Сотни тысяч, миллионы лет назад! Если это было так давно, то ничего не поделаешь, если ты не знаешь!» «Ну, места здесь глухие, так что неподалеку наверняка есть еще несколько старых деревень», - развел руками старейшина. – «Можете сходить и поспрашивать там позже». «Ну ты и бесполезный, дед!» - возмутился Сора. – «Ты что, реально всё забыл, кроме своих пошлых мыслишек?!» «Как грубо!» - насупился Оркан. – «А вот другую вещь я помню очень хорошо. Про Истинное Солнце и Лунное Племя! В конце концов, это история, связанная с самим основателем нашей деревни!» Авантюристы обратились в слух, а старейшина начал рассказывать: «Около пятисот лет назад произошла великая война, охватившая всю Астолтию. Демоны создали Ложное Солнце, кое выжигало эту землю дотла. Леса засохли, моря и реки выкипели... Это были поистине ужасающие времена». «Ложное Солнце?» - пронеслось в разуме Соры. – «Кажется, Малик говорил о том же... Поверить не могу, что легенда, забытая даже в Веринарде, передается в такой глухой деревне!..» «Чтобы противостоять сему злу, во многих частях Астолтии поднялись воины», - продолжал говорить Оркан. – «И не стоит скрывать, что основатель нашей деревни, господин Сакра, был одной из них! Говорят, что он служил в Элтоне Якур – одной из Четырех Чародеев. Он путешествовал по всей Астолтии, сражая бесчисленное множество монстров. Даже в бушующем пламени Ложного Солнца он продолжал истреблять чудовищ. За доблестные деяния его воспевали как Сакра Алое Небо. Вскоре, прослышав о его славе, собралось множество воинов, и был основан орден Истинного Солнца, выступивший против порождений Ложного Солнца. И вот, в конце войны, орден воинов прибыл на Острова Венна. Именно там развернулась финальная битва против демонического Лунного Племени! Говорят, битва между предводителем Лунного Племени — Лордом Полумесяца — и господином Сакрой была великим зрелищем! Последний поединок один на один, расколовший небеса и землю!» «Значит, господин Сакра победил того Лорда Полумесяца, и Лунное Племя было уничтожено, верно?» - уточнила Сора. «На самом деле, никто не знает правды», - отвечал ему Оркан. – «Чужеземные воины, появившиеся неведомо откуда, повергли ревнителей Ложного Солнца, и сама война закончилась. Но о том, чем закончилась решающая битва между господином Сакрой и Лордом Полумесяца, никому не известно... Однако выжившие воины основали деревню в этой глуши. Говорят, они жили здесь, почитая души тех, кто пал в той войне. Такова история основания нашей деревни, Лусины». «Но всё же мне кажется, что нам не хватает какой-то одной детали...» - протянул Сора, осмысливая прозвучавшую историю. – «Говорят, что они стремятся к возрождению своего клана... Значит, в то время Народ Великой Луны и вправду был практически уничтожен. И выжившие из этого клана скрывались все пятьсот лет... А теперь, спустя столько времени, они решили возродить его?..» «Какая-то невероятная судьба», - покачала головой Мальтина. – «Подумать только, те, кто стремится к возрождению своего клана... и те, кто защищает дитя дракона, чтобы помешать им... Оказывается, они — потомки тех самых сторон, что когда-то сражались друг с другом...» Сора согласно кивнул. Теперь он лучше понимал цели, кои преследовал Малик... Поинтересовался старейшина, что еще желает узнать его внук, и Сора явил деду свой надвое расколотый меч. «Батюшки, это же последний уцелевший клинок из тех, что использовались в эпоху господина Сакры!» - опешил Оркан. – «И надо же было его так мастерски расколоть... Кто же и какую технику применил, чтобы довести её до такого состояния?..» «Ну...» - протянул Сора, радуясь, что вообще остался жив в поединке с воителем, покончим с самим Владыкой Бездны. «М-да, дела», - протянул старейшина. – «В нашей деревне больше не осталось кузнецов, способных перековать такое оружие». «Неужели это был настолько легендарный меч?» - удивился Сора. «Да уж, ‘легендарный’ — не то слово...» - вымолвил Оркан. – «Это же клинок, выдержавший яростные сражения с армией Лорда Демонов в стародавние времена! Говорят, в способе его ковки замешаны магические секреты, передававшиеся лично господином Сакрой. Его не под силу перековать простому умелому кузнецу... Это был последний меч, который я вручил тебе как напутствие перед твоим становлением искателем приключений...» «П-п-прости...» - расстроился Сора. – «Такая ценная вещь...» «Если он сломался, защищая твою жизнь, значит, такова была его судьба», - постановил старик. – «Не бери в голову. В этом и заключается суть меча. Что ж, я заберу его у тебя. Посмотрю, нельзя ли его как-то починить... Однако... есть ли что-то, что могло бы послужить ему заменой...» Оркан вытащил из деревянного сундука короткий меч, передал его внуку, пояснив: «Этот клинок — пара к тому, коим ты владел раньше. Говорят, господин Сакра и другие держали его в левой руке и использовали как вспомогательный меч для парирования. Сора сделал несколько пробных выпадов, отметив, сколь идеально клинок лежит в руке. Он действительно был выкован в пару к тому мечу, который был расколот в поединке с героем!.. «Какой замечательный меч!» - восхитился Сора, обернулся к старейшине: «Дедуля, ты уверен, что я могу его взять?!» «Бери-бери!» - согласился тот. – «Мечу нет смысла пылиться в закромах у старика». «Пойдем скорее в соседнюю деревню разузнать про древнего дракона!» - тут же предложил Сора сподвижникам, и дед схватил его за спинной плавник: «А ну стой, неблагодарный внук! Ты куда это собрался?! Ты ведь еще даже не сходил на могилы отца и матери! И к Кайлану с Фуртом загляни, покажи им лицо! Ах ты, неблагодарный малец! Сегодня вечером мы празднуем помолвку Митоны и Сесри, так что все соберутся. Раз уж вернулся, останься и отдохни хоть немного». ...Этим вечером на празднестве рассказывал Сора сородичам о своих приключениях. «Герой, Владыка Бездны, дракон?!» - изумлялись тетя Кайлан, качающая на руках младенца и дядя Фурт. – «В какое же невероятное приключение ты умудрился вляпаться за это время, парень?! Да уж, а ведь когда-то ты был просто малым, помешанным на старых сказках о приключениях. А теперь поглядите-ка — ты сам в центре грандиозного приключения, прямо как главный герой сказки!» «Ну, в основном это как-то само по себе происходит», - улыбался Сора, - «но я рад, что повстречал таких интересных ребят!» «Всё так же безрассудствуешь...» - журили парня дядюшка и тетушка. – «Как приемные родители, мы не можем не волноваться. Все гадаем: ест ли этот ребенок всё подряд, не привередничает ли?» «Они - чета брата и невестки отца Соры», - шепнула Мальтина Лазурии. – «Родители Мюля и Митоны». «У меня сейчас голова кругом пойдет от имен...» - вздохнула драконица, указала на младенца на руках у Кайлин. – «Послушай... тот ребенок...» «Это малыш», - улыбнулась Мальтина. – «Лазу, ты впервые видишь младенца? Все ведь рождаются в таком виде и растут». «Хочешь подержать его, девонька?» - тетушка протянула малыша Лазурии. – «Не бойся, он уже уверенно держит голову, так что всё в порядке». Девушка взяла младенца на руки, поражаясь, какой он хрупкий... и как приятно пахнет... Значит, со временем он станет похож на Сесри или Митону... «Если ему четыре месяца, значит, я его ещё не видела», - обратилась Мальтина к собравшимся ведди. – «Чей он?» «Это наш с Сесри ребенок», - отвечала ей Митона. «Ты что несешь?!» - опешила Мальтина, и Мюль вздохнул: «Это ребёнок отца и матери! Наш младший брат!» Сора тихонько улизнул из таверны, принес плошку супа Сесри, расположившемуся снаружи. «Поверить не могу, что Митона и правда уходит в семью Сесри!» - признался он. – «Я всё ещё воспринимаю её как маленькую сестрёнку, так что чувство какое-то странное!» «Сора», - проронил Сесри, - «на самом деле, у меня есть к тебе одна просьба по этому поводу. – «Не мог бы ты стать нашим шеллнером?» Шеллнеру отводилась роль посредника или свата при заключении брака у народа ведди, который помогает жениху и невесте. Просьба Сесри Сору весьма удивила...
Пока они расследовали тайну этого странного города, где живут одни дети, раскрылся коварный заговор древнего демона, стремящегося к возрождению через использование детей. Так, герой Юлур и его сподвижники схлестнулись с джинном Энраей и сатиром Мучино...
«Что случилось, Сора?!» - обратилась к нему Лазурия. – «Зачем ты читаешь книгу, где так много букв?! Ты в порядке?! Ты что, заболел?!» «Раз уж я вернулся в эту глушь, я просто решил перечитать приключенческую книгу, которую читал давным-давно!» - улыбнулся Сора. – «Вообще-то, несмотря на внешность, в душе я романтичный юноша, увлекающийся литературой!» «Так, на чём ты остановился...» - протянула Лазурия, заглядывая через плечо Соры на страницу книги. - «Когда корабль, на котором плыл отряд героя, приблизился к проливу, внезапно раздался заунывный, печальный женский плач, и поднялся такой шторм, что корабль отбросило назад...» «О, я знаю это место!» - воскликнул Сора. – «Это же отрывок про Мыс Оливии! Эрик и Оливия были влюблёнными, которые поклялись друг другу в вечной верности и совместном будущем, но Эрика ложно обвинили в преступлении, и влюблённых разлучили. Позже, узнав, что невольничий корабль с Эриком на борту затонул во время жестокого шторма, Оливия сама бросилась в бушующее море с вершины утеса. С тех пор этот мыс стал проклятым местом кораблекрушений, где ни одно судно не могло пройти мимо. Однако отряд героя на своём корабле наткнулся на призрачное судно, в которое превратился корабль Эрика, блуждающий по волнам. Они нашли там памятный кулон, хранивший воспоминания об их любви. И стоило им бросить этот кулон в воду с мыса, как души влюблённых наконец воссоединились, печаль Оливии утихла, а проклятие мыса было разрушено... В школьном учебнике ‘Забытые легенды’ про этих двоих рассказывается куда подробнее. Тот самый памятный кулон изначально принадлежал Эрику, который и подарил его Оливии...» Сору окликнул один из поселенцев, эльф, молвив: «Тут в деревню заявился какой-то странный бродяга, который без сил рухнул прямо у входа. Вряд ли дело дойдёт до потасовки, но не мог бы ты на всякий случай пойти со мной и тоже взглянуть?» Переглянувшись, Сора и Лазурия последовали за эльфом. Селяне столпились вокруг мужчины, сидящего на земле подле автомобиля и жадно уплетающего яства, переданные ему местными. Принадлежал он к расе, прежде в Астолтии невиданной; на голове парня виднелись небольшие рога, и предположили селяне, что он – родич Лазурии, из драконьего племени. «Значит, ты явился в нашу глухомань в поисках какого-то там синего священного камня?» - недоверчиво спрашивал один из поселенцев огр. «Точно!» - подтвердил чужак, назвавшийся Динеро. – «Так мне сказал мой информатор из таверны. По слухам, этот синий священный камень можно добыть как раз неподалёку от деревни Лусина, что в северной части Островов Венна!» Миряне озадаченно переглядывались: ни о каким «священном камне» они прежде не слыхали... «Наша деревня живёт почти исключительно рыбным промыслом, она совсем крохотная», - заверил Динеро огр. – «С драгоценными камнями мы никак не связаны». «Деревушка действительно выглядит убого и бедно», - поморщился тот. – «Какая поразительная честность... Чёрт, опять мимо?! А я-то думал утереть нос отряду Зеримару и специально помчался на полной скорости, чтобы опередить их! Раз так, мне больше нечего делать в этой захолустной деревне!» Прыгнув в автомобиль, Динеро, провожаемый озадаченными взглядами селян, умчался прочь. «Что это вообще было...» - озадаченно протянул огр. «В столице сейчас модно гонять на таких долбордах?» - предположил гном, который прежде подобных транспортных средств не видал. К собравшимся подошел Мюль, и огр просветил его: «Это был какой-то парень невиданной расы. Он вроде как услышал, что где-то рядом с этой деревней можно добыть синий священный камень, вот и примчался на поиски». «И где только он откопал такую чушь?» - хохотнул эльф, и огр согласился с ним: «Если бы здесь добывались драгоценные камни, мы бы тут вечно в нищете не сидели, верно?» «Синий священный камень действительно существует», - просветил селян Мюль, и те оторопело уставились на него. – «Говорят, несколько десятков лет назад его добывали прямо у дороги, идущей вдоль побережья вглубь материка. Похоже, в стародавние времена это был важный товар, но сейчас, судя по всему, его запасы полностью иссякли. Так как миряне всё чаще стали использовать корабли, чтобы добраться до материка, по суше туда теперь почти никто не ходит, да и пытаться добыть этот камень уже давно перестали. Из-за того, что там больше не бывают миряне, в тех краях, поговаривают, в последнее время начали частенько появляться монстры». «Получается, тот парень говорил чистую правду?» - озадачился гном, переглянувшись с иными поселенцами. – «Из-за недопонимания мы отпустили его одного!» Тем не менее, селяне решили заняться своими делами... в то время как Сора размышлял о словах своего кузена. «Мюль, ты знаешь то место, где добывали этот синий священный камень?» - поинтересовался он, и Мюль пожал плечами: «Ну, если поискать, то, может, ещё и получится найти. Помнится, это было неподалёку от придорожного святилища Грако, там всё так и осталось в виде заброшенного карьера под открытым небом. Азачем тебе? Собираешься пойти поискать?» Сора утвердительно кивнул, предложил Лазурии отправиться с ним на поиски камня. Двое покинули селение, углубились в горы. «Этот синий священный камень, скорее всего, представляет собой то же самое вещество, что и твой амулет, лазурит», - предположил Сора. – «Я уверен, что мой отец тоже нашёл его в том самом месте! Если я смогу найти ещё один такой камень, то обязательно подарю его тебе, Лазу!» «Жаль, что Урипо тне пошла с нами!» - вздохнула Лазурия. – «Я бы так хотела всю ночь напролёт болтать с Митоной о девичьих секретах, а потом сладко вздремнуть во второй раз...» Наконец, двое добрались до придорожного святилища Грако, подле коего пребывал карьер. Отложив в сторону оружие, Сора и Лазурия взяли в руки кирки, принялись долбить породу в надеясь обрести вожделенное сокровище. Довольно скоро двое совершенно выбились из сил, но так ничего не обнаружили. Сора с ужасом осознал, что спутница его, похоже, начала скучать. Он чуть было не уронил статую Грако... когда заметила Лазурия самоцвет за нею. «Наверное, копать прямо позади святилища считалось неуважением, вот никто здесь раньше и не проверял...» - выдохнул Сора, беря камень в руки, нахмурился: не похожа находка на лазурит, слишком блеклая... «Слышь, ты! А ну стоять, полурыба несчастная!» - послышался окрик. – «Этот камень принадлежит мне! Так что руки прочь!» К Соре и Лазурии приближались трое – парень и две девушки, и принадлежали они к расам, в Астолтии прежде невиданным. То были уроженцы мира сопредельного – Зенимару, Аскеш и Косени, и сопровождал их слизень Слайон, перемещающийся на древней зачарованной броне. «Вообще-то мы нашли его первыми!» - нахмурился Сора, настороженно взирая на чужаков. – «Вы ещё кто такие?!» Зенимару ринулся было к Соре, но тот с легкостью обезоружил его, поверг наземь. Слыша, как спутницы незадачливого парня называют его именем Зенимару, вспомнила Лазурия, что прежде упоминал его Динеро. Быть может, принадлежат они к одной и той же расе?.. К Соре метнулась Аскеш, вооруженная нунчаками. Один удар незнакомого оружия Сора пропустил, взвыл от боли. Ведди пытался сражаться, не обращая внимания на весьма соблазнительные формы противницы, что не укрылось от Лазурии. «Да что ты творишь, Сора?!» - возмутилась драконица. – «Хватит позориться! Задай ей как следует!» За спинами Зенимару, Косени и Слайона возник огромный монстр, походящий на спрута – окторич. Наверняка именно о нем предупреждал Мюль!.. Уклонившись от выпада Аскеш, Сора ринулся в сторону монстра, когда щупальце того оплело Косени, подняло визжащую от страха девушку в воздух. Использовав Зенимару в качестве трамплина, Сора оттолкнулся от него, взвился ввысь, отсек клинком щупальце, сжимавшее Косени, а падающую девушку сумел подхватить на руки. «Спасибо», - пролепетала она. «Да не за что», - отозвался Сора. – «Просто я единственный заметил эту тварь». Тем временем иной окторич атаковал Лазурию, захлестнул ее своим щупальцем. Отбросив Косени в сторону, Сора метнулся к монстру, сознавая, что находится слишком далеко... На помощь Лазурии пришла Аскеш; обрушив на окторича шквал ударов нунчаками, она заставила тварь выпустить добычу. Подхватив Лазурию, Аскеш шепнула ей: «А твой парень очень даже не промах». «’Парень’... Интересно, что она имела в виду», - задумалась Лазурия, но вслух произнесла: «Спасибо большое». «Спасибо, выручила!» - поблагодарил Аскеш и Сора. – «Ты очень помогла!» «Да ладно», - отмахнулась та. – «Мне просто было ближе до неё добежать, вот и всё». Зенимару и спутники его поведали Соре и Лазурии о том, что синий священный камень необходим им для того, чтобы починить броню, использует которую слизень Слайон. «Значит, эта штука — непростой драгоценный камень...» - осознал Сора, обернулся к Лазурии: «Стало быть, это не лазурит. То-то я думаю – цвет другой!» Сора передал камень Зенимару, а Аскеш протянула ведди меч, молвив: «Не знаю, сойдет ли это за благодарность, но возьми хотя бы это». «Отличный меч!» - восхитился Сора, принимая дар. – «Спасибо!» «Это же мой!» - опешил Зенимару, и, обратившись к Соре, выпалил: «Это мощный легендарный меч, на который наложено заклинание! Эта вещица стоит целый миллион золотых, но я отдаю её тебе бесплатно вместо того камня, так что береги его!» «Это же самый обычный стальной меч...» - пробормотала Аскеш, закатив глаза. – «Пусть сдаст его в ломбард и выручит хоть немного деньжат на карманные расходы...» Сора и Лазурия простились с новыми знакомыми, выступили в обратный путь к деревне. «Надо бы вернуться в деревню до ужина», - говорил ведди спутнице. – «Ведь уже с завтрашнего дня я должен помогать Сесри и Хьюзе искать ракушку... Прости, Лазу, что зря только вытащил тебя в эти горы...» «А мне вообще-то было очень весело!» - заверила его драконица. «Серьёзно?!» - удивился Сора. – «Но ведь... твой амулет — это же старая мамина вещь, которая досталась тебе по наследству, верно? Мне так хотелось подарить тебе совершенно новый амулет... И я просто подумал, как было бы здорово, если бы я смог найти и лично подарить тебе амулет, который отыскал сам...» «Конечно, если бы я получила красивый камень, я была бы очень рада», - рассмеялась Лазурия, - «но самое важное для меня — это всё-таки тот первый амулет, который я получила от тебя! Ведь это тот самый камень, который дал мне моё имя!» Сора расчувствовался, прослезился. Двое продолжили путь, обсуждая тех странных ребят, которых повстречали сегодня. «Интересно, встретимся ли мы с ними еще когда-нибудь?» - задавалась вопросом Лазурия. «Мы ведь все искатели приключений!» - напомнил ей Сора. – «Если будем потихоньку продолжать наш путь, то наверняка ещё где-нибудь пересечёмся!»
«Поверить не могу, что та «важная просьба», о которой ты говорил — это быть шеллнером на свадьбе Сесри и Митоны», - шепнул Сора старейшине. «Я всё ещё не совсем понимаю, что значит ‘шеллнер’», - призналась Лазурия Мальтине, и та готовностью пояснила ей: «Ну, это древний обычай, уникальный для нас, народа ведди. У других рас это похоже на роль ‘свата’ или ‘посредника’... По свадебным традициям ведди, жених должен сам добыть ракушку и подарить её невесте, а она в ответ поет песню собственного сочинения! А роль шеллнера заключается в том, чтобы передать эту ракушку и проводить невесту к жениху! Чем больше и красивее ракушка, которую он вручит, тем глубже будет считаться любовь жениха. Мужчины даже отправляются в опасные места, чтобы доказать ее». Мальтина напомнила Соре, что его обязанность – помочь жениху в поисках ракушки. «Так что делай свою работу как следует, понял?!» - прорычала она, и Сора поспешил закивать. Сородичи-поддерживали Сору, высказывая уверенность в том, что авантюристу такая задача наверняка по плечу, и отвечал им ведди: «К тому же в этот раз нам поможет Хьюза, который уже бывал шеллнером! Я не был уверен, смогу ли сделать всё по обычаям, так что он меня спас!» «Мы всё время только и делали, что ели за чужой счет, и я чувствовал себя не в своей тарелке», - признался Хьюза. – «Но мне казалось, что свадебные обычаи, касающиеся шеллнера6 довольно сильно отличаются в зависимости от местности? Так что не стоит на меня особо полагаться...» «Не бери в голову», - отмахнулся старейшина. – «Обычаи в такой глухомани не такие уж и строгие». «Ох, дедушка вечно такой беспечный...» - улыбался Сора. «Когда Сесри вернется, у нас будет свадьба!» - радовалась Сомья, издали наблюдая за тем, как Сесри, Сора и Хьюза забираются в лодку и отчаливают от берега, обещая вернуться завтра или послезавтра. – «Я... впервые на свадьбе... Интересно, какое подвенечное платье наденет Митона?..» Для Лазурии свадебное торжество и сопровождающие его обычаи были чем-то неведомым. Жених, невеста, шеллнер?.. Что это означает – драконица понятия не имела...
К двоим, находящимся на мысе, присоединилась Лазурия, воскликнула: «Какой потрясающий вид! Море отсюда кажется таким бескрайним!» «Все в деревне часто поднимаются сюда, чтобы развеяться», - отвечала ей Мальтина. Мальтина вспомнила, как в детстве часто встречала здесь Сору, и Митона не преминула о сем упомянуть: «Кстати, Сора тоже часто приходил сюда посмотреть на море...» «Правда?» - протянула Лазурия, и Митона кивнула: «Ага! В те времена, когда госпожа Мальтина приходила сюда поиграть... Ой, прости Мальтина – я совсем бестактна, да?» «Всё в порядке, не переживай», - заверила девушку Мальтина, обратилась к драконице: «Лазу, ты ведь слышала от королевы Веринарда, что родители Соры погибли, пытаясь спасти корабль, на котором была я и мой папа?» На лице Лазурии отразилось изумление, и уточнила Мальтина: «Ты не слышала от Соры, почему он стал авантюристом?» «Нет, подробностей я не знаю», - призналась та. – «Но он говорил что-то о поисках штормового дракона... Есть ли какая-то связь между этим и тем штормом, в который они попали?..» «Это был очень внезапный шторм», - молвила Мальтина. – «Ни опытные моряки, ни рыбаки не смогли его предсказать. Тем не менее, если бы ведди из деревни сразу повернули назад, опасности бы не было, но они случайно заметили наш корабль, который терпел крушение, и долгое время оставались в море, спасая нас. Почти все жизни членов экипажа были спасены. Но... родители Соры, которые отправились спасать последних оставшихся членов экипажа... так и не вернулись...» Рассказывала Мальтина, как приютили их жители Лусины в своих домах, и несколько дней спустя отец ее отправился к старейшине деревни, Оркану, и, встав перед ним на колени, выпалил: «Нет слов, чтобы отблагодарить жителей деревни за их героический поступок! Особенно печально, что родители Соры отдали свои жизни... Как же нам искупить эту вину? Быть может, ты доверишь мне заботу о своем внуке? Я бы представил его в достойную приемную семью, а в будущем мог бы даже рекомендовать его в магический корпус Веринарда или рыцарский орден Гартланта!» «Ах, нет-нет, господин Эскода, не торопись так», - отвечал ему старейшина. – «Мой второй сын просто следовал закону жителей моря. Не стоит об этом беспокоиться. Мы ведь всегда забираем у моря множество жизней. Ну... иногда приходится что-то и возвращать. Что Сора решит делать в будущем — он выберет сам, когда придет время. А до тех пор мы все в деревне будем присматривать за ним. В этой деревне всегда так заведено. Твое предложение очень ценно, и я благодарен за него». ...Позже Эскода присоединился к дочери, и двое расположились у хижины старейшины, созерцая безмятежное лазурное море – и прибывший за ними новый корабль торговой компании. «Не годится пытаться насильно навязывать обычаи городских жителей уроженцам моря», - говорил Эскода Мальтине. – «Из этого всё равно ничего путного не выйдет. Я думал, что я жалкий ведди, который считает, что всё можно исправить деньгами, но никогда ещё я не чувствовал себя таким бессильным и никчёмным, как сегодня... Теплоту, которую Сора должен был получить от своих отца и матери... Сколько бы мы ни заплатили, нам её никогда не вернуть... Прости, мы заговорили о слишком сложных вещах. Иди поиграй. Папе нужно зайти ещё в несколько домов в деревне и поприветствовать жителей». И тогда малышка Мальтина поднялась на мыс, где находился Сора. Он просто смотрел на море, в котором исчезли его родители, будто спрашивая о чем-то стихию. Почувствовав на себе взгляд девочки, Сора обернулся, молвил: «Ты ведь та самая... из тех городских торговцев? Чего ты тут? Взрослые тебя одну бросили? Ну и дела...» Взяв опешившую Мальтину за руку, мальчик предложил: «Пойдем крабов ловить! Я знаю одно секретное место, где их полно. Так и быть, по секрету тебе покажу!» ...Мальтина замолчала, а Митона, обратившись к Лазурии, выпалила: «В итоге Сору всё-таки оставили у нас в деревне, но господин Эскода с тех пор стал во многом нам помогать. В такую глухую деревушку, где почти нет прибыли, стали регулярно заходить торговые корабли. Стали привозить книги и лекарства из города. Дедушка говорил, что это очень выручало нас в неурожайные на рыбу годы. Именно поэтому Сора так сдружился с Мальтиной!» «Послушай...» - обернулась к Мальтине Лазурия. – «А на что Сора мог смотреть с вершины этого мыса?» «Наверное, то, что Сора искал в то время, и есть причина, по которой он стал авантюристом...» - предположила та. – «Штормового дракона... Сразу после того, как его родители ушли в море во время шторма... Говорили, что Сору тоже накрыло большой волной, и он какое-то время числился пропавшим без вести. Все в деревне уже сдались, думали, он больше не вернется, но через несколько дней его выбросило на берег — живого и невредимого. Вообще-то, это почти невозможно, чтобы кого-то прибило к берегу из такого далекого открытого моря... По словам Соры, пока он дрейфовал, сражаясь с волнами, он видел битву между двумя невероятно огромными драконами. Один был ослепительно белым драконом с прекрасной чешуей. Другой же был иссиня-черным зловещим драконом, чьи очертания было трудно разобрать. Сора уже приготовился к смерти, когда его захлестнула огромная волна, поднятая их битвой... Но белый дракон бросился вслед за ним... Сора до сих пор верит, что тот дракон спас его. Но, видишь ли... хотя такой огромный дракон должен был бушевать совсем рядом, никто из жителей деревни его не видел». Лазурия потрясенно взирала на Мальтину, осмысливая сказанное той...
«Кстати, а куда именно мы плывем за жемчугом?» - обратился к Сесри Хьюза. – «Раз мы с Сорой здесь, то это, должно быть, место с монстрами?» «Ну, в общем...» - замялся тот, а Сора кивнул: «Есть там одна тварина». Сесри завел лодку в подземный грот, открывалась за которым сеть пещер. Трое взяли в руки факелы, устремились в тоннели. «В глубине этой пещеры есть место, где можно добыть ракушки очень высокого качества», - заверял Сесри спутников. – «Говорят, раньше мужчины часто приходили сюда перед свадьбой... Это место далеко от деревни, и скалы здесь опасные, поэтому последние лет двадцать здесь практически никто не появлялся. Кажется, отец Соры был одним из последних, кто сюда спускался... не так ли?» Сора кивнул, а Хьюза проворчал, обращаясь к Сесре: «И как тебе только не лень было тащиться в такую глушь?» «Я ведь тоже мужчина из племени ведди», - пояснил тот. – «Когда дело доходит до женитьбы, хочется хоть разок показаться крутым!» В одном из каверн троих окружили огромные крабы. «Это из этих тварей сделана ваша броня?» - обратился Хьюза к спутникам, и Сора подтвердил: «Говорят, панцири этих огненных крабов невероятно твердые». «Они дешевые, но прочные, так что наши предки использовали их с давних времен», - добавил Сесра, созерцая бестий. – «Обычно они не нападают на мирян, но будьте осторожны: они безжалостно атакуют любого, кто вторгается в их гнездо. Нам нужно пробиваться вперед, отгоняя их. Но если поднимется слишком много шума, их явится еще больше. Так что не переусердствуйте». «Понятно...» - вздохнул Хьюза. – «Это и правда работа для искателей приключений». Трое ринулись вперед...
«Я удивлена, что Митона выбрала Сесри в мужья», - призналась Мальтина. – «Я думала, она выберет кого-то более... солидного». «Да?» - озадачилась Митона. – «А по-моему, Сесри — отличный парень». «Знаю я...» - вздохнула Мальтина. – «Просто он немного... невзрачный, что ли...» «Госпожа Мальтина, ты слишком сильно счищаешь чешую...» - процедила Митона, враз посуровев. – «Даже мясо повреждаешь». Поняв, что сболтнула лишнего, Мальтина прикусила язык, а Митона пожала плечами: «Ну и ладно, зато я сама буду создавать весь этот шум и веселье. И Сесри говорит, что ему это нравится. Хотя, когда я была маленькой, я мечтала стать чьей-нибудь невестой... ну, такого парня, как Соры — тихого и спокойного». «Чего?!» - взвилась Мальтина, и Митона довольно хихикнула, ибо добилась желаемого результата...
«В этом месте водятся только мелкие крабики», - просветил Сора Хьюзу. – «Взрослые особи бывают куда крупнее». «Серьёзно?» - поразился тот. – «Жуть какая». Пока Сора и Хьюза разили крабов, Хьюза рассматривал ракушки, находящиеся в пещере. «О-о! А это весьма недурно, а?!» - отметил Хьюза, бросив взгляд на те, кои Сесри держал в руках. - «С таким цветом и формой на базаре это потянет на четыре-пять тысяч золотых!» «Нет», - вздохнул тот. - «Те, что приносил мой отец, были гораздо больше и прозрачнее... Уверен, дальше в глубине должно быть что-то получше». Еще раз попросив прощения у спутников за то, что втянул их в это, Сесри поспешил в глубины пещеры. Сора и Хьюза последовали за ним; не могли же они позволить жениху потерять лицо? «Для меня все это стало неожиданностью», - признался Сора Сесри. – «Я думал, тебя не особо заботят такие вещи». «Ну, смотри», - отозвался тот. - «Митона кажется беспечной, но на самом деле она на удивление заботливая. Она и рыбу чистить умеет, и лицом хороша... Ну, причины уже не важны. В любом случае, когда мы были вместе, мое сердце так и колотилось. Я был просто счастлив. Так было всегда, с самого детства. Но в то время Митона говорила, что станет твоей женой». «Чего?!» - опешил Сора, и Сеси смущенно улыбнулся: «И когда мне по секрету об этом рассказали, я с тех пор втайне считал тебя своим соперником». «Э-э?! А... нет, я совсем... не замечал...» - растерялся Сора. «Ну, я тоже стеснялся и не особо выставлял это напоказ», - признался Сесри. «И как ты только додумался попросить его стать твоим шеллнером...» - хмыкнул Хьюза, и отвечал ему Сесри: «Ни у меня, ни у Митоны нет к этому претензий. «Я просто... хотел доказать, что я для Митоны — мужчина номер один».
Митона, Лазурия, Сомья, Урипо и Мальтина готовились ко сну. «...Поэтому Сесри, понимаете?» - делилась Митона с подругами своей историей любви. - «Он собрала всё своё мужество... С мыслью, что если ему откажут, мир померкнет и солнце больше никогда не взойдет, и открыл мне свои чувства. Когда я об этом думаю, в груди все сжимается. Представляю, как Сесри приносит пойманную рыбу, а я её разделываю, или как мы вместе играем с детьми... И на душе становится так тепло и мягко...» Лазурия осмысливала события последних дней, молвила, обращаясь к собеседницам: «Я тут сопоставила всё, что узнала за последние несколько дней, и кажется, до меня наконец-то дошло... Значит, брак — это когда мужчина и женщина, не будучи родственниками, начинают жить вместе, так? А зачем они это делают?» Митона опешила, не зная, как поведать наивной драконице детали...
«Отлично! Раз нашли, то поскорее убираемся отсюда!» - с тревогой обратился к спутникам Сора, взирая на панцири крабов, усевающие пещеру. - «Что-то здесь не так... Слишком много трупов крабов. К тому же... посмотрите, как расколоты их панцири. Они не просто сдохли. Их как будто разнесли в щепки мощными ударами...» Из глубины пещеры выступил краб поистине гигантских размеров, и трое ведди со всех ног бросились прочь. «Значит, крабы вырастают до таких размеров?» - выдохнул Хьюза в изумлении. «М-мы о таком даже не слышали!» - признался Сора. Краб прыгнул вперед, отрезая ведди путь к отступлению. «Он что, решил нас здесь запереть?» - вымолвил Хьюза. «Подождите-ка... А как он сам-то входил и выходил из грота?» - озадачился Сора. - «Или... он стал таким огромным, что больше не может выбраться?!» «Неужели он вынужден был поедать своих же сородичей?» - осознал Хьюза. – «Так разнести в щепки эти твердые панцири...» «Я слышал, что некоторые существа умирают после размножения или откладывания яиц», - произнес Сесри. – «Говорят, если по какой-то причине они не могут этого сделать, то живут очень долго, пока не умрут естественной смертью...» «Вот оно что!» - осознал Сора. – «Если краб не может выйти к морю, то не может и отложить яйца...» «Вероятно, он продолжал расти последние лет двадцать, пока здесь не было людей», - предположил Сесри. «А раз так, значит, мы для него — первый деликатес за чертовски долгое время!» - заключил Хьюза. Краб вновь ринулся к троице ведди...
«В смысле?» - озадачилась Митона, и Мальтина пояснила ей: «Понимаешь, у Лазу есть свои причины не знать некоторых вещей об этом мире... Брак — это когда любящие друг друга мужчина и женщина становятся новой семьей. И затем эти двое рожают и воспитывают детей». «Рожать детей... воспитывать...» - на лице Лазурии отразилось озарение. – «То есть, жена и муж становятся мамой и мапой?!» «Именно так», - подтвердила Мальтина. «Точно... так и есть!» - задумалась драконица. – «Ведь любое живое существо когда-нибудь умирает. Если не будут рождаться новые жизни, то в итоге никого не останется... Жизнь рождается в маленьком и слабом облике, поэтому нужно её защищать и многому учить, пока растишь...» «Погодите», - снедал ее следующий вопрос. – «А почему после свадьбы появляются дети?» «Это происходит так», - отвечала ей Мальтина. – «Когда поженившиеся мужчина и женщина в течение десяти месяцев и десяти дней углубляют свою любовь, признавшая это богиня моря Марина посылает божественную рыбу, чтобы та доставила младенца!» «Госпожа Мальтина, это же ложь, которую придумали взрослые, чтобы дети с малых лет не думали о всяких пошлостях, верно?» - на всякий случай уточнила Митона. Обратившись к Сомье, Митона просила ее сходить ненадолго поиграть с Ребелио и Мьялджи, пояснив: «Эта история... секрет для взрослых, о котором нельзя рассказывать, пока ты еще немного не подрастешь. Тебе... стоит спросить об этом Хьюзу еще через несколько лет». Озадаченная, Сомья выскользнула из хижины, а Лазурия вновь поинтересовалась: «Так... а почему после свадьбы появляются дети?»
Бесполезен оказался и легкий клинок, коим орудовал Сора. «И что с того, что этот меч прославился в великих битвах древности?!» - проносились мысли в разуме ведди. – «Неужели он просто прочный и долговечный?! Это же не какой-то там освященный богами клинок... Это всего лишь вещь, сделанная руками смертного... обычное оружие...» Он нахмурился, вспоминая ощущения, которые испытал, когда впервые взял этот меч в руки. «То чувство безграничной свободы, которое я испытал», - вспоминал Сора. – «Словно течешь как вода, нигде не задерживаясь... Это было похоже на молитву, проходящую сквозь само сердце меча... Может быть... до этого момента сам меч чему-то учил моё тело?..» «Попробую один раз полностью довериться мечу и нанести им удар!» - решил Сора. Он метнулся к крабу... и с легкостью отсек тому клешню, подивившись тому, что совершенно не ощутил отдачи в руке. Хьюза последовал за Сорой, вонзил меч в обрубок клешни, направил через лезвие свою энергию, нанося удар напрямую по внутренним органам бестии. «Невероятно!» - выдохнул Сесри в изумлении. – «Чего ж ты сразу этот прием не использовал?!» «Даже если бы я нанес подобный удар по панцирю, это не причинило бы большого урона», - пояснил Хьюза. – «К тому же, этот прием трудно контролировать. Если бы панцирь краба не погасил мощь удара, ударная волна могла бы обрушить всю пещеру...» Пещера содрогнулась; от потолка начали откалываться каменные глыбы. Похоже, погасить мощь удара все же не удалось... Не сговариваясь, трое бросились в направлении грота, надеясь успеть покинуть пещеры прежде, чем они обрушатся...
Узнав о том, что рассказала им Митона, Мюль фыркнул, качая головой: «Опять она всякую чепуху несет!» «Я больше не смогу смотреть на этот мир теми же глазами, что и вчера...» - протянула Лазурия. – «Неужели все об этом знают?! Сора тоже в курсе?!» Селяне заверили девушку в том, что известно это всему миру, и вспоминала та о семье огров, с которой познакомилась в замке Глен. «Саня и Мирана... их папа и мама выглядели такими счастливыми вместе...» - размышляла Лазурия. – «Такие вещи — обычное дело для супругов. Если Митона и Сесри поженятся, они тоже станут такими же... умиротворенными...» «Значит, все так делают?» - на всякий случай еще раз уточнила Лазурия у селян. – «В этой деревне все находят себе мужей и жен и женятся?» «Ну... в общем-то, да», - заверили те ее. – «Со времени почти все ведди так поступают». «А те, кто не ведди... они так не делают?» - озадачилась Лазурия. «А... ну, не то, чтобы совсем нет...» - смеялись поселенцы из тех, кто не принадлежал к народу ведди. – «Деревня маленькая, так что даже если искать пару среди своего народа, неизвестно, подойдете ли вы друг другу. Бывает, кто-то уходит в другие края искать невесту, да так там и остается. Иногда и такие находятся». «Послушайте, для такой глуши в нашей деревне довольно много представителей других народов с соседних континента, не так ли?» - уточнила драконица, взирая на эльфов, огров, гномов и пуклипо. «Изначально основатели этой деревни путешествовали по всему миру», - пояснили ей, и Лазурия задала вопрос, весьма ее волновавший: «Брак возможен только между представителями одного народа?» «Ну, это вполне естественно», - отвечали ей. – «Мы никогда не слышали, чтобы кто-то женился на представителе другого народа». «Почему?! Почему так?!» - воскликнула Лазурия. – «Даже если они любят друг друга, всё равно нет?!» «Потому что как живые существа они принадлежат к разным видам», - пояснил ей Мюль. – «Говорят, что между представителями разных рас дети почти никогда не рождаются». «’Почти’ — значит, всё-таки бывают случаи, когда они рождаются?» - поинтересовался один из поселенцев, эльф. «Такое случается крайне редко», - вымолвил Мюль. – «Но если ребенок рождается, то черты одного из родителей проявляются сильнее, и он становится похожим на представителя какой-то одной расы. Но... в совсем исключительных случаях, когда генетические черты обоих родителей конфликтуют, говорят, рождались дети, унаследовавшие черты обеих рас сразу. Таких детей не принимало ни одно из племен родителей, и они проживали трагическую, полную страданий жизнь... Возможно, именно из-за этого почти повсеместно браки между разными расами стали строго порицаться. Сейчас даже сама мысль о подобном стала большой редкостью». «Неужели в старые времена бывало и такое?» - покачал головой эльф. – «Тяжело, наверное, приходилось тем детям». «Сесри и остальные вернулись!» - послышался крик, и селяне бросились к берегу, приближалась к которому лодка. На носу оной стоял Сесри, и в руке его сияла ракушка. Лодка только причалила, а Сесри бросился к старейшине, показывая ему находку. «Ну и ну...» - протянул тот. – «Такого даже я за всю свою жизнь, пожалуй, не видывал! Отлично сработали, ребятки!» Обратившись к селянам, Оркан велел тем оставить всякие мысли о сегодняшнем рыболовном промысле и готовиться к свадебной церемонии. Сесри поблагодарил Сору и Хьюзу за помощь, ведь в одиночку он не сумел бы раздобыть столь великолепную ракушку. «Да не за что!» - заверил друга Сора, а Хьюза добавил: «Ну, будем считать это платой за ночлег и еду». Сесри передал Соре ракушку, молвив: «Поручаю тебе последнюю задачу...» ...Лазурия же держалась поодаль от берега, ибо снедали ее ныне иные мысли. «Мюль, то, что Митона и дедушка называли меня ‘невестой Соры’...» - начала она, - «это ведь...» «Это обычная шутка», - заверил ее Мюль. – «Среди народа ведди принято так подшучивать над собеседником». «Да, точно! Ты прав!» - воскликнула Лазурия, пытаясь скрыть свое смятение. – «Это же очевидно!» ...Сора ступил в хижину, пребывала в коей облаченная в подвенечное платье Митона, преподнес ей ракушку. «Невероятно!» - изумилась невеста, принимая дар. – «Прямо как цвет синего неба, если смотреть на него из-под воды!» «Впечатляет, да?!» - улыбнулся Сора. – «Всё потому, что Сесри вложил в её поиски всё своё упорство». «Спасибо и тебе, Сора», - молвила девушка. – «Я всегда буду любить тебя как друга». Взяв Митону за руку, Сора вывел ее из хижины. ...Жители Лусины спешили к причалу, на котором местный священник установил свою кафедру и ныне дожидался молодых, дабы провести церемонию бракосочетания. Сора вел невесту к алтарю, где уже пребывал Сесри, а селяне бросали в воздух лепестки. «Ну же, взбодрись!» - старейшина ткнул потерявшего дар речи Сесри палкой в бок. – «Как только начнется церемония, жениху остается только стоять смирно и поддакивать священнику!» Тот судорожно кивнул в ответ. Митона и Сесри встали напротив друг друга, и священник возвестил: «Именем богини Марины, владычицы семи морей, я объявляю брак этих двоих заключенным!» Молодожены принесли друг другу клятву верности; Лазурия с восхищением взирала на них, ловя каждое слово. Наконец, Митона и Сесри явили присутствующим на церемонии ракушку – символ их клятвы, и толпа рукоплескала молодым. И Митона запела, и голос ее зазвенел над морем.
«Течёт и течёт это течение...
Течёт и течёт это течение...
Но вот заходит вечернее солнце...
Течёт и течёт это течение...
Затихшая гладь воды чиста и прозрачна...
Течёт и течёт это течение...
Здесь то самое место, куда возвращается прилив... Сесри был до слез растроган, крепко обнял супругу, выдавив: «Я всегда... куда бы я ни пошел... никогда тебя не отпущу!» Селяне рукоплескали молодоженам, желая им счастья. Лазурия взирала на молодоженов, сознавая, как это чудесно – когда создается новая семья! Неудивительно, что Мальтина так смотрит на Сору... так восхищается им... Но... сама она о таком и мечтать не может. Не в силах совладать с эмоциями, Лазурия бегом бросилась прочь. «Догони ее», - обратился к Соре Мюль. «Но... что случилось?» - озадачился тот. «Всё нормально, просто догони её», - настаивал Мюль. ...Лазурия бежала прочь от селения, не понимая, почему душат ее слезы, почему не может она просто радоваться вместе со всеми. Ну почему она так сильно отличается от остальных?! «Что случилось так внезапно?» - с тревогой обратился к ней Сора, коий сумел нагнать драконицу. – «Снова что-то случилось? Что-то тяжелое?» Лазурия обернулась к ведди. Когда ей больно... когда ей грустно... когда ей одиноко... он всегда рядом... Интересно, знает ли он, что брак... возможен только между представителями одного вида... «НИЧЕГО ТАКОГОООО!» - разревелась Лазурия, и Сора улыбнулся: «Нет, ну это точно не ‘ничего’. Ты и до этого открывала в себе много новых чувств. Даже когда ты была в замешательстве, ты ведь честно принимала их и делала частью себя? В этот раз сделай так же, и всё будет хорошо! Если будет совсем тяжко, я помогу. Даже если это что-то такое, что я обязательно должна преодолеть сама, в такие моменты я всегда буду присматривать за тобой! Я обязательно буду рядом с тобой...» Лазурия подошла к Соре сзади, обняла его. «Кажется, я люблю этого парня...» - осознала она. «Сора, что ты искал, глядя с того мыса вдаль?» - прошептала она, указывая на далекий мыс. – «Мальтина и Митона рассказывали мне о том, каким ты был в детстве... О том, как исчезли твои отец и мать... О том времени, когда ты стал искателем приключений... Сора, на что ты смотрел оттуда?.. Это как-то связано с твоими отцом и матерью? Или же ты искал штормового дракона?» «Ну, на самом деле это касается всего сразу», - признался Сора. – «В то время папа и мама исчезли так внезапно... Я никак не мог осознать, чем это отличается от того, когда меня просто надолго оставляли присматривать за домом... Скорее, меня беспокоило другое... Я всё думал... или, вернее, искал ответ. Почему папа и мама в тот раз... решили рискнуть своими жизнями ради спасения кого-то другого? Я всё думал об этом...» «Но Сора, ты ведь тоже спас меня, рискуя собственной жизнью?» - напомнила ему Лазурия. – «Разве это не одно и то же?» «Всё совсем не так», - покачал головой Сора. – «Это не было безрассудством или случайностью... Просто подражать тем, кто на это способен, на самом деле невозможно. Но... отец и мама... были очень спокойны. Они не колеблясь определили ‘цену’ своей жизни. Я хотел понять, что это значит... Ну... конечно, я безмерно уважаю отца и мать. Пусть они порой были грубоватыми или нелюдимыми... Я всегда считал, что они были по-настоящему добрыми, храбрыми и просто невероятными родителями. Но в тот момент я подумал: неужели им обязательно нужно было оставлять своего сына в одиночестве? Даже таким великим родителям... разве нельзя было в такой момент проявить хоть немного слабости? Я всё думал... неужели они действительно дорожили мной и любили меня?..» «Всё хорошо...» - прошептала Лазурия. – «Папа с мамой очень тебя любили». «Как ты поняла такие вещи?» - поразился Сора. – «Это снова какая-то твоя таинственная сила?» «Когда я смотрю на тебя, я просто это понимаю...» - отвечала девушка. «Вот оно как», - улыбнулся Сора, утирая слезы. – «Значит, так оно и есть... Когда я заглянул в глаза того дракона, мне показалось, что он знает ответы на всё... На всё, что меня так беспокоит. Зачем мы живем? Почему мы рождаемся? И почему мы изо всех сил стараемся идти своими жизненными путями, рискуя жизнями... Я не думал, что он ответит мне словами... Это не то, что можно понять через слова. Именно поэтому я решил, что есть смысл искать того дракона на своих двоих. Конечно, я мог бы стать рыбаком в этой деревне... и такая жизнь тоже не была бы плохой. Я ведь люблю и море, и лодки, и рыбу... но... Но понимаешь! Сердце мое говорит: ‘Не останавливайся, иди вперед! Испытай возможности своей жизни до самого предела!’ И вот, став искателем приключений, я встретил Гиба, Урипо и остальных... а затем – тебя. Для меня... ты...» Со стороны деревни донесся взрыв, в небо взметнулся столп пламени...
«Ну и захолустье же тут», - хмыкнул Гоу, взирая на селян, бегущих к горящему зданию в центре Лусины. «Это значит лишь то, что они пренебрегли подготовкой к нашему возвращению», - заключил Рейзен. – «Мы сей же час всё здесь испепелим и вернём драконью принцессу».
Горела ратуша, где должен был состояться свадебный пир. Митона звала Сесри, но тот не отвечал. Глаза девушки округлились от ужаса, когда зрела она возлюбленного, распластавшегося на земле, ибо рухнула на него деревянная опора одного из строений...
«Это сигнальный костер», - процедил Малик, медленно приближаясь к Соре и Лазурии. - «Первая цель для возрождения нашего клана... Драконья принцесса, я прибыл, чтобы снова забрать тебя. А ты - воин в демонической маске, Сора... станешь растопкой для сигнального костра!»
«Испортили такой праздничный вечер!» - злился Кошак, наблюдая за выступающими из моря на берег монстрами. – «Я вас на куски изрублю!» «Мы ведь посторонние», - напомнил спутникам Хьюза. – «Не стоит решать, вступаться нам или нет, только основываясь на том, участвовали мы в этом раньше или нет». «Эти ребята — монстры!» - напомнил Ребелио Хьюзе, на что тот резонно заметил: «Но ведь ты и сам монстр...» Ведди сознавал, что обязан защитить Сомью... но как это сделать в воцарившемся хаосе?..
«Зачем ты это делаешь?!» - выпалила Лазурия, обращаясь к Малику. – «Ладно я, но то, что вы сражались с предками жителей этой деревни — это же дела давно минувших дней! Нынешние жители деревни тут ни при чём!» «Похоже, вы неплохо нас изучили», - отозвался Малик. – «Действительно, для мирян, живущих в этой деревне сейчас, битва с нами — лишь смутное воспоминание из далекого прошлого. Такова уж природа течения времени. Чтобы жить сегодняшним днем, нужно постоянно накладывать новые воспоминания поверх старых. Но, если их нынешняя мирная жизнь, которой они наслаждаются сегодня, построена на наших смертях и страданиях, и об этом забыли... нам это ненавистно!»
«И это та самая деревня, которую оставил после себя Сакра?» - презрительно хмыкнул Гоу. – «Раз уж это деревня того мальчишки в демонической маске, я надеялся, что тут найдутся хоть какие-то воины, но...» «Это тоже по-своему хорошо», - отвечал ему Рейзен. – «Это лишь значит, что они забыли о подготовке к нашей мести. Мы немедленно сожжём всё здесь и вернём драконью принцессу. Это будет подношением нашем павшему владыке...» Огр сотворил пламенные шары, направив те в небеса, дабы низвергнулись они на селение... но ледяные иглы, сорвавшиеся с навершия посоха Мальтины, потушили огонь. Нахмурившись, Рейзен обернулся к остающимся на морском берегу авантюристам: Мальтине, Фуге, Рубиби, Алеку и Урипо. «Да как вы смеете вытворять всё, что вздумается!» - возмущенно выкрикнула Мальтина. – «Если ещё хоть раз посмеете тронуть деревню, я вас в лёд закатаю!» На защиту селения уже спешили вооружившиеся матросы «Метеора» наряду со своим капитаном. Созерцая противников, Мальтина не замечала принца демонов. Неужто тот вновь нацелился на Лазурию?.. Но с ней должен быть Сора... Пусть они продержаться немного, пока она не закончит с противниками и не подоспеет им на выручку!.. «Не встречались ли мы раньше у вулкана Калсадора?» - обратился к чародейке Рейзен. – «Ты могла бы занять место наследницы в крупном торговом доме... но стремиться стать искательницей приключений — это чистое безумие. Ну что ж... позволь мне взглянуть на твое мастерство...» Мальтина приняла брошенный вызов, стараясь не выказать тревогу. Ведь перед ней был тот, кто на равных сражался с Джей-Би, Юлуром и остальными – и последние едва выстояли!..
Он осекся, лицезрев пред собой здоровенного огра и эльфа. «Мы твои противники!» - выпалил эльф, после чего передал огру немалое число редиса, который тот принялся уминать за обе щеки. «Ну ладно, вы тоже сойдете», - согласился Гоу, озадаченно глядя на огра. – «Деревушку мы спалим дотла еще до рассвета. В любом случае, это будет легкая разминка перед завтраком...» Фуга метнулся к Гоу, принялся наносить тому удары пудовыми кулаками. «Ну и что это было?!» - хохотал тот, радуясь, что обрел достойного противника. – «А ты довольно бодрый, а?! Дяденька весь в предвкушении!» Гоу и Фуга молотили друг друга кулаками, в то время как Мальтина и Рейзен схлестнулись в магическом противостоянии.
«Вернее сказать, Юлур принял на себя 80% ударов этого парня, и только благодаря этому всё превратилось в подобие честного боя...» - пронеслось в разуме Соры. - «Ну что ж... посмотрим, на что я способен в одиночку!» Противники отступили друг от друга, приняли боевые стойки. «Ты ведь всё равно бросишь мне вызов?» - процедил Малик, созерцая ведди. – «Ох уж этот взгляд, полный неукротимой воли... Ты совершенно неисправим!» «А ты, оказывается, немало обо мне беспокоился...» - ухмыльнулся Сора в ответ. – «Даже как-то неловко. На самом деле... я тоже часто думал о тебе. Каково это вообще — стремиться стать Лордом Демонов? Какая у тебя при этом решимость, почему ты решил преследовать такую мечту, и как ты к этому пришел? Например, дело в древней войне твоего клана... или в чем-то подобном... Когда я думаю об этом, мысли перестают быть простыми, вроде ‘он враг, так что надо его одолеть’... Всё становится запутанным... То, что я столкнулся с тобой... То, что мне нужно тебя превзойти!.. Мне кажется, что это как-то связано с очень важным ответом для всего моего приключения, и это происходит именно сейчас, в такой момент... Хотя сейчас ситуация и дерьмовая, почему-то я чувствую небольшое воодушевление...» Сорвавшись с места, Сора ринулся к Малику, и двое вновь скрестили клинки. Сора усиливал натиск, сознавая: стоит ему отступить хоть на мгновение – и он проиграет!.. Один из выпадов Соры достиг цели, и рассек он шляпу Малика. Да, урона он противнику не причинил, но заставил отшатнуться. «Неужели я... могу так двигаться?!» - размышлял Сора, бросая взгляд на короткий меч в своей руке. - «Я просто поддался потоку и сделал это, но раз всё вышло так гладко и превратилось в полноценный прием. Наверное, это и есть один из правильных способов использования сего клинка...» «Всё-таки ты уже не тот, что раньше...» - процедил Малик, хмурясь. – «Неужто нынешние движения соответствуют твоим истинным способностям?..» «А он спокоен!» - пронеслось в разуме Соры. - «Даже не читая мысли, по нему видно, что он способен уклониться от подобно атаки... Что это вообще за рефлексы такие?!. Хотя... нет ощущения, что он полностью контролирует ситуацию...» Сора и сам не понимал, как ему удаются столь стремительные движения и выпады, и от этого было ему немного не по себе. Лазурия окликнула Сору, и тот покачал головой: «Лазу, подожди еще немного, прежде чем использовать силу линий-дополнений. Я хочу еще кое-что попробовать». «Что?!» - изумилась драконица. – «Но ведь твой противник невероятно силен!» «Ну... да, наверное», - согласился Сора. - «Если он тоже начнет использовать силу линий-дополнений, тогда я, конечно, попрошу о помощи...» Ведди вновь ринулся в атаку...
Фуга продолжал кулачный бой с Гоу, Мальтина – магическую дуэль с Рейзеном. Сознавала чародейка, что проигрывает огру и в силе заклинаний, и в их количестве, и в точности. За время сражения тот не сдвинулся с места, продолжая творить огненные шары, заставляя Мальтину метаться по берегу, уничтожая сферы ледяными иглами. «Я не могу отвечать на его точные выпады, так что остается только полагаться на мощную магию», - лихорадочно размышляла Мальтина, сотворив заклятие ледяного шторма, уничтожившего очередные огненные шары. - Если так пойдет и дальше, я потеряю концентрацию... и выдохнусь раньше него... Это конец!.. Ведь этот огр в полной мере использует свои сильные стороны, навязывая их противнику, отрезая пути к отступлению, пресекая любые попытки контратаковать и уверенно загоняя в угол». «Нужно скорее найти какой-то шанс для контратаки...» - пробормотала Мальтина, продолжая творить волшбу. – «Если так пойдет и дальше, я просто медленно растрачу все силы...» Рейзен же атаковал не только «Мальтину» - огненные шары, им сотворенные, поражали и матросов «Метеора», сражающихся с выступившими из моря монстрами. Осознала Мальтина, что таким образом огр позволяет тем продвинуться дальше от берега – к селению. «Только сейчас заметила?» - хмыкнул Рейзен. - «Тебе стоило бы чуть больше внимания уделять тому, что происходит вокруг». «То есть для тебя я — лишь помеха, с которой можно разобраться, даже не глядя?!» - возмутилась Мальтина. «Это не совсем верно», - отвечал Рейзен. - «Наша цель - защитить нашего принца и заполучить вашу принцессу. Мы с тобой — лишь фигуры на этой шахматной доске. Я просто оптимально распределил свои ограниченные силы в этой игре...» «Это не та техника, что используется в дуэлях один на один», - с ужасом осознала чародейка, созерцая пугающего противника. - «Это стратегия для доминирования на всём поле боя! Разница в нашем боевом опыте слишком огромна. Чтобы контратаковать, мне нужно... нужно найти хоть какое-то преимущество...» «Ликвидация объектов номер 16 и 21», - проронил Рейзен, и его огненные шары устремились к двум матросам... но закрыл тех щитом своим подоспевший Алек. «Вы двое, отступайте!» - велел раненым морякам паладин. – «Дальше я сам!» «Похоже, этот старец видит всю шахматную доску целиком», - удовлетворенно хмыкнул Рейзен, оценивающе взирая на Алека. – «Это то, что называют мастерством, приходящим с годами...» Алек понимал, что противостоит ему не обычный монстр, однако даже не мыслил об отступлении. Немногочисленные оставшиеся селяне стремились покинуть побережье, и Суна, доселе бездействовавшая, вознамерилась вступить в бой. Алека прошиб холодный пот: наверняка троих сих воителей – огра, гнома и эльфийку – сдержать они не сумеют, и те прорвутся к деревне... «Дедуля, ты, похоже, в большой беде?» - к паладину подоспела Урипо, указала на эльфийку: «Я возьму ее на себя Дедуля, поручаю тебе присмотреть за деревней!» «Не глупи!» - воскликнул Алек. – «Ты и сама знаешь, насколько они опасны! Они не чета обычным монстрам!» «У меня есть секретный план», - усмехнулась Урипо. – «Я немного поиграю с этой соплячкой, а ты, дедуля, пока спасай всех и подготовь почву для контратаки!» «Пожалуй, ты права», - поколебавшись, согласился Алек. – «Ты тоже прошла через множество битв вместе с Сорой и остальными. Доверюсь твоему чутью». «Можешь на меня полностью положиться», - заверила его Урипо, и Алек, коротко кивнув ей, бегом бросился к деревне. «Ты в своем уме?!» - Суна спрыгнула со спины механического дракона и ныне медленно приближалась к пуклипо. - «Твоя походка... дыхание... каждое движение... всё говорит о том, что как воин ты лишь немногим лучше дилетанта. Неужели ты думаешь, что если будешь просто бегать кругами, то сможешь выиграть немного времени...» «Урипо — бродячая артистка!» - напомнила противнице Урипо. – «Состязаться в технике боя — это нонсенс! Я всегда сражаюсь своим искусством! И раз уж я артистка... то люблю женщин, которые понимают шутки. А ты... скучная и слишком серьезная, шуток не понимаешь. Результат боя ясен как день!» «Не знаю, как ты собираешься противостоять моим техникам с помощью своего ‘искусства’...» - прошипела Суна. – «Я искренне восхищена твоим актерским духом — тем, что ты ни на йоту не выдала своего волнения в столь отчаянной ситуации. Отдавая должное твоей силе духа, я прикончу тебя одним ударом, чтобы ты хотя бы не мучилась». В качестве оружия Суна использовала волчки, намотаны на которые были толстые нити. Раскручивая волчки, эльфийка хлестала нитями, надеясь рассечь тело противницы. Однако та сотворила заклятие ветра, коий отбросил волчки в стороны. Суна нахмурилась: столь слабый ветер не должен был оказать влияние на волчки, но природа заклятия Урипо была той же, к коей принадлежали и волчки – воздух. Как следствие, магическое воздействие на них оказалось значительно усилено... Но... откуда же пуклипо знать о сем?.. Не ведала Суна, что поведал Урипо о способе противостояния ей и волчкам Амас, когда остановились они ненадолго в Азлане. «Я сам об этом только мельком читал в одной древней рукописи», - говорил эльф внемлющим ему авантюристам из отрядов Соры и Джей-Би. – «Говорят, около пятисот лет назад, в эпоху войны, эльфы-воины использовали магию заклинаний воздуха, чтобы заставлять свои волчки вращаться с невероятной силой. В те времена был изобретен стиль боя, позволяющий свободно управлять их движениями. Это был невероятно мощный стиль, который одно время наводил ужас на врагов... но управлять ими было настолько сложно, что освоить технику могли только гении. А когда война закончилась, преемников не осталось, и техника была утеряна. Честно говоря, я думал, что это просто красивая легенда... Не ожидал увидеть её наяву». «Откуда демону вообще знаешь о таких техниках боя?» - осведомилась Пуклипо, и Амас пожал плечами: «Ну, я и сам не до конца понимаю. В далеком прошлом демоны, сражавшиеся с эльфами, возможно, они переняли эту технику и передали её дальше? Но знаешь, как по мне, у этого стиля боя есть слабость. Раз уж движениями управляет магия заклятия воздуха...» Урипо весьма успешно противостояла Суне, пресекая движения волчков и нитей. «Проклятье!» - злилась эльфийка. – «Не знаю, как ты разгадала секрет этой техники боя, но я сама разорву тебя в клочья этими нитями, прямо здесь и сейчас!» «С таким страшным лицом сцену не зажжешь!» - ухмыльнулась Урипо, швырнула наземь мешочек с магическими ингредиентами, и внезапно Суну окружило множество иллюзорных подобий противницы, ибо применила пуклипо как магию, так и галлюциногенные препараты. Иллюзии танцевали вокруг Суны, корчили рожи, чем приводили эльфийку в бешенство. «Что ты надеешься изменить, устраивая весь этот спектакль с иллюзиями?!» - прорычала Суна. «А вот это ты скоро сама увидишь!» - хохотнула Урипо. Эльфийка наносила нитями удары, рассекая иллюзорных противниц, а истинная Урипо прыгнула на Суну, с силой ударив ее ногами по голове и заставить рухнуть на колени. «Теперь ясно, кто из нас лучшая артистка?» - провела Урипо, и Суна прошептала: «Проклятье! Какой позор...» Казалось, цели своей Урипо достигла: довела Суну до белого каления, и продолжала бегать вокруг, гримасничать и уклоняться от хлещущих по песку гибельных нитей. «Но, честно говоря, у Урипо всё равно нет способа нанести ей нормальный урон...» - крикнула Урипо авантюристам, ведущим сражение поблизости. - «Так что, пока я тяну время, кто-нибудь, сделайте уже с ней что-нибудь!» «Суна...» - вздохнул Рейзен, качая головой. – «Талант у неё есть, но всё же она ещё слишком молода...»
«Проклятье! Им конца-края нет!» - рычал Кошак. «Что нам делать, Хьюза?..» - всхлипнула Сомья, и отозвался Хьюза: «Да... похоже, их цель и вправду та девчонка, Лазу. Ошибки быть не может. Нам незачем во всё это впутываться. Уходим».
Вон как удивился гном, узрев поедающего редис Фугу! Демонические доктора уже видели эту способность огра, но с сей троицей, похоже, сведениями не поделились. «В конце концов, для них мы всего лишь одна из многочисленных враждебных сил», - размышляла Мальтина. - «Они ведь не станут детально изучать каждого из нас и разрабатывать контрмеры, верно?» Чародейка исполнилась надежды: быть может, у них все же остается шанс!.. Мальтина сотворила заклинание отражения, и Рейзен поморщился: «Как поверхностно... Я-то думал, что раз уж вы выжили в той битве в недрах вулкана, то у тебя прибавилось хоть немного проницательности... Но, похоже, я ошибался. Это... весьма прискорбно». «Что ты несешь?!» - выпалила Мальтина. – «Заклинания отражения и аннулирования волшбы — это же самая основа в битве магов! К тому же я заметила, что, творя заклятия, ты сжимаешь свой посох обеими руками. Другими словами, ты не можешь использовать магию атаки, пока удерживаешь заклинание отражения! Если это поможет мне получить хоть малейшее преимущество в бою, я сделаю что угодно!» Чародейка вновь сотворила ледяные иглы, обрушила их на противника, однако тот с легкостью уничтожил их огненными шарами. «Отсиживаясь в норе, победы не видать», - процедил Рейзен. – «Защита также должна быть частью маневренной тактики». «Вокруг него постоянно вращаются несколько шаров, будто следуя по заданной орбите!» - лишь сейчас осознала Мальтина. – «Он создал условие, которое позволяет ему мгновенно переключаться между атакой и защитой! Так вот что означает ‘маневренная защита’, о которой он упомянул!» Рейзен перешел в атаку, и огненные шары принялись бить в магический отражающий барьер, сотворенный Мальтиной. Однако он не атаковал в упор, посему шары и не отражались в сторону огра. Один из шаров ударил в спину Мальтине, и та, вскрикнув, распласталась на земле. Огр тут же отвернулся от поверженной противницы, потеряв к ней всякий интерес... ...Чуть поодаль Гоу и Фуга продолжали обмениваться ударами; Рубиби держался чуть в стороне, исцеляя получаемые огром раны заклинанием. Однако лишь внешние: повреждения внутренних органов Фуги так просто было не исцелись, а они все накапливались. Гоу же продолжал держаться бодрячком, и Рубиби не мог взять в толк, как здоровяку-гному это удается?! ...Одна из нитей Суны рассекла шляпу Урипо. Та понимала: дело принимает скверный оборот, и боле сдерживать разъяренную противницу она не в силах...
«Хьюза, ты просто не хочешь, чтобы мы чувствовали вину за побег!» - возмущенно заявила девочка. – «Ты говоришь это, потому что боишься, что если пойдешь спасать жителей деревни, то не сможешь защитить меня! Но когда мы были на лодке с Сорой и Сесри, у тебя было такое расслабленное лицо, какого я никогда раньше не видела! Тебе ведь понравилась эта деревня, так? Пожалуйста, иди и помоги им!» «Послушай...» - вздохнул Хьюза. – «Дело не в том, нравится мне эта деревня или нет. И уж тем более не в том, смогу я тебя защитить или нет. Прежде всего, я даже не знаю, сможем ли мы победить, если я вмешаюсь. Противник слишком опасен...» «Я говорила, что хочу стать такой же, как ты, чтобы уметь выживать в одиночку!» - выпалила Сомья. – «Это не значит, что достаточно защищать только свою шкуру! Те, с кем я столкнулась, пока жила своей жизнью... те, кого я могу назвать друзьями... ради них... я хочу сделать... всё, что в моих силах!» С этими словами девочка со всех ног бросилась прочь – к побережью. «Что нам теперь делать, Хьюза?!» - всполошился Ребелио, и Хьюза вздохнул, покачал головой: «Делает вид, как будто все на свете знает... Ладно, я все понял. Быть одиноким воином – это же то, что уготовано мне?..»
«Оставь меня и уходи!» - выдавил Сесри, раны которого Митона успела перевязать. «О чём ты только говоришь?!» - возмутилась девушка, и прохрипел ведди: «Если ты не будешь нести тебя, то успеешь добежать до леса вместе с остальными и спрятаться! С самого момента свадьбы я только и делаю, что путаюсь под ногами у тебя...» «Дурак!» - разозлилась Митона. – «Сейчас вообще не важно, кто и кому обуза!..» Из отверстия, открывшегося в спине механического дракона, вверх взмыли ракеты, устремились к селению. Достигая земли, они взрывались, сокрушая дома. Подоспевшая Сомья успела спасти от гибели девочку, закрыв ее своим телом и отпрыгнув в сторону, дабы не задело их обеих взрывом. «Что случилось?! Почему ты не сбежала?!» - крикнула Сомье Митона, и отвечала та: «Я... я тоже помогу всем покинуть деревню!» «О чем ты! Ты ведь даже не из этой деревни...» - начала Митона, когда навис над ними огромный дракон-зомби. На монстра низринулся Хьюза, одним ударом рассек тушу дракона надвое. Тут же означился и Кошак Ребелио, терзающий когтями подступающих мертвяков. Раненый Сесри забрался на спину Мьялджи, и кот, сопровождаемый Сомьей и иными жителями деревни, устремился в сторону леса. «Сомья!» - крикнул ей вслед Хьюза. – «Если ты тоже хочешь стать взрослой, то слушайся, что говорят старшие! Не делай ничего безрассудного и не заставляй других волноваться!» Девочка лишь кивнула в ответ, не сбавляя бег, и Хьюза усмехнулся: «Со времен инцидента в Джулете... присматривать за мелюзгой — та еще морока...» Действуя слаженно, Хьюза и Кошак Ребелио продолжили противостояние подступающим к селению монстрам...
Пробежав по ней и отдалившись от берега, Мальтина вновь сотворила заклятие, отражающее магию. «Довольно мудро для такой невежды», - одобрительно кивнул огр. – «Если бы мы были в открытом море, где нет преград, моя огненная сфера могла бы просто вернуться ко мне сзади... Лично я предпочел бы проигнорировать тебя и уничтожить деревню, но мне не доставляет удовольствия, когда меня атакуют со спины сколько вздумается. На поле боя твою решимость стоит похвалить... Но тебе не повезло с противником. Ты сама отрезала себе путь к отступлению. Твоя смерть будет далека от той, что называют изящной!» На глазах изумленной Мальтины огр преобразился, обращаясь в чудовищного львопса. «В этом обличье я перегрызу тебе глотку!» - прорычал он, стремительно бросился по ледяной тропе к Мальтине. Та творила ледяные иглы, но тварь с легкостью уворачивалась от них, приближаясь к намеченной жертве. Мальтина сотворила новую ледяную тропу, уходящую все дальше в море, бросилась бежать. «Твое везение закончилось в тот момент, когда ты, наивная девчонка, решила сунуть нос на поле боя», - рычал монстр, сокращая расстояние, уверенный в скорой расправе над жалкой чародейкой-ведди. Неожиданно та остановилась, обернулась, улыбаясь. «Попался!» - констатировала Мальтина, заклятием обращая водную гладь в гладкий лед. Лапы львопса заскользили, тварь вынуждена была вновь принять обличие огра. Рейзен боле не относился к противнице снисходительно: она оказалась весьма сильна и хитроумна... и с легкостью передвигалась по льду на коньках! Мальтина кружила вокруг огра, направляя на противника ледяные иглы. Тот уничтожал их огненными шарами, но на льду чувствовал себя весьма неуверенно и равновесие удерживал с трудом. «На такой поверхности я не могу даже толком контролировать свои ноги!» - бормотал Рейзен. - «Неужели... Те мелкие уловки с заклинанием отражения и намеренные попадания в мои сферы... Всё это было лишь подготовкой, чтобы заманить меня сюда?!» «Ага», - подтвердила Мальтина. – «К тому же, ты такой осторожный, что мог бы заподозрить неладное, если бы я просто начала тебя заманивать. Мне нужно было сделать вид, будто я загнана в угол и действую в отчаянии! Хотя мощь того огненного заклятия была за гранью моих ожиданий! Я серьезно думала, что у меня плечо оторвется!» «Как интересно!» - хохотнул Рейзен. – «Притвориться глупой девчонкой, чтобы заманить мужчину в ловушку... Ты - леди в моем вкусе! Прошу прощения за свою недавнюю грубость, когда я смотрел на тебя свысока. Позволь мне теперь самому пригласить тебя на танец – я принимаю твой вызов!» Магическая дуэль была далека от завершения...
«Не вмешивайся», - предупредила спутницу Эсторис. – «В этот раз мы лишь сторонние наблюдатели. Нам достаточно просто присматривать за монстрами». «Я поняла, поняла», - отозвалась Эбби. – «Ну и серьезная же ты, Эсторис. Я не из тех, кто теряет голову из-за своих личных пристрастий во время дела...»
Видя, что Рейзен принялся творить пламенное заклятие, чародейка обогнула противника со спины, вновь создав несколько ледяных игл. Она рассчитывала на то, что огр потратит драгоценные секунды и обернется, чтобы отразить их, но этого не произошло: Рейзен придал пламенным сполохам вращение, и, заставив отрикошетить ото льда, направил их в сторону игл – и Мальтины. Последняя и не мыслила, что противник ее способен на столь изощренную волшбу... и все же следовало принять сие как непреложный факт... Рейзен начал творить огромные глыбы льда, обрушивая их вниз, существенно сокращая тем самым поле для маневров противницы. «Ну что ж, сцена готова», - проронил он. – «Не соблаговолишь ли составить мне компанию в танце?» Огр принялся творить магические потоки, кои отражались от ледяных глыб, вынуждая Мальтину уклоняться. Девушка двигалась изящно и легко, и сим весьма Рейзена впечатлила. «И ты, и отряд Джей-Би, и юный герой», - произнес он. – «Вокруг этого парня в демонической маске и впрямь собираются любопытные личности! Я понимаю, почему наш господин заинтересовался этим простофилей...» «Похоже, ты его немного переоцениваешь», - отозвалась Мальтина. - «Он же просто неотёсанный деревенщина! Это была лишь мимолётная и редкая связь... Принцу демонов не стоит об этом беспокоиться». «Но именно эта связь даровала ему силы в самых разных формах», - не согласился Рейзен. - «В итоге это позволило ему преодолеть множество кризисов. - «Возможно, это тоже можно назвать одним из качеств героя...» Мальтина озадачилась: что-то подобное говорила и лавовая драконица Бридон. «Мальчик находится в центре интересной судьбы, в хорошем смысле или в плохом». «Ты всё ещё остаёшься здесь и продолжаешь сражаться в столь невыгодной ситуации», - напомнил противнице огр. - «Не потому ли, что ты веришь... что этот парень в демонической маске сможет изменить ситуацию?» «Вовсе нет!..» - возмутилась Мальтина. «Этого ни в коем случае не произойдёт», - отчеканил Рейзен. – «Ибо наш господин тоже является тем, чью судьбу определил дракон!»
Не все выпады принца демонов сумел он отразить, и тело его покрывали кровоточащие порезы. «Сора!» - выкрикнула Лазурия с тревогой, и отозвался ведди: «Все нормально. Я ещё не получил по-настоящему опасных ран». «К тому же, когда используешь линии-расширения, такие мелкие царапины всё равно затягиваются», - мысленно добавил он. - «Меня больше беспокоит выносливость, раз уж он заставляет меня так много двигаться. Не хотелось бы слишком вымотаться на этом этапе... И все же... я его даже достать мечом не могу!.. Как я и думал, его клинок – идеален для оборонительной позиции. Ну, это и понятно, он же командующий. Можно поручить подчинённым добить врага, но прежде всего важно выжить самому... И все же... стоит мне хоть на мгновение открыться, как он тут же наносит смертельный удар! Когда противник настолько осторожен, я не вижу ни единого шанса даже для одной успешной атаки! Именно благодаря такому стилю боя я всё ещё жив...» Двое продолжали противостояние, нанося удары, парируя, изучая друг друга. Неоспоримое преимущество оставалось за Маликом. Сора отмечал немыслимые концентрацию и выдержку противника. «Разрыв в наших навыках очевиден», - размышлял Малик, ни на мгновение ни ослабляя натиск. – «Но он всё ещё крепко стоит на ногах, и я не нанёс ему ни одной раны, которая могла бы помешать бою. Он уклоняется от смертельных ударов буквально в последний момент, будто делает это нарочно...» «Честно говоря, я и сам не до конца понимаю, как мне удаётся так двигаться!» - признался Сора. Он отпрыгнул на несколько шагов, мысли лихорадочно бились в разуме: «Я даже не могу сойтись с ним в честном бою на мечах, чтобы он не прибегнул к неизвестным мне приемам. А-а-ах, проклятье, как же хочется стать сильнее! Но... жаловаться сейчас бессмысленно. Реальность такова, что нужно сражаться теми картами, которые на руках сейчас! Подумай об этом с другой стороны! Именно потому, что я так яростно атакую, всё ограничивается лишь такими контратаками. То, что я могу сделать прямо сейчас...» Сора ринулся в очередную бешеную атаку, стараясь двигаться еще быстрее, неустанно давить на противника. Ведь до тех пор, пока он сохраняет темп, контратаки Малика будут все более вялыми! Такой стиль боя не сильно утомлял его, ведь не делал он резких остановок и не менял постоянно траекторию своего движения. Казалось, меч Соры знал более верный способ сражаться, нежели тело его и разум – посему ведди решил всецело довериться клинку. Лазурия с удивлением наблюдала, как Сора движется все стремительнее. Отметил это и Малик, определив, что противник его подобен водовороту: он ускоряется, сохраняя инерцию от предыдущего взмаха клинка! Малик пытался было нанести Соре удар. Он действительно сумел отбросить ведди, однако его самого затянуло в водоворот движения Соры, и он не смог нанести точный удар по жизненно важным точкам... Если бы в этот момент в руках у Соры был второй меч, Малик наверняка пропустил бы его удар. «И впрямь, странный ты парень», - произнес Малик. – «До сих пор я совершенствовал свое мастерство владения мечом и изучал военную стратегию только ради победы... В противовес этому... твой меч ведом лишь твоим любопытством. Это не более чем туманное желание испытать возможности своих техник в свободном бою. Но... именно эта свобода сбивает мой клинок с толку и позволяет тебе до сих пор оставаться в живых... Поразительно...» «Но такова уж жизнь, разве нет?» - усмехнулся Сора. – «В мире столько всего интересного, что хочется узнать. И это так весело — разгадывать эти загадки одну за другой. Поэтому все и отправляются в путь. Это и есть приключение...» «Приключение...» - задумчиво проронил Малик, осмысливая слова противника – философию, столь ему чуждую. – «Для меня, как для предводителя демонов, чья обязанность — не проигрывать в битвах, это пустые слова. Однако... соприкасаясь с его мечом... с его устремлениями... моё сердце тоже начинает трепетать от предвкушения новых возможностей моего собственного клинка...» Сора просил Лазурию поделиться с ним толикой своих сил, и на теле его вспыхнули линии-дополнения. Малик ответил тем же, и противники, усиленные линиями-дополнениями, вновь ринулись друг к другу. «Для меня битва всегда была способом навязать противнику свой собственный стиль и волю», - вихрем проносилось в разуме принца демонов. – «Я — полководец, и я должен сражаться против превосходящих сил врага. Нет смысла подстраиваться под каждого отдельного противника... этому не будет конца... Однако сейчас мне доставляет удовольствие думать о том, как я сокрушу этого противника... того, кто противостоит мне со всей своей юношеской энергией и ненасытным любопытством. Возможно, это первый раз в моей жизни, когда я настолько сильно заинтересовался смертным». До столкновения оставались лишь доли секунды, и отмечал Малик, что противник его на удивление спокоен. «Это не просто любопытство или азарт», - оценивал ситуацию принц демонов, готовясь нанести ведди удар. - «Этот парень определенно полон любопытства, и обладает воображением, которое не покидает его даже в отчаянном положении. Он должен понимать, что в этой битве на кону жизни всех его товарищей. Как же он может оставаться столь спокоен?..» Сора на ходу выхватил из сумы яблоко и луковицу, швырнул их в Малика. Тот отвлекся лишь на мгновение – инстинктивно, дабы рассечь маленьких монстров мечом... и Соре сего оказалось достаточно, чтобы нанести ужар ногой, применив прием «Драконьи когти» и оставив на груди противника рваные раны. «Все его предыдущие движения... разговоры...» - осознал Малик в изумлении. - «Всё это было для того, чтобы заставить меня потерять бдительность и переключить мое внимание с защиты на атаку!»
Тем временем механический дракон вновь выпустил ввысь ракеты, должные разрушить деревушку. Не мешкая, Хьюза вскочил на плечо Кошака, взмыл ввысь, рассекая клинком находящиеся в воздухе ракеты. Заметив, что механический дракон собирается произвести очередной выстрел, Ребелио бросился на него, закрывая сопла на спине бестии своим телом, и ракеты взорвались внутри конструкта. Хьюзу отбросило взрывной волной, и он разразился ругательствами. Но – как бы то ни было – результат достичь удалось: дракон был уничтожен.
Эбби, однако, никуда уходить не желала, бросила сподвижнице два мешочка с семенами, молвив: «Здесь семена принца водорослей и людоеда. Посей их, они сами вырастут, а дальше уж ты как-нибудь...» Недовольно ворча, Эсторис направилась к подножию утеса. Странная Эбби, сама ведь следом увязалась... Дождавшись, когда Эсторис удалится, Эбби вздохнула: «Ну, вообще-то я пришла сюда только потому, что она сказала, что пойдет забирать мою милую горошинку. Даже если мы немного опоздаем, львопсы как-нибудь справятся... К тому же, молодой господин сказал, что сделает всё сам и чтобы мы не вмешивались...» Лишь сейчас заметила Эбби сражающихся поодаль от селения Сору и Малика, а рядом с ними – Лазурию!..
Изумлению его не было предела. Ведди применил «Драконьи когти», нанеся удар ногой?.. «Насколько глубоки мои раны?!» - суматошно бились мысли в разуме Малика. – «Органы... не понимаю... Правая рука на месте, но... ниже плеча я ее не чувствую... Похоже, нервы рассечены...» Малик перехватил меч левой рукой, отражая выпады Соры, ибо тот натиск не ослаблял. Ведди рассчитывал на то, то прикончит противника «Драконьими когтями», но надежды его не оправдались. В глазах Малика отразилось смятение: сознавал он, что с таким кровотечением долго не протянет. Он попытался было сотворить целительное заклинание, но Сора заметил это, усилил натиск, заставив противника потерять концентрацию. Сознавал он, что близок к победе; рана Малика глубока, важно продолжать теснить его, не давая ни мгновения передышки! Эх, будь у него два меча, все было бы уже кончено!.. «Ты просчитал мои действия...» - прохрипел Малик, тяжело дыша. – «И заставил перейти из обороны в атаку, чтобы я открылся!» «Просчитал?» - бросил Сора в ответ. – «Битва началась так внезапно, у меня просто не было времени всё это спланировать! Но среди моих приемов не было ни одной, способной нанести серьезный урон, кроме ‘Драконьих когтей’. Но т, увидев этот прием однажды, в следующий раз точно будешь начеку. Поэтому я и подумал, что мне придется изрядно попотеть и пойти на разные уловки, чтобы мой удар достиг цели!» «Так значит... тот удар ногой был... уловкой?!» - выдавил Малик. – «Как грубо!..» «Но ведь сработало же, да?!» - напомнил ему Сора. – «К тому же, зная твой характер, я подумал, что тебе и в голову не придет, что кто-то с самого начала использует такую рискованную технику, как ‘Драконьи когти’, которая в случае промаха сразу ставит бойца в невыгодное положение. Вот я и решил, что если и бить, то именно в этот момент... А, и еще кое-что! Я не мог использовать прием до того, как ты применил свои линии-дополнения. Потому что, если бы я сделал это раньше, ты бы просто исцелился, когда я выпустил свои ‘Драконьи когти’. С другой стороны, если бы бой затянулся и ты начал атаковать меня своими приемами или заклинаниями, усиленными линиями-расширениями, я бы не смог долго продержаться... Так что, в конце концов, тот момент был единственным шансом нанести удар!» «Что?!» - опешил Малик. – «Ты говоришь об этом так спокойно, будто это тебя не касается!» «Да, ты прав», - согласился Сора. – «И что с того? Вообще-то ты по натуре очень осторожный, но на самом деле весьма любопытен, верно? Сражаясь со мной, ты ведь наверняка подумал: ‘Ого, сколько всего может произойти! Хочу попробовать!’ Именно поэтому я отчаянно пытался пробудить в тебе интерес!» Малик был потрясен: этот смертный с такой легкостью просчитал его! А он даже не догадывался о своих истинных стремлениях!.. До того, как он обратился к линиям-дополнениям, этот ведди исподволь направлял все его действия. Сора продолжал атаковать, действуя все более уверенно. Знал он, что сил его хватит, чтобы применить «Драконьи когти» еще два раза – этого достаточно, чтобы добить врага. В глазах ведди отражалась непреклонная решимость, и Лазурия взирала на него с восхищением, отмечая, сколько невероятен Сора!.. «Он, казалось бы, гораздо слабее противника», - думалось драконице. – «Но он не сдался, искал шанс и в итоге перевернул ход битвы! Какой бы высокой ни была стена... если у тебя есть упорство, чтобы искать способ её преодолеть, и мужество, чтобы без страха ухватиться за найденный шанс...» «Ещё с нашей первой битвы этот парень... почему-то не выходил у меня из головы», - размышлял Малик, едва успевая парировать выпады Соры. - «Тот факт, что он в одиночку отправился спасать драконью принцессу... Возможно, где-то в глубине души я ждал, что рядом с принцессой окажется именно такой воин. И, возможно, я надеялся, что битва с ним позволит мне открыть в себе новые грани... Какая наивность... Какая беспечность с моей стороны!.. Этот парень... он размышлял о нашем поединке гораздо серьезнее, чем я! Он закалил свое сердце так, чтобы в любой момент ухватиться за шанс на победу — один из тысячи, один из десяти тысяч! Его искренность против моей наивности!.. Это недопустимо!.. Такой нелепый финал в битве с ним?! Я не могу это принять! Я хочу обрушить на него истинное свое могущество – обрушить и победить!» Сора не понимал, почему противник его все еще остается на ногах... «Ох, ну и дела!» - к сражающимся приближалась Эбби. – «Наш драгоценный молодой господин в огромной-преогромной беде, не так ли?! Эй ты, рыболюд... какую такую подлую уловку ты использовал?.. Ах... хоть мне и велели не вмешиваться и вести себя смирно, тут уж ничего не поделаешь... ничего не попишешь! Просто нет выбора! На этот раз предоставь всё мне. Молодой господин, пожалуйста, залечи свои раны! Я повергну этого ненавистного ведди и верну тебе драконью принцессу!» Сора встревожился: если противник его исцелится, они вернутся к тому, с чего начинали. Свои приемы Сора уже раскрыл, и, если Малик будет сражаться в полную силу, шансов у него нет!.. «Сора, с ней расправлюсь я!» - сжимая в руке короткий меч, Лазурия направилась к Эбби. – «Возьму ее на себя! А ты продолжай сражаться с их главарем!» «О чем ты, Лазу?!» - опешил Сора. – «Ведь это ты – их цель!» Драконица несколько раз неуклюже взмахнула мечом, протянула: «Но я ведь видела, как сражаешься ты и остальные... Беру и изгибаю тело...» «Моя милая горошенка, ты ведь сама почти никогда не сражалась, верно?» - проворковала Эбби, с усмешкой наблюдая за пробными выпадами Лазурии. – «Может, лучше не перенапрягаться?..» Взмахнув мечом, Лазурия не удержалась на ногах, шлепнулась на землю. «Я же говорила, что так и будет!» - встревожилась Эбби. – «Ссадины! Туда попадут микробы!» «И форма меча... и центр тяжести...» - пробормотала Лазурия, поднимаясь на ноги. – «Всё совсем не так, как было у Соры... Так... раз кончик меча легкий, я прижму щит ближе к оси тела... Буду рубить не за счет центробежной силы, а за счет скорости замаха». Лазурия метнулась к Эбби, отсекла ей кисть правой руки. Демонесса взвыла от боли. «Моя горошинка!» - кричала она. – «Ты хочешь разрушить это тело, скованное плотскими желаниями, и освободить мою душу... так?! Как же я счастлива! Я... я любима ею!» Она проколола искалеченную руку шипом, отходящим от черенка, и тело ее начало преображаться; прямо из плоти отрастали извивающиеся лозы, одна из которых заканчивалась жуткой пастью. Ныне Эбби являла собой чудовищный симбиоз животного и растительного начал! «Чтобы обрести истинное искупление, мне в этом бренном теле ещё предстоит сделать так много...» - изрекла демонесса. – «И Эбби станет идеальной жертвой для освобождения души! Прими же мои объятия!» Лозы-щупальца Эбби метнулись к Лазурии; та ловко уворачивалась от них, не понимая, хочет ли противница ударить ее или обездвижить. А после Лазурия выдохнула поток жаркого пламени, испепеляя лозы. Эбби взвыла от боли, а Лазурия продолжала натиск, недоумевая, зачем демонесса сознательно сковала свои движения, обратившись в растительный гибрид. «Сора! Та барышня и впрямь дилетант в бою!» - бросила драконица парню. - «Я сейчас быстренько с ней разделаюсь!» «Движения словно у опытного солдата... и умение адаптироваться...» - пронеслось в разуме наблюдающего за Лазурией Малика. - «Может быть, это результат немыслимого интеллекта, дарованного кровью дракона?..» «Не знаю как, но Лазу, кажется, в порядке!» - с облегчением вздохнул Сора. – «Не верится, что она может уступать какой-то демонессе, которая сама на неё полезла, возомнив о себе невесть что!» Он вновь скрестил клинки с принцем демонам, чувствуя, что находится в шаге от победы – ведь у истекающего кровью противника его практически не осталось сил! Сам же он еще оставался силен – благодаря линиям-дополнениям. «Мальтина и Хьюза всё ещё должны держаться в деревне!» - надеялся Сора, продолжая натиск. - «Если я одолею его и присоединюсь к остальным, мы сможем переломить ход боя!»
Инициатива в магическом поединке принадлежала огру, и ведди только и могла, что уворачиваться от огненных потоков, отражающихся от ледяных глыб. Надеялась Мальтина если не на победу, то хотя бы на то, что может связать противника боем, не позволить ему присоединиться к поплечникам, атакующим деревню. «Я начинаю понемногу разгадывать секрет твоей техники», - проронил Рейзен, наблюдая за движениями чародейки. – «Суть ее не в простом скольжении, а в том, что это именно ‘танец’. Заклинания, песни, движения, медитация, талисманы и магические круги... С древних времен маги придумывали разные способы, чтобы достичь высшей степени концентрации. И танец — один из этих способов. Сочетая танец со скольжением, ты поддерживаешь концентрацию, необходимую для использования заклинаний, при этом двигаясь на высокой скорости. На самом деле, когда твои шаги попадают в ритм, мощь твоих заклинаний возрастает даже больше обычного. Это также означает, что твои движения ограничены рамками самого танца. Если я пойму, что это за танец, это станет отличной зацепкой, чтобы предугадывать твои движения...» Мальтина досадливо поморщилась: умен, гад!.. «На поле боя редко встретишь противника с таким уровнем образования», - продолжал Рейзен. - «Сегодня я столкнулся с ним... С тобой». «Самое страшное в этом старике — то, насколько он умён!» - лихорадочно соображала Мальтина. - «Он эрудирован и невероятно быстро считает. Даже попав в безвыходное положение, он не паникует, а настойчиво продолжает искать решение! Это плохо... Тот факт, что такой маг выступает на стороне следующего кандидата в Лорды Демонов, — это абсолютно худший вариант!.. Если возможно, я бы хотела прикончить его прямо сейчас, прежде чем все мои козыри будут раскрыты!» «Эх, была не была!» - выпалила Мальтина, изменив танец. Рейзен же сражу понял, в такт какому музыкальному произведению начала двигаться его противница, усмехнулся: «Хороший вкус. Но не слишком ли это суровый выбор для такой юной особы?!» Мальтина танцевала все быстрее, и огр нахмурился, пробормотал: «...Хотя нет. Пожалуй, темп музТвоя ошибка в том, что ты решила, будто моя единственная фигура на доске — это Ио».ыки стал чуть бодрее? Или же это... её собственная аранжировка?..» Следя за движениями чародейки, Рейзен никак не мог уловить закономерность: Мальтина постоянно изменяла танцы, кои исполняла. И все же смекнул огр, что зрит он фрагменты всех пяти глав балета «Сага об Избранных» - центрального в древней саге «Зенития». И, лишь поняв этого, Рейзен понял, что противопоставить противнице, сотворил заклинание света. Мальтина не ожидала подобного, не успела закрыть глаза, слепо заметалась по льду. «Пусть это и простейшее заклинание света, но, если сфокусировать его так сильно, яркости хватит, чтобы ослепить смертного», - заключил огр. – «Твоя ошибка в том, что ты решила, будто моя единственная фигура на доске — это ледяные глыбы». Мальтина отчаялась, осознав, что противник с самого начала желал заманить ее в эту область, посему и расставил в определенных точках ледяной глади глыбы, выступающие своего рода зеркальными отражателями. Споткнувшись, она упала на спину. «Что ж... это был по-настоящему увлекательный поединок», - заключил Рейзен, направляя посох на девушку. – «Мне даже немного жаль, что я больше не смогу станцевать с тобой...» Мальтина была близка к панике: зрение все еще не прояснилось, и противника она не видела. «Прощай, юная леди», - бросил Рейзен, направляя на чародейку поток огненной энергии. Пламя объяло ее, и, опаленная, Мальтина распласталась на льду, тяжело дыша. «Дышит?» - нахмурился огр. – «Неужели точность моей волшбы снизилась?» Лишь сейчас он заметил ледяную иглу, вонзившуюся в плечо. Стало быть, пока творил он огненный поток, противница метнула ее, снизив тем самым точность его магического удара. Дабы завершить начатое, Рейзен сотворил ледяную глыбу, и та обрушилась на Мальтину. «Надо же...» - протянул огр, взирая на скованное льдом тело девушки. – «Такая молодая, а такая живучая. Пришлось нанести решающий удар... Пожалуй, я слишком увлёкся. Ты отняла у меня довольно много времени...» Бросив взгляд на небо, осознал Рейзен, что уже за полночь. «Интересно, чем занят молодой господин?!» - проронил он.
«Весьма и весьма недурно!» - прохрипел Гоу, который едва на ногах держался. – «Я думал об этом ещё тогда, когда сражался с Джей-Би... А они всё-таки не промах, эти так называемые ‘авантюристы’ нынешней эпохи! Это даже немного напомнило мне те времена, когда мы сражались с воинами Истинного Солнца... Но то, что тебе приходится обманывать самого себя с помощью какой-то там редьки, чтобы ударить противника в полную силу — это никуда не годится. Если будет желание, в следующий раз сначала избавься от этого недостатка, а уже потом нападай на меня». Подобрав с земли меч, Гоу заковылял прочь. «Т-ты... разве ты не собираешься добить его?» - поразился Рубиби, и гном осклабился, указывая на подступающую к авантюристам нежить: «Попробуйте сначала выжить в схватке вон с той мелкой сошкой! А уже после этого и поговорим». Рубиби изготовился к бою, сознавая, что пришел его через защищать Фугу...
«Всё-таки я чувствую в тебе какой-то пугающий, зловещий потенциал...» - вздохнул огр, оборачиваясь к ледяной глыбе, вмерзла в которую фигура лишившейся чувств, израненной Мальтины. – «Мне уже пора... но позволь сперва добить тебя». Ломая лед, к Рейзену приближался «Метеор», и капитан Паблокки велел команде открыть по обидчику их госпожи огонь из установленных на борту пушек. Обратившись в львопса, Рейзен бросился прочь, не желая ввязываться в бой с командой корабля. Он не сомневался в том, что одолел бы их, но времени терять не желал, ибо дурное предчувствие, его снедавшее, лишь крепло. Что ж, сегодня его противнице, похоже, повезло, и сохранила та жизнь. Рейзен и не предполагал, что, атаковав сию отдаленную деревушку, столкнутся они со столь яростным сопротивлением...
«Почему ты заходишь так далеко и так отчаянно рискуешь своей жизнью?..» - удивлялась эльфийка. – «Наша цель — вернуть драконью принцессу и отомстить этой деревне. У нас не было причин преследовать тебя, постороннюю, даже если бы ты просто сбежала. И всё же ты зашла так далеко, что намеренно спровоцировала меня...» Один из волчков задел плечо Урипо, разорвав одежду, и пуклипо вскрикнула от боли и неожиданности. Почему же заклятие ветра не отклонило волчок?! «Я не вкладывала в него магическую силу», - пояснила Суна. – «Просто запустила с обычным вращением. Чтобы предугадать действия кого-то твоего уровня, сила этого волчка была вовсе не нужна. Подумать только, что я... додумалась до такой простой вещи только сейчас...» Осознала Урипо, что противница ее, наконец, вернула прежнее хладнокровие и начала мыслить здраво – что делало ее очень, очень опасной. Похоже, как актриса она, Урипо, все еще несовершенна... «Ты так и не ответила на мой предыдущий вопрос», - процедила эльфийка. – «Зачем ты так отчаянно рискуешь собой? Даже если ты выиграешь здесь немного времени, у вас всё равно нет ни единого шанса на победу...» «И это говорит та, которую саму так знатно уделали», - фыркнула Урипо. – «Ты до сих пор так не поняла, насколько Сора непредсказуемый парень? Когда отправляешься в приключение вместе с ним, ни одно дело ещё ни разу не шло строго по плану! Так что вам всем лучше быть начеку! Стоит вам только связаться с ним — и вашему изящному плану гарантированно придет полный и безоговорочный конец!» Суна опешила; в груди занималось незнакомое, донельзя тревожное чувство. «Если бы ты не была такой упрямой, тебе бы не пришлось расставаться с жизнью в таком месте...» - начала эльфийка, когда окликнул ее подоспевший львопес – Рейзен. «Молодой господин задерживается!» - выпалил он. – «У меня дурное предчувствие!» Похоже, Рейзен разделял тревоги Суны. Их обоих связали боем отчаянные авантюристы – не для того ли, чтобы не смогли они прийти на помощь своему принцу?.. Суна запрыгнула на спину львопсу, и тот кивнул в сторону Урипо: «Ты уверена, что всё в порядке? Вон та пуклипо...» «О-она... ничтожный соперник, который не стоит внимания!» - выпалила Суна, и Рейзен сорвался с места, ринулся прочь и вскоре исчез в ночной тьме. Урипо вздохнула с облегчением. Стало быть, она осталась жива... А, если он принца демонов нет известий, это может означать лишь одно: Сора каким-то образом все еще держится!.. «Но что же все остальные?» - задалась вопросом Урипо. – «Мальтина, Фуга, Алек... Я так своей шкурой рисковала, и никогда не прощу этого дурня Сору, если мы проиграем!..» Лишившись чувств, она распласталась на земле...
Двое сражались в полную силу, и линии-дополнения сияли на их телах. Несмотря на то, что принц демонов определенно слабел, он продолжал отражать удары противника и покамест оставался на ногах. «В глазах темнеет...» - проносилось в разуме Малика. – «Кончики пальцев немеют... Я явно потерял критическое, опасное для жизни количество крови... Есть ли способ изменить ситуацию и спастись?.. Магией или своими силами... Нет, этот ублюдок только и ждет, когда я откроюсь! Ничего не выйдет, сейчас, когда у меня двигается всего одна рука... Если я хоть на миг перестану орудовать мечом, он тут же вновь применит ‘Драконьи когти’!» Можно, конечно, попытаться применить сей прием одновременно, но Малик ослаб и понимал, что даже такой ход будет означать его проигрыш. Ничья была бы приемлемым исходом, но пойти на взаимное уничтожение он готов не был. «Если и использовать ‘Драконьи когти’, то это должна была быть самая первая атака!» - размышлял принц демонов. – «Другого момента для применения просто нет! Он показал мне свою решимость, пока я беспечно развлекался... И вот результат этой битвы! Я являю ныне поистине жалкое зрелище...» В душе Малика закипала слепая ярость, ибо сознавал он, что подвел всех своих сподвижников – Рейзена, Гоу, Суну... Глаза его вспыхнули, он усилил натиск. «Ради чего ты так отчаянно сражаешься?!» - лихорадочно соображал Сора, орудуя мечом. – «Я обязан вернуться к своим! Да сдайся ты уже наконец!..» Заметив, что Малик собирается применить «Драконьи когти», Сора отпрыгнул в сторону, и лишь тогда осознал, что это был обманный маневр. Он лишился возможности нанести принцу демонов смертельный удар, и ныне того закрывали своими телами подоспевшие огр, гном и эльфийка. Рейзен и Суна хлопотали подле израненного Малика, творя целительные заклятия, в то время как Гоу ни на мгновение не выпускал Сору из виду. «Какие же приемы использовал этот мальчишка?» - гадал он. - «Я и подумать не мог, что нашего молодого господина загонят в угол... Такого расклада я никак не ожидал...» «Осторожно, Гоу», - проронил Малик, тяжело дыша. – «У этого парня под ногами акула затаилась. Если бездумно бросишься вперёд, тебя сожрут...» «Молодой господин, твое тело ещё не в том состоянии, чтобы двигаться!» - всполошилась Суна, видя, что принц демонов с трудом поднимается на ноги. – «Я лишь наскоро остановила кровотечение!» Тот факт, что эти трое явились на помощь своему господину, наполнил душу Соры тревогой. «Что с моими товарищами, которые сражались в деревне?!» - потребовал ответа он. «По крайней мере, они живы», - обнадежил его Рейзен. - «Раз уж и нам пришлось в спешке примчаться сюда...» Сора вздохнул с облегчением, понимая, однако, что «живы» не означает «здоровы»... «Выходит, ты рану от ‘Когтей’ получил?» - обратился к Малику Гоу, и тот поморщился: «Да... Он сумел нанести мне удар». Воскрешая в памяти последние мгновения боя, Сора понимал, что инстинктивно отпрыгнул назад, опасаясь взаимного уничтожения. Но, если бы он тоже применил «Драконьи когти», даже вторым, высока вероятность того, то Малик был бы уже мертв. Да... если бы он атаковал без колебаний, то непременно победил!.. «Молодой господин, пожалуйста, отступи», - просил Малика Рейзен. – «Мы сами со всем здесь разберемся». «Неужели ты намеренно отпустишь его, чтобы потом устроить реванш?» - осклабился Гоу. – «Это тоже хороший вариант! Этот парень сумел как следует отделать нашего молодого господина! Кто знает, какие силы он обретет к нашей следующей битве?» «Нет, все решится здесь и сейчас», - отчеканил Малик. Трое сподвижников его озадаченно переглянулись, и выпалил Рейзен: «Ты намерен сражаться сам?! Ни в коем случае! С твоими-то ранами... Тому, кто является правителем, негоже рисковать жизнью из-за пустой гордости...» «Это не гордость», - возразил принц демонов, скрещивая взгляды с Сорой. – «Это дань уважения. Сражаться изо всех сил и сокрушить противника — это моя дань уважения как воина тому, что ты мне продемонстрировал. Раз уж это мой шанс на победу, я сокрушу тебя своим сильнейшим приемом, который у меня остался. Не так ли – Сора, воин в демонической маске?..» На лицах огра, гнома и эльфийки отразилась тревога, ибо знали они, о котором приеме говорит сейчас их господин. Сора осознавал, то шанс свой он упустил, и победа ускользает из его рук. Скорее всего, на этом все и закончится, и спасения ждать не стоит... Неужели ему придется сражаться сразу против четверых?.. И как тут возможно победить?.. Сора понятия не имел... «Ну и забавный же он малый!» - хохотнул Гоу, глядя на Сору. - «На лице у него написана полная растерянность, а тело при этом стоит в идеальной боевой стойке без единой бреши». Сору осознал, что так оно и есть. Стоило ему взять в руки этот меч, как движения стали инстинктивными. Через сколько же битв прошел этот клинок, сколько смертей повидал?.. «Суна, защищай драконью принцессу!» - приказал эльфийке Малик. – «Ее атаковала демоническая садовница, но столкнулась с яростным сопротивлением». «Но ведь этот выскочка так обошёлся с молодым господином...» - начала Суна, тыча пальцем в сторону Соры, и Рейзен урезонил ее: «Ты только что поддалась на провокацию и получила по заслугам. И прямо сейчас ты снова поддаешься эмоциям из-за молодого господина. Ты собираешься повторить ту же самую ошибку?» Пожелав Малику удачи в бою, Суна приняла облик львопса, бросилась прочь... «Но, если подумать... не мы ли сами упустили время, потому что валяли дурака и зазнавались, противостоя тем авантюристам?» - шепнул Гоу Рейзену, и отозвался огр: «Не говори это вслух, пока она сама этого не заметила». Сора созерцал противников, гадая, что же предпримут те. Не четверо, а трое против одного – как будто это что-то меняет... «Я ведь сказал, что использую любые доступные средства», - проронил Малик, коротко кивнул Рейзену и Гоу. «Похоже, у нас нет другого выбора...» - согласился огр. «Подумать только, что его первым противником в реальном бою, против которого он применит подобный прием, станет этот сопляк!» - рассмеялся гном. Гоу и Рейзен обратились в львопсов; Малик коснулся обоих руками, и линии-дополнения вспыхнули на телах монстров. Они стали увеличиваться в размерах, сливаясь воедино, обращаясь в исполинское двуглавое, четырехрукое чудище, существование коего поддерживало могущество принца демонов. Сора рот разинул от изумления, ибо не мыслил, что линии-дополнения способны на подобное... Сора попытался было подступил к Малику, но двуглавый гигант, являющий собой ныне часть тела принца демонов, не позволил ему это сделать, и ведди вынужден был отступить. Прежде он никогда не сражался со столь огромным и сильным противником. Есть ли у него в принципе шанс выстоять?.. Сора в этом сомневался...
Лазурия сотворила огненный шар и тут еж ускорила его заклятием ветра. Шар ударил в голову Эбби, и взвыла та: «Ну почему, почему ты не принимаешь мои объятия?! Если ты хорошенько подумаешь, то обязательно поймешь, что на самом деле лучше всего для твоей души...» «Ну и ну... А она живучая», - пронеслось в разуме Лазурии, и отвечала она Эбби: «Для меня самое главное — это путешествовать вместе с Сорой и остальными! Я ни за что не пойду с тобой! Оставь меня в покое!» «Как жаль!» - прошипела та. – «То, что ты сейчас считаешь своей собственной душой, - всего лишь жалкий набросок, сделанный изначальной сущностью ради забавы... Не позволяй этому увлечь тебя, не теряй истинный путь своей души! Ты не должна стать такой же, как я, попавшая в плен плотских желаний!.. Пожалуйста, позволь мне спасти твою душу!» «Без тебя разберусь!» - огрызнулась Лазурия. – «Кто тебя вообще просил о таком?! Я вернусь туда, где Сора и остальные, и мы снова будем путешествовать вместе!» «Вернёшься?..» - зло прошипела Эбби...
«Ожившие деревья?» - взревела тварь, кромсая энтов клинками. - «Вам меня не остановить!» Монстр сосредоточился на деревьях, и Сора, подобравшись к нему сзади, швырнул в противника две бомбы, кои взорвались, и гигант оказался объят пламенем и дымом. «А ты хорош!» - хохотнул он. – «Но на меня это не подействует, сопляк...» «Это тоже была лишь его уловка для отвода глаз...» - осознал Малик, а Сора метнулся к двуглавому гиганту, нанося тому удар «Драконьими когтями». Казалось, от атаки сей невозможно было уклониться... но оставила она лишь шрам на предплечье гиганта. «Прими молодой господин этот удар телом — от него бы мокрого места не осталось!» - рычали пасти львопсов. – «Подумать только, он настолько безупречно контролирует эту аномальную силу прямо в реальном бою...» Сора был разочарован, и не сумел этого скрыть. Прием почти не оказал на гиганта воздействия. Да, одним-двумя «Когтями» его точно не одолеть... Ощущал Сора, что потратил слишком много силы линий-дополнений, и не знал, сумеет ли вновь применить «Драконьи когти». Как бы то ни было, вывод очевиден: бить в тело гиганта, порожденное могуществом линий-дополнений, бесполезно. Необходимо нанести удар прямиком в тело Малика, но как это сделать, если гигант к нему подобраться не дает?.. «Как минимум, мне удалось заставить его пошатнуться!» - соображал Сора, созерцая двуглавого исполина. - «Если бы я использовал еще один подобный удар, чтобы расчистить путь...» На лице ведди отразилось разочарование, ибо осознал он, что потратил силы на прием зря. «Мой дух... он едва не сломился!» - осознал Сора. - «Вот почему я атаковал так небрежно!..» «Твой дух сломлен?..» - прорычали львопсы. – «Справедливости ради, после такого тебя точно стоит похвалить за хороший бой». «И именно поэтому я не стану проявлять пощаду», - обратился к растерявшемуся Соре Малик. – «Я сокрушу тебя здесь и сейчас!» Малик, возвышался над коим двуглавый гигант, шагнул к ведди, занося клинки для удара... когда под ноги ему подоспевшая Урипо швырнула дымовые шашки. «Дымовая завеса?» - рявкнули львопсы, ибо лесную поляну, на которой шло сражение, стремительно затянуло дымом, а Урипо пнула опешившего Сору, шепнув: «Прячься быстрее!» Сора не заставил себя ждать, и вслед за пуклипо бросился в лес. «Урипо?! Ты-то как здесь оказалась?!» - спрашивал он на бегу. – «Ты цела?! Что с остальными жителями деревни?!» «Не переживай!» - отвечала Урипо. – «Нам знатно досталось, но все живы-здоровы. К тому же благодаря тому, что ты отвлёк на себя всю эту свору львопсов, у нас появилось немного времени. Старейшина, Хьюза и остальные сейчас ведут контратаку в самом центре деревни! Вот он — наш решающий момент! У наших противников там тоже несладко! Все сейчас на пределе! Великая Урипо сейчас выгадает тебе немного времени, так что ты давай, чуть остынь, а потом, как обычно, бабахни по ним своим коронным приемом и переверни всё с ног на голову!» И Урипо бросилась прочь, продолжая разбрасывать дымовые шашки, и облако обволакивало лес. Сора остановился, переводя дыхание и собираясь с мыслями. Действительно, он позабыл о том, что всегда сражался вместе с товарищами, и полагались они друг на друга. Но... сможет ли он еще раз применить «Драконьи когти»? На этот прием затрачивает он огромное количество энергии. «Самая главная причина такого жуткого расхода энергии в том, что пока эти ‘Когти’ действуют, сила линий-дополнений постоянно утекает впустую», - размышлял Сора. – «Даже за какую-то долю секунды колоссальный объём энергии просто рассеивается, а то, что реально превращается в урон врагу — это всего лишь крошечная часть от всей этой энергии... А что, если... накрыть эту энергию условной ‘крышкой’, пока она копится, и высвободить её всю целиком, разом, в один единственный момент самого удара?» «Нет... никакой ‘крышки’ у меня нет...» - расстроился Сора. – «Сила линий-дополнений изначально предназначена для того, чтобы материализовать грезы, которые видят предметы. Она устроена именно так, и сейчас обычными методами это не изменить... Даже если я попытаюсь направить силу линий-дополнений, смогу ли я удержать её вопреки её природе?.. Вряд ли всё может пройти настолько гладко и удобно для меня...» Неожиданное озарение снизошло на Сору...
«Вернёшься?..» - вопрошала та. – «Что значит ‘вернёшься’? К народу Астолтии?.. Всё совсем не так, понимаешь? Драконы должны возвращаться туда, где им и положено быть! Разве древние драконы и жители Астолтии не имеют изначально совершенно разное происхождение?.. Это воплощение было создано лишь в качестве простой манифестации изначальной сущности, оно лишь слегка напоминает суть твоей души. Прислушайся же к гласу разума! Это место было создано лишь в качестве простого перевода, оно лишь слегка напоминает поверхность твоего сердца... В Астолтии для тебя просто нет места, куда бы ты могла вернуться!» В глазах Лазурии блеснули злые слезы, ибо слова Эбби задели ее за живое. «Заткни-и-и-и-ись!!!» - взвыла она, утрачивая самообладание...
«Неужели сопляк сбежал?» - рычали головы львопсов, вглядываясь в дым. «Нет», - отвечал им Малик. – «Я не уверен до конца, но он точно где-то поблизости». Принц демонов ощущал присутствие своей немезиды... словно та вошла в резонанс с драконьими жилами. Спрятавшись за деревом, Сора наблюдал за приближением противника, продолжая осмысливать свою идею. «Для этого приема нужно много энергии!» - осознавал он. – «Но с другой стороны, если накапливать ее слишком долго, мне просто оторвет руки. А накопить энергию, держась поодаль, а затем приблизиться и высвободить ее невозможно... В отличие от ‘Когтей’, которые вонзаются в одно мгновение при малейшей бреши прямо перед носом врага… эту атаку провернуть гораздо сложнее... Пусть даже мне и не нужно целиться прямо в его настоящее тело, мне придется как-то продержаться несколько секунд, сближаясь с ним, пока мои руки будут полностью заняты... К тому же, даже если я смогу применить этот прием, оставшись целым и невредимым, от полученного урона и усталости я точно не смогу сделать и шагу! Я обязан решить все одним-единственным ударом. Но… получится ли у меня такое?!»
Лоза хлестнула драконицу по голове, и та зашипела от боли, надеясь, что пропустила удар случайно. «Сердце — это всего лишь пустышка, придуманная ради оправдания плотских желаний», - отозвалась Эбби. - «Твоя благородная душа заслуживает куда более правильного и прекрасного воплощения, и она прекрасно это понимает!» «Да мне наплевать!» - Лазурия попыталась было сотворить заклятие молнии, но не сумела это сделать. Лоза вновь ударила ее, отбросив в сторону, и драконица, вскочив на ноги, взывала к своей волшбе, однако магия продолжала ускользать. Следующим ударом лоза выбила из рук девушки короткий меч. Лозы Эбби продолжали наносить удары утратившей концентрацию Лазурии, и ощущала демонесса, как кричит от боли душа благороднейшего и прекраснейшего создания сей вселенной. Наконец, лозы захлестнули Лазурию, оплели ее конечности, обездвиживая. «Почему же магия мне неподвластна?» - в отчаянии прохрипела драконица, и Эбби усмехнулась: «Если ты будешь так упрямо отрицать голос собственной души, ты ни за что не сможешь использовать заклинания. Твоя душа прекрасно знает, что мои слова — истина! В Астоллтии для тебя больше нет места, куда ты могла бы вернуться!» Зная, что слова сии причинят драконице неописуемую боль, Эбби с удовольствием их произнесла, наслаждаясь болью, отразившейся во взгляде противницы. «Поэтому идем с нами!» - предложила демоническая садовница. – «Раз и навсегда порви с этими низшими созданиями Астолтии и покажи нашему господину истинную сущность своей души...» Лазурии удалось сотворить огненный шар, который ударил Эбби в голову. Лозы, удерживающие драконицу, ударили ее головой о землю, и девушка чуть не лишилась сознание. Она могла лишь шептать имя Соры, беззвучно моля о спасении. «Ах... Ты ведь так сильно изранена», - Эбби взирала на пленницу с восхищением. – «И все равно упрямо закрываешь свое сердце и ни за что не хочешь его отпустить. До чего же это трогательно!» Испытывая жгучее желание обладать Лазурией – всей, без остатка! – Эбби метнулась к ней, рассекла когтями одежды...
«Не время питать сомнения, когда душа и тело ее истерзаны, и зовет она на помощь!» - прошипел ведди. – «Я сделаю это!..» Урипо продолжала плясать в дыму вокруг гиганта, отвлекая на себя его внимание, когда тот сумел повергнуть ее заклинанием. «Что это было?» - выдавила пуклипо, отброшенная далеко в сторону потоком ветра. «Я сотворил заклятие ветра прямо у себя в утробе!» - отвечал ей двуглавый гигант, - «И исторг сферу сверхсжатого воздуха, сметающего всё на огромном расстоянии. Удобный фокус, чтобы прогонять путающихся под ногами мышей!»». «Ввязаться в настолько невыгодный бой и даже не пытаться сбежать», - резюмировал Малик. – «Все до единого соратники этого парня ведут себя одинаково. Что же заставляет их так слепо верить в него?» «Этот парень создан для того, чтобы стать верным напарником великой Урипо — будущей величайшей актрисы!» - воскликнула пуклипо, поднимаясь на ноги. – «И если он не сможет перевернуть ход такой пустяковой заварушки, то как, черт возьми, он сможет погрузить всю Астолтию в пучину безудержного смеха?!» Она бросила в разные стороны сразу четыре дымовые шашки, скрылась за завесой... В то мгновение, когда внимание гиганта было отвлечено, Сора, сжимая в зубах короткий меч, метнулся к гиганту, коснулся руками одного из его огромных клинков, а после побежал по нему к рукояти – к туше исполина. Тот попытался ударить его посохом, коий сжимал в одной руке, но Сора отразил удар мечом. Сила удара была столь велика, что ведди выронил его, но это его не остановила. Сцепив пальцы обеих рук, он воззвал к могуществу линий-дополнений. «Неужто... ‘Драконьи когти’?» - осознал Малик. Не разжимая сцепленных рук, Сора направлял в них все свои энергии, попутно двигаясь и уклоняясь от ударов, кои пытался нанести ему двуглавый гигант. «Та самая самоубийственная атака ‘Когтями’!» - гремел он. – «Подумать только, имея в арсенале так мало приемов, ты умудрился зайти настолько далеко, но тебе все еще не хватает двух, а то и трех ходов для победы!» Слишком поздно осознал принц демонов, что противник его задумал нечто иное. Почему не пытается он расцепить руки? И что означает свет, от них исходящий?.. Линии-дополнения на руках ведди поглощают друг друга?.. Это же просто невозможно... Хотя нет... «Именно потому, что это невозможно, он и...» - пронеслось в разуме Малика, а в глазах его плеснулся ужас. - «Плохо дело! Уклоня...» «Сгинь!!!» - взвыл Сора, разом высвобождая энергии и направляя их на противника. Гибельный прием, рекомый «Драконьим буйством». Вспышка света, исходящего от лесной поляны, озарила ночные небеса, зримая всеми окрест, а за спиной Соры воплотился призрачный образ дракона, атаковавший слившихся в единую манифестацию принца демонов и двух его львопсов. Привлек колоссальный выброс энергии внимание и морского дракона Хорхейза... Тяжело дыша и с трудом держась на ногах, Сора созерцал развороченную землю пред собою. «Неужто это я сотворил?» - поражался он. – «Какова же на самом деле истинная мощь этих линий-дополнений...» Испытывал он поистине страшную боль; казалось, все мышцы тела в одночасье свело судорогой. Израненные, львопсы и Малик распластались на земле поодаль. «Этот малец...» - прохрипел Гоу. – «Да что он, чёрт возьми, сотворил?!» Принц демонов осознал, что энергию драконьих жил Сора направлял в собственное тело. «Но тело, защищенное теми же самыми драконьими жилами, начало сопротивляться этому захвату», - осознал Малик. – «Когда две одинаковые силы сталкиваются, они не могут вырваться наружу и продолжают непрерывно скапливаться между обеими руками! Благодаря этому колоссальную энергию, которая обычно тратилась впустую при применении ‘Драконьих когтей’, можно целиком обратить в разрушительную мощь! Но ведь это всё равно что нанести удар ‘Драконьими когтями’ по собственным же рукам! Если бы он не высвободил её в идеальный момент, ему бы просто оторвало руки взрывом! Этот парень, как далеко он готов зайти?!» Сора был обездвижен и продолжал терзаться жуткой болью; он понимал, что не хватило ему совсем немного, буквально пары шагов, чтобы окончательно добить противников...
Паладин же наряду с авантюристами, защитниками деревни и матросами с «Метеор» продолжил противостояние монстрам, число которых заметно уменьшилось...
«Это что еще такое?!» - взвизгнула Суна, опешив при виде представшего ей зрелища. – «Чем вы вообще тут занимались, бездельницы?! Вы понимаете свои обязанности?!» «М-мне... мне несказанно жаль!» - склонила голову Эсторис, косясь в сторону подельницы. – «Не уследила я за нею!» Эбби отделила свое тело от растительного порождения, и – как ни в чем не бывало – предложила Эсторис и Суне сходить поглядеть, чем было вызвано сияние, только что озарившее ночь...
«Молодой господин!» - Суна со всех ног бросилась к поверженному Малику. – «И Рейзен тоже... Держитесь!» «Что вообще здесь происходит...» - Эсторис пребывала в полнейшей растерянности. – «Что это за ситуация... Чтобы так безупречно отделать молодого господина и великих львопсов... Какие же трюки нужно использовать, чтобы провернуть подобное и устроить здесь столь дикий погром?!» «Похоже, он использовал свою силу крайне безрассудным и опасным образом», - заключила Эбби, подойдя к обездвиженному Соре и принявшись внимательно его осматривать. – «Обладать великой силой драконьей крови и быть... настолько вонючим, неотесанным и никчемным созданием... Игнорируя пределы собственной плоти, которая служит лишь проводником для силы... Если высвободить такое количество энергии, тело смертного не отделается просто так...» Горящий взгляд Соры был прикован исключительно к Лазурии, и сумел он сделать шаг вперед. «Оно всё ещё двигается?! Мерзость...» - поморщилась Эбби. – «Это ведь не может быть зомби Зофина... Невыносимо смотреть на то, как сила линий-дополнений используется подобным образом!..» Лозы медленно сдавливали тело беспомощной Лазурии, и девушка хрипела, удушаемая ими. «Моя милая горошинка», - вздохнула Эбби, наблюдая, как Сора едва передвигается, крича от нестерпимой боли. – «Ради какого-то паршивого ничтожества... ты зашла так далеко и продолжала поддерживать линии-дополнения...» «Вот как...» - пронеслось в разуме Соры. – «Прости меня, Лазу!» Эсторис склонилась над телами львопсов, остающихся без сознания. «Н-нужно как можно скорее вернуться в Иснаг и исцелить их!» - ужаснулась она. – «Эти раны... они смертельны!» «Убей его, Эбби!» - возопила Эсторис, указывая на Сору. – «Хотелось бы заставить его мучиться подольше, но у нас нет времени!.. Неизвестно, что этот ублюдок выкинет в следующий раз! Нельзя упускать такой шанс!» Кивнув, Эбби обернулась к Соре... когда подступили к демонессам Хьюза и Ребелио. «Земля здесь все искорежена», - выдохнул ведди, озираясь. – «Что здесь произошло?!» «А что с Сорой?» - тревожился Кошак. – «Неужто он был повержен?!» «Быстрее!» - взвизгнула Эсторис, и Эбби нависла над Сорой, прошипев: «Лично я бы тоже хотела, чтобы ты настрадался перед смертью как можно сильнее, но... Точно! Мне в голову пришла отличная идея! А стань-ка ты кормом для рыб! С таким телом ты ведь уже не сможешь плыть, верно? Будет отлично, если ты задохнёшься, пойдёшь на корм рыбам и станешь удобрением для морских водорослей. Это послужит хоть каким-то искуплением за то, что ты появился на свет с такой уродливой душой!» «Что она вообще несёт, эта девка?!» - пронеслось в разуме Соры. Эбби принялась читать заклинание, а Сора выкрикнул: «Слышишь меня?! Не беспокойся! Я обяза-а-а-ательно спасу тебя, Лазу! Я уже иду! Эй, ты! Мегисторис или Эсторис, как тебя там?! Лазу ведь твоя важная гостья, так?! Не подпускай к ней эту растительную девку!» «Ты вообще соображаешь, что обращаешься к врагу?!» - выпалила Эсторис, не показывая, что, собственно, именно так и собиралась поступить. «Не беспокойся, Лазу!» - снова обратился Сора к драконице, с мольбой на него смотрящей. – «Когда тебя нет рядом, мне так одиноко, что я просто не могу этого вынести! Так что я обязательно... приду за тобой!» «Сора...» - всхлипнула Лазурия. – «Я тоже... Я тоже, понимаешь...» «Жди меня!» - улыбнулся Сора. – «Мы все вместе скоро примчимся за тобой и...» «Как же ты бесишь», - прошипела Эбби. – «Не втягивай мою милую горошинку в свою дешёвую подростковую драму, ладно? А тебе самое место на морском дне — крутить шуры-муры с какими-нибудь акулами, я считаю». «О-о! В детстве они все тоже были моими друзьями по играм!» - ухмыльнулся Сора. – «Я, вообще-то, пользовался бешеной популярностью!» Эбби произнесла заклинание телепортации, и Сора исчез... Хьюза и Ребелио атаковали Эбби, и на помощь к той пришла Эсторис. На глазах ведди и Кошака противники их исчезали, забирая с собой беспамятных подельников – и Лазурию!..
Принц Одис заглянул в чертог, протянул гному кружку с горячим чаем. «Прости, я тут всё так раскидал!» - стушевался Гиб, и Одис улыбнулся: «Всё нормально, оставь как есть. Так даже лучше. Я тоже люблю читать, но никогда не мог погрузиться в это настолько глубоко...» «Я... наоборот, так мне гораздо спокойнее», - признался Гиб. – «Когда я был маленьким, меня не особо выпускали из дома. Поэтому я только и делал, что читал книги из отцовской библиотеки». «Вот почему ты решил стать искателем приключений», - заключил принц. «Чем больше у меня становилось знаний о словах, тем сильнее мне хотелось узнать обо всем подробнее», - подтвердил Гиб. – «Желание лично во всём убедиться становилось всё сильнее. Но внешний мир пугал меня... Я думал, что такому тепличному мальчику, как я, не под силу путешествовать своими ногами. И как раз в то время я случайно встретил Сору... Ему почему-то стало интересно, и он расспрашивал меня обо всём до самых мелочей, заставив рассказать о множестве моих мечтаний. И тогда у него аж глаза заблестели... ‘Раз так, чего мы тут копаемся?!’ – выдал он. – ‘Пошли посмотрим на все вместе!’ Поддавшись его порыву, я в итоге... сбежал из дома. Ну, тогда много чего произошло, но как мы докатились до нынешней ситуации...» Гиб говорил, листая страницы древней книги, когда запись на одной из страниц привлекла его внимание. «Второй по величине город древней империи Гатерия — Харпай, уничтоженный за одну ночь столпом света..» - прочел гном. – «’Вестницей Ночи’, или... ‘Луной Возмездия’!»
Тело не слушалось, и Сора смирился с неизбежностью кончины... когда лицезрел подплывающего к нему огромного дракона...
«Эй, Рубиби, вылечи и мою ногу своим заклинанием!» - просил эльфа Сесри. – «Я тоже хочу поскорее отправиться на поиски Соры!» «Так магия не работает», - отвечал тот. – «Дело в том, что исцеляющие заклинания лишь насильно ускоряют за счет магии естественную регенерацию, которая изначально заложена в теле. В экстренных ситуациях без этого не обойтись, но вообще-то это не очень полезно для организма. Когда есть время на постепенное восстановление, лучше всего довериться естественному исцелению». «Да уж, тех, кто сильно пострадал, Рубиби хоть как-то подлатал своей магией...» - согласилась Сомья, а Митона успокаивала супруга: «Да ладно тебе, Сесри! Все сейчас ушли на поиски, так что твоя главная работа — это лечиться». «Но ведь так я совсем потеряю лицо», - расстраивался тот. Рубиби поспешил к циновкам, находились на коих его израненные спутники – Фуга, Алек и Мальтина. «Как твои глаза?» - обратился эльф к Мальтине. «В голове всё ещё немного туманно...» - пробормотала та, однако Рубиби разглядела, и тот вздохнул, не скрывая облегчения: «Всё в порядке. Похоже, повреждение сетчатки не такое сильное, как я думал. Очень помогло то, что ты немедленно зажмурилась, пусть даже на мгновение. Если восстанавливаться не спеша, зрение полностью вернется к норме...» «Рубиби, а где Сора?» - с тревогой вопросила Мальтина. – «Он еще не вернулся?» «Деревне сейчас очень тяжело, но многие жители всё равно вышли в море на лодках, чтобы искать его», - отвечал Рубиби. – «Но покамест его... не нашли». Закрыв лицо руками, Мальтина разрыдалась, и Алек обнял ее, успокаивая. «Море всегда даровало нам множество благословений», - изрек старейшина Оркан, подойдя к искателям приключений. – «Время от времени море уносит жизни вот так запросто, в один миг. С его родителями случилось то же самое. Такое уж оно, море... И все же: то, что произошло в этот раз, никак не связано с волей моря. Может быть, море ещё не окончательно оставило Сору?..» Мальтина с надеждой воззрилась на старика, и тот осклабился: «И вообще! Этот паршивец, перед тем как его унесло, точно ведь ляпнул, что обязательно вернётся за той грудастой девахой?! Тот трусливый Сора, который вечно прячется! В самые критические моменты у этого паршивца странным образом срабатывает интуиция. Так что, может, его слова о том, что он вернётся, — это не просто пустая бахвальство?..» «Старейшина...» - тяжело вздохнула Мальтина. – «Мне... так жаль. Деревня оказалась в такой беде из-за нас. Если бы мы только не приближались к вам, ничего этого бы не случилось...» «Да у этих ублюдков наверняка были какие-то старые счёты с нашими предками, разве нет?» - отозвался Оркан. – «В любом случае, они бы рано или поздно на нас напали. Если бы тебя и остальных не было рядом, нам бы точно пришёл конец. Вместо того чтобы забивать себе голову этим, не лучше ли сейчас пойти и подбодрить ту девчушку?» И он кивнул в сторону Урипо, которая все утро сидела поодаль, на берегу, отрешенно глядя на море. Старейшина удалился, а Рубиби шепнул Мальтине: «Сначала мы разделились с Гибсом, а потом исчезли Сора и Лазурия, так что в итоге она осталась совсем одна из своего отряда. Превозмогая боль от полученных в ночном сражении ран, Мальтина подошла к Урипо, высказав заверение в том, что Сора и Лазурия живы. «Если мы будем искать все вместе, то обязательно...» - говорила чародейка, когда Урипо неожиданно вскочила на ноги, завопила: «Жалкое племя демонов! Упустить госпожу Урипо, величайшего гения зла в истории — ну и дурачьё! «Этот случай станет началом великого краха и навсегда войдёт в историю их позора! Сора жив?! Да как иначе! Чтобы эта грязная таранная рыба так благородно взяла и утонула посреди океана? Не бывать этому! И я таранную рыбу выужу, и принцессу Лазу спасу!.. Сейчас начнётся великий переворот от Урипо! Эй, челядь, выжигайте это зрелище у себя на сетчатке! Пока великая Урио одна, для нее это – сущие пустяки!» Крики пуклипо привлекли к себе внимание и селян, и авантюристов. Понимая, что происходит сейчас на душе Урипо, Мальтина крепко обняла ее, прижала к груди. «Ну что же ты делаешь», - прошептала ведди, зная, что пуклипо едва сдерживает слезы отчаяния. – «Пытаешься в одиночку, через силу, двигаться дальше, заглушая собственные чувства... «Те, кто путешествует с Сорой, всегда становятся сильнее духом, но как-то не в ту сторону. Но всё же! Пытаться забрать себе всю самую лакомую добычу в одиночку — это просто жульничество! Я ведь тоже так старалась, рисковала собой и дошла до такого плачевного состояния... Пока две такие прекрасные девушки из последних сил отчаянно сражались в тылу, этот придурок взял и смылся куда-то, чтобы заигрывать со своей ненаглядной! А на наши чувства и переживания ему совсем наплевать?! Ну не свинство ли?!» «А ведь и правда», - согласилась Урипо. – «Урипо тоже что-то... начинает закипать... Ему явно не хватает чувства благодарности к своему главному спасителю — великой Урипо! Этот тип, хоть и слабак, на самом деле тот ещё бабник! Так бессовестно играть чувствами девушек!.. Точно! Этого паршивца нужно хорошенько проучить!» «Поэтому нам тоже нужно прокачать свои женские чары, поймать этого придурка на крючок и заставить поплясать под нашу дудку!» - предложила ей Мальтина. Авантюристы взирали на пуклипо и ведди, пребывая в полной растерянности. Что эти двое несут?!. Тем временем селяне натягивали на каркасы крыш домов новую ткань. «Наши дома на деле скорее огромные палатки», - объяснили они авантюристам. – «Из-за сильных штормов они часто ломаются, поэтому столбы и крыши готовят заранее. В деревенской глуши на Островах Венна селения практически везде так строятся. Пройдет какой-нибудь месяц, и все вернется в норму. Во время того позапрошлогоднего великого шторма разрушений было куда больше... Да эти придурки вообще ничего не понимают! Если бы они сожгли лодки, нам пришлось бы гораздо хуже!» «Море порой бывает к нам жестоко, но мы тоже упрямы и живучи», - вымолвил Мюль, обращаясь к Мальтине и ее сподвижникам. – «Сора — всего лишь один из парней, выросших в этой деревне. Мы не позволим морю так легко забрать наши жизни». К пристани стремительно приближался военный корабль Веринарда. Стоило судну бросить якорь, как по сходням на берег спустился Гиб, донельзя встревоженный увиденным. Неужто в деревне накануне произошла битва?.. И, когда поведали Урипо и Мартина ему о произошедшем, гном отчаялся. «Не может быть!» - выдавил он, не в силах поверить в услышанное. – «Сора... и Лазу... Неужели мы опоздали на один шаг... Мы ведь даже попросили у королевы военный корабль и так спешили сюда! Эта местность ведь была полем древней битвы между Лунным Племенем и Истинным Солнцем, верно? Мне следовало учесть и то, что на деревню могут напасть!.. То, что я понял, пока изучал сведения о Лунном Племя в Веринарде, не оставляет сомнений. Во время великой войны пятьсот лет назад Лунное Племя, пытавшееся закрепиться для вторжения на Острова Венна, ожесточенно сражалось с ревнителями Истинного Солнца, которое стремилось его остановить... Однако есть кое-что еще... Кое-что, что они, как предполагается, планируют... Касательно так называемой Луны Возмездия — в записях того времени об этом не упоминалось вообще ни разу. Возможно, это план, который они начали претворять в жизнь совсем недавно. Подумав, что должна быть хоть какая-то зацепка, я расширил временные рамки и области исследования, и тогда... Невероятно, но в преданиях континента Гночакка более чем трехтысячелетней давности нашлись точно такие же слова! Столп света, который в мгновение ока уничтожил Харпай, второй по величине древней империи Гатерия, именовался ‘Вестницей Ночи’ – или ‘Луной Возмездия’». «Гатерия...» - протянул Рубиби. – «Если я правильно помню, это древняя империя, а еще была подземная империя Урбея». «Все так», - подтвердил Гиб. – «Это были великие державы того времени, которые боролись за господство на континенте Гночакка в древности: подземная империя Урбея и империя Гатерия. Похоже, тогдашний император Урбеи, устав осаждать Харпай — неприступный город-крепость, использовал для его захвата оружие именно с таким названием». Вытащив из сумы фолиант, прочел гном: «Взгляните на горы трупов рыцарей-гномов, лежащих перед крепостными стенами! Скорбь императора достигла своего пика, и в конце концов он внял совету, предложенному учеными мужами. Стоило императору взмахнуть рукой, как ясное небо над Харпаем в мгновение ока заволокло ночной тьмой. И на небе, заняв место солнца, взошла огромная, невероятно огромная полная луна. Она исторгла одинокий луч света, объявший город Харпай. В этом свете железо плавилось, камни закипали, а смертные, деревья и животные исчезали без следа, не оставляя после себя даже пепла. Император, объятый ужасом перед делом собственных рук, прогнал ученых мужей. Вплоть до самой гибели империи эта луна больше никогда не поднималась в небо». Гиб закрыл книгу, продолжил: «Научных данных не осталось, так что с уверенностью утверждать нельзя, но, судя по всему, древний город Харпай был полностью стерт с лица земли колоссальным жаром. Я не знаю, совпадает ли то оружие с тем, что сейчас пытается использовать Лунное Племя, но, проще говоря, ситуация крайне скверная. Сора, который преследовал предводителя сил врага, пропал без вести, а Лазу, которая необходима для приведения столь гибельного оружия в действие, была похищена... Кажется, те самые четыре безумных демона-ученых когда-то действительно служили империи Урбея. Если честно, я не думаю, что это просто совпадение!..» Гиб надеялся, что воспользоваться могуществом крови Лазурии противнику не так то просто, а это означает, что у них есть еще немного времени... «Королева Веринарда уже начала действовать», - заверил сподвижников Гиб. – «Мы продолжим поиски Соры и будем действовать, исходя из предположения, что он жив. Я думаю, это станет кратчайшим путем к спасению Лазу и, как следствие, к срыву заговора расы демонов. Собрать товарищей, найти логово врага и составить план для штурма! Чтобы мы были готовы в любой момент, когда бы Сора ни вернулся к нам!..» Искатели приключений обратились в слух, жадно ловя каждое слово Гиба, пытавшегося воодушевить их, не позволить предаться отчаянию...
«О, очнулся наконец, мальчик!» - заявил гоблин, ступая в каверну. Сора рывком сел в кровати, и выпалил гоблин: «Тебе бы лучше резко-то не дёргаться! Внешних ран у тебя было немного, но вот кости и мышцы внутри были просто в лоскуты и в хлам разорваны!» Набрав в легкие побольше воздуха, гоблин завопил: «Э-э-эй, Хорхейз! Наш гость очухался-а-а!» Превозмогая боль, Сора сполз с кровати, трусцой бросился бежать прочь из пещеры... к гроту, пребывал в коем исполинских размеров морской дракон, Хорхейз. «Из самой глубокой пучины морской я услышал крик твоей души», - прогремел он, нависая над ведди. – «Через драконьи жилы пронзило меня сильное чувство, исходившее из твоей груди...» Осознал Сора, что ситуация, случившаяся у вулкана Кальсадора, повторилась: столкновение двух индивидов, обладающих линиями-дополнениями, привлекло к себе внимание древнего дракона!.. Как и Бридон, Хорхейз оказался чудаковат, и принялся горланить песни о любви, которая и привела к их с Сорой встрече. Древний дракон пел, морские монстры танцевали, а Сора понимал, что оказался в очередном театре абсурда. Наблюдая за горланящим песни Хорхейзом, осознал Сора, что тот не был тем драконом, которого зрел он в детстве. «Больше так никогда не делай, ладно?» - заявил, наконец, Хорхейз. «Что не делать?» - уточнил Сора. «Сила линий-дополнений изначально предназначена для того, чтобы с умом управлять различными стихийными элементами», - назидательно произнес дракон. – «Использование этой энергии напрямую для уничтожения противника вообще не предполагалось. Если провернуть такое с обычным смертным телом, оно просто разлетится на куски и тебе конец. То, что ты не потерял жизнь, объясняется тем, что ты вовремя сдержал накопление силы. А также благодаря твоему боевому чутью, ведь ты направил и взорвал почти всю энергию в сторону противника. Но, говоря начистоту, тебе повезло процентов на 80! Считай, что следующего раза уже не будет». «Вот как...» - протянул Сора. – «Значит, всё было гораздо опаснее, чем я думал, и я буквально прошёл по краю...» «Вот именно!» - поддакнул дракону гоблин. – «Так что пока твои раны не заживут, сиди тихо и отдыхай. Это место — один из концертных залов Хорхейза на дне моря Венна. Веселым ребятам мы всегда рады! Так что развлекайся на полную!» «Ну ладно», - потупился Сора, созерцая древнего дракона и дружелюбных монстров, находящихся в гроте. – «Простите за неудобства, но я побуду у вас какое-то время...» Сора поведал дракону о том, по какой причине разыскивал его. «Посреди путешествия с целью узнать истинную личность своей любимой дорогуши и визитов к древним драконам в разных земля посреди битвы с демонами ты оказался в море», - заключил Хорхейз. – «Судя по тому, что рассказывала Бридон, с которой ты встретился... я навряд ли смогу открыть тебе больше, понимаешь? Прошло всего около семисот лет с тех пор, как я принял это тело в качестве личности-маски... Для маски я ещё довольно молод. Если хочешь расспросить кого-то, то лучше бы подошли вихревой дракон Макул из Элтоны или горный дракон Норо из Огрида. Их маски, если не ошибаюсь, не менялись последние две тысячи лет, так что знаний у них должно быть немало». «Вы разве знаете о делах друг друга?» - удивился Сора. – «Я думал, древние драконы стараются не встречаться лично, чтобы избегать конфликтов...» «Ну, до меня долетают слухи с ветром», - осклабился Хорхейз. – «К древним драконам приходит гораздо больше гостей, чем ты думаешь, знаешь ли. Время от времени заглядывают и искатели приключений...» «Вообще-то... я тут ещё и собирал информацию о самих древних драконах вот для чего...» - начал Сора. – «Понимаешь, лет десять назад я видел в этом самом море невероятную битву между драконами. Один был величественным, ослепительно белым драконом, а второй — зловещим, абсолютно чёрным... Я подумал, раз море Венна — твоя территория, ты, возможно, что-то знаешь об этом...» «Так ты своими глазами видел ту битву?!» - воскликнул Хорхейз. – «Действительно, около десяти лет назад в море неподалёку произошла битва между древними драконами. И это была не мелкая стычка между нами, масками, а противостояние истинных сущностей!.. Но... как тебе известно, столкновение сил истинных сущностей таит в себе опасность, несущую колоссальные разрушения землям Астолтии. А ведь это идет вразрез с главной целью древних драконов — наблюдать за эволюцией жизни в Астолтии... Даже моя истинная сущность была в полном замешательстве от той битвы. Начнем с того, что само существование неведомого древнего дракона, о котором не знали даже мы — пять древних драконов, — уже было из ряда вон выходящим событием». «То есть, ты тоже видел ту битву?» - спрашивал Сора. «Нет, я ощущал присутствие драконов, но не видел их своими глазами», - признался Хорхейз. – «Это была ситуация, в которой мне было крайне трудно решить, стоит ли вмешиваться. Если бы в битву втянули ещё и меня, масштаб разрушений мог бы стать ещё более катастрофическим. Мне оставалось лишь издалека наблюдать за тем, как развиваются события. Честно говоря, если бы всё продолжалось в том же духе, все Острова Венна вполне мог уйти под воду. Это был настоящий кризис... Но спустя какое-то время битва внезапно прекратилась, и присутствие обоих драконов бесследно исчезло... Что это вообще была за битва — для нас до сих пор остаётся полной загадкой». «Значит, та битва драконов посреди бури действительно происходила на самом деле», - задумался Сора. – «Но... получается, даже древний дракон Хорхейз толком ничего не видел своими глазами... Что же это может означать?.. В чем был смысл того противостояния?..»
В комнату заглянула эльфийка, прощебетала: «Меня зовут Суна! Мой господин поручил мне заботиться о тебе, принцесса!» Суна бросилась к столу, принялась очищать фрукты от кожуры, спрашивая, не желает ли гостья отведать их. «Где я?» - вопросила Лазурия. «Это Иснаг, подводный уединенный дворец», - с готовностью просветила ее Суна. – «Наш тайный оплот, основанный покойным лордом Исратом». Воскрешая в памяти воспоминания о последних событиях, осознала драконица, что противники все же сумели похитить ее. «Тебя ведь зовут Суна?» - уточнила Лазурия. – «Ты ведь сказала, что я могу просить о чём угодно? Тогда выпусти меня отсюда и верни назад к Соре и остальным». «М-мне очень жаль, но только не это...» - пробормотала эльфийка, отводя взгляд. – «Пожалуйста, пойми наше положение...» «Ну ещё бы! Я так и знала!» - фыркнула Лазурия, спрыгивая с кровати. – «Этот ваш ‘молодой господин’ тоже говорил, что сможет уважать мои желания только в той степени, в какой это удобно ему самому. Ну и ладно! Так и быть, я побуду здесь, пока Сора не придёт и не спасёт меня! А я пока разведаю тут все, и очень рассчитываю на тебя в этом, Суна!» «Хорошо...» - кивнула эльфийка. Она передала Лазурии нарядные одежды, отметив, что предстоит драконице скорая встреча с ее повелителем – принцем демонов Исмаликом. Прежние одежды Лазурии пришли в негодность, однако украшение – лазурит – она сохранила. «Это какая-то очень ценная для тебя вещь?» - осведомилась Суна, и Лазурия кивнула: «Это защитный оберег с камнем, который принадлежал моей маме. Эта вещь всегда напоминает мне о том, кто я есть на самом деле». Суна вывела Лазурию из чертога, и драконица в изумлении воззрилась на город, возведенный среди подводных скал. Высоко над их головами пребывала вода, и пояснила Суна спутнице: «Изначально это была обычная долина на поверхности земли. Чтобы скрыть её от взоров врагов, прежний владыка с помощью магии затопил всю долину целиком. Даже после кончины прежнего правителя, его магическая сила вот уже пятьсот лет удерживает этот водяной купол». Малика в его покоях не оказалось; принц демонов наряду с монстрами и демонами возделывал поле. «Молодой господин!» - выкрикнула Суна, бросаясь к Малику. - «Я ведь постоянно говорю тебе, что это совсем не королевское занятие. К тому же твои недавние раны ещё полностью не затянулись!» «Я не перенапрягаюсь», - заверил ее Малик. – «Если буду постоянно только валяться в постели, тело совсем обмякнет». Вернувшись в свои покои, Малик облачился в нарядные одежды, и, преклонив колено пред опешившей Лазурией, поцеловал ей руку. «Для начала я хотел бы искренне извиниться перед тобой за все былые проступки», - вымолвил он. – «Мне очень жаль, что тебя пришлось доставить сюда столь грубыми и принудительными методами». «А ты всегда вот так работаешь в поле?» - озадаченно вопросила Лазурия. «Здешние земли сильно истощены, понимаешь?» - отвечал ей принц демонов. - «Да и к тому же для меня это отличный способ развеяться время от времени. Как ты уже знаешь, нам необходима сила драконьей крови, которой ты обладаешь. Но мне бы очень хотелось, чтобы ты согласилась сотрудничать с нами по собственной воле». «А если я откажусь сотрудничать добровольно?» - уточнила драконица. - «В конце концов вы ведь всё равно заставите меня силой, разве нет?!» «Именно так», - подтвердил Малик. - «Но... пока ты будешь жить в этом селении, я бы хотел, чтобы ты получше узнала о нашем положении. Я уже строго-настрого приказал тем демоническим ученым больше не выкидывать подобных грубых выходок в твой адрес». С этими словами Малик покинул чертог, и ступили в него Зофин, Эсторис и Плаку, приветствовавшие Лазурию. «Как и сказал молодой господин, у нас нет намерений ставить над тобой жестокие эксперименты», - заверила драконицу Эсторис, и, поразмыслив, добавила: «Ну... по крайней мере, в ближайшее время». Эбби среди ученых не было, ибо находилась демоническая садовница в заключении в темнице. И останется там до тех пор, пока окончательно не придет в себя.
«Ты ведь умудрился загнать в угол самого принца расы демонов!» - восклицал гоблин. – «Разве это не замечательно? К чему так спешить и пытаться стать сильнее прямо сейчас?» «То, что я загнал его в угол, конечно, правда, но...» - протянул Сора, отступая, - «все мои приемы были чистой воды блефом. В настоящем бою не на жизнь, а на смерть мне бы ни за что с ним не сравниться. Мне просто удалось нарушить его планы до того, как всё пошло по худшему сценарию...» «Так в этом-то и вся идея, разве нет?!» - заявил гоблин. – «Умение одолеть противника, который превосходит тебя по силе, — это тоже часть твоего мастерства!» «Оно-то, конечно, так, но...» - задумался Сора...
«Мне нужно тщательно проанализировать возможность внезапного нападения и разработать ответные меры», - бились мысли в разуме его. - «А еще лучше, если мы сможем нанести удар первыми...»
«А ведь техника владения мечом у тебя — это определенно стиль ревнителей Истинного Солнца», - заключил Хорхейз, внимательно наблюдая за приемами ведди. – «Хоть стиль немного и изменился, поверить не могу, что он правильно передавался до самой этой эпохи. «Ты понял это по моим движениям?!» - удивился Сора. - «Я ведь просто махал мечом так, как мне казалось удобным. Откуда ты знаешь об Истинном Солнце?!» «Предводитель воинов Истинного Солнца, Сакра, - мой лучший друг», - признался дракон. – «До того, как сколотить свой отряд, он частенько меня навещал! Он был очень силен и был одним из тех героев, что ведут за собой целую эпоху... Я даже всерьёз думал передать ему силы своих линий-расширений. Но он наотрез отказался! Сказал: ‘Это война между людьми и расой демонов, драконам в ней делать нечего. Даже если мы победим, заимствуя нечестную силу, это лишь оставит после себя уродливые семена раздора, так ведь?’ Да, он был чрезвычайно силен... Но в итоге он ушёл, чтобы защитить свою новую родину. И чтобы пронести сквозь века память, скорбь и искупление за ту войну...» «Чем в итоге закончилась та война?» - выдохнул Сора. – «Что стало с орденом Истинного Солнца и Народом Великой Луны?» «Я и сам подробностей не знаю», - признался Хорхейз. – «Древние драконы не имеют права чрезмерно вмешиваться в великий ход истории, что вершится на землях Астолтии. Понимаешь, я действительно уважал и любил Сакру. И именно поэтому я намеренно не стал копать глубже и расспрашивать о подробностях. А тебе и вправду так интересен исход того противостояния?» «Еще бы!» - воскликнул Сора. – «Конечно интересен! Эта война может быть первопричиной всего, что происходит в нашем нынешнем приключении! Я хочу четко понимать, за что именно сражаемся мы и наши враги!» «Определенно, тебе стоит узнать об этом», - согласился дракон. «Ты расскажешь мне?!» - встрепенулся Сора. «Не торопись!» - урезонил его Хорхейз. – «Я не собираюсь именно ‘рассказывать’! Да и к тому же я и сам не знаю этого в виде сухих фактов. И вообще, мне бы не хотелось, чтобы ты узнал об этом просто из чужих слов или получил как обычную информацию. Ты должен пройти через это на собственном ‘опыте’. Задействовав всё своё сердце и тело, прочувствовать ту эпоху. Я хочу, чтобы ты прочувствовал ту битву и смертных, которые жили в то время, посредством ролевой игры! Ты лично проживешь великую битву между орденом Истинного Солнца и Лунным Племенем! Ты не просто услышишь сухие слова или заучишь факты, а сам станешь действующим лицом и персонажем этой истории! Взаимодействуя с мирянами той эпохи, делая свой собственный выбор, принимая вызовы и преодолевая трудности, я хочу, чтобы ты вынес из этого свои собственные, живые впечатления и настоящие эмоции! Мои сородичи будут направлять судьбу, а вот определять твои действия будешь ты сам, как игрок... Я хочу, чтобы это была не просто сухая информация, а живой, настоящий опыт. Ведь это именно то, что наши истинные сущности жаждут увидеть — богатые возможности в эволюции жизни!» «Я что-то совсем перестал улавливать нить разговора», - признался Сора. – «Игра? Пьеса? То есть я должен буду пережить события той эпохи через какое-то театральное представление или вроде того?..» «Нет, нет!» - воскликнул Хорхейз. – «Моя магия — особенная, высшего качества! Она дает куда более мощный эффект полного присутствия и глубокого погружения. «В общем, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать!» Чуть поодаль возникло подобие Соры, однако принадлежащее к человеческой расе. «Ты можешь сам выбрать расу», - предложил дракон Соре. – «Отыгрывать роль кого-то, кем ты не являешься в реальной жизни — это же и есть самый сок ролевой игры. Можешь стать огром, эльфом или гномом. Выбирай то, что больше по душе. Пока игра не началась, можешь менять свой выбор!» «Пусть будет человек», - принял решение Сора. Подле подобия Соры человека возникла женская фигура, и дракон предложил парню выбрать пол своего альтер эго. «Я же тебе только что сказал — ты отыгрываешь роль кого-то, кем не являешься!» - смеялся Хорхейз, видя, сколь озадачен Сора. – «Разве не весело попробовать примерить на себя противоположный пол?! Помимо пола, тут можно настроить телосложение, цвет кожи, форму глаз и даже детально выбрать прическу...» Сора отчаянно пытался осмыслить слова дракона, но, признаться, разумел в сказанном том немного...
Авантюристы и жители деревни провожали их. Четверо забрались в лодку, кою предоставили им селяне, и Хьюза обратился к Мальтине и остальным, молвив: «Извините, что не смог помочь с поисками Соры. Но мне нужно доставить Сомью в Джулет». «Вы очень выручили, когда помогли отстроить дом заново», - заверил ведди и спутников его Мюль. – «Спасибо». «Если бы вы не сразились за нас, кто знает, что стало бы с деревней», - добавила Мальтина. - «Огромное вам спасибо, правда». «Я уверена, что Сора обязательно вернет Лазу!» - выкрикнула Сомья. – «Парни из расы ведди всегда держат обещания, которые они дают девчонкам! Это закон! Даже Хьюза так же поступает!» Хьюза опешил: что значит «даже»?! «Ну, как минимум, у этого парня стержень внутри помощнее моего будет», - признал он. – «Он настоящий, гордый представитель расы ведди! Он точно не из тех, кто заставит девчонку плакать. И Лазурию... и тебя, Мальтина...» Мальтина покраснела при этих словах, и, когда лодка, уносящая Хьюзу и трех его спутников, вышла в море, напомнила авантюристам и матросам: им тоже пора выдвигаться в путь. Простившись с селянами, поднялись они на борт «Метеора»...
«Ты разве не собирался играть за девушку-огра?» - удивился Хорхейз. «Ну-у... я тут хорошенько подумал...» - протянул Сора. – «Отыгрывать роль девчонки самому как-то... ну, неловко, что ли... А тут, понимаешь, высота обзора и перспектива совершенно другие! Раз уж телосложение и центр тяжести полностью изменились, то и двигаться персонаж будет совсем иначе! Вот я и подумал, что это принесёт кучу новых и свежих ощущений!» «Действительно, почему бы и нет?» - хохотнул дракон. – «В этом ведь и заключается вся прелесть ролевого отыгрыша!» «А что конкретно сейчас начнётся?» - поинтересовался Сора, и отвечал Хорхейз: «Моя магия явит тебе иллюзию в виде полноценной истории. Ты погрузишься в этот сон и переживёшь его как один из действующих персонажей. Основная сюжетная линия останется неизменной, но в зависимости от твоих действий будут меняться детали и само развитие событий... Кстати, Сора, твои доспехи и демоническая магия – они ведь древние?» «Да, это так», - подтвердил ведди. – «Я слышал, что это настоящие вещи из глубокой древности, которые использовались во время празднеств, и их бережно хранили, постоянно ухаживая за ними...» «Вещи имеют свойство долго помнить то, что происходило вокруг них», - назидательно произнес дракон. - «Особенно те предметы, в которые миряне вкладывали всю свою душу и глубокие чувства». «Это чем-то похоже на то, как Лазу рассказывала про сны, которые видят неодушевленные вещи...» - промелькнула мысль у Соры, а Хорхейз продолжал: «К тому же в крови, которую ты унаследовал от своих предков, тоже крепко запечатлены чувства и чаяния мирян из прошлого. И моя магия просто соберёт эти воспоминания воедино, воссоздав их в виде сценария для твоего приключения! Пусть это и иллюзорный мир, но чувства смертных, живших в ту эпоху, в нём самые настоящие. Ты сможешь свободно общаться с ними, сражаться плечом к плечу... Я хочу, чтобы ты просто прочувствовал то, как и ради чего они жили». «Пока что я не особо улавливаю всю суть, но...» - озадаченно произнес Сора, - «остается только попробовать! В конце концов, это кажется довольно забавным!» Вновь зазвучала музыка, собравшиеся в гроте морские монстры пустились в пляс, а Сора обнаружил себя высоко в небесах иллюзорного мира, иссушало коий Ложное Солнце. А после низринулся он к земле, обнаружив, что обратился в воина-пуклипо. Чувствовал он себя ужасно, был слаб и обожжен. Вокруг простиралась выжженная пустошь, стояла страшная жара. Ложное Солнце убивало Астолтию... Раскаленный ветер обжигал Сору, и страшился тот, что его краткий визит в иллюзорный мир прошлого закончится, не успев начаться... когда возникла подле пуклипо чародейка-огресса, сотворила магический щит, и жар сразу же отступил. «Ты ведь тот новичок, который вступил в наш орден во время недавнего набора?» - обратилась к Соре незнакомка, беря его на руки. – «Сора, если не ошибаюсь? Сейчас излучение находится под контролем. Внутри этого купола ты в полной безопасности. Меня зовут Аскис. Хоть ты и новичок, тебе пора бы уже запомнить имя своего вице-капитана. С тобой всё в порядке? Серьёзных ран нет?» «Да...» - выдавил Сора. Аскис опустила Сору на землю, и тут же метнула нож, прикончив возникшего за спиной пуклипо монстра. Иные пламенные монстры приближались к авантюристам, и молвила огресса, созерцая бестий: «Среди монстров есть те, кто может свободно передвигаться даже в столь жарком воздухе. Они не упустят воинов, ослабленных пламенем!..» Монстры ринулись в атаку... но на пути их выросли два воителя, огр и ведди. Те прикончили монстров, обернулись к Аскис, и молвила та: «Пион, Камуна, простите, что заставила вас волноваться». «Глава и остальные тоже меняют позицию на холме», - отвечала ей ведди, Камуна. Обернувшись, Сора зрел появившихся на вершине близлежащего холма воителей, созерцавших следующую волну монстров, направляющихся к ним через пустошь. «Пришло время для битвы!» - усмехнулся предводитель отряда, все без исключения члены коего носили на челе демонические маски...
Помимо авантюристов, находились на борту несколько жителей Лусины – в том числе и оправившийся от рана Сесри. Мальтина была исполнена решимости отыскать Сору, и Сесри заверил девушку, что им, рыбакам, ведомы морские течения, и ведают они острова, к берегам которых чаще всего прибивает тех, кого унесло в море. «Я ведь изучала торговлю, но в морских делах совершенно ничего не смыслю...» - вздохнула Мальтина. «В этом нет ничего такого, госпожа Мальтина», - отвечал ей Сесри. – «Благодаря вашей торговле наша деревня очень процветает. Да и Сора тоже был у тебя в большом долгу... Все будет в порядке! Он среди нас всех плавал лучше кого бы то ни было!» Мальтина согласилась: она должна взять в себя в руки, и как можно скорее! Из моря выпрыгнул тритон, и, удерживаясь за борт, осведомился: «Это ведь корабль ‘Метеор’ торговой компании ‘Эскода’, верно?!» Авантюристы тут же схватились за оружие, и тритон возопил: «Стойте! Мы не те монстры, которые нападают на людей! Мы принадлежим к службе доставки на здешнем морском дне! Здесь есть кто-нибудь по имени Мальтина, Гиб или Урипо? У меня тут письмо, которое мне доверил Сора». Тритон протянул письмо Гибу, и прочел гном: «В море я чуть было не стал кормом для монстров, но меня спас древний дракон Хорхейз, и сейчас я восстанавливаю силы. И сейчас по предложению этого самого Хорхейза я расследую причины начала войны между орденом Истинного Солнца и Лунным Племенем. Я не совсем понимаю, что означает познание сего в формате ролевой игры, но это будет хорошей тренировкой, так что я побуду там какое-то время... А вы пока придумайте план, как спасти Лазу». «Да как так?!» - завопили Мальтина, дав волю эмоциям. – «Какого черта этот придурок там развлекается?!» Рыбаки тоже возмущались, заявляя, что следует им как можно скорее вернуться в Лусину и заняться промыслом. Урипо же и Гиб вздохнули с облегчением. «Я, конечно, думала, что он как-нибудь да выживет, но способ, которым он спасся, превзошел вообще все мыслимые ожидания», - молвила Урипо, и гном кивнул: «Это уж точно». «Возможно, Сора где-то в глубине души предчувствовал, что все обернется именно так...» - размышлял он. – «На вулкане Калсадора уже было нечто подобное. Даже если он не дошел до этого умом, его тело... точнее... Может, он уловил какую-то энергию или ощущение, исходящее от линий-дополнений, и решил сделать ставку на этот шанс спастись...» Мальтина была вне себя от злости. Сора вообще понимает, как за него тут переживали?! «Хотя еще мгновение назад у меня подкашивались колени, и я изо всех сил пыталась просто устоять на ногах, стоило лишь узнать, что он жив, как на душе сразу стало так легко», - вздохнула чародейка. – «Но, когда он вернется, я ему уши оборву! Я разделаю эту тупую рыбину на три филе!»
Сакра... Легендарный воин, основатель Лусины, противостоявший могущественному демону - Лорду Полумесяца. Издали Сора не мог определить, к какой расе принадлежит Сакра. Дед упоминал, что тот был выходцем из земель Элтоны, но на эльфа здоровяк точно не походил. Скорее – на огра... И сейчас приближались к отряду Сакры основные силы Лунного Племени, ведомые самим Лордом Демонов Исратом. Последний восседал на коне, и сопровождали его двое львопсов. «Его доспехи – такие же, как у Малика!» - осознал Сора, наблюдая за предводителем вражеского воинства. – «Значит, это отец Малика? Лорд Демонов Исрат! Он... какой-то утонченный, совсем не похож на Лорда Демонов...» И действительно, походил Исрат скорее на школяра, чем на безжалостного полководца...
«Уловки, обман, отвлекающие маневры, дезинформация...» - проронил Лорд Демонов, созерцая жаждущий дать ему бой отряд. – «После того как обе стороны испробовали все возможные стратегии, все в итоге свелось к этой тотальной войне на истощение. А ведь я люблю простые сражения». «Похоже, у врага тоже есть сообразительный стратег», - отметил львопес, Рейзен. – «Они никак не позволяют нам зайти к ним с тыла». «Тем не менее, Хранитель Дворца Пламенного Кольца настойчиво требует как можно скорее взять Веринард...» - вздохнул Исрат. – «Будь у нас время, можно было бы взять их измором или рассредоточить силы». «В любом случае, пока мы не разберемся с этой лошадиной мордой, ничего не начнется!» - заключил второй львопес, Гоу. – «Так что чем раньше, тем лучше!» «Похоже, отряды Ягеля и Фолка тоже вступили в бой с врагом!» - подсказал своему повелителю горгулий. Исрат выхватил меч, отдав сигнал к началу боя...
Аскис, Пион, Камуна и едва поспевающий за ними Сора спешили на помощь сподвижникам. Наблюдая за сражающимися, осознавал Сора, что воители под началом Сакры невероятно сильны, и на равных противостоят врагу, превышающему их числом. Один из львопсов принял обличье огра, атаковал противников заклинаниями. «Так и знал, что ты здесь - Аскис по прозвищу ‘Лисий огонь’», - проронил Рейзен, и отозвалась огресса: «Один из двух львопсов, стало быть? То, что стратег самолично прибыл на передовую — это совсем не по правилам». «Будет куда проблематичнее, если ты разбушуешься здесь», - бросил ей Рейзен, творя магические потоки. Аксис тут же сотворила собственное заклятие, кое свело на «нет» двеомер Рейзена. Точнее, собрало энергию магических потоков в одну точку, после чего огресса не преминула направить ее в сторону противника. Холм взорвался, но Аксис и не думала отступать: она усиливала натиск, продолжая магический поединок. Сора со всех ног бежал прочь, поражаясь, сколь сильна волшба в эту эпоху! Путь Соре, Пиону и Камуне преградили мертвяки-чародеи и ведьмы, атаковавшие троих заклятиями ветра. Один из потоков отбросил Сору далеко в сторону... прямиком в седло азлантелопы Сакры. «Так ты у нас новичок?!» - хохотнул предводитель отряда, в то время как Сора отчаянно схватился за луку седла. – «Потрепало же тебя! Пока не привыкнешь, лучше одному тут не бродить! Пойдешь со мной?! Я как раз собираюсь ненадолго заглянуть к Лорду Демонов, чтобы начистить ему морду». «Что?! Лорд Демонов?!» - ужаснулся Сора, и Сакра утвердительно кивнул: «Да ладно тебе, нам в любом случае еще кучу раз придется разгребать его бесчинства!» Сора пребывал в смятении: пять минут сей безумной ролевой игры – и они уже скачут к Лорду Демонов, дабы сразить его!.. Сакра направил азлантелопу прямиком к своей немезиде, и вслед за ним в строй врага вклинились воители. Сакра призвал дух иллюзий, Кушалами, и та оградила воителя магическим барьером, защищающим его от стрел. «Духи иллюзий, повелевающие силами стихий земли, воды, огня и ветра – мои верные напарники еще с тех давних времен, когда я был заклинателем неба и земли», - доверительно сообщил Соре Сакра. «Заклинатель неба и земли?» - размышлял тот. – «Я слышал про таких заклинателей, управляющих природой, из древних приключенческих сказок, но... неужто они существовали на самом деле?!» Присоединились к кипевшему окрест сражению и иные духи иллюзий: Варвар и Домеди. Демоны встали сплошной стеной пред конем Сакра, но тот с легкостью разметал их ударами клинков и магией. «А ты в отличном настроении, лошадиная морда!» - подле Сакры возник львопес, обратившийся могучим гномом, Гоу. Последний применил свой излюбленный прием: вонзил клинок в огромный валун, обретя таким образом импровизированный молот. Однако атаковала Гоу гнома, управляющая левитирующим конструктом в форме доспехов: подобный механизм Сора зрел прежде у слизня – спутника Зенимару!.. «Опять ты?!» - рявкнул Гоу. – «Да сколько можно таскаться за мной?!» «Ну ведь твои движения просты, у тебя много силы, и ты невероятно живучий, верно?» - хохотнула гнома. - «Ты просто идеально подходишь для полевых испытаний моего нового изобретения!» «Тогда я оставлю его на тебя, Ракси!» - выкрикнул Сакра, устремляясь прочь. Гнома кивнула, опустила золотую монету Урбеи в прорезь, сделанную в броне, и преобразилась та, обратившись к гуманоидный конструкт!.. «Это еще что за чертовщина?!» - опешил Гоу. «Я сумела воссоздать древний механизм», - похвасталась Ракси. - «Конечно, мне не удалось воссоздать абсолютно все скрытые функции, но, если говорить чисто о лошадиных силах, она ничуть не уступает оригиналу! Более того, это легендарная машина, которая показала свои расчетные характеристики в течение целой минуты при десятикратной перегрузке! И для ее запуска я использовала ту самую золотую монету Урбеи - стоимостью в 2000 золотых! Понимаешь, что это значит?..» «Да откуда мне знать, чёрт возьми!» - проревел взбешенный Гоу, и Ракси бросила конструкт в бой с неистовым гномом... Сора тревожился за Ракси, но Сакра успокоил его, молвив: «Не стоит беспокоиться! Невероятные механизмы, которые она создаёт, ни в чём не уступят даже свите Лорда Демонов! Ракси — потомок древнего королевского рода Гночакки, который из поколения в поколение оберегал и передавал сокровенные технологии древности!.. Ну что ж, с назойливыми каменными псами покончено! Теперь можно не торопясь, с чувством и толком, сойтись в поединке один на один с Лордом Демонов... И я бы предпочёл закончить со всем этим как можно скорее». Исрат стремительно атаковал Сакру, без устали творя могущественные заклинания. Двое всадников скрещивали клинки, применяли волшбу, а Сора, изо всех сил державшийся за седло, отчаянно хотел оказаться где-нибудь далеко-далеко! «Но владение мечом у этого демона...» - пронеслось в разуме Сора, ибо не отводил тот глаз от Лорда Демонов. – «То, как он направляет клинок... Оно действительно чертовски похоже на Малика... Хотя по сравнению с мечом Малика, который буквально искрится от невероятного напряжения... стиль Исрата ощущается гораздо более спокойным и величественным...» «И сколько ещё раз мне придётся быть твоим противником?» - бросил Исрат Сакре. – «Не пора ли уже прекратить это бесполезное сопротивление? Пока существует Ложное Солнце, неважно, что происходит на этом поле боя, окончательная победа нашего рода демонов неоспорима. Было бы разумнее поскорее сдаться и перейти в наш стан, чтобы не увеличивать число напрасных жертв». «Не дождёшься!» - хохотнул Сакра. - «Мы – Якур, госпожа Эльтоны, и иные маги, именуемые Четырьмя Чародеями, ожидаем шанс нанести ответный удар! И здесь мы не отступим!» Соре казалось донельзя странным то, что Лорд Демонов, похоже, вовсе не рвался воевать. А Сакра – напротив – получал искреннее удовольствие от битвы. «Иметь дело с твоими заумными речами — это лишь лишняя головная боль», - поморщился Исрат. «Вот уж у кого внешность и характер тоньше некуда, так это у тебя, Лорд Демонов!» - осклабился Сакра. – «Нас ведь могут перепутать и подумать, что это я Лорд Демонов, а ты - герой!» В следующее мгновение Исрат переместился на вершину ближайшего холма; темные энергии, охватывающие его, приняли форму полумесяца. «Пожалуй, мне стоит сделать что-то, что действительно подобает Лорду Демонов», - проронил он. «Гляди в оба, начинается самое интересное!» - бросил Сакра ужаснувшемуся Соре, и пискнул тот: «Что это?» «Мантия Лорда Демонов», - пояснил Сакра. – «Бездна Полумесяца - это пространственный разрыв, который его магическая сила выжгла в самой ткани мироздания! Эта брешь преодолевает пространство и время, напрямую соединяясь с самыми глубинами тёмной магии! Оттуда он способен черпать и призывать часть силы некогда поверженных или запечатанных легендарных королей и богов демонов!..» В означенной бреши в континууме возникли очертания предвечного Владыки Хаоса, Малрота. Две огромные руки показались из разлома, ударили в землю. Сора и Сакра были подброшены в воздух, и пронеслось в разуме пуклипо: «Неужели это руки Владыки Хаоса... из тех самых древних легенд об искателях приключений?! Я будто... затерялся в каком-то мифическом мире... Поверить не могу, что нечто подобное действительно происходило в моей родной деревне...» А меж тем очертания Малрота исчезли, и в бреши возник образ иной сущности – Каласмоса, исторгла которая на равнину ядовитый туман. Оный объял Сору, лишив его зрения и чувств... Сакра тут же призвал духа иллюзий Какалон, сотворившую очищающее заклятие, изгнало кое колдовской туман. «Что это было сейчас такое...» - прохрипел Сора, поднимаясь с земли. – «Г-голова... всё ещё немного кружится...» «Это туман иного мира, который принёс с собой злой бог!» - просветил его Сакра. – «Стоит лишь прикоснуться к нему, как всё тело парализует, а чувства притупляются. И в довершение на тебя накладывается мерзкое долгое проклятие. Правда ведь прелестно?!» И он вновь расхохотался. «Капитан, ты смог это выдержать?» - изумился Сора. – «Ну ты и монстр!» «Да я просто с самого рождения толстокожий!» - смеялся Сакра, перехватил поудобнее клинок. – «Ну а теперь время для контратаки! На этот раз я обрушу на Лорда Демонов свой самый гибельный удар...» И все же Сакра переоценил свои силы. Яд Каласмоса притупил его движения, и выронил он клинок. Исрат свой шанс не упустил, и, метнувшись к Сакре, приставил острие меча к его горлу, процедив: «Будь добр, удались со сцены прямо здесь». Осознал Сакра, что оказался в безвыходном положении. Следует ли попытаться вскинуть правую руку, чтобы защитить шею?.. Или Лорд Демонов оттяпает ему и руку, и голову?.. Сора ринулся вперед, ударил мечом по клинку Исрата, и, не сумев сохранить равновесие, распластался на земле. Исрат отвлекся на мгновение, обескураженный действиями пуклипо, и Сакра, подхватив с земли меч, обрушился на противника. Сражение между воителями отряда Истинного Солнца и монстрами Лунного Племени продолжалось на сей выжженной равнине. Духи иллюзий поддерживали Сакру, на помощь же Лорду Демонов пришла одна из львопсов, принявшая облик воительницы-эльфийки. «Селика, спасибо, что подоспела», - бросил ей Исрат. «Наш отряд, высадившийся с северо-востока, угодил в ловушку врага», - призналась Селика. – «Они окружены и в настоящий момент отступают». «А что с Сандзю?» - уточнил Лорд Демонов, и отвечала Селика: «Он пал в бою, прикрывая отступление». Сора наблюдал за продолжающимся противостоянием Сакры, на помощь к которому пришел неистовый ведди, и Исрата, когда позади него прозвучало: «Подумать только, он смог отразить смертоносный выпад господина Исрата... Ты вообще кто такой, мяу?..» Обернувшись, Сора с изумлением воззрился на Кошака, весьма похожего на старину Ребелио, за спиной которого маячила Лазурия, принадлежащая к расе ведди. «Принцесса, не теряй бдительности, мяу!» - предупредил девушку Кошак. – «Он может оказаться вовсе не такой мелкой сошкой, как кажется на первый взгляд!» «А ты кто?» - выдавил Сора. «Я - Кошак Галлерио!» - приосанился монстр. – «Прибыл с Кошачьего Острова, чтобы явиться на помощь Его Величеству Лорду Демонов...» «Послушай, господин кот», - обратилась к Кошаку ведди, указывая на Сору. – «А этот – из наших противников?» «О-о, именно так, мяу, принцесса!» - осклабился Галлерио. – «Эти демонические маски носят заклятые враги нашей расы монстров, мяу! Он – из бойцов Истинного Солнца!» Ведди кивнула, сотворила огненное заклятие, направив то на Сору. Тот увернулся от пламенных шаров, выпалил: «Ты же ведди! Почему ты помогаешь монстрам?!» Над полем брани воспарили горгульи, крича о необходимости отступления и перегруппировки. Силы Исрата отхлынули, устремились прочь, и воители Истинного Солнца не стали преследовать их, ибо и сами были изрядно потрепаны. На глазах Соры чародейка-ведди обратилась в львопса, отступила наряду с Кошаком. Покачав головой, пуклипо поспешил за боевыми товарищами, возвращающимися в лагерь, возведенный у подножия горы. Сора узнал оплот – в будущем он станет его родной деревней, Лусиной! «Я-то думал, что эта каменная кладка нужна для защиты от приливов, а изначально это была крепость!» - осознал он, созерцая окрестности. – «Но береговая линия как-то слишком далеко... Неужели она высохла из-за Ложного Солнца?..» «А ты живучий, новичок!» - приветствовала Сору в лагере Аскис. – «Из-за всего этого у меня даже не было времени как следует показать тебе тут все. Добро пожаловать в крепость Лусину». Воители занимались исцелением раненых; к счастью, потери были минимальны. «Но никто не гарантирует, что в следующий раз повезёт так же», - обратился к Соре Пион. – «Тебе стоит хорошенько подумать над собственным способом выживания». Сора кивнул, размышляя: «Т-точно... Это же поле боя. Совершенно естественно, что в каждой битве кто-то погибает... Это совсем не похоже на нашу мирную эпоху!..» Вскоре воители приступили к трапезе, ведь прием пищи — это одна из немногих возможностей на поле боя дать отдых и телу, и душе. Повара старались приготовить что-то изысканное. Так и усталость быстрее пройдет, и боевой дух поднимется. «А ведь в чём-то это время на удивление совсем не отличается от нашей эпохи...» - продолжал размышлять Сора, наблюдая за бойцами Истинного Солнца. «Ну же, Зета, тебе нужно есть больше!» - обратилась одна из воительниц-ведди к сородичу, и тот отозвался: «Мне не надо. Переедание притупляет бдительность. Мы не знаем, когда Лорд Демонов нападет снова». Сора осознал, что ведди – тот самый, который подоспел к Сакре в час противостояния того Исрату. «Оставь меня», - отмахнулся Зета от ведди, протягивавшей ему блюдо. – «Моя жизнь должна продлиться лишь до того мига, пока я не сверну ему шею». «Да ну сколько можно!» - возмутилась девушка. – «Ты опять говоришь такие безрассудные вещи!» «Зета изначально был главой ордена монахов-послушников, защищавших комплекс древних храмов в регионе Сиерра», - шепнула Соре Аскис. – «Но во время нападения Лунного Племени и его ученики, и его семья были полностью истреблены. С тех пор он посвятил всю свою жизнь до последнего вздоха тому, чтобы сразить Лорда Демонов Полумесяца. Впрочем... в нашу эпоху подобное далеко не редкость». «И капитан закрывает на это глаза?» - несмело уточнил Сора. «Наш капитан знает очень многих из нас лично», - отвечала ему Аскис. – «Большинство из тех, кто сейчас здесь — это люди, с которыми он водил знакомство ещё в те времена, когда сам был искателем приключений. Он принимает любого, кто к нему приходит, и никогда не лезет в чужую жизнь. Именно благодаря великодушию капитана столь разные люди, с абсолютно непохожими судьбами и стилями боя, объединены в единый отряд воинов. Я, Зета, а также Ракси чаще других собирались в один отряд вместе с капитаном. Хотя с тех пор наших товарищей из тех времён изрядно поубавилось...» По завершении трапезы часть бойцов пустилась в пляс у костра, и понял Сора, почему это время кажется ему столь близким к родной эпохе. Ведь здесь, в стане воителей Истинного Солнца, зрит он истинный дух авантюризма!.. Бойцы обступили Сору, спрашивая, как удалось тому парировать выпад Лорда Демонов и остаться в живых при этом. «Да это тоже была чистая случайность!» - промямлил Сора. – «Я просто как-то раз уже видел похожий прием раньше...» «Да ну, брось!» - не поверили бойцы. – «Разве капитан взял тебя с собой не потому, что разглядел в тебе талант?» «Да нет же, я и на азлантелопу-то к капитану свалился совершенно случайно...» - признался Сора. «Как знать, как знать», - говорили воители. – «У капитана на такие вещи на удивление отменное чутьё. Так что по твоим повадкам и выражению лица он вполне мог сразу смекнуть: ‘Этот парень ещё себя покажет’». По мнению Соры, Сакра Алое Небо был поистине удивительным эльфом. Атмосфера в отряде была в точности такой, как и у авантюристов в родную эпоху Соры. И именно Сакра удерживал и связывал её воедино в эту непростое время. «Атмосфера здесь очень дружелюбная, да и сам он явно не из тех, кто любит конфликты, но боем он наслаждается всей своей душой и телом», - проносились мысли в разуме Соры. – «Интересно, чем вообще является война для него?.. Мне нужно немного подумать и разложить всё по полочкам. Пожалуй, прерву на время игру и вернусь в реальный мир». Усилием воли Сора мог завершить отыгрыш роли и покинуть сию иллюзию...
Эсторис взяла у Лазурии образец крови, велела ей уходить, однако девушка медлила. «Я-то думала, из меня выкачают всю кровь до последней капли или вообще разрежут на мелкие кусочки», - призналась она. «Да за кого ты нас вообще принимала?» - возмутилась Эсторис. – «Если бы потребовалось, мы бы так и сделали. Как бы там ни было, молодой господин сейчас никуда не торопится. А раз так, то для нас же лучше, чтобы ты оставалась в полном здравии. Хорошо питайся, в меру двигайся и побольше спи. Ну всё, кыш отсюда. У нас ещё полно работы». От структуры в центре каверны исходила пульсация, и уточнила Лазурия: «Так это и есть Луна Возмездия?..» Присмотрелась к гигантскому образованию, отметив, что похоже оно то ли на плоть, то ли на дерево... И, похоже, внутри оболочки находится... нечто. Что же они там выращивают?.. Тем временем ученые возились с алхимическим оборудованием, помещая капли крови в резервуары с жидкостью и наблюдая, как те на глазах обращаются в крошечных монстров ... ...Лазурия уже вполне освоилась в подводном городе. Она буднично приветствовала обитающих здесь монстров и демонов, и совершенно не высказывала недовольства своим положением. Драконице полюбилась еда в местной таверне у тетушки-тролльчихи, она частенько туда наведывалась – в сопровождении Суны, конечно же. Эльфийка глаз с нее не спускала ни на мгновение, и была поражена тем, что всего за несколько дней Лазурия стала себя чувствовать в Иснаге как дома. Если бы она согласилась остаться здесь, то судьба Лунного Племени, несомненно, изменилась бы к лучшему!..
«Нет... Всё в порядке», - прервал ее Малик. – «Для начала мы сделаем приоритетом её добровольное сотрудничество. Это вопрос элементарной вежливости. Время у нас есть». «Поняла», - склонила голову Эсторис. – «Но все же... Если же ничего не выйдет, тогда...» «Будьте готовы к любому исходу», - вымолвил принц демонов, и, смерив Эсторис пристальным взглядом, осведомился: «У тебя есть возражения?» «С точки зрения обычного исследователя, это кажется мне излишне окольным путем», - заявила та. – «Однако, как представительнице расы демонов, отдать все свои силы ради того, кто обладает ещё большим могуществом — величайшая радость для меня. В поступках молодого господина я вижу четкую и непоколебимую логику. Да будет на то твоя воля...» «Можешь идти», - дозволил ей Малик, и все же счел необходимым добавить: «Эсторис, во время недавней битвы твоя находчивость спасла жизни всем нам. Это была поистине великая и славная служба. Я хочу, чтобы ты и впредь усердно трудилась». «Слушаюсь...» - пролепетала демонесса, обескураженная неожиданной похвалой. Покидая покои принца демонов, она улыбалась, едва сдерживая ликующий смех... У Малика была идея о том, как привлечь Лазурию к добровольному сотрудничеству, и, пригласив драконицу наряду с Суной в свой кабинет, принц демонов поведал гостье о сути ролевой игры. Лазурию идея весьма заинтересовала, и Малик заявил: «Я хочу, чтобы ты примерила на себя роль участника наших прошлых битв в формате игры. Едва появившись на свет, ты была подобрана искателями приключений Астолтии. Вполне естественно, что ты приняла их сторону. Однако ты существо, которое находится за пределами оков таких понятий, как ‘смертные’ или ‘демоны’. И я надеюсь, что благодаря этому ты сможешь понять: у нас, демонов, тоже есть своя великая правда». «Вот как...» - призадумалась Лазурия. – «Даже если оставить в стороне вопрос о том, помогать молодому господину или нет... Я считаю, что знать о таких вещах всё-таки важно. Но ты ведь можешь подсунуть мне фальшивый сценарий и просто обмануть, верно?» «Принцесса!» - возмутилась Суна. – «Молодой господин ни за что бы так не поступил...» Пробудив могущество линий-дополнений, Малик коснулся своего доспеха, молвив: «Эта магия считывает воспоминания, запечатлённые на вещах, и автоматически воспроизводит их. По самой своей природе её крайне трудно сфальсифицировать. А это значит, что нынешняя ты способна это понять, я полагаю». «Думаю, да», - подтвердила Лазурия. – «Что ж, хорошо, я попробую!» Малик усадил Лазурия в кресло, предложил ей выбрать расу и пол своего персонажа в ролевой игре. Драконица выбрала ведди. «Прямо сейчас, в течение ограниченного времени, для выбора доступна особая раса — ‘демоны’», - предложил ей Малик. – «В качестве бонуса прилагается эксклюзивный расовый плащ, это очень выгодно». Лазурия и слышать ничего не хотела: ведди – и точка! Заклятие принца демонов переместило персонажа Лазурии в иллюзорную реальность, где приняла она участие в сражении на стороне армии демонов и монстров. Сражаясь подле Кошака Галлерио, она столкнулась с пуклипо, уточнила у Кошака, действительно ли это один из их противников. «Именно так, принцесса», - подтвердил Галлерио. – «Тот парень в маске они — заклятый враг нашего демонического рода! Заклятый враг!» Лазурия отметила, что чертами пуклипо похож на Сору, но отмела эту мысль: быть такого не может, ей просто мерещится! И вообще – это просто игра, иллюзия! Она атаковала пуклипо заклинаниями, когда под полем брани появились горгульи, вещая о разгроме отряда генерала Сандзю и об отступлении. Лазурия преобразилась в львопса, устремилась прочь наряду с Галлерио. Странно, но походящего на Сору пуклипо она никак не могла выбросить из головы. Они достигли укрепленного форпоста Лорда Полумесяца, находящегося на полуострове. «Принцесса, ты же здесь впервые?» - уточнил Кошак у спутницы. – «Это Иснаг – перенесенная из мира демонов твердыня нашего повелителя, созданная специально для вторжения в сей мир!» Лазурия твердыню узнала, вот только в ее родную эпоху на находилась на дне морском! «В этой великой войне благодаря Ложному Солнцу преимущество сейчас на нашей стороне, но у Веринарда всё еще остаются мощные и отборные военно-морские силы», - сообщил Кошак девушке. – «Если дело дойдёт до решающего сражения на море, нам тоже не избежать огромных потерь. Поэтому осторожный владыка Исрат высадился на сушу в месте, сильно удалённом от Веринарда, и возвёл эту крепость, чтобы подавлять врага в наземных битвах. Однако наши хитрые враги быстро прознали про эти манёвры! Воины Истинного Солнца вместо рыцарей Веринарда, которые не могут сдвинуться с места из-за обороны столицы, встали у нас на пути, чтобы во что бы то ни стало заблокировать нашу высадку. Те трусы, что прятались и выжидали на Кошачьем Острове, больше не могли оставаться в стороне...» Взор же Лазурии был прикован к юному Малику, о чем-то беседующему с отцом, Лордом Демонов Исратом. Подле них оставались Селика и еще один львопес. Лазурия поразилась: неужто Малик жил уже в эту эпоху?! Она знала, что демоны живут долго, но не думала, что настолько... Лорд Демонов обернулся к девушке, произнес: «Значит, ты и есть Лазурия. Рейзен рассказывал мне о тебе. Малик, поздоровайся. Это принцесса из рода львопсов». «Приятно познакомиться», - вымолвил Малик, целуя Лазурии руку. – «Меня зовут Исмалик, я сын Лорда Демонов Исрата. Для меня большая честь встретиться с тобой, принцесса Лазурия». «Я слышал, ты узнала об ожесточении боёв и поспешила к нам на помощь прямо из деревни львопсов?» - уточнил Исрат у Лазурии, и та поспешила заверить его: «Да, именно так все и было!» «Мы глубоко благодарны за это», - улыбнулся Лорд Демонов. – «Однако мы должны сделать так, чтобы такие молодые воительницы, как ты, несли на своих плечах будущее нашей расы. Поэтому ни в коем случае не совершай безрассудств на поле боя». Лазурия не разумела, как Лорд Демонов может быть столь добр. Кошак Галлерио же, выступив вперед, заверил Исрата в том, что непременно защитит принцессу! «Помощь господина Галлерио тоже очень обнадеживает», - улыбнулся Исрат, а Селика добавила, обращаясь к Лазурии: «Это передовая, где находятся только мужчины, так что в некоторых вещах тебе может быть не до конца комфортно. Посему я сама о тебе позабочусь. Если возникнут вопросы или что-то будет непонятно — спрашивай о чём угодно». «Селика... Но ведь ты...» - начал Исрат, и отозвалась Селика: «Вырастить шестерых или семерых детей — разницы никакой, Ваше Величество». Заявив, что ей нужно подготовиться к церемонии, Селика удалилась. «Погибший в недавнем бою генерал Сандзю был мужем госпожи Селики», - шепнул Лазурии Галлерио. «Он был храбрым и честным воителем», - вздохнул Исрат. – «Мне хотелось бы, чтобы он оставался подле меня дольше... Я бы хотел, чтобы вы двое тоже присутствовали на похоронах». Кошак заверил Лорда Демонов: они с Лазурией непременно придут. Девушка же недоумевала: почему же Селика, лишившись мужа, остается столь спокойна?..
«Если ты будешь махать мечом только за счёт силы рук, ритм вращения полностью собьётся», - назидательно говорила воительница-ведди, повергая противника наземь. «Если махать в одном и том же ритме, противник легко тебя прочитает!» - добавил Пион, приближаясь к Соре. – «Нужно создать новый ритм, который превзойдет ожидания врага и позволит тебе самой поймать волну! Если выпрямить тело и держать меч далеко от себя — вращение будет медленным. Если сгруппировать тело и держать меч ближе — вращение ускорится. Вводить противника в заблуждение этой сменой темпа — в этом и есть суть стиля водоворота». Огр продемонстрировал Соре оный, и пуклипо остался весьма впечатлен. «Разве можно махать мечом, просчитывая всё это в голове?» - поразился он. «Ты ведь с самого начала инстинктивно двигался именно так», - отвечали ему воители. – «Но до того, чтобы это стало полноценным боевым приемом, еще очень далеко». «Тебе ведь этот меч выдали всего несколько дней назад?» - осведомилась Камуна, указывая на клинок Соры. – «У тебя определенно есть талант!» «Вообще-то... я тайно тренируюсь и махаю им уже довольно давно», - пронеслось в разуме Соры. – «Но... всё никак не могу полностью освоить. Этот стиль фехтования оказался куда более продуманным и системным, чем я думал... Все те разрозненные приемы, что я знал до сих пор, теперь связываются воедино и превращаются в один мощный прилив. Я так рад, что начал играть в эту игру... Жди меня, Лазу!» Поединок с Камуной возобновился...
«Всё-таки это Острова Венна...» - бормотал гном. – «Точнее, у меня такое чувство, что это место до сих пор находится где-то на территории Веринарда». «Ты об оплоте Лунного Племени?» - уточнила Мальтина, и Гиб кивнул, протянув: «Хотя... может, я просто усложняю. Ведь они уже однажды были полностью уничтожены там. К тому же, сейчас они, .включая их лидера Исмалика, начали действовать лично. Они потеряли столько сил, что им приходится просить о помощи сторонних демонических ученых. Вряд ли у них есть ресурсы на то, чтобы переносить базу далеко от своего прежнего места обитания... И в отличие от того раза, когда они тщательно подготовились, замаскировались и проникли в замок Глен, в деревню Лусина они направили крупный отряд напрямую с моря». «Одного этого ведь недостаточно, чтобы сделать окончательный вывод?» - уточнил Одис. – «К тому же, даже на территории Веринарда есть полно мест вроде гор, лесов или необитаемых островов, где можно скрыться». «Эх, если бы только Сора прошёл эту свою ролевую игру», - вздохнула Мальтина, – «и если бы мы узнали, какой финал в прошлом постиг Лунное Племя, это могло бы стать отличной зацепкой...» «Сейчас бойцы ордена рыцарей-магов тоже отправились на расследование в разные регионы», - заверил авантюристов принц. «Так что пока давай оставим поиски оплота противника на них!» - воскликнула Урипо. «Да... Пожалуй, вы правы», - согласился Гиб. – «Давайте делать то, что в наших силах прямо сейчас. Если мы узнаем, где находится оплот врага, высока вероятность, что следующее сражение станет решающей масштабной битвой! А пока нам нужно собрать как можно больше надежных товарищей...»
«Давненько не виделись», - ворчливо приветствовал тот огра. – «Как там поживают сосунок Джей-Би?» «Да как обычно...» - отвечал Дэн. – «С тех пор как миазмы над Лендерсией рассеялись, здесь стало поменьше крупной работы... В последнее время мы разделились и работаем поодиночке». «Давеча вот целое море искателей приключений переправилась в Лендерсию на ‘Великом Титусе’», - вздохнул гном. Дэн положил на прилавок свой посох, и помощница оружейница – эльфийка - бросилась к коробкам на полке, зная, что сему постоянному посетителю необходимы капсулы с различной природы магическими энергиями. Гном припомнил, что Дэну пришло письмо – от кого-то по имени Гиб. «С чего это вдруг письмо на моё имя пришло именно сюда?» - озадачился огр. «Да почём я знаю!» - хмыкнул оружейник. – «Наверное, потому что такой бродяга, как ты, всегда обязательно заглядывает в эту лавку». «Сколько вообще мирян в Астолтии знают про эту лавку магических капсул?» - задался вопросом Дэн, вскрывая протянутый ему гномом конверт. Он пробежал глазами текст, в то время как оружейник помещал капсулы в магический посох, говоря: «В Лендерсии означился герой вместе с этой, как её... принцессой-героиней из королевства Великий Зедор...» «Хозяин, прими ещё один заказ!» - бросил Дэн, дочитав письмо до конца. Воодушевившись, он запросил еще несколько капсул с мощными магическими энергиями. «Воу-воу, притормози!» - опешил торговец. – «Ты что, войну решил начать, парень?! Этой огневой мощи хватит, чтобы в одиночку подавить целый полк паладинов Гартланта!» «Ну как знать... Было бы здорово, если бы этого хватило», - протянул Дэн, а сам напряженно размышлял о письмо Гиба: «Ну и ребятки... Не виделись с тех пор, как расстались в Азлане. Похоже, они вляпались в самую опасную и крупную заварушку, какую только можно представить! Ну что ж, спустя столько времени... снова вчетвером?» Дэн был недоволен тем, что Гиб велел ему отыскать бродяг-авантюристов и собрать их в один отряд, однако заварушка предстояла знатная, и огр не готов был пропустить ее ни за что на свете!..
Лазурия вздрогнула при этих словах, и Селика обернулась к ней: «Что случилось?» «Пойти на обман и заманить в ловушку...» - выдавила Лазурия. – «Чтобы воители Истинного Солнца совершили такое...» «Мы ведь тоже частенько заманиваем врагов в ловушки», - напомнила ей Селика. – «Война — она сама по себе такая штука». «Это всё просто для поднятия боевого духа», - добавил Гоу. – «Куда проще без колебаний врезать врагу в решающий момент, если ты всем сердцем его ненавидишь. Из-за подобных вещей среди молодых солдат порой и решается, кто выживет, а кто погибнет». «Подумать только, что они используют даже смерть Сандзю в качестве такого предлога...» - покачал головой Рейзен. – «Уж прости, Селика...» «Времена нынче такие, тут ничего не поделаешь», - Селика оставалась совершенно невозмутима. «Он был слишком прямолинейным», - поморщился Гоу. – «Надо было мне обучить его более хитрым и грязным приёмам ведения боя! Глядишь, тогда бы ему не пришлось так погибать. Прости, Селика...» «Рейзен, Гоу, пожалуйста, не вините себя», - отвечала сородичам Селика. – «Мой муж храбро сражался... и отдал всего себя ради нашего племени. Мне ещё нужно позаботиться о детях, так что я вынуждена уйти». Она устремилась прочь, а Рейзен, обратившись к Лазурии, просил ту побыть какое-то время подле Селики. «И Сандзю, и Селика — оба они наши воспитанники», - пояснил огр-маг. – «Перед нами она лишь напускает на себя вид сильной и способной ученицы. Возможно, присутствие такой молодой девы, как ты, наоборот принесёт ей хоть какое-то утешение». Лазурия последовала за Селикой в ее покои, зрела, как та, обратившись в львопса, кормит шестерых щенят. Неужели один из детенышей Селики – Суна?.. Но почему в ее родную эпоху не видала она иных детенышей? Что же произойдет с ними?.. «Я ведь совсем ничего не знаю о Сандзю», - осознала Лазурия. – «Я даже не могу подобрать слов, которые хоть немного утешили бы Селику...» «Ты так переживаешь за мои чувства, что тебе самой не по себе, верно?» - молвила Селика. – «Ты такая добрая девочка... Со мной всё в порядке. Ведь у меня есть эти дети...» «Ты сказала, что если искренне ненавидеть врага, то в бою не возникнет колебаний... верно?» - вопросила Лазурия. – «Но зачем тогда ты намеренно дала мне понять, что вся эта речь была лишь постановочной?» «Если эта война затянется, мне придётся растить этих детей, уча их ненавидеть врага и мстить за смерть отца», - пояснила Селика. – «И это очень печально. Если бы это было возможно, я бы хотела вырастить их, рассказывая только о том, как доблестно сражался их отец... и как им стоит им гордиться. Из-за этих мыслей... мне просто не хотелось видеть, как ты сама тонешь в пучине ненависти. Лунное Племя изначально было лишь крошечным кланом на самой окраине мира демонов, но правившие им из поколения в поколение лорды прекрасно заботились о своём народе. Мы жили скромно, но при этом были сильны и процветали. Однако в последние годы из-за тектонических сдвигов в мире демонов пригодные для жизни земли стали сокращаться и весь наш клан был вынужден начать поиски нового пристанища. Как раз в это время Хранитель Ложного Солнца, Разбурн, объявил мобилизацию среди различных племен мира демонов для вторжения в Астолтию. Было обещано: ‘Если вы поддержите атаку Ложного Солнца и вторгнетесь вместе с нами, то захваченные земли станут вашей территорией...’ Мы ухватились за эту надежду и ступили на эти земли. Хотя для мирян, живущих здесь, это, безусловно, является верхом несправедливости...» «По... почему ты говоришь об этом прямо сейчас?» - выдавила Лазурия, в то время как Селика, закончив кормление малышей, вновь обратилась эльфийкой. – «Если всё так, то я... я теперь тем более не смогу сражаться, веря в собственную правоту!» «На войне нет справедливости», - отвечала ей Селика. – «И враги, и союзники — каждая сторона просто имеет то, что она обязана защитить. Именно поэтому рождается так много противоречий и страданий. Но в твоих глазах я вижу проницательность и искренность, которые позволят тебе жить сильной, даже неся в своей душе эти противоречия. Именно поэтому... пожалуйста, обязательно выживи. Как бы ни закончилась эта война... Чтобы не оставлять грядущим поколениям одну лишь ненависть...»
«И каковы твои впечатления?» - с интересом осведомилась Суна, и Лазурия, воскрешая в памяти события, произошедшие с нею в иллюзорной реальности, отвечала: «Всё только-только началось, так что вокруг пока одна сплошная неопределенность. Но там появилась женщина, которая жутко похожа на твою маму, Суна!» «Что-о-о?!» - изумилась та.
Сакра и его ближайшие товарищи – Зета, Аскис и Ракси - ожесточенно рубились с Лордом Полумесяца, Гоу, Рейзеном, Селикой и воплощенным отголоском сущности Нимзо. В небесах над полем брани возникло Ложное Солнце, что озадачило обе стороны конфликта. «Да какого чёрта? Самое же время для атаки было!» - недовольно проворчал Гоу. «Похоже на очередную капризную выходку Хранителя...» - предположил Исрат. «Мы ещё можем продолжать!» - Аскис рвалась в бой, не желая отступать. – «Ещё один удар...» «Будет тебе ещё один шанс», - урезонил огрессу Сакра. – «Даже если ты сама в порядке, будет беда, если остальные не успеют отступить». Аскис сознавала: капитан прав. Если не отступят они, зависшее низко над равниной Ложное Солнце попросту их всех испепелит... Так, каждая из армий вернулась в свой форпост. Воители Истинного Солнца сознавали, что сегодня натиск противника был силен как никогда, и даже хорошо, что Ложное Солнце вынудило стороны прервать жестокий бой. «Нам оставался лишь шаг, чтобы добраться до Лорда Демонов», - вздохнул Сора. «У меня с этой женщиной просто ужасная совместимость», - поморщился Зета, который в недавнем противостоянии вновь сражался с Селикой. – «Мой стиль боя заключается в том, чтобы одним яростным криком подавить волю противника и нанести сокрушительный смертельный удар. Но она — настоящий мастер боевых искусств. Весь мой напор и мощь приёмов она просто перенаправляет и пропускает мимо себя...» «Значит, у неё невероятно крепкие нервы и самообладание...» - присвистнул Сора. «Она в совершенстве владеет искусством контроля над собственным разумом и духом», - подтвердил Сакра. – «Сильный враг попался!» «Капитан, отчёт о потерях готов», - обратилась к Сакре Аскис. – «В сегодняшнем бою погибших нет. Раненые смогут вернуться в строй в течение нескольких дней благодаря лечебным заклинаниям». «Отлично!» - осклабился Сакра. «Что касается провианта и пополнения запасов снаряжения из внутренних регионов...» - продолжала Аскис. – «Не мог бы ты мне уделить немного времени для обсуждения этого вопроса?» «В этих вопросах мне даже нет нужды открывать рот!» - хохотнул Сакра. – «У вас двоих всё равно получится управиться с этим куда лучше! Ну а я, пожалуй, пойду навещу раненых!» Он устремился прочь, и Сора, проводив его взглядом, вздохнул: «Ну вот, ушёл... Какой же у нас капитан всё-таки безответственный...» Аскис велела пуклипо следовать за ней: лекарям надлежит осмотреть новобранца после боя. Хотя, по правде сказать, огрессе весьма приглянулся милый пуклипо и пушок, которым было покрыто его тело. Нет ничего лучше для восстановления душевного равновесия после боя!.. «Капитан – мой наставник в боевых искусствах», - призналась Аскис Соре. – «Но на самом деле он просто не хочет, чтобы я слишком сильно ввязывалась в эту войну». «Вот как?» - поразился тот. – «Но ведь ты, вице-капитан, невероятно сильная, на тебя всегда можно положиться». «Вот именно!» - согласилась с ним Аскис. – «Мою родную деревню уничтожили демоны. Наставник подобрал меня и сделал своей приемной дочерью, но он до сих пор относится ко мне как к маленькой девочке! Как он думает, ради чего вообще я так усердно постигала боевые искусства?!» Сора же задавался вопросом: как там Лазурия?! Ему нужно как можно скорее завершить эту ролевую игру и отправиться к ней на помощь! «Но всё же... чем на самом деле закончится эта битва?» - размышлял Сора. – «Тот факт, что сторона Истинного Солнца одержала победу — это неоспоримо. Выжившие воины обосновались на этих окраинных землях... и, поговаривают, жили вместе с выжившими жителями деревни, которая была сожжена дотла на войне. Так и была основана деревня Лусина. По историческим хроникам Веринарда, это была территория под прямым управлением королевства. Но с точки зрения Малика это была история выжженной земли, оставленной Лордом Демонов. Это отчётливо видно и по тому, как Малик и его пособники постоянно твердят о ‘возрождении своего клана’... Но... что Сакра, что здешний Лорд Демонов... Такое чувство, что никто из них особо не стремится поскорее решить исход этой битвы... Хоть они и сражаются каждый раз в полную силу, они всегда сворачивают бой до того, как обе стороны понесут фатальные, необратимые потери. Сразу видно, что командиры у них отличные... Но ведь так они никогда не определят победителя... А как вообще закончилась вся эта великая война эпохи Ложного Солнца? Здешние битвы — это ведь лишь одна маленькая страница той огромной войны...»
«Чтобы избежать междоусобной резни среди народов, поклоняющихся богине Люсиане, Якур, Фостейл и Гамильго были вынуждены покинуть замок Глен», - говорили они. – «Оставшийся в одиночестве сын господина Бернхардта, Эржу, собирается обрести способность управления Священным Кораблем, но...» «Сейчас совсем не то время, чтобы устраивать распри между своими же союзниками...» - поморщился Сакра. – «Требовать такого от совсем ещё юного Эржу, когда он только-только потерял Бернхардта... Это слишком жестоко». «Похоже, откуда-то появился весьма умелый помощник», - подсказали лазутчики. – «И он весьма успешно проходит испытания Четырех Чародеев». «Помощник, говоришь?..» - протянул Сакра. – «Хм-м... Опять происходит какая-то чертовщина, в которой ни черта не разберёшь». Сакра велел сподвижникам проявить крайнюю осторожность: отобрать лишь тех, кому можно безоговорочно доверять, и действовать...
Аскис спряталась за развалинами одного из домов, замерла, дрожа от ужаса. Монстры покидали селение, выдвигаясь к следующему... когда один из демонов обнаружил девочку... Подоспевший Сакра заклинанием молнии прикончил демона и его сородичей, означившихся поблизости. Вскоре подоспели и сподвижники эльфа, расправляясь с демонами, о бесчинствах коих в сих землях им стало ведомо. Покамест неведомо, что это за «Ложное Солнце» такое, но название – донельзя премерзкое, это уж точно. «Ты как, уже в порядке?» - обратился Сакра к малышке Аскис. – «Прости, что не успел вовремя. Ты здесь одна? Ты не убежала вместе с остальными?» «Я просто играла одна за пределами деревни», - разрыдалась Аскис. – «Но из деревни... я не видела ни одного уходящего селянина... Вся... вся деревня уже была окружена монстрами...» «Зачем же ты тогда вернулась?!» - поразился Сакра. – «Тебе стоило хотя бы спрятаться там, снаружи...» «Мне... мне нужно скорее вернуться домой...» - девочка бросилась прочь. – «Там же папа и мама!» Она бросилась к пылающему дому, с ужасом зрев, как рушится строение на ее опаленного, едва живого отца... Аскис проснулась в холодном поту. «Я снова стала видеть сны о тех временах...» - пронеслось в разуме. – «Хотя прошло уже больше 10 лет... Неужели это из-за того, что ожесточённость нынешних боёв кажется сродни той бойне?» Огресса покинула каменную хижину, воззрилась на рассветное солнце, занимающееся над морем. Ложного Солнца не видать... а, стало быть, следует ожидать нападения воинства Лорда Демонов. Надлежит готовиться к скорому бою...
Как и всегда, Суна хлопотала у стола, готовя завтрак, и Лазурия обратилась к ней: «Суна, а ты помнишь свою маму?!» «Не очень хорошо», - призналась Суна. – «Ведь мы расстались, когда я был ещё совсем младенцем. Но она была теплой и нежной. Мне кажется, она была кем-то, с кем можно чувствовать себя в полной безопасности». «Ну да, так и должно быть...» - пробормотала Лазурия. – «Суна, а сколько тебе вообще лет?» «Мне?» - Суна удивилась вопросу. – «Двенадцать». Лазурия была весьма и весьма озадачена. Ложное Солнце выжигало земли Астолтии 500 лет назад. Неужто ее предположение о том, что Селика – мать Суны, ошибочно?.. «А молодому господину?!» - выпалила Лазурия. – «Молодому господину сколько лет?!» «Молодому господину сейчас девятнадцать лет», - отвечала ей Суна. «Но ведь тогда, когда он был ребёнком, молодой господин жил пятьсот лет назад!» - воскликнула Лазурия. – «Это же странно! Почему возраст вообще не совпадает?!» «Принцесса сейчас проходит ролевую игру», - напомнила ей Суна, - «и нам сказали, что это связано с финалом, поэтому не стоит слишком много об этом говорить. Я и сама лишь слышала об этом от других, так что не смогу объяснить тебе все подробности...» «Ну да, логично...» - проворчала драконица. – «У меня опять прибавилось загадок, в которых я ничего не понимаю. Суна, а превратись-ка во львопса!» Суна просьбу девушки исполнила, и та порывисто обняла песика, поражаясь тому, какой он, все-таки, милый! В комнату заглянул Рейзен, и, обратившись к Лазурии, просил ту проследовать в покои принца демонов, дабы продолжить ролевую игру. Рейзен и Суна сопроводили Лазурию в обиталище Малика, где тот сотворил заклятие, переместив сознание драконицы в иллюзорный мир далекого прошлого... «То, что ее кругозор расширился, — вовсе не плохо, верно?» - обратился Рейзен к Малику. – «Присоединится ли она к нам... зависит от того, что произойдет дальше... Война идет из-за очень запутанных обстоятельств... Но... есть и суровая реальность, в которой нельзя колебаться, если хочешь выжить... Поступать верно и не терять бдительности — это невероятно трудно!..»
Лазурия и Кошак Галлерио противостояли воителям, когда лицезрела девушка пуклипо, с коим уже встречалась прежде. Ныне низкорослый воин мастерски орудовал мечом, разя монстров, и отметила Лазурия, что стал пуклипо гораздо сильнее и искуснее, нежели прежде. «Сегодня я попробую сражаться в одиночку!» - бросила Лазурия Кошаку, ринулась к пуклипо, нанесла ему удар посохом, от которого тот едва сумел уклониться. Сора не понимал, почему этот львопес в обличье ведди избрал своим противником исключительно его... «Лазу?..» - выдохнул он, и ведди отступила, опешив: «Сора?!.» «Да что вообще происходит?!» - выкрикнул Сора. – «Почему ты находишься внутри игры?!» «Это я хотел спросить!» - отвечала Лазурия. – «Разве эта игра не для одного игрока?!» К ним уже спешили Кошак Галлерио и воители Истинного Солнца, и Сора бросился к Лазурии, толкнул ее. Двое рухнули с утеса в море... Выбрались на берег у подножия утеса. «Я же теперь насквозь промокла!» - протянула Лазурия. «Прости, прости!» - воскликнул Сора. – «Просто мне... очень хотелось поговорить с тобой наедине...» Двое крепко обнялись, радуясь воссоединению – пусть и в иллюзорной реальности ролевой игры. Говорили без перерыва, не понимая, как такое возможно. «Прости, заставлять девушку так сильно переживать — я совсем негодный ведди», - вздохнул Сора. «Но сейчас ты пуклипо», - улыбнулась Лазурия, и Сора согласился: «И то верно». «Но почему ты пуклипо?» - спрашивала Лазурия. – «Почему не ведди?» «Мне показалось, что будет забавнее, если разница с моим настоящим телом будет как можно больше...» - смущенно признался Сора. «Дурак!!!» - не сдержалась девушка. - «А ты вообще подумал, с какими чувствами я выбирала ведди...» «А почему ты сама выбрала ведди?» - уточнил Сора, и Лазурия осеклась, густо покраснела. «Секрет», - пробормотала она, отвернувшись. Она вновь обняла Сору, выдавив: «А-а-а, ладно! Раз уж на то пошло, я прощаю тебе даже этот облик пуклипо! Главное, что ты остался жив! Ах ты ж Сора! Даже в теле пуклипо ты выглядишь так мило!» Двое обменялись последними новостями. Не разумели они, почему их иллюзорные реальности соединились. «Когда молодой господин использовал заклинание, он ведь применял силу линий-дополнений?» - вслух размышляла Лазурия. – «Может быть, здесь как-то замешана сила древнего дракона...» «То есть, наши реальность соединились благодаря силе линий-дополнений?» - озадаченно произнес Сора. – «Когда вернусь, расспрошу об этом Хорхейза». «Знаешь, Сора, миряне из прошлого такие удивительные», - поделилась с Сорой своим наблюдением Лазурия. – «Они невероятно серьезно относились к жизни...» «Ага», - согласился Сора. – «Они явно были куда выносливее и крепче, чем наше поколение». «Знаешь... Молодой господин попросил меня понять их обстоятельства и то, через что они прошли», - призналась Лазурия. – «И я действительно подумала, что у его сподвижников точно были свои веские причины для сражения». «Ну, если послушать рассказы Селики то невольно начнешь думать так же», - осторожно произнес Сора. – «Но лично мне совсем не улыбается, если у меня отнимут тебя». «Я обязательно вернусь туда, где находится Сора и остальные», - заверила его Лазурия. – «Но я не могу просто бездумно победить врага и считать, что всё хорошо... Я начинаю слишком много анализировать...» «Лазу, ты всё такая же серьезная, как и всегда», - усмехнулся Сора. – «Но я тоже так думаю! Раз уж нам всё равно придется сражаться, нужно подумать, как сделать финал максимально благополучным! И для этого нам нужно поскорее продвинуться в этой игре и выяснить, что же произошло в прошлом! Давай выберем время и будем иногда вот так встречаться!» «Давай!» - воскликнула Лазурия. – «Я ведь должна быть плененной принцессой, и подумать только, что мы можем вот так видеться с тобой...» ...Сора простился с Лазурией, поспешил вернуться в крепость, где по завершении сегодняшнего сражения Сакра сурово отчитывал Зету за проявленное в бою безрассудство. «Зета снова устроил эту свою безрассудную атаку», - говорили Соре воины, рассказывая, как из бреши в реальности, означившейся за Исратом, возникла манифестация Лорда Демонов Дюрана, полоснувшая Зету клинком. – «Он пытался силой оттеснить вражеских львопсов, но те воспользовались брешью в его защите и нанесли ответный удар. Капитан отряда тут же забрал его, и мы отступили, так что его жизнь вне опасности, но всё же...» «Сакра, ублюдок!.. Почему ты не атаковал?!» - злился Зета, грудь которого была туго стянута бинтами. – «Если бы ты прикрыл меня, то мы бы...» «С такой жалкой брешью в защите...» - фыркнул Сакра. – «Всё, на что тебя хватило — это получить ранение. Если уж рискуешь жизнью, то делай это тогда, когда сможешь гарантированно прикончить врага! У нас нет лишнего времени, чтобы позволять тебе бессмысленно умирать! Займись лечением своих ран!» Целительница-ведди тут же принялась хлопотать подле Зеты, обещая, что сперва накормит его, а после погрузит заклятием в целительный сон. Глядя на воителей, размышлял Сора о том, что среди них есть те, кто готов рисковать жизнью, чтобы одолеть врага, а есть те, кто стремится сохранить жизни. Есть и такие, кто сражается ради собственного удовольствия – Ракси, например. Интересно, какие чувства испытывает капитан Сакра, когда устремляется в сражение?.. «Сакра кажется недалеким здоровяком», - шепнула Соре Ракси. – «В каком-то смысле он такой и есть. А ведь за этим скрывается весьма многогранный мужчина... Просто я подумала: с какими же мыслями сражается капитан, раз у него постоянно такое лицо». «Что значит ‘многогранный’?» - осведомился Сора. «Кто знает?» - усмехнулась Ракси. - «Лично я таскаюсь за Сакрой просто потому, что рядом с ним всегда происходит куча громких и ярких событий. А ещё это дает вдохновение для новых изобретений и кучу возможностей для экспериментов! Но этот парень тот ещё фрукт, верно? Мужчина, который прошел столько испытаний вместе с таким огромным количеством искателей приключений, просто не может быть ходячей банальностью. Масштаб этой войны слишком огромен, а сопутствующие обстоятельства чересчур запутаны... Интересно, думает ли Сакра, будучи искателем приключений, о том, чтобы закончить эту войну точно так же, как её планируют закончить профессиональные военные?..» Сей риторический вопрос Сору весьма озадачил...
«Ты спрашиваешь, ради чего я сражаюсь?..» - протянул эльф задумчиво. – «Ну, раз уж монстры нападают в таком огромном количестве, мы ведь не можем просто стоять и позволять им побеждать нас». «Да нет... я не об этом», - вымолвил пуклипо. – «Ты... как бы сказать, выглядишь таким живым и энергичным. И это несмотря на то, что сейчас идет война... Все остальные воины в отряде словно заражаются твоей энергией, так что у нас совсем нет ощущения какой-то трагичности или безысходности. Но я просто совершенно не понимаю, чего именно ты пытаешься добиться. В других-то местах из-за Ложного Солнца и монстров сейчас творится настоящий кошмар, верно? Я вовсе не хочу сказать, что ты — какой-то боевой маньяк. Напротив, ты очень заботишься о своих товарищах. И хотя каждый бой оказывается ожесточенным, наши потери на удивление малы. Но... из-за этого мне почему-то кажется...» «А ты все-таки зришь в корень!» - рассмеялся Сакра, продолжая точить меч. – «Помнишь, когда ты впервые буквально свалился на мою азлантелопу? Меня прямо осенило: ‘А этот парень довольно интересно смотрит на вещи’. Именно поэтому я так сильно хотел, чтобы ты хотя бы краем глаза взглянул на Лорда Демонов! В этом мире, Астолтии, есть те, кто продолжают следовать своим собственным убеждениям... и среди них находится немало тех, кто в итоге становится искателями приключений. Всё потому, что если оставаться на одном месте, то будет слишком много вещей, которые ты никогда не добудешь, и знаний, которые никогда не получишь. Еще с самого детства такой образ жизни казался мне невероятно ослепительным. Я просто не мог больше терпеть, восхищаясь им издалека... И мне захотелось лично прочувствовать эти самые убеждения. Но если ты решишь принять подобный образ бытия, то и сам должен ответить ему точно таким же серьезным отношением к жизни. И раз уж так вышло, я и сам не заметил, как со временем стал искателем приключений. А когда начинается битва, бывает и так, что меня до глубины души трогает то, как живут и за что сражаются мои враги. Я изо всех сил старался принять и понять эти чувства, и в итоге дошло до того, что сейчас я и вовсе стал верховодить целым отрядом воинов. Жизнь — штука непредсказуемая, а?! Всё именно так, как ты и говоришь: времена нынче просто дерьмовые. Войны идут одна за другой, и смертные гибнут один за другим по самым нелепым, глупым причинам... Но послушай... те возможности, что были дарованы мне... Сильное тело, закаленный дух, отточенные навыки и удача, посланная небесами... Сейчас как раз такая эпоха, которая позволяет мне без остатка обрушить всё это на мир! И ведь парадокс в том, что мне в этом хаосе даже как-то комфортно. Так что я, должно быть, и сам тот еще чертов ублюдок». «Если ты можешь смотреть на вещи под таким углом, то может, тогда можно как-то обойтись и без войны с Лунным Племенем?» - осведомился Сора. – «Они ведь напали только потому, что потеряли свои земли в мире демонов, и у них просто не было другого выбора! Они вовсе не собирались нападать на нас из-за какой-то врожденной ненависти!..» «И откуда тебе только известны такие подробности, парень?» - озадачился Сакра. «Я... просто услышал об этом от того юного львопса, с которым оказался вместе, когда недавно отбился от отряда», - пояснил Сора. – «Среди них тоже есть те, у кого сердце кровью обливается из-за этой войны! Если бы мы просто нормально поговорили...» «Я знаю», - прервал его Сакра. – «У нас вообще-то тоже есть свои шпионы. Так что за обстановкой внутри вражеского лагеря мы следим постоянно. И именно поэтому мы стараемся особо не распространяться об этом. Чтобы молодые солдаты не начали жалеть врага и из-за этого не дрогнули в бою». «Но зачем тогда так поступать?!» - воскликнул Сора. – «Мы же могли бы просто поговорить с ними! Тот Лорд Демонов точно выслушал бы нас, и...» «Тайком приютить одного-двух попавших в беду демонов — это дело нехитрое», - вздохнул Сакра. – «Однако, когда масштабы разрастаются до понятий ‘народ’ или ‘государство’, всё становится гораздо запутаннее. Эта великая война — тотальное столкновение между жителями Астолтии и демонами. Наша же битва — лишь крошечный локальный эпизод. Если только мы одни пойдём на мировую, это станет откровенным предательством по отношению ко всем остальным союзникам, которые продолжают сражаться в других местах. К тому же, когда собирается много мирян, они естественным образом разделяются на группы с самыми разными взглядами. Тот Лорд Демонов, конечно, может и окажется парнем, с которым можно договориться, но...» Он развел руками, продолжил: «Вот почему и я, и Лорд Демонов вынуждены закрывать глаза на то, как наши воины поддаются слепой ненависти ради того, чтобы они продолжали сражаться. Среди народа обязательно найдутся те, кто будет категорически против любого перемирия. И неизбежно появятся те, кто решит использовать мирное соглашение как предлог, чтобы разрушить врага изнутри. На редкость дерьмовое положение дел, не так ли? И всё же, законы войны глубоки, запутаны и до странности сложны. Будешь сомневаться — не выживешь. А перестанешь сомневаться — тебя поглотит слепая ненависть. Путь, по которому ты продолжаешь идти, прекрасно это осознавая, воистину подобен лабиринту. И что же ты будешь делать, новичок?..» Сора молчал, размышляя над словами капитана...
Более тридцати искателей приключений, охранявших следующий через дикоземье торговый караван, приняли бой с неистовым лордом Лунного Племени, открыто их атаковавшим. Припомнили они слухи, кои ходили о подобном нападении, случившемся недавно. Об одиноком мечнике, наголову разбившем отряд авантюристов! Применив ряд мощных заклинаний, Малик отступил, издали созерцая целителей, пытающихся творить заклинания, дабы спасти жизни раненых товарищей. «Значит, не сдохли», - констатировал принц демонов. – «Как и ожидал, довольно живучие. Их навыки были более-менее сносными, но в их решимости и выпадах всё ещё чувствовалась мягкотелость. Должно быть, они в глубине души на что-то надеялись или полагались на сподвижников. Похоже, достичь того уровня концентрации и напряжения, что были в тот самый раз, не так-то просто...» Он произнес заклинание телепортации, переместился в Иснаг, где бросилась к нему Суна, прося молодого господина, лишь оправившегося от ран, не перенапрягаться так. «Ты в последнее время частенько тайком уходишь из своего дворца, не так ли?» - обратилась к Малику Лазурия. – «Интересно, почему?» «В последнее время в Веринард идет очень активный приток и отток припасов», - пояснил ей принц демонов. – «Провизия, материалы для кораблей, пушечные ядра и всё в таком духе. Судя по всему, они опасаются наших маневров и вовсю готовятся к войне. Поэтому я и совершал налёты на караваны, которые всё это перевозили». «Т... ты опять взялся за старое и творишь бесчинства!» - возмутилась драконица. «Из уважения к тебе я умышленно не стал наносить им смертельные удары», - отозвался Малик. – «Учитывая, какими живучими они оказались, сомневаюсь, что они серьезно пострадали». «На войне подобное, возможно, обычное дело, но разве это то, чем ты должен заниматься лично?..» - поинтересовалась Лазурия. «Ты же и сама прекрасно видишь», - пожал плечами Малик. – «Нам постоянно не хватает солдат». «Всё не так!» - возмутилась Суна. – «Молодой господин просто использует это как предлог, чтобы мериться силой с искателями приключений!» «Не без этого, такая сторона в моих действиях тоже немного есть», - не стал отпираться Малик. – «То, как они сражаются — свободно, гибко и упорно. Нам тоже есть чему у них поучиться». «Ты ведь делаешь это потому, что в следующий раз ни за что не хочешь проиграть Соре, и поэтому стремишься стать сильнее?..» - без обиняков вопросила Лазурия. «Любой искатель приключений потенциально способен в самый последний критический момент совершить такое же чудовищное преображение, как и он», - отозвался Малик. – «Судя по донесениям, просто не верится, что в той ситуации он вообще сумел выжить. Полагаю, для тебя это станет весьма прискорбной новостью». «Ну, тогда становись сильнее!» - ухмыльнулась Лазурия, прекрасно зная о том, что Сора уцелел. – «Ведь Сора вернется, став еще намного сильнее, и непременно одолеет тебя!» «В таком случае, я продолжу неустанно совершенствовать свои навыки», - пообещал ей Малик, устремляясь прочь...
«А разве ты сам сильнее не становишься?» - осведомилась Лазурия с надеждой. «Ну, мне кое-как удалось приспособиться, чтобы сражаться плечом к плечу со всеми в отряде, но, возможно, я просто привык к этому телу...» - развел руками пуклипо. – «Наш капитан и тот Лорд Демонов настолько невероятно сильны, что я как-то даже не ощущаю собственного прогресса». Сора рассказал Лазурии о словах Сакры, заключила девушка: «Значит капитан твоего отряда говорил то же самое, что и Селика». «Да», - подтвердил Сора. – «Военные дела оказались куда более сложной штукой, чем я думал. Все же прекрасно понимают, что это полная ерунда, но сделать так, чтобы обойтись без этого, почему-то чертовски трудно...» «Неужели всё так и закончится тем, что они просто столкнутся лбами и кто-то победит?..» - расстроилась Лазурия, и Сора пожал плечами: «Возможно, так и будет. В конце концов, сюжет этой ролевой игры только кажется свободным, а на самом деле всё основное русло истории уже жестко предопределено. Я, кстати, обсудил с Хорхейзом нашу с тобой ситуацию. Причина, по которой никто не считает подозрительным то, что мы постоянно ускользаем и тайно встречаемся вот так, кроется в том, что, поскольку ситуация сговора с врагом здесь изначально не предусмотрена, реакции и действия внутриигровых персонажей просто поддаются ‘коррекции’, чтобы общий ход истории оставался неизменным. И, кстати говоря, Хорхейз рассказал еще кое-что. Эта реальность ролевой игры— мир, состоящий исключительно из информации, которую использует древний дракон. Похоже, это всего лишь часть структуры, называемой ‘иллюзорным пространством’, но из-за того, что мы зашли в ту игру абсолютно случайно и практически в одно и то же время, это иллюзорное пространство, судя по всему, провело ‘коррекцию’, чтобы сразу два игрока могли играть в нем одновременно. Ну или как-то так». «А если попроще, что всё это значит?» - озадачилась Лазурия. «Я и сам ни черта в этом не смыслю», - признался Сора. – «Вот если бы Гиб был здесь, он бы наверняка разложил нам всё по полочкам и понятно объяснил...» «Это точно», - улыбнулась ведди. – «Интересно, как там вообще дела у всех остальных?.. Так хочется поскорее вернуться назад и снова отправиться на поиски приключений вместе со всеми!» «Нужно еще самую малость потерпеть!» - заверил Сора. – «Похоже, Гиб и остальные вовсю заняты подготовкой к следующему шагу. Как только я до конца увижу эту битву, я тут же отправлюсь за тобой, Лазу!» Пришла пора прощаться вновь. Как бы то ни было, не следует вызывать у сподвижников в обоих лагерях подозрений. Лазурия обратилась львопсом, на спине своей понесла Сору прочь из грота, в котором они укрывались... «Какая скорость!» - восхищался Сора, когда бежала Лазурия по равнине. – «А если ты на самом деле окажешься драконицей, Лазурия, прошу, вознеси меня в небо! Хоть за высокими горами, хоть на краю глубоких ущелий... давай путешествовать вместе, куда бы нас ни занесло!» В глазах львопса блеснули слезы, столь приятны Лазурии были эти слова. «Я полечу!» - выкрикнула она. – «Я обязательно полечу! Я тоже хочу вместе с Сорой увидеть самые разные пейзажи этого мира!» Она остановилась, заметив неподалеку, за грудой валунов, огонек. Кто это может быть? Патрули сюда не забредают... Лазурия и Сора осторожно приблизились, заглянули в щель между камнями, лицезрев Кошака Галлерио и эльфийку Карлу – одну из лазутчиц Сакры. «Вот письмо от моего господина», - молвила та, протягивая свиток Кошаку. Тот в ответ протянул ей послание от Лорда Демонов. Сора и Лазурия опешили: почему эти двое, будучи врагами, встречаются здесь, тайно?.. «Что-то не так?» - осведомился Галлерио, заметив, что Карла буравит его пристальным взглядом. «Да нет», - отозвалась эльфийка. – «Просто удивительно, что ты, будучи по сути чужаком для Лунного Племени, решился взяться за столь опасную роль тайного посланника». «Именно потому, что я чужак!» - вымолвил Кошак. – «Его Величество Лорд Демонов просто не хочет по возможности делать кого-то из своего собственного клана ‘предателем’. В этом плане мне, как наемнику, проще: даже если меня потом будут ненавидеть или проклинать, мне достаточно будет просто сбежать». «Какое чудачество...» - закатила глаза Карла. – «Должно быть, ты чертовски сильно предан Лорду Демонов». «Да и вы, госпожа Карла, на удивление хорошо служишь своему господину, хотя он кажется тем еще жестким эксплуататором...» - хохотнул Галлерио. Они услышали шорох, и в следующее мгновение эльфийка сорвалась с место. Наряду с иным лазутчиком, пуклипо Куросой, она низринулась на Сору и львопса. Двое шпионов сопроводили Сору в крепость Лусину, доложили Сакре о том, при каких обстоятельствах ими был обнаружен в дикоземье пуклипо. «Ну и ну», - покачал головой Сакра. – «Ну вы и натворили делов, ребятки...» «Прошу прощения, господин», - низко склонили головы лазутчики. – «Поскольку он наш союзник, мы не могли просто заставить его замолчать. Это наша оплошность, мы потеряли бдительность, посчитав, что находимся вне зоны наблюдения обоих лагерей». «И в итоге вас застукал этот малец, который пришёл на свидание с милой девчонкой из вражеского лагеря», - хмыкнул Сакра. «Так ты тоже в этом замешан, капитан?!» - поразился Сора. – «Что ты задумал?»
«Чего ты добиваешься?» - обратилась Лазурия к лорду Исрату. – «Зачем нужно было тайно встречаться с противником, с которым ты ведешь ожесточенную войну, намеренно разжигая взаимную ненависть между целыми народами?» «Помимо меня и Сакры я хотел вовлечь в это как можно меньше мирян», - признался Исрат. – «Но раз уж всё обернулось именно так, ничего не поделаешь. Тебе тоже придется стать ‘предательницей’». «Предательницей?» - поразилась Лазурия, и Исрат утвердительно кивнул: «И врагов, и союзников. То есть абсолютно всех, кроме нас, кто вовлечен в эту войну». «П... предать? Но кого именно?» - выдохнула девушка...
«Н... ну да, это так», - неуверенно вымолвил Сора. – «Я и сам понимал, что на этом поле боя победы так просто никому не видать, но... Но ведь ты сам, капитан, только что говорил, что мы всё равно не можем просто взять и перестать воевать! Что если только мы одни прекратим бой, это станет предательством по отношению ко всем остальным союзникам, которые сражаются в других местах!» «Да, именно так», - подтвердил Сакра. – «Мы не можем сделать так, чтобы абсолютно все члены фракции Истинного Солнца внезапно стали предателями. Если мы так поступим, то в мире, который наступит после окончания этой войны, для них просто не останется места. И вот здесь как раз на сцену выходим мы с Лордом Демонов. Мы и ещё несколько воинов возьмём на себя клеймо ‘предателей’, чтобы уладить это дело и свести концы с концами. Мы будем делать вид, что продолжаем войну, но при этом станем тайно снижать количество прямых столкновений и стычек...»
«Но тогда что будет с теми воинами, которые сражаются прямо сейчас?..» - вопросила девушка, и отвечал Лорд Демонов: «Разумеется, поскольку все они бьются не на шутку, даже если мы будем сдерживать столкновения, жертвы всё равно продолжат появляться. Они будут гибнуть, до последнего веря в победу своих товарищей и даже не подозревая, что у их командиров на самом деле совершенно другие планы». «Но... ты и наши противники...» - пролепетала Лазурия. – «Если посмотреть на картину в целом, вы посчитали, что это единственный способ максимально сократить потери как с нашей, так и с вражеской стороны...» «Ни я, ни господин Сакра вовсе не являемся такими уж убежденными филантропами», - заверил ее Исрат. – «Лично я довольно расчетлив и эгоистичен. Будь это война, в которой можно победить, я бы уничтожил врага и забрал всё, что можно забрать. А если бы это была битва, где нельзя проигрывать, то, как бы ни было тяжело, нам оставалось бы только искать путь к победе и сражаться до конца. Однако... в нынешней ситуации, когда военные силы зашли в глухой тупик и уравновесились, положение, при котором мы своими руками никак не можем повлиять на исход этой войны, является крайне вероятным. Из-за атак Ложного Солнца мы, сторона демонов, поначалу имели значительное преимущество, но говорят, что во время битвы в землях Огрида на стороне защитников Астолтии внезапно появился могущественный союзник. Ходят даже слухи, что он, объединив усилия с Четырьмя Чародеями, замыслил проникнуть на само Ложное Солнце!.. Из-за этого дальнейший ход и общая тенденция войны стали совершенно непредсказуемыми. Иными словами, продолжая надеяться на победу своего собственного лагеря, мы хотим на всякий случай подстраховаться на случай возможного поражения. Вот как обстоят дела». «Я совершенно не готова принимать настолько сложные и тяжёлые решения», - думала Лазурия, осмысливая речи Исрата. – «Но... это ведь то, над чем когда-то в прошлом миряне действительно мучительно размышляли...» «Действительно...» - произнесла она, обращаясь к Лорду Демонов. – «Если сложить вместе все различные обстоятельства, то способ, который придумали вы, возможно, и впрямь позволит уладить всё самым мирным путем».
Сора был обескуражен: он-то полагал вначале, что это просто обычная игра... «Мне кажется, будто чувства каждого отдельного смертного здесь просто сбрасываются со счетов, как нечто неважное», - признался он. – «Умом я всё прекрасно понимаю, но на душе от этого легче не становится...» «Замечательно, просто замечательно!» - расхохотался Сакра, похлопав Сору по плечу. – «Мальчишка и должен так думать, всё правильно! Чувства — это очень важно! Никогда в жизни не забывай этот осадок на душе, ясно? Однако, видишь ли... Такая штука как война - это не банальная вещь, где в случае победы все счастливы, а в случае поражения всему приходит конец. Победишь ты или проиграешь, но те, кто выжил, обязаны продолжать жить уже в следующей эпохе. Даже те, кто сейчас сражается, опираясь исключительно на свою ненависть, в новую эпоху обязательно найдут для себя новый смысл и опору в жизни! Вэтом-то и заключается истинная сила самой жизни! И у них у всех она есть! Вот поэтому... именно сейчас я хочу сберечь как можно больше живых душ, пусть даже в ущерб их высоким идеалам и устремлениям. Если уж на то пошло, то в этом и заключается мой личный способ понести ответственность и поквитаться с этой чертовой ублюдочной эпохой. Ну так что, мальчишка? Не мог бы ты в этот раз просто постоять в сторонке и понаблюдать за тем, как мы всё это провернем?» Слова Сакры потрясли Сору, и, не произнеся ни слова, покинул он покои капитана. «А мы точно правильно поступили, что не взяли с него обещание молчать?» - осведомилась Карла, проводив пуклипо взглядом. «Ну, кто его знает?» - усмехнулся Сакра. – «В конце концов, мы ведь и сами до конца не уверены, является ли наше начинание наилучшим из возможных. Думаю, он не станет выкидывать никаких глупостей от отчаяния! Я видел его глаза. Это взгляд смертного, который долго-долго мучился сомнениями... но в самый решающий момент всегда принимал чёткое и верное решение. Положиться на судьбу и довериться такому взгляду — в этом ведь тоже есть своего рода особый интерес!» «Ну вот, ты опять за своё...» - вздохнул Куроса. – «Снова действуешь на чистом кураже и эмоциях, прямо как тот древний дракон тогда...» ...Сора отошел подальше от жилища капитана, лег прямо наземь, созерцая голубое небо. «На душе всё ещё паршиво, осадок так и не прошёл», - думал пуклипо. – «Но даже несмотря на это, завтрашний день всё равно настанет. И мне в любом случае нужно решить, как действовать дальше... Интересно, власть имущие всегда борются с подобными сомнениями и этой недосказанностью?.. Что-то я совсем теряю уверенность в том, что смогу стать нормальным взрослым...» ...Две юные воительницы, Гами и Гири, прикорнули в вентиляционной трубе, и поневоле услыхали откровение Сакры. Будучи в смятении, они поделились сим с Аскис, и та, выслушав двоих, закатила глаза: «Капитан пошел на подобный шаг?.. Это вполне в его духе, на него это похоже... Но вам не о чем беспокоиться. То, что капитан вечно всех баламутит и путает карты — дело привычное. Но он совершенно точно делает это, думая о каждом из нас. Остальным пока ничего не рассказывайте. Это лишь посеет лишнюю панику». Гами и Гири обещали молчать, умчались прочь. Лишь сейчас Аскис дала волю эмоциям, изменилась в лице, воскрешая в памяти картины резни, учиненной демонами в ее родной деревне. Примирение с Лордом Демонов?.. Как можно думать о подобном?!
«Она в последнее время не слишком ли кротка и послушна?» - протянула Эсторис, провожая Лазурию взглядом. «Неужели она наконец-то созрела для того, чтобы сотрудничать с нами?» - предположил Зофин. «Однако сила драконьей крови в ней снова начинает угасать», - напомнил сподвижникам Плаку. – «Не из-за той ли ролевой игры, в которую заставляет его играть молодой господин?.. Возможно, у нее обострилась чувствительность и начала пробуждаться истинная личность». «Так это же просто скве-е-е-е-рно!» - воскликнул Зофин. «Эсторис, пусть даже это задумка молодого господина, но не возымеет ли она обратный эффект?!» - обратился Зофин к демонессе, и отвечала та: «Молодой господин - тот, в чьих жилах течет исключительно сильная и благородная кровь, даже по меркам демонов. Нам нет никакой нужды вмешиваться в его планы или перечить избранному им курсу. К тому же, на случай непредвиденных обстоятельств у него тоже есть твердая решимость. Наше исследование и так стояло на месте целые тысячи лет, не так ли? Так что нет нужды паниковать из-за пустяков вроде этого. Мы обязательно доведем до конца создание Луны Возмездия». ...Лазурия возвращалась в отведенную ей комнату, размышляя над пережитым в иллюзорном пространстве. «Защитить свой клан, даже ценой предательства этого самого клана...» - роились мысли в разуме ее. – «Подумать только, что Лорд Демонов и остальные размышляли о подобных вещах... Вести за собой толпу последователей, у каждого из которых свои собственные взгляды — вот насколько это, оказывается, трудно... И тем не менее, Лорд Демонов и его соратники изо всех сил искали выход, будучи готовыми даже к тому, что демоны, которых они защищают, возненавидят их за это!.. Лорд Демонов и молодой господин... Хоть они отец и сын, мне всегда казалось, что они совсем не похожи, но... Может быть, на самом деле...» «Принцесса?» - окликнула Лазурию Суна. – «Что с тобой такое? Ты сегодня весь день сами не своя. и постоянно молчишь». «Знаешь, мне бы хотелось побольше поговорить с молодым господином», - призналась драконица. – «Я хочу хорошенько побеседовать с ним и узнать, о чём он думает. И я бы хотела поделиться с ним своими собственными мыслями... Не могла бы ты устроить нам встречу, чтобы мы могли спокойно, без спешки поговорить?» «Я немедленно всё устрою и доложу ему!» - воскликнула Суна, предположив, что Лазурия готова принять их сторону, после чего обратилась в львопса и метнулась прочь. Лазурия действительно хотела понять, что движет Маликом. Ведь наверняка Лунное Племя боле не питает столь лютой ненависти к противникам, как в прошлом? Ощутив поблизости чье-то пугающее присутствие, Лазурия резко обернулась, лицезрев чуть поодаль черную эфемерную сущность. «Не говори... принцу демонов...» - прошелестела та. – «Не раскрывай ему... истинные намерения...» Осознала Лазурия, что зрит пред собой манифестацию сущности черного древнего дракона. «Это существо...» - опешила она, отступая. – «Эта аура... Тот самый чёрный дракон, что был тогда в штормовом море... Почему он здесь?!» «Твоя кровь... Я хочу её...» - рекла черная сущность, и Лазурия со всех ног бросилась прочь. Неужто сей дракон и даровал Малику линии-дополнения?! Нет, ни в коем случае нельзя заключать сделку с сей ужасающей сущностью! Она способна отнять абсолютно все – даже душу! Лазурия спешила к Малику, дабы сказать ему об этом...
«Тритоны передали нам одно письмо от нашего товарища, Соры, который сейчас находится у древнего дракона», - сообщил им Гиб. «И в нём сообщается о весьма странных вещах», - добавила Мальтина, протягивая Одису свиток. «Он воссоединился с похищенной Лазурией прямо внутри игры-ы?!» - воскликнул принц, пробежав текст глазами. «Это, конечно, звучит весьма романтично, если можно так выразиться», - озадаченно произнес Абельк. – «Ну и времена же настали...» «Из рассказов Лазу нам удалось выяснить примерное расположение передового оплота Лунного Племени в те времена», - сообщил Одису и Абельку Гиб, а Урипо добавила: «Однако, как бы мы ни пытались сопоставить эти данные и определить координаты по её словам, все ориентиры указывают прямиком на открытое море близ деревни Лусина». «Но ведь это может означать и то, что в её рассказе закралась какая-то ошибка», - озадачился Одис. «Такая вероятность тоже существует», - согласился Гиб. – «Но существование подводного дворца Иснага, где сейчас держат Лазу, полностью совпадает с историей о том, что Лорд Демонов Исрат когда-то использовал свою колоссальную магическую силу, чтобы затопить бывший передовой оплот в море и скрыть его от глаз смертных. Вероятность того, что главный оплот Лунного Племени находится прямо в этих морских глубинах, крайне высока!» «Разве это не потрясающе?!» - воодушевился Одис. – «С такими сведениями мы могли бы поднять целую армию и пойти штурмом...» «Для начала нам нужна разведка», - прервал принца Абельк. – «Это подводная крепость, и мы понятия не имеем, как туда проникнуть. Рельеф местности и военная мощь противника нам по-прежнему неизвестны. Если мы бросим туда войска вслепую, то лишь понесём огромные потери». «Действительно», - согласился с ним Одис. – «Я слишком поторопился...» «Однако, если говорить о шпионах, которых можно заслать в столь специфическое место...» - начал командующий, - «то даже у нас в Веринарде их не так-то много...» «Может, тогда пойду я?» - послышался голос, и в чертоге возникла невесть откуда взявшаяся в замке ведди Тора. – «Я все слышала, и суть дела мне ясна». «А как же Джей-Би и остальные?» - обратилась к ней Урипо. «Джей-Би всё ещё числится пропавшим без вести», - просветила ее Тора. – «А Кагеро сказала, что сильно растеряла форму, поэтому пошла немного потренироваться». Обратившись к Одису, Гиб пояснил, что Тора – их подруга, искательница приключений. С ней и ее сподвижниками он успел связаться, и лучшего шпиона, чем она, им не найти. «Какая там разведка, она ведь может с ходу взять и сразу спасти Лазу!» - с гордостью заявлял гном. «Похоже, всё складывается так, что я могу в одиночку забрать себе всю славу», - согласилась Тора. ...Покинув гавань Веринарда, рыболовецкая шхуна вышел в открытое море. Область поисков казалась довольно широкой, но слова, переданные Лазурией, позволили Гибу и спутникам его определить примерное местонахождение подводного дворца Иснага. «А в этих краях рыбу не ловят?» - обратился Гиб к Сесри, выступил коий на палубу, и отвечал тот: «Обычно мы так далеко в открытое море не выходим. Разве что в сезон, когда волны спокойные, иногда выбираемся на дальний промысел в надежде на крупный улов...» «Течения в этих местах жутко капризные и непредсказуемые», - добавил иной уроженец Лусены, огр, и Сесри кивнул: «Все стараются обходить этот район стороной». «Капризные?» - озадачился Гиб. «Ага...» - подтвердил Сесри, указывая гному на определенную точку на морской карте. – «Тут такое течение, которое словно выталкивает корабли обратно из всей этой зоны. Да и рыболовное место здесь так себе, поэтому нет дураков, кто пытался бы прорываться напролом. Дедуля ещё говорил, что там, возможно, очень сложный рельеф морского дна... Но кто знает». «Слушай, а мы можем попробовать пойти наперекор и поплыть прямо против этого течения?» - встрепенулся Гиб. – «Вдруг это течение — ловушка, созданная демонами, чтобы не подпускать мирян к своему оплоту?..» Сесри и огр правили шхуной, направляя ее против течения, но продвинуться в выбранном направлении не могли. Никогда такого прежде не случилось!.. Наверняка природа этого течения – магическая!.. Тора, стоя на носу лодки и глядя в подзорную трубу, заметила воронку впереди в море. На водоворот не похоже, ведь, будто то обычная воронка, судно затягивало бы внутрь!.. «Эта воронка... она извергает воду с самого морского дна», - резюмировала ведди, после чего, сбросив черный плащ, прыгнула в воду. Подводные течения оказались донельзя сильными: даже рыбы не сумели бы преодолеть их. Глазам Торы предстал подводный город, огражденный магическим куполом... а затем течение подхватило ведди, увлекло обратно к поверхности. «Там кое-что есть», - заявила Тора, взобравшись на шхуну. – «Магический купол, под которым пребывает огромный город... Разглядеть чётко не удалось, но я видела силуэты, похожие на здания. Уверена, мы обнаружили то, что искали». «Подумать только, что логово демонов находилось в такой близости от нашей деревни...» - поразился Сесри. «Но... как же нам проникнуть в город, который находится на самом морском дне?» - задумчиво протянул Гиб. «Возможно, мы сможем зайти с той стороны», - предположила Тора, указывая троице спутников на одинокую скалу, выступающую из моря. Сесри и огр направили шхуну в сем направлении. «На морском дне было несколько скал, выступающих из подводного города», - пояснила спутникам Тора. – «Это, скорее всего, одна из тех вершин». Четверо взобрались на вершину скалы, и Тора указала остальным на валун: «Отсюда исходит слабый поток воздуха. К нему примешивается запах, совсем не похожий на аромат морского побережья». Сесри, Гиб и огр откатили валун в сторону, и взору их открылись ступени, уходящие вниз, в глубины. «Должно быть, запасной выход?» - предположила Тора. «Судя по всему, им очень давно не пользовались...» - пронеслось в разуме Гиба, созерцавшего ступени. – «Но и не похоже, чтобы он оставался заброшенным сотни лет. Его построили от силы лет 10 назад?..» «Дальше мне лучше пойти одной», - заключила Тора. – «Если я не вернусь через 8 часов, возвращайтесь без меня. Я там как-нибудь сама со всем разберусь». «Эх, было бы куда лучше, если бы мы могли заранее всё хорошенько согласовать с Лазу...» - протянул Гиб, и ведди обернулась к нему: «Тут уж ничего не поделаешь. Обмениваться письмами через Сору занимает слишком много времени». Тора начала спуск по ступеням. «Всё с ней будет в порядке?» - тревогой осведомился Сесри. – «Такой девчонке, да ещё одной...» «Говорите, она мастер своего дела, но... что-то она не выглядит как-то иначе, чем мы», - отозвался огр. «Вы же видели, как ловко она действовала, пока мы искали этот вход?» - напомнил обоим Гиб. – «Она состоит в отряде одних из самых опытных в мире авантюристов. Даже в обычном бою она гораздо сильнее, чем Сора или Мальтина». «Серьёзно?» - опешили рыбаки. «Как ни прискорбно, но в месте, где полно вражеских глаз, мы, скорее всего, станем для неё лишь обузой», - вздохнул Гиб. – «Так что сейчас давайте просто доверимся ей». ...Долгий спуск привел Тору в здание, столь высокое, что могло оно сравниться с башней замка Глен. Ведди ступила в большой пустующий зал, пребывало в коем лишь кресло. Тора предположила, что зрит она тронный зал; его поддерживают в чистоте, несмотря на то что здание, похоже, заброшено. Тора ступила на балкон, воззрилась на панораму Иснага, отметила вихрящийся столп воды в центре города, служивший основой для воронки, зрели они кою на поверхности. «Надо же, город и правда прямо посреди моря...» - отметила ведди. – «Морская поверхность находится прямо над головой. Он совершенно точно огражден какой-то магической силой. Говорят, это дело рук Лорда Демонов из далёкого прошлого... Но я никогда ещё не видела ничего подобного в таких масштабах... Неужто водяной столп исторгает отсюда просочившуюся в город воду?..» Оставаясь незамеченной, Тора перемещалась по городским улицам, отмечая, что обитает здесь множество монстров – но в основном старики и дети. Совершенно не похоже на армию, собирающуюся развязать войну. Мимо прошла тролльчиха с ребятишками, направляясь в сторону полей, возделывали кои монстры. Тора была поражена тем, сколь расслабленно чувствуют себя здешние обитатели: даже не предполагают, что на них могут напасть! Ведди помедлила, заметив, как тролльчиха о чем-то болтает с демоном. А на ближайшем каменном мосту заметила Тора вооруженных копьями драконидов. Последние болтали о солдатах, созданных демоническими учеными, указывая в сторону пещеры в основании одного из утесов. Тора не замедлила заглянуть в каверну, лицезрев в ней великое множество монстров – как нежити, так и механических боевых машин, и конструктов. «Их военная мощь сопоставима с регулярной армией крупного государства...» - опешила Тора. – «Если начнется полноценное вторжение, все Острова Венна могут превратиться в поле битвы...» Облаченный в плащ с капюшоном драконид стремительно атаковал Тору, и та едва успела уклониться от удара его клинка. «Кто ты такая?» - прошипел монстр. Ведди нахмурилась: противник уловил ее секундное замешательство и воспользовался им. Это смертельная оплошность – если об этом узнает Джей-Би, ей несдобровать... Тора атаковала драконида, надеясь прикончить его и тем самым скрыть свою оплошность. Монстр ухмылялся, а в следующее мгновение к сражению присоединился иной монстр, являвший собою жуткий гибрид человека и спрута. «Привет, Коси!» - бросил он дракониду. – «А у нас тут миленькая гостья? Ну и кто она? Твоя девчонка?» «Не расслабляйся, Варш», - предостерег сподвижника драконид. – «Она использует яд. Даже один порез может стать смертельным». «Если она ранит мои щупальца, я просто отсеку их, да и дело с концом!» - беззаботно отмахнулся Варш. – «Всё равно они сразу же вырастут заново». Осознала Тора: она, похоже, сильно недооценила силы и способности врага. Навряд ли сумеет она сразить этих двоих и вернуться на поверхность. Да и сбежать они ей не позволят... Неужто ей придется использовать тот самый прием?..
«Что с тобой случилось, принцесса?» - обернулся к драконице огр. «Там... черная сущность...» - выдохнула Лазурия и осеклась, наблюдая, как помянутая сущность возникла на плече Рейзена. «Давно не виделись...» - изрекла она...
«Большинство боевых искусств основаны на движениях гуманоидных рас», - пронеслось в разуме ведди, - «но эти ребята довели до совершенства движения, которые развивали исключительно их собственные расы. Я хотела бы еще немного изучить их приемы, но против двоих долго не продержаться. Похоже, пришло время прибегнуть к последнему средству». Варш и Коси повергли Тору, и, направив клинок на ведди, прошипел драконид: «Еще раз спрашиваю: кто ты такая?» «Убейте меня!» - выкрикнула Тора, изображая смятение и испуг. – «Мне нечего вам рассказывать! В-вы ведь собираетесь сделать со мной что-то ужасное, чтобы выведать, кто за мной стоит, верно?! Но это бесполезно! Что бы вы ни делали, я не раскрою рот! Ну же! Убейте меня!» «А ты настроена решительна», - хмыкнул Коси. «Твои навыки явно взращены хорошими тренировками», - заключил Варш. – «Обычными пытками тебя говорить не заставишь...» «Я избавлю тебя от мучений одним ударом», - обещал девушке Коси. – «Проявлю милость воина. Закрой глаза». Варш опутал Тору своими щупальцами, даже не подозревая о том, что ведди следует тактике, которой обучила ее Кагеро – изображает бессилие, дабы получить желаемые сведения. И сейчас Тора тянула время, ожидая, когда представится ей шанс сделать свой ход...
Гоу нахмурился: он не ожидал, что сущность явит себя, и был весьма сим недоволен. «Прекрати эти шуточки, Владыка Вечной Тьмы», - начал Рейзен, но сущность овладела разумом огра, заговорила его устами: «Нет-нет-нет, прошу прощения. Похоже, я испугал принцессу. Как бы то ни было... у этой сущности нет четкого эго или интеллекта. Даже для того, чтобы просто поприветствовать принцессу, ей приходится заимствовать чужой разум». «Эта тварь управляет Рейзеном?» - опешила Лазурия. «Не совсем», - вздохнул Гоу. – «Ему в голову насильно вложили так называемую ‘чужую мудрость’, и это, похоже, исказило его личность. Все в порядке. Когда этот черный дым выйдет, он вернется в норму. Правда, потом ему будет паршиво до безумия...» «Называть это ‘искажением’ — довольно субъективное заявление, не думаешь, Гоу?» - язвительно проронил Рейзен. – «Слияние с этой сущностью — лишь толчок. Я — это я... Рейзен. Я вполне доволен этим состоянием... Оно чрезвычайно комфортное, как по мне». Лазурия не разумела ровным счетом ничего. Что это за черная дымообразная сущность? Что она сделала с Рейзеном? Ведь Рейзен строгий, но благородный огр с отличным вкусом. Так откуда же, черт возьми, взялась эта неприятная, язвительная манера в его речи сейчас?! «Кто ты такой?!» - выкрикнула Лазурия. «Раз уж ты у нас мудрая принцесса, то, вероятно, уже и сама смутно начала догадываться?» - хмыкнул Рейзен. Эта сущность — такое же существо, как и ты. Вы с ней образуете две стороны одной медали. Хотя нет... теперь, когда сменились поколения, нельзя назвать вас абсолютно равноценными... Именно поэтому твоя кровь и твоя сила нам так необходимы!» Краем глаза зрела Лазурия, как приближаются к ним четверо демонических ученых: Плаку, Зофин, Эсторис и Эбби...
«Какое мирное место...» - протянула Тора, озираясь по сторонам. – «Трудно поверить, что это передовой оплот врага, который собирается развязать войну...» «Тут и правда остались одни дети да старики со старухами», - отозвался Варш. – «К тому же, все далеко не так просто, как кажется. Земля здесь бесплодная, а недостающие припасы приходится добывать, рискуя головой...» «Варш, ты слишком много болтаешь перед вражеской шпионкой», - одернул его спутник. Краем глаза заметила Тора неподалеку Лазурию. Пришло время действовать! Тора с легкостью освободилась от пут, ибо использовала накладные руки, и сейчас попросту отбросила их в сторону; связывая ее, монстры не заметили небольшое отклонение от стандартного телосложения расы ведди. Во рту Тора прятала ядовитые игла, выдохнула, и вонзились те в лицо Варшу. В руках ведди означилась острая нить, коей принялась она кромсать щупальца монстра. «Лазу!» - выкрикнула Тора, устремляясь в сторону драконицы, и та обернулась, выдохнула: «Тора? Почему ты здесь?!» На лице Рейзена появилась широкая ухмылка, и Тора остановилась, созерцая противника. Что-то с этим огром определенно не так... «Тора, со мной все в порядке, так что беги!» - кричала Лазурия, указывая в сторону Рейзена. – «Это все он! Это он всё искажает! Он начал действовать, чтобы пустить всё прахом! Возвращайся и передай всем! Я обязательно остановлю его...» «Не болтай лишнего!» - Эсторис сотворила заклинание, и одеяния Лазурии закрыли ей рот, не позволяя говорить. Тора оценивала соотношение сил. Двое львопсов, еще двое сзади... Вместе с Лазу ей точно не сбежать. «Лазу!» - выкрикнула Тора. – «Подожди немного. Я скоро вернусь вместе со всеми и спасу тебя!» За щеками ведди прятала две небольших дымовых шашки, кои сейчас швырнула наземь, и, воспользовавшись образовавшейся завесой, скрылась от преследователей. «Эта девка из банды Джей-Би», - заключи Гоу, провожая Тору взглядом. – «Как, черт возьми, она смогла разыскать местонахождение этого уединенного дворца?» «Я-то думал, что записей времен прошлой великой войны уже практически не осталось...» - протянул Рейзен. – «Неужто кто-то дал врагам информацию об этом дворце?..» Он покосился на Лазурию, и та опешила: неужто сущность, овладевшая разумом Рейзена, знает о том, что она встречается с Сорой в иллюзорной реальности ролевой игры?! «Как бы то ни было, ситуация наконец-то зашла в полный тупик», - заключил Рейзен, оборачиваясь к Лазурии. – «Теперь мы даже не знаем, в какой момент враг может пойти в атаку, верно? Наш добродушный молодой господин терпеливо ждал, пока принцесса передумает, но... похоже, мы больше не можем позволить себе роскошь просто сидеть и ждать!..»
«В последнее время враг отступает как-то слишком быстро», - размышлял Сора, следуя за сподвижниками. - «Результаты заговора капитана и Лорда Демонов начинают приносить свои плоды. Сегодня у нас даже раненых почти не было...» «Лорд Демонов крайне расчетлив», - вслух размышлял воин-огр, размышляя над исходом сегодняшнего противостояния. – «Видя, что общие перспективы этой великой войны стали туманными, он, вероятно, пытается сохранить свои боевые силы...» «А ты проницателен!» - хохотнул Сакра, услышав сии слова. Сора вздохнул: в общем и целом, так оно и было. «Ну, если так, то тем лучше — меньше мороки!» - продолжал Сакра. – «А то если бы нам каждый раз приходилось расхлебывать бесчинства этого Лорда Демонов, никаких жизней не хватило бы!» Сакра объявил о трапезе, и вскоре, предаваясь оной наряду с Сорой и двумя своими шпионами, объявил о том, что вскоре состоятся переговоры, которые могут решить исход затянувшегося конфликта. «Вы с Лордом Демонов встретитесь лично?» - изумился Сора. «Дело в том, что обсуждение продвинулось уже достаточно далеко», - пояснил ему Сакра. – «Поэтому мы решили встретиться лично, чтобы разом уладить все тонкости мирных переговоров. Хочешь тоже пойти?» «Я?! С чего вдруг?!» - изумился Сора. «Раз уж ты ввязался во всё это по самые уши, так давай иди с нами до самого конца», - усмехнулся Куроса. «Мы продвигали это дело малым кругом лиц», - доходчиво пояснил Соре Сакра. – «Так что раз уж ты обо всём пронюхал, то придётся тебе на нас поработать. Сделаю-ка я тебя кем-то вроде своего личного помощника!» «Помощника?!» - опешил Сора. – «Да это вообще не мое!.. Но если так... а почему помощником, а не вице-капитаном?» Сакра только таращился на Сору, и осведомился тот: «Почему ты не позвал Аскис поучаствовать в этом ‘предательстве’? Ведь обязанности помощницы – как раз по ее части! Она печется о тебе... Как бы это сказать... Оан невероятно сильно о тебе заботится. И искренне за тебя переживает. Оставить ее в стороне от этого... как по мне, довольно жестоко». «Зачем мне ещё сильнее увеличивать число тех, кому достанется этот несчастливый билет?!» - рассмеялся Сакра. – «Ей предстоит вести за собой мир, когда война наконец-то закончится! Так с какой стати я должен делать ее соучастницей в подобных делах?! К тому же... она никогда не простит демонов. От этой ненависти ей не избавиться. И кто-то должен принять её на себя».
«Подумать только, вражеский оплот и правда находилась прямо посреди моря...» - изумилась Мальтина. «Ещё бы чуть-чуть, и я бы смогла спасти Лазу», - расстроенно произнесла Тора, - «но силы противника превзошли все ожидания. Я думала, что сильны только тот молодой господин и его ближайшее окружение...» «Возможно, я поспешил...» - вымолвил Гиб, донельзя встревожившись. – «Враг, опасаясь нашего нападения, может пойти на крайние меры, чтобы насильно пробудить силу крови Лазу. Я думал, это совершенно естественно — собрать как можно больше информации и как можно скорее, чтобы принять верное решение, но изначально враги ведь собирались терпеливо ждать, пока Лазу сама добровольно согласится на сотрудничество! И мы тоже могли бы не торопиться и постепенно получать информацию через Лазу! Если с Лазу что-нибудь случится, это будет из-за моих заумных, самонадеянных мыслей!» «Ты не прав, Гиб», - обратился к гному Абельк. – «Мы узнали о положении принцессы Лазурии только после того, как провели расследование. Твое стремление поскорее собрать побольше информации само по себе не было ошибкой». «Всё дело лишь в том, что мне не следовало попадаться», - вздохнула Тора. «К тому же, когда Тора ее нашла, Лазу ведь уже была в безвыходном положении, верно?» - напомнила Гибу Мальтина. – «Возможно, ситуация у нее изменилась сама по себе, совершенно независимо от наших действий. Все твои выводы строятся на том, что уже случилось. Ты не должен быть единственным, кто из-за этого изводит себя». «Как бы то ни было, ситуация продолжает развиваться», - заключил Алек. – «Мы тоже должны перейти к конкретным действиям». «Информация, которую принесла Тора, очень ценна», - добавил Рубиби. – «То, что нам удалось выяснить положение дел противника и часть его боевой мощи — это уже большой шаг». «Но этого всё ещё недостаточно», - отметила Тора. – «Всё, что мне удалось разведать — это жилой квартал в центре города и место, где производились конструкты и механические монстры. Мы почти ничего не узнали об основном назначении сей крепости, и нельзя с уверенностью утверждать, что у них нет сил, превосходящих увиденное». «А нельзя просто бахнуть по ним силами солдат Веринарда и разнести там всё к чертям?!» - с надеждой обратилась Урипо к командующему Абельку, и тот покачал головой: «На данном этапе это трудно осуществить». «Регулярная армия невероятно сильна, когда сражается по заранее намеченному плану на основе точных разведданных, но она крайне уязвима перед лицом непредвиденных обстоятельств», - добавил Алек. – «Всё потому, что упор делается на групповые действия, из-за чего способность принимать индивидуальные решения и быстро адаптироваться практически не развивается». «Если мы пойдём напролом в текущей ситуации, это действительно может обернуться огромными потерями...» - вздохнул Рубиби, и Мальтина протянула задумчиво: «Ворваться туда ещё до наступления регулярных войск, разузнать обстановку и пробить путь для остальных — вот для чего нужен особый отряд!» «Они обладают способностью подстраиваться под любые неожиданности», - подхватил ее мысль Гиб, - «и даже если их разделят, они смогут действовать в одиночку или малыми группами, самостоятельно принимая решения ради успешного выполнения миссии. И это – авантюристы! Я соберу искателей приключений и создам штурмовой отряд!» «Мы позовем абсолютно всех, с кем мы когда-либо путешествовали вместе!» - с энтузиазмом поддержала идею гнома Урипо.
Иные демонические ученые последовали примеру Эсторис, преклонили колени. «Ты всё такая же донельзя серьезная, Эсторис», - хохотнул огр. – «В этом месте тоже начинает пахнуть жареным. Пора бы уже и нашему молодому господину наконец принять решение». «Мой Владыка!» - в глазах Эбби отражалось истинное блаженство. – «Я так сильно ждала нашей новой встречи... Но все же! Такой неопрятный и жалкий вид совершенно не подходит тебе, мой Владыка! Пожалуйста, умоляю тебя, используйте снова тело своей покорной слуги! Я специально ради этого дня поддерживала идеальную гигиену и здоровье...» «А ты мне предана, Эбби», - хохотнул Рейзен, кивнул в сторону Гоу. – «Мило, мило... Ну что ж, тогда я с радостью воспользуюсь твоим предложением. А то наш дорогой друг с самого начала так яростно зыркает на меня, аж страшно, знаешь ли...» Он коснулся рукой Эбби, и черная сущность тут же объяла демонессу. Рейзен закашлялся, опустился на колени, обессиленный. Лазурия прогрызла ткань, закрывающую ей рот, выпалив: «Рейзен, ты как? В порядке?» «Не беспокойся», - прохрипел огр. – «Слияние с этой сущностью не несёт прямого вреда физическому телу... Вот только... в моей душе всё было безжалостно и грубо перевёрнуто вверх дном непроглядной, черной ненавистью. Моего господина, которому я поклялся служить ценой собственной жизни, я поливал грязью без малейших угрызений совести... И те чувства, что я тогда испытывал, всё ещё выжжены в моей душе». «Искажая душу, сущность заставляет ненавидеть даже тех, кто тебе дороже всего на свете...» - с ужасом осознала Лазурия, поинтересовалась: «Что же вызывает в нём такую сильную ненависть?.. Ненависть, способную заставить даже такого, как ты, полностью потерять себя...» «Я ничего не помню», - устало признался Рейзен. – «Обрывки мыслей из того времени, когда мы были едины, всё ещё остаются, но знания, на которых они основывались, полностью стёрлись из памяти». «Зачем было заключать сделку с таким опасным существом?!» - выдохнула Лазурия. – «После всего... после всего того, что с вами сделали!» «Сила...» - прошелестел огр. – «Нам отчаянно нужна была сила... Сила для того, чтобы просто выжить!» Послышался тихий смех, и изрекла сущность устами Эбби: «Это абсолютно законная, честная сделка... Просто сделка, моя милая горошинка... Ну же, Зофин, Эсторис, Плаку – пора за работу!» Трое демонов переглянулись: подобное они уже проходили в прошлом... «Работа!» - Эбби прожгла взглядом содрогнувшуюся Лазурию. – «Ты ведь понимаешь, о чём я, моя милая горошинка? Пришло время для твоей души вернуть свой истинный облик! Откинь своё ничтожное, суетное эго и стань абсолютно чистым разумом! Стань сосудом для драконьей крови...» Демонические ученые провели Лазурию в свою лабораторию, где привязали к платформе. Драконица испытывала ужас, а сердце ее взывало к Соре...
«Эй, новобранец!» - окликнул его Сакра. – «Ты чего застыл и витаешь в облаках? Так мы опоздаем на встречу с Лордом Демонов!» «Ой, прости-прости!» - встрепенулся Сора, ускоряя шаг. Как бы то ни было, история сей ролевой игры подходила к своей кульминации. И, когда завершится игра, Сора тут же поспешит на выручку к Лазурии!.. «Но... это не будет полноценный счастливый финал...» - размышлял Сора. – «Конец этой истории... будет довольно суровым, да?.. И... разве это объясняет, почему Малик и остальные затаили такую обиду?.. Как вообще дальше... повернется эта история?..» «Ты сегодня какой-то рассеянный», - вновь окликнул его Сакра. – «Что случилось, новобранец?» «Ах, да нет!» - через силу улыбнулся Сора. – «Просто пока мы добирались сюда, произошло столько всего разного! Меня прямо чувства переполняют! Если вы с Лордом Демонов напрямую обо всем договоритесь, ведь всё уладится миром? Я и не думал, что такой финал возможен». «Да с чего бы вдруг?!» - отозвался Сакра. – «Впереди еще целая гора нерешенных проблем! Этот тайный договор продвигаем только мы на свое усмотрение. Если после окончания войны мы раскроем его, а все остальные откажутся подчиниться, то в нем не будет никакого смысла». «А?!» - изумился Сора. – «Да ладно?! Тогда все то, что мы делали до сих пор...» «Даже без прямых разговоров, по самой атмосфере войны миряне прекрасно чувствуют, что скрывается за кулисами», - заверил его Сакра. – «Некоторые самые догадливые ребята уже в какой-то степени раскусили этот трюк. Более того, те, кто сейчас сражается без особого энтузиазма, вряд ли сразу примут эти разговоры, если завести их на ровном месте. Но если мы сделаем это сейчас, то примерно от 60 до 70 процентов членов ордена согласятся пойти за нами. Даже если они не будут полностью удовлетворены этим миром, многие пойдут на компромисс, лишь бы не видеть новых жертв и разлада среди товарищей. Это и есть плоды наших ежедневных кропотливых изысканий и сбора информации. Мы воспользуемся нашим численным преимуществом и мягко, без лишнего шума поглотим всех оставшихся несогласных. Вот так». «Да ладно?!» - выдохнул Сора. – «Какой же это грязный... взрослый мир!» «Эй, вообще-то в политике всегда так дела и делаются», - заверил его Сакра. – «Ну... недовольство и ненависть всё равно останутся. Этого не избежать. Подобные вещи нам придется усмирять годами, а может, и веками. Вот поэтому нам и нужно, чтобы у руля встали порядочные лидеры, способные продлить эту мирную эпоху как можно дольше. И в самом конце... ту ненависть, которая никак не утихнет, и тех, кто всё равно будет рваться в бой, будет лучше всего направить прямиком на меня и на Лорда Демонов. Именно для этого мне и нужен этот ярлык ‘предателя’!» Смятение полнило душу Соры...
«Вот такая уж это неблагодарная роль...» - ворчал Исрат. – «Я ведь хотел как можно сильнее уменьшить число тех, кто окажется во все это вовлечен. И надо же было такому случиться, что я раскрыл всё именно перед тобой, Селика». «Ты изо дня в день заботишься о молодом господине, и должен это понимать», - улыбнулась та в ответ. – «В последнее время ты выкраивал хоть немного времени, чтобы побыть с молодым господином, обучал его политике и боевым искусствам, пытаясь наладить связь между отцом и сыном. Я подумала, не принял ли ты какое-то трагическое, суровое решение, и решила провести небольшую разведку, чтобы прощупать почву». «То есть, Галлерио просто не сумел до конца всё скрыть, вот оно что», - резюмировал Исрат, и Кошак вздрогнул: «Нет, ну это... как бы... Проницательность госпожи Селики оказалась слишком острой, так что я случайно...» Лорд Демонов вздохнул: что ж, сделанного не воротишь... «Я намеренно так поступил, чтобы последствия не коснулись ни тебя, ни детей», - заверил он Селику, и та кивнула: «Я прекрасно это понимаю. Победим мы в этой войне или проиграем, этот заговор должен быть исполнен любой ценой, чтобы гарантированно сохранить жизнь моим детям. Но для этого ведь нужно как можно больше помощников, которым можно полностью доверять, разве нет?.. Не беспокойся! Как только всё свершится, я с невозмутимым видом отрину тебя и остальных. А до тех пор... пожалуйста, позволь мне служить тебе и оставаться на твоей стороне». Исрат рассеянно кивнул, гадая, куда подевались дозорные. Со стороны оговоренного с противником места встречи донеслись звуки боя...
«Дальше этого места я вас не пропущу», - отчеканила эльфийка. – «Наш капитан должен оставаться таковым и впредь!..» «Похоже, разговор подслушали», - пробормотал Сакра, созерцая сподвижников. – «Ну и облажался же я!» «Так значит, пока мы тут рискуем своими жизнями в бою, вы за нашими спинами уже договаривались о мире?» - с вызовом бросил пуклипо. «А в это время… были те, кто погиб, вообще ничего не зная!» - воскликнула ведди. – «Я категорически не могу с этим смириться». «Похоже, тот, в ком сильнее всего кипело недовольство, сделал первый ход...» - пронеслось в разуме Сакры, и выкрикнул он: «Оправданиям здесь не место! Не могли бы вы прямо сейчас принять это и позволить нам пройти дальше!» «Уже слишком поздно!» - выпалили воители, ринувшись в атаку. – «Ты ведь не собирался проявлять милосердие к демонам, верно?!» Она вещали о победе, и Сакра, отражая натиск, не разумел, как вообще в сложившейся ситуации мыслят они об оной. Для победы у ревнителей Истинного Солнца критически недостает ресурсов...
«Это вовсе не воины Истинного Солнца!» - воскликнул Галлерио, с тревогой созерцая силы противника. «У них на стягах – герб Веринарда!» - отметили сопровождающие Исрата дракониды. – «Почему здесь солдаты Веринарда?!» Командующий силами Веринарда отдал приказ готовиться к бою – стало быть, сведения, переданные Аскис, верны, и Лорд Демонов остается на равнине лишь с немногочисленными сопровождающими... «Какое коварство!» - возмущались дракониды. – «Нас провели?!» «Нет, это не в стиле Сакры», - отозвался Исрат, взирая на замершую в отдалении огрессу. – «Пожалуй, я все же спрошу для проформы. Что все это значит, госпожа вице-капитан?» «Ради того, чтобы гарантировать вам, демонам, безопасность, почему мой наставник должен нести на себе позорное клеймо предателя?!» - выпалила Аскис в гневе. «И то верно...» - улыбнулся Исрат, и Аскис рассвирепела: «Я убью тебя прямо здесь и сейчас! Тогда наставник навсегда останется нашим капитаном!» Она бросилась в атаку...
Сакра сражался с огрессой и эльфийкой. «Прекратите! Хотя бы выслушайте...» - начал он, и отрезала огресса: «Разговоры бесполезны! Ты ведь тоже молчал, потому что понимал, что словами нам ничего не докажешь?!» Хлыст эльфийки захлестнул ногу Сакры, и тот тяжело рухнул наземь. «Аскис готова была последовать за тобой в самую преисподнюю!» - выкрикнула эльфийка в гневе и отчаянии. Вновь поднявшись на ноги, Сакра склонил голову, пробормотал: «Так вот оно что...» «Их поведение...» - обратился к капитану Сора. – «Тебе не кажется, что с ними что-то не так?! Для тех, кто просто пытается нас остановить… в них слишком много жажды крови». Сакра нахмурился, созерцая пятерых противников. Действительно… Как бы сильно кровь ни ударила им в голову, они не из тех, кто станет нападать, даже не попытавшись поговорить. Почему же напали? К чему вся эта спешка?.. Неужели кто-то еще пытается их подставить?.. «Дело плохо», - проронил Сакра. – «У меня появилось просто ужасное предчувствие!» Пятеро авантюристов вновь ринулись к Сакре и Соре. Сознавал Сакра, что не позволят противники ему прорваться к Аскис... На помощь к капитану подоспел отряд ревнителей Истинного Солнца, среди которых означились Гами и Гири. Признались последние: они опасались: что вице-капитан сделает нечто, весьма опасное, вот и бросились по ее следам. И, хоть и не приняли они для себя устремление Сакры, намеревались предотвратить трагедию, которая могла вот-вот произойти!.. Воители вознамерились связать боем преданных Аскис авантюристов, велели Сакре и Соре бежать к вице-капитану. Поблагодарив подначальных, Сакра, сопровождаемый Сорой, ринулся прочь, а воители Истинного Солнца схлестнулись друг с другом... Гном Хадзи, сражавшийся против преданных Аскис воителей, обнаружил, что пребывают те под действием магических чар. Посему сосредоточились бойцы на том, чтобы снять оные с пятерых авантюристов и вернуть тем трезвость рассудка. Пятеро пребывали в смятении, бичуя себя за то, что позволили магическому воздействию управлять своими действиями. «Говорить ‘управлять’ не совсем точно», - поправил их Хадзи. – «Довольно трудно полностью подчинить разум таких мастеров, как вы. Вас просто заставили потерять контроль над теми сильными чувствами, что уже были у вас внутри. Ведь то, что капитан предал нас — это все-таки правда...» «Но... кто вообще мог сотворить подобное?» - задавались вопросом пятеро. – «Это точно был кто-то из тех, кто находился рядом с вице-капитаном...» «Ну нет, нет, нет...» - прозвучал голос, и ревнители Истинного Солнца обернулись, зрев приближающегося к ним командующего силами Веринарда. – «На самом деле ваш капитан пользуется огромным уважением у всех вас. Даже когда предательство раскрылось, о его чувствах все еще пекутся. Тот, кто стоит во главе армии, именно таким и должен стремиться быть. Однако... вот ведь незадача. Так дело может разрешиться слишком мирно». Воители узнали в командующем ведди, который частенько общался с Аскис, обсуждая снабжение отряда припасами и обеспечивая связь с иными землями. «А ведь мне хотелось, чтобы вы поревели и побуянили еще сильнее!» - признался командующий, ухмыляясь. – «Прямо как ваша вице-капитан! А теперь вам остаётся только умереть здесь... У меня нет другого выбора, кроме как сделать вас семенами для новой ненависти!» На глазах опешивших воителей командующий и солдаты Веринарда отринули иллюзорные обличья, представ демонами! Но не принадлежали они к Лунному Племени, и мудрый Хадзи утвердился во мнении, что за происходящим стоит кто-то иной, а не Лорд Полумесяца!..
«Аскис - последняя выжившая из деревни шаманов, что защищали святые земли в долине Гоз», - говорил эльф спутнику. – «Мы тогда так и не смогли защитить ту деревню. Поэтому мы хотели сделать так, чтобы хотя бы эта девочка смогла жить обычной счастливой жизнью. Мы по-своему учили ее тому, как выживать в этом мире. И даже пытались хоть как-то воссоздать шаманские техники, что передавались в ее деревне. Однако... к счастью или к несчастью, у нее оказался к этому талант. Пока мы сражались с демонами, она стала незаменимой как в качестве воина, так и в качестве командующей. И все шло своим чередом. Мой отряд, похоже, стал для нее единственным местом, где она чувствовала себя дома... Я вынудил ее вести очень одинокую жизнь...» «Все совсем не так, капитан!» - прервал его Сора. – «С чего бы ей быть одинокой, если она путешествует по всему миру вместе с тобой, капитан, и со всеми остальными из Истинного Солнца?! Короче, вице-капитан просто любит тебя! В тебя влюблена такая красивая, пышногрудая и преданная девушка, понимаешь?! Тебе что, ни капли не радостно от этого?!» «Эта девочка и правда выросла потрясающей женщиной!» - согласился Сакра. – «Но мы ведь с ней к тому же принадлежим к совершенно разным расам...» «Хотя мы с самого начала знали, что у этой истории будет плохой конец...» - сознавал он. – «Должно быть, именно это недопонимание и есть то самое предвестие трагедии». «Путь, которым я иду — это путь вечной борьбы», - напомнил Сакра Соре. – «Я могу заводить товарищей, но не могу создать семью. Я не могу заставлять кого-либо переживать из-за такого образа жизни». «Да говорю же тебе: вице-капитан ведь потому так упорно тренировалась и стала сильной, чтобы иметь возможность следовать за тобой, каким бы ни был твой путь!» - разозлился Сора. – «Я тебя спрашиваю: неужели тебе ни капли не радостно, когда такая потрясающая женщина так сильно тебе предана?!» «Я и не говорил, что мне не радостно», - отозвался Сакра. «В таком случае хотя бы просто скажи ей о своих чувствах!» - потребовал Сора. – «Иначе вице-капитан, не зная, что ей делать, будет только продолжать злиться и срываться на всех?!» «А ты, новобранец, говоришь прямо как какой-нибудь ведди», - протянул Сакра. – «Однако... и правда. Если не попробовать сказать ей об этом, то без этого никакие отношения так и не смогут начаться!» Сора одобрительно кивнул, и двое продолжили бег...
Командующий армией Веринанда приказал лучникам дать залп. Он прекрасно сознавал, что атака сия недостойна, но, если сейчас е покончить с Лунным Племенем, у Островов Венна нет будущего! Дракон укрыл крыльями Исрата и драконидов от стрел. «Придется начать все сначала», - заключил Лорд Демонов. – «Им явно нужно время, чтобы во всем разобраться между собой. Наш план тоже придется кардинально пересмотреть...» Он попытался было произнести заклятие телепортации, однако оно не подействовало. Лишь сейчас заметил Исрат установленные со всех четырех сторон равнины магические устройства – наверняка сводящие на «нет» его волшбу. Лорд Демонов был поражен тем, сколь тщательно противником подготовлена ловушка. Да и вообще, почему Веринард отрядил в такую глушь столь огромную армию? Неужто держава осталась беззащитна? Ведь есть и иные силы, которые могут напасть на нее... «Ты сможешь разрушить магический барьер?» - обратилась к Исрату Селика, и тот кивнул: «Смогу, но это займет некоторое время. Прощу будет уничтожить эти устройства...» Аскис продолжала натиск, а командующий силами Веринарда бросил своих солдат в атаку. Селика выступила против воителей-ведди, бросила Исрату: «Если мы оставим здесь после себя такую глубокую обиду, то надежды на примирение больше не будет! Ваше Величество, тебе нужно как можно скорее отступить!» Исрат велел Селике принять обличье львопса; сам же отражал выпады Аскис, увещевая ту: «Прекрати это, госпожа вице-капитан. Это ведь наверняка идет вразрез с истинными намерениями твоего капитана!» «Я прекрасно это понимаю!» - выпалила девушка. – «Но даже так я ни за что не отступлюсь! Ты заберешь моего наставника с собой! Хотя вы уже забрали и мою семью, и мою родину... А теперь еще и моего... моего наставника хотите отобрать!..» Осознал Исрат, что питает огресса к Сакре огромную любовь и уважение, и переубедить ее не удастся. Как же ему поступить?.. Если не сразить противницу, он даже отступить не сможет... Если так пойдет и дальше, то и враги, и союзники будут лишь напрасно терять своих солдат!.. Нужно с минимальными жертвами дать им понять, что их план провалился... Лорд Демонов метнулся к Аскис, нанеся той удар, и кровь огрессы обагрила землю. Аскис рухнула, как подкошенная... а в следующее мгновение в небесах показалось Ложное Солнце. Солдаты Веринарда ошеломленно воззрились на оное. И откуда оно взялось? Должно же было оставаться над землями Огрида...
Страж храма скончался... и святилище начало разрушаться. Герой и спутницы его обнаружили себя в свободном падении... но Священный Корабль, управляемый магией Эржа, означился в воздухе под ними, и трое выжили, пав на палубу судна. Руины храма же низвергнулись в море... наряду с саркофагом, пребывал в коем тот, который пять столетий спустя явит себя миру – Нергел, Владыка Бездны... Ложное Солнце взорвалось...
«О чем он вообще говорит?» - обратилась воительница-огресса к Хадзи, и отозвался тот: «Они, похоже, не из Лунного Племени. Неужели они приспешники Хранителя Разбурна?..»
«Раз Ложное Солнце уничтожено, значит демоны потеряли свой главный козырь, и по всей Астолтии начнется контратака смертных рас», - заключил он. – «Это означает, что мы победили!» «Надо же было этому случиться именно здесь и сейчас...» - поморщился Сакра, не разделяя оптимизма пуклипо. – «Дело кончится скверно...» Осколки Ложного Солнца низвергались на равнину, унося жизни сражающихся воителей. ...Раненая, Аскис созерцала, как пламя Ложного Солнца собирает свою страшную жатву. Превозмогая страшную боль, она сумела подняться на ноги, и, использовав восходящий поток раскаленного воздуха, взмыла ввысь. «Прости меня за то, что поступаю эгоистично», - прошептала Аскис. – «Я не могу позволить искрам новой войны остаться в грядущем мире!.. Прошу, наставник, встречай грядущее вместе с остальными!» Потоки пламени, объяты коими были осколки Ложного Солнца, Аскис направила на Лорда Демонов и его приспешников. А после, утратив последние силы, рухнула наземь... Исрат выжил, хоть и получил тяжелые раны, и пламя осколков, пронзивших плоть, ныне снедало Лорда Демонов изнутри. Уцелили и Селика наряду с Кошаком Галлерио; дракониды же были испепелены. «Это пламя уже не погаснет...» - прошептала Аскис. – «Пламя Ложного Солнца... Это... воплощение смерти... Оно упивается бесчисленными смертями. Используя эти страдания как растопку, оно сжигает всё новые и новые жизни!.. Я направила поток этого пламени прямиком в твое чрево! Отныне... даже тебе не сбежать от этого воплощения смерти. И как бы ты ни пытался своей колоссальной магической силой сдержать это поглощение... всё это лишь временная мера... Миряне, которых вы... сожгли дотла... Огонь... их скорби... никогда не угаснет... И однажды... непременно... ты... сгоришь...» Аскис скончалась... «Что за упорство...» - прошептал Исрат, и в глазах его отразилось отчаяние. – «Хотя нет. Правильно ты говоришь. Стоит ли сказать, что устремления нашего клана демонов принесли здесь свои плоды?.. Что за злой рок!..» Галлерио окликнул Лорда Демонов, сообщив, что из отряда выжили лишь он, Селика да один-единственный драконид, получил коий немалые ожоги. Кивнув, Исрат воззрился на подступающих солдат Веринарда, бросил Селике: «Возвращайся во дворец и передай всем, как обстоят дела. Рейзен и остальные наверняка придумают, что делать дальше». «Ваше Величество?!» - изумилась Селика. – «Что ты собираешься делать?!» «Я задержу их», - заверил ее Исрат. – «Нам нужно выиграть время. Мы не можем позволить им ворваться во дворец прямо сейчас». Не слушая возражений Селики, Исрат обратился к Кошаку: «Галлерио, я бы хотел, чтобы ты стал свидетелем. Я хочу, чтобы ты до самого конца узрел все, что произошло в этой битве... и то, что произойдет здесь дальше». «Конечно, сир!» - приосанился Кошак. – «Мои подвиги станут ведомы будущим поколениям!» Лорд Демонов просил Селику позаботиться о Малике, и та, пожелав своему повелителю удачи в бою, обратилась львопсом. Галлерио водрузил ей на спину тело раненого драконида, и Селика устремилась прочь – в направлении Иснага. Силы Веринарда устремились к Лорду Демонов, желая сразить его – даже ценой множества жертв. «В этом тоже есть свой злой рок» - прошептал Исрат, и воплощение дракона вновь возникло над его черным плащом, - «но пока наш клан продолжает жить, у нас тоже есть свои собственные интересы и обстоятельства. Так что я позволю себе побыть немного Лордом Демонов...» Исрат принял бой, который вполне мог стать для него последним...
Стоя на крепостной стене, Гоу швырял в направлении кораблей огромные валуны, однако на ход сражения сей жест существенного влияния не оказывал. «Да тут почти вся армия Веринарда!» - обратился он к Рейзену. – «Какого черта они оставили свою страну и припёрлись сюда?!» Огр и сам задавался сим вопросом. Все они зрели гибель Ложного Солнца, но эта флотилия явно вышла из Веринарда задолго до того, как это случилось. Как они могли пойти на такую авантюру?! Неужели это было подстроено в унисон с атакой на Ложное Солнце?! Да нет, это же просто невозможно! К Рейзену и Гоу подоспели двое горгулий, доложили: «Северо-восточные ворота пробиты! Вражеские солдаты ворвались внутрь замковых стен! Они... они уже хлынули прямо к королевскому дворцу!..» «Не паниковать!» - рявкнул Рейзен. – «Хоть они и застали нас врасплох, у каждого нашего отряда всё ещё достаточно сил для передышки и отпора! Оставьте дворцовую площадь, запритесь в королевском дворце и держите оборону! Мы перегруппируемся и вернем контроль над ситуацией! Мы с Гоу тоже выступим, чтобы выиграть время до перегруппировки!» Несмотря на уверенный тон, Рейзен был полон сомнений. Почему в столь критический момент рядом нет Лорда Полумесяца?.. Во врата оплота вбежала Селика, передала монстрам раненого драконида, вопросила: «Как сейчас обстоит ситуация на поле боя?» «Мы уже начали контратаку, но на устранение прорвавшихся вражеских солдат требуется время», - отвечали ей монстры. – «Часть из них уже прорвалась прямо в городские кварталы...» Селика ринулась ко дворцу, и мысли ее пребывали с детьми: «Сура... Сун... Сури... Суна... Суми... Суки...» Но солдаты Веринарда первыми добрались до беспомощных щенят, и Селика, исполнившись ярости, атаковала ведди, зубами и когтями разрывая их на части...
«Госпожа Аскис перед самой смертью использовала остатки сил и пламя от обломков Ложного Солнца, кои обратила в свет и нанесла Лорду Демонов смертельную рану», - сообщил Сакре один из солдат. – «Мы должны были пойти и добить его, но...» Он указал в сторону – на равнину, устланную мертвыми телами воителей Веринарда. «Лорд Демонов всё ещё сохраняет огромную силу, а наш отряд практически уничтожен», - доложил солдат. – «Многие погибли... Можно сказать, что ранены абсолютно все, от мала до велика. Лорд Демонов ушел в сторону своего оплота...» Подоспели воители Истинного Солнца, потрясенно воззрились на тело Аскис. Обсуждая произошедшую трагедию, они настаивали на том, что надлежит искоренить силы противника. Ложное Солнце пало еще до того, как был заключен мирный договор. Нет никаких оснований прощать врага!.. «Да, все так», - согласился с ними Сакра. – «Ситуация, конечно, скверная... Но, судя по всему, погибших меньше, чем кажется на первый взгляд. Похоже, Исрат лишь пытался остановить продвижение нашего отряда, сведя потери к минимуму. Ведь он вполне мог просто всех нас истребить... Кажется, Лорд Демонов еще не окончательно впал в отчаяние. Судя по всему, у него всё ещё есть какой-то свой замысел. И я намерен до узнать, к чему это приведёт!..» Сакре подвели азлантелопу, и Сора взмолился: «Капитан, возьми и меня с собой! Что в самом конце произошло с Лордом Демонов... Я тоже хочу это узнать!» Воители одернули Сору, напомнив ему, что следует им всем готовиться к решающей битве с силами Лунного Племени. «На самом деле, я здесь только ради этого!» - выпалил Сора. – «Я пришел сюда лишь для того, чтобы своими глазами увидеть, чем закончится эта битва! Для вас, уроженцев этой эпохи, это, возможно, прозвучит дико и непонятно, но...» Он осекся, осознав, что сболтнул лишнего. «В смысле – этой эпохи?» - озадаченно воззрились на пуклипо авантюристы. – «Кстати говоря, наш новобранец с самого первого дня, как появился здесь, был каким-то странным и загадочным парнем, верно? Наш капитан почему-то проникся к нему симпатией, да и с Лордом Демонов у него, похоже, есть какая-то связь... И ты, проигнорировав всех нас, затеял какую-то свою собственную игру за спиной у командующих?! Негодник!.. Хотя... возможно, это даже неплохо, если свидетелем финала нашей битвы станешь именно ты. Так что проваливай уже, Сора! Но раз уж вызвался быть свидетелем, сделай всё как надо, уяснил?! Запомни все, что связано с командующим и Лордом Демонов... Как воины Истинного Солнца и Лунного Племени сражались друг с другом... С какими чувствами вице-капитан Аскис в одиночку бросила вызов Лорду Демонов... Собери всю эту историю воедино и обязательно донеси её до будущего! Мы рассчитываем на тебя, Сора!» ...Верхом на азлантелопе Сакра и Сора направлялись в сторону оплота Лунного Племени, Иснага. «Почему все так тепло и охотно меня проводили?..» - гадал Сора. – «Может, это сработало какое-то чутье, присущее искателям приключений?.. А может, случилась какая-то корректировка ролевой игры? На самом деле я не знаю, но... кажется мне только что доверили нечто невероятно важное и священное! Я высеку в своем сердце всё, что отныне увижу и услышу здесь, чтобы в будущем ни за что не совершить ошибку!»
На пале брани ступил едва оправившийся от ран Зета, гадая, что это за демоны такие и куда подевался Сакра...
Рейзен и Гоу проследовали в покои Селики... замерли на пороге, зрев львопса, распластавшегося на полу в луже крови. Селика успела сразить немало противников прежде, чем пала сама... «Да как же...» - выдохнул Рейзен, узрев щенка, коего Селика закрывала своим телом. «Только эта малышка выжила..» - прошептала Селика. – «Только эта девочка... Я не смогла... не смогла защитить остальных...» «Что произошло?!» - спрашивал Рейзен, и отвечала умирающая: «Его Величество... Его Величество желал мира с Истинным Солнцем». «Что ты такое говоришь?!» - опешил огр. «Они продвигали свое начинание в строжайшей тайне, но всё обернулось против них... возникло ужасное недопонимание...» - пояснила Селика изумленному сородичу. – «Из-за того, что Ложное Солнце пало... всё... всё уже зашло слишком далеко, назад пути нет... Его... Его Величество ради защиты этой твердыни остался совсем один... Но всё же... Вражеская заклинательница обратила в свет обломки Ложного Солнца и нанесла ему смертельную рану... По... почему... почему всё обернулось именно так... Рейзен, Гоу... пожалуйста, позаботьтесь об этой малышке... О Суне». «Понял я, так что не переживай!» - вымолвил Рейзен, сознавая, что раны Селики смертельны. – «Тебе не о чем тебе беспокоиться, Селика! Эта малышка будет жить! Вместе с молодым господином! Мы обязательно вырастим из неё такого же верного и благородного, как ты или Сандзю». Селика скончалась, и неистовый Гоу взревел, не в силах сдержать свои гнев и скорбь. А после устремился к дверям чертога. «Ты куда собрался?» - окликнул его Рейзен, осторожно баюкая в ладонях малышку Суну. «Это и так ясно!» - рявкнул гном в ответ. – «Я иду убивать этих тварей!!! Я заставлю их кровью заплатить за жизни Селики и Сандзю...» «А ну стой! Ты же просто идёшь на верную смерть!» - пытался образумить собрата Рейзен, но Гоу не желал ничего слышать. «Ну и что с того?!» - бросил он. – «Прежде чем сдохну, я убью целую тысячу этих ублюдков!!! Но это всё равно никак не вернёт и не окупит жизни тех двоих...» «Всё именно так, Гоу», - тихо произнес Рейзен. – «Сколько бы голов этих тварей мы не снесли, это ничего не изменит. Единственное, что может почтить жизни Селики и Сандзю — это будущее этой малышки и молодого господина! Место для твоей смерти я лично когда-нибудь подготовлю. И оно будет гораздо лучше этого! И в тот момент я буду с тобой до самого победного конца... до самой твоей кончины! Поэтому сейчас главное — молодой господин! Чтобы обеспечить будущее нашего клана, мы обязаны сделать так, чтобы хотя бы он выжил во что бы то ни стало... Другого пути нет!» «А вот здесь ты немного ошибаешься, Рейзен», - в чертог проследовал облаченный в доспехи Малик, за спиной коего маячил верный сенешаль, Фолка. – «Я уже всё услышал от последнего выжившего воина, который смог вернуться с поля брани. Мой отец... больше... уже не вернётся в этот замок, верно? Отец часто повторял мне одну вещь. ‘Король является королём лишь потому, что он ведёт за собой свой народ’. Даже если я брошу свой народ и выживу в одиночку, в этом ведь больше не будет никакого смысла как в становлении королем, не так ли?..» «Но если мы будем держать оборону здесь, у нас уже нет шансов на победу...» - начал Рейзен, и Малик прервал его: «Я не собираюсь так поступать. Я лишь сказал, что не собираюсь выживать в одиночку. Если мы сосредоточим все оставшиеся силы в одной точке, прорвем окружение, а затем разбежимся кто куда... пусть и не всех, но мы определенно сможем спасти очень многих, разве нет? Было бы ещё лучше, если бы у нас был отвлекающий манёвр. Прямо сейчас то, чего враг желает сильнее всего — это, должно быть, моя голова...» «Не бывать этому!» - ужаснулся Рейзен. – «Этому абсолютно точно не бывать, молодой господин! Чтобы вы сами добровольно пошли в такое опасное место...» «Я же сказал, что умирать не собираюсь», - напомнил ему Малик, обернулся к Гоу. – «Гоу, ты пойдешь со мной, будешь защищать меня и сражаться. Это наверняка будет жестокая битва. Если я окажусь в смертельной опасности, тебе, возможно, придется умереть вместо меня. Ты согласен на это?» «Да я только за...» - растерянно произнес гном. – «Меня это более чем устраивает, но...» «Вот и отлично», - заключил принц демонов. – «Я уж было подумал, что ты откажешься, ведь поле боя, которое приготовит тебе Рейзен, явно будет куда более роскошным и славным...» Рейзен и Гоу переглянулись, и возопил последний: «Ты слышал это, Рейзен?! Молодой господин лично дарует мне место для смерти!» «Да будет так!» - заключил Рейзен, и вместе с Гоу преклонили они колени пред юным принцем. – «Наши жизни, что когда-то были посвящены Его Величеству Лорду Демонов Исрату, отныне мы вверяем тебе, молодой господин Исмалик! Пожалуйста, используй нас по своему усмотрению!..» «Да, я рассчитываю на вас»,- подтвердил Малик. «Времени больше нет, давай немедленно составим план побега», - предложил принцу демонов Рейзен. – «Нужно поскорее рассказать об этом всем осталь...» В чертог ворвались горгульи, выпалили, обращаясь к огру: «Толь... только что под замком внезапно разрослась какая-то таинственная лоза... И те, кто к ней прикоснулся...» Отростки лозы оплели горгулий, и оказались те обездвижены, обращены в камень. Малик бросился к окну, с ужасом воззрился на лозы, оплетающие защитников Иснага. Близ оплота пребывал Лорд Демонов Исрат, и из разлома в континууме, сотворенного им, явилась манифестация демона. От оной и исходили лозы, захлестывающие дворец и его обитателей. Галлерио с ужасом взирал на манифестацию, вспоминая древнюю легенду об индивиде, который когда-то, поддавшись чарам тьмы, обратил в камень замок и всех его обитателей. В одночасье проклятие объяло Иснаг. Более того: основание полуострова раскололось, и оплот Лунного Племени начал погружаться под воду! Корабли Веринарда отчаянно пытались отдалиться, дабы не угодить в образующийся водоворот, а Лорд Демонов продолжал вершить свою могущественную волшбу, сохраняя наследие древнего клана. «Через сто лет... или через тысячу лет...» - проносилось в разуме его, - «когда все вы проснётесь в следующий раз, пусть это будет мирная и спокойная эпоха...» Сакра направил азлантелепу к Исрату, окликнул того: «Спрятать целый дворец вместе с жителями прямо на морском дне... Ну надо же... Подобный трюк под силу провернуть только тебе, Лорд Демонов... Но хочу сказать: всё, что произошло в этот раз — целиком и полностью моя вина и моя оплошность! У меня нет никаких оправданий тому, что всё закончилось именно так!» «Излишнее самомнение и избыток романтизма, вот как это называется», - с горечью отозвался Исрат. – «Получается, они за кулисами провернули кучу трюков, только ради того, чтобы заставить нас продолжать истреблять друг друга. Цель Хранителя Ложного Солнца, нашего лидера, а также защитников Веринарда не имела никакого отношения ни к смертным, ни к демонам. Это была сама смерть в чистом виде. Чего именно они собирались этим добиться, теперь уже не узнать, но... В конце концов, Ложное Солнце пало. Планы и помыслы абсолютно каждого, кто был замешан в этом деле, пошли прахом. Какая ирония! Война — это вещь, в которой действительно невозможно предугадать будущее. А ты-то сам зачем сюда пришёл? Даже если бы ты оставил меня в живых, я бы и так скоро умер, разве нет?..» «Я не могу позволить Лорду Демонов твоего масштаба умереть вот такой жалкой смертью», - отвечал Сакра, спешиваясь. – «Я лично нанесу тебе финальный, завершающий удар!» «Какая высокомерная и пафосная манера речи», - констатировал Исрат. – «Ты ведь просто сам до безумия хочешь со мной сразиться, верно?» «Именно так всё и есть!» - хохотнул Сакра. – «Ты меня раскусил! У тебя наверняка подрастает весьма смышлёный и толковый наследник!» «Подумать только, что до самого своего конца мне придётся иметь дело с такой ужасающей глупостью», - закатил глаза Исрат. – «А ведь я должен был вести мирную и спокойную жизнь Лорда Демонов на своём троне... Похоже, мой собственный злой рок достиг здесь своего абсолютного пика... Что ж, давай покончим с этим, Сакра Алое Небо!» Обратившись к своему коню, Исрат велел тому уходить. «Прости, что не смог вернуть тебя на просторы мира демонов», - вымолвил он. – «Но... со временем в эти земли вернется былая зелень. Так что скачи там на свободе». «Моё сердце уже давно так не радовалось от битвы с достойным соперником!» - заверил азлантелопу Сакра, наблюдая, как конь Лорда Демонов скачет прочь, и согласилась та: «Немногие могут похвастаться тем, что заставили самого Лорда Демонов выложиться на полную. Ты отлично справился со своим долгом. Тебя подбросить?» Последний вопрос был адресован Галлерио. Тот не возражал, и, пожелав Исрату удачи в бою, взобрался на азлантелопу. «Эй, парень, а ты разве не пойдешь?» - обратилась та к Соре. «Эта земля скоро улетит на дно морское из-за разрушения основания!» - поддержал ее Кошак. «Я останусь», - вымолвил Сора. – «Я хочу увидеть исход битвы этих двоих! Со мной всё будет хорошо, так что летите вперед!» «Не собираюсь тебя останавливать», - нахмурился Сакра, - «но учти: ни я, ни Лорд Демонов не планируем сдерживаться в этом бою». «Ты уверен, что с тобой всё будет хорошо?..» - встревожился Сора. – «Сам я правда в порядке! В смысле, я чувствую себя полностью удовлетворенным, понимаешь?! Даже если я умру прямо здесь, настоящий я... как бы сказать, буду спокоен... В общем, я просто хочу, чтобы вы сражались без лишних мыслей и сожалений». «Настоящий ты?» - озадачился Сакра, и Сора мысленно выругал себя за поток сознания, который только что озвучил. – «Послушай-ка, парень... а ты, случайно, не из рода древних драконов?» Сора опешил, не зная, что ответить, а Сакра расхохотался: «Это просто невероятно! Ну и дела-а! И правда, никогда не знаешь, где пересекутся линии судьбы! Подумать только, в таком отчаянном положении меня всё еще ждет новое, волнующее приключение!» «Сакра-а-а!» - раздался вопль. К капитану со всех ног бежали воители Истинного Солнца, ведомые Зетой. «Что ты творишь?!» - вопил тот, и отозвался Сакра: «Прости, Зета, но Лорд Демонов – моя добыча!» «Я не уступлю-у-у-у!!!» - орал Зета. – «Сразить его... Сразить этого ублюдка — это мой...» «Разве не беспечно с твоей стороны заявиться сюда раненым?» - добродушно хохотнул Сакра. – «К тому, разве ты не тот, кто потерял абсолютно всё еще год назад? Ребята, я поручаю всё, что будет дальше, вам!» Авантюристы схватили Зету за руки, удерживая его, не позволяя примкнут к Сакре. «То, что ты делаешь — это просто безответственность», - заявил Сакре Исрат. – «Если подумать о вице-капитане, которая пожертвовала собой, чтобы спасти тебя... у тебя наверняка были и другие пути...» «Мне нечего сказать в ответ», - пожал плечами Сакра. – «Но таков уж мой путь...» «Если бы можно было жить вот так просто, насколько же легче бы всё было», - хмыкнул Исрат. – «Я уже и забыл, как давно это было. Броситься на поле боя, где жизнь и смерть идут рука об руку. Поставить на кон свою хрупкую жизнь и проверить эту самую возможность — в этом и есть истинная суть воина. С каких это пор я начал сдерживать себя, повторяя, что это недостойно того, кто носит титул Лорда Демонов». Сора с тревогой наблюдал, как Сакра и Исрат обнажили клинки, дабы сойтись в финальном противостоянии – сразиться в полную силу. Из разлома в континууме в плаще Исрата появилось воплощение Оргодемира, Сакра же призвал великого демона иллюзий – огромного четырехрукого гиганта. Две могущественных сущности схлестнулись друг с другом... «Говорят, битва между предводителем Лунного Племени — Лордом Полумесяца — и господином Сакрой была великим зрелищем!» - вспоминал Сора слова деда, Оркана. – «Последний поединок один на один, расколовший небеса и землю!» И сейчас воочию наблюдал он сие ужасающее противостояние. Демон иллюзий поверг манифестацию Оргодемира, но ту тут же сменило иное воплощение – древнего Короля Демонов Зомы. Заклинания, высвобожденные тем, оборвали жизнь отважного пуклипо Соры, и ролевой игрой тому был предложен выбор: воскреснуть с помощью заклинания союзника или же воскреснуть в церкви. Будучи бесплотным духом, витавшим над полем брани, Сора наблюдал за происходящим. Рушились скалы, раскалывалась земная твердь, и воители Истинного Солнца со вех ног бежали прочь, спасая свои жизни. Взирая на погружающийся в море Иснаг, Сора поражался жестокому исходу военного конфликта. Множество трупов монстров и солдат Веринарда остывали на камнях крепости, и Сора в отчаянии задавался вопросом: почему все обернулось именно так?! Он не позволял себе отводить взгляд от страшных образов. «Нельзя списывать это всё со счетов... легкомысленными словами вроде ‘почему всё так’», - убеждал себя Сора. – «То, как миряне плетут историю — это всегда столкновение множества сложных обстоятельств. Грубыми словами или красивыми словами легко манипулировать смертными, собрав их вместе, но слова, которые отметают всё лишнее, в итоге приводят к тому, что различные взгляды на вещи перестают сходиться. Нельзя переставать думать или сомневаться! Иначе в том, что я пришел сюда, не будет... никакого смысла... И все те чувства и надежды, что мне доверили, окажутся напрасными!..» Сакра и Исрат продолжали бой; оба были изранены, покрыты кровью. Оба пали, и в последние мгновения своего смертного существования обратил Сакра помыслы свои к загадочному новобранцу-пуклипо, Исрат же – к сыну, Малику. Пусть в будущем все у них сложится... «Я хотел оставить тебе мирное и спокойное будущее, но всё, что нынешний я может тебе оставить — это лишь время», - пронеслась в разуме Лорда Демонов последняя мысль. – «Иди вперед. Советуйся со всеми – и веди их за собой. Ты больше не один...» А затем пришла тьма... ...Собравшиеся на утесе воители Истинного Солнца взирали на морскую гладь, занявшую место оплота Лунного Племени. Лица их были искажены скорбью, ибо оплакивали они гибель своего капитана, Сакры Алое Небо. «Что мы будем делать дальше, Зета?» - обратились к ведди авантюристы. «Почему вы меня спрашиваете?» - огрызнулся тот. «Но ведь капитан перед смертью попросил тебя позаботиться обо всех, разве нет?!» - напомнили ему. – «Ты ведь бывший монах и вел за собой целый орден, верно? Разве ты не подходишь на роль лидера?» «Получается, мертвому дураку уже и слова против не скажешь...» - фыркнул Зета, предложил сподвижникам: «Давайте восстановим деревню. Те, кто может остаться — останьтесь. На этой земле собралось слишком много усопших. Для начала... нужно всех их похоронить». Ракси держалась вдали от остальных. «Значит, это и есть конец твоего приключения?» - прошептала гнома. – «Это было на удивление трогательно... Но... похоже, это в этом и был весь ты, Сакра. Ну что ж... Что теперь делать мне? Ближайшие несколько сотен лет наверняка будут мирной эпохой восстановления, верно? Вряд ли мне так скоро снова попадется соперник уровня Гоу. Из-за затяжной войны сама цивилизация изрядно пришла в упадок... Может, снова немного вздремнуть... и подождать следующую эпоху?» Ракси направила причудливую машину, коей управляла, прочь через пустошь...
«В любом случае, начинание чертовски опасно», - молвила Упипо, помогая сподвижникам разбирать заявки. – «Так что авантюристам со слабенькими навыками его точно нельзя доверять!» «Особенно на первой фазе операции», - согласился с нею Алек. – «При плохом раскладе есть вероятность, что нас мигом полностью уничтожат. Нужно собрать исключительно лучших». Гиб вздохнул. Ему бы хотелось просить о помощи Джей-Би и Юлура. Но последний занят собственным приключением... Где же сейчас Джей-Би и Кагеро?..
К эльфийке приблизились двое искателей приключений – Така и Кимидори, осведомившись, собирается ли та отправиться в Веринард, чтобы спасти попавших в беду друзей. Кагеро призналась: ей нужно было время, чтобы восстановить чуть заржавевшие навыки, но сейчас она готова вернуться на стезю авантюристки...
«Да ладно, это ты, Дэн, что ли?» - хмыкнул Джей-Би, обернувшись к приближающемуся огру. – «Вообще-то это одно из моих любимых тайных убежищ. Хватит заваливаться сюда без спроса, ясно?» Выглядел гном неважно: голова и руки были перевязаны бинтами. Бросив быстрый взгляд на спутницу Джей-Би, авантюристку-эльфийку, Дэн процедил: «Серьезно, ты торчишь в такой глуши уже целых три месяца. Я уж думал, мне придется искать тебя по всему свету... Но что с тобой приключилось? Что это за раны? Ты же весь потрепанный...» «А, не обращай внимания», - осклабился Джей-Би. – «Они уже почти зажили. Они нужны мне для кое-каких приготовлений к следующему шагу». «Приготовлений?» - озадачился огр. «Ты про то, как этот тип, Гиб, сейчас собирает авантюристов в Веринарде от имени королевы?» - уточнил Джей-Би, с удовольствием уплетая куриную ножку. – «Эта его приготовления как раз только что завершились». «Ты откуда об этом пронюхал?!» - растерялся Дэн. – «Как ты вообще умудряешься добывать информацию, находясь в такой глуши...» «Ну, тут много всяких каналов», - хохотнул Джей-Би. – «В большие уши дварфов стекается самая разная информация со всего света». «И кстати, что это еще за приготовления?» - вновь повторил вопрос огр. «Секрет», - отозвался Джей-Би, обратился к спутнице: «Ты отлично справилась за такой короткий срок, Ирит». «Еще бы», - молвила эльфийка. – «Это ведь была просьба не от кого-то там, а от тебя. Сперва, когда я услышала эту задумку, я подумала, что это полный бред. Но... это оказалась довольно интересная работа». «А кто эта барышня?» - осведомился Дэн. «Это Ирит, моя коллега-следопыт», - просветил его гном. – «Время от времени я поручаю ей кое-какую работу». «Так ты и есть Дэн?» - обернулась эльфийка к огру. – «Наслышана о тебе». Дэн покачал головой. Они с Джей-Би знакомы уже десять лет, но связи того среди авантюристов Астолтии кажутся поистине невероятными. «Ладно!» - заключил Джей-Би. – «Тогда, пожалуй, пора нам отсюда уходить». «Погоди!» - растерялся Дэн. – «Я ведь только-только добрался сюда!» Гном и эльфийка принялись сворачивать лагерь. Размышлял Джей-Би о том, что стало известно ему в последние часы. «Рейзен, старик-львопес, который был рядом с Лазу», - проносилось в разуме его. – «Он вел себя совсем не так, как раньше. И говорят, юная леди кричала, что он — первопричина всего этого. Не верится, конечно... Но судьбы искателей приключений — штука такая, никогда не знаешь, где они пересекутся...»
«Чего тебе, Суна?» - обернулся к ней Малик. «Пожалуйста, прекрати то, что ученые творят с принцессой... с госпожой Лазурией!» - выпалила Суна. – «Если... если это продолжится, разум принцессы просто...» «Ситуация, в которой мы оказались, требует этой жертвы, вот и всё», - бесстрастно произнес принц демонов. – «Ты и сама должна это понимать». «Но даже без всего этого принцесса наверняка... уже начала открывать нам свою душу?!» - воскликнула Суна. «Я лишь хочу сказать, что мы осознали своё положение», - отрезал Малик. – «Потребуется время, прежде чем мы сможем морально подготовиться к войне с народом Астолтии. Враг уже прознал о существовании этого уединенного подводного дворца и зашёл так далеко, что засылает сюда шпионов. Масштабное вторжение — это лишь вопрос времени. Времени на раскачку у нас больше нет. Суна, ради какой цели ты собираешься сражаться в этой войне? Хорошенько подумай, скольким ты готова пожертвовать ради этого». «Я...» - выдавила Суна, пребывая в полном смятении чувств. – «У меня нет других желаний, кроме как поддерживать великие устремления молодого господина!» «Я даю тебе временное освобождение от обязанностей», - проронил тот. – «Тебе не нужно участвовать в следующей битве». «Что?» - опешила Суна, и пояснил Малик: «Если будешь сражаться с таким настроением, то погибнешь. И утащишь за собой своих союзников». С этими словами Малик, сопровождаемый двумя львопсами, устремился прочь. «Ты уверен, что это было правильное решение?» - осведомился Гоу, когда удалились они на достаточное расстояние. «Лорд сам становится демоном лишь для того, чтобы уберечь такого ребенка от необходимости принимать столь жуткое обличие», - вымолвил Малик. – «Я проявил мягкость?» «Нет, ну что ты», - отвечал Гоу. – «Мне лишь бесконечно стыдно за себя, ведь это мы, старики, довели ситуацию до того, что такому юноше, как Ваше Высочество, приходится говорить подобные вещи». «Ты что, пытаешься меня отчитывать?» - хмыкнул Малик. – «Но, похоже, мой характер как раз идеально подходит для принятия решений такого рода. Если это должно быть сделано, я это сделаю. Так даже проще, когда руководствуешься только этим». «Правда? И это действительно всё, что тобой движет?» - поинтересовался Рейзен. – «Судя по тому, как усердно в последнее время ты тренируешься, ты явно стремится обрести силу, далеко превосходящую ту, что необходима нам прямо сейчас. В конце концов, ты ведь собираешься однажды провозгласить себя Лордом Демонов. Поэтому, сколько бы силы у тебя ни было, её всегда будет мало». Малик отрешенно кивнул. «Прошло уже 10 лет с тех пор, как я пробудился в сем мире», - размышлял он, воскрешая в памяти события последних лет. – «Во внешнем мире пролетело уже пятьсот лет, и пускай разум только-только начал свыкаться с этой реальностью, стоит подумать, что время оставило тебя позади, как оно тут же начинает подгонять со спины. Жизнь — штука, которая никак не хочет идти по-нашему». Он ступил на площадь, собралась на которой его армия – Лунное Племя, монстры и демоны. «Всем преклонить колени!» - прозвучал приказ. – «Вами предстает Его Светлость молодой принц демонов Исмалик!» Дракониды, горгульи и прочие монстры опустились на колено, и изрек Малик, обращаясь к подначальным: «Видеть, как все мои полководцы снова выстроились предо мною — поистине величественное зрелище. Я рад, что вы все благополучно вернулись». «Коси! Варш!» - приветствовал воителей Рейзен. – «Благодарю за ваши долгие и усердные труды по исследованию мира демонов! Доложите Его Высочеству о текущем состоянии земель нашего клана». «Катаклизмы, что некогда обрушились на наш клан, к настоящему времени утихли», - обратился к Малику Коси, - «однако извергнувшаяся в прошлом скверна стала питательной средой, из-за чего там буйно разрослись крайне ядовитые растения. Кроме того, эти земли превратились в суровый демонический край, где теперь разгуливают избравшие его своим логовом злые драконы и демонические ящеры». «Значит, возвращение туда всё-таки невозможно», - зароптали монстры. – «А ведь так хотелось ещё хоть разок взглянуть на горы родного края...» «Именно поэтому мы должны прорубить себе путь к новым землям в этом мире!» - возвестил Малик. – «И битва ради этой цели начинается прямо сейчас! Пусть Ложное Солнце закатилось, но Луна Возмездия непременно взойдет вновь! Доведя эту войну до победного конца, я унаследую престол своего отца – и стану именоваться Лордом Демонов Исмаликом!» Монстры взревели, приветствуя устремление своего господина...
В ирреальности, порожденной измученным разумом, бежала она по пустоши, пребывали в которой мертвые, истлевшие тела ее былых спутников-авантюристов: Соры, Гиба, Урипо... «Это иллюзия!» - кричала она, продолжая бег – прочь от жутких образов. – «Это фальшивый сон!» «Если это так, то что же тогда было настоящим?..» - шипела черная сущность, маячившая за спиной Лазурии. «Настоящее?» - та остановилась, переводя дыхание и собираясь с мыслями. – «Я — девушка по имени Лазурия. Я подруга Соры, Гиба, Урипо и остальных. Я путешествовала по самым разным уголкам Астолтии и повстречала множество новых знакомых. Очень много! И нам было так весело вместе! Не бывать такому, чтобы всё это оказалось ложью!..» «Имя — это ведь всего лишь знак, чтобы отличать тебя от других, разве нет?» - шипела черная сущность. – «Неужели оно способно столь надежно подтвердить твое существование?..» «Заткнись! Заткнись! Заткнись!!!» - взвыла Лазурия в отчаянии. – «Да что ты вообще об этом знаешь?! Я просто обожаю свое имя! Это имя, которое связывает меня... меня и всех остальных... Сора... дал его мне... Я была так искренне рада тому, что встретила всех их всех!» «Связывает?» - ухмыльнулась сущность. – «Но всё то, что ты считаешь ‘связью’, разве это не просто видимость?..» Чуть поодаль возникли образы Урипо и Гиба. «Она ведь совсем не такая, как мы», - говорила пуклипо гному, и тот соглашался: «Эта девочка — чуждое для нас существо». «Ты ведь отличаешься от всех нас», - обратилась к потрясенной Лазурии манифестация Соры, порожденная черной сущностью. – «Поэтому тебе нельзя входить в круг наших жизней». ...Лазурия истошно закричала, забилась в путах, и Эстория поспешила отключить магомеханическое устройство, молвив встревоженно: «На сегодня всё! Хватит с неё!» «Похоже, всё обернулось куда более хлопотно, чем ожидалось...» - усмехнулся Плаку. Лазурия обмякла, удерживаемая путами-лозами над платформой; дышала она тяжело, а тело ее покрывали причудливые узоры – драконьи жилы. «Я думала, что с позволения молодого господина мы сможем без труда сломить её эго грубой силой, но...» - развела руками Эсторис, созерцая пленницу. «Если она продолжит так отчаянно сопротивляться, её тело просто истощится и она умрет!» - отметил Зофин. «Всё в порядке!» - отмахнулась Эбби. – «С каждым днём мы всё равно шаг за шагом загоняем её в угол. Рано или поздно она сдастся. Значит... и завтра, и послезавтра мы продолжим наслаждаться этим сполна... мая милая горошинка». «Но почему показ гибели её друзей должен быть для неё мучением?» - задался вопросом Зофин. – «Можно ведь просто превратить их в зомби и снова играть с ними!» «Ну, понимаешь, тут дело в том...» - начала Эсторис, но передумала, отмахнулась: «Ладно, забудь. Тебе и так сойдет». «Конечно, всё именно так, как говорит Эбби — мы загоняем её в угол», - размышляла Эсторис, глядя на измученную ментально и физически Лазурию, остающуюся связанной лозами по руками и ногами. – «Если перекрыть доступ к информации из внешнего мира и постоянно пичкать только страхом и отчаянием, то любое сердце рано или поздно обязательно разорвется. Но... как столь юное сердце умудряется держаться до сих пор?.. При том, что враги могут нагрянуть сюда в любой момент... Эта девчонка может оказаться куда более проблемной, чем казалось...» Завершив на сегодня эксперименты, демонические ученые устремились прочь из каверны, и черная сущность проводила их взором... Позже в пещеру заглянула Суна, протянула Лазурии бант с притороченным к нему лазуритом. «Принцесса, вспомни!» - молила эльфийка, и прошептала драконица: «Точно... Я... Лазурия...» «Прости меня...» - Суна чуть не плакала. – «Прости! Это всё, чем я могу тебе помочь...» «Всё в порядке», - улыбнулась Лазурия. – «Спасибо тебе за всё, Суна. Когда я вижу цвет этого камня... мне... правда становится намного легче на душе... Сколько бы раз это ни происходило... я всегда могу снова обрести себя...» «Но даже если мы продолжим делать это, твой разум будет лишь сильнее страдать!» - стенала Суна. «Лента, которую ты приторочила к камню, изначально ведь принадлежала твоей маме, верно?..» - молвила Лазурия, разглядывая бант в руках Суны. – «Я осознала это, находясь внутри пространства ролевой игры. Селика ведь действительно была замечательной». «Поэтому...» - лицо Суны внезапно исказила злобная гримаса, - «нельзя же постоянно вот так жульничать, правда?» Лазурия с ужасом осознала, что довлеет над разумом Суны черная сущность, а Эбби, ступив в пещеру, заливисто рассмеялась: «Так вот в чём крылся весь секрет? То-то я думаю, с чего бы это её разум умудрялся так неестественно долго держаться... Подумать только, ты защищала свое сердце с помощью столь сентиментальной безделушки... Ах... какой же это, право, трогательный и самоотверженный настрой...» Драконица пребывала в смятении, что не укрылось об Эбби. «Сейчас... у тебя просто превосходное выражение лица, моя милая горошинка», - промурлыкала демонесса, устремилась прочь, увлекая за собой Суну. – «Мы выбросим этот камень! Все хорошо! Душа моей милой горошинки уже приближается к своему истинному облику!» Лазурия смежила веки; осознание полной беспомощности объяло разум... ...Приблизившись к основанию водного вихря, пребывающего в центре Иснага, Суна швырнула в него лазурит, и камень исчез в водовороте. «Ну вот, с этим покончено», - одобрительно прошипела Эбби. – «Мы стали еще на один шаг ближе к возрождению Луны Возмездия! Ты проделала отличную работу, Суна! Молодой господин наверняка тоже будет очень доволен!» Черная сущность оставила разум Суны, и эльфийка опешила, с ужасом осознав, что натворила...
«Ну наконец-то ты вернулся!» - приветствовал его дракона, а морские монстры заявили, пританцовывая: «Сидеть там без продыху целых два дня — это уже чересчур!» «Просто сюжет там наконец-то подошел к кульминации», - смущенно пояснил им Сора. – «Я прямо до самого конца не мог оторваться... Ох, и проголодался же я!..» «То есть ты уже досмотрел до самого финала?» - уточнил Хорзейз, и Сора подтвердил: «Ага... Это была невероятная история». «Правда?» - усомнился дракон. – «Только вот лицо у тебя какое-то слишком уж обычное для такого момента». «Ну, как сказать...» - вымолвил ведди. - «С одной стороны, это была грустная история. Но в то же время это был рассказ о самых разных мирянах, которые до самого конца твердо следовали своим искренним чувствам. Так что её не получается просто взять и назвать обычной ‘трагедией’ или просто ‘хорошей сказкой’... А вообще, я тут переживал, как бы с Лазу чего не случилось, пока я был в игре. Но пока что её линии-дополнения не подают никаких тревожных знаков. Так что я вроде как немного успоко...» Сора осекся, ощутив, будто телу его чего-то не хватает... И действительно: линии-дополнения бесследно исчезли, и боле он не обладает ими!.. Стало быть, Лазурия может быть в опасности, а он ничего не почувствовал!.. «Я не могу просто так сидеть!» - воскликнул Сора, вскакивая на ноги. – «Мне нужно идти спасать Лазу...» Морские монстры передали Соре недавно доставленное тритоном письмо от Гиба, и прочел ведди: «Тора нашла оплот Лунного Племени и проникла туда. Мы разузнали кое-какие подробности их внутренних дел, но спасение Лазу провалилось... Более того, там объявилась какая-то другая черная сущность, и это скверно...» Дочитав письмо до конца, Сора возликовал: «Собрать искателей приключений и создать штурмовой отряд?! О... он хорош, этот Гиб! Да это же буквально сила сотни воинов! Отлично, я тоже прямо сейчас...» «Но как именно ты собираешься добраться до оплота Лунного Племени?» - осведомился древний дракон. – «Он ведь находится под водой близ Островов Венна?» «Я думал, ты, как дракон, забросишь меня туда со свистом...» - несмело предложил Сора, - «и я такой ‘вжух’ — ворвусь и всех раскидаю?» «Не пойдет», - отрезал Хорхейз. – «Будучи древним драконом, я не могу оказывать такое прямое физическое вмешательство в дела мирские. «Мы испытываем интерес к тому, какое влияние на историю Астолтии окажет такой ‘вершитель судеб’ как ты. Поэтому мы даем тебе лишь необходимый минимум знаний, чтобы ты не совершил глупых исторических ошибок. Но мы не можем напрямую наделять силой, которой жители нынешней Астолтии не обладают. Иначе получится, что это мы управляем историей!» «Но ведь на самом деле изначальная сущность Лазу наделила меня силой линий-дополнений», - напомнил дракону Сора, и тот отмахнулся: «Ну, то было своего рода исключением! Линии-дополнения — не такая уж сильная способность, если пользователь не приложит смекалку. Это лишь способ расширить твои возможности. Взять хотя бы ‘Драконьи когти’... Кстати говоря, эти линии-дополнения сейчас вообще пропали, и что ты собираешься с этим делать? Разве сражаться с тем самым молодым господином из рода демонов не будет слишком сложно?» «Да какая разница!» - пожал плечами Сора. – «Гиб ведь соберёт кучу опытных искателей приключений, верно? Там наверняка полно ребят, которые сильнее меня! Так что всё хорошо! Но... если думать о том, что для Лазу сейчас важнее всего – так это делать все ради нее, а это как раз моя задача... Я пока не знаю, какой исход этой грядущей битвы будет правильным, но как минимум, подсказку к этому мы получили от каждого из воителей Истинного Солнца! Я должен передать сие своим сподвижникам!» «Не знаю, что ты там повидал в прошлом», - усмехнулся Хорхейз, - «но твое лицо стало выглядеть еще более уверенным и волевым! Что ж, удачи тебе с таким настроем!» Потеряв всякий интерес к происходящему, древний дракон скрылся под водой, а местные тритоны предложили Соре доставить его в Веринард...
Среди прочих ступили в город воительница Каири, сопровождаемая феей-ангелочком Мюми и феей-демоненком-Панянян, аристократка Эйда наряду с телохранителем-ведди Фуки и дворецким-пуклипо Юкинкаку. «Ого! Собрались одни лишь сильные, но крайне своенравные ребята!» - восхищался Алек, созерцая кандидатов в штурмовой отряд. «Мы-то их собрали, но... сможет ли такая толпа объединиться в единый отряд?..» - задавалась вопросом Мальтина. «Тебе не о чем беспокоиться, госпожа Мальтина!» - пропела Эйда, услышав брошенную чародейкой фразу. – «Я, со всей своей бьющей через край харизмой, великолепно поведу всех за собой! Вот увидишь! И в этот раз я наглядно покажу, кто из нас двоих — ты или я — настоящая светская львица!» «Эйда!» - опешила Мальтина, не ожидая встретить среди авантюристов былую соперницу. – «И ты тоже пойдешь в авангарде первого отряда?! Но это же опасно!» «Ну разумеется!» - отозвалась та. – «Компания твоего отца, ‘Эскода’, вложила в эту войну столько средств, что мы просто не можем проиграть! К тому же... главное оружие этой операции было построено на фабрике моего отца! Я лучше всех знаю, на что оно способно!» Как оказалось, Мальтину и ее спутников определили в последний, четвертый отряд, в то время как Эйду – в первый, ведь умолила та отца сделать ее советницей по эксплуатации оружия, которое пройдет полевые испытания на поле брани. Фуки заверил озадаченного Рубиби: они с Юкинкаку непременно защитят госпожу Эйду. «Раз уж вы так не уверены в своих силах, то, может, вам стоило остановить свою госпожу, пока была возможность?» - не удержался Фуки, поддел эльфа-целителя, и тот не нашелся с ответом. «Похоже, тебя распределили в самый-самый конец...» - пропела Эйда, наслаждаясь замешательством Мальтины. – «Как жаль, правда? Вам и не нужно будет выходить на поле боя! Ведь я сама со всем разберусь!» «Да...» - приуныла Мальтина. – «На самом деле я и сама хотела бы помчаться туда как можно скорее, но... Эйда, прошу тебя! Тот парень, Сора, обязательно ворвется куда-то в самый разгар этой битвы! И он точно снова начнет творить какие-нибудь безрассудства. Если увидишь его, пожалуйста, помоги ему!» «Вот еще! С какой стати?!» - фыркнула Эйда. – «Ну, наши родители так решили, так что тут ничего не поделаешь! Но как я уже сказала, вам там вообще не придется ничего делать! Вам лучше сидеть в этом замке в тепле, чтобы не простудиться! А ради красоты — принимайте побольше витаминов и клетчатки, хорошенько высыпайтесь и не забывайте про умеренные физические нагрузки!» «Спасибо тебе, Эйда», - пробормотала Мальтина. Эйда была исполнена решимости защитить Мальтину, и Сора, за которого та так переживала, ей уже не нравился – хоть и не были они знакомы. Фуки и Юкинкаку переглянулись: их хозяйка, конечно, та еще зануда... но в этом и заключается ее прелесть. Стоя на балконе замка, Гиб, Урипо и командующий Абельк наблюдали за прибывающими в город авантюристами, откликнувшимися на их зов. «Приветствую вас!» - обратился к собравшимся на замковой площади авантюристам гном. – «Я – Гиб, организатор этой операции. Огромное спасибо всем вам за то, что собрались здесь сегодня! Все вы — эксперты и специалисты, которые необходимы для нашей грядущей операции! Если это возможно, мы бы очень хотели, чтобы в ней приняли участие абсолютно все из вас!» «’Все’...» - пробормотала воительница-огресса, озираясь по сторонам. – «Хотя, надо сказать, нас здесь набралось всего тридцать-сорок». «Как-то маловато для штурма целой крепости, тебе не кажется?..» - согласился с нею сородич. «К тому же эта крепость находится посреди моря, а из входов там нашли всего один узкий лаз, верно?» - сомневались авантюристы-ведди. – «Они там явно настороже. Не удивлюсь, если там полно ловушек». «Короче говоря, план в том, что я возглавлю штурм и разнесу там всё в щепки!» - воодушевилась Каири. – «Аж кровь кипит!» «С учетом всех этих моментов, сейчас я подробно объясню вам суть нашего плана», - продолжал обращаться к авантюристам Гиб. – «Поскольку операция предстоит крайне опасная, вы вполне можете принять окончательное решение об участии уже после того, как выслушаете меня, однако в самом этом объяснении будут содержаться важные секретные данные. Поэтому, даже если вы откажетесь участвовать, вам придется остаться в этом замке под арестом до завершения первой фазы операции... Как минимум на несколько дней. Всех, кого устраивают такие условия, прошу пройти за мной внутрь замка». Авантюристы озадаченно переглядывались, но любопытство брало верх и проходили они во врата замка. Во внутреннем дворе ожидала искателей приключений королева Диора. «Я искренне благодарна вам, господа искатели приключений, за то, что вы собрались здесь ради защиты этой страны... и всей Астолтии», - обратилась к гостям правительница Веринарда. – «Отныне вы станете теми, кому будет доверена часть государственной тайны. Вас ожидает штурм подводной крепости, равного которому не было за всю долгую историю Астолтии. Я здесь, чтобы явить прощальный дар и дать напутствие вам, бросающим вызов столь опасному и трудному заданию». Королева открыла тайную дверь в основании бьющего во дворе крепости фонтана, и авантюристы, проследовав в образовавшийся проход, обнаружили себя в подземной гавани, где зрели покачивающиеся у причала причудливые суда, походящие на огромных рыб. «Специальные военные корабли, тайно построенные королевством Веринард», - просветила спутников Эйда. – «Это подводные лодки класса ‘Левиафан’! Головной корабль ‘Левиафан’ и второе судно серии — ‘Левиарде’!» «Добро пожаловать, паршивцы!» - зычно обратился к спустившимся на пристань Роман, человек. – «Ну, чувствуйте себя как дома! Отныне давайте общаться без лишних церемоний, прямо как настоящие искатели приключений! Я Роман, работаю ведущим мастером в мастерской магической архитектуры ‘Оз’. «Мне поручили командовать первой фазой этой операции. Будем знакомы! Есть веская причина, почему командовать доверили именно мне — простому мастеру! Эта битва будет масштабной осадой крепости, и за день-два она точно не закончится. К тому же замок врага находится прямо посреди моря, так что туда даже войска и припасы перебросить — целая проблема. Именно поэтому наша задача — возвести плацдарм для штурма этой крепости. То есть место, где можно будет принимать и хранить оружие с провизией. Передовую базу, где солдаты смогут отдыхать и зализывать раны. И возвести ее надлежит её прямо внутри вражеского оплота!» «Прямо внутри вражеского замка?!» - озадаченно переспросили авантюристы. – «Но возможно ли в принципе провернуть такое...» «Именно для этого здесь мы — маги-архитекторы!» - приосанился Роман. – «У нас полно разных трюков в рукаве!» «Для начала, с помощью этих двух подводных лодок, ‘Левиафана’ и ‘Левиарде’, мы проникнем в крепость напрямую из-под воды», - пояснил собравшимся Гиб. – «Эти два судна могут за один раз перевезти лишь столько авантюристов, сколько сейчас находится здесь — около 50 душ. Поначалу мы думали сразу же броситься на спасение Лазу, однако враг наверняка просчитал такой шаг и будет начеку. Если мы начнем поиски такой маленькой группой, высока вероятность, что нас обнаружат и перебьют поодиночке. В итоге мы пришли к выводу, что лучше всего — действовать основательно и брать крепость измором шаг за шагом». «И как только мы успешно отстроим там наше логово, настанет черед вот этих многоуважаемых мастеров!» - возвестил Роман, сделав знак приблизиться двум чародейкам, королевской советнице Риндо и мастеру комбинированной магии Блаубаум. «Сразу по окончании обустройства передовой базы наша команда магов установит врата странствий», - заявила Риндо, и искатели приключений замерли в восхищении: насколько им было ведомо, подобные устройства существовали лишь в королевстве Долворм!.. «Благодаря им мы сможем перебрасывать подкрепления и припасы прямо с суши, минуя море», - добавила Блаубаум. – «Это станет нашей главной линией снабжения». «На данный момент мы предполагаем, что при идеальном раскладе на это уйдёт полных два дня, но провернуть всё это целиком, не попавшись на глаза врагу, практически невозможно», - молвила Риндо. «Мощная магическая энергия, которая высвободится во время ритуала открытия врат странствий, гарантированно будет засечена вражескими магами», - изрекла Блаумбаум. – «Самое позднее — к концу первого дня мы уже начнём подвергаться атакам». «Значит, после этого нам придётся с боем удерживать позиции...» - задумались искатели приключений. – «Численность вражеских войск — несколько тысяч, а в худшем случае зашкаливает за десять тысяч. Пусть инициатива и на нашей стороне, но держать оборону силами такого отряда как минимум целый день...» «И это лишь прогноз при условии, что сама операция пойдёт точно по плану», - прямо заявил Гиб. – «Разведка вражеской территории была недостаточной, так что непредвиденные обстоятельства, разумеется, тоже возникнут». «К тому же, если мы провалимся, сбежать будет жутко трудно, и второй раз этот трюк уже не удастся провернуть!» - молвила Урипо. – «Риск высок и сложность задачи запредельна». «Именно поэтому для этой операции нам так необходимы ваша изобретательность и умение приспосабливаться, присущие настоящим искателям приключений, а также ваша непреклонная воля!», - изрек Гиб. – «Это может быть дух соперничества перед лицом трудностей, жажда открытий, простое любопытство... Или ради защиты мира! Да даже ради награды... Пожалуйста, даруйте нам ваши знания, навыки и силу!» Наступила звенящая тишина... а затем Каири возопила: «Я вся в предвкушении!!!» Вслед за ней о согласии своем объявили и иные авантюристы: кто может отказаться от столь необычного и притягательного предприятия? К тому же на кону, возможно, судьба Астолтии!.. «Спасибо!» - проникновенно воскликнул Гиб. – «На самом деле я выбрал именно этот состав команды, зная, что вы ответите именно так». «Отсюда начинается наше самое настоящее великое приключение!» - воодушевленно восклицали авантюристы. – «Давайте объединим наши силы и выполним поставленную задачу вместе!» «Жаль, что Джей-Би и Юлур не успели вовремя...» - кручинился Гиб. – «Но мы уже начинаем действовать, Сора!»
Сомья подошла к нему, опустила наземь корзину с постиранным бельем, молвила: «Не бездельничай, Хьюза, лучше помоги!» «Я просто пришёл проведать тебя впервые за долгое время, так какого чёрта я должен работать?» - отозвался тот. – «Ты ведь собираешься стать взрослой? Вот и старайся». «Кто не работает, тот не ест!» - отрезала девочка. – «Вот кто такой взрослый! Тогда я не буду готовить ужин на твою долю!» «Ну, это уже проблема...» - согласился Хьюза поднимаясь на ноги. – «Что ж, осталось донести корзину до...» Неожиданно Сомья сорвалась с места, бросилась к воде, взяла в руки выброшенный на берег бант, сиял в коем лазурит. Неужели это... талисман Лазурии?!. О находке Сомья известила Хьюзу, Кошака Ребелио и Мьялджи, и вознамерились те примкнуть к штурмовому отряду, выступающему на поиски Лазурии...
Авантюристы прильнули к иллюминаторам, восхищаясь чудом инженерной мысли, в котором ныне находились. «Надо же, закрылки удлинились!» - восклицали они. «Управляющие закрылки, изменяющие свою длину — это главное движущее устройство», - растолковывал им ведди Панда помощник рулевого на «Левиарде». – «Они служат рулем корабля. Магически управляют потоками воды вокруг. Это вершина технологий! Сочетание божественных механизмов Долвордма и традиций Островов Венна по чтению водных и ветряных потоков!» «Послушай, а почему здесь такое маленькое окошко?» - спрашивали у него авантюристы, указывая на иллюминатор. – «Снаружи ведь почти ничего не видно». «Поскольку предполагаются в том числе и подводные сражения», - доходчиво разъяснял Панда. – «К тому же, окна нельзя делать слишком большими из-за давления. Да и если мы погрузимся еще немного глубже, солнечный свет перестанет доходить, и все равно ничего не будет видно». «И как же тогда проверять, что снаружи?» - озадачились искатели приключений. «Мы ‘видим’ с помощью звука», - объясняла пассажирам пуклипо Рёко, связистка и набольшая гидроакустической службы. – «Просто наши уши для этого не приспособлены. В воде звук распространяется быстрее и дальше, чем в воздухе. Мы улавливаем это эхо, чтобы определять рельеф дна и положение других кораблей. Добро пожаловать на ‘Левиарде’! Обещаю вам комфортное путешествие отсюда и до самого дворца Лунного Племени! И, кстати, о еде: какое-то время у нас будет «полный курс» из галет, вяленого мяса и квашеной капусты, так что приятного аппетита!»
«Но послушайте, это вообще нормально?» - обратился к спутникам Сора. – «Везти такого, как я, прямиком к оплоту сородичей-монстров». «Монстры тоже разные бывают», - заверили его тритоны. – «Эти ребята лет десять назад вдруг начали наглеть и заправлять всем подряд, так что они многим поперек горла стоят. Особенно в последнее время они стали какими-то жутко дергаными. Если раньше их патрули просто присматривались, то теперь они стали чересчур строгими... Недавно нас вообще преследовал во-о-от такой огромный кальмар!.. Еле оторвались от него!» Гадал Сора, где сейчас Гиб и остальные. Шанс столкнуться с ним в столь огромном океане мал, но все же...
«Сколько дней нам еще придется торчать в таком положении?» - ворчала Каири. – «Толком даже не потянуться, а еда сплошь пересоленная. Если так пойдет и дальше, мы тут сами в солонину превратимся!» Вскоре плавание продолжилось, подводные лодки вновь погрузились в глубины морские. Неожиданно окружили суда морские монстры – слонослав, походящий на гибрид слона и спрута, вооруженные трезубцами морские коньки, иные. «Дело плохо!» - выкрикнул Панда. – «Если это вражеская разведка и они доложат своему командованию, нашему плану конец!» Расвид отдал приказ атаковать, и выпущенные торпеды поразили слонослава. «Не факт, что это был единственный вражеский патруль!» - бросил членам команды Расвид. – «Полный ход! С кораблями класса ‘Левиафан’ мы доберемся туда на день раньше, даже если наткнемся на выживших врагов! Мы отменяем отдых на море и сокращаем время нашего плавания!» Прислушивающиеся к словам его авантюристы недовольно загомонили, когда Рёко рявкнула: «Всем тихо! Впереди что-то есть! К нам спереди приближается какой-то огромный объект! Со слонославом не сравнится даже! Что-то размером практически с наш собственный корабль идет на полной скорости прямо на нас узлов под пятнадцать!» К подводным лодкам стремительно приближался исполинских размеров монструозный кальмар, призванный уцелевшими морскими коньками. «Каким бы огромным ни был гигантский кальмар, он просто не может быть настолько колоссальным», - оторопело произнес Гиб, прильнув к иллюминатору. – «Я... я вижу такое впервые в жизни! Это же хозяин бескрайнего океана... океанон!» «Легендарное морское чудовище, которое когда-то нападало на бесчисленные корабли и топило их в открытом море Астолтии», - задумчиво протянула Риндо. - Говорят, что благодаря силе Песни Благодати, передающейся из поколения в поколение среди королев Веринарда, он больше не приближался к побережью. Поверить не могу, что до сих пор жива хотя бы одна особь...» «Т-так значит, он тоже заодно с Лунным Племенем?» - вопросили авантюристы, и отвечал им Расвид: «Без понятия! Может, он просто в ярости от того, что мы вторглись на его территорию, а может, он просто видит в нас обычную добычу». Подводные лодки выпустили торпеды, но океанон, двигаясь под водой поистине стремительно, увернулся от них. После чего устремился к «Левиарде», и, обхватив его щупальцами, раздавил управляющие закрылки, лишив судно возможности сдвинуться с места. Тварь продолжала сдавливать корпус, и сознавала команда: если так и дальше пойдет, обшивка может не выдержать. «Разве мы не можем поддержать их торпедным огнем с нашей стороны?!» - обратился авантюрист-огр к Гибу, и тот покачал головой: «Исключено! Если торпеда взорвется на такой близкой дистанции, сам ‘Левиафан’ этого не перенесет!» Искатели приключений на борту «Лавиафана» пребывали в смятении: неужто они совершенно беспомощны в сложившейся ситуации?! «Вперед, ‘Левиафан’!» - выкрикнула остающаяся на борту «Левиарде» Каири, и члены команды подвергшейся атаке подводной лодки воззрились на нее. – «Если мы не можем помочь им, то нам остается только прорываться вперед, верно?! Мы обязаны добраться до вражеского оплота прежде, чем они доложат своему командованию, иначе мы проиграли! И меня такой расклад жутко бесит! Мы сами как-нибудь разберемся с этим кальмаром или осьминогом, а потом обязательно вас догоним!» «Это чистое безумие!» - возразила ей по внутренней связи капитан Аска. – «Сейчас мы должны объединить усилия и найти способ устранить угрозу!» «Нет!» - поддержал Каири Гиб, пояснил с удивлением воззрившейся на него Аске. – «На данный момент это самое верное решение! Преимущество от того, что хотя бы мы сможем продвинуться вперед и продолжить операцию, огромно! Первый корабль ‘Левиафан’ должен двигаться дальше!» Взяв в руки коммуникатор, гном обратился к сподвижникам на борту «Левиарде»: «Только не вздумайте корчить из себя героев и приносить себя в жертву, ладно?! Мне такие фокусы не нужны! Нам одним всё равно ни за что не сдержать все вражеские атаки. Так что обязательно одолейте эту тварь и догоняйте нас!» «Само собой! Моя легенда ведь только-только начинается!» - заверила его Каири. – «Это вы там смотрите, оставьте и нам место для подвигов!» «Левиафан» продолжил плавание. Искатели приключений на борту «Левиарде» спорили, верно ли поступила Каири, но конец перепалке положила Урипо, заявив: «В конце концов, разве мы не для таких случаев собирали искателей приключений с самыми разными навыками? Прежде чем спорить и жаловаться, давайте каждый предложит свои идеи! Так что, мастер Гиб! Пожалуйста, выдай нам по-быстрому какой-нибудь отличный план!» «Ну, пока связь работает, я, конечно, могу подкинуть пару мыслей», - прозвучал в коммуникаторе голос гнома. – «Для начала каждому из вас нужно разобраться, на что он способен». Двое авантюристок, мастера боевых искусств человек Райтия и пуклипо Дебуни, с силой ударили по переборке, посылая волну энергии сквозь нее, и океанон отдернул щупальце. «Таким образом мы, похоже, сможем отбить парочку его щупалец, но», - пояснили они остальным, - «нам бы не помешало ещё немного огневой мощи или пара лишних рук». «Что ж, тогда мы попробуем атаковать его снаружи», - предложили огресса Мика и гном Некогиси, располагая полным комплектом оборудования для подводного погружения. – «Мы ведь сможем выбраться наружу через торпедный аппарат, верно?» «Не говорите ерунды, это же глубоководье!» - отрезал капитан Расвид. – «Смертное тело просто не выдержит такого давле...» «С моими костюмами для экстремальных условий и долбордами вы сможете действовать там без каких-либо проблем!» - заверила капитана и авантюристов набольшая последних, пуклипо-ученая Окё. Расвид сдался. Примкнуть к Мике и Некогиси вызвалась ныряльщица-пуклипо Ама, обладавшая способность плавать в глубине и на долгое время задерживать дыхание. Говорят, что мастера синхронного плавания — подобно дельфинам и другим морским млекопитающим — способны перенаправлять накопленный в сердце кислород и богатую им кровь к мозгу и жизненно важным органам. Благодаря этому они могут подолгу и интенсивно двигаться под водой, даже когда в легких совсем не осталось воздуха... По приказу капитана был открыт торпедный люк, и трое искателей приключений покинули подводную лодку, атаковав океанона. Тварь выдохнула пламя, и вода окрест обратилась в пар; трое авантюристов едва успели убраться прочь. Из-за экстремальной температуры корпус подводной лодки начал размягчаться, и сознавали находящиеся на борту: обшивка вот-вот может лопнуть! «Некогиси! Мика!» - обратился по коммуникатору к находящимся снаружи лодки капитан Расвид. – «Вы можете как-нибудь убрать эту тварь отсюда?!» «Да мы пытаемся!» - отозвалась огресса. – «Но вода вокруг превратилась в кипяток, мы не можем долго оставаться поблизости! Наши возможности тают на глазах!» «Я тоже выйду наружу!» - заявила Каири. – «Если ненадолго, я смогу сражаться, даже задержав дыхание!» «Ты с ума сошла?! Не говори ерунды!» - отрезал Расвид. – «Это невозможно! На такой глубине твои легкие просто расплющит давлением воды! За считанные секунды потеряешь сознание и отправишься на тот свет!» «Тогда какого чёрта этот кальмар там так бодро двигается?!» - возмущалась девушка. «У него организм по-другому устроен», - доходчиво пояснил капитан. – «Кальмары дышат жабрами, они могут поглощать кислород прямо из воды!» Слыша голоса членов команды и авантюристов, раздающиеся в коммуникаторе, Гиб размышлял над тем, что океанон способен выдыхать пламя под водой. Скорее всего, эта тварь заставляет горючие вещества из своего тела вступать в реакцию с кислородом, который она извлекает через свои огромные жабры... И тогда снизошло на него озарение. «Одной торпеды ‘Левиафана’ хватит, чтобы устранить эту тварь!» - заключил гном, обратился к Эйде: «Ты знаешь, какое топливо используется для торпед на этом корабле?!» «Конечно, знаю», - подтвердила та растерянно. – «В торпедах используется смешанное топливо, извлеченное из взрывных камней и осколков лавы... Оно сжигается с помощью сжатого воздуха и служит источником энергии для вращения пропеллера! И более того! Магия ветра, исходящая из магического круга на наконечнике, создает воздушную оболочку вокруг передней части снаряда. Это снижает сопротивление воды и обеспечивает движение». «При таком способе во время движения должно возникать огромное количество пузырей, верно?» - уточнил Гиб. «Это правда, мой отец и остальные ломали над этим голову, ведь из-за пузырей след от торпеды легко заметить с поверхности моря...» - развела руками Эйда, и Гиб просиял: «А еще говорили, что это секретное оружие... Но прямо сейчас эти пузыри — как раз то, что нам нужно!» Он вновь вышел на связь с «Левиарде», изложил Рёко свою задумку... Тем временем корпус «Левиарде» еле держался; сквозь образующиеся бреши начала сочиться вода. Когда океанон перестал исторгать огонь, раскаленный пламенем металл резко охладился морской водой и деформировался. Райтия и Дебуни бросились к пробоинам, закрыли их своими телами. Если монстр вновь исторгнет пламя, число пробоин резко возрастет – и подводная лодка непременно пойдет ко дну!.. Связь «Левиафана» и «Левиарде» резко прервалась – скорее всего, вышла из строя принимающая сигнал антенна поврежденного судна. О сем Гибу сообщила связистка и набольшая гидроакустической службы «Левиафана», пуклипо Макро. Рёко не удалось дослушать план Гиба до конца, однако действовать следовало безотлагательно. «Что будем делать?» - обратился к Гибу штурман «Левиафана», гном Эн. – «Может, развернемся прямо сейчас и поможем?» «Нет», - покачал головой тот. – «С группой Некогиси, которые снаружи, всё ещё нет связи...» «Я поняла замысел Гиба!» - воскликнула Блаубаум. – «Идея с использованием пузырей отличная. Думаю, у нас всё получится!» Обратившись к Панде, чародейка просила того поднять немного корабль, пояснив: «Нам нужно свободное место со стороны днища». Панда полученный приказ подтвердил, приступил к исторжению магической энергии из труб, что наверняка поспособствует всплытию «Левиарде». Тем временем гнома Аой, мастер-оружейница, спешила в торпедный отсек, и Райтия едва поспевала за нею. Блаумбаум вздохнула с облегчением, сделав комплемент членам команды «Левиарде», которые все схватывали на лету. «Да что конкретно вы вообще собираетесь делать?!» - выпалила Каири, созерцая всеобщую суматоху. Находящиеся снаружи трое авантюристов отметили, что океанон, похоже, завершает восполнение кислорода в своем теле, и вот-вот вновь выдохнет пламя. По коммуникатору с Некогиси связался Гиб, предупредив, что сейчас из орудия «Левиафана» будет выпущена одна торпеда. «Что ты задумал?! Нам нужно отступить?!» - уточнил Некогиси, и отвечал Гиб: «Нет! Поймайте вернувшуюся торпеду... и направьте её прямо под ‘Левиарде’». «Что?!» - опешила Мика. – «Не говори ерунды! Поймать движущуюся торпеду — это же...» Некогиси не был столь категоричен, предполагая, что у замысла Гиба есть шансы на успех... Наконец, все было готово. Райтия и Дебуни ударили в переборку у пускового отверстия. Торпеда оказалась выпущена, и Некогиси подхватил ее своим хлыстом, изменяя траекторию движения, коя обратилась в спираль – прямиком под днищем «Левиарде». Океанон содрогнулся всем телом, и пояснила Браумбаум остальным: «В морской воде, которую он вдыхает для дыхания, содержится огромное количество выхлопных газов от неполного сгорания. К тому же, в окружающую морскую воду выделилось много углекислого газа... Пузыри, проходящие через жабры, мешают выведению его собственного углекислого газа. Чуть ранее он изверг огромное количество пламени и полностью израсходовал запасы кислорода в своем теле. Прямо сейчас он наверняка отчаянно нуждается в свежем кислороде!» Выделяемый при движении торпеды углекислый гад доставлял монстру немалые страдания, и тварь оставила подводную лодку, которая на максимальной скорости тут же устремилась прочь. Однако, немного очухавшись, океанон бросился в погоню за удаляющейся «Лавиарде». «Верхнее регулирующее крыло повреждено, поэтому скорость не увеличивается!» - в отчаянии выкрикнул Панда. «Дистанция стремительно сокращается!» - вторила ему Рёко. «И что нам делать?!» - тревожилась Каири. – «В таком темпе он нас в конце концов настигнет! Может, нам стоит развернуться и атаковать торпедами...» «Торпедами нам не перехватить его движения», - отрезал капитан Расвид, наблюдая за приближающимся океаноном в иллюминатор. – «Все идет как надо!» От задней части подводной лодки отделились якорные мины, и, ударившись о гигантскую тушу океанона, взорвались. Взрывная волна захлестнула «Лавиарде»... ...Вскоре «Лефиафан» достиг дальних отрогов Иснага. «Пока сам своими глазами не увидел, поверить не мог...» - выдохнул Гиб в изумлении, прильнув к иллюминатору. – «Подумать только, на самом дне океана действительно есть дворец...» «Да уж, это не просто какой-то дворец», - возразил ему воин-огр. – «Масштаб совсем другой... Это настоящий город-крепость!» «Есть связь с ‘Левиарде’?» - обратилась капитан Аска к Макро, и та покачала головой: «Не отвечает. Возможно, они заняты ремонтом или расстояние стало слишком большим». Аска покачала головой: прошли уже целые сутки с тех пор, как связь прервалась... Обратившись к Роману, Аска велела тому собрать штурмовой отряд для проведения финального инструктажа. И, когда ступили авантюристы в отсек, Роман обратился к ним, молвив: «Как вы знаете, корабль «Левиарде» пропал без вести. Это значит, что нам предстоит вторгнуться на территорию врага, имея лишь половину от запланированных сил! На всякий случай мы подготовили минимально необходимый состав, способный выполнить операцию даже в самом худшем сценарии, силами лишь одной команды. Но в таком случае количество бойцов для обустройства передовой базы и врат странствий сократить нельзя. Из-за этого боевая мощь, которую мы можем выделить на оборону, уменьшится еще вдвое от запланированной половины! Значит, всё упирается в то, сможем ли мы продвинуться вперед, оставаясь незамеченными для врага». «Ох-хо-хо... Хоть мы и были готовы к неожиданностям, всё пошло наперекосяк с самого начала», - загомонили авантюристы. – «Ну, тут уж ничего не поделаешь, верно? У нас всё равно нет возможности отступить и повторить ту же операцию снова». «Если действовать прямо сейчас, надёжная внезапная атака увенчается успехом», - размышляли другие. – «К тому же, выгода от создания безопасного плацдарма на вражеской территории огромна...» «Что ж, самое время показать, на что мы способны, и выложить все силы!» - заключали третьи. Гиб одобрительно кивнул, отмечая, что даже в сложившейся ситуации его спутники практически не испытывают волнения. Действительно, потрясающая команда! Риндо принялась творить волшбу, и в воздухе возникла радужная сфера. Авантюристы наблюдали за действиями королевской советницы, а та велела капитану открыть люк судна, и, когда это было сделано, раздавшаяся в размерах сфера позволила Риндо выступить наружу, приблизиться к магическому барьеру, ограждавшему Иснаг. «Какая точность и изящество...» - протянула Риндо, изучая сей двеомер. – «Как и ожидалось от магической формулы, созданной в свое время самим Лордом Демонов. Но... если создатель мертв уже пятьсот лет... а магия продолжает работать без какого-либо надзора... рано или поздно в ней образуются бреши...» «А что... что она делает?» - обратился один из наблюдавших за чародейкой авантюристов-эльфов к эльфийке-священнице, и отвечала та: «Наверняка я не знаю, но похоже, она встраивает собственную магическую формулу в бреши формулы Лорда Демонов. Она пытается ассимилировать оба двеомера, чтобы взять барьер под контроль?!» Наконец, брешь была найдена, и Риндо сумела провести «Левиафан» через магический барьер...
«Что-то случилось?» - обратился к нему Рейзен, и Малик кивнул: «Произошел магический контакт с внешним барьером в районе Зелгона». «Неужели кто-то пытается совершить вторжение прямо из-под воды?» - изумился Рейзен. «Не знаю...» - отозвался Малик. – «Это длилось всего мгновение. Хотя есть вероятность, что это был просто шум из-за износа магической формулы...» Однако тревога не оставляла его. Если кто-то сумел скрыть свое присутствие лишь спустя мгновение, значит, к ним пожаловал действительно искусный чародей...
«Что?!» - опешил Гиб, и чародейка добавила: «Возможно. Судя по тому, как слаженно работают изначальная магическая формула и потоки слежения... это дело рук так называемого молодого принца демонов, сына Лорда Демонов. Неужели он умудрялся следить за всем этим бескрайним барьером? Похоже, он еще более проницателен и опасен, чем говорят слухи. Не думаю, что одного этого контакта было достаточно, чтобы они полностью разгадали наши намерения, однако есть вероятность, что враг начнет атаковать нас раньше, чем мы рассчитывали. Что будем делать, госпожа капитан?» «Стоит нам начать вторжение, и отступление станет практически невозможным, пока не будут установлены врата странствий», - размышляла Аска в смятении. – «Если и поворачивать назад, то сейчас наш последний шанс...» Из динамиков в рубке донесся голос капитана «Левиарде», Расвида: «Простите, что задержался с ремонтом антенны! ‘Левиаде’ успешно отбилась от огромного морского монстра врага и сейчас идёт по вашему следу! Хоть треть стабилизирующих крыльев и повреждена, из-за чего скорость упала, через полдня мы сумеем прибыть к оплоту! Доложите обстановку на вашем корабле!» «Мы начинаем вторжение!» - объявила капитан Аска, склонившись над коммуникатором. – «Мы устроим масштабную диверсию, чтобы полностью рассредоточить силы противника! И будем до последнего скрывать наши истинные боевые намерения, пока не объединимся с силами ‘Левиарде’!» Так, искатели приключений покидали «Левиафан», рассредотачиваясь в отдаленных пределах Иснага.
«Если это окажется вражеский дозор или внезапное нападение, уничтожьте их всеми имеющимися силами», - велел подначальным принц демонов.
«Среди морских монстров в этих краях это место было довольно известной пещерой», - говорили тритоны. – «На самом морском дне есть огромный куполообразный воздушный карман, а внутри повсюду валяются жуткие каменные статуи. Все обходили это место стороной, думая, что если зайти слишком далеко, то можно навлечь на себя проклятие, но...» «Никому бы и в голову не пришло, что это дворец Лорда Демонов из далекого прошлого!» - улыбнулся Сора. – «Спасибо, что дотащили меня сюда. Дальше я уже сам попробую объединиться со своими сподвижниками». Сора любовался мечом, который сжимал в руке. Клинок передал ему Хорхейз, и прежде принадлежал он Сакре. Сора сделал ряд выпадов, удовлетворенно кивнул, пробормотав: «По сравнению с прошлым коротким мечом, здесь нужно решительнее вкладывать весь свой вес, но, если сравнивать с тем, когда я был пуклипо и размахивал мечом всем телом, этот клинок слушается гораздо лучше!»
Заметили они вдали чужаков, выступающих из причудливого, походящего на рыбу корабля, однако подать сигнал сородичам не успели: атаковали их лазутчик-эльф Футси и специалист по подрывным работам Маджин. Дозорные были нейтрализованы, и искатели приключений принялись рассредотачиваться среди окрестных горных отрогов и руин, занимая выгодные позиции. Среди авантюристов особо выделялся превращенный в свинью гном, Тибу. «А что с ним такое?» - шепотом спрашивали авантюристы к Риндо, кивками указывая на Тибу, и отвечала чародейка: «Да он в своё время немного напроказничал. И в наказание я превратила его магией в свинью, но... похоже, ему этот облик пришёлся по душе. Даже когда страсти улеглись, он наотрез отказался возвращаться в прежнее состояние. Говорит, что в таком теле нюх работает гораздо лучше, чем у гному, и в самых разных ситуациях это оказывается чертовски удобно». Надеялись авантюристы, что до прибытия «Левиарде» инцидентов не произойдет... но подоспевший отряд, ведомый Гоу, свел на «нет» все их чаяния. «Ух ты, они и правда умудрились пробраться внутрь!» - присвистнул Варш. «И чего это вы тут втихомолку вынюхиваете?!» - потребовал ответа Гоу. - «Нападали бы уже прямо и с грохотом!» «Ну, справедливости ради, наши главные ворота уже давным-давно ушли под воду», - отметил Фолка. «Берегитесь!» - крикнул находящийся на вершине крепостной стены Гиб, указывая замершим у подножия ее сподвижникам на Гоу. – «Он из ближайшего окружения молодого принца демонов! Против него нужно выходить как минимум втроем! Будьте особенно осторожны с сокрушительными ударами его тяжелого молота!» «Это ещё что такое?» - нахмурился Варш, глядя на Гиба. – «Тот малец-гном...» «А, это же тот парень, который был умником у паренька в демонической маске», - признал Гиба Гоу. – «По какой-то причине в деревне Лусине его с ними не было». Фолка переглянулся с Гоу, и тот подбросил сенешаля в воздух – прямиком на крепостную стену. «Можешь, поведаешь мне о цели сего вторжения, если я тебя попрошу?» - шипел Фолка. Выхватив меч, он метнулся к гному, но на пути его выросла подоспевшая капитан Аска, скрестила клинки с сенешалем. «С ним я сама разберусь!» - отрывисто бросила воительница Гибу. – «Прошу, прими на себя командование отрядом!» Фолка усмехнулся: на вторжение регулярной армии не похоже... Что же все-таки означает появление в оплоте этих субъектов?! У подножия стены Гоу и Варш схлестнулись с искателями приключений; противницей Варша выступила безжалостная эльфийка-мечница Лукреция. Футси и Маджин тем временем закладывали окрест взрывчатку, но, поскольку сражение началось гораздо раньше, чем они ожидали, планы пришлось менять на ходу. Двое привели в действие детонатор, и последовавшие взрывы обрушили скалы и участки крепостной стены на головы подступающих демонов, горгулий и драконидов. Образовавшиеся завалы вынудили миньонов принца демонов спешить к месту противостояния в обход. Помимо взрывчатки, Футси и Маджин привели в действие дымовые шашки, скрыли которые ряд позиций их союзников. Заметив крадущихся под завесой дыма авантюристов, Гоу обрушил на них обломки камня, но Риндо успела создать магический щит, защитивший ее товарищей. Один из осколков камня задел, однако, чародейку, и щит исчез. Осклабившись, Гоу вновь ударил по ближайшей скале, направляя камни в сторону противников; на этот раз тех поспешил закрыть щитом своим огр-воин, Спир. После чего он метнулся к Гоу, сбил щитом того с ног. Лукреция попыталась было воспользоваться моментом и нанести удар Гоу мечом, но гном оказался на удивление прыток, отбросил эльфийку, а после схватил Спира за голову и швырнул огра в противницу.
Судя по всему, Гиб и остальные находятся в отдаленных пределах Иснага – должно быть, хотят создать оплот как можно дальше от дворца принца демонов и прилегающего к нему города. Сора решил выступить на поиски Лазурии, пока внимание врага отвлечено на Гиба и авантюристов. «В этом ведь нет сомнений?» - донесся до него знакомый голос, и ведди поспешил схорониться под мостом, следовал по которому Малик в сопровождении драконидов и горгулий. «Так точно! Похоже, боевые действия уже начались!» - отвечали те принцу демонов. «Численность противника до сих пор неизвестна?» - уточнил Малик. «В том-то и дело...» - признались монстры. – «Из-за отвлекающих маневров врага точных данных нет. Однако совершенно очевидно, что это не полномасштабное вторжение». Сора притаился: если тут повсюду монстры рыщут, сейчас лучше не высовываться!.. «Что думаешь?» - обратился Малик к Рейзену, и отвечал тот, поглаживая бороду: «Их намерения до сих пор неясны. Для простой разведки они экипированы слишком уж основательно, однако для штурма дворца их численность слишком мала. Логично предположить, что это какой-то отвлекающий маневр, но, даже если они немного пошумят, у нас все равно более чем достаточно сил для охраны остальных рубежей». К Малику подоспели горгульи, держащие под руки тритона. Опустив морского монстра пред принцем демонов, молвили они: «Только что вернулись бойцы из дозора и сообщили, что видели судно, идущее под водой, на борту которого, предположительно, находятся искатели приключений из Астолтии!» «Оно имело форму гигантской золотой рыбки, но это совершенно точно был искусственный объект!» - залопотал тритон. – «Мы натравили на них обитающее в прибрежных водах морское чудовище, и оно атаковало одно из судов, однако, поскольку нашим приоритетом было вернуться и доложить, об их дальнейшей судьбе ничего не известно». Монстры переглянулись, отмечая, что эти сведения сходятся с донесениями с передовой. «В районе Зелгона было замечено всего одно судно?» - уточнил Малик, и подтвердила горгулья: «Так точно, только одно!» «Значит ли это, что одно судно удалось потопить?» - высказал предположение драконид. «Или же оно задерживается из-за каких-то неполадок, либо есть вероятность, что они пытаются проникнуть с другой стороны», - отозвался Рейзен, не желая сбрасывать со счетов иные возможности. Сора прислушивался к речам врагов. Очевидно, что противник умен, силен и хитер, и пытается предвидеть все возможные шаги искателей приключений. «Выступим всеми силами и полностью зачистим район Зелгона», - постановил Малик, обращаясь к своим миньонам. – «Бросайте в бой отряды по мере их готовности. Живее!» «Всеми силами?» - растерялся драконид. «Я имею в виду всю армию, за исключением минимальных гарнизонов на местах», - доходчиво пояснил принц демонов. – «Я лично тоже выдвигаюсь». «Но... это значит, что мы бросим более чем десятитысячное войско против врага, чья численность вряд ли достигает и сотни воинов», - растерялся драконид, и Малик бросил в ответ: «Если потребуется, я заставлю этих демонических ученых вывести даже их марионеток. Будь то двадцать тысяч или тридцать тысяч, мы бросим их всех и сотрем врага в порошок. Стоит полагать, что у врага тоже возникли какие-то неполадки. Маловероятно, что они ожидали столкнуться с нашим подводным дозором. Но почему тогда они пошли на прорыв, зная, что их обнаружат и они попадут под удар?.. Думаю, потому что их время и средства жестко ограничены. Хоть Веринард и могущественная держава, они не способны построить множество таких военных кораблей, как подводные суда». «Но что вообще они могут сделать этим крошечным отрядом?» - осведомилась одна из горгулий. «Не знаю», - признался Малик. – «Однако считаю, что они проводят какую-то диверсию, чтобы открыть путь для еще более крупных сил. И это будет сделано за тот короткий промежуток времени, пока тот отряд сдерживает натиск наших войск. Искатели приключений нынешнего поколения, которых я знаю, вполне способны выкинуть подобный трюк. Именно потому, что вражеский отряд мал, считайте, что у нас осталось совсем мало времени. Поторопитесь!» Сора забрался на мост, и взоры собравшихся на нем монстров обратились к одинокому ведди. «Эй, Малик, давненько не виделись!» - усмехнулся Сора. – «Моя Лазурия уже довольно давно у тебя гостит, верно? Так что я пришел, чтобы наконец забрать его домой! Не подскажешь, где она находится?» Несмотря на напускную браваду, Сора понятия не имел, как ему выбраться живым из этой передряги. Тем не менее, уповал он на то, что отвагой своей, граничащей с безумием, даст сподвижникам необходимое время, чтобы закрепиться на отрогах Иснага... «Сора...» - процедил Малик, и ведди ухмыльнулся: «Что-то реакция какая-то слабая... Слушай! Меня же подхватило заклинанием той демонессы, и я был на волосок от гибели! Мог бы спросить ‘Какого чёрта ты здесь делаешь?!’ Ну или типа того что-нибудь...» «Меня твое появление не удивляет», - процедил Малик, сознавая, что, когда дело касается этого настырного ведди, можно рассчитывать на любой абсурд. «Ну да, всё именно так, как ты говоришь», - поколебавшись, признал Малик. – «Ладно. Я удивлён. И как так вышло? Почему ты жив и находишься здесь?» «С чего бы мне выбалтывать тебе такие вещи?!» - веселился Сора, ведя себя донельзя раздражающе. – «Это тайна, понимаешь?» «В таком случае, я просто разберусь с тобой как с врагом», - заключил принц демонов. – «Умри». Сора ринулся прямиком на противников; двигаясь стремительно, он уклонялся от ударов монстров, прорываясь к Рейзену, коего успел рубануть мечом – и сразу же ринулся прочь. Сора сеял хаос, и множество монстров, находящихся на мосту, не успевали реагировать на действие наглеца, ибо находились в весьма узком пространстве. «Всем рассредоточиться!» - гаркнул Рейзен, осознав это. – «Мы с молодым господином сами с ним разберёмся!» Сора надеялся выиграть время, затерявшись среди монстров, но его схватила за руку горгулья, выкрикнув: «Мы прикончим его все вместе!» Малик принялся творить огненный шар, дабы прикончить Сору, но тот просто прыгнул вниз с моста, увлекая за собой вцепившуюся в него горгулью. Тварь расправила крылья, не желая расшибаться в лепешку, и ловкий Сора сумел забраться к ней на спину. Двое рухнули наземь у основания моста, и Сора надеялся, что успеет схорониться от принца демонов. Однако тот добычу упускать не собирался. В землю близ Соры ударила огромная глыба льда, сотворенная Маликом, после чего принц демонов устремился к Соре. На теле Малика означились линии-дополнения, а плащ вновь жил собственной жизнью, обратившись в подобие крыльев. Кроме того, орудовал плащ двумя внушительных размеров клинками. «Для начала я выражу тебе благодарность», - проронил Малик, приближаясь к Соре. – «Обошлось без потери ценных солдат». Сознавал ведди: дело дрянь! Как же ему быть теперь?!. «Как ты сюда пробрался?» - спрашивал принц демонов, медленно приближаясь к авантюристу. - «Какова твоя цель? Зачем ты внезапно объявился прямо передо мной... Если ответишь на это, я, пожалуй, так и быть, оставлю тебя в живых». «Просто я тобой восхищаюсь!» - отшутился Сора, изображая уверенность, которой на самом деле не испытывал. Малик метнулся к ведди, занося меч для удара...
Ведди Юдзис, Эйда, огресса Секси и их сподвижники держали бой, разя бестий, и продвижение тех несколько замедлилось. Острый нюх Тибу позволял определить место, где почва пронизана магической энергией, и Роман пояснил спутникам: «Начнем с того, что этот так называемый дворец, судя по всему, построен прямо над местом, где скапливается текущая под землей магическая энергия. Скорее всего, Лорд Демонов намеренно возвел его здесь, чтобы на постоянной основе поддерживать различные функции, обеспечивающие жизнь этого города». Такие, как магический барьер, ограждающий Иснаг, или водоворот в центре поселения, исторгающий воду на поверхность. Тибу указал спутникам на место, богатое магической энергией, и чародейка-ведди Нэру опустила в почву семя Иггдрасиль, Мирового Древа. Она принялась творить чары, моля Иггдрасиль даровать ей свою силу, и на глазах опешивших искателей приключений семя стремительно проросло, обратившись в величественное древо!
«Черт, да ты ведешь себя совсем не по-взрослому!» - вопил Сора, улепетывая. – «И это при том, что ты вроде как метишь в Лорды Демонов! Сидел бы себе величаво на троне и отправлял бы в бой каких-нибудь подручных попроще!» «Было много Лордов Демонов, которые рассуждали так же, бессмысленно позволяя героям вырасти, а в итоге оказывались повержены», - отозвался Малик. – «Я пока еще только принц демонов». «Этот чересчур серьезный хладнокровный парень...» - пронелось в разуме Соры. – «Я вообще не понимаю, он это на полном серьезе говорит или просто подыгрывает моей шутке!» Монстры и демоны, находящиеся за укреплениями поблизости, наблюдали взрывы магических энергий и не понимали, как враг сумел прорваться так далеко. К ним подоспел Рейзен в обличье львопса, рявкнул: «Всем разойтись! Не смейте мешать битве Его Высочества молодого принца демонов!» А в следующее мгновение до укреплений добежал Сора, по пятам за которым следовал Малик. Последний воззвал к магии зачарованного оружия, находящегося в арсенале, и десяток острых мечей и кистеней взмыл в воздух, устремился к ведди. «Почему целый главнокомандующий с безумными глазами гоняется за одним обычным солдатом вроде меня?» - вопросил тот, отбивая зачарованные клинки. – «А-а, вот оно что. На самом деле ты просто без ума от меня, да?!» «Не знаю, без ума ли», - хмыкнул Малик, не ослабляя на натиск, - «но я твёрдо решил в сердце своём, что при следующей нашей встрече обрушу на тебя всю свою силу, без капли небрежности или высокомерия!» Что-то подобное Сора и подозревал. «В битве у деревни Люсиды мне удалось получить преимущество только потому, что я нанес мощный удар до того, как он начал действовать серьезно», - размышлял он. – «То, что он сегодня атакует в полную силу - так это потому, что он этого не забыл! Даже если сейчас я всего лишь обычный воин, который не может использовать силу линий-дополнений... И все равно он настороже, думая, что я выкину какой-нибудь трюк?.. А я ведь даже немного рад этому!..» Сора метнулся к Малику, сделал выпад, который принц демонов с легкостью парировал. «Наконец-то ты настроился решить, кто из нас сильнее», - процедил Малик гневно. – «Я покончу с тобой!» И Сора, и Малик сражались в полную силу. Стремительно двигались, наносили удары, парировали, отступали. Поистине, то был танец смерти, выжить в котором мог лишь один из них... «Как-то вяло», - резюмировал Малик. – «А ну, покажи мне свою привычную упрямость загнанной крысы!» «Я пришёл сюда вовсе не для того, чтобы проиграть тебе!» - отозвался Сора, и осведомился принц демонов: «Тогда зачем же ты пришёл?!» «Я восхищаюсь твоим мастерством владения мечом!» - признался Сора. – «Но то, что я действительно хочу увидеть... это нечто большее! То, как ТЫ сам прорубишь путь сквозь СВОЮ ЖЕ судьбу! Вот что!» «Ты мой враг, так что сдохни первым!» - заключил Малик, творя могущественное заклятие ветра. «На каком бы расстоянии я сейчас ни отпрыгнул назад, мне всё равно не уйти из зоны поражения этого заклятия», - осознал Сора, и прошиб его холодный пот. – «Даже без прямого попадания я получу огромный урон, потеряю способность двигаться, и он меня просто добьёт... Это конец! И тот способ, которым я воспользовался в прошлый раз — нейтрализовать силу линий-дополнений — сейчас я применить не могу...» Казалось, время замедлило бег, и Сора метнулся к противнику. «Это не тот навык, в котором он силен!» - лихорадочно размышлял оно в то мгновение, которое представало вечностью. – «Сначала он снижает мою сопротивляемость стихиям до предела, но перед тем, как нанести удар основным заклинанием, возникает крошечная брешь... Если я смогу нанести в эту секунду свой контрудар... пока я не попал под действие заклинания, у меня есть шанс выжить!» Наблюдая за приближающимся ведди, отмечал Малик, что тот ни мгновения не потерял – неужто знал об уязвимости приема и сейчас все ставит на свою контратаку? А он хорош, этот авантюрист!.. Слишком поздно осознал Сора, что Малик раскусил его замысел, и брешь в его защите гораздо меньше, чем мог рассчитывать ведди. Похоже, он загнан в угол... и обречен... Сора споткнулся о камень, упал, покатился по земле, но, используя обретенный импульс, схватил за цепь, приторочен к коей было щетинящееся шипами ядро – один из пробужденных Маликом монстров. Взмахнув цепью, Сора ударил ядром по кирпичной кладке – опоре крепостной стены, близ которой проходил бой. Все еще действующее заклятие ветра, сотворенное прежде принцем демонов, подхватило огромную ковровую дорожку, лежавшую на земле, увлекло ее к бреши. Сора за дорожку уцепился, и, пролетев на ней до вершины крепостной стены, спрыгнул на поверхность оной. Малик опешил: Сора использовал дорожку как воздушного змея, чтобы улизнуть от него! «Живучести тебе, как обычно, не занимать...» - пробормотал принц демонов. «Молодой господин, довольно!» - подоспел к Малику Рейзен. – «Главнокомандующему не пристало бросать руководство войсками лишь ради погони за одним единственным вражеским воином. Наши солдаты уже начинают паниковать! Наше продвижение к району Зелгона задерживается из-за какого-то одного воина. Поручи погоню кому-нибудь другому, этого будет достаточно!» «Да, это разумно», - согласился Малик, переводя дух. Принц демонов сознавал, что Сора - всего лишь ничтожный воин, не представляющий боевой угрозы, но... действительно ли можно вот так просто его отпустить?.. Сора поднялся на ноги, и, воззрившись с высоты крепостной стены на остающегося у подножия ее Малика, крикнул: «Хе-хе, я же говорил? Лорду Демонов достаточно просто отдыхать на своем троне и ждать, пока явится герой! Вообще-то я пришел сюда вовсе не для того, чтобы прикончить тебя! Для меня главное — вернуть Лазу, и этого будет достаточно! Когда с этим закончу и освобожусь, могу снова составить тебе компанию, идет? Ну, бывай!» Он устремился прочь, радуясь тому, что выжил. Да и преследовать его, похоже, не собирались... «Ну и как нам это расценивать?» - обратился Рейзен к Малику. «Дешевая провокация», - отозвался тот. – «Очевидный отвлекающий маневр». «Именно так», - согласился огр. – «Можно с уверенностью утверждать, что вражеский отряд, проникший в район Зелгона, действительно выполняет важную миссию». «Но то, что он появился здесь, означает, что враг обеспечил себе как минимум один путь вторжения, о котором мы не знаем», - отметил Малик. «Например, тот пропавший корабль?» - предположил Рейзен, и принц демонов протянул: «Да, логично думать именно так... но нет». Что-то определенно было не так. Действия Соры казались хаотичными. Возможно, он не принадлежал к отряду, вторгшемуся в район Зелгона... Да и вообще, как же он выжил?.. «В любом случае, теперь мы не можем отправить туда всю армию», - заключил Рейзен. – «Более того, нам нужно объявить повышенную боевую готовность на всей территории Иснага». Жестом подозвав горгулий, приказал им Малик: «В дозор отправьте тех из нашего клана, кто хорошо знает местность. Для подкрепления в район Зелгона используйте големов и магических солдат демонических ученых. Командование поручите Эсторис. Передайте ей приказ!» Обратившись к преклонившему пред ним колено Коси, процедил Малик: «Он непременно начнет действовать, чтобы вернуть драконью принцессу. Схвати его и устрани. Не вздумай по глупости позволить ему заговорить. Тебя просто обведут вокруг пальца. Ликвидировать!» «Слушаюсь!» - гаркнул драконид. Коси умчался на поиски Соры, Малик же постановил: он возвращается к костяку своего воинства. Увидев выражение лица принца демонов Рейзен не сдержался, усмехнулся: «Что это у тебя за лицо? Словно тебя только что отшила на свидании любимая девушка. Мой господин, неужели и ты дожил до такого возраста, когда начинаешь подобные интрижки». «Я никогда не договаривался о свиданиях с девушками подходящего возраста, так что мне этого не понять», - отрезал Малик, не желая продолжать разговор, и Рейзен пробормотал: «Пожалуй, так оно и есть».
«Вот как всё обернулось», - передала Эсторис Эбби волю, высказанную принцем демонов через посланников-горгулий. – «Нам придётся оставить это место полностью на тебя одну, пока мы разбираемся с врагами и разведываем обстановку... Смотри не зарывайся и не вздумай выкинуть какую-нибудь глупость. Будет паршиво, если всё, чего мы с таким трудом достигли, пойдёт насмарку». Эбби просияла, обняла беспамятную Лазурию, кою продолжали опутывать лозы. Девушка тихо стонала от боли и измождения, а обнаженное тело ее покрывали линии-дополнения. «Всё совершенно в порядке!» - промурлыкала Эбби. – «Завершение Луны Возмездия — разве это общая трехтысячелетняя мечта всех нас? Лично мне будет вполне достаточно, если после того, как всё закончится, это дитя достанется мне. К тому же... это место уже стало плодом любви между мной и моей милой горошинкой. Я не позволю этим вонючим выскочкам мешать нам...» Вспоминала Эстория, как три тысячи лет назад, в эпоху древней Урбеи Исьянкар была утрачена лишь после одного выстрела, ибо в бой бросили незавершенное оружие. К счастью, они сумели обрести один из тех эмбрионов, который, как считалось, уже невозможно заполучить, так как его можно добыть лишь в самых глубинах мира демонов. То, что Лунное Племя сохранило его, стало для них истинной удачей. Эсторис была уверена в том, что они, великие демоны-маги, внесут величайший вклад в дело покорения Астолтии — в то великое свершение, которое не удалось исполнить множеству Лордом Демонов». «Жалкие трусливые императоры Урбеи», - прорычала Эсторис. – «Вот поэтому вы и сгинули! И молодой господин непременно признает это!..» Эсторис, Плаку и Зофин покинули чертог, зрел в коем огромный эмбрион, и Эбби, одержимая черной сущностью, поморщилась: «Эсторис так злится! Сколько бы времени ни прошло, она остаётся сущим ребёнком. И всё ради этой игрушки...» Вновь обняв Лазурию, Эбби недобро ухмыльнулась: «Настоящие взрослые развлечения начнутся только после этого, понимаешь?..»
Дымовые шашки у авантюристов подходили к концу, что определенно лишит их важного преимущества. Эльфийка-монахиня Ая Тачибана в одиночку и исцеляла раненых, и разила бросающихся к ней конструктов. Дым рассеивался, и озадаченные монстры воззрились на огромную голову дракона, означившуюся у крепостной стены, близ которой расположились трое авантюристов. И когда только та успела появиться?.. Фолка, довольно успешно противостоящий Аске, тоже заметил голову, предположив, что именно здесь противник надеется создать для себя оплот. Стало быть, это и было настоящей целью отряда авантюристов. Если враг уйдет в глухую оборону, это будет довольно хлопотно... «Теперь нам остается только запереться в оплоте и тянуть время!» - кричал Гиб, указывая в сторону рукотворной драконьей головы. – «Все сюда!» «Я думал, там не меньше сотни воинов», - недоверчиво произнес Фолка, взирая с высоты крепостной стены на спешащих в направлении новосотворенного оплота авантюристов. – «Если посмотреть со стороны, неужели эту огромную суматоху устроили всего тридцать бойцов или около того? Поразительно, ничего не скажешь!.. Но судя по масштабам этого оплота, не верится, что её можно удерживать таким малым количеством воинов. У них есть какая-то следующая цель?..» Авантюристы установили в полом пространстве внутри каменного дракона устройство – ядро врат странствий. Риндо пояснила, что теперь надлежит настроить устройство на магическую жилу, находящуюся под землей, и связать с иным, находящемся в на борту флагмана Веринарда, «Королевы Верины». «Это тонкая работа, требующая предельной концентрации», - предупредила сподвижников чародейка. «Ну, я попробую это сделать», - вызвалась эльфийка – призывательница бурь Масиро. – «Мы, призыватели будь, используем заклятия, связующие пространства и времена, но врата странствий — это вообще не моя специализация, так что я не гарантирую, насколько хорошо всё получится». «Мы рассчитываем на тебя!» - ободрил эльфийку Роман. Чародейка-ведди Нэра продолжала выращивать из семени Иггдрасиля крепость, сообщила Роману, что процесс завершен лишь на сорок процентов. Она-то надеялась, что дымовая завеса продержится дольше, но... увы... Земля под ногами находящихся в оплоте авантюристов содрогнулась: к ним направлялся исполинских размеров голем, управляемый Эсторис, и сонм гибельных механических машин. «Отличный замок, гореть будет на ура!» - радовалась демонесса. – «Вот ведь паразиты, заявились в чужие владения!» Голем исторгал огромные пламенные шары; преследуемые конструктами, авантюристы метались по равнине в панике, пытаясь укрыться от огня. Каири не устрашилась, атаковала механических монстров, и присоединились к ней двое воителей-ведди, Лайт-Ап и Лаксид. На помощь к Аске подоспел Расвид, заставив Фолку отступить.
Искатели приключений, находящиеся на ее борту, сразу же ринулись в бой, примкнув к товарищам. Каири продолжала противостоять огромным механическим конструктам. Один из них, коего воительница посчитала уничтоженным, неожиданно воспрял, сжал Каири в кулаке. Та заверещала, отчаянно пытаясь освободиться... когда на помощь ей подоспел огр Райо, на плечах которого восседала Урипо. Огр рубанул мечом по остову конструкта, и тот пал. Попеняв Каири за безответственность, Райо бросился к иным подступающим монстрам. Ожесточенное противостояние на отрогах Иснага продолжалось; из окошка гигантского голема, походящего на замковую башню, Эсторис внимательно наблюдала за ходом его. «Да что это за бойцы такие...» - хмурилась демонесса. Число авантюристов возросло, и в бой вступили прибывшие на второй подводной лодке. Интересно, это маневр такой, или же судно просто задержалось в пути?.. «Ну и ладно!» - фыркнула Эсторис. – «Пусть их станет даже в два раза больше, это всего лишь каких-то бойцов пятьдесят. Орудия моей башни Ложного Солнца сожгут их дотла!» Орудия голема исторгали пламя. Находящиеся в своем деревянном оплоте авантюристы-маги едва успевали тушить его, уже не считая, что возводить крепость из семени Мирового Древа было такой уж хорошей идеей. «Свежая древесина, содержащая много влаги, не может загореться так легко!» - говорила сподвижникам Нэра. – «Я чувствую какую-то зловещую силу в этом огне!» «Эта башня построена на основе обломков Ложного Солнца, которое когда-то затонуло в море!» - ликовала Эсторис, наслаждаясь смятением противника. – «Это лавовые снаряды, вобравшие в себя адское пламя, которое не угасало пятьсот лет... Так просто его не потушить!» Один из чародеев-пуклипо, Аллен, поспешил сотворить могущественное заклинание льда, и деревянный оплот оградили ледяные глыбы, разбивались о которые исторгаемые големом потоки пламени. «Это ненадолго задержит пламя!» - крикнул Аллен находящимся в оплоте авантюристам. – «Быстрее, пока есть время, открывайте врата странствий! Поторопитесь, лёд долго не продержится!» «В долгу не останемся!» - выпалил Роман, после чего наряду с товарищами бросился тушить остающиеся в пределах оплота очаги пламени. «Какие же вы назойливые...» - поморщилась Эсторис, наблюдая с вершины башни за суетой противников. – «Вечно эти так называемые ‘искатели приключений’ лезут куда не просят...» К оплоту подоспели авантюристы-маги, прибывшие на «Левиарде». Рассредоточились; часть атаковала башню Ложного Солнца ледяными заклятиями, иные ворожили над вратами странствий, третьи помогали взращивать древесную крепость. Блаубаум вызвалась играть координирующую роль в создании врат странствий. Вовлеченные в процесс заклинатели принадлежали к различным школам магии, а сила Блаубаум состояла как раз в единении чар различной природы. Настроить ядро врат странствий на подземные магические потоки у них получилось, но вот связать его с «Королевой Вериной» покамест не выходило, ибо корабль находился в движении...
«Что случилось?» - осведомился принц демонов, и проронил Рейзен: «Двеомер телепортации... Молодой господин! Немедленно отдай приказ отправить подкрепление в район Зелгона! Эти мерзавцы намерены создать врата странствий прямо внутри нашего оплота! Подумать только, что мне даже в голову не пришла подобная мысль... Чутье не подвело тебя, молодой господин! Подумать только, что мне даже в голову не пришла подобная мысль...» «Сейчас это уже не важно», - отмахнулся Малик, подозвал к себе одного из демонов-командующих, Ягеля, приказал тому немедленно выступать к Зелгоне во главе отряда. Осекся, покачал головой: «Хотя нет, мы уже не успеем... Сперва отправь туда солдат из соседних районов! Мы тоже немедленно выдвинемся следом! Также оповести передовой отряд Гоу и остальных!» «То, что я упустил это из виду - непростительная оплошность для военного советника», - сокрушался Рейзен. «Невозможно просчитать абсолютно все шаги противника», - отрезал Малик. – «Теперь наша очередь. Сбей их с толку своим собственным планом!» Рейзен утвердительно кивнул, размышляя на новым замыслом, формирующемся в разуме его. «В странах Астолтии устройства телепортации тоже постепенно входили в обиход», - проносились мысли. – «Хотя подсказка к этой идее столько раз была у нас перед глазами!.. Хотя погодите... То, что они используют на практике сейчас — это в лучшем случае перемещение в пределах города... Максимум — расстояние в пару-тройку километров, не больше! Они никак не смогут перебросить войска напрямую из Веринарда!» Огра прошиб холодный пот от неожиданного озарения, резанувшего сознание...
Среди авантюристов, находившихся на борту флагмана, были Джей-Би, Тора, Дэн и Кагеро. «Ну и ну, хренова огромная посудина», - ворчал гном. «Говорят, грот-мачта тут размером чуть ли не в половину купола замка Веринарда», - просветил его огр. – «Настоящий плавучий дворец». «Юлура и его спутников отыскать так и не удалось?» - уточнила у него Тора, и Дэн отвечал: «По слухам, они в Лендерсии сражаются бок о бок с принцессой-героиней против Короля Демонов или что-то типа того. Масштаб такой дикий, что даже в голове не укладывается. Но раз они заняты, то тут уж ничего не поделаешь. Хотя нашей старшей сестрице, может, и одиноко от того, что её любимчик пропускает этот сбор...» Он кивком указал в сторону Кагеро, взор коей был прикован к морской глади. На палубе флагмана возник разлом в реальности – врата странствий были созданы! Зазвучал голос Макро, докладывающей, что воители, пребывавшие на борту «Левиафана», ведут бой с противником, а прибывшие на «Левиарде» авантюристы только что к ним примкнули.
«Вообще-то, мне кажется, они обо всём догадались именно сейчас — в тот самый миг, когда мы открыли врата», - молвила Блаубаум, и Риндо усмехнулась: «Значит, самое жаркое веселье только начинается. Теперь осталось только расширить врата. Я оставляю это на вас». Чародейки, ворожившие над порталом, трудились, не покладая рук. Разлом был еще недостаточно широк, чтобы через него смогли пройти войны...
«Похоже, нам тоже придется изменить способ высадки», - заключил огр-детектив Ята. – «Даже когда врата будут полностью готовы, число бойцов, которых можно отправить за один раз, будет ограничено. Кто-то, обладающий огромной прорывной силой, должен пойти первым и оттеснить врага, иначе не будет никакого проку, если мы закинем туда пару-тройку авантюристов, и враги тут же уничтожат наши врата». Авантюристы согласились с Ятой, отметив, что одних бойцов отправить первой волной недостаточно, нужны и целители. Кагеро встрепенулась, заметив вдалеке двух огромных птеродактилей, приближающихся к флотилии со стороны Лендерсии, на спинах коих восседали всадники...
Близ оплота авантюристов зрел Гоу двух эльфов, попиравших ногами мертвые остовы големов, механических конструктов и мертвяков. Один из эльфов, Имоти, метнулся к Гоу. Двигался воин стремительно, орудовал механическим мечом, но гном умудрился схватить эльфа за ногу. «А вы, забавные ублюдки, так и лезете один за другим!» - прорычал Гоу. – «С тобой я потом тоже развлекусь вовсю!» С этими словами гном отшвырнул Имоти далеко в сторону, и напарника подхватила в полете эльфийка Балалайка – воительница, искусная в обращении с шестом. Сам же Гоу ступил в древесную крепость, направился к чародейкам Нэру и Усако, продолжавшим вершить свою волшбу. «Так это вы, девчули, взращиваете сей оплот!» - прорычал гном. – «Если вы разрыдаетесь и сбежите, я вас преследовать не стану. Но вы, похоже, так поступать совсем не собираетесь!» Заметив Гоу, Риндо тут же сотворила заклятие «Метеоритный дождь»; гном тут же метнулся к Нэру, схватил ведди, используя ее как живой щит. Но от устремившихся к нему огненных шаров Гоу закрылся все же огромной каменной глыбой, которую – по своему обыкновению – нанизал на клинок. Нэру же Гоу швырнул в Усако, сбивая ту с ног, и две девушки кубарем покатились на Риндо и Блаубаум. В итоге все четверо растянулись на земле, а Гоу, не мешкая ни мгновения, обратился в львопса, исторг громогласный рев, сопровождаемый потоком гибельной энергии, направленной на беспомощных заклинательниц. «Ах ты, ублюдок!» - расшвыривая драконидов, к Гоу, вновь принявшему облик гнома, бросился Роман. – «Это незаконное проникновение, дядя!» «Сказал тот, кто в чужой двор залез!» - хмыкнул Гоу. – «Ну, сейчас я устрою тебе радушный прием! А потом мы потолкуем как следует!» Гоу вбил каменную глыбу меж корнями, образующими проход, и та надежно отрезала его от Романа и чародеек. После чего направился в пространство, где у магомеханического устройства оставался одинокий гном, Эн; чуть поодаль у постепенно расширяющегося разлома пребывали Масиро, Макро, Гиб, Урипо и немногочисленные иные авантюристы, с тревогой взирающие на приближающегося Гоу. «За тобой находятся врата странствий?» - обратился Гоу к Эну. – «Как мило. Такой техник, как ты, не сбежал. За твою смелость я тебя пощажу... Но поблажек не жди!» Эн привел в действие устройство, и сильнейшая гравитационная сила прижала к поверхности и его, и Гоу. Это устройство контролировало всплытие и погружение «Левиафана», и сейчас Эн включил его на полную мощность. Едва волоча ноги, Гоу направился к устройству, дабы разбить его, когда из-под свода каверны низвергнулся на него огр Райо, занося клинок для удара. Гоу сумел парировать выпад, но деревянная поверхность под ногами его проломилась, и гном с воплем «Что это, черт возьми, было-о-о-о!» канул в образовавшийся разлом. «Ну серьезно, сколько еще вы собираетесь рыть под чужими домами?!» - взвыл он, осматриваясь в яме, в которой очутился. Как оказалось, вырыл яму Тибу, и сейчас Маджин привел в действие заранее заложенную взрывчатку, обрушив свод ямины на голову Гоу. Но Тибу, Маджин и Райо не успели перевести дух, как могучий Гоу вырвался из подземного плена. Не желая связываться с сей троицей, Гоу принял облик львопса, понесся к Масиро, ворожащей над двеомером врат странствий. Львопес выдохнул поток воздуха, усиленный магическими энергиями, и тот разметал искателей приключений, остававшихся близ разлома в пространстве. На ногах осталась лишь Масиро, и Гоу, вновь обратившись гномом, проронил: «Скажу-ка я тебе кое-что серьезное для разнообразия. На этом поле брани я исполнился уважения к вам. Я искренне, от всей души получаю удовольствие!..» «Мне плевать на то, что тебе там весело», - отрезала эльфийка, и, велев чародейке-эльфийке Юри присмотреть за вратами странствий, в одиночку схлестнулась с Гоу, сознавая, что сможет выиграть лишь несколько секунд прежде, чем будет повержена... Гоу вознамерился было покончить с противницей, обрушив на нее огромную каменную глыбу... но удар пришелся на щит героя Юлура, появившегося в каверне наряду с Кагеро. Юлур нанес противнику удар, коий отшвырнул Гоу далеко в сторону. За спиной легендарного защитника Астолтии виднелись Дионисия и Дэн. «Юлур!» - возликовали Гиб и Урипо. – «Ты всё-таки пришёл!» «Ну, просто в нашем противостоянии с Королем Демонов образовалась небольшая передышка», - улыбнулся Юлур, указывая на монструозных птеродактилей поодаль. – «Так что мне пришлось пойти на кучу ухищрений, чтобы прилететь сюда». Искатели приключений завороженно взирали не только на Юлура, прибывшего к ним на помощь, но и на Кагеро – знаменитую воительницу из отряда Джей-Би...
«Хочешь сказать, они сумели завершить создание врат странствий?!» - изумился огр. «Очевидно, так и есть», - молвила горгулья. – «Ходят слухи, что среди прибывших есть тот, кто именуется ‘героем’. Говорят, в последнее время он сражался в землях Лендерсии против Короля Демонов... Кроме того, поговаривают, что там были замечены даже члены печально известного отряда Джей-Би». «Это крайне серьезная ситуация», - встревожился Рейзен. – «Кто бы мог подумать, что враг подготовится до такой степени...» Собравшиеся в тронном зале монстры загомонили: «Наш расчет на то, что со стороны морского дна нас никто не атакует, оказался слишком наивным! Нужно срочно пересмотреть весь план обороны!» «Не смейте паниковать!» - рявкнул принц демонов, и в зале воцарилась тишина, а все взоры оказались прикованы к Малику. – «Вспомните битву пятисотлетней давности против Истинного Солнца! Они бесчисленное количество раз угрожали этой крепости, и бывали случаи, когда мы позволяли им вторгнуться внутрь... Но!.. Разве в итоге мы не разгромили их всех до единого?! К тому же сегодняшний путь снабжения врага всё ещё слишком ненадежен! Пока они не успели закрепиться и выстроить боевой порядок, мы, используя наше превосходство, уничтожим врага полностью! От этой битвы зависит процветание или гибель всего нашего клана! Все за мной!» Малик покинул тронный зал, и сильнейшие воители Лунного Племени устремилось за ним...
«Да, Амас и Джей-Би тоже говорили, что так оно и будет», - отвечал Юлур. «Если враг сосредоточит всю свою армию до того, как мы успеем собрать боевые силы, нам ни за что не выстоять», - отметил Дэн. «Именно для того, чтобы не позволить им сделать это, они здесь и находятся», - добавила Дионисия. Урипо и Гиб переглянулись озадаченно, не ведая, что приближается к Иснагу еще одна подводная лодка, на борту которой находятся бойцы третьего штурмового отряда; примкнули к оному Амас и Джона. Все авантюристы были донельзя воодушевлены и настроены показать врагу, на что способны защитники Астолтии!.. Лодка достигла магического барьера, но Риндо загодя передала на борт магический код, коий позволял пройти через него. «Она что, настолько хороша?» - поразился Джей-Би. «Да уж», - вздохнул Амас. – «Я ведь тоже когда-то приходил к ней и просился в ученики. Хотя для начала мне вообще стоило огромных трудов её просто отыскать. Но её милые ученики решили, что к ней так и липнут всякие паразиты, и быстренько меня прогнали. Как на мусор на меня смотрели...» «Ну что, тогда действуем строго по плану», - обратился к авантюристам Джей-Би. – «Постарайтесь устроить как можно более громкий и яркий погром!» «Принято!» - хором гаркнули те...
Авантюристы рубились как с порождениями демонических ученых, так и с миньонами Лунного Племени. Варш противостоял искателям приключений на равнине, в то время как Фолка продолжал поединок с Аской и Расвидом на крепостной стене. «Ты ведь тоже хочешь вернуться и взять командование на себя, не так ли?» - спрашивал сенешаль у Расвида, не переставая орудовать мечом. «Благодарю за заботу!» - отозвался тот. – «Но видишь ли, группа авантюристов — это автономная боевая единица». «Это как раз тебе нужно поскорее вернуться и собрать свои войска!» - добавила Аска. – «Только мы тебя не упустим!» «Прекрасно это понимаю!» - ухмыльнулся Фолка, и, наблюдая за увеличившимся на равнине числом авантюристов, предположил, что врата странствий все-таки открылись. А это очень, очень тревожно!.. Прямо сейчас крупные силы врага ещё не брошены в бой, но смятение среди бойцов Лунного Племени уже нешуточное. Если прямо сейчас не поднять им боевой дух, всё может закончиться полным разгромом... На вершине гигантского голема – осколка Ложного Солнца – появился Малик, и голос его громыхнул над полем брани: «Не смейте трепетать, воины!!! Что именно мы должны защищать — этот замок?! Или наши позиции?! Нет! Нам нужно лишь выиграть время до завершения пробуждения Луны Возмездия! И для этого мы задействуем всю глубину обороны этого дворца! К тому же противник — это всего лишь экспедиционный корпус, чья последняя надежда держится на тонкой линии снабжения! Перережьте ее, измотайте их и возьмите в кольцо! Наши шансы на победу ни капли не пошатнулись!» Воодушевленные появлением молодого господина, монстры ринулись в бой с удвоенной силой. Действительно, с чего бы им поддаваться панике? Ведь численное преимущество их неоспоримо!.. Спрыгнув с голема, Малик вихрем пронесся по равнине, избрав противником своим Юлура. «Почему ты здесь, герой?» - спрашивал он, и отозвался Юлур: «Я отказался от этого титула! Потому что в Лендерсии уже есть истинная героиня!» «Разве ты не должен был сражаться против Его Величества Короля Демонов в качестве сподвижника той самой героини?» - спрашивал Малик. «Сора мне во многом помог, знаешь ли», - усмехнулся Юлур. – «Так что, даже если дел у меня невпроворот, я все равно примчусь на помощь!» «Не хочешь ли ты, чтобы я снова свёл тебя с ума в кошмаре?!» - зло прошипел принц демонов. «Ну уж нет, с меня того раза хватило!» - заверил его противник. «Кошмары теперь будете видеть именно вы!» - выкрикнула Дионисия, примкнув к герою в сем противостоянии. Вооружена была жрица внушительных размеров косой с тремя лезвиями, владела которой мастерки. Дионисия коснулась ладонью земли, творя волшбу, и множество мертвяков восстало, атаковало Малика. Тот изумился: а она весьма непроста, эта жрица!.. Искатели приключений – эльфийка Юнана и ее спутники – исполняли чарующую песнь, стоя на крепостной стене и взирая на поле брани. Та наполняла их сподвижников новыми силами, исцеляла раны, возвращала присутствие духа. «Пусть эта поддержка достигнет и героя!» - взмолился Гиб, с тревогой наблюдая за противостоянием Юлура принцу демонов. Он осекся, зрев, что приближаются к древесному оплоту авантюристов не один, но трое огромных големов-башен – осколков Ложного Солнца. Конструкты атаковали древо огненными потоками, и чародеи отчаянно пытались сдержать их натиск. «Какая глупость!» - злилась находящаяся в одной из башен Эсторис, взирая на исполнительниц. – «Не смейте устраивать этот балаган на поле боя молодого господина!» «Эта огромная штуковина размножилась!» - выдохнула Урипо, глядя на приближающихся големов. «Дело плохо, судя по её форме, это же...» - начал роман, и Эсторис, услыхав его слова, довольно осклабилась: «Шпили-солдаты Ложного Солнца изначально были осадными башнями для вторжения в Астолтию. Не думала, что придётся использовать их в нашем собственном оплоте, но в итоге всё сложилось как нельзя лучше!» Глядя на то, как Юлур и иные авантюристы связывают боем Малика и Рейзена, Гиб уверовал в то, что, если сумеют они отстоять свой древесный оплот, то одержат верх в сем первом этапе противостояния. Но для этого первым делом надлежит уничтожить три осадные башни, к нему подступающие!.. На поле брани подоспел верховой, Лукрад, вооруженный причудливым пистолем. Из дула оного вырывались сполохи молний, разящие монстров. Примкнули к нему Дэн и огр Лори – исследователь новых образцов магического оружие. Потоки энергий срывались с посоха последнего, разрывая тела миньонов Лунного Племени на части. Обратив взоры на сию опасную троицу, монстры ринулись к ней, и подоспела к ограм эльфийка Гариксон, славящаяся своей меткостью в стрельбе из пистолей. «Что ж, пора взяться за нашу главную цель», - напомнил Лори Дэн, указывая на осколки Ложного Солнца. Тот выстрелил в шпиль... но – как оказалось – ограждал тот магический барьер, отразивший поток энергии. Дэн и Лори опешили, а Эсторис, наблюдая за ними издали, недобро усмехнулась: «Эффективность моего магического барьера возросла! В этот раз всё пойдёт совсем не так, как в прошлый...» Дэн заметил, что Кагеро самозабвенно наблюдает в подзорную трубу за противостоянием Малика и Юлура, и, схватив эльфийку за шкирку, швырнул ее наземь, потребовав, что та выполнила свою задачу. «Ладно, выполню и продолжу смотреть», - проворчала Кагеро. После чего устремилась к одному из осколков Ложного Солнца, разя означившихся на пути ее механических конструктов. Усилием воли выбросив из головы двух красавцев – Малика и Юлура, эльфийка воззрилась на башню, кою ей было велено уничтожить. Понимая, что в одиночку ей с големом не совладать, Кагеро призвала четырех своих новых сподвижников-авантюристов: человека Кимидори, ведди Момоваку, огра Таку и пуклипо Хасси. Башни продолжали поливать равнину огненными потоками; искатели приключений отвечали заклинаниями, но особого успеха не добивались, ибо магический щит, ограждавший големов, держался. Появился на поле брани и Некогиси, лихо управляющий причудливым долбордом. Четверо воителей из отряда Кагеро действуя слаженно, ринулись к големам. Кимидори направила в сторону первой из башен ракеты, использующиеся в фейерверках, начиненные зарядом; взрыв сотрясли голема, но особого урона ему не причинили. Эсторис смеялась, но хохот ее оборвался, когда зрела она густой туман, вихрящийся вокруг башен, сотворенный Момовакой. «Это то, иллюзия?!» - злилась демонесса, наблюдая за порхающими в тумане призрачными бабоками. – «И ты думаешь, что подобной чушью сможешь остановить продвижение моих кукол?!» Повинуясь ее воле, големы исторгли пламя, затопившее равнину, и авантюристы поспешили укрыться от гибельного жара за валунами и в ущельях. И тогда в бой вступил Така; огр метнул в голема зачарованные цепи, и те оплели башни. Дэн, Лори и Гариксон тут же принялись палить сполохами магических энергий по обездвиженным конструктам. Урипо укрылась от хлещущих по равнине огненных потоков за валуном, где уже успел схорониться эльф, Аок. «Великая Урипо как раз собиралась тайком подобраться поближе и забросить им шары со сверхинтенсивным черным перцем, а они бьют без разбору», - пожаловалась она. «Что-о!?» - опешил эльф. – «Ты до сих пор держишь их при себе?! Это вообще безопасно?» «Ну, с теми двумя шпилями на той стороне они, похоже, как-нибудь сами разберутся», - махнула рукой Урипо, указывая на скованные цепями две башни. – «А если мы с тобой разделаемся с этим последним оставшимся шпилем здесь, то победа у нас в кармане!» Пуклипо засеменила прочь, и эльф окликнул ее: «Урипо, ты собираешься сражаться?» «Угу!» - отозвалась Урипо. – «В основном я буду отвечать за поддержку! А ты, когда твой боевой дух взлетит до небес, ка-а-ак разнесешь эту тварь в щепки!» «Я... я понял», - промямлил Аок. – «Значит, обычные лобовые атаки...» «Гиб ведь говорил, что ты входишь в тайный боевой отряд правосудия, защищающий мир в Гночакке с помощью древних технологий, так?» - утонила Урипо. – «Ну-ка, покажи им класс!» Аок признался, что его сподвижники, сражающиеся неподалеку – Некогиси и другие, - действительно таковы. «Костюмы для особых условий, которые мы используем», - начал он, - «наше магическое снаряжение активирует свою силу, только реагируя на мужество того, кто его носит... Но нынешний я... Я не могу совладать с этой силой как надо. Лидер говорит, это потому, что я еще толком не понял истинную суть мужества...» «Ничего не понимаю», - призналась Урипо. – «Раз уж ты пришел на такое опасное поле боя, разве у тебя уже не более чем достаточно смелости?» «Я и сам пришел сюда в надежде, что это действительно так, но это была всего лишь обычная безрассудность», - смущенно улыбнулся эльф. – «Из-за этой моей напускной отваги я ранил своего дорогого друга!» Рассказывал эльф, как некогда сражался с монстрами, а его верный спутник – целительный слизень Аомин – молил парня сохранять трезвость рассудка. Увы, Аок остался глух к словам друга, и в сражении с лесными бестиями Аомин был ранен. И сейчас, когда Аок уходил в Веринард, Аомин остался ждать его в хижине, заверив: «Все хорошо! Если идти вперед с чистым сердцем, ты обязательно найдешь свое мужество!» «Обязательно найду это и вернусь!» - заверил слизня эльф. Историю эту Аок поведал Урипо, поведав, что так и не смог забыть ни свой эгоизм, ни свой страх. «В итоге я просто втягиваю кого-то за собой и боюсь, что причиню ему боль», - признался он. «Ну что ты за парень такой!» - воскликнула пуклипо. – «Какое же ты заботливое и хорошее дитя! А вот если сравнить тебя с моим напарником?! Как только что-то взбредет в голову, он сразу мчится напролом, и только и делаю, что втягивает других в неприятности! Да и вообще, мы еще совсем недавно были просто начинающими, никчемными искателями приключений! А теперь, оглянуться не успели, как уже воюем в подводном дворце демонов против какого-то отпрыска Лорда Демонов! Да сколько бы жизней у нас ни было, все равно не хватит!» «Вы имеешь в виду ведди по имени Сора?» - осторожно поинтересовался Аок. – «Того, кто, как говорят, стал причиной этой битвы...» «Именно так!» - подтвердила Урипо. – «И ведь может быть, что он прямо сейчас уже проник куда-то в этот подводный дворец и начинает там что-то вытворять. Если встретишь его, обязательно вмажь ему как следует!» «Значит, он очень храбрый воин, который не боится действовать ради своих убеждений», - просиял эльф. – «Это потрясающе. Даже то, что он втягивает за собой друзей, наверняка потому, что он безгранично доверяет тебе и остальным...» «Да не может эта рыба-таран думать о чём-то настолько благородном!» - возопила пуклипо. – «Он сначала несётся напролом, а уже потом в панике соображает, что ему не хватает то одного, то другого. И ты бы знал, сколько нам приходится бегать, чтобы подтирать за ним хвосты! Ну, хотя, именно потому, что он такой, когда путешествуешь с ним, не нужно строить из себя крутую или перед кем-то лебезить. В этом плане с ним хотя бы просто и легко... Послушай меня! Если уж ты один раз почувствовал этот страх и груз ответственности, то с этим уже ничего не поделаешь! Но как раз из-за того, что ты не можешь об этом забыть, ты и являешься хорошим парнем. Так что ни в коем случае не бери пример с этой рыбы-тарана!» С этими словами Урипо упорхнула прочь, а Аок, озадаченный, еще долго смотрел ей вслед... «Сколько бы я ни пытался это забыть, тревога и ответственность никуда не исчезнут сами по себе в один миг», - размышлял он, наблюдая за сражающимися на равнине. – «Смогу ли я оправдать ожидания каждого? Смогу ли я сражаться, никого не раня? У меня нет никакой уверенности... У меня совсем нет уверенности в себе». Эльф сжал кулаки, прорычал: «Я хочу оправдать их ожидания! Я хочу защитить их! Даже если я продолжу нести в своем сердце страх и ответственность, один лишь шаг, сделанный ради этого... возможно, именно это и есть мой ответ!» Он повел за собой в бой четверых сподвижников, входящих в отряд «Храбрецов Аока», - Некогиси, Мику, Софру и Секси, - и применили они магомеханическое оружие против врага. Долборды, на которых перемещались пятеро, были способны трансформироваться и обращаться в оружие. Так, на глазах ведущих сражение авантюристов пятеро долбордов объединились, образовав огромный гуманоидный конструкт – Долсерион!.. Конструкт атаковал одну из башен-големов – единственную, не удерживаемую цепями. Эсторис в изумлении таращилась на созданный из долбордов конструкт: подобного поворота демонесса никак не ожидала!.. «Да вы издеваетесь?!» - шипела Эсторис. – «Чтобы какому-то абсурдному куску металлолома...» Кагеро легко взбежала по цепи к балкону, находилась на котором Эсторис. «Плохая девочка, мешаешь моему веселью», - прошипела безжалостная эльфийка, после чего рассекла мечом тело Эсторис на куски. Нахмурилась, созерцая осколки, ибо принадлежали те кукле...
«В кои-то веки я лишилась одного из своих сосудов», - выдавила она, испытывая страх и гнев одновременно. – «Проклятье! Эти искатели приключений вечно, вечно, постоянно только и делают, что мешают мне!» Выбравшись из бассейна, Эсторис устремилась к выходу из помещения, заваленного остовами кукол. «Вы у меня еще попляшете!» - восклицала она. – «Моё исследование уже вышло на финальную стадию!..»
Кагеро и Кимидори ринулись во внутренние чертоги первой скованной цепями башни, целительница Момотитто и неистовый пуклипо Хасси ступили во вторую. Схлестнулись они со множеством монструозных кукол, заполонивших нижние пределы башен... Но, даже скованные цепями и обездвиженные, големы вели огонь из своих орудий, стремясь уничтожить авантюристов, ведущих бой на равнине. Среди искателей приключений означился конструкт, созданный по образу и подобию гнома – Рохимото, и, вращаясь, разил он монстров острыми лезвиями. Кагеро и Кимидори достигли помещения в основании голема, находилась в котором котельная, и куклы неустанно бросали лопатами уголь в топку, тем самым даруя башне энергию... Так, уничтожив топку, они обездвижили первую башню, в то время как Момотитто и Хасси – вторую... Продолжали разить монстров Дэн, Лукрад и Лори; ограждавший поврежденные башни магический барьер исчез, и Лори исторг поток магической энергии из навершия посоха. Кагеро и Кимидори едва успели выпрыгнуть из окна башни, прежде чем та взорвалась. Увы, посох Лори был уничтожен: магическая энергия оказалась слишком велика, посему привела оружие в негодность. Долсерион продолжал сражение с уцелевшей башней; Мика, Некогиси, Секси, Софра и Аок с тревогой наблюдали за своим конструктом. «Какая огневая мощь!» - покачал головой Аок. – «Дорселиона теснят!» И это при том, что то – единственная оставшаяся башня», - отметила Мика. «Плохо, что дальнобойное вооружение Дорсериона зависит в основном от маны», - вздохнул Некогиси. «Его отбрасывает магическим барьером, он под обстрелом!» - восклицала Секси. – «Если бы мы только могли хоть как-то подобраться к нему поближе вплотную...» Софра закончила изготовление последней детали для Долсериона, пришедшейся как нельзя кстати. Механические устройства трансформировались в энергетический клинок и щит. Взяв их в руки, конструкт ринулся к башне. «Объединив биение пяти сердец, прорвись сквозь этот путь к победе!» - хором воскликнули пятеро бойцов команды Некогиси, с замиранием сердца наблюдая за своим детищем. На глазах у воителей обеих сторон Долсерион рассек башню-голема надвое. Малик, продолжавший поединок с Юлуром, нахмурился: стало быть, куклы Эсторис не продержались. К принцу демонов подоспела горгулья, доложив о том, что в районе Гедра замечен еще один отряд врага...
Смерив Юлура и Дионисию недобрым взглядом, заключил принц демонов: «Пора заканчивать».
«Пошли, Гоу», - поторопил сородича Рейзен, обратившийся в львопса. «Ты давай возвращайся в замок вместе с молодым господином!» - отрезал Гоу, не отводя глаз от древесного оплота авантюристов. – «А я ещё раз ворвусь туда и попробую достичь врат странствий!» «Ты опять за своё?» - вздохнул Рейзен, и свирепый Гоу рявкнул: «Да! Сегодня отличный денёк, чтобы сдохнуть! У врага ведь собралось столько неистовых воинов!.. И знаешь, я ведь тоже сегодня разглядел в молодом господине проблески истинного короля». «Способность трезво оценивать ситуацию на поле боя и величие духа, способное успокоить дрогнувших солдат», - согласился с ним Рейзен. «События в эту эпоху превращают молодого господина в будущего короля, отличного от Его Величества Исрата», - заключил Гоу. «Что касается меня, я просто хочу увидеть, куда в конечном итоге приведет его путь господства!» - вымолвил Рейзен, и Гоу усмехнулся: «Ты все так же искусно умеешь мотивировать людей и вести их за собой». Махнув рукой авантюристам – мол, в следующий раз продолжим! – Гоу устремился прочь – вслед за Рейзеном. Искатели приключений не стали преследовать их. Стоя на вершине крепостной стены, капитан Аска вскинула меч, возвестила: «Враг начал отступление! Первое сражение за нами! Это наша победа!» Авантюристы кричали, радуясь одержанной победе. Гиб улыбался, но пытался понять подоплеку происходящего. Почему Малик объявил об отступлении?.. «Он говорил так, будто призывал к сопротивлению, но при этом ненавязчиво намекал на отход», - размышлял гном. – «Говорил, что следует дождаться завершение пробуждения Луны Возмездия. Благодаря этому враги почти не паниковали, и их отступление прошло гладко...»
Коси был донельзя проницательным противником, ловким и непредсказуемым, и Соре приходилось непросто. «Его стиль боя похож на мой», - пронеслось в разуме ведди. - «Выносливость, ловкость, владение мечом и боевые искусства — абсолютно все его умения на порядок выше! Если дело дойдет до битвы на истощение, я постепенно окажусь в тупике. Точнее... он именно к этому и ведет?..» Сора отпрыгнул в сторону, настороженно созерцая драконида, и проронил тот: «Что такое? Если собираешься бежать — беги. Если собираешься бросить мне вызов — нападай». Сора сжал зубы, сознавая, что выход у него только один: одержать верх над противником!.. Коси выхватил второй клинок – короткий, с зазубринами, призванными сломать лезвие противника. Припомнил Сора, что упоминала Тора о том, что драконид таким образом сломал ее меч. Отметив, что заняты у драконида обе руки, Сора метнулся к нему, рванул за капюшон, заставив противника пошатнуться, занес меч для удара... Но не учел, что Коси обладает тяжелым хвостом, который использует как оружие. Удар хвоста отбросил Сору в сторону, и Коси, не давая противнику опомниться, метнулся следом, с силой ударил ногой. «Тяжелые крылья и хвост несколько замедляют его движения», - оценивал Сора драконида. – «Но преимущества, которые они дают для планирования в воздухе и контроля позы, гораздо выше! К тому же, у него есть преимущество в знании этой местности. Он просчитывает мои шаги наперед, от него не убежать». Сознавал Сора: противник целенаправленно загоняет его в угол. Но должен же найтись способ перехитрить драконида!.. А сейчас... нужно попытаться заговорить ему зубы и выиграть хотя бы несколько мгновений!.. «А ты хорош», - выдавил Сора, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. – «Я вообще-то довольно часто сражался с драконидами. Но такого, кто бы настолько виртуозно управлял своими крыльями и хвостом, вижу впервые». «Извини, но я не силен в разговорах», - отозвался Коси. – «Мой господин велел мне не разговаривать с тобой. Иначе ты просто заморочишь мне голову своей болтовней». Похоже, противник его столь же серьезен в бою, как и Малик. И, поскольку модру драконида скрывает маска, нельзя прочесть его взгляд. Хотя сам Коси, похоже, выражение лиц смертных читает весьма неплохо...
Малик и львопсы наблюдали, как расправляются эти двое с монстрами, и проронил принц демонов: «Его навыки пугающе возросли. Похоже, слухи о том, что они вместе с принцессой-героиней Великого Зедора бросили вызов Его Величеству Королю Демонов, возникли не на пустом месте». «Проблемных врагов стало больше», - размышлял Малик, созерцая Юлура. – «Хотя нет. Может, проблема заключается лишь в нем одном?..»
И все же монстры пытались отступать, исполняя волю своего повелителя, а авантюристы, направляемые Джей-Би, Торой, Амасом и Джоной, преследовали их, добивая. Эти четверо вознамерились оставить остальных и сей малой группой попытаться пробраться ко дворцу, дабы собрать сведения о противнике и – конечно же – навести суету. Простившись с остальными, Джей-Би и трое спутников его устремились к горному ущелью, вслед за отступившими монстрами...
Сора отпрыгнул в сторону, отбросил броню, выдававшую его движения. «Этот парень постоянно держит меня прямо перед собой только для того, чтобы не упустить ни единого звука, который я издаю!» - осознал ведди. – «Он использует этот огромный капюшон и крылья, чтобы собирать звуки, идущие спереди! И наоборот, звуки со спины блокируются его же крыльями...» Сора взвился высоко в воздух, дабы атаковать драконида сверху, но тот резко вскинул руку, и клинок его оставил на груди ведди глубокий порез. «А у тебя хорошая интуиция», - осклабился Коси, оборачиваясь к изумленному противнику. – «Но тебе немного не хватило. Знаешь ли ты, что такое ‘ямковидные органы’?» Соре казалось, что Гиб упоминал о чем-то подобном раньше. Кажется, что-то про ящериц или змей в темноте... «Это орган чувств у некоторых змей, который позволяет им визуально воспринимать тепло», - доходчиво пояснил Коси. – «Похоже, наши предки, охотившиеся в кромешной тьме мира демонов, обладали похожим органом. Одной лишь замене зрения слухом было бы недостаточно для меня, потерявшего свет, чтобы продолжать сражаться. Я тренировался без остановки 10 лет, пока полностью не освоил это чувство». Стало быть, дело не только в звуке. Коси и без того прекрасно «видел» противника!.. Но разве это то, что можно развить просто тренировками? Что за безумное упорство у этого драконида!.. «Ты же вроде говорил, что не собираешься со мной разговаривать?» - выдавил Сора. «У меня тоже есть своя гордость», - отозвался Коси. – «Я долго размышлял, как одолеть воина, который уже не раз давал отпор молодому господину и господину Гоу. Но это оказалось как-то разочаровывающе. Если ты умрешь, так и не показав свою истинную силу, меня это вполне устроит, но... я не могу не чувствовать себя оскорблённым». Сора смотрел на драконида во все глаза. Тот думает, что ведди его недооценивает, и посему злится?! Но он, Сора, сражается на пределе сил... «Или нет?» - гадал Сора, зажимая ладонью рану на груди. – «Действительно ли я выкладывался на полную, отчаянно борясь за свою жизнь? Мне как-то удалось сбежать от Малика, но не думал ли я в глубине души, что ‘это еще не настоящий бой’? Не пытался ли я схалтурить и отделаться легким путем?!» «Почему ты заходишь так далеко и сражаешься изо всех сил?» - обратился Сора к дракониду. – «В смысле, любой обычный воин сдался бы, если бы перестал видеть!» «Простому авантюристу этого не понять», - отрезал тот, воскрешая в памяти образы львопса, уносящего на своей спине его, раненого с поля боя. – «Ибо это называют ‘верностью’. Есть тот, кто спас мою жизнь, когда я потерял зрение и стал бесполезен как воин. Моя нынешняя жизнь существует лишь для того, чтобы отплатить за эту великую милость... Но, как ты и сказал, я что-то разболтался. Пожалуй, пора прекратить твои мучения». Сора сбросил с себя последние элементы кольчуги, и противники ринулись друг к другу. Рана Соры оказалась неглубокой – меч Коси оставил ровный порез на груди, не более. Когда они сражались с Маликом, то тот отделал ведди куда сильнее... Теперь Сора понимал драконида – так ему, по крайней мере, казалось. В войне, вершившейся 500 лет назад, он потерял многое. «Когда ты бьёшься не на жизнь, а на смерть, а твой противник валяет дурака... конечно, это взбесит кого угодно!..» - мысленно согласился с драконидом Сора. - «Пусть это и мотивы врага, но я бы не хотел, чтобы подобные чувства и преданность оказались напрасными!» Сора усилил натиск, нисколько не заботясь о том, что истекает кровью. Лишь сейчас сумел он взять себя в руки и вспомнить объяснения об обращении с иззубренными клинками, ведь воители Истинного Солнца наставляли его в обращении с ними в иллюзорной реальности ролевой игры. Посему в противостоянии с Коси Сора применял ныне самые эффективные из возможных приемов, составляющие стиль водоворота. «Я только и думал о том, как бы выкрутиться из ситуации дешёвыми приёмами», - проносилось в разуме Соры, когда атаковал он драконида, вынуждая того уйти в глухую оборону. – «Хотя по выносливости, гибкости, фехтованию и движениям тела — он превосходит меня во всём... С другой стороны, неужели я испугался этой недосягаемой разницы, как будто прыгнул выше головы, но всё равно не достал вершины, к которой стремился?! И сам для себя решил, что он — противник совершенно другого уровня... Но ведь я ещё даже не обрушил на него всего себя без остатка!»
«С древних времён в военном искусстве осада крепости считалась худшей из тактик», - вымолвил Спир. – «Обороняющаяся сторона может атаковать с выгодной позиции сверху, укрывшись за стенами, в то время как нападающим приходится прорываться сквозь этот шквал, рискуя собственными жизнями без всякого прикрытия». «Возможности снабжения нашего военно-морского флота Веринарда — лучшие в мире», - напомнила сподвижникам Аска. – «Будь у нас время, мы могли бы втянуть их в измором и затяжную осаду...» «К сожалению, сейчас время поджимает именно нас», - вздохнул Гиб. – «Мы не знаем, когда будет завершена Луна Возмездия, Исьянкар, так что у нас просто нет другого выбора, кроме как идти напролом». «Однако бросаться в лобовую атаку без всякого плана — это глупо», - отметил Расвид, усмехнувшись. – «Создание чёрного хода в подобных ситуациях — это тоже работа для авантюристов». Тибу сделал небольшой подкоп, через который за крепостную стену дворца смогли проникнуть воины-пуклипо. Неприметные феи Мюми и Панянян стянули у монстров ключи от ворот, Джей-Би и трое его спутников вплотную подобрались к оным. «Продолжая атаку с фронта, мы будем постепенно засылать внутрь бойцов, сильных в скрытности», - продолжал излагать замысел следующего этапа операции Гиб, - «чтобы они устроили там диверсию и помогли открыть ворота. И главное — прямо сейчас нам позарез нужны сведения! Ведь мы до сих пор даже не знаем точного местонахождения Лазу...»
Тем не менее, Сора сознавал, что продолжает истекать кровью и слабеет с каждым мгновением. И все же он продолжал сражаться, понимая, не может позволить себе отступить. Неведомо, насколько его хватит, но остающимся временем обязан он распорядиться достойно, сражаясь в полную силу. Осознавал Коси, что удары ведди становятся все сильнее, а скорость движений продолжает нарастать. Драконид не успел подстроиться под этот напор и рваный темп атаки. Клинком своим расколол Сора меч Коси, тот продолжил сражаться вторым. «Я признаю это!» - выкрикнул драконид. – «Ты, без сомнения, представляешь угрозу для моего господина!» Сора был практически без сил. Вспомнились слова Малика, который в час противостояния их близ Лусинды утверждал, что пасть в бою, уничтожив при этом сильного противника, - большая честь. Ведди с силой ударил ногой бросившегося на него драконида, отбросив того на несколько шагов, выкрикнул: «Обоюдная смерть меня не устраивает! У меня ведь тоже ещё полно дел, которые я должен сделать!» Тяжело дыша, драконид лежал на земле. Я... победил?..» - пронеслось в угасающем разуме Соры. – «Неужели я только что одолел настолько невероятного мастера меча...» Последние силы оставляли его, и сознавал Сора, что уготована ему скорая смерть от кровопотери... Очнувшись, осознал Сора, что хлопочет над ним авантюристка-ведди, перевязывая раны. «О, очнулся-таки!» - улыбнулась она. – «Прошу, не двигайся пока». Где... я?» - прошептал Сора. – «Что происходит?» «ты ведь Сора, верно?» - уточнила ведди. – «Тора верно тебя описала. Я одна из тех, кого Гиб собрал в штурмовой отряд». Ведди представилась – Адамас, асассин. Сора приподнялся на локтях, осмотрелся. Едва живой драконид лежал поодаль, я рядом с ними находился иной ведди-ассасин, Фрут, коий держал клинок наготове. Подле Коси же хлопотала подоспевшая Суна, то и дело бросавшая тревожные взгляды в сторону остающихся близ Соры авантюристов. «Суна... пожалуйста, отступи», - прохрипел Коси. – «Этот ублюдок...» «Не двигайся», - велела ему Суна. – «Ты тоже потерял слишком много крови». «Кто, чёрт возьми, смог одолеть Коси - воина, чьё мастерство в ближнем бою один на один не уступает самому молодому господину?..» - гадала Суна. – «Неужто его тот парень поверг? Если бы я не отыскала его, он был бы уже мертв...» Вспоминала она о словах Лазурии, уверенной в том, что Сора явится за ней, и об удивительном спокойствии драконицы. Стало быть, права была Лазурия... «Мы нашли вас обоих лежащими без сознания практически в один и тот же момент!» - пояснил Соре Фрут. – «Вы оба обессилены, и сейчас можете лишь взглядами друг друга сверлить!» «Ты ведь Суна, верно?» - окликнул эльфийку Сора, слабо махнув ей рукой. – «Я много слышал о тебе от Лазу. Она говорил, что у него есть заботливый и добрый львопес». «Ч-что это значит?!» - лихорадочно размышляла Суна. – «Почему здесь всплыло имя принцессы...» Изумление отразилось на лице Суны, и Сора смущенно улыбнулся: «С чего бы начать объяснение...» «Не уверен, что в такое время разумно спокойно болтать с врагом, - прервал его Фрут, но Сора отмахнулся: «Да ладно тебе! Всё равно мы оба сейчас не можем двигаться. Почему бы просто не поговорить?.. Смотри, Лазу ведь проживала события прошлого в мире ролевой игры с помощью магии Малика, верно?» «Почему ты знаешь об этом...» - опешила Суна, и Сора развел руками: «Вообще-то, я занимался точно тем же самым. Помнишь, мы виделись, прежде чем та тетка вышвырнула меня в море заклинанием?..» Сора поведал Суне о своих приключениях в иллюзорном мире прошлого, закончив свой рассказ словами: «В общем, в самом конце мне удалось лично поприсутствовать на дуэли между Сакрой и Лордом Демонов. И это было просто нечто невероятное!» «Я поняла», - молвила Суна, с трудом осмысливая откровение ведди. – «Короче говоря, ты встретил принцессу в мире ролевой игры и узнал обо всей нашей здешней ситуации». «Именно, именно!», - закивал Сора. – «Какое потрясающее совпадение! Прямо кожей ощущаешь, что это судьба!» «Это всё звучит слишком уж нелепо и абсурдно!» - размышляла Суна. – «Но при этом все факты до единого сходятся. Или точнее, если не допустить, что произошло нечто подобное, то его слова вообще невозможно никак объяснить!» «Допустим, всё сказанное тобой — правда», - произнесла Суна, испытывающе глядя на Сору. – «Но зачем рассказывать такие важные вещи первому встречному врагу?!» «Просто я хочу помочь Лазу», - признался Сора. – «Так что помоги мне!» «Что за глупости ты несешь?!» - оторопела Суна. – «Я воительница из Лунного Племени! Я ваш враг!» «Ну да», - улыбнулся Сора. – «Но лично для меня всё совсем не так. Прямо сейчас я не могу смотреть на вас, разделяя на ‘своих’ и ‘врагов’. А главное, я считаю Лазу своим очень важным другом». Поколебавшись, Сора обратился к распростертому на земле дракониду: «Коси, кажется? Я и про тебя, скорее всего, знаю. Точнее, я вспомнил это по ходу дела. Среди тех, кто примкнул к ‘предательству’ Лорда Демонов и чью жизнь спасла госпожа Селика, был один драконид. Это ведь был ты, верно?.. В концовке той игры нам дали возможность оглянуться на всё, что произошло в той битве. И там... было очень много эпизодов про вас... Про Лунное Племя. Должно быть, они просто смешались со сценарием Лазу где-то по пути. Поэтому я знаю и про твою маму... про госпожу Селику. Лазу невероятно сильно восхищалась ей. Говорила, что она была сильной, доброй и по-настоящему замечательной мамой. Послушай, Суна: нынешние жители Астолтии вовсе не держат зла на Лунное Племя. Никто не пытается воевать с вами, чтобы вас уничтожить. Но, если Луна Возмездия окажется таким же ужасающим оружием, как и Ложное Солнце, и если оно будет пущено в ход хоть раз, то обратного пути ни для одной из сторон уже не будет. С затуманенными от ненависти глазами всем останется только идти до самого конца, пока одна из сторон не исчезнет подчистую!» «Как я могу в это поверить», - выдавила Суна. – «Даже если у вас нет намерения истребить нас, это не значит, что вы готовы нас принять! Нас — словно призраков, явившихся из прошлого!» «Ну да», - признался Сора. - «Способа, как это сделать, я пока не придумал, но, с оглядкой на всю эту историю... у мирян понемногу смягчаются сердца. Даже на войне всё далеко не так просто, чтобы делить всех на однозначно ‘хороших’ и ‘плохих’. И тех, кто это понимает, уже очень много!» «Да всё это прекрасно понимали и господин Рейзен, и господин Гоу!..» - воскликнула Суна. – «И те воины, что сражались в былые времена, тоже это знали! Но тем не менее, примирение сорвалось - из-за того, что среди вас, жителей Астолтии, нашлись предатели!» «Всё именно так», - не стал отпираться Сора. – «Но были и те, кто выступал защитником Ложного Солнца, совершившего немало злодеяний. Чувства и мысли множества бойцов разминулись, из-за чего всё обернулось ужасной трагедией. Но именно поэтому... если бы не те несколько роковых ошибок... в тот раз всё и вправду было уже буквально в одном шаге от успеха! И ведь ничего еще не закончилось! И воины Истинного Солнца, и сам Лорд Демонов извлекли урок из своих прошлых ошибок, желая, чтобы в будущем всё получилось так, как надо. Они рисковали своими жизнями, чтобы отправить нас сюда. Я... не хочу, чтобы все их надежды и чаяния пропали зря!» «Даже если так, что ты собираешься с этим делать?!» - голос Суны дрожал. – «То, что мы враги, не изменится, и наша ненависть тоже никуда не исчезнет!» «Я спасу Лазу!» - отчеканил Сора с непоколебимой уверенностью. – «А потом остановлю эту штуку под названием Луна Возмездия – Исканьяр! А что будет потом... я пока ещё сам не знаю. Но пока обе стороны, потеряв решающий аргумент, будут просто стоять и сверлить друг друга взглядами, глядишь, кто-нибудь да подумает: ‘А ведь нам, возможно, вовсе не обязательно воевать...’ Может, всё как-то так и устроится». «Ну, с нашей-то стороны это доставит кучу проблем», - усмехнулся Коси. – «Причина, по которой мы терпим эту суровую жизнь здесь, в подводном дворце, заключается в надежде, что когда-нибудь мы вернем себе на поверхности гордость и процветание нашего клана. Луна Возмездия — это лишь одно из средств для достижения этой цели. Даже без нее у нас нет причин прекращать эту войну». «Этот мир устроен далеко не так просто, чтобы все могли стать счастливыми от одной твоей поверхностной и наивной мысли», - бросила Соре Суна, соглашаясь с драконидом. «Да знаю я!» - выкрикнул Сора. – «Знаю, но... воины в прошлом так отчаянно и упорно боролись ради этого! Я не собираюсь так легко сдаваться! И вообще! Я ни за что не позволю Лазу услышать подобные речи! Да катись оно всё! В этом-то и вся суть, чёрт возьми! Если она услышит такое... представляю, какое у нее будет лицо». «Сердце и чувства принцессы — это необходимая для нас жертва!» - возопила Суна. Заявив, что ей больше не о чем говорить с Сорой, она помогла Коси подняться на ноги, увлекла прочь... Но, сделав лишь несколько шагов, опустилась на колени, разрыдалась. «В самом центре этого подводного оплота...» - всхлипывала она. – «В глубине королевского дворца... Принцесса находится в области, которую называют ‘Задним двором’. Когда-то это было местом схождения подземных магических потоков, которое члены королевской семьи использовали для проведения масштабных магических ритуалов. И прямо сейчас демонические ученые взращивают там то самое оружие — Луну Возмездия, Исканьяр. Они загнали сердце и чувства принцессы в тупик, пытаются стереть её собственное ‘я’ и пробудить истинную силу драконьей крови! Во дворце объявили, что нам нужно продержаться против атак еще примерно одну неделю. Похоже, это и есть то время, которое потребуется до завершения Луны Возмездия... и время, оставшееся до того, как принцесса окончательно утратит свое сердце». «Прости», - тихо вымолвил Сора. – «Я заставил тебя говорить о таких тяжелых вещах. Суна, не хочешь пойти вместе с нами? Если ты поможешь нам, то...» «Да как это вообще возможно?!» - прокричала Суна, резко оборачиваясь к Соре. – «Я воительница из Лунного Племени! Даже если Луны Возмездия больше не будет, даже если я останусь совсем одна, ради своего клана я буду сражаться с вами!» Понимая, что разговор затянулся, Фрут взвалил Сору на плечо, молвил: «Ей сейчас нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах». После чего наряду с Адамас зашагал прочь... Суна мелко дрожала. «Я предала молодого господина», - выдавила она в ужасе. – «Поддавшись сиюминутным эмоциям... Что же я наделала! Но, если бы я этого не сделала, то... принцесса...» «Госпожа Суна», - почтительно обратился к ней Коси. – «К какому именно будущему приведет наш клан этот поступок, мне, скромному слуге, знать не дано. Но вторжение в Астолтию с использованием Луны Возмездия — это путь, избранный подчиненными господина Малика. Возможно Его Высочество, зная твой характер, госпожа Суна, умышленно отдалил вас от себя. Именно потому, что он не хотел принуждать тебя к этому и желал уберечь?.. Моё сердце изначально и до самого конца верно лишь воле госпожи Селики. Моя преданность ни капли не поколеблется. Ты, госпожа Суна, должны поступать так, как велит тебе твое собственное сердце...» Суна вновь расплакалась, и драконид обнял ее, утешая. «Какое поразительное красноречие», - воскрешал он в памяти слова, сказанные Сорой. – «Какой удивительный и загадочный мальчишка...» ...Фрут и Адамас отвели Сору подальше от Коси, остановились в небольшом ущелье. Ассасины оставили ведди одного, заявив, что обременять себя раненым не могут, и обязательно сообщат о местоположении ведди сподвижникам, остающимся в оплоте. Донельзя усталый, Сора смежил веки. «Та девушка...» - вспоминал он о Суне. – «Она ведь был так сильно привязана к Малику... Из-за этого ее положение теперь станет незавидным. Мне действительно очень жаль, что так вышло. Как же это печально! В конце концов, для них война ещё не окончена. Но она не была полностью поглощена одной лишь ненавистью. Вместо того чтобы просто уничтожать врагов, она выбрала защиту тех, кто ей дорог!.. Она впитала в себя чувства своей матери... Не потому ли, что Малик и Рейзен воспитали ее именно так?.. Не хочу, чтобы всё было напрасно! Я не хочу, чтобы эти чувства и надежды пропали даром! Но... эта война... всё слишком сильно запуталось. Что вообще такой, как я, может сделать?» «Ты чего это такую кислую мину скорчил?» - послышался голос. Открыв глаза, Сора с удивлением воззрился на приближающихся к нему авантюристов, возглавляемых Урипо. «Стоило ненадолго оставить тебя без присмотра, а эта рыба-таран уже совсем увяла и превратилась в сушёную воблу!» - заявила та. Искатели приключений захлопотали вокруг Соры, пытаясь накормить его, исцелить и залатать прорехи в одежде. Сора подобной заботы не ожидал, а авантюристы напомнили парню, что он – их лидер. Фрут и Адамас успели поведать им о том, сколь искусен ведди в бою, и ныне искатели приключений взирали на Сору как на живую легенду. По переносной рации связались авантюристы с Гибом, сообщив о том, что сумели отыскать Сору. Тот поблагодарил друга за то, что организовал тот штурмовой отряд.
«Очевидно, стоит ожидать весьма ожесточенного сопротивления», - заключила Аска и Риндо согласилась с нею: «Какими фигурами ходить и какие фигуры соперника забирать... Хм, весьма непростая ситуация на доске».
Сора полностью восстановил свои силы. Его сподвижники в течение этого времени без дела не сидели: занимались сбором информации, ведь за оставшиеся пять дней им надлежит проникнуть в недра дворца!
«Они стремятся для начала пополнить боевую мощь и спланировать надежное, уверенное вторжение, так?» - уточнил Рейзен. – «Если так, то все в порядке. Нам нужно лишь выиграть еще несколько дней. Для нас этого вполне достаточно». «Точно все в порядке?» - уточнил у огра Малик, и отвечал тот: «Вылазки той самой подводной лодки к внешним границам всё еще продолжаются полным ходом. По сравнению с затишьем на основном поле боя, здесь они подозрительно активны...» «Мне не нравится, что несколько наших складов со снабжением внутри крепостных стен уже разгромлены», - прорычал Гоу. – «Похоже, в этот раз нас потрепали довольно глубоко изнутри. Следов исполнителя почти не осталось, однако сработано настолько чисто и умело, что из-за этого круг подозреваемых сужается сам собой». «Коси так и не вернулся», - проронил Малик, взирая на присутствующих в тронном зале подначальных. «Если честно, мне трудно поверить, что он мог проиграть в бою один на один воину, который даже не способен использовать заклинания», - хмыкнул Варш. «Но этот парень слеп», - напомнил остальным Фолка. – «Кто знает, возможно, он наткнулся где-то на вражеский отряд и его втянули в невыгодный для него групповой бой». «В текущей ситуации положение дел всё еще складывается в нашу пользу», - заключил Рейзен. – «Пожалуй, пока можно смотреть на вещи именно так». «Когда этот малец вмешивается в дело, шестерёнки судьбы обязательно начинают идти наперекосяк!» - усмехнулся Гоу, и Фолка одернул его: «Не говори об этом с такой радостью». «Начиная с этого момента, грядущие пять дней станут решающей стадией на нашей шахматной доске», - постановил Малик. – «Нападающие, используя все свои тактические уловки и изобретательность, будут рваться к нашему королю. Мы же встретим и сокрушим их, опираясь на наш колоссальный опыт и железное упорство. Покажите им всю непреклонность и гордость старых солдат!» Обещав, что непременно так и поступят, Гоу, Варш и Фолка покинули тронный зал...
«Прошу прощения, если заставил вас скучать!» - зычно возвестил огр-фокусник Мито, взмывая в воздух, театрально взмахнул рукой... и на глазах опешивших монстров древесный дракон был облечен броней из камня, кирпича и металла! Более того, оплот сдвинулся с места, и медленно переставляя лапы, побрел в направлении дворца принца демонов. «Да что это такое?!» - возопили монстры, глазам своим не веря. – «Замок идет прямо на нас! Да как так?! Это же та штука, которая еще вчера была просто деревянным замком?! Что за невероятное безумие?!» Ступив на балкон замка, Роман поблагодарил иллюзиониста Мико за сие представление, молвив: «Пока мы скрывались за завесой иллюзии, нам пришлось работать над сим строительством в режиме безумного аврала! Узрите же наш истинный оплот!» Замок достиг крепостной стены дворца, и искатели приключений, перепрыгнув на оную, схлестнулись с монстрами. Внимание защитников дворца всецело было отвлечено на замок, и Блаумбаум наряду с эльфом Сорисом, огрессой Мимимик и лучником-ведди Пандой сумела подобраться к иному участку крепостной стены незамеченными. «Значит, мы должны поочередно направлять магию огня и магию льда на тебя?» - уточнили эльф и огресса, и Блаумбаум подтвердила: «В этом заклинании баланс между мощностью двух этих магических сил невероятно важен. Поскольку вы двое уже очень долго путешествуете вместе, я могу доверить это ответственное дело только вам. Если говорить о самом принципе... Прямо перед возникновением физического феномена мы заставляем искрить чистые противоположности магии плюса и минуса, вовлекая цель в процесс их аннигиляции. Если баланс этих двух сил нарушится, они выйдут из-под контроля, и тогда, скорее всего, сотрет с лица земли именно нас. Пожалуйста, будьте предельно осторожны. А, поскольку я совсем не умею точно целиться заклинаниями, точечный выстрел я оставляю на Панду». Сорис приступил к направлению потоков льда, Мимимик - пламени. Блаумбаум сии потоки переплетала, а после – направила их Панде, который обратил двеомер в разрушительную стрелу, и проделала та огромную дыру в кольце из первых трех стен, ограждавших дворец принца демонов. Силы авантюристов пришли в движение, устремляясь к образовавшейся бреши. Блаумбаум же без сил опустилась на колени, и Панда мягко обнял за плечи чародейку, сумевшую применить одно из самых могущественных заклинаний в сем мире. «Это заклятие считается одной из высших секретных техник магии синтеза», - пояснила Блаумбаум ведди. – «Никогда бы не подумала, что сама применю его на практике. Но в любом случае, хорошо, что всё получилось». Мимимик и Сорис тяжело дышали, восстанавливая силы, ведь только что им удалось поистине немыслимое. «В древних героических сказаниях появляются великие маги, которые в одиночку способны создавать, фокусировать и исторгать две магические силы одновременно, но... это, само собой, обычные выдумки», - улыбнулась им Блаумбаум, и Сорис рассмеялся: «В военных хрониках преувеличения — обычное дело!»
Адамас ступила в ставку командования штурмового отряда, остававшегося в одном из внутренних залов движущегося дракона из дерева, камня и металла. «Группа проникновения продолжает разведку внутри крепости, попутно уничтожая склады снабжения в каждом районе», - доложила ассасин Гибу и остальным. – «Похоже, они уже почти полностью прояснили структуру стен и расположение врага перед центральным королевским дворцом. Сообщают, что планируют продолжить разведку в более глубоких секторах». «Как и думал...» - протянул Расвид. – «Прорыв через центральный городской квартал был бы самым коротким путем, но...» «Нельзя ли как-то проверить, завершилась ли хотя бы эвакуация мирного населения?..» - осведомилась Аска.
«Этот парень сошелся один на один с противником, который доставил проблем даже Торе», - размышлял Джей-Би. – «То, что он не может раскрыть свою истинную силу, пока его не прижмут к стене, говорит о его молодости, но он оказался сильнее, чем я думал...» Джома встрепенулась: «Они здесь». А в следующее мгновение стена взорвалась, и в образовавшуюся брешь шагнул вооруженный секирой козлоногий демон, Яргель, сопровождали которого дракониды. «О-хо, так вы здесь!» - проревел он. – «Вот вы где прятались! Так это вы те самые крысы, что мародёрствуют на наших продовольственных складах?!» Амас и Джома встревоженно переглянулись: и как только противники сумели отыскать их? Они-то думали, что не оставили никаких следов... «Ну так если отслеживать и сопоставлять точки ваших нападений, становится очевидно, что вам как раз пора было заглянуть поглубже в замок!» - осклабился демон, и Амас нахмурился, понимая, что противник их весьма хитроумен. Джей-Би метнулся к Яргелю, с силой впечатал кулак ему в бок, отбросив тварь далеко в сторону. «Похоже, это проблемный противник», - пробормотал гном. – «Надо бы разобраться с ним поскорее!» «Так это ты тот самый знаменитый ‘Славный малый из диких земель’?!» - прорычал демон, вскакивая на ноги. – «Похоже, слухи не врут — ты действительно сошёлся в рукопашную один на один с Гоу!» «Ну и силища у него...» - протянул Амас, взирая на здоровенного демона. Он вообще обычный демон? Не похоже, чтобы Джей-Би сдерживался, нанося удар...» «Я мельком видела его, когда проникала сюда в прошлый раз», - просветила сподвижников Тора. – «Если мы не сокрушим его здесь, дальше нам будет гораздо труднее двигаться». «Да уж, похоже на то...» - согласился с нею Джей-Би. Выхватив кинжал, Тора ринулась к демону, но тот с силой ударил секирой оземь, создав взрыв – и столь мощную взрывную волну, что отбросила она воровку в сторону. Тора ударилась бы о крепостную стену, если бы не Джона, ловко изловившая ее в полете. «Что это вообще сейчас было?!» - проронил Амас. – «Он сокрушает всё вокруг взрывной волной, а сам без проблем выдерживает это благодаря своей избыточной защите... В секиру встроена какая-то высокомощная взрывчатка?! Ну и безумный же у него концепт боевого стиля!» «Такой стиль боя идеально подходит для сражения одного против целой толпы», - бросил Джей-Би демону. – «Но ко мне он неприменим. Не повезло тебе, приятель...» С этими словами гном обрушил на Яргеля град мощнейших ударов по корпусу, вновь поверг его... но демон столь же быстро вскочил на ноги. «Если говорить о стойкости и выносливости, то Джей-Би тут точно вне конкуренции!» - проносилось в разуме внимательно наблюдавшего за схваткой Амаса. – «А раз так, он может полностью сосредоточиться на атаке по уязвимым местам противника, который бьет размашисто и по площадям...» Дракониды вознамерились было подсобить Яргелю в сем противостоянии, но тот велел им держаться поодаль, доходчиво пояснив: «Идиоты, так мне будет только сложнее сражаться. Для начала нужно доложить молодому господину. А затем ведите сюда подкрепление! С чего бы нам сражаться с таким сильным врагом только теми силами, что у нас есть сейчас? К тому же, если этот парень продержится еще два-три дня, он вполне сгодится молодому господину в качестве партнера для игр. Смотрите в оба! Нам нужно вытянуть из него парочку его скрытых козырей! Если ты изучишь приемы врага и хорошенько подготовишь контрмеры, то шансы на победу появятся даже против соперника, который сильнее тебя на голову. Запомните это!» Дракониды согласно закивали. «Надо же, он даже в такой момент умудряется обучать подначальных?» - присвистнул Амас, переглянувшись с Джоной, и отозвалась та: «М-да, ну и дела... Если мы завалим свою работу, то основному отряду придется продвигаться вперед вслепую, без нужной информации». Джей-Би приказал Торе, Амасу и Джоне уходить. «Здесь я сам со всем разберусь», - коротко бросил он. «Пожалуй, это лучший компромисс», - согласился с ним Яргель. – «Хоть мне и хотелось схватить вас всех в одиночку... Но это не тот противник, с которым можно так привередничать». Обратившись к драконидам, демон приказал тем разделить отряд, пояснив: «Часть пусть следит за его боем, часть пойдёт доложить и призвать подкрепление, а остальные займутся преследованием той троицы. И те, кто станет преследовать их, не лезьте на рожон. Наши противники – опытные бойцы. Идите на расстоянии. Если они пойдут в атаку — рассредоточьтесь и отступайте. Если они попытаются учинить что-то плохое, скооперируйтесь с подкреплением и вмешайтесь! Понятно?!» Дракониды подтвердили полученный приказ. Амас, Джона и Тора устремились прочь, оставив Джей-Би одного. «Я им сказал, что сам со всем разберусь», - бросил гном Яргелю. – «Выражая почтение столь сильному противнику, я собираюсь продемонстрировать один из своих козырей. Просто я не очень-то хочу показывать свои козырные карты даже своим союзникам...» Он поднес к губам маленькую флейту... Черные тени пронеслись по равнине, разя драконидов. Яргель и увидеть ничего не успел, но ощутил боль в теле, терзаемом пламенными взрывами. Истошно закричав, демон рухнул наземь, а Джей-Би пояснил: «Это направленная взрывчатка. Её используют, например, когда нужно проделать брешь в стальной двери». «Он целился в петли и стыки доспехов?!» - пронеслось в разуме демона, а гном продолжал: «Если бы ты пресек продвижение наших основных сил, всё могло бы обернуться довольно скверно, честно говоря. Очень выручило, что ты пал здесь и сейчас!» В изумлении Яргель взирал на темные силуэты огромных волков, вырастающие за спиной Джей-Би...
Блаумбаум и спутники ее вознамерились сокрушить последнюю стену, преграждающую авантюристам доступ к центральным районам Иснага, но предупредительный выстрел, сделанный Дэном, заставил магов отступить. Осознала Блаумбаум, что огр спас их от огромной ошибки, ибо стена была зачарована заклинанием отражения, обращающем волшбу против творящего ее чародея. «Дело плохо», - вздохнула она. – «Так не пойдет. В отличие от большинства заклинаний, которые при сотворении преобразуют магическую силу в физические явления, наше заклятие высвобождает магическую энергию в чистом виде. Поэтому оно полностью попадает под удар противомагических барьеров, таких как заклинания отражения или поглощающие щиты. Если бы мы применили свое заклинание, то сейчас уже были бы уничтожены!»
Ощущал он на стене индивида, обладающего мощной магической аурой. Это означало, что обороной верховодит кто-то чертовски сильный и опытный. Велев Аске и Расвиду воздержаться от применения атакующих заклинаний, Дэн, сжимая в руках посох, бросился через пустошь к последней стене, и Рейзен, заметив приближение его, обратился в львопса, ринулся навстречу.
«Я-то сам во всем этом не особо разбираюсь», - проворчал демонический ученый, - «во всякой там ауре меча и тому подобном. Поэтому вот эта эльфийка и будет твоей наставницей, терминал Ро-191. Так что давай, поучись у нее как следует». Конструкт Ро-191, фигура которого была определенно женской, метнулся к Кагеро, атаковал, и та с изумлением осознала, что стиль боя механической куклы в точности копирует тот, владеет коим Юлур! На помощь к Кагеро спешило четверо авантюристов. Плаку не желал, чтобы мешали они поединку, посему натравил на искателей приключений механического дракона. «Мне бы хотелось со временем заполучить и ваши данные тоже», - проронил демон, кивнул в сторону Кагеро. – «А пока что эта барышня у нас за наставницу». В руках у противницы эльфийки появились когти — три кованых ножа, вырастающих прямо из тяжелого металлического кастета...
Узнал Дэна и Рейзен. «Он — маг из банды Джей-Би», - размышлял он. – «Этот парень — настоящий эксперт, когда дело доходит до осады крепостей. Даже если мне придется на время оставить командование, я должен прикончить его здесь и сейчас!» Дэн укрылся за обломками стены, пытаясь предугадать дальнейшие действия Рейзена. «Хоть скорость полета магического снаряда и убойная сила, а также дальность стрельбы у меня и выше, но, если противник может свободно вести навесной огонь по закрученной траектории, ситуация становится для меня крайне невыгодной», - проносилось в разуме огра. Рейзен же позицию свою выдавать не спешил, и Дэн, осторожно выглядывая из укрытия, гадал, где укрылся старик. Магические сполохи продолжали разрываться поблизости, но теперь они заходили по новой траектории слева... а перед этим было два выстрела с восточной стороны. «Он пытается нащупать слепую зону на западной стороне этой крепости?..» - гадал Дэн. – «Похоже на позицию, с которой удобно просматривать всю эту зону...» Верно предположив, где укрывается огр, Дэн принялся исторгать из посоха сполохи энергии в сем направлении. Поняв, что положение его раскрыто, Рейзен обратился в львопса, бросился прочь. «Какое невероятное чутьё!» - изумлялся он. – «Подумать только, он сумел вычислить мое местоположение, основываясь лишь на траектории движения моих огненных шаров! И какая пробивная способность! Обычная каменная стена не послужила для него вообще никакой преградой...» Интуиция подсказала Дэну: пора бежать!.. Он сорвался с места, и позиция, которую огр только что занимал, исчезла, пораженная огненным шаром. Дэн привел в действие дымовую шашку, чтобы скрыть себя, пока занимает он иную позицию. «Тот старик, должно быть, все еще прощупывает мои намерения», - уверился в сем выводе Дэн. – «Когда у него появляется шанс убить, он идет до конца, безжалостно. Но благодаря этому теперь все окончательно прояснилось». Теперь и Дэн, и Рейзен понимали: этот поединок останется за тем, кто первым сможет вычислить точное местоположение противнике – и сразить его сполохом магической энергии!..
«Поскольку она считывает движения противника, с ней становится чертовски трудно драться, не так ли?» - хохотнул Плаку. «Ну, вроде того», - проворчала Кагеро. – «И... что это вообще за кукла такая? Которая столь активно являет свои навыки подражания?» «Это прототип механической боевой машины следующего поколения», - отозвался Плаку. – «Внешний вид не имеет большого значения. – «Отныне главное в подобных механизмах — это голова, то есть разум. Короче говоря, если нет техники, то от одной лишь огромной физической силы толку мало — вот о чем речь. Такие мечники, как ты, сами это доказывают. Но вот разработка этого самого ‘разума’ дается куда сложнее, чем создание тела... Дело не в том, чтобы просто двигаться быстрее или сильнее. Чтобы максимально эффективно адаптировать свои движения под врага и окружающую обстановку, необходимо обучение на основе колоссальных объемов данных». «Значит, в этом плане они ничем не отличаются от живых существ», - заключила Кагеро. – «Машинам тоже приходится нелегко». «Нет-нет-нет!» - заявил Плаку. Как раз в этом и заключается истинная суть и вся прелесть разумных конструктов! Сердце и разум машины... Несколько тел могут одновременно разделять и использовать одну единую ‘голову’. И опыт, полученный в бою одним телом, можно воссоздать в совершенно другом теле, находящемся далеко отсюда. Даже в этот самый момент мои разбросанные по всей Астолтии боевые машины продолжают собирать данные сильнейших воинов. И я хочу, чтобы ты стала для нас тем самым промежуточным звеном, спарринг-партнером для оценки результатов нашей разработки. Родившись в семье владельцев знаменитого додзё Камихалми, ты с юных лет в совершенстве овладела сим мастерством. Покинув родной дом, ты стала авантюристкой в отряде Джей-Би. Мечница, что продолжает неустанно стремиться к новым вершинам мастерства — Кагеро...» Конструкт и Кагеро продолжали противостояние, а Плаку продолжал говорить: «Разве для тебя это не идеальный противник, о котором можно только мечтать? Как-никак, ты можешь скрестить оружие с мастерами со всего мира, даже не выходя из этой каверны!» «Я примерно поняла, чего ты хочешь добиться», - отозвалась эльфийка, продолжая противостояние. – «Похоже на обычные развлечения какого-нибудь безумного наемного ученого!» «Ну, я просто совмещаю приятное с полезным», - хохотнул Плаку. – «Свою основную работу я выполняю как надо, так что все честно, верно? Ведь Лунное Племя — важнейший спонсор наших исследований. Смотри-ка, поступают новые данные...»
«Отлично, осталось еще совсем немного», - обрадовался Сора, с удвоенной силой обрушиваясь на механических монстров, атакующих отряд авантюристов. – «Жди меня, Лазу!»
«Впечатляет, не так ли?» - хихикал Плаку, наблюдая, как конструкт теснит эльфийку. – «Подумать только, тот самый зеленый мальчишка так сильно вырос в мастерстве... Его приемы тоже, гляди, в точности скопированы. Потрясающе, не так ли? Разве это не весело? Охо-хо, у меня тут есть еще много всякого в запасе, знаешь ли. Даже такой мастер, как ты, если на него обрушить столь ‘разнообразные’ техники...» «Все зря», - прервала его Кагеро. – «Ишь, показываешь тут всякую посредственность... Сильные приемы не станут лучше, если просто свалить их в кучу. Они сияют лишь потому, что мастер находит истинную суть каждого боевого стиля в своем собственном дыхании! Ты действуешь без малейших сомнений или колебаний. Думаешь только о победе...» С этими словами Кагеро нанесли конструкту сильнейший удар, повергнув его наземь, бросила: «В твои мече должно быть больше... ну, сомнений... или переживаний... Страха... или отчаяния... Восхищения... или первой любви... Он весь наполнен трепетом и предвкушением. Вот почему он столь очарователен!» «Разве плохо думать только о победе?» - осведомился Плаку. – «На самом деле, еще мгновение назад казалось, что благодаря этому она загоняла тебя в угол...» Механическая кукла ринулась к Кагеро, вновь изменяя боевой стиль... и вновь эльфийка повергла ее, ответила демону: «Ну, если куча разных техник вылетает вообще без всякой связи, это, конечно, удивляет. Но как только понимаешь суть, становится ясно, что она просто небрежно комбинирует приемы один за другим. Тут даже читать движения становится неинтересно». «Разве дело в этом?» - усомнился Плаку. – «Разве все это противостояние не строится на предпосылке, что любой из этих приемов по отдельности можно превзойти?..» «Я говорю о том, в каком именно контексте используются эти приемы!» - пояснила Кагеро. – «Ты, конечно, постарался, создал внушительный механизм. Признаюсь, воспроизводит процентов 80 из виденных мною приемов. Признаю, первые несколько ударов заставили мое сердце екнуть! О да, еще как заставили! Но мне-то интересно скрещивать мечи с теми, чей стиль боя я наблюдаю впервые». Кагеро отчаянно желала увидеть Сору, сойтись с ним в тренировочном поединке. Конструкт атаковал эльфийку вновь, копируя стиль принцессы Анлюсии, а затем – полководца Зелдрада...
«Становится все сложнее понять, откуда именно исходит его магия», - размышлял огр. – «А этот дед чертовски хорош! Понимаю, у них там вражда, тянущаяся пятьсот лет. Если они проиграют, от всего их клана ничего не останется... Уровень их решимости совершенно иной. С другой стороны, у нас тут... ну, вроде как профессиональная солидарность? Ради парня, которого признал мой напарник... хотя, пожалуй, это слишком притянуто за уши. Мир во всем мире... пф-ф, вообще не цепляет... Кажется мне, что все идет к какому-то нехорошему исходу. Если мы окажемся в действительно критической ситуации, те, кто продержатся и выстоят до самого конца, это...» Выступив из-за обломков стены, за которой укрывался, Дэн нос к носу столкнулся с Рейзеном. Последнего огр ударил посохом, сбивая с ног, но Рейзен успел сделать противнику подсечку и использовать несколько обретенных драгоценных мгновений, чтобы обратиться в львопса. Дэн применил стремительно сотворенные магические сполохи, но те не смогли остановить бестию. Тварь бросилась на огра, прижала лапами к земле, силясь вырвать зубами посох у него из рук. Дэн исторг из навершия магический поток. «Случайность?» - предположил Рейзен, однако противник его на случай не полагался. Магический сполох был направлен на одну из стену, и, отразившись от наложенных на ту чар, устремился в обратном направлении, ударил в тело львопса. Тот был отброшен в сторону, но тут же вскочил на лапы, прорычал: «Ты наложил отражающее заклятие в соседнем помещении?!» Лишь сейчас осознал Рейзен, что Дэн двигался кругами по окружающим их руинам для того, чтобы разместить подобные чары! «Десять метров», - оценил Дэн текущее расстояние до противника, размещая в углублении посоха капсулу с необходимым ему двеомером. – «Моя дистанция». Рейзен вновь принял обличье огра, надеясь успеть сотворить магический щит, но поток, исторгнутый с навершия посоха Дэна, с легкостью прошел через него. Каким-то чудом Рейзен сумел уклониться от гибельной волшбы, и, обратившись львопсом, бросился прочь, осознавая, что сильно недооценил противника. Дэн применил к магическому сполоху барьер того же типа, что и отражающее заклятие Рейзена, посему то оказалось нейтрализовано!.. «А ведь это был мой козырь», - вздохнул Дэн, продолжая атаковать магией улепетывающего Рейзена. – «Теперь, когда он раскусил этот трюк, второй раз это вряд ли сработает...» «Подумать только, он пробил отражающий барьер...» - изумлялся львопес, надеясь укрыться в руина. – «Теперь уж точно в лобовом столкновении мне его не победить!.. Как и думал, пусть это и займет время, но нужно скрыться из виду и подготовить позицию, из которой можно будет наверняка его прикончить... Или же... снова подобраться к нему вплотную...» Исполнился немалого уважения к Рейзену и Дэн. Ведь старик сумел выжить в рикошетной ловушке, созданной с помощью отражающих чар. «Его концентрация в критический момент совершенно на другом уровне», - пробормотал Дэн. – «Дело в масштабе того, чем он ни за что не готов пожертвовать?..»
«Это техника ближайшего соратника Короля Демонов, данные которого мы с таким трудом собрали», - счел необходимым пояснить эльфийке Плаку. - «Как я и думал, воссоздать её невозможно из-за нехватки мощности, однако... конструкт пытается воссоздать её силой, совершенно не думая о саморазрушении. Чем сильнее она пытается победить, тем лучше тобой читаются ее приемы, лишая шансов на победу. Искусственный интеллект Ро-19 попал в ловушку простого логического противоречия и теперь в замешательстве...» Тем не менее, Кагеро наслаждалась противостоянием, хохотала, ибо сумела адаптироваться к смешению боевых стилей конструкта. Даже пропуская удары, она смеялась, и Плаку нахмурился: «Неужели столь ненормальным стилем боя ты загоняешь Ро-19 в угол? Ты ведь намеренно принимаешь на себя даже те удары, от которых можешь уклониться? Что за дурацкие шуточки...» «Ну конечно, принимаю», - отозвалась Кагеро. – «Ведь она отлично владеет мечом...» «Чушь», - демон был мрачен. – «Это просто унизительно. Хочешь сказать, что моя машина поддалась навязанной тобой тактике?» «Все как раз наоборот», - отозвалась Кагеро. – «Прямо сейчас она сама ищет путь к победе». Обернувшись к конструкту, она поинтересовалась: «Это ведь так? Быть в замешательстве — это ведь мучительно! Особенно, когда чувствуешь, что где-то там впереди брезжит свет в конце тоннеля... Сердце ведь так и колотится... Начинает пробирать азарт, правда? Такое чувство, будто ты живешь - ведь ты тоже это чувствуешь?» «Какая чушь!» - фыркнул Плаку. – «Интеллект этого существа — пока не более чем скопление хаотичных алгоритмов. Глупо говорить о какой-то там ‘жизни’!» Кагеро и Ро-19 схлестнулись вновь, закружились в вихре стали... Механическое создание пало, и Кагеро, опустившись наземь подле противницы, молвила: «’Далекий гром’ – это моя самый быстрый удар. Это было здорово... Это ведь была лучшая непрерывная серия атак, на которую ты сейчас способна?» «Уму непостижимо», - проронил Плаку, изумленный поражением своего творения. – «Противоречие, возникшее в битве с тобой, переросло в замешательство. И ты хочешь сказать, что из этого хаоса родилась совершенно новая техника?» «Разве нет?» - обернулась к нему Кагеро. – «Мне показалось, ты как раз ради чего-то подобного и создал это механическое дитя. Те исследования, о которых ты говорил, - какова была их истинная цель? Разве твоей целью было не сотворение самой ‘жизни’?» Склонившись над остовом Ро-19, прошептала эльфийка: «В следующий раз пусть тебе дадут нормальное имя, а не просто порядковый номер, ладно? Наверняка оно будет куда лучше подходить твоему мастерству владения мечом». «Кагеро!» - к эльфийке спешили искатели приключений, покончившие, наконец, с механическим драконом. – «Пошел прочь, чертов демон!» Последняя рекомендация относилась к Плаку и тот устремился прочь, пробормотав: «Из хаоса рождается душа... Мне удалось получить крайне любопытные данные».
Созерцая остовы зданий, где – предположительно – находился его противник, Рейзен размышлял: «Он там. Если судить по углу обстрела, который был до сих пор, он совершенно точно засел где-то в той области руин. Однако его маскировка просто безупречна. Точную позицию определить невозможно...» «Как же резко всё стихло», - проносилось в разуме Дэна, отчаянно пытавшегося выследить Рейзена. – «Он тоже начеку. Боится, что по направлению движения сполохов магических энергий я вычислю, где он находится». Определив, где примерно укрывается Дэн, Рейзен обрушил на ту область сонм магических потоков... «Ну же, беги!» - Рейзен до боли в глазах вглядывался в развалины. – «Двигайся! Как только ты выдашь своё местоположение — тебе конец!» Один из магических потоков, сотворенных Рейзеном, опалил ногу Дэна, но тот оставался неподвижен в своем укрытии, сознавая, что малейшее движение для него – смерть. Вспоминал он, как в юности вождь племени учил его охотиться на зверье в дикоземье Гилзада, наставляя: «Пока ты не станешь един с ветром, стрела никогда не полетит туда, куда ты целишься... Для начала научись ходить. Познай эту землю». Да как познание земли поможет стреле лететь прямо?!» - недоумевал юный Дэн, считая, что вождь утаивает истинные приемы, чтобы забирать всю добычу себе. Но, единожды ощутив единение с ветром, осознал Дэн правоту слов старого вождя... Рейзен не понимал, почему противник его так и не сдвинулся с места. Неужели расчеты неверны?.. Или... он уже мертв?.. Да нет, быть того не может... «Значит, решил устроить состязание на выдержку?» - пробормотал Рейзен. – «А это забавно...» «Интересно, правая нога сломана?..» - задавался вопросом Дэн, не дерзнув даже пошевелить окровавленной, обожженной ногой. – «Ну и ладно. Судя по траектории магических потоков, он совершенно точно находится в западной части руин. Причём довольно близко к этой стороне Он совсем рядом... Ещё каких-то два-три выстрела подобными сполохами, и я полностью просчитаю траекторию. Ты ведь выстрелишь? Ну же, стреляй...» Будто отвечая на его мысли, Рейзен вновь обрушил дождь магических потоков на область руин, схоронился в которой Дэн. Тогда, в прошлом, он с гордостью продемонстрировал вождю изготовленную им усовершенствованную духовую трубку, заявив: «Я улучшаю магические духовые стрелы нашего племени. И запускаю их не заклинанием ветра, а давлением взрывного огненного заклинания. Так ими гораздо проще управлять, и летят они в два раза дальше. Сейчас я дорабатываю магическую формулу отражающего заклинания, которое разворачивается внутри, и пытаюсь добиться того, чтобы стрела вылетала, закручиваясь по спирали. Благодаря этому влияние бокового ветра станет намного слабее...» Вождь изделием впечатлен не был, проронил угрюмо: «Ты что, решил истребить всех птиц в землях Гилзад? Зачем тебе добыча, превосходящая то, что нужно просто для выживания в день завтрашний? Такая вещь станет лишь инструментом, навлекающим беду...» И сейчас, окровавленный, Дэн продолжал оставаться недвижим. «Слова вождя были верны», - осознавал он. – «И вот к чему привело то, что я постоянно нарушал его запреты». Рейзен понимал, что его магические сполохи наверняка задели противника. Почему же он не шевелится? Неужели готов просто умереть, так и не сдвинувшись с места? Он вновь принялся творить волшбу, которая – скорее всего – оборвет существование противника... И в этот момент Дэн понял, что именно находится Рейзен. Поток магической энергии, исторгнутый из посоха его, ударил старика в плечо, и Дэн вскочил на ноги, понимая, что промахнулся. А в следующее мгновение обрушились на него огненные шары, сотворенные Рейзеном... Последний зажимал ладонью рану в плече, недоумевая: почему же промахнулся Дэн, и магический сполох поразил плечо, а не голову?.. Дэн распластался на камнях, истекая кровью. «Хотя сам по себе выстрел был просто идеальным, но, как оказалось, навершие посоха чуть-чуть погнулось», - проносились мысли в затуманенном сознании. Так увлекся мастерством, что забросил уход за оружием... Как-то это совсем несерьезно. До мастерства вождя и остальных мне ещё расти и расти...» «Он не умер», - заключил Рейзен, наблюдая, как противник его пытается подняться на ноги. «Но, если огненные шары обрушились на него, то его раны наверняка гораздо тяжелее моих. Сейчас я с ним покончу!» Рейзен шагнул было в направлении Дэна, но того на месте не оказалось – лишь посох пребывал на земле. Он что, бросил оружие и сбежал?.. На самом деле Дэн установил незримые магические мины в промежутке между позициями своей и Рейзена, и, укрывшись неподалеку, отчаянно надеялся, что противник их не заметит. Увы, Рейзен оказался на редкость проницателен, и двеомеры не укрылись от него. «Мины, значит?» - проронил Рейзен. – «Наверняка это магические круги, которые при срабатывании активируют взрывное заклинание. Маскировка была великолепной, но использовать посох в качестве приманки — это ты перемудрил. Под самый конец ты всё-таки явил свою грубую натуру бродячего пса...» Но Рейзен никак не ожидал, что, помимо магических ловушек, Дэн установит такую, кою применяли охотники его родного племени. И сейчас ногу Рейзена пронзил острый кол. Огр вскрикнул от боли и неожиданности, и Дэн, используя обретенные мгновения, выпрыгнул из укрытия...
И сейчас, оказавшись в непосредственной близости от дворца, наблюдали трое выступающую армию монстров, сопровождало которую немалое число големов-башен – осколков Ложного Солнца. «Это такие же големы, которые пытались помешать созданию нашего оплота?» - выдохнул Амас. – «Они направляются прямиком к центральному городскому району. А это значит, что они столкнутся нос к носу с нашим основным отрядом, который должен пойти в финальную атаку, так? Это плохо, очень плохо».
Рейзен взревел, вкладывая в рев чары ветра, присущие его роду, обращая потоки воздуха и стихийный барьер пред собою. Теперь двое, не таясь, открыто продолжали магическую дуэль, и Дэн, не переставая творить волшбу, приближался к противнику, Их разделяло лишь три метра, и Дэн осклабился, вновь – как в детстве – ощутив себя охотником. Львопес заметался, наступил лапой на магическую мину – та взорвалась. Израненный, львопес бросился на Рейзена... и двое рухнули вниз, в ущелье.
Вернувшиеся в оплот ассасины сообщили командованию о том, что более десяти големов-башен, сопровождаемых монстрами, направляются в сторону центра города. «Они, скорее всего, уже разгадали нашу цель», - предположил Гиб. – «Враг определенно попытается нам помешать». Капитан Аска расстелила на столе подробную карту Иснага, составленную авантюристами, молвила: «Хотя этот оплот защищен несколькими крепостными стенами, возведенными вокруг королевского дворца, центральный городской округ сильно вытянут с севера на юг, и у него нет защитных стен. План состоял в том, чтобы каким-то образом добраться досюда и, используя прорывную силу отряда, сопровождающего нашего дракона, одним махом дойти до ворот дворца. Благодаря тому, что Дэн отвлек на себя вражеского командира, у нас появились шансы на прорыв через стену, на которую наложены отражающие заклинания. Ожидается, что совсем скоро мы сможем прорвать последнюю стену на пути к городскому округу». Аска упомянула о том, что Тибу сделал подкоп под стеной, и воины-пуклипо атаковали находящихся за нею заклинателей, заставив тех отступить. Следом за ними за стены прорвалось немало авантюристов, устанавливая контроль над окрестными пределами. «Даже если мы уже побеждали их однажды, если завяжется потасовка сразу с несколькими осколками Ложного Солнца, задержка на несколько дней неизбежна», - говорила Аска. – «Мы не успеем воспрепятствовать пробуждению Луны Возмездия!» «Что касается башен, Амас и его спутники попытаются как-нибудь их задержать», - просветила остальных Адамас. – «И они просили прислать от нас несколько умелых бойцов в помощь!» «Нам и самим сейчас тяжело, но придется выделить бойцов», - согласился Расвид, и, обратившись к воительнице Файс, просил ту возглавить отряд, отправится который в помощь Амасу и его сподвижникам, действующим в тылу врага. Драконий оплот содрогнулся, как от сильного ветра, и зрели авантюристы смерч, возникший вдали. «Там находится Лазу...» - выдохнул Гиб, потрясенный сим зрелищем...
«Ситуация становится критической...» - протянул Джей-Би, бросив взгляд в сторону вихрящегося столпа. – «Похоже, наш враг тоже уверенно продвигается вперед». Израненные дракониды с ненавистью взирали на гнома, оставались близ которого темные силуэты свирепых бойцов. А затем к монстрам устремился небольшой белый песик. Один из драконидов попытался было прикончить его копьем, но песик уклонился от удара, после чего изо всех сил вмазал задней лапкой монстру по морде. То был Марбланш – пудель, инструктор по ближнему бою. Яргель оставался на земле, а его отряд из более чем двухсот бойцов был разбит наголову. Демон наблюдал, как один из волков приблизился к Джей-Би, и тот потрепал его, пристально глядя в глаза, будто мысленно разговаривая со зверем. «Гигантские башни пытаются остановить основной отряд?» - уточнил гном, и волк – разведчик штурмового отряда, Хенмельт, утвердительно тявкнул. Взирал демон на разнообразнейших волков и псов, окружающих Джей-Би. То была «армия Фенрира» - сонм магических бестий, направляемых эльфийкой-пастырем, Иритт. «Хотел спросить тебя кое о чем», - обратился Джей-Би к поверженному Яргелю. – «Ты случайно не видел парня с линиями-дополнениями?» «Линиями?» - озадачился тот. – «Это что вообще такое?» «Ну, это вроде как как бы это точнее назвать», - задумался гном. – «Узор? Ну, знаешь, похожий на орнамент на ковре. Когда эта штука проступает где-то на теле наподобие татуировки, боец внезапно становится совсем сам не свой. Не то чтобы он превращается в абсолютно другую личность, но просто резко становится более агрессивным...» «Не может быть!» - опешил Яргель, и Джей-Би осведомился: «Ты знаешь об этом?!» «Я не уверен, то ли это самое, что ты ищешь», - вымолвил демон. – «Возможно, тебе даже доведется столкнуться с ним... Если, конечно, ты сможешь пережить эту битву». «Раз уж ты так говоришь, у меня просто нет другого выбора, кроме как пройти через нее», - усмехнулся гном, зашагал прочь, бросив поверженному: «Ладно, бывай! Я пошел. Уж прости, что ухожу, даже не устроив поминки по твоим бойцам». «Получится ли у тебя?..» - проскрежетал Яргель, провожая Джей-Би взглядом. – «Мы ведь... держались здесь... вовсе не из одного лишь упрямства или пустой гордости...» «Яргель!» - раздался крик, и Джей-Би обернулся, лицезрев приближающегося Гоу. «Привет, чучело!» - обрадовался Джей-Би. «Сам чучело!» - обиделся Гоу. «Так вот оно что, значит, они просто тянули время до твоего прихода», - догадался Джей-Би. «Да уж, благодаря твоим приятелям у меня дел было невпроворот», - признался Гоу, рассматривая собравшихся подле Джей-Би бестий. – «Мотался туда-сюда по окраинам, играя с ними в ‘поймай крота’... То есть эти песики и были твоим главным козырем? Что ж, оставлять вас рыскать здесь точно нельзя!» Джей-Би и Гоу схлестнулись друг с другом...
Находящиеся на палубе флагмана лорд Меру, командующий Абельк, воин-гном Барта, Хьюза, Кошак Ребелио и Мьялджи оторопело взирали на смерч, возникший над водной гладью и исходящий, казалось бы, со дна морского. «Это явно не природное явление», - заключил Абельк. «Неужто предзнаменование пробуждения Луны Возмездия?» - предположил Меру. «Кажется, дело принимает совсем скверный оборот!» - всполошился Ребелио. – «Было верным решением силой оставить упирающуюся Сомью в деревне Лусине!»
«Ты, Сомья, всегда действуешь безрассудно», - обратилась к встревоженной девочке Митона. – «Ты ведь пыталась пробраться на корабль, спрятавшись в вещах солдат, верно?» «Угу», - отозвалась та. Оркан созерцал бурю, поражаясь, сколь похоже это буйство стихий на то, которое наблюдалось в день исчезновения родителей Соры, Слэна и Маны...
«Подключение всех клапанов с первого по шестнадцатый полностью завершено-о-о!» - крикнул сородичам Зофин, и Эбби удовлетворенно захихикала: «Столь нам пробудить сию сущность лишь раз, и победа у нас в кармане! «Сора...» - прошептала Лазурия, оставаясь в беспамятстве, и на лице Эбби отразилась гневная гримаса. «Так не пойдет, милая моя горошинка», - прошипела демонесса. – «Ты всё еще продолжаешь цепляться за подобные вещи. Ведь это, в конце концов, всего лишь жалкий кусок мяса, сквозь который провели парочку нервов, понимаешь? И это при том, что ты уже обладаешь куда более совершенным сосудом для жизни...» С удовлетворением разглядывая медленно преображающуюся фигуру Лазурии, Эбби сожалела лишь о том, что не прикончила Сору, когда была у нее такая возможность.
Бесстрашная армия Фенрира атаковала Гоу; среди прочих псин особо свирепо наседали на гнома бульдог Хамфри, мопс Кромптон, мастиф Бальзамо, бультерьер Туман, сеттер Таунсенд, ретривер Фрайхольц. Собаки и волки отвлекали на себя внимание Гоу, и Джей-Би использовал любую возможность, чтобы наносить тому чувствительные удары. «Ах ты ублюдок!» - вопил Гоу, силясь отбиться от десятков псин, жаждущих вцепиться в него. – «Прячешься за спинами собак и действуешь исподтишка!» Если честно, я даже немного ждал нашей с тобой рукопашной схватки, но я тебя и так в порошок сотру!» - отзывался Джей-Би. Собаки были лишь уловкой, чтобы создать брешь в обороне Гоу, и, как только появилась та, Гоу метнул в противника обоюдоострые ножи. Понимая, что стая псов сковывает его движения, Гоу атаковал собак и волков каменными осколками, и множество раненых тварей распластались на земле. Иные собаки, к спинам коих были приторочены сумки с целебными травами, тут же занялись ранеными сородичами. Воспряв, псы тут же вновь набросились на обескураженного Гоу...
Монстры брали отряд в кольцо, и авантюристы пришли к выводу, что, похоже, кто-то охотится на Сору и любой ценой стремится покончить с ним. Множество растительных тварей – древесных энтов и плотоядных цветов - атаковало искателей приключений, когда с ближайшей крепостной стены вниз сиганул герой Юлур, и, прикрывая Соре спину, ввязался в сражение... чем весьма разозлил Эбби, ощутившую гибель своих питомцев. Именно демонесса направила их на поиски ненавистного Соры, мысли о котором не позволяли плененной драконице обратиться к своей истинной сущности... «Давно не виделись!» - приветствовал Сору Юлур. – «По-прежнему твое путешествие обещает быть оживленным и весёлым!» «Юлур!» - поразился Сора. – «Я слышал, ты недавно одолел Владыку Бездны, а теперь противостоишь Королю Демонов! Спасибо, что проделал такой долгий путь, чтобы прийти мне на выручку!» «Мне тоже хотелось снова отправиться в приключение вместе с тобой!» - признался Юлур. «Сора-а-а-а!» - послышался крик, и подоспевшая Кагеро бросилась к Соре на шею. – «Ты опоздал! Где тебя носило?! Зачем ты так жестоко растревожил моё девичье сердце?! Отвечай!» «Ну и ну», - к Соре и его спутникам приближался Гиб, за спиной коего маячил Расвид. – «Не успели вернуться, как сразу подняли такой шум». Сора вздохнул с облегчением, радуясь тому, что вновь оказался среди старых друзей. «Наконец-то все лица в сборе!» - воскликнула Урипо. «Да уж, давненько мы втроем вот так вместе не тусовались!» - согласился с ней Сора, а Гиб добавил: «Теперь надо поскорее вернуть Лазу назад. В следующий раз хотелось бы взяться за какое-нибудь более спокойное и беззаботное приключение». Вперед выступил Расвид, командующий нынешней операцией, и, пожав Соре руку, предложил: «Позволь нам всем сопроводить тебя до места, где находится леди Лазурия». «Рад знакомству», - вымолвил Сора, созерцая множество авантюристов, его окружавших. – «Но с чего это к нам вдруг такое хорошее отношение? Ведь вокруг полно тех, кто сильнее или умнее нас... Конечно, у нас есть несколько зацепок, чтобы остановить заговор расы демонов... Но спасение Лазу — это, по сути, чисто наше эгоистичное желание и личное дело...» «Вдохновение! Вдохновение — вот что важнее всего!» - пропела гнома-фотокорреспондентка, Хару. – «Приключения отряда Соры уже стали горячей темой для разговоров в округе!» «Давненько не виделись!» - пробасил их отец. – «Поверить не могу, что вы ввязались в такое масштабное приключение... Это ведь событие, способное потрясти весь Веринард. Так что я решил поучаствовать в этом деле в качестве военного корреспондента вместе со своей ученицей». «Одно дело — просто победить злого Лорда Демонов в каком-то там приключении, но, когда по пути спасают пленную принцессу — в этом гораздо больше шарма и драмы!» - заявила Хара. – «Количество просмотров у таких статей взлетает до небес!» Искатели приключений одобрительно загудели, заверяя Сору, что мотивированы на великие свершения. «Для тебя сегодняшний день станет днем, когда ты превратишься в настоящего героя!» - заверила Сору Каири. – «Так что, когда придет наш черед зажигать — мы на тебя рассчитываем!» «Твое приключение зажгло огонь в сердцах каждого!» - обратился к Соре капитан Расвид. – «Так что расправь грудь и будь нашим лидером!» Все взоры были обращены исключительно на Сору, и тот приосанился, утвердительно кивнул. «Даруйте же мне свои силы!» - воскликнул он, потрясая мечом. – «Мы спасем Лазу и положим конец этой битве!»
«Да нет там ничего настолько благородного», - отмахнулся Гоу, опираясь кулаками о землю и приподнимаясь. – «Ну, хотя мне действительно хочется увидеть, кем в итоге станет наш молодой господин» Джей-Би нахмурился, осмысливая брошенную противником реплику... «За последние пятьсот лет было немало моментов, когда это могло бы пригодиться», - продолжал Гоу, усмехаясь. – «Но мой господин и друзья постоянно меня останавливали... Но уж здесь-то, пожалуй, никто не станет жаловаться». Гоу прекрасно понимал, что здесь и сейчас готов отдать свою жизнь за молодого господина, проронил: «И, кстати, время — это далеко не единственное, что мы выигрывали. Ты хоть заметил, что поле боя всё это время постепенно смещалось?» Джей-Би приказал армии Фенрира немедленно атаковать. Подле Гоу было нечто – что-то, что подкрепляло его непостижимую и пугающую решимость!.. Неужто прикончить его прежде, чем он осуществит задуманное!.. Псы бросились вперед, ведомые сиба-ину Янаги и шарпеем Марчао. Гоу принялся разбивать скалу, близ которой стоял, целя каменными обломками в псов. «Во времена владычества предыдущего Лорда Демонов я совершил небольшой подвиг в битве», - бросил Гоу Джей-Би. – «В награду мне хотели пожаловать целые земли, но меня подобные вещи совершенно не интересуют. Поэтому вместо этого я взял вот это. Ты знаешь, что такое миазмит? Вряд ли, конечно. Это редчайший минерал, который можно добыть только в мире демонов. Абсолютный металл, кристаллизовавшийся на протяжении десятков миллионов лет путем непрерывного поглощения темных энергий мира демонов... И то, что находится прямо здесь — это его чистейшая жила!» Джей-Би с ужасом осознал, что Гоу сознательно заманил его к этой скале, и бежать уже поздно. «В рассыпную!» - только и успел крикнуть гном псам и волкам, когда Гоу обрушил свой меч на скалу, рассекая ее. Клинок, исполнившись демонической эссенции, обратился в хлыст. Земля под ногами Джей-Би и псин армии Фенрина взрывалась, но те ринулись в атаку, сознавая, что противник ожидает их бегства – а, стало быть, отрытых спин. Гоу обратился в истинного монстра, и Джей-Би возликовал. «Я для тебя — последний противник, ради которого стоит рискнуть жизнью?!» - возопил он. – «Ха! Как благородно с твоей стороны! Вот только я уже нашел то, что хотел в этом приключении! А такой ублюдок, как ты, до самого конца останется лишь придорожным камнем!» В памяти Джей-Би воскресали события 15-летней давности, случившиеся в городе Аграни, что на континенте Гночакка. В тот день Джей-Би – тогда еще носящий имя Бланк – избил в закоулке местных лиходеев. «Бланк, что ты творишь?!» - выпалил подоспевший городской староста. «Это не я», - отвечал им Бланк. – «Это они первые докопались». «Даже если так, ты перегнул палку!» - вопил староста. – «Убить их, что ли, вздумал?!» «Что здесь происходит?» - в переулок ступила пожилая эльфийка. «Это Бланк, мой дальний родственник», - отвечал ей староста. – «Я приглядываю за ним с тех пор, как он потерял родителей. Но по какой-то причине он вырос таким буйным. В последнее время он постоянно с хулиганами из соседних деревень. А ведь соображает он неплохо. Будь он капельку послушнее, из него вышел бы отличный шахтер или резчик по камню...» «Это еще что за старуха?» - бросил Бланк родичу. «Как ты смеешь так грубить?!» - возмутился тот. – «Это же доктор Джакомина! Ее направили к нам прямиком из королевского исследовательского института Долворма! Какая великая честь, что столь благородная особа посетила нашу глухомань...» «А-а, староста, брось ты это», - улыбнулась эльфийка. – «Мне не нужны эти формальности. А у вас тут есть парень с огоньком. Решено! Я выбираю его». «Н-но... Но он же...» - растерялся староста, переводя взгляд с родича на эльфийку. «Ты вообще о чём?» - с подозрением осведомился Бланк, и отвечала ему Джакомина: «Я археолог. Я приехала, чтобы исследовать руины эпохи старой империи в разломе Ланиакка, который находится неподалёку. И я как раз ищу проводника и телохранителя в одном лице». «Ну и при чем тут я?» - огрызнулся Бланк. – «Для этого найдутся другие, поумнее». «В полевой работе выносливость важнее ума», - пояснила исследовательница. – «Нам придется идти там, где нет дорог, да и монстры могут напасть». «Мне это неинтересно», - отрезал Бланк. – «Ищи кого-нибудь другого». «Мне кажется, это всяко лучше и развеет тоску, чем если ты будешь и дальше слоняться по этим подворотням», - предположила Джакомина. – «Ну конечно, ты просто боишься неизведанного внешнего мира, вот и хорохоришься в своей тесной норе. Впрочем, ты же ещё совсем зелёный мальчишка, так что ничего не поделаешь». После такой откровенной провокации Бланк на предложение ученой согласился, и в предрассветный час они покинули город, выступив в дикоземье. Отдуваясь, гном тащил на спине пожитки Джакомины, кляня себя на чем свет стоит за то, что согласился на это предприятие. Эльфийка же с легкостью шагала по горным отрогам, сокрушаясь о том, какая слабая нынче пошла молодежь. «Не смей недооценивать выносливость того, кто вырос в шахтёрском городке!..» - возмущался Бланк, прибавляя шаг. Он покажет этой старой карге, чего стоит!.. И все же за Джакоминой он никак не мог угнаться. И как же ей это удается? «Техника ходьбы», - пояснила ему эльфийка. – «Выбор маршрута. Распределение темпа. Повседневный контроль за здоровьем... Того, чего можно добиться одной лишь грубой силой, не так уж и много. Похоже, ум всё-таки важнее выносливости. Ну что, парень, уже поворачиваешь назад?» «Слышь! Ты издеваешься надо мной, что ли?!» - прорычал Бланк. Он не заметил расставленную охотничью ловушку, и веревочная петля обвила его лодыжку, затягиваясь. Гном оказался вздернут в воздух и повис на ветви дерева, безбожно матерясь. «Я поставила её вчера во время разведки, чтобы отпугивать диких зверей!» - заливисто смеялась Джакомина, наблюдая за беспомощным спутником. – «Вообще-то она была на кабана, но подошла идеально!» Бланк освободился, но был донельзя зол, поплелся за исследовательницей дальше. Он готов был пришибить Джакомину. Она правда думает, что из-за своего статуса или положения неприкасаема? Пора бы уже уяснить, что благородство ныне не в чести... Схватив эльфийку за плечо, Бланк резко развернул ее лицом к себе... и замер, ибо зрел впереди на горной тропе огромных монструозных черепах – тортоцератопса. Гном бросился наутек, и Джакомина кричала ему вслед: «Никак не получалось проскочить через их территорию. Позволь мне дать тебе один урок. Любая провокация со стороны взрослых — это ловушка. Разозлить врага и заставить его действовать в твоих интересах — это же самая база стратегии! Ты просто отвлеки их немного, а я пока пойду вперёд». «Ах ты... СТАРУУУУУХА-А-А!!!» - выл Бланк, преследуемый монстрами... Наконец, двое воссоединились, ступили на вершину холма, открывался с которого вид на многие мили вокруг. «Вон та огромная статуя на вершине горы — это вулкан Кальсадора, самая высокая точка нашего континента Гночакка», - просветила гнома Джакомина. – «Если не считать окруженного горами Аграни, его видно практически из любой точки этого континента. А вот чуть ближе к нам... у самого подножия, где виднеются неровные постройки, находится знаменитый горный город Гатара. Видишь, там, на самом левом краю пустыни, что-то поблескивает?.. Это огни Хрустального Дворца Долворма. А дымка чуть дальше — это пар от лавовых потоков Пропасти Боронус, стекающих прямо в море. Ты ведь впервые в жизни видишь такой бескрайний простор целиком, верно? В эти утренние часы, когда из-за росы песчаные бури в пустыне Гоббл утихают, окрестности просматриваются на многие мили вперёд. Когда небо настолько огромное, оно словно вытягивает наружу всю злость и яд, что копились у тебя внутри. Жизнь сама по себе... по своей сути... непреодолимо стремится к движению. Она жаждет двигаться, жаждет познавать, жаждет созидать... и жаждет оставлять след после себя. Ты и сам родился с невероятно бурной, неукротимой искрой жизни внутри. И если запереть её в такой тесной пещерной норе, то любой начнёт исходить от злости и раздражения. Послушай... Бланк. Когда это исследование закончится, не хочешь ли ты составить мне компанию в путешествиях ещё на какое-то время? Я знаю множество таких приключений, которые смогут в полной мере принять и обуздать эту твою неуемную энергию». В тот день мировоззрение Бланка изменилось на корню... ...Противостоя Гоу, понимал Джей-Би, что не может позволить себе отступить, ибо обезумевший противник доберется до основного отряда авантюристов и начнет разить тех. Значит, придётся покончить с ним прямо здесь и сейчас!.. Но жизнью своей он рисковать не собирается – не тому его учила наставница! И, приняв ее ценности, он стал именовать себя Джей-Би, что означает Джакомина-Бланк! Он сразит неистового Гоу и продолжит странствие, начатое некогда с Джакоминой! Псы из армии Фенрира, ведомые легавой Бодрье, разместили на равнине, где сражались Джей-Би и Гоу, взрывчатку, и сейчас взрывы раскололи земную твердь. Осколки скалы низвергались прямо в море, и не разумел Гоу, что задумал его противник. Хотел просто отбросить?.. Глупо и бессмысленно... Принюхался, почуяв запах масла... когда поверхность воды, испещренная ныне каменными обломками, вспыхнула огнем, ибо псины швырнули в жидкость зажженные факелы. Здесь, на дне охваченного пламенем ущелья Гоу и Джей-Би буравили друг друга взглядами, сознавая, что выживет в ближайшие минуты лишь один из них. «Я составлю тебе компанию», - бросил Джей-Би. – «Но только на моем поле боя». «Чего-о?..» - прорычал Гоу, и Джей-Би невозмутимо продолжал: «Твой меч тяжелый, обладает невероятной разрушительной силой, да еще и настолько прочный, что его не сломать. А когда ты превращаешь его в сегментированный клинок и размахиваешь им, это становится простым, но идеальным оружием как для атаки, так и для защиты. Если не считать того, что для взмаха им тебе приходится тратить силы, буквально сокращающие твою жизнь... Сталкиваться с таким оружием в лобовом бою — полнейшая глупость. По-хорошему, надо бы сразу сбежать и навязать тебе повторный бой в условиях, где ты не сможешь его использовать, но, если я сделаю это сейчас, ты ведь назло потащишь его к нашему основному отряду и устроишь там погром...» «Отличная идея, так и сделаю!» - хохотнул Гоу, и Джей-Би поморщился: «Вот именно. Так что мне волей-неволей приходится иметь с тобой дело. Вот только я не собираюсь рисковать своей жизнью ради тебя. Потому что цель моего нынешнего приключения находится гораздо дальше... Посему я спрошу тебя о другом. Если бы ты со всей дурости ввязался в мой бой, ты бы погиб, понимаешь? И притом по довольно нелепой причине. И всё равно будешь драться?» «И откуда только в тебе эта дерзость», - прошипел Гоу. – «Это как раз те самые слова, которые я больше всего хотел услышать от своего последнего противника!» Он ринулся в атаку. Джей-Би позволил себе усмехнуться. Противник находится именно там, где нужно, и больше отсюда никуда не сбежит... «Посмотрим, как долго я смогу выстоять против этой бури разрушения!» - пронеслось в разуме гнома, а в разуме вспыхивали образы прошлого – их совместного странствия по миру c Джакоминой. Как-то ночью, когда разбили они лагерь в пустоши и расположились у костерка, обратился Джей-Би – Бланк - к эльфийка: «Наставница, почему ты продолжаешь это путешествие?» «С чего вдруг такие вопросы?» - отозвалась та. «Я уже несколько лет помогаю тебе с исследованиями», - напомнил ей гном. – «Мы странствуем, копаемся в земле, читаем книги, расспрашиваем мирян, пишем научные работы, а потом снова куда-то идем. Мне просто стало интересно, откуда берется страсть, позволяющая заниматься этим целых 50 или 60 лет?» «Потому что это интересно», - пожала плечами Джакомина. – «Можно подумать, с тобой всё иначе. Ты ведь дошёл со мной аж досюда». «Это невероятно интересно!» - согласился Бланк. – «И жутко весело! Миряне, города, пейзажи, еда — всё вокруг такое новое! Я только теперь понял, что в Аграни и впрямь не было никаких цветов, кроме цвета земли и камней». «Да любой молодой парень в путешествии думает точно так же», - рассмеялась исследовательница. – «А как же археология, которой мы постоянно занимаемся? Что ты думаешь о ней?» «Интересно...» - поразмыслив, согласился Бланк. – «Следы жизни смертных рас... На самых разных землях... В самые разные эпохи, у каждого были свои, порой поразительно отличающиеся образы жизни и мышления. И все это уходило корнями в технологии и общественные устои тех далеких эпох. И каждый раз, когда я узнаю о подобных вещах, Мне кажется, будто общие очертания того, что представляет собой смертный, словно мягко обтесываются и принимают форму. И в этот момент здравый смысл, который я выстроил за свою собственную жизнь, смешивается с этим и растворяется. И пейзажи, и вкусы, и запахи — всё кажется гораздо свежее. Появляется чувство, будто земля, на которую я ступаю, становится чем-то более осязаемым и реальным... Это так будоражит. И это весело!» «Какая юность!» - рассмеялась Джакомина. «Я что-то не то сказал?» - насупился Бланк. «Да нет, я не в этом смысле», - заверила его исследовательница. – «Не переживай. Подобные сильные чувства ты отныне испытаешь еще не раз. Твое восприятие — это вполне себе поведенческо-научный подход. Очень даже недурно, так что цени его». «Поведенческо-научный подход...» - протянул Бланк. – «Существует даже такая наука?» «Да», - кивнула Джакомина. – «Мое направление — археология, и в каком-то смысле ее можно назвать наукой, которая этому способствует. – «Как говорится, ‘постигая старое, открываешь новое’. Я ведь точно такая же, как и ты! Тоже не знаю, почему я здесь и что именно мне следует делать... Оставлять причину этого на откуп кому-то другому или какому-то сомнительному ‘здравому смыслу’ — как-то тревожно. А главное — это просто скучно!» «И правда», - согласился Бланк. «Ну, из-за этого бунтарского настроя я так и не вышла замуж», - призналась Джакомина. «Но, если даже ты, наставница, продолжаешь учиться, а ответов всё нет... что же это за наука такая?..» - выдохнул Бланк. «Стоит подумать, что ты наконец нашел подобие ответа, как тут же возникает новый вопрос, и ты снова теряешь нить», - развела руками эльфийка. – «Наука — это своего рода игра в кошки-мышки. Да и вообще, даже если ты будешь заниматься этим до самой смерти, это не значит, что ты придешь к какому-то идеальному, абсолютно исчерпывающему выводу. Так что тут остается только одно — смириться с тем, что ты встретишь свой конец с мыслью: ‘Черт подери, я так ничего и не понял!’». «И все же ты продолжаешь это делать, наставница», - напомнил спутнице Бланк, и усмехнулась та: «Ну да! Пока ты этим занимаешься, это приносит радость. К тому же...» Она осеклась, так и не продолжив фразу... ...Клинок Гоу рассекал земную твердь; Джей-Би уворачивался от ударов, каждый из которых мон оборвать его существование. «Каким бы чудовищем оно ни было, любое живое существо остается живым существом», - размышлял гном, ни на мгновение не упуская противника из виду. – «Сгорит оно или замерзнет — все равно умрет. Не сможет дышать или не сможет есть — тоже умрет. Помимо обычных ударов, способов уложить тебя - целая куча!» Псы, ведомые легавой Антонен, швырнули в Гоу сферы с маслом, и те, ударившись о тело гнома, раскололись. Иные псины тут же применили импровизированные огнеметы, и гнома объяло пламя. «Это масло я заказал у старого боевого товарища», - хохотнул Джей-Би. – «Обычным катанием по земле его не потушить! Если только поблизости нет целого бассейна, куда можно нырнуть с головой...» Гоу взревел, применяя присущую львопсам способность – рев, сопряженный с чарами ветра. Оный сбил с него пламя, заставив и псов, и Джей-Би отшатнуться. Гоу хлестнул сегментированным мечом, ударив им по земле, и масло брызнуло на гнома. «Теперь мы оба по уши в масле!» - прорычал Гоу. – «Теперь с огнем поосторожнее будешь, не так ли?» Иное воспоминание. Бланк и Джакомина узнали о том, что в руинах за каньоном Эзесол, куда они направлялись, погиб знакомый исследователь эльфийки. Причем не монстр прикончил его, а, похоже, сородичи убили в результате некоего конфликта. «Может, кто-то хотел единолично присвоить результаты исследований?..» - спрашивал Бланк поселенцев, сообщившим им сию недобрую весть. «Ну, результаты, ради которых стоило бы все присваивать себе, появляются не так уж и часто», - отвечал ему торговец-ведди. – «Дело в другом — подобные инциденты происходят один за другим в последние несколько месяцев. И почти все они случились в руинах эпохи Урбеи или неподалеку от них. И естественно, жертвами становятся такие исследователи и искатели приключений, как мы». «Ну, в нашем ремесле хватает грубых парней», - согласился с ним авантюрист-пуклипо. – «Так что случаи, когда в путешествии завязывалась драка с поножовщиной, бывали и раньше. Но в этот раз пугает именно количество». «Да и показания пойманных преступников какие-то странные», - добавил путник-человек. - «’Я вовсе не хотел этого делать по-настоящему’. ‘Меня заставила Голова’, ‘Голова меня подстрекала’ — вот что они говорят». «Голова… говоришь?» - протянул Бланк. – «Да что это вообще за Голова такая?» «Мы не знаем», - отвечали ему авантюристы. – «Дальнейшие показания расходятся и в них мало толку. История, конечно, жутковатая, но есть вероятность, что они просто повторяют выдумку друг за другом, чтобы избежать ответственности. В любом случае, сейчас неспокойные времена, монстров стало больше. Раз уж вы всё равно собираетесь идти, будьте предельно осторожны». Джакомина и Бланк уже начали приобретать известность в кругах археологов. Поговаривали, что к пожилой исследовательнице, которую уже считали ушедшей на покой, недавно присоединился молодой ассистент, после чего та снова начала активно добиваться результатов. Бланк смутно догадывался, что через пять или десять лет ему, скорее всего, придется провожать наставницу в последний путь. И в тот момент, пользуясь тем, что вокруг никого нет, он, наверное, будет горько реветь... И все же он чувствовал что-то вроде своего призвания в том, чтобы пройти с Джакоминой ее жизненный путь до самого конца. Именно поэтому он хотел дать ей возможность продолжать свои изыскания. Чтобы сумела она завершить как можно больше научных трудов. В тот день они выступили к каньону Эзесол... ...Ударом чудовищного клинка Гоу поверг Джей-Би, и, нависая над ним, возопил истошно: «Это всё?! Серьезно, это всё, на что ты способен?! А?! Тогда я явлюсь прямо к твоим дружкам... и буду крушить всё на своем пути, пока не сдохну-у-у-у!!!» «Огонь... начинает угасать...» - прошептал Джей-Би. «Похоже, масло совсем перегорело», - согласился Гоу, оглядевшись по сторонам. «Дело не в этом», - возразил ему Джей-Би. – «Масло-то еще есть». Гоу усмехнулся: «Хе-хе, а у тебя такое лицо, будто припрятан последний козырь в рукаве. Забавно! Ну и что из этого сломается раньше — твой козырь или ты сам...» «Да ты уже меч свой поднять не сможешь», - бросил ему Джей-Би. – «Ведь мышцы работают за счет того, что сжигают углеводы с помощью кислорода». Выронив меч, Гоу рухнул на колени, задыхаясь. «Я не позволю тебе буйствовать до самого конца», - процедил Джей-Би, медленно поднимаясь на ноги. – «Я же говорил, что ты сдохнешь по самой нелепой причине! Когда я чуть ранее обрушил скалу, я одновременно подорвал верховье и низовье этого каньона, перекрыв пути отхода. Проще говоря, прямо сейчас мы находимся на дне огромного котла. И в таком месте мы всё это время вовсю жгли огонь. К тому же углекислый газ тяжелее воздуха. Он продолжает скапливаться на дне этого каньона, а количество кислорода, наоборот, неуклонно снижается. Сейчас концентрация кислорода здесь примерно как на вершине горы высотой в пять-шесть тысяч метров. Для опытного альпиниста это условия, в которых еще можно как-то осторожно действовать, но устроить посреди всего этого такое безумное буйство, изматывающее абсолютно все мышцы тела... Ты, наверное, думал, что у тебя просто сбилось дыхание, а на самом деле кислорода действительно становилось всё меньше. Из-за сильнейшего кислородного голодания твои мышцы, мозг и внутренние органы сейчас должны быть полностью истощены, понимаешь? То, что ты всё ещё остаешься в сознании — уже само по себе делает тебя монстром». Гоу с ужасом осознал, что все это время играл по правилам противника! «Техника ходьбы», - усмехнулся Джей-Би. – «Выбор маршрута. Распределение темпа, ежедневный контроль физического состояния... Меня заставили зазубрить самые азы горных походов!» ...Тогда, десять лет назад они с Джакоминой достигли руин Зеорла, пребывающих в каньоне Эзесол. Бланк заметил причудливую панель на стене, коснулся ее... и на теле его проявился причудливый узор. Эльфийка с тревогой окликнула спутника, но тот лишь отмахнулся. «Да заткнись ты уже, старая карга», - в разуме вспыхнуло раздражение. – «Вечно она бесит. То ей еда не так приправлена, то белье не так сложено, постоянно ворчит из-за всяких мелочей...» «Так это и есть та самая ‘Голова’?» - выпалила Джакомина, воззрившись на преображающегося Бланка. – «С ним явно что-то не так! Это из-за того узора, похожего на чье-то лицо?..» «’Не пей сырую воду’, ‘следи, чтобы постель лежала ровно’ — постоянно пилит и пилит по всяким мелочам...» - зло процедил Бланк, медленно приближаясь к изумленной Джакомине. «Почему я так сильно злюсь?..» - билась в разуме настойчивая мысль, но тут же возникала иная: «Наоборот. Почему я прежде не злился на всё это? Строит из себя невесть что только потому, что опытнее меня. Бесит... Как же бесит!..» «Приди в себя, Бланк!» - крикнула Джакомина. «Что это вообще за ловушка?!» - гадала она. – «Его контролируют?.. Или просто какая-то часть его эмоций вышла из-под контроля?..» «Я как на тебя посмотрю, меня аж трясет от злости!» - бросил Бланк эльфийке. – «Я ведь всё прекрасно знаю. Сама сидишь над своими статьями до глубокой ночи, а в какие-то дни глушишь медикаменты и силой заставляешь себя выдвигаться в путь! Другим указываешь, что делать, а сама так отчаянно пытаешься оставить что-то после себя... Будто жить торопишься!» Метнувшись к Джакомине, Бланк дернул ее за шарф, выкрикнув в лицо: «А я ведь хотел еще очень, очень долго продолжать странствовать со своей наставницей!» Гном отшатнулся, упал на колени, его вырвало; покрывавший лицо узор исчез. «Ч-что это сейчас было?!» - проносилось в разуме. – «Что я только что наговорил? Такая ненависть, злость переполняла... Голова так раскалывалась, будто сейчас взорвется! К-как же тошно!» Бланк в ужасе наблюдал, как странный узор проявляется на лице Джакомины, и губы ее кривятся в презрительной усмешке. «Ишь как этот юнец возомнил о себе», - прошипела эльфийка. – «Ты-то в будущем сможешь делать всё, что твоей душе угодно! Твое тело, твои чувства — всё переполнено возможностями. Не то что я — та, у кого времени уже совсем не осталось! Прям зла не хватает... Какой же невыносимо завистливый мальчишка!» «Наставница, приди в себя!» - выпалил Бланк. – «С тобой сейчас то же самое, что только что было со мной». «Как же ты бесишь», - продолжала Джакомина, проведя ладонью по лицу. – «Ты, стало быть, из тех мерзких тварей, что разжигают ненависть, заглушая все остальные чувства, и втихомолку злорадствуют, глядя, как другие грызутся друг с другом. Но у тебя на удивление топорная работа. Похоже, твое чувство ‘ненависти’ цепляется вообще за всё подряд. А я до глубины души ненавижу таких гнилых ублюдков! И к тебе самому это тоже относится! Когда вся голова забита ненавистью к тебе, обо всем остальном, как ни странно, думается довольно здраво! И я не дам тебе сбежать!.. Как можно оставлять на свободе такую злобную тварь, как ты! А-а-а, чтоб тебя, всё пошло прахом! А ведь у меня на примере еще столько мест, куда я хотела пойти, столько всего, что хотела сделать!» «Наставница?» - Бланк сделал шаг вперед, и рявкнула Джакомина: «Не подходи!!!.. Видишь ли, есть тот, кто запечатлеет в своем сердце мой образ жизни и пойдет дальше — туда, куда я сама уже не смогу дойти! И я не позволю тебе устраивать тут свои дурацкие шутки!» Надеясь, что ученик поймет ее, Джакомина бросилась бежать, сиганула с платформы, находилась на которой, вниз, в глубины – навстречу смерти, забирая с собой эфемерную злобную сущность... После этого было подтверждено еще несколько похожих инцидентов, главным образом на континенте Гночакка, но примерно через полгода они сошли на нет сами собой. То ли эти твари прекратили свою деятельность по каким-то иным причинам, то ли кто-то втайне от всех положил этому конец — никто не знал. Всё это так и осталось погребено в истории, превратившись в городскую легенду, которую пересказывали лишь немногие ученые да искатели приключений. Это явление... или, точнее, сущность, после отчетов Бланка стали называть «Головой Зеорла». «Кто бы мог подумать... что всё закончится так прозаично», - хрипел обессиленный Гоу. – «Хотя... знаешь, это было довольно весело... Но чёрт бы тебя побрал! Вот если бы был следующий раз! Я бы еще сильнее повеселился!» «Поспи денька два-три!» - посоветовал ему Джей-Би, нанося беспомощному противнику удар по голове. – «А дальше развлекайся с кем-нибудь другим, я с тобой больше возиться не собираюсь». Сопровождаемый верными псинами, Джей-Би зашагал прочь, утратив в лишившемуся чувств Гоу всякий интерес. «Я всё прекрасно понимаю, наставница», - мысленно обращался он к Джакомине. – «Жить ради обид и мести — значит просто пойти у этой твари на поводу. Я такой гадостью заниматься не стану. Но я доведу это дело до конца. Если эта сволочь снова где-то стравит мирян и будет хихикать в стороне, я обязательно её уничтожу! А ещё я, прямо как наставница, буду весело и с интересом испытывать возможности своей жизни в этом мире. А в самом конце обязательно скажу: ‘Чтоб тебя!..’» Возвращаясь мыслями к поединку с Гоу, Джей-Би осознавал, что тому едва не удалось вырваться из расставленной гномом ловушки. То, что в итоге победа осталась за ним, было настоящим чудом... «Удачи тебе, Сора», - процедил Джей-Би, выбираясь из ущелья. – «Я тоже постараюсь подоспеть...»
«Теперь мы прорвемся через восточную стену дворца и направимся по кратчайшему пути к Луне Возмездия», - говорил собравшимся внутри оплота сподвижникам Гиб. – «Если спасем Лазу, которая должна быть там, пробуждения Луны Возмездия не случится... или, по крайней мере, они не смогут привести её в действие». «Если до этого дойдет, мы сможем вводить в бой любые силы, были бы у нас только время и ресурсы», - добавил Расвид. – «Можно сказать, что исход битвы уже решен, однако...» «С другой стороны, если мы не успеем, то мощь Луны Возмездия останется для нас неизвестной», - задумчиво протянул Ята. – «Если верить исследованиям Гиба, нет никаких сомнений, что это какое-то оружие массового уничтожения». «К примеру, если из-за этого нас отрежут от снабжения с моря и мы окажемся в изоляции, то вполне можно допустить и наше полное искоренение», - озвучила свои тревоги Аска, и Расвид согласился с ней: «Это действительно решающий момент». «Но ведь и они это понимают, так что приложат все силы, чтобы остановить нас», - заключил Сора. – «Неужели нет какого-нибудь хитрого плана, чтобы обойти их?» «Нет», - вздохнул Гиб. – «Теперь остался только силовой натиск». «Собственно говоря, до сих пор мы и использовали голову именно для того, чтобы сохранить силы для этого мощного лобового удара», - улыбнулась Риндо. «Пусть наши лазутчики сделают свою последнюю работу, и на этом с уловками покончено», - вымолвил Расвид. – «Нам тоже пора готовиться задать им жару...»
Когда его отряд заметил вереницу движущихся башен, Амас обратился к сподвижникам, молвив: «Если эти големы доберутся до главного поля боя и ввяжутся в потасовку, то времени нам точно не хватит. Мы должны любой ценой задержать их здесь. Вот только, чтобы сразиться с ними в открытую, нам слегка не хватает бойцов. Так что в этот раз мы сориентируемся и сделаем все по-умному. Эти осколки Ложного Солнца — такая же разновидность магических кукол, как големы или марионетки. У големов такого типа где-то на теле выгравировано зачарованное слово ‘emeth’, что означает ‘истина’. Однако если стереть одну из букв, заклинание изменится на ‘meth’... что означает ‘смерть’. От этого большинство магических кукол саморазрушается. Поскольку это их уязвимое место, надпись прячут и высекают глубоко внутри тела. К тому же, пока будешь искать и стирать её, проще и быстрее окажется сокрушить их обычным способом, поэтому никто так не делает». О том, где именно начертано заклятие, Амас понятия не имел – ради предосторожности у каждого голема записывают сие слово в самых разных местах. Гадалка-гнома Мора применила свои способности к прорицанию, заключив: «Если войти через нижнюю железную дверь, в первой же комнате в левом дальнем углу нужно отодрать две доски пола! Там оно и есть!» Небольшая группа авантюристов сумела проникнуть внутрь одной из башен, и действительно обнаружила начертанное на полу слово. У второй башне слово отыскалось на внешней стене, и заметил его чародей-эльф Альканас. Врывались в башни в поисках надписей и иные авантюристы, сопровождающие Джону и Амаса: огресса Синтато, гном Райза, воительница-человек Файс. Башни разрушались одна за другой, и Эсторис, сие созерцавшая, злилась: «Кажется, среди врагов есть кто-то, кто хорошо разбирается в конструктах. А ведь нам любой ценой нужно доставить их на передовую!..» На помощь к демонессе пришел Плаку, и два механических конструкта – подобных тому, сражалась с которым Кагеро, - устремились к искателям приключения. «В самый последний момент мы все-таки успели выпустить эти три оставшиеся машины», - бросил Плаку Эсторис. – «Но на этом у меня козыри тоже закончились». «Да это же та самая новая модель гибельной машины, которая доставила столько проблем Кагеро!» - предупредил Амас авантюристов. – «Если бездумно полезем на них, нам несдобровать!» Конструкты схлестнулись с искателями приключений, оттесняя их от башен, и в душе Амаса начало зарождаться отчаяние. Насколько ему было ведомо, эти машины изучают приемы противников, с которыми сражаются, в реальном времени делятся информацией с другими конструктами, копируют их и используют. То есть они вполне могут стать сильнее даже той машины, с которой сражалась Кагеро.
«Интересно, кого именно ты имела в виду?..» - хихикала злобная черная сущность, ее сопровождающая. – «Существовали ли они на самом деле?..» «Заткнись», - бросила ей Лазурия. – «Ты просто пытаешься это скрыть от меня. Я прекрасно всё помню, они существуют! У меня есть место, куда я могу вернуться. Друзья, которые меня там встретят!» Как и всегда, при воспоминаниях о Соре и множестве иных мирянах, которых повстречала она в странствиях своих по землям Астолтии, голову Лазурии пронзила боль. «А действительно ли это то самое место, куда ты хочешь вернуться?..» - вкрадчиво спрашивала эфемерная сущность. - «Может, на самом деле ты просто боишься возвращаться?.. Но есть кое-что, что защитит тебя от этого страха... Ярость... Ненависть... То, что бросает душу в первородный огонь... Обрести силу этого пламени и сожги дотла абсолютно всё, что угрожает тебе!» Лазурия кричала, отчаянно цепляясь за меркнущий образ Соры...
«Но вы все-таки опоздали, пусть даже совсем на чуть-чуть», - скалилась Эбби, уверенная в том, что великое начинание их претворится в жизнь. – «Эсторис и остальные уже наводят финальные штрихи». И, когда Сора заявится сюда, она испепелит его в пламени Луны Возмездия!..
Авантюристы продолжали противостояние причудливым конструктам, стремительно изменяющим свои стили ведения боя. Причем те атаковали яростно, и сознавали искатели приключений: машины стремятся покончить с ними, и как можно скорее! В бой вступила Джома, надеясь изыскать способ нанести механическим противникам урон, однако те тут же изменили стиль боя, и гнома вынуждена была отступить. «Они подстраиваются под каждого противника и выбирают наиболее выгодный способ ведения боя!» - пронеслось в разуме Амаса. – «Не стали ли они сообразительнее по сравнению с тем, что было в докладе Кагеро?..» Конструкты оттеснили авантюристов от башен, и иные монстры изливались на равнину, стремясь закрепить тактический успех. «Просто задавите их числом, главное — не давайте этим ребятам делать свою работу!» - хохотала Эсторис, наблюдая за изменяющейся на поле брани ситуацией с балкона одного из осколков Ложного Солнца. – «Пусть численность башен слегка и подсократили, мы все еще можем направить туда достаточно сил для сдерживания врага! Эту битву мы выиграем!» «К тому же, эти три машины будут и дальше обмениваться данными между собой и становиться сильнее», - размышлял Амас, созерцая ситуацию на поле брани и не упуская конструктов из виду, и новая мысль пришла ему в голову: «Обмениваться?.. Тогда где же хранится информация о каждой отдельной технике боя?.. Если скорость передачи данных позволяет им делиться информацией в реальном времени, то есть ли вообще необходимость хранить её в голове каждого отдельного конструкта? Ведь тогда им пришлось бы таскать в себе запоминающие устройства большой емкости, да и риск потери данных при уничтожении машины был бы слишком велик...» «Джома, выиграй мне еще немного времени!» - крикнул Амас гноме, срываясь с места. – «Кажется, у нас появляется шанс всё исправить!» «Надеюсь, на это твое ‘кажется’ действительно можно положиться!» - хохотнула Джома. Взвившись в воздух, Амас забрался на вершину одной из скал, нависающих над равниной, где шло сражение, и, предельно сосредоточившись, принялся творить заклинание вибрации священных энергий. Лишь ощутив его воздействие, Плаку донельзя встревожился, ибо осознал, что противник производит акустическое зондирование с помощью волн магической энергии. Подобного хода со стороны авантюристов демон не ожидал... Амасу удалось определить местонахождение сокрытого средь скальных отрогов устройства - ретрансляционного усилителя, выступающего связующим звеном между конструктами. «Д-дело плохо! Остановите его кто-нибудь!» - взвыл Плаку в отчаянии. Один из конструктов сорвался с места, бросился было в сторону, но авантюрист-эльф тут же поверг его, усмехнулся: «Стоит тебе занервничать, как ты тут же открываешься. Похоже, тебе всё ещё сильно не хватает опыта, чтобы справляться с непредвиденными ситуациями». Амас же не особо тревожился: конструкты бегать быстрее звука не умеют, а, стало быть, они бессильны что-либо изменить!.. Амас сотворил сильнейшую звуковую волну на резонансной частоте, направленную на ретранслятор, и тот взорвался. «Связь прервалась!» - крикнул Амас искателям приключений, указывая тем на конструктов. – «Теперь они могут использовать только те техники, которые остались в их краткосрочной памяти! Сейчас они просто безмозглые куклы, добейте их!» Не мешкая, авантюристы набросились на конструктов, повергли их, и Плаку, созерцая сие, тяжело вздохнул: «Надо же... Так изящно разрушить саму концепцию моих новых гибельных машин». К демону подлетел зачарованный бумажный журавлик, и донесся из него голос Амаса: «Концепция заключалась в том, что вместо того, чтобы просто повышать характеристики отдельных единиц, управлять всей группой через сеть как единым живым организмом, не так ли? Боевая мощь группы полностью зависит от того, насколько хорошо скоординированы ее действия. Скорее, их высокая способность к обучению была лишь побочным продуктом преимуществ, полученных от централизации системы обработки информации». «Похоже, ты мастер не только подглядывать, но и подслушивать, мальчишка», - поморщился Плаку. – «Звуковое заклинание, значит... Надо же было разрушить мою концепцию войны будущего с помощью столь древнего заклинания!» «Ты ведь все равно в ближайшее время все исправишь и доработаешь, верно?» - прозвучал голос Амаса. – «Если бы у меня не было других срочных дел, я бы посчитал тебя самой опасной фигурой, которую нужно устранить в первую очередь». «Что ж, это большая честь для меня», - хохотнул Плаку. – «Будем надеяться, что твои ожидания оправдаются». Обратившись к Эсторис, Плаку предложил той отступить: им следует признать поражение на этом рубеже. «Хоть мы и не выполнили задание, свой долг мы исполнили честно», - говорил демон. – «Не забывай Эсторис: наш повелитель – это не принц демонов». «Да знаю я!» - выпалила Эсторис, в бессильном гневе наблюдая за тем, как авантюристы продолжают разрушать ее башни.
«Похоже, штурм подступов ко дворцу отнял у нас слишком много времени», - с тревогой произнесла Аска, созерцая буйство магических энергий. – «У нас осталось меньше половины дня!» «Слушайте меня!» - зычно обратился Расвид к внемлющим ему искателям приключений. – «Отныне мы будем продвигаться вперед, пуская в ход и истощая абсолютно все наши боевые силы! Нам достаточно прорваться к Лазурии, которая является ключом к Луне Возмездия! Повторяю еще раз, цель этой операции — не полное уничтожение врага, а продвижение без лишних...» Он осекся, ибо на равнине пред продолжающим движение драконом возник исполинских размеров цветок. Бутон раскрылся, являя взорам изумленных авантюристов фигуру Эбби. «Эбби, ты вообще сможешь вернуться в прежнее состояние после такого?!» - кричал ей Зофин, взирая на гигантскую манифестацию демонессы. «В конце концов, низшим существам этого все равно не понять», - прогремел над равниной глас Эбби. – «Ни достоинства, которым обладает высшая душа, ни ее скорби!» Принимая брошенный чудовищным растительным порождением вызов, искатели приключений ринулись вперед. «Задушу вас! Иссушу!» - истошно вопила манифестация Эбби, метя в приближающихся авантюристов хлещущими по земле лозами. – «Единственное, на что вы годны — это стать органическим удобрением, ублюдки-и-и-и-и!!!» Первыми рвались к чудовищу пуклипо Мацунори и фехтовальщица-человек Пенетта. Они кромсали щупальца клинками... в то время как внутри драконьего оплота чародейка Риндо одобрительно кивнула, рассматривая призму, изготовленную Романом. Чародейка простерла ладонь над призмой, направляя магические потоки в орудия оплота, и те устремились к растительному исполину, кромсая его плоть... Сора, Гиб, Урипо, Юлур и Дионисия выбежали на балкон оплота, глядя на преградившую путь противницу. Ведди рвался в бой, но Юлур напомнил ему: «Наш черед действовать наступит еще чуточку позже».
«Сила, способная дать тебе абсолютно все, чего ты пожелаешь, изначально ведь сокрыта в тебе самой, не так ли?..» - нашептывал он. Драконица ощутила знакомое присутствие, приоткрыла глаза. «Сора?..» - прошептала она.
Вот только в следующую минуту лозы вновь оплели лапы дракона... когда атаковал Эбби Долсерион. Из орудий его вырвались электрические разряды, ударили в растительное порождение. Спрыгнув с балкона оплота, Юлур метнулся к Эбби. «А ты похожа на Короля Демонов - навязываешь всем свою эгоистичную эстетику и причиняешь боль стольким людям!» - выкрикнул он, одним ударом рассекая растительное воплощение демонессы надвое. – «У нас нет времени с тобой возиться!» Дионисия, Сора, Урипо и Гиб присоединились к Юлуру. «Вперед!» - поторопил остальных Гиб. – «До Луны Возмездия осталось совсем немного!» Лозы захлестнули Долсерион, и прохрипела Эбби: «Боль... Как же больно... Но... это боль любви... Это муки рождения!» «Ну и живучая же она!» - воскликнул Сора, глядя на изуродованное растительное создание, упрямо отказывающееся умирать. К искателям приключений спешили противники – дракониды и горгульи. Авантюристы дали отпор новым противникам. «Уходите!» - кричали они Соре и его сподвижникам. – «Этих мы возьмем на себя!» Пуклипо Айан и Приэ – воитель и леди-паладин – первыми приняли бой с монстрами, и вскоре примкнули к ним высыпавшие из оплота авантюристы – в том числе копейщица-ведди Мильда и рыцарь-человек Харлекин. Верховодили искателями приключений капитаны Расвид и Аска. «Вы уж постарайтесь там!» - крикнула вслед Соре и его спутникам Аска. – «Мы сможем вернуться только через врата странствий этого оплота!» «Даже если вы пресечете явление Луны Возмездия, без успешного отступления нас просто окружат и уничтожат, так что учтите это!» - добавил Расвид. Сознавали авантюристы, примкнули к которым Хьюза, Ребелио и Мьялджи: их задача – продержаться как можно дольше, дать Соре, Юлуру и их сподвижникам необходимо для спасения Лазурии время... Разя высыпавших им навстречу мертвяков, Юлур, Сора и их спутники прорывались к оплоту демонических ученых. «Сора, тебе не кажется, что здесь что-то не так?» - бросил ведди Юлур. «Ты про Малика?» - уточнил тот. – «Да, он не из тех типов, кто будет послушно ждать нас на троне. В такие моменты он обычно самым первым выходит встречать врага лицом к лицу... Хотя мы как раз на такой случай и взяли тебя с собой в качестве телохранителя». «Да ладно, ладно, я ведь здесь только для того, чтобы спасти Лазу», - рассмеялся Юлур. «Ну, вообще-то я сказал, что разберусь с ним, когда со всем покончу и освобожусь», - признался Сора. – «Что же теперь делать-то... Он сильный, так что, может, нам просто молча уйти домой?» «В этом плане ты, Сора, реально типичный современный подросток», - рассмеялся Юлур, пробормотал: «Впрочем, я тоже... Кстати говоря, мы до сих пор не видели того здоровяка по имени Зофин, хотя подельники его уже успели показаться... И еще: пришло сообщение от Амаса. Он говорит, что когда они сдерживали големов, он видел ту самую демонессу-кукловода, которую Кагеро должна была прикончить». «Кагеро ведь тоже тогда сомневалась, говорила, что от того боя осталось какое-то странное ощущение, будто противница выжила», - добавил Гиб. «А, вы про Эсторис», - протянул Сора. Странные они, эти демонические ученые. Неведомо, чего ждать от них. Да и вообще поговаривали, что они изначально не были подчиненными Малика, а просто сотрудничали с ним, преследуя собственные цели. ...За удаляющимися Сорой и спутниками его наблюдали Зофин и растительное воплощение Эбби. «Но почему Владыка Вечной Тьмы до сих пор приказывает мне не вмешиваться и не высовываться?» - пробормотал Зофин в недоумении. – «Я ведь считаю, что будет очень скверно, если мы позволим этой банде добраться до Луны Возмездия...» ...Сора, Юлур и их сподвижники схлестнулись с монстрами, образующими последнюю линию обороны пред дворцом. «Победив в этой битве, мы возведем его высочество Исмалика на трон!» - восклицали бестии. – «Вернем былое процветание и даруем нашему клану земли для мирной жизни!» Вскоре монстры были повержены, и заключил Сора: ««Я не буду говорить, что раз наши позиции и устремления различаются, то у нас нет другого выбора, кроме как сражаться друг с другом до самого конца. И я вовсе не собираюсь навязывать вам интересы исключительно лишь Астолтии. «Просто позвольте мне сейчас пройти!» Дионисия применила свои способности, дабы возродить поверженных мертвяков и обрести контроль над ними. Юлур заверил Сору: они Дионисией и нежитью не допустят прорыва врага; Сора, Гиб и Урипо поблагодарили их, устремились в лабораторию демонических ученых, где в основании исполинского растительного порождения зрели Лазурию. Руки и ноги той овивали лозы, тело было покрыто линиями-дополнениями. «Наверняка это дело рук той растительной тетки!» - возмутился Сора, принялся карабкаться вверх по лозе к Лазурии. Гиб и Урипо с тревогой наблюдали за ним, и вымолвил гном: «Так вот что такое Луна Возмездия... Похоже на плоть... и в то же время на растение... И это то, как выглядит данное оружие прямо перед своим завершением?..» Добравшись до Лазурии, Сора рассек мечом удерживающие девушку лозы, отметив, что волосы и рога ее стали длиннее, чем прежде. Надеялся ведди, что успел вовремя: непохоже, чтобы Луна Возмездия готова была пробудиться уже сейчас. «Сора...» - прошипела Лазурия, открывая глаза. – «Наконец-то... Ты всё-таки пришел за мной... Я так рада!» «Лазу?» - озадаченно выдохнул Сора. Остов Луны Возмездия начал пульсировать. Гиб и Урипо пребывали в смятении: что означает сие? Разве Лазурию не отделили от оружия?! «Тебе вовсе не обязательно было так сильно спешить и надрываться ради меня», - пропела Лазурия. – «Просто мне самой чуточку не хватило решимости. Прости меня... Тебе ведь пришлось так тяжело...» Сора не понимал ровным счетом ничего. Это точно Лазурия?.. Почему же она кажется такой... чужой?.. «Сора, я... люблю», - рекла Лазурия. – «Всех... Я всех вас очень люблю. Но... по устоям Астолтии, среди вас для меня просто нет места. Поэтому... я уничтожу абсолютно всё с помощью Луны Возмездия. Я сожгу всё дотла. А затем я создам мир, в котором останется только то, что мне по-настоящему дорого. Сора и остальные, вы ведь будете вместе со мной...». «Внутри Лазу кто-то есть», - осознал Сора. Некая сущность, заставляющая ее произносить эти ужасные слова. «Да с какого перепугу все должно стать именно так?!» - прокричал Сора. – «Кто заставляет тебя говорить такие вещи!» «В смысле – кто?» - отозвалась Лазурия. – «Ты о чем вообще, Сора? Это я. Я сама, по собственной воле, хочу так сделать. Это ведь просто несправедливо. Взяли и сделали меня одним-единственным изгоем в этом мире. Так что пусть все сгорит до...» «Довольно! Ни слова больше!» - рявкнул Сора. «Кто это, черт возьми, сделал?!» - бились в разуме его мысли. - «Кто-то заставляет Лазу говорить это и втайне насмехается над нами!.. Это не в стиле Малика. Да и на уловки демонических ученых не похоже...» «Как грубо!» - хохотнула Лазурия. – «Хотя это и правда было слишком внезапно, я понимаю твой испуг. Ты ведь у нас добрый, Сора... Но я уже всё решила. ‘То, чего ты действительно хочешь, нужно получать по собственной воле и своими силами!’ Разве не в этом заключается путь искателя приключений? Поэтому, даже если тебе, Сора, это не нравится... я всё равно сделаю это!» Линии-дополнения, покрывавшие тело Лазурии, расширялись, поглощая окрестное пространство...
«Так дело не пойдет!» - рявкнул Ребелио, нависая над капитаном. – «Сомья сказала, что нам непременно нужно вернуть Лазу ее талисман!» «Ну послушай...» - растерялся тот. – «Это ведь даже не какой-то особый магический артефакт, верно? Из-за таких сентиментальных причин отвлекать наши силы...» Но многие авантюристы поддержали устремление Кошака. «Как мы тебя понимаем!» - восклицали они. – «Это же женская интуиция! Камень уз, связывающий с тем самым ведди, который дал ей имя! И эти воспоминания о любви сейчас снова соединят их двоих! Прямо как Эрика и Оливию, которые воссоединились в бушующем море!» «Враг ведь пытается заполучить силу крови драконицы, полностью стерев личность девочки по имени Лазу, верно?» - протянула призывательница бурь Масиро. – «Если эта вещь может послужить толчком к возвращению ее истинного ‘я’, разве она не станет для нас своего рода страховкой?» «В этом есть логика... наверное», - неуверенно кивнул Расвид, и, приняв решение, обратился к авантюристам: «В любом случае нам всё равно нужно обеспечить Соре и остальным путь для отступления. Тогда вперед! И я не против, если вы заодно еще и мир по пути спасете!» Хьюза, Кошак Ребелио, Мьялджи и иные искатели приключений ринулись к громадному кокону, бушевал над которым колдовской вихрь...
«Да с чего вообще разговор зашел об этом?!» - озадачился Сора. – «Ты ведь сама говорила, что место, куда ты вернешься — это к нам!» «Да замолчи ты уже», - раздраженно отмахнулась Лазурия. – «Ты просто пытаешься заговорить мне зубы. Быть рядом с кем-то и действительно иметь там свое собственное место — это совершенно разные вещи. «Ты просто превращаешь всё в какую-то трогательную историю, чтобы замять настоящую проблему. Это нечестно. Я больше не могу этого выносить!» Линии-дополнения в пространстве близ драконицы образовывали престранные квадраты, исторгающие сполохи магических энергий. Оные заставили Сору спрыгнуть вниз, к основанию кокона. «Что всё это значит?!» - обратился к нему Гиб. – «Что происходит с Лазу...» «Я сам не понимаю!» - признался Сора. - «Она сама не своя... но при этом...» «Но это ведь действительно Лазу», - заключила Урипо. «Да, мне тоже так кажется», - согласился Гиб. – «Не могу объяснить это с точки зрения логики, но дело не в том, что кто-то принял ее облик или управляет ей как марионеткой. Я чувствую, что это слова самой Лазу...» «Лазу что, и раньше переживала из-за того, что отличается от окружающих?!» - возмутилась Урипо. – «У нее настолько запутались мысли, что она просто сорвалась?» «Да даже если так, идея сжечь из-за этого целый мир — это уже какой-то полнейший перебор!» - воскликнул Сора. «Это точно», - согласился Гиб, наблюдая за парящей в воздухе Лазурией. - «Точнее, это как-то неестественно. Разум смертных устроен так, что мы мыслим словами. Поэтому такие радикальные идеи вполне могут прийти в голову кому угодно. Но в то же время смертный сразу осознает и все риски, связанные с этим, и до реальных действий дело почти никогда не доходит. Обычный смертный как раз и принимает решения на основе этой внутренней борьбы, верно? Но у нынешней Лазу вообще не видно никаких подобных колебаний или внутренней борьбы. Если полностью запечатать в себе эти сомнения... возможно, смертный как раз и придет к такому состоянию...» «То есть тут замешано чье-то вмешательство?» - посетила Сору мысль. «И что мы теперь будем делать?» - вопросила Урипо. - «То, что Лазу сама попытается пробудить Луну Возмездия, стало полной неожиданностью! Не может быть, чтобы Лазу действительно сама этого хотела! Давайте вправим ей мозги и вернем в чувство!» «Короче говоря, мы начинаем действовать по ситуации на свой страх и риск...» - заключил Сора, и Урипо, утвердительно кивнув, просила Гиба придумать какой-нибудь хороший план – и поскорее. «А если сказать ей, что в уничтоженном мире она больше не сможет есть вкусную еду, она не передумает тут же?» - с надеждой обратилась пуклипо к Соре, и тот усмехнулся: «О, а вот это может сработать на ура! Эх, надо было захватить с собой чего-нибудь вкусненького...» «О чем это вы там так весело болтаете?» - окликнула троицу Лазурия. - «Обсуждаете, как меня остановить? Вот видите... Вы опять делаете меня изгоем...» Электрические разряды, исторгаемые образованными линиями-дополнениями странными квадратами, обрушились на искателей приключений, и те бросились прочь, стремясь укрыться от гибельных энергий. «Можете и не понимать меня, это неважно», - вещала драконица с усмешкой. - «Я сделаю это, даже если останусь совсем одна. Правда, вам всем придется какое-то время посидеть смирно... Никому не скрыться от смерти, несомой мною. Ведь не существует живых существ, способных двигаться быстрее молнии, верно?» Сора, Урипо и Гиб не ведали, где спрятаться им, ибо черные квадраты, казалось, были повсюду...
«Дело плохо!» - крикнула авантюристам Масиро. – «Похоже, враги, которых выманили на передовую, возвращаются назад». «Если мы будем провозимся здесь, то целую вечность не сможем доставить талисман Лазу!» - расстроился Ребелио. К защитникам дворца примкнул Фолка. Сенешаль не понимал, посему этот отряд искателей приключений отделился от основных сил; противником своим он избрал Ребелио. «Подумать только, монстры из племени кошачьих решили примкнуть к врагам!» - бросил Фолка, скрещивая с Ребелио клинка. – «Я уж было принял тебя за Галлерио!» «Знать такого не знаю!» - фыркнул Ребелио. – «Просто отступи!» Фолка отступать не собирался, но теперь окончательно уверился в мысли, что противник что-то задумал, и ничего хорошего от этого Лунному Племени ждать не стоит. Он выбил из рук Кошака коробочку, и вылетел из той лазурит. Фолка нахмурился: что это? Драгоценный камень?.. Какой-то магический артефакт?..
«Заберите этот синий свет!» - истошный визг Эбби разнесся над равниной. – «Этот синий драгоценный камень! Подберите его! Вам что, плевать, если наша великая Луна Возмездия пойдет прахом?!» Монстры ринулись к упавшему на землю лазуриту, когда подоспевшая Эйда швырнула на землю множество сияющих драгоценных камней. Монстры замерли в недоумении: о каком именно камне говорила им Эбби?.. Они принялись хватать все камни подряд; лазурит же умыкнула из них из-под носа охотница за сокровищами – огресса Лин-Нян. Твари погнались было за ней, и огресса бросила талисман ведди Изуми – бывшей воровке, ныне же представительнице торговой компании «Эскода». Та ловко увернулась от преследователей, передала лазурит фее-ангелочку Мюми. На поле брани появился Варш, и авантюристы выступили против нового врага; в первых рядах их шел доблестный рыцарь-пуклипо Дипик.
Они не могли ни приблизиться к Лазурии, ни бежать от нее, а до пробуждения Луны Возмездия оставалось совсем мало времени, ибо пульсация, исходящая изнутри гигантского кокона, все нарастала. «Если бы вы просто молча стояли и смотрели, вам не пришлось бы терпеть такую боль», - бросила троим Лазурия. – «Я ведь просто хочу весело жить вместе с Сорой и со всеми вами. Я совсем не хочу, чтобы кто-то страдал». Сора обернулся к драконице, отчеканил гневно: «Лгунья! Мы же договаривались, что все вместе отправимся смотреть на разные места в Астолтии! С чего бы ты стала так просто отказываться от Астолтии?! Быть такого не может!» «Точно... Именно это и кажется неестественным!» - осознал Гиб. «Не понимаю я тебя», - отрезала Лазурия, и очередная молния ударила в землю у ног Соры. – «Ты — сущий ребёнок. В этом мире всё устроено не так сладко, чтобы ты мог получить абсолютно всё, что пожелаешь!» «И всё же, именно для этого и существуют искатели приключений — чтобы заполучить желаемое!» - не сдавался Сора, с вызовом глядя на Лазурию. – «Выбирая средства! Сомневаясь и изворачиваясь изо всех сил! Хорошенько подумав о том, чего они действительно хотят на самом деле, и шаг за шагом прокладывать путь в будущее, которое неразрывно связано с настоящим - разве не в этом заключается то самое приключение, в которое погружались мы всё это время?!» «Да хватит уже-е-е!» - завопила Лазурия, и молнии обрушились на землю с новой силой. – «Хва-а-а-а-а-а-атит!!! Не устраивай кавардак у меня в голове! Я ведь только-только смогла со всем покончить! Набралась решимости! Мне ведь... мне ведь могло стать намного легче!» «В сердце Лазу тлеет противоречие!» - размышлял Гиб, исполнившись надежды. – «Ей швырнули его прямо в лицо, и она просто не может это принять... И пытается силой заглушить это чувство своей яростью! Здесь определённо кроется какой-то подвох!» «Тех, кто творит подобные вещи...» - кричала Лазурия. – «Да будь это хоть сам Сора и остальные... я ни за что не прощу!» Она начала творить могущественное заклятие... когда подоспевшие псины из армии Фенрира подхватили Сору, Урипо и Гиба, увлекли прочь, в то время как иные псы, сжимающие в пастях дымовые шашки, прикрывали их отступление. Заклинание Лазурии ударило по области, где еще недавно находились авантюристы, но тех и след простыл. Псы оставили троих в некотором отдалении от кокона: близ Юлура, Дионисии и примкнувшего к ним Джей-Би. «Ну и кавардак вы тут устроили», - покачал головой последний. «Джей-Би?!» - обрадовался Сора. «Мне просто нужно было кое-что проверить», - усмехнулся гном. – «Уж извини, но я решил немного понаблюдать со стороны. Тот, кто провернул этот трюк с разумом Лазу - тот самый тип, которого мы называем ‘Головой Зеорла’». «Так ты преследовал его как убийцу своей наставницы!» - воскликнул Гиб, и Джей-Би утвердительно кивнул: «Ага... Уж очень мне знаком этот узор и структура её линий-дополнений. Да и к тому же, сам метод исполнения просто отвратительный. Твоя догадка, Сора, скорее всего, бьёт прямо в цель. Ты угадал. Этот ублюдок усиливает в человеке, которым овладел, исключительно гнев и ненависть. Лишая его возможности чувствовать другие эмоции, он таким образом косвенно управляет людьми». «Зачем вообще делать такие... такие изощрённо жестокие вещи...» - поразился Сора. «Понятия не имею», - пожал плечами Джей-Би. – «Если честно, кажется, он просто искренне развлекается, разжигая чужие конфликты. Как минимум, в случае с Лазу, одного лишь промывания мозгов и контроля недостаточно, чтобы полностью пробудить силу драконьей крови». «Действительно, логично!» - согласилась с ним Урипо. – «Но плевать на это! Джей-Би, ты же всё это время выслеживал эту Голову, так? Тогда неужели нет никакого способа раз — и вернуть Лазу в нормальное состояние?!» «На данный момент — нет», - заключил Джей-Би. – «Когда этот гад подчинил себе мою наставницу, у меня едва хватило сил на то, чтобы сбросить ее тело на самое дно ущелья и убраться оттуда как можно дальше... Но нынешняя Лазу выглядит иначе. Благодаря твоим словам, Сора, в этой девчушке пробуждаются вполне человеческие душевные терзания и противоречия. Очень может быть, что у неё есть врождённая предрасположенность или силы, позволяющие хоть как-то сопротивляться его контролю. Обычно, когда эта Голова вселяется в чьё-то тело, она мгновенно и безжалостно подчиняет себе разум жертвы. Но на то, чтобы полностью захватить душу этой девчонки, у него уходит уже несколько недель. Почему же так?..» «Потому что Лазу — древняя драконица?» - предположил Гиб. «Скорее всего, да», - согласился Джей-Би. – «Именно поэтому у нас всё ещё есть шанс. Послушай меня, Сора. Ты должен заставить её принять и полностью осознать твои слова. Но не пытайся задавить её сухой логикой, смекаешь?» «Угу», - неуверенно кивнул Сора, и гном фыркнул: «Какое к чёрту ‘угу’?! У нас ведь нет другого выбора, кроме как положиться на тебя! Сделай это, докажи, что ты настоящий мужчина! Ты ведь на самом деле уже смутно догадываешься, что именно гложет душу Лазурии, не так ли, Сора?» «Ну, у Лазу ведь растут рога, и она немного отличается от других рас... поэтому...» - развел руками ведди. «Не прикидывайся дурачком!» - рявкнул на него Джей-Би. – «Всё это уже давно пройдено! Подобные переживания были практически полностью решены ещё тогда, во время грандиозного пира в пустыне Гоббл!.. Знаешь, лично я ещё с того момента, как увидел твои линии-дополнения, начал слегка подозревать её связь с ‘Головой Зеорла’. Хотя это было всего лишь одной из множества догадок и зацепок. В то время это было на уровне: ‘Хм, а структура этих линий-дополнненийа случайно не похожа немного на тот самый узор?’ Не более того. Но затем начали мелькать тени древней Урбеи, пошли слухи о внезапно изменившихся смертных, и дело приняло скверный оборот. Вот я и решил заново перепроверить те давние инциденты. Его излюбленный метод — брать изначально существовавшие в человеке негативные эмоции, вроде гнева или тревоги, и раздувать их до огромных масштабов. Заполнить разум одной лишь ненавистью и спровоцировать конфликт с окружающими. «Стоит человеку хоть раз поддаться такой сильной паранойе и комплексу жертвы... какой бы железной логикой ты его ни убеждал, он будет всё удобно искажать в свою пользу или просто игнорировать, превращая любое слово во враждебность по отношению к собеседнику. Однако сейчас, благодаря твоим словам, эта девчушка понемногу возвращает себе чисто человеческие душевные метания. И это, скорее всего потому, что она — древняя драконица. ‘Голова Зеорла’ всё ещё не смогла полностью подчинить себе разум и сердце Лазу. Если мы сможем убрать то самое истинное препятствие, что терзает душу этой девчушки, у нас всё ещё есть шанс!» «Да понял я уже, понял!» - возопил Сора. – «Я явлю ей величайшее выступление в жизни, на какое только способен истинный житель Островов Венна!» «Отлично! Вот это правильный настрой!» - одобрительно кивнул Джей-Би, обратился к авантюристам: «Но имейте в виду! Если кого-то из вас в процессе убьёт или покалечит эта девчушка, пытаясь сбежать от этого чувства вины, она окончательно закроет свой разум и никогда не вернётся назад. Ну что, я вас предупредил, так? Впрочем... Мои псы тоже окажут вам поддержку». С этими словами Джей-Би рухнул на землю и потерял сознание. «Похоже, пока он сюда добирался, ему пришлось пережить немало безрассудных сражений», - предположил Юлур. – «Он сказал, что даже Гоу уложил». ««Серьёзно?! Он уделал того мускулистого здоровяка?!» - изумился Сора. - «В честном поединке один на один Гоу держится наравне с Маликом... Да нет, даже сильнее!» Нежить, находившаяся под контролем Дионисии, начинала выходить из-под контроля: силы некромантии, примененные жрицей, слабели. Не мешкая, Сора, Юлур, Урипо и Гиб ринулись обратно к гигантскому растительному кокону, витала в воздухе пред которым Лазурия. «Лазу!» - выкрикнул Сора, и в глазах драконицы отразилось смятение. «Да хватит уже, Сора!» - возопила она. – «Не подходи ко мне! Оставь меня в покое!» Молнии ударили вновь, но их притянул к себе меч в руке Юлура. «Не хочу!» - стенала Лазурия, глядя на приближающегося Сору. – «Не хочу! Не подходи ко мне... Голова... голова сейчас расколется!!!» Молнии продолжали бить, и Юлур направил их в свой меч. Электрические сполохи терзали его тело, и герой, сжимая зубы от боли, терпел, возвращая долг: ведь Сора однажды помог ему встретиться с Юмел! Следующая молния повергла Юлура, и прохрипел он: «Не останавливайся, Сора!» «Лазу-у!» - воззвала к драконице Урипо. – «Не поддавайся этой сущности!» «Не позволяй тревоге и страху поглотить тебя!» - вторил ей Гиб. – «Мы ведь рядом с тобой!» «Астолтия, которую ты так хотела увидеть, — это ведь совсем не тот грустный и одинокий мир, верно?!» - кричал Сора. - «Ты ведь сама говорила, что посадишь меня на спину и полетишь со мной куда угодно... так ведь?!» «Прекрати!» - взвыла Лазурия, зажимая уши ладонями. – «Не говорите... этого... Не нужно... Больше не говори мне таких вещей!» Урипо сотворила заклинание ветра, и воздушный поток подхватил Сору, бросил его вверх – к Лазурии. Ведди схватил драконицу, и оба они рухнули наземь. «Ну почему...» - простенала Лазурия, - «почему ты вечно... Сора, ты просто невыносим!» «Лазу!» - бросился к ней Сора, и, глядя в глаза, вымолвил: «Я люблю тебя!» Драконица опешила, а ведди продолжал говорить: «Это была любовь с первого взгляда! Когда ты впервые появилась на свет из яйца, у меня сразу возникло предчувствие, что начнётся просто невероятное, потрясающее приключение. И с самого того момента ты показалась мне такой невероятно милой! И потом, когда мы начали путешествовать вместе, каждый раз, когда я видел новые, самые разные эмоции на твоём лице, ты нравилась мне всё сильнее и сильнее...» «Подожди! Да что...» - отмахивалась Лазурия, покраснев от смущения. – «Ну зачем ты сейчас говоришь такие вещи...» «Помнишь, когда мы были в деревне Лусина, на свадьбе Митоны и Сесри?» - напомнил ей Сора. – «Ты ведь тогда сильно приуныла и расстроилась, верно, Лазу? Честно говоря, в тот момент я так и не понял толком, в чём была причина...» Искатели приключений держались в стороне, обратившись в слух. ««Ну и заставил же он нас понервничать!» - шепнула Урипо Гибу. – «Но мы вроде как успели вовремя?» «Да нет», - покачал головой гном, с опаской глядя на кокон. – «Лимит времени до пробуждения Луны Возмездия, скорее всего, уже полностью исчерпан. Пока мы бегали и уворачивались от молний, мы потратили слишком много драгоценного времени. Однако сейчас Луна Возмездия находится под полным контролем самой Лазу. Так что всё, что произойдёт дальше... зависит исключительно от нее самой!» «Но видишь ли, позже я услышал об этом в мире ролевой игры от Сакры!» - продолжал головой Сора, и Лазурия ловила каждое его слово. – «Помнишь, среди воителей Истинного Солнца была огресса по имени Аскис? Оказывается, она... была влюблена в эльфа Сакру. Однако тот сказал ей, что они принадлежат к разным расам, да и его образ жизни совсем не подходит для создания семьи. Поэтому он просто не смог принять эти чувства. Он сказала, что если расы отличаются, то у них почти никогда не рождаются дети...» Он смутился, ища подходящие слова, и Лазурия, потрясенная, пролепетала: «К чему ты вообще клонишь?!» «Когда мы снова встретились в мире ролевой игры, Лазу, ты ведь выбрала расу ведди в качестве своего обличья?» - напомнил девушке Сора. – «И ты тогда сильно злилась на меня: ‘Почему ты тоже не ведди?!’, помнишь? Так это значит... что ты тоже... хотела бы со мной... ну, чего-то подобного... Да?..» «Дурак!» - рявкнула Лазурия, низвергнув на Сору молнию – для острастки, выпалила возмущенно: «Сора, ты просто... Я тут, можно сказать, одна сомневалась, мучилась и страдала, а ты!» «Ну, вообще-то, мне действительно было жутко тяжело, честно!» - улыбнулся Сора приходя в себя после удара электрического разряда. – «Но, знаешь, я был так рад... так счастлив узнать, что ты, оказывается, все время думала обо мне! Мы ведь оказались на таком опасном поле боя, а у меня внутри всё равно колотилось сердце от какого-то радостного предвкушения, и я никак не мог это остановить... Давай искать выход вдвоем... или вообще со всеми! Что нам, авантюристам, делать дальше... Разве плохо, если это и станет нашим следующим приключением?» «Раз так... давай сделаем этот мир принадлежащим только тебе и мне!» - предложила ему Лазурия. – «Если это будем нынешние мы, давай устроим всё так, чтобы никто в этом мире не мог сказать нам ни слова против...» «Лазу!» - помрачнел Сора. – «Не проигрывай своему страху перед будущим! Астолтия — это вовсе не такой маленький и замкнутый мир, как тебе кажется. Ведь ты сама всё это время изучала его...» «Сора!» - послышался крик, и, обернувшись, ведди зрел спешащих к нему авантюристов, и первым бежал Кошак Ребелио. Преследовали искателей приключений монстры, ведомые Фолкой и Варшем. Последним удалось вырвать из рук противников лазурит... когда Суна в обличье львопса схватила камень зубами, и, не желая, чтобы принцесса страдала боле, отбросила его... прямо в руки Соре. И, когда узрела Лазурия свой талисман, считала который безвозвратно утраченным, в памяти ее вспыхнули образы счастливых воспоминаний о странствиях по землям Астолтии и множестве приключений, которые разделила она с верными друзьями. «Моё приключение в Астолтии!» - улыбнулась Лазурия. – «Оно ждет меня!.. Множество городов, деревень и людей... Бескрайние просторы и подземелья! Наши надежные товарищи и монстры, от встреч с которыми захватывает дух!.. Моё приключение слишком насыщенное и весёлое, чтобы тратить на тебя время! Я больше не собираюсь бесконечно потакать твоим мерзким играм!!!» Последние слова адресовались злой сущности – Владыке Вечной Тьмы. Драконица исторгла из себя темную эссенцию, и воплотился сгусток тьмы на равнине поодаль. «Человеческое сердце... какая же это всё-таки... хрупкая, никчемная и поверхностная дрянь...» - с ненавистью прошипела та. – «Да чтоб вас всех...» «С возвращением, Лазу!» - Сора обнял девушку... когда вырвалось из-под земли разъяренное растительное воплощение Эбби, отбросившее в сторону Долсериона, пытающегося порождение остановить. «Какая живучая тварь!» - опешили авантюристы. – «Почему она никак не сдохнет?!» «Она получает энергию напрямую из магических потоков, текущих под землей», - просветила сподвижников Окё. – «Она буквально привила себя к корням, чтобы взрастить Луну Возмездия!» «Моя... милая... горошинка...» - прошипела гигантская демонесса, нависая над Лазурией. – «Почему... почему ты отвергаешь меня?.. Приняв то существо... ты бы... Нет...» Эбби вперила взгляд в Сору, обнимающего девушку, проскрежетала: «Кто ты такой?! Паршивец... Жалкое отродие... Проклятый... Это ты осквернил... мою милую горошинку... Это существо... Только оно одно... могло бы достичь абсолютного совершенства жизненной красоты! А ведь я лишь хотела, чтобы она освободилась от низменных плотских страстей, уподобившись мне!» Она вознамерилась было прикончить Сору, обрушив на него тяжелый бутон, сплетенный из лоз... когда на теле ведди вспыхнули светлые линии-дополнения...
«Кажется, битва наконец-то подходит к своей кульминации», - пробормотал Дэн. – «Интересно, Сора и остальные справляются?..» «Ты!» - изумился Рейзен, зрев Дэна живым и относительно целым. «Ты тоже выжил?» - буднично приветствовал его огр. – «Ну и живучие же мы с тобой оба. Но даже не думай дергаться. Если мы начнем выяснять отношения прямо здесь, то уже не успеем к той битве. Я уже сделал свою ставку. Теперь остается только ждать финала. Будешь?» Дэн протянул проковылявшему к нему Рейзену сигару. Тот оную принял, с удовольствием затянулся, и, опустившись наземь в нескольких шагах от недавнего противника, воззрился на чудовищный вихрь. «Поле боя перемещается, смекаешь?» - бросил Дэн Рейзену. – «Это значит, что наше вторжение прошло успешно». «Наши планы продуманы на много шагов вперед», - отозвался тот. – «И таким ничтожествам, как вы, их точно не сорвать». «Уж не о том ли вспыльчивом молодом господине речь?» - усмехнулся Дэн. – «Как бы его самого не разорвали в клочья наши ребятишки». «Хм, ну проверим...» - Рейзен поднялся на ноги, медленно зашагал прочь. «Уже уходишь?» - окликнул его Дэн. – «Ведь не успеешь же». «На само поле боя — да», - согласился Рейзен. – «Но у меня здесь есть еще пара незаконченных дел. Считай это моей благодарностью за перекур... Этот город скоро погрузится в пучину моря».
«Он не принимает удар напрямую», - шепнула Юлуру Дионисая, внимательно наблюдающая за Сорой. – «Похоже, он расширяет чары Лазурии». Сора совершенно не чувствовал давления со стороны гигантского бутона: сила линий-дополнений была просто невероятной, многократно превышаю ту, коей он обладал прежде. Неужели сила крови Лазу приближается к тому состоянию, когда она только пробудилась?.. Сора усилил натиск, отбрасывая исполинское растительное воплощение Эбби. Лазурия сотворила заклинание молнии, а Сора усилил его, обрушив на противницу. «Будь... ты... проклят...» - прохрипела та. Сора был озадачен: живущая же тварь попалась! Хотя Юлур и Долсерион тоже знатно её потрепали... «Похоже, эта тварь высасывает энергию напрямую из здешних подземных магических жил», - подсказали ему авантюристы. – «Сколько её ни руби, она тут же вырастает снова!» «Вот оно как...» - протянул Сора. – «Она ведь специально выбрала место, где собирается такая магия, чтобы вырастить Луну Возмездия». «Но раз уж мы раскусили этот секрет, то как-нибудь справимся», - заверила парня Лазурия, коей Урипо передала накидку, дабы прикрыть наготу. – «Все назад, отойдите немного!» Искатели приключений послушно отступили, а Эбби, наблюдая за приближающейся драконицей, выдавила: «Прошу, прекрати, моя милая горошинка. Ты – цветок! Существо, способное достичь абсолютной, высшей красоты, на которую только способна жизнь в этой вселенной! Но ты связалось со столь грязным типом...» «И что плохого в том, что и я грязная?!» - запальчиво выкрикнула Лазурия. – «Мне было так весело путешествовать вместе с Сорой и остальными, пачкаясь в грязи!» Соединив ладони, Лазурия и Сора коснулись одного из гигантских корней порождения, творя заклинание гибельного яда. Оный стремительно распространялся по лозам, образующим воплощение Эбби, те гнили на глазах, а демонесса вопила от боли. «Почему ты так сильно ненавидишь то, что у тебя есть душа?» - обратилась к ней Лазурия. – «Ведь способность чувствовать, что прекрасно, а что грязно — это и есть то, что образует душу!» «Но ведь душа неизбежно оскверняется...» - прошептала Эбби, оседая наземь. – «Она не может существовать как абсолютная, совершенная красота! Но драконы совсем другие... По крайней мере, душа дракона скрывает в себе силу истинной жизни, способную превзойти эту плотскую оболочку! Пусть моя собственная грязная душа хотя бы послужит ради свершения сего!» «Я не знаю, на что такое ты насмотрелась, раз так думаешь!» - отрезала Лазурия. – «Но нынешней мне эта душа очень дорога! Потому что я ее очень сильно люблю!» Лазурия и Сора направили на останки растительного порождения потоки пламени, и осознала Эбби в последние мгновения существования, что очищает огонь ее оскверненную плоть, обращая ту в свет. И это прекрасно!.. Наконец, все было кончено, и проронил Сора, созерцая тлеющие корни и лозы: «Кагеро как-то упоминала о том, что демонические ученые стремятся к созданию жизни». «Если бы она не напала так безумно, мне бы хотелось поговорить с ней ещё хоть немного...» - призналась Лазурия. – «Спасибо тебе. Ты все-таки пришел за мной, да?» «Да это же само собой разумеется!» - улыбнулся ей Сора. – «Парни с Островов Венна – они такие! Ну... ради того, чтобы повыпендриваться перед любимой девушкой, они готовы пойти на что угодно!» «Я так рада!» - с чувством воскликнула Лазурия. – «Сора, я тоже...» «Принцесса-а-а!!!» - подоспевшая Суна сбила Сору с ног, бросилась к Лазурии. – «Я так рада, что ты в порядке и вернулась в прежнее состояние!» «Эй, ты украла мой лучший момент!» - злился Сора, но Суна лишь отмахнулась от него: «Свое дело ты сделал, можешь уходить». «Суна, спасибо тебе большое!» - с чувством произнесла Лазурия. – «Но, ради меня... ты оставила молодого господина...» «Я лишь последовала зову своего сердца», - отвечала Суна. – «Более того, теперь я осознала, насколько сильно до этого момента зависела от воли и мыслей всего своего клана». Она сделала знак приблизиться Коси, и драконид передал Лазурии изысканные доспехи, в которые та не замедлила облачиться. «Я чинила эти доспехи с тех самых пор, как они сломались в прошлый раз», - с гордостью призналась Суна. – «Кажется, размер подошел идеально. Я попросила подогнать их того же мастера, который делал новые доспехи для молодого господина. Но он слишком увлекся деталями и перековал почти все металлические пластины заново...» «Это потрясающе!» -выдохнула Лазурия. – «Броня почти не изменилась по сравнению с прежней... точнее, в ней даже двигаться как-то легче! Спасибо тебе, Суна!» Урипо и Сора радовались тому, что отряд их вновь в полном составе, но Гиб напомнил друзьям: «Не расслабляйтесь! У нас ведь еще остались незаконченные дела, верно?!» «Что ж, принцесса», - улыбнулась Лазурии Суна. – «Как бы ни было жаль расставаться, отныне мы враги. Желаю тебе удачи в бою. Это предел того, насколько я могу идти наперекор своему клану. Даже если я вернусь, меня, возможно, просто казнят... Я должна поступить по совести. Если останусь в живых, возможно, когда-нибудь нам еще придется скрестить клинки». «Суна, зачем ты говоришь такое именно сейчас?» - выпалила Лазурия. – «Я никогда не стану считать тебя своим врагом, так и знай!» «Как же с тобой трудно», - вздохнула Суна, после чего, махнув драконице рукой на прощание, вместе с Коси устремилась прочь. «Интересно, она будет в порядке», - пробормотала Лазурия, провожая взглядом юного львопса в образе эльфийки. «Кто знает?» - пожал плечами Сора. – «Интересно, что думает Малик, увидев её сейчас?..» «Для начала нужно остановить Луну Возмездия и покончить с этой битвой», - напомнил товарищам Гиб. «Да, мы сделаем это!» - с энтузиазмом воскликнула драконица. «А ты справишься?» - усомнилась Урипо, и Лазурия кивнула: «Мы ведь только что были связаны с нею, так что я ее понимаю». «Ты понимаешь, что это вообще такое?» - Гиб указал на гигантский пульсирующий кокон. «Мне её жаль, но это слишком опасное дитя, которому ни в коем случае нельзя позволить родиться», - молвила Лазурия. – «Его нужно вернуть обратно в состояние семени... Прости, что взрастила тебя. Но... если ты родишься прямо сейчас, это обернется ужасной катастрофой. Усни же снова в виде семени...» Сияющие линии-дополнения протянулись по земле к основанию кокона... но столкнулись с иными линиями, черными. «Мы ведь больше не связаны?..» - опешила Лазурия. – «Её голос стал далеким... Как будто его что-то заглушило! Её тело захватили?! Как же так?!» «Кто-то воспользовался силой драконьей крови, чтобы перехватить контроль, который удерживала Лазу?» - выдохнул Гиб. Зрели авантюристы принца демонов, за спиной коего маячили Эсторис и Зофин. Малик прижимал ладонь к кокону, и исходили от нее черные линии-дополнения, охватывающие остов исполинского порождения. Плаку держался чуть поодаль, созерцая бренные останки растительного монстра – воплощения Эбби. «Наше бессмертие, благодаря которому мы пережили сотни лет, тоже не является идеальным», - пробормотал демон. – «Тебе не стоило так легко терять голову из-за прилива крови. Ну да ладно. Куда важнее то, что молодой господин, похоже, выжил. Это обещает быть довольно интересным...» Обнаружив искомое семя, Плаку бережно поднял его... «Похоже, мне пришлось прибегнуть к последнему средству», - проронил Малик. – «Воззвать к Владыке Вечной Тьмы». «Похоже, он сильно истощил свои силы, когда потерпел неудачу при попытке обрести власть над сущностью драконьей принцессы», - молвила Эсторис. - «Сейчас он спит, пытаясь восстановиться». «Ну что ж», - резюмировал Малик. – «Хоть мы и были на волосок от того, чтобы враг перехватил контроль, теперь я могу полностью прибрать Луну Возмездия к своим рукам. Причем так, чтобы она не находилась под контролем Владыки Вечной Тьмы. «Ты хочешь сказать, что сам подстроил все так, чтобы это произошло?» - поразилась Эсторис. «Это один из нескольких вариантов развития событий, которые я предполагал», - подтвердил Малик. «Что ж, как я уже говорила тебе когда-то», - изрекла Эсторис. – «С тех пор как я преобразила свое тело, превратив его в тело демона, посвятить все свои силы тому, кто обладает истинным могуществом — вот в чем моя величайшая радость! И если молодой господин явит мне эту силу...» «Отлично», - бросил Малик в ответ. – «Тогда узри же мой путь к абсолютному владычеству!» Повинуясь воле его, походящие на щупальца лепестки чудовищного кокона раскрылись, являя взорам созерцающих Исканьяр искателей приключений гигантский пестик. Путь Соре и спутникам его преградили костяные драконы, и Зофин, узрев их, рассмеялся: «Так вот почему Владыка Вечной Тьмы приказал моим войскам не двигаться с места! Но у меня такое чувство, что это уже сильно расходится с нашими первоначальными планами... Хотя Эсторис говорит, что беспокоиться не о чем». Осознал Сора: противник перехитрил их, ибо с самого начала предвидел подобный исход!..
В море начался шторм; корабли Веринарда отчаянно пытались изменить курс. Жители прибрежной Лусины бежали в леса, надеясь укрыться от волн, захлестывающих их селение.
Гиба же тревожили молнии, озарявшие вихрь. «Сора!» - взвыл гном, снизошло на которого озарение. – «Этот торнадо — своего рода артиллерийский ствол! С помощью электромагнитной силы они пытаются что-то запустить в небо! Если не остановить это прямо сейчас, после мы вообще ничего не сможем сделать!» Искатели приключений усилили натиск, стремясь прорвать оборону мертвяков, остающихся между ними и раскрывшимся коконом. Авантюристы, в число коих входила воительница-ведди Ребекка, сумели образовать брешь средь сил нежити, в которую тут же ринулись Сора, Лазурия, Урипо и Гиб. Единственный осколок Ложного Солнца исторг магические потоки, и четверо искателей приключения вынуждены были броситься врассыпную. Зрели они Малика, продолжал касаться который ладонью кокона, и змеились на поверхности оного черные узоры. «Надо же, как далеко вам удалось зайти», - констатировал принц демонов. – «Ваши непредсказуемые и абсурдные действия знатно подпортили мои многочисленные планы. В самом конце я предпочел все закончить по-своему – и преуспел. Это моя победа». Чудовищный пестик начал увеличиваться в размерах, а после – исторг... нечто, устремившееся ввысь, в небеса. То был магический конструкт – Исканьяр, Луна Возмездия, и ныне пребывала она над землями Астолтии. «Послушайте! Вы ведь привели с собой солдат на множестве кораблей, верно?!» - выпалила Лазурия, обращаясь к искателям приключений. - «Свяжитесь кто-нибудь с ними! Самый большой корабль точно станет первой мишенью! Скажите им, чтобы они скорее покидали судно!» Связистка Рёко пыталась установить связь с флагманом флота Веринарда... на борту коего пребывал лорд Меру. В изумлении взирал он на ужасающий лик, означившийся в небесах... не ведая, что Малик приказал Эсторис произвести первый выстрел, велев не сужать область поражения слишком сильно, чтобы не разрушила ударная волна его подводный дворец. Получив сообщение от авантюристов, Меру тут же отдал приказ команде покинуть флагман. «Луна Возмездия — это очень простой монстр», - пояснила Лазурия Соре и иным авантюристам. – «Это воздушный шар диаметром более ста километров, наполненный газом, показатель преломления которого немного отличается от обычного воздуха. Всё, что он умеет делать — это лениво парить и перемещаться в воздухе, и лишь слегка регулировать свою сплюснутую форму». «Ничего не понимаю», - озадачилась Урипо. – «И... почему же это делает его опасным оружием?» «Принцип лупы?» - выдохнул Гиб. – «’Вестница Ночи’... Если собрать свет в одну точку со всей площади в несколько десятков квадратных километров, то во всех остальных местах, кроме этой точки фокуса, станет темно!»
Море вскипело...
«Я думал, что мы взяли достаточно широкую область поражения», - нахмурился Малик, и Эсторис поспешила заверить его: «Нет, всё было настроено как надо». «Сила солнечного света...» - прошептал принц демонов. – «Какая потрясающая мощь». ...С гибелью флагмана врата странствий, остававшиеся внутри драконьего оплота авантюристов, прекратили действовать. Искатели приключений фактически оказались в ловушке в Иснаге. Солдаты Веринарда, находящиеся на иных кораблях флота, сообщили Рёко о том, что флагман «Королева Верина» был уничтожен в мгновение ока. «Лорд Меру, который до самого конца руководил эвакуацией, а также несколько десятков воинов из его окружения пропали без вести», - передала связистка весть авантюристам. – «Даже те корабли, которым удалось спастись, сильно повреждены ударной волной и высокими волнами, а многие и вовсе перевернулись. Можно с уверенностью сказать, что флот полностью разгромлен». «Один... всего один единственный удар... и натворить такое...» - Сора ушам своим не верил. «Скорее всего, они еще изрядно сдержали его истинную мощь...» - вымолвил Гиб.
«Лорд Меру — это мой первый и главный меч как королевы», - изрекла владычица. – «Пока я жива, я буду обнажать это оружие ради Веринарда и всего народа ведди». «Я обращаюсь к Королеве Веринарда Диоре, а также к ее подданным», - прогремел голос принца демонов Малика, и гигантский иллюзорный образ его возник над городом. – «Мое имя – Исмалик. Я возглавляю Лунное Племя и наследую волю покойного лорда Исрата по покорению Островов Венна. Три тысячи лет назад от сего момента мощнейшее оружие испепелило древнюю столицу Гночакки. И сейчас мы возродили Луну Возмездия. Вы уже наверняка осведомлены о ее мощи. Ваш флот полностью уничтожен. Солдаты, проникшие в наш оплот, теперь отрезаны от снабжения и изолированы. Ваш план потерпел полный крах. С помощью мощи Луны Возмездия я стану держать в страхе всех вас. Сдайтесь на милость нашей армии и сложите все оружие! Примите наше переселение в ваши земли и отдайте часть своих припасов и имущества. В этои случае мы гарантируем вам жизнь и сохранение вашего быта».
«А он хорош...» - протянул Расвид, и Ята согласился с ним: «Да, это скверно». «Что всё это значит?» - выпалила Аска, и отвечал ей Спир: «Это значит, что на первый взгляд условия не кажутся невыполнимыми». «Мы что, сдаемся?!» - уточнила Аска. «Не хотелось бы...» - вздохнул Расвид. – «Если мы сдадимся, а нас потом всех перебьют, мы даже не сможем толком дать отпор. К тому же страны с других континентов могут счесть это предательством». «Главная проблема сейчас в том, что мнение мирян совершенно точно разделится», - отметил Ята. – «Если мы не будем действовать сплоченно, то не сможем даже организовать контратаку». «Еды тоже почти не осталось», - подсказал остальным Спир. – «Поскольку снабжения не предвидится, если и действовать, то только сейчас!» «Проще говоря, эта Луна Возмездия — просто гигантское увеличительное стекло», - объяснял тем временем Гиб авантюристам. – «Ну знаете, если с помощью лупы сфокусировать луч на чёрной точке на бумаге, она ведь может загореться? Она собирает свет, проходящий через линзу, в очень маленькую точку... И за счёт фокусировки в этом фокусе достигается температура около тысячи градусов». Искатели приключений переглядывались: им сложно было поверить в то, что все действительно так просто. «Нельзя недооценивать солнечный свет!» - убеждал их Гиб. – «В период с восхода солнца и до полудня... в ясный день температура воздуха может подняться на 10 или даже 20 градусов. И практически всё это происходит исключительно благодаря энергии солнечного света! Допустим, как и говорила Лазу, диаметр этой Луны Возмездия составляет около ста километров... И если взять за основу солнечный свет такого дня, когда за полдня температура поднимается примерно на 10 градусов... Если собрать весь этот свет на площади в один квадратный километр, температура будет расти примерно на 3.5 градуса в секунду... А если сфокусировать его на площади всего десять на десять метров, то выделится столько тепла, что температура сможет подниматься на десятки тысяч градусов каждую секунду! Конечно, это грубый расчет, без учета отражающей способности поверхности моря или конвекции воздуха, но, в любом случае, это дает понимание о масштабах энергии, которая задействована в этом явлении. Думаю, корабль ‘Королева Верина’ буквально испарился за считанные секунды...» «Но, если это просто свет, то разве мы не можем каким-нибудь зеркалом и отразить его обратно?» - осведомилась Урипо. «Вряд ли это возможно», - мрачно отвечал ей Гиб. – «Если только это не будет зеркало с абсолютно идеальным коэффициентом отражения, оно либо постепенно нагреется и расплавится, либо просто разлетится на куски от взрывов вокруг». «И, если вы не сможете выполнить эти условия», - вновь зазвучал голос Малика, и взоры искателей приключений вновь обратились к принцу демонов, - «с помощью Луны Возмездия я буду сжигать ваши города один за другим. Начнем через один день... Завтра в полдень Веринард станет нашей первой мишенью. Надеюсь, Её Величество королева примет мудрое решение». Монстры радостно взревели, приветствуя своего молодого господина. Наконец-то Веринард поплатится за свое высокомерие – и будет обращен в прах! «Да здравствует Его Величество Лорд Демонов Исмалик!» - кричали монстры и демоны. – «Наступает эпоха правления короля Исмалика!» Авантюристы были потрясены заявлением Малика, и Урипо протянула: «Но дать нам целый день — это ведь довольно много времени?» «Им нужно переместить Луну Возмездия ровно в промежуток между солнцем и целью», - пояснил ей Аллен. – «Похоже, именно поэтому они не успеют переместить такую махину в идеальную для удара позицию до сегодняшнего заката». Гиб развернул карту Веринарда, принялся изучать ее. «Белоснежный замок и прилегающий к нему пригород», - размышлял он. – «Что касается цвета, этот город сам по себе обладает высокой отражающей способностью... У нас есть еще больше половины дня. Мы просто обязаны что-то придумать! Если посмотреть на карту, этот город формой напоминает ручное зеркальце королевы... Если бы у нас было зеркало такого огромного размера... Хотя, нее-е-ет, это бред, в этом мало толку. Если отражение не будет абсолютно идеальным, город рано или поздно расплавится! Пытаться просто защищаться — это заведомо проигрышная стратегия. И что тогда делать?!» В глазах Гиба отразилось озарение. Ведь в Веринарде правит королева... а, стало быть, остается там... «Я остановлю Малика!» - уверенно заявил Сора. – «Прямо сейчас Луну Возмездия контролирует именно Малик! Если мы его остановим, то...» «Погоди...» - окликнул его Ята. – «Постой секунду! Ты не можешь принимать такое решение исключительно по собственному усмотрению! Это проблема масштаба целого государства. Есть серьезный риск, что наши действия пошлют неверный сигнал. Тогда реакция как врагов, так и союзников полностью выйдет из-под контроля!» «Мы просто не можем позволить этой штуке сделать еще хоть один выстрел!» - выпалил Сора. – «Если они уничтожат Веринард, пути назад для нас уже точно не будет! Всё это превратится в бесконечную вялотекущую войну!» «Но, если так, разве это не значит, что у нас в итоге не останется другого выбора, кроме как сдаться?» - терзались сомнениями одни авантюристы, и возражали им другие: «Ну, учитывая, что нас уже один раз размазали в пух и прах, сдаваться теперь как-то совсем не хочется...» «Это тоже исключено!» - заявил Сора. – «В конце концов, это просто приведет к еще более масштабной войне с другими континентами. Мы обязаны остановить это здесь и сейчас!» «Однако реальность такова, что солдаты сейчас в полнейшем смятении», - напомнил ему Расвид. – «Ведь по нам уже нанесли один сокрушительный удар. Потеряв корабль ‘Королева Верина’ и герцога Меру, кто-то впал в ярость, кто-то напуган, а кто-то растерян — все реагируют по-разному. Если мы вступим в бой прямо сейчас, то будем сражаться разрозненно, как трусы!» Искатели приключений приуныли, растерянные... когда тишину разорвал голос королевы Веринарда, слышимый и здесь, на дне морском – в Иснаге. «О молодой король племени демонов», - рекла Диора. – «Похоже, ты немного заблуждаешься. Сердца народа ведди неразрывно связаны с морем и зиждутся на нём. Внутри величественных морских течений, повинуясь колыханию набегающих волн, они свободно воспевали любовь и передавали пламя жизни из поколения в поколение. И пусть даже ты немного исказишь солнечный свет, чтобы сжечь эту их временную обитель, разве под силу тебе осушить всё море до капли? Пытаться сломить дух нас, жителей моря, какой-то там жалкой игрушкой просто смехотворно! Не забывай, что мой клинок всё ещё приставлен прямо к твоему горлу!»
Но теперь герцог присоединился к авантюристам в Иснаге, и, обратившись к ним посредством устройства связи, возвестил: «Ситуация тяжелая, но давайте-ка проявим всю нашу стойкость и упрямство. Не поддаваясь гневу и слепой ненависти... Будем стоять насмерть и бороться до конца!»
На сем магическая связь прервалась. Вбежав в тронный зал, страж сообщил королеве о том, что герцог Меру жив. Диора приказала немедля начать готовить население Веринарда к эвакуации, сама же удалилась в свои покои.
«Сора!» - обратилась Лазурия к ведди. – «Луна Возмездия просто невероятно огромная. И чтобы сфокусировать луч в нужном месте, им приходится максимально филигранно настраивать её форму. Малик какое-то время точно будет полностью поглощен этим процессом! Если ему нужно сосредоточиться, он, скорее всего, выберет королевский дворец, который еще не подвергся нападению». «К тому же, если мы подберемся ближе, линии-дополнения, скорее всего, среагируют», - воодушевился Сора. – «Мы точно сможем его отыскать!» «Сора, кое-что пришло в голову и мне», - произнес Гиб. – «Возможно, это послужит своего рода страховкой для твоей битвы. Не мог бы ты выиграть для меня хотя бы немного времени?» «Договорились!» - воскликнул Сора. – «Я на тебя рассчитываю, Гиб». Монстры призвали все без исключения силы свои на передовую, дабы связывать боем авантюристов до тех пор, пока не нанесет Малик свой следующий удар. Жаркое сражение вспыхнуло вновь – на равнине пред королевским дворцом. «Рёко, мы не можем связаться с Веринардом напрямую?» - поинтересовался Гиб у связистки, и та пожала плечами: «Я попробую пустить сигнал в обход через морской ретранслятор!» Дионисия выхаживала раненого Юлура, а Урипо успокаивала рвущегося в бой героя, заверяя, что Соре вполне по силам сокрушить Малика. Часть искателей приключений надеялась отыскать путь, коим возможно покинуть Иснаг, когда приблизился к ним Дэн, проронил: «Если собираетесь искать путь к отступлению, то лучше бы вам поторопиться. – «Судя по всему, этому оплоту осталось недолго». Голем – осколок Ложного Солнца – исторгнутым потоком магической энергии уничтожил Долсерион. Сора в изумлении наблюдал, что возвышается на башне сей Аскис, обращенная Зофином в зомби, но сохранившая могущество, коим обладала при жизни? «Когда-то давно, когда мы поднимали со дна моря обломки Ложного Солнца, среди них совершенно случайно оказались эти останки!» - бросил искателям приключений чрезвычайно довольный собой демон-некромант, выступая на балкон башни вслед за Аскис. – «И надо же, этот бедолага оказалась воительницей, которая рассталась с жизнью в той самой битве целых пятьсот лет назад! По всей видимости, она рассталась с жизнью, неся в себе глубочайшую, просто огромную обиду и сожаление, и в самый момент смерти она в той или иной форме попал под сильнейшее влияние пламени Ложного Солнца и его посмертного круговорота перерождений. Подобной нежити практически невозможно встретить, это огромная редкость. Шутка ли — даже после своей кончины она умудрялась удерживать и копить злобу в течение целых пятисот лет! Моему господину она тоже чрезвычайно приглянулась, так что мы со всей тщательностью воссоздали ее прижизненный облик...» «Да как ты... как ты смеешь!» - задохнулся от возмущения Сора. – «Зачем творить такое с живыми душами?! Оскверненные, израненные души нужно отпевать и провожать с миром! Мы обязаны подарить им заслуженный покой и дать наконец отдохнуть, разве не так?!» «А почему бы и нет?» - хохотнул Зофин. – «Эта бедолага ведома лишь одним безумным желанием — выплеснуть на кого-нибудь всю ту несправедливость, что обрушилась на нее! Ради этого она сотни лет сжигала свою собственную душу на самом дне морском! Это же просто великолепно! Какая невероятная, чистая злоба! Я просто обязан выпустить её в мир!» Аскис сотворила следующее заклятие, усиливающее поток, исторгаемый орудием башни-голема, и Сора едва успел уклониться от него, отпрыгнув в сторону. Остаточное пламя Ложного Солнца в сочетании с магическими силами Аскис казалось очень, очень плохой историей!.. «Сора!» - бросилась к ведди Лазурия. – «Мы обязаны спасти Аскис! Мы единственные, кто всем сердцем и душой по-настоящему понимает и чувствует боль мирян, живших в ту эпоху, пятьсот лет назад. И помочь им – это ведь и есть наша с тобой задача!» Сделав шаг в сторону башни, пребывала в которой Аскис, выкрикнула Лазурия: «В рамках масштабных событий, именуемых Войной Ложного Солнца, произошло столкновение между Истинным Солнцем и Лунным Племенем. Множество воинов - как врагов, так и союзников - поставили на карту свои чувства и будущее. Они отчаянно боролись за жизнь и сражались! Я здесь лишь потому, что не хотела, чтобы их искренние и самоотверженные жизни оказались напрасными!» Аскис развела руки в стороны, и пламя, окружавшее башню, ярко вспыхнуло. «Великолепно!» - ликовал Зофин. – «Остаточное пламя Ложного Солнца резонирует с ненавистью сей воительницы!» Волны жара устремились к искателям приключений, и те бросали раскаленные щиты, разбегались кто куда. «Все, назад!» - крикнул Сора сподвижникам, метнулся в сторону башни. – «Отойдите подальше! Мы сами с этим разберемся!» Пересекая равнину, сознавал Сора, что поток энергии, который вице-капитан образовала из пламени Ложного Солнца, оборвал жизнь даже Лорда Демонов. И сражаться, не зная природы этого потока, слишком опасно!
«Сора и остальные заперты на самом дне моря!» - восклицала она. – «В этот раз, даже если папа попытается меня остановить, я ни за что не...» «Госпожа Мальтина!» - послышался крик, и чародейка обернулась, зрев у сходней эльфийку-библиотекаря Сиратаму. – «Прошу, вернись! Только что было получено сообщение от Гиба!» Мальтина поспешила во дворец, отмечая, что Луна Возмездия, нависшая над городом, продолжает увеличиваться в размерах. «Действительно, если использовать этот метод, возможно, нам удастся защитить Веринард от атак Луны Возмездия», - задумчиво изрекла королева Диора, когда в зале заседаний собрались придворные и высшие военные чины державы. «Однако для этого Вашему Величеству и многим мирянам придется...» - донесся из установленного на столе устройства связи голос Гиба. Гном изложил свой план, и Юнати вскочил на ноги, выпалив: «Это недопустимо! О подобном не может быть и речи! Даже если не брать в расчет наш орден рыцарей-магов, это ведь означает, что и Ваше Величество останется в этом замке?! Если мы потерпим неудачу, под угрозой окажется само существование королевской династии...» «Я всё понимаю», - произнесла королева. – «Мы сделаем это». «Но в таком случае...» - начал Одис, и прервала его Диора: «Если со мной что-то случится, Одис, ты просто станешь королем. Я уже приняла решение заставить наших граждан покинуть столицу. И на нас, членах королевской семьи, лежит долг — оправдать это доверие. Если задуматься, то и сила Песни Благодати, передававшейся из поколения в поколение, возможно, существовала как раз ради этого самого момента. Но важнее другое. Еще одним ключевым элементом этой стратегии являешься ты, Мальтина. Более того, это может оказаться самой тонкой и сложной задачей из всех... Всё зависит от твоей решимости. Ты справишься?» Взоры присутствующих обратились к Мальтине...
И все же Сора не был уверен, сумеет ли он прорваться к цели. Совокупная мощь башни и Аскис ужасала. И все же... Сору посетила идея – смелая и безумная. «Я пойду в лобовую, а ты прикрой меня!» - бросил он Лазурии. «Это же опасно!» - опешила та. «Ты разве не помнишь?» - улыбнулся Сора. – «В мире ролевой игры – тот самый эпизод, когда вице-капитан сражалась со стариком Рейзеном!» «Тогчно!» - воскликнула Лазурия. – «Можешь на меня рассчитывать!» Сора ринулся вперед, в то время как Лазурия обрушила на осколок Ложного Солнца сонм молний. «Неужели вы позабыли?» - веселился Зофин, не разумея, что стоит за действиями его противников. – «На этих големов-башен заклинания совершенно не действуют. Вы просто летние мотыльки, сами летящие в пламя!» Лазурия сотворила ледяное заклинание, и множество ледяных глыб возникло на равнине. Потоки исторгаемой големом энергии били в них, отражаясь лучами в разные стороны. «Они используют лед, чтобы вызвать хаотичное отражение света?» - хмурился Зофин. – «Какая дерзость!» Сора был рад тому, что своими глазами наблюдал то противостояние между Аскис и Рейзеном, посему знал, чего ждать от подобных заклятий. А в следующее мгновение один из отраженных лучей ударил в него, опалив. «Рассеянный свет превратился в шальные лучи, кои отражаются рикошетом», - пронеслось в голове Соры. – «Неужели тогда Рейзен до мельчайших деталей всё просчитал и придал льду такую форму, чтобы поток энергии гарантированно не попал в него самого? А ведь если вспомнить, когда он сражался с Мальтиной, он тоже использовал ловушку, чтобы отразить магические потоки и собрать их в одной точке». Отражающиеся от ледяных глыб лучи продолжали бить в землю у ног Соры, то и дело задевая его. Ведди оказался сбит с ног, и Зофин расхохотался: «Это была весьма занимательная идея, однако ваше исполнение оказалось несколько небрежным! Победить мою шедевральную нежить абсолютно, решительно невозможно! Быстро и точно переносить колоссальную тепловую энергию прямо в противника — это атакующий навык, оптимизированный до абсолютного предела! Ну и ну, какую же действительно отличную находку я подобрал!» «Аскис, пожалуйста, прекрати уже всё это!» - выкрикнула Лазурия. – «Даже если ты будешь ранить всех вокруг из-за своих чувств, в этом не будет абсолютно ничего хорошего!» «А-а, вот оно что!» - понимающе протянул Зофин. – «Похоже, ты уже встречала ее в мире ролевой игры. Вот только сейчас перед тобой – не та, прежняя огресса, а всего лишь воссозданная копия!» «Вот оно как», - осознал Сора, силясь вновь подняться на ноги. – «Выходит, вице-капитан ныне даже не знает, кто я такой...» «К тому же, душа ее на протяжении сотен лет беспрерывно подвергалась воздействию пламени Ложного Солнца, приняв форму чистой ненависти», - продолжал вещать Зофин. – «В ней больше не осталось даже подобия прежней сущности! Так что пытаться достучаться до нее разговорами — совершенно бесполезно! Но именно это и делает ее прекрасным! Поистине великолепно! Теперь она стала идеальной нежитью, которая бесконечно разжигает в себе одну лишь слепую ненависть!» «Ну ты и сволочь!» - прошипела Лазурия. – «Как ты можешь с такой радостной ухмылкой говорить о вещах, которые приносят столько мучений, боли и грусти?! Ведь речь идет о душе! О смертной душе, которую превратили в этот кошмар!» «Это происходит не в моей душе, так что я не совсем понимаю...» - протянул Зофин. Сора не понимал, что не так с этим злокозненным демоном-магом. Может, у него просто отсутствует какая-то важная часть души?.. «Она на самом деле очень душевна!» - выпалила Лазурия, указывая в сторону Аскис. – «Потому что он может кого-то глубоко любить, печаль или гнев от этого становятся только сильнее, ведь так?» «Ну, это уже не моя сфера исследований», - признался Зофин. – «Я не совсем понимаю, о чем говорит принцесса... Ну да ладно, главное, что необходимую драконью кровь я сумел получить». Вспоминал Сора, сколь отчаянно тренировалась Аскис, дабы стать сильнее, чтобы капитан признал ее... «Принцесса мне тоже больше не нужна!» - возвестил Зофин. Аскис вознамерилась прикончить Лазурии гибельным огнем, когда выкрикнул Сора: «В таком месте... блестящий и пушистый хвостик пуклипо!» Аскис опустила руки; пламя Ложного Солнца угасло. «Все именно так, как говоришь ты, Лазу», - заверил Сора драконицу. – «Сакра не ответил на ее чувства. Он просто искал спасения своей души в том, чтобы ненавидеть племя демонов. Даже если бы он одолел Лорда Демонов, это вряд ли принесло бы ему удовлетворение. И он погиб... с таким выражением лица!.. Я хочу дать Аскис встретиться со своими старым другом. Я хочу, чтобы они нормально поговорили и во всем разобрались... Я хочу снова связать их разошедшиеся чувства воедино!.. Интересно, получится ли это сделать с помощью силы Лазу?» «Ах, вот оно что!» - воскликнула Лазурия. – «Так вот в чём дело! Да, я сделаю это!.. Попробую!.. Я обязательно... то есть, я обязательно покажу, что справлюсь!» «Отлично!» - воодушевился Сора. – «Тогда давай-ка попробуем провернуть это ещё раз!» Сора вновь бросился к башне, в то время как Лазурия прикрывала его заклинаниями. «Как так-то?» - расстроился Зофин, наблюдая за двумя. – «Они самовольно меняют все настроение боя!» Сора бежал, убеждая себя в том, что непременно доберется до вице-капитана. Сознавал он, что даже с помощью ледяных глыб полностью увернуться от отраженных лучей у него не получится. «Нужно как-то по-другому...» - бились в разуме мысли. - «Так, чтобы можно было увернуться от магических потоков... Нужна скорость... и маневренность. Быстрее, чем сам свет!..» «Лазу, направь молнию прямо на меня!» - выкрикнул он, не прекращая бег. «Чего?» - драконица подумала было, что ослышалась. – «Что ты сейчас сказал?..» «Я просто кое-что проверю!» - пояснил ей Сора. «Что ты на этот раз удумал?!» - воскликнула Лазурия, принявшись творить заклятие молнии. - «Я за последствия не отвечаю, так и знай!» Молния ударила в меч, который держал Сора в вытянутой вверх руке, и сила стихии швырнула ведди вперед, прямо к подножию башни-голема. Искатели приключений, издали наблюдавшие за Сорой, недоумевали: он что, на мгновение сам превратился в молнию?! «Эта та самая сила драконьей жилы», - пояснила сподвижникам Кагеро. – «Он вобрал в себя электрический разряд, а после преобразил самого себя, чтобы переместиться на короткое расстояние. Это – способность ‘Вспышка дракона’». А Сора, не мешкая, нанес удар осколку Ложного Солнца «Драконьими когтями», сокрушая башню. Сора просил Лазурию еще раз направить в него молнию, и драконица, призывая оную, вздохнула: «Туда замешана моя любовь и много чего ещё, так что терпи!» Так, Сора вновь применил «Вспышку дракона», переместился за спину успевшей спрыгнуть с павшей башни Аскис. Он коснулся ладонью земли, высвобождая силу линий-дополнений, и образовавшиеся глиняные руки крепко схватили неживую огрессу. Лазурия бросилась к Аскис, прижалась к голове ее лбом, твоя заклятие иллюзии – то самое, которое использовал Малик, дабы переместить сущность драконицы в ирреальность ролевой игры! Изумленная, обнаружила Аскис себя в лагере воителей Истинного Солнца, осознала, что прямо сейчас противостоит Зете в тренировочном поединке. «Ты совсем забросила свои тренировки», – ворчал ведди. «Ты прямо как раненая дикая лиса», - добавил Сакра, наблюдающий за поединком. – «Такая красотка — и всё насмарку! Так ведь, Аскис?» «Капи... тан...» - выдавила Аскис, изумленная. «Это моя вина, что я притворялся, будто не замечаю, как ты остаешься совсем одна», - признался Сакра, кивнув указав в сторону пуклипо Соры и ведди Лазурии. – «Какое же отличное и благородное решение они приняли! Так ведь, новобранец?» «Все так», - подтвердил Сора. – «Этот капитан — тот самый глава отряда из моей ‘Книги приключений’. Я ведь раньше частенько обсуждал с ним всякие дела сердечные и просил советов о любви. Аскис бросилась к Сакре, пала на колени, моля его о прощении. «Ты изо всех сил пытался остановить этот конфликт и сохранить мир», - рыдала она, - «а я... просто поддалась мимолётным эмоциям!» «Я же тебе говорю, это моя вина», - возразил Сакра, обнимая девушку. - «Ты с самого детства была такой несносно серьёзной... Прости за то, что оставил тебя в одиночестве и оттолкнул от себя. Я не хотел, чтобы ты шла по тому же пути вечной битвы, что и я. Я лишь желал, чтобы ты обрела обычное, спокойное счастье... Ну, или как-то так. Сам же говорил, что не смогу завести семью, а в итоге попытался примерить на себя роль любящего родителя. Какая же это была самонадеянность и глупость с моей стороны! И именно поэтому отныне я тоже буду поступать так, как хочется мне, и никого не послушаю!.. Идем со мной, Аскис! Живи со мной и умри вместе со мной! В конце концов, без тебя мне настолько одиноко, что я просто больше не могу этого выносить!» «Конечно же, я пойду с тобой!» - проникновенно произнесла Аскис. – «Кто, если не я, сможет защитить твою спину! Пусть даже это будет поле бесконечной битвы или самые дальние окраины мира демонов... Рядом с тобой — вот моё единственное место, где я пребуду всегда!» ...В Иснаге белый туман завихрился вокруг неживой огрессы... и возник подле нее призрак Сакры. «Премного благодарен вам за всё, что вы для нас сделали!» - изрек он, обращаясь к Лазурии и Соре. – «Стало быть, это и есть ваш истинный облик... Хм! А у вас весьма недурные, решительные лица!» Подле Сакры означился дух Аскис, и на лицах обоих читались умиротворение и покой. «Ну и ну...» - протянул Сакра. – «С того самого момента, как стало известно, что вы посланники морского дракона, я сразу понял, что у вас на то веские, исключительные причины. Но я и подумать не мог, что вы прибыли из далекого будущего, из времен задолго после нашей эпохи! Вот уж поразили так поразили!» «Вообще-то наш капитан считается... основателем моей родной деревни Лусина!» - заявил ему Сора. – «Хотя на самом деле деревню-то основал Зета, вот ведь как». «Как же это приятно слышать!» - воскликнул капитан, и в тумане, его окружающем, материализовались фигуры воителей Истинного Солнца. – «Знать, что даже после нашей смерти найдутся те, кто поймет наш образ жизни и продолжит нести наше наследие. Но послушайте, не принимайте это бремя так близко к сердцу, ладно? Наше прошлое принадлежит нам. А ваше будущее — принадлежит только вам. Вы вольны поступать как хотите! Просто направьте весь потенциал своих жизней в будущее, и всё тут! Удачи вам, молодежь! Я буду с нетерпением ждать и смотреть, каких же высот смогут достичь ваши жизни!» «Обязательно приглядывай за нами!» - воскликнула Лазурия, а Сора добавил: «Будьте счастливы вместе с Аскис!» Образы воителей Истинного Солнца поблекли... когда до Соры и Лазурии донесся голос Зофина. Некромант примостился на обломках башни, и, листая колдовской трактат, бормотал: «А это весьма любопытно! Должно быть, недостающие части их душ были восполнены информацией, хранящейся в мире ролевой игры? Хмм, подумать только, что произошло подобное...» «Этот придурок опять за своё!» - разозлилась Лазурия, и Сора советовал ей: «Не обращай на него внимания! Злиться на него — всё равно что воду в ступе толочь!» «Хм, как интересно!» - выпалил Зофин, вскакивая на ноги. – «Нужно поскорее вернуться и сообщить об этом Эсторис и остальным!» Он произнес заклятие телепортации и исчез. «Опять под шумок мы его упустили...» - расстроилась Лазурия. «Ладно, сейчас он не так важен», - обнадежил ее Сора. – «Сперва займёмся Маликом! Пусть всё и вышло случайно, но мы смогли отомстить за вице-капитана!» Подоспевшие искатели приключений велели Соре и Лазурии передохнуть и восстановить силы, после чего схлестнулись с монстрами – защитниками подводного дворца.
Библиотекари Веринарда трудились, не покладая рук, а Гиб, остающийся в драконьем оплоте, был занят изысканиями. «Точность данных — это самый главный залог успеха нашей операции!» - размышлял он. - «Благодаря Сиратаме мы можем на полную катушку использовать колоссальные объемы информации из Зала Знаний. Однако... Насколько точно всё это будет исполнено на практике, зависит уже исключительно от мастерства тех, кто станет главными участниками в грядущем действе. И лишь немногие в Веринарде способны на такое...»
«Если я допущу ошибку, Веринард будет уничтожен», - мыслила она. – «Как и королева, и все те, кто остается в замке... Если я сдамся сейчас, то хотя бы этого смогу избежать. Но... тогда эта бесконечная война продолжится. С другой стороны, это ведь шанс, который выпадает один раз в жизни... Точность выполнения операции, которую требует Гиб, вполне достижима, если подходить к делу с холодным умом. Но... в моём нынешнем душевном состоянии... Мне страшно! Мне так одиноко и страшно... Почему тебя нет рядом со мной в такой момент... Сора...» К чародейке подошел Рубиби, толкая перед собой небольшой столик с яствами. «Я принёс чаю, чтобы ты могла хоть немного успокоиться...» - смущенно улыбнулся целитель. Он опустил на поверхность столика небольшую рацию, и из динамика донесся голос Урипо: «Я подумала, что ты так сильно нервничаешь, что тебя уже вовсю наизнанку выворачивает... И великая я пришла развеять твою тоску своими искромётными и остроумными шутками!» «Ах ты, зараза!» - хохотнула Мальтина, не понимая, как эта пуклипо всегда умудряется влезть в душу разрушить столь драматические моменты! «Когда мы спасали Лазу, этот придурок Сора у всех на виду закатил ей грандиозное признание в любви!» - не преминула сообщить Мальтине Урипо. – «Мы с ребятами знатно прижали к стенке эту нерешительную рыбину, Сору. Пока одна небезызвестная особа тут сидит и мямлит, у тех двоих уже практически всё на мази! Ну, правда, потом там куча народу влезла со своими глупостями, так что Лазу пока четкого ответа не дала». «А вот с этого места поподробнее...» - встрепенулась приунывшая было Мальтина. «Просто потом этот безумная шустрая демонесса устроила заварушку, да ещё и Луну Возмездия запустили, так что им стало слегка не до разговоров», - продолжила Урипо. – «Ну, зато, когда эта битва закончится, они уж точно со спокойной душой наконец-то сойдутся, не думаешь?.. Ну и что теперь будет делать одна наша никчёмная особа? Мы тут, понимаешь, со времён битвы за деревню Лусина изо всех сил всё для неё подготавливаем — искали её, пока она числилась пропавшей без вести, выслеживали логово врага, штурмовой отряд собирали... а те двое, поговаривают, в это время преспокойно ходили на свидания внутри игры и горя не знали! И это в то время, как она прямо сейчас сидит тут, страдает и вся извелась от переживаний! А эти двое завалились спать в обнимочку и дрыхнут без задних ног перед финальной битвой!» «Ладно, я всё поняла!» - рявкнула Мальтина, смахивая с глаз злые слезы. – «Я покажу вам величайшее выступление в жизни истинной дочери Островов Венна!» В ответ послышалось довольное хихиканье Урипо. «Тебе ведь в любом случае подавай только безупречный счастливый конец, я права?!» - вспыхнула мысль, обращенная к Соре. – «Ну и ладно! Я и в этот раз до самого конца стану прикрывать тебе спину! Сделай всё, что должен, и обязательно возвращайся целым и невредимым! А я пока стану ещё краше и буду ждать... когда ты вернешься...»
«Я понимаю, что это жестокая и неблагодарная роль, но прямо сейчас Мальтина — единственная, кто способен с этим справиться», - заверил Сору гном. «Она сама все решит», - отозвался тот. – «Она способна сама принимать решения за себя... Она действительно потрясающая девушка. Она никогда не станет безответственно браться за то, что ей не под силу, но если она поверит, что справится, то сделает всё возможное и пойдёт до самого конца! И какое бы решение она ни приняла, я ни за что не стану её упрекать... И я никому не позволю утверждать обратное!»
Мыслями он обращался к отцу. «Скоро наше давнее желание исполнится», - заверял он Исрата. – «Наконец-то мы можем начать. Объединившись с Королем Демонов Малдрагорой, который сейчас пытается прибрать к рукам континент Лендерсию, мы обретем в Астолтии новые земли для нашего клана... С тех пор как мы освободились от проклятия окаменения, мы неуклонно шли к этой цели, не считаясь ни с какими жертвами. Даже если мы потеряем товарищей, даже если придется принять яд внутрь себя, следует отбросить личные чувства и просто делать то, что должно...» Послышались звуки боя, сдавленные крики о вражеском вторжении, и в зал ступили Лазурия, Гиб, Урипо и Сора. «А мы пришли тебе помешать!» - с улыбкой приветствовал принца демона ведди. «Не совсем так», - процедил Малик, поднимаясь на ноги. – «До сих пор я относился к своему положению слишком серьезно. А сейчас как раз подумал, что под конец не помешало бы немного эффектного зрелища. Твоя голова как раз сгодится». «Как кровожадно», - усмехнулся Сора. – «Ну, раз так, то ладно. Может, покончим, наконец, с нашим затянувшимся противостоянием?» «Решить все только вдвоем?» - переспросил Малик. – «И что же тобой движет?» «Магический барьер, сотворенный твоим отцом, уже на пределе», - отвечал ему Сора. – «Сила подземных жил, которая является источником магической энергии, почти иссякла. Вот почему вам нужно было вступить в решающий бой до того, как вы окажетесь в безвыходном положении. Этот дворец ведь скоро затонет в море, верно?»
Противостояние прекратилось; две стороны отступили на прежние позиции...
«О подобном нелепом совпадении я не мог даже и помыслить», - вымолвил принц демонов. – «Но теперь... многое встало на свои места. Ты как-то подозрительно хорошо осведомлен о наших делах. Ведь у меня было чувство, что ты шел на эту битву с каким-то особым умыслом, выходящим за рамки обычного спасения принцессы». «Все так», - подтвердил Сора. – «В прошлом Сакра сказал мне важную вещь. Война — штука не настолько простая, чтобы все сводилось к ‘выиграл — и счастлив, проиграл — всему конец’. Выиграем мы или проиграем, выжившим все равно придется жить дальше, в следующей эпохе... Если вы продолжите сражаться здесь ради защиты Луны Возмездия и в итоге весь ваш клан уйдет на дно морское, это ведь будет полным абсурдом, верно? Поэтому, если все, кроме необходимых для финального поединка, сбегут прямо сейчас, то при любом исходе мы оба сможем сохранить гораздо больше. Да и мы сами не горим желанием погибать в этой бессмысленной битве!» «Логично», - согласился Малик. – «Возражений нет. Надо же, как причудливо повернулось колесо судьбы, связав все воедино...» «Удивительно, правда?..» - согласилась с ним Лазурия. – «Чувства и желания множества мирян, тянущиеся из далекого прошлого, привели нас сюда. И наше долгое приключение близится к своему финалу». «И что теперь?» - бросил принц демонов Соре. – «Ты уверен, что именно ты должен быть моим противником в этой решающей битве? Мне кажется, эти условия слишком выгодны для нашей стороны...» «Чего?!» - разозлился Сора. «Это шутка», - без тени улыбки заверил его Малик. – «Впереди – решающее противостояние. Но с плеч как будто странным образом спало все напряжение...» Лазурия коснулась руки Соры, направляя свои силы, и возник в ладони ведди чудесный клинок. «Меч Молнии!» - узнала оружие сие Урипо. Монстры тем временем указали авантюристам местонахождение единственного тоннеля, связывавшего Иснаг с поверхностью. Воители обеих стороны стремились как можно скорее покинуть обреченный подводный оплот Лунного Племени. Профессор-пуклипо модифицировала одну из монструозных механических птиц, и та устремилась во дворец. Конструкт способен был ныне вести трансляцию противостояния; и монстры, и авантюристы приготовились наблюдать бой Соры и Малика. Покидали дворец Лазурия, собиравшаяся и впредь наделять Сору могуществом линий-дополнений, Урипо и Гиб. Возвращались они наряду о сподвижниками на борт «Левиарде». «Сора! Обязательно сделай так, чтобы всё закончилось хорошо!» - крикнула парню Лазурия на прощание. – «Многие жизни уже не вернуть, но... обязательно унаследуй волю капитана Сакры! И свяжи ее с будущим!» «Что ж, я выложусь на полную!» - заверил ее Сора, обернулся к Малику: - «Ну что, тогда и нам пора потихоньку начинать! Времени и правда мало, так что давай». Высвобождая могущество линий-дополнений на полную, Малик и Сора сошлись в решающем поединке. Энергии «Драконьих когтей» двух воителей схлестывались друг с другом, сокрушая стены подводного дворца. Сора надеялся, что «Вспышка дракона» даст ему преимущество в телепортации на короткие расстояния, но Малик, используя резонанс драконьих жил, воссоздавал ту же способность, посему оставался с противником рядом. Что ж, стало быть, они в равных условиях... Малик был куда более опытным бойцом, нежели Сора. Умело сочетая боевые приемы с заклинаниями, он теснил противника. С помощью линий-дополнений Сора умудрялся сводить на «нет» часть урона, но все равно скрипел зубами от боли, ибо удары и заклятия принца демонов достигали цели. Часть королевского дворца Сора с помощью линий-дополнений обратил в гигантский человекоподобный конструкт. Тот ударил Малика огромным кулаком, но принц демонов повторил действие Соры, преображая часть дворца в подобие небесного замка, обрушив тот на конструкта. Сора и Малик возобновили поединок, обмениваясь стремительными ударами. Плащ Малика обратился в разлом в реальности, означились в котором очертания отвратного костяного дракона. Сора узнал его: видел изображение сей твари в эпосе о противостоянии Грейснарла Империи Гитта. Это же – император Годвин, мифическое чудовище!.. «Дело дрянь!» - пронеслось в голове Соры. Он сорвался с места, уклоняясь от магический потоков, исторгнутых Годвином. Осознал Сора, что плащ свой унаследовал Малик от отца, Исрата. И образуемый им разлом призывает сквозь время и пространство часть силы повелителей демонов и злых богов, которые когда-то были уничтожены или запечатаны – отрезаны от мира. «Говорят, что правители Лунного Племени из поколения в поколение наследовали мощную магическую силу, способную влиять на само пространство и время», - проронил Малик. – «Именно благодаря этой силе мы, бывшие лишь малым племенем на самой окраине мира демонов, процветали до такой степени, что провозгласили себя великими владыками». «Сейчас явно не то время, чтобы стоять и восхищаться этим!» - выпалил Сора. Воплощение Годвина продолжало творить гибельные заклятия, и ведди приходилось проявлять чудеса ловкости, уклоняясь от них. «Рейзен говорил мне, что для использования этого плаща мне нужно тренироваться еще как минимум сто пятьдесят лет», - продолжал Малик. – «Но... мне до безумия захотелось обрушить это на тебя!»
«Да он же точь-в-точь как Его Величество в боевом облачении!» - не сдержался Гоу. – «Неужели он воссоздал этот плащ, используя силу драконьей жилы?!» «Какое безрассудное извлечение силы!» - мрачно заключил Рейзен. – «Он же сам мгновенно увязнет в темной магии! Значит... он видит в ведди настолько опасного противника...»
Сора применил «Вспышку дракона», дабы переместиться ближе к Малику, однако из разлома в континууме возникал следующий монстр – гигантский зверолюд из семейства кошачьих, вооруженный мечом. «Так у него даже в ближнем бою нет ни единой бреши?!» - отчаянием осознал Сора. И манифестация зверолюда, и Малик атаковали одновременно, и Сора вновь завертелся волчком, уходя из-под ударов. «Да сможет ли твоя Луна Возмездия вообще попасть по городу?!» - спрашивал Сора, и отвечал ему Малик: «Все настройки для ее перемещения и прицеливания уже завершены. Осталось лишь дать разрешение на исторжение потока энергии, и это совсем не трудно! Проще говоря – в этой битве я не сдерживаюсь и не даю спуску!» «Получается, тебе надо было просто сразу уходить отсюда!» - осознал Сора. – «Тогда бы никто не помешал, и ты точно смог бы произвести выстрел, разве нет?!» «Тоже вариант, можно посмотреть на это и так», - согласился Малик, не переставая теснить противника. – «Но продолжать бой в таком ключе и терять солдат одного за другим — это было бы слишком скучно. К тому же, чтобы стать королем, я обязан превзойти тебя!» Иной монстр появился из разлома, нанес удар цепью по Мечу Молнии, выбив тот из левой руки Соры. Следующий удар расколол землю под ногами ведди. Тот потерял равновесие, а следующий монстр – ядовитый демонический жук – исторг из себя клейкую паутину, в которой Сора и завяз. «Эта тварь тоже из легенды о Грейснарле», - размышлял Сора, тщетно пытаясь освободиться. – «Как же отсюда выбраться? Без Меча Молнии я не могу использовать даже ‘Вспышку дракона’!.. Малик наверняка приблизится, чтобы нанести мне добивающий удар! Будь это просто заклинание или какое-то метательное оружие, я мог бы перехватить контроль с помощью линий-дополнений и получить шанс на контратаку. Ну же... Что же ты предпримешь?!» Однако приближаться Малик не собирался. Демонический жук исчез, а место его занял демон болезней Пандемониум, принявшийся исторгать из себя ядовитый газ. Оный заполнял пространство вокруг Соры... «Позволь спросить: а ты ты действительно сражаешься в полную силу?» - обратился к обездвиженной жертве Малик. – «К примеру, если я погибну, Луна Возмездия выйдет из-под контроля, и я вполне могу превратить её в мину-ловушку, которая начнет без разбора наносить удары по всей поверхности земли. Уж не из-за беспокойства ли о подобных вещах ты сейчас выжидаешь и оцениваешь обстановку?..» «А-а, да не-е-ет, ни за что!» - заверил его Сора. – «Ты действительно переживал из-за такой ерунды?! Ну ты и зануда, конечно! Если ты сотворишь подобное, это же создаст проблемы даже для остатков твоего клана! Ты не станешь творить такую отчаянную дичь! О, боги, ну что за демон!» И все же Сора осознавал, что ядовитый газ вот-вот заполнит ущелье, и он погибнет. Краем глаза заметил он неподалеку тлеющий факел. Как они здесь оказались?.. Хотя не стоит задаваться этим вопросом: сейчас сгодится абсолютно все!.. «И что же ты имеешь в виду под ‘таким демоном’?» - осведомился Малик, не двигаясь с места. Видать, готов был продолжать разговор, пока противник его остается в живых. «Да вот такой, как ты!» - выпалил Сора. – «Ведомый одной лишь злобой, ты гонишь своих солдат на войну!» Говоря это, он с помощью линий-дополнений сотворил трех небольших монстров, направив их в сторону факела, лежащего на дне ущелья. «Неужели ты не мог придумать способ, при котором никто бы не пострадал?!» - кричал Сора, отвлекая внимание Малика на себя. «Ненависть — это лишь средство, а не конечная цель!» - рявкнул тот. – «Когда перед нами жестокая реальность, в которой мы обязаны сражаться, она просто необходима, чтобы поднять боевой дух — как свой, так и чужой!» «Но мама Суны говорила, что такие методы — это путь, полный лишь грусти и боли, понял?!» - выпалил Сора. – «Разве ты сам своими глазами не видел, чем в итоге обернулась та ужасная битва?!» «Бывают сердца, которые невозможно поддержать ничем, кроме ненависти!» - отрезал Малик. – «Если забыть об этом и смириться с текущим положением дел, то иссякнет и гордость предков, и любовь матерей, что позволяли нам выживать до сих пор! И тогда наши души окончательно падут, уподобившись дикому скоту!» «Да ведь оставался всего один последний шаг!» - не сдавался Сора. – «Твой отец и наш многоуважаемый предок, Сакра, умудрялись как-то справляться даже с такой ненавистью...» «Они потерпели неудачу!» - напомнил ему Малик. – «Когда сталкиваются слишком колоссальные силы, подобные компромиссы и методы невероятно опасны!» «Неудачу!» - возмутился Сора. – «Не смей заканчивать это по собственной воле! И я, и ты — мы всё еще живы! Это потому, что воители из прошлого изо всех сил боролись, чтобы связать наши жизни!» Монстры передали Соре факел, и ведди взмахнул им, сжигая удерживающую его паутину. Рухнул вниз, в воду. Осознал, что в магическом барьере, похоже, образовалась брешь – следствие столкновения могущества двух драконьих жил! К счастью, ядовитый газ начал рассеиваться... «Связали жизни, говоришь?!» - гневно выкрикнул Малик. – «И как, по-твоему, мне относиться к потерянным жизням?! Хочешь сказать, я должен просто забыть о них?!» «Но ведь месть — это не единственное посмертное подношение!» - возразил ему Сора. – «Пока те, кто остался в живых, не станут счастливыми, это никогда не закончится! Я сражаюсь ради того, чтобы всё именно так и было! Хватит уже вести себя как мелочный трус!» Он обратил воду в монструозную волну, коя подбросила его на вершину утеса, находился на котором Малик. Двое возобновили бой... «Если ты настоящий мужчина, обладающий такой силой, возьми да и объедини весь этот огромный мир по-своему!» - кричал Сора: переходя в атаку. «И это ты говоришь противнику, с которым вы сейчас пытаетесь убить друг друга?!» - бросил Малик в ответ. «Я хочу увидеть именно это!» - настаивал Сора. «Не неси чепуху, прикрываясь своими эгоистичными желаниями!» - орал Малик. Он чуть было не достал Сору мечом, но тот, применив «Вспышку дракона», обратил на мгновение тело свое в пламя, тем самым избежав гибели. Оказался у Малика за спиной, готовясь нанести удар «Драконьими когтями», но принц демонов блокировал выпад ведди, рявкнув: «Время настало. Луна Возмездия пробуждается! Теперь процесс уже необратим!»
Королева прожгла гневным взглядом сына, ступившего в тронный зал. «Я и не мыслила, что ты сбежишь с эвакуационного корабля и явишься сюда...» - отчеканила она. – «Есть ли у тебя вообще осознание своего долга как члена королевской семьи, Одис?! Ты совершенно не понимаешь, что значит защищать нашу кровь! И ты, похоже, забыл, как мы искали древнюю Песнь Благодати, стремясь к тому, чтобы у нас появился первый правитель-мужчина со времен древнего Ладиса!» «Именно поэтому я и здесь, матушка!» - выкрикнул принц. – «Силу Песни Благодати еще никогда не использовали подобным образом. Чем больше поющих, тем вернее будет результат. В том путешествии я тоже кое-чему научился. Наши жизни связаны далеко не одной лишь кровью. Песнь передаст наши чувства будущим поколениям! Я верю, что именно сейчас и здесь настал момент исполнить долг короля! Прошу тебя...» «Что ж, хорошо», - вздохнула Диора. – «Если в этом и заключается твой образ нового короля, то покажи мне, как ты исполнишь сей долг сполна!» Правители Веринарда наряду с авантюристами поднялись на балкон дворца. Рыцари-маги заверили Мальтину в том, что обеспечат ее необходимыми запасами маны. Та благодарно кивнула; Фуга, Алек и Рубиби следовали за нею по пятам, наотрез отказавшись оставлять чародейку одну. Так, королева Диора, принц Одис и множество жителей Веринарда приступили к исполнению Песни Благодати, в то время как Мальтина творила изощренный магический ритуал. Мысли ее были обращены к Соре... «Вот же ж ты зануда...» - проносилось в разуме Мальтины. – «Если я не буду вечно подчищать за тобой твои косяки, ты ведь совсем ничего сам сделать не сможешь! Оставить без присмотра такую хорошую девчонку... Ну и дурак же ты! Так что поскорее возвращайся назад! Ведь я стала еще краше... и непременно тебя соблазню!» Стоял полдень... но небо стремительно темнело. Моряки Веринарда, покинувшие корабли и достигшие берега, стремились где-нибудь укрыться в надежде спасти свои жизни. Жители Веринарда ощущали жар, сознавая, что удар со стороны Луны Возмездия вот-вот последует. Еще немного – и температура станет столь велика, что все живое попросту испарится! Рубиби сознавал, что все идет в точности по плану Гиба... и все равно – ему было ужасно страшно... Сумеют ли они воссоздать цвет и форму водных потоков в окружающем город море с необходимой точностью?.. Поверхность моря начала вздыматься; королева и ее сородичи управляли водою с помощью Песни Благодати! Мальтина завершила ритуал, обратив водную массу в лед. Луна Возмездия исторгла поток энергии... но тот был отражен импровизированным гигантским зеркалом, ударил в сие искусственное небесное тело...
«До того, как свет Луны Возмездия успел бы сфокусироваться на земле и нагреть её до разрушительной температуры, это ледяное зеркало перенаправило и сфокусировало отраженный свет обратно — прямо в самый центр Луны Возмездия, полностью её уничтожив!» - добавила Блаубаум. – «Главной проблемой была точность формы и отражательной способности... Но, судя по всему, слаженная работа команды на месте оказалась просто великолепной!» «Ну что ж!» - приосанился Расвид, обратился к Рейзену и его миньонам. – «Теперь, когда наше положение внезапно стало куда более выгодным, позвольте мне выдвинуть свои требования с позиции силы. Я бы хотел предложить вашей армии перемирие». «То есть это не капитуляция?» - осторожно уточнил тот.
«Так это была импровизация?» - поразился Малик. – «Стремясь претворить в жизнь план рикошета, ты посреди боя решил проверить, удастся ли произвести точный выстрел потоком энергии?.. Это же просто безумие! В таком риске не было никакой необходимости! Вам следовало просто бросить замок и город и бежать! Чтобы сама королева осталась на передовой... это...» «Королева оказалась единственной, кто вообще был способен на такое!» - возразил Сора. – «И разве вы сами не лучше всех понимаете, каково это — быть изгнанными из тех мест, где вы жили?! Даже если бы мы спасли свои жизни, у нас бы просто не осталось сил и духа двигаться дальше! А дальше нас ждала бы только бесконечная, вялотекущая взаимная резня! Подобные вещи... нужно останавливать прямо здесь и сейчас, чего бы это ни стоило!» «Чтобы в итоге изгнать и уничтожить нас?!» - выпалил Малик в ярость. «Вовсе нет!» - выкрикнул Сора ему в лицо. – «Те времена уже давно прошли! После войны Ложного Солнца мы кое-как смогли пережить ту эпоху и сохранить мир! Появилось хоть какое-то время, чтобы оглянуться назад и извлечь уроки из истории... Мы стали куда более гибкими и понимающими, чем вы о нас думаете! Возможно, не получится сделать так, чтобы абсолютно все остались полностью довольны! Но мы обязаны как-то справиться... Найти способ, при котором никому больше не придётся страдать!» Малик не знал, что и думать... когда послышался тихий голос: «Они тебя переубедили». Малик и Сора обернулись, зрев троицу демонических ученых. «Как жаль...» - продолжала Эсторис. – «Какая искренняя... и глубокая жалость... Неужели ты позволил увлечь себя столь пустой фантазией? Говорить, будто некто способен по-настоящему сопереживать и сочувствовать чужой боли — это чистой воды ложь и притворство. Всё это лишь мимолетное помутнение разума, вызванное секундным порывом эмоций. А значит, это нужно прекратить... немедленно... Стоит эмоциям остыть... они сразу обо всём забывают! Забывают о тех, кто всё ещё изранен и страдает! Именно поэтому мы обязаны либо подавить их силой, либо полностью уничтожить и стереть с лица земли... Ты ни чём не ошибся. Однако потерпел неудачу... Как жаль... Но если бы ты смог продемонстрировать нас столь сокрушительную мощь... На самом деле мы хотели бы попробовать пойти по этому пути вместе с тобой!» Малек вскрикнул от боли, и, застонав, опустился на колени. «Я ведь уже говорила ранее», - процедила Эсторис, обращаясь к принцу демонов, - «обретенная тобой драконья жила не является подлинной. Маска неспособна передать эту силу обычным путем, поэтому мы насильно извлекли её и закрепили в тебе с помощью наших технологий. Истинная сущность Владыки Вечной Тьмы всё ещё изранена и пребывает в глубоком сне. А потому в процессе этой искусственной фиксации силы мы внесли кое-какие скрытые доработки. Полагаю, ты и сами догадывался, что мы наложим на тебя какие-нибудь ограничения? Как-никак, с нашей стороны это был заём поистине колоссальной силы... Было бы замечательно, если бы ты смог умело обвести вокруг пальца противника и победить, но увы... Ты потерпел поражение!» Лицо Эсторис искажала лютая ненависть, и осознал Сора, что разжигает эмоцию сию черная эфемерная сущность! «Ч-что с ним происходит?!» - выпалил ведди. – «Это то же самое, что случилось с Лазу, когда она потеряла рассудок...» «Древний дракон», - прохрипел Малик. – «Дракон кошмаров... Ремнас... Это его воля... Вот какова цена роли маски...» «Древний дракон?» - изумился Сора. «Всё в точности так, как сказала эта тварь», - подтвердил Малик, тяжело дыша. – «Я прекрасно знал, что меня ждет подобная ловушка. И я собирался найти способ обойти её! Но... я просчитался... Какое... горькое разочарование...» «Да что ты такое говоришь, будто уже смирился со смертью?!» - воскликнул Сора. – «Ты еще...» Малик ударил Сору, отбросив того на несколько шагов. Ведди с ужасом созерцал, как темная сущность охватывает Малика, образуя вихрящийся кокон темных энергий. Лишенная собственного физического воплощения, Владыка Вечной Тьмы – личность-маска Ремнаса – нуждался в носителях, и сейчас таковым стал принц демонов Малик. «Ну же, полно тебе!» - хохотнула Эсторис, с удовольствием наблюдая за преображением принца демонов. – «Не стоит так сильно убиваться и предаваться пессимизму. Если такой могущественный демон, как ты, будет бушевать, пока не исчерпает саму свою жизнь, этого вполне хватит, чтобы превратить все Острова Венна в выжженную пустыню». «Что вы сотворили с Маликом?!» - выпалил Сора, и Эсторис, хихикая, пропела: «Навряд ли после этого останутся пригодные для жизни земли...» «Молодой господин очень сильно нам помог», - прокаркал Плаку, щерясь. – «Все нужные нам образцы и данные получены в избытке... Мои исследования продвинулись просто колоссально!» «И все же, то, что Луна Возмездия будет уничтожена подобным методом, стало полной неожиданностью!» - горестно вздохнул Зофин, и Эсторис согласилась с ним: «Да уж! А ведь мы так старались, когда создавали её! Мне так хотелось поглядеть, как этот мир полыхает... Жаль!» «Что за чушь вы все несете?!» - выпалил Сора, искренне возмущенный извращенной бесчеловечностью троицы демонов. «Это всего лишь небольшое представление на бис...» - прошипела Эсторис. – «Дополнительное шоу... Хочешь остаться и посмотреть вместе с нами, а?» Черная мгла рассеялась, явив взорам Соры и демонов-магов исполинского чудовищного демона. «Неужели этот облик - результат воздействия легендарного тайного метода эволюции?!» - воскликнул Зофин, любуясь сим порождением. «Похоже, могущество драконьей жилы окончательно вышло из-под контроля, и совладать с порождаемым плащом разломом в континууме уже невозможно», - заключил Плаку. – «Похоже, его целиком поглотила сила древнего Лорда Демонов – Эстарка!» «Это же вообще никак не связано с возрождением Лунного Племени!» - взорвался Сора. – «Да что вы, ублюдки, творите?!» «Нам нужно как-то компенсировать ту долю разрушений, которую должна была принести в мир Луна Возмездия», - хихикнула Эсторис. – «К тому же меня бросает в дрожь, когда я вижу, как ломаются и сокрушаются сердца смертных! Особенно когда дело касается столь одарённых и страстных натур... Конец у них всегда один...» Гигантский демон пробил лапой брешь в магическом барьере, ограждавшем Иснаг, и вода хлынула в образовавшуюся брешь... Остающиеся в Иснаге авантюристы и монстры спешили укрыться внутри драконьего оплота, который держался на плаву, ведь был выращен из дерева. Сору спасла Суна; заметив уносимого волной ведди, она бросила веревку, коя захлестнула запястье парня, после чего затянула того в драконий оплот. «Не пойми меня неправильно», - молвила Суна. – «Ты разрушил наши мечты. Но молодой господин в самый последний момент защитил тебя, оттолкнув в сторону. Должно быть, он посчитал постыдным втягивать тебя в наши внутренние распри». Подле достигшего поверхности моря драконьего оплота всплыла подводная лодка, «Левиарде», из люка коей выпрыгнула Лазурия, обняла Суну, благодаря ту за спасение Соры. Огромный демон, обратился в которого Малик, медленно приближался к драконьему оплоту, нанес удар, сокрушая оный. Авантюристы оказались в воде, стараясь удержаться на плаву и цепляясь за обломки древесины. Сора осознал, что применил демон «Драконьи когти». Стало быть, и в этом обличье Малик способен применить могущество, даруемое ему линиями дополнениями?! Демон же, применив «Драконье буйство», исторг разрушительный поток магический энергии, направив ту к сторону родной деревушки Соры – Лусины. Та уцелела лишь чудом, ибо поток миновал его, но выжег лес и предгорья в непосредственной близости от селения. Сора, Лазурия, Суна и спутники их находились на поверхности драконьего оплота, дрифтующего в море, когда опустился к сему клочку земли летательный аппарат, построенный в древней Урбее и управляемый демоническими-учеными. «Да уж, потенциал высокоранговых демонов действительно ужасает», - заключил Зофин. На руках некромант держал обессиленную демонессу, которую авантюристы видели впервые. «Похоже, он исторг магическую энергию в сторону Веринарда», - продолжал демон. – «Интересно, он сделал это потому, что смутно помнит, кого именно он должен уничтожить?» «Эсторис!» - узнала истинное воплощение демонессы Суна. – «Ах ты, предательница!» «Я не предаю лишь собственные убеждения, Суна», - отозвалась та. – «Я действительно уважала молодого господина. Однако... он потерпел неудачу. Он не смог явить свою силу. И поэтому — погибнет... Разве не таков закон для тех, кто рождён в мире демонов?» «Но это же не повод поступать с ним так?!» - выпалил Сора. – «Если мы продолжим сражаться и разрушать всё вокруг, это ведь ни к чему не приведёт!» «Но так ведь гораздо веселее!» - осклабился Зофин. – «Верить, что в нашем появлении на этот свет есть какой-то смысл... Пытаться лелеять свои мечты и надежды, и наполнять ими каждый свой день! Но видеть, как сии сердца ломаются и стираются в порошок — вот это истинное блаженство! Вы - безмозглые глупцы, живущие в мире розовых очков и не ведающие истинного отчаяния!» Руки гигантского демона были уничтожены в момент выброса маны, однако сейчас на глазах авантюристов восстанавливались! «Он прямо как Лорд Демонов из древних времён!» - заливисто хохотал Зофин, упиваясь сим зрелищем. – «Глубокое отчаяние подталкивает его плоть к ещё большей, новой эволюции! Воистину, именно в этом и кроется истинная суть его души. Давай же – иди вперед, выплесни всю свою ненависть и преврати Острова Венна в огненное море!» «Хватит нести чушь!» - выкрикнул Сора. – «Он ведь... Он ведь был абсолютно серьёзен... Он рисковал своей жизнью! Он изо всех сил старался ради клана, который его вырастил! И всё это... ради твоего дурацкого, никому не понятного веселья?!» «Сора, я понимаю, это бесит», - шепнула ему Лазурия. – «Но сейчас нельзя выходить из себя!» «Ну, я понятия не имею, почему он стал таким извращённым и циничным, но этот демон действует с единственной целью — причинять людям боль!» - процедила Урипо, оказывая на ухмыляющегося Зофина. – «Он и сейчас специально нас провоцирует. Если ты разозлишься и потеряешь голову, это только порадует этого ублюдка!» Сора выдохнул, взял себя в руки, и, обратившись к некроманту, отчеканил: «И именно поэтому ничего из того, что ты задумал, абсолютно точно не сбудется! Мы со всем разберёмся и сведём всё к счастливому финалу! И заставим тебя горько обо всем пожалеть!» «Как это обнадеживает!» - хохотнул тот, не скрывая иронии. – «С такими воинами, как вы... Даже если Острова Венна превратятся в выжженную пустыню, вы ведь обязательно сокрушите чудовище, верно?! Я бы очень хотел, чтобы вы оставили после себя в этом мире как можно больше ненависти». Плаку направил летательный аппарат прочь, и авантюристы проводили его взглядом. Урипо обернулась к остову «Левиарде», крикнула: «Как там у вас дела?» Из открытого люка подводного судна поднимался черный дым; корабль был поврежден при ударе демона по драконьему оплоту. «Всё плохо!» - отозвалась Аои, выглянув из люка. – «Мы едва избежали затопления. Закрылки полностью повреждены, мы какое-то время не сможем сдвинуться с места! Преследовать демона на этом корабле невозможно!» «Слушай, Сора...» - обратился к ведди Гиб. – «Насчет того, что Малик стал таким. Начнём с того, что его нестандартные линии-дополнения были втайне от него искажены. Они заставила выйти из-под контроля силу магического плаща – Бездны Полумесяца, и призвала силу Лорда Демонов, которую нынешний Малик просто не способен контролировать. В итоге самого Малика этой силой и поглотило... Ну, если говорить простым языком, всё ведь верно?» «Да, все так», - подтвердил Сора. К остову драконьего оплота спустились четыре небольших дракона, на спинах коих восседали Юлур, Дионисия, Амас и Джона. Сора, Лазурия, Урипо, Суна и Гиб поспешили забраться на сих бестий, и устремились те в направлении Островов Венна. «Выход есть», - заверял сподвижников Гиб. – «Главное, чтобы Малик смог контролировать силу линий-дополнений». «Так в том-то и дело, что он не может этого сделать, потому мы сейчас все и страдаем!» - воскликнула Урипо. «С помощью силы Лазу нужно заново нанести правильные линии-дополнения», - пояснил Гиб, - «но получится ли у нее передать их Малику? Если верить словам Соры, сама по себе сила линий-дополнений у Лазу ведь мощнее, верно?! Если мы перехватим контроль над Бездной Полумесяца у линий-дополнений противника, возможно, нам даже удастся все обратить вспять». «Мы сможем!» - уверенно заявила Лазурия. – «Я верю, что сможем. Моя изначальная сущность признала Сору вершителем судеб, способным стать ключевой фигурой в истории». «За это я ручаюсь!» - заявил Сора. – «Точнее, если всё так и не обернётся, мне же самому будет хуже!» «Но чтобы это провернуть, нам нужно подобраться к нему вплотную и остановить его движения?» - уточнила Урипо, взирая на пересекающего море демона. – «Если сглупим, это будет куда сложнее, чем просто победить его обычным способом». «Если он способен обращать могущество драконьих жил в поток маны, его определённо лучше остановить!» - заключил Сора. «Пусть даже сейчас у нас перерыв в противостоянии, но ты уже три раза за сегодня применил ‘Драконьи когти’», - напомнил ему Гиб. – «Есть вероятность, что больше сделать этого не сможешь». «Но удастся ли нанести ему урон даже с помощью ‘Драконьих когтей’?» - сомневался Сора. – «Один удар... Как же это сделать...» ...Тем временем гигантский демон достиг побережья Веринарда, где атаковали его искатели приключений. «Не сдаваться!» - кричал Спир, подбадривая сподвижников. – «Если он прорвет нашу линию обороны, на пути его окажутся и деревня Лусина, и Веринард!» Гоу и Рейзен взирали на преображенного Малика, замерев у того на пути. «Что ты делаешь, дед?» - обратился к огру ведди Лаксид. – «Ты погибнешь, если не отойдешь в сторону!» «Потеряв молодого господина, наш клан лишится будущего», - проронил тот. – «Какое уж теперь бесчестие выжившего!» «Дурень!» - Лаксид схватил Рейзена за ризу, прокричал в лицо: «Если вы опустите руки, то и жертва молодого господина окажется напрасной! Не сдавайтесь! Сора все еще сражается!» Драконы снизились; авантюристы и Суна спрыгнули со спин их на землю. «Рейзен! Гоу!» - окликнула Суна сородичей. – «Все вопросы – потом! Сейчас мы начнем решающую операцию по спасению молодого господина! Прошу, даруйте нам свои силы!» «Что это значит?!» - озадаченно осведомился Рейзен. – «Почему ты вместе с врагом...» «Сейчас ведь уже нет деления на врагов и союзников», - прервал его Сора. – «Ради того, чтобы создать будущее, в котором мы все сможем жить дальше. Его сила нам понадобится и впредь! Так ведь? Это наш последний, решающий бой! Стоит ошибиться хоть в одном шаге — и всему конец, понятно?! Так что мы рассчитываем на вас!» Рейзен, Гоу и Суна приняли обличье львопсов, примкнули к ожесточенному противостоянию, кое вели авантюристы. Гигантский демон продолжал эволюционировать; в груди его возникла пасть, изрыгающая жаркое пламя. Заклинания терзали плоть твари, но та тут же восстанавливалась, а вскоре демон начал творить волшбу, отражающую магические потоки. Похоже, он обучался, и искатели приключений волей-неволей задались вопросом: а возможно ли одержать верх над столь чудовищным порождением в принципе?.. Направляя силу линий-дополнений, Сора обратил трех львопсов в единого треглавого гиганта, и выступил тот против демона. Монстры из Лунного Племени были поражены тем, что львопсы встали на сторону искателей приключений; возможно, и им стоит поступить так же. «Живее, вы тоже помогайте!» - обратилась к монстрам Каири. «По... почему это касается и нас тоже?!» - растерянно спрашивали те. «Мы ведь собираемся вернуть вашего молодого господина в его прежний вид красавчика, верно?!» - напомнила бестиям Каири, и просветили монстров авантюристы: «Лазурия передаст ему свои линии-дополнения и заставит вновь обрести контроль над своей силой!» «Ничего не понимаем!» - растерянно переглядывались монстры. – «С какой стати вы, искатели приключений, вообще завели разговор о спасении нашего господина?!» «Вот ведь недоумки...» - пробормотала Каири, возопила, обращаясь к монстрам: «Да будет вам известно! Я пришла сюда вовсе не для того, чтобы участвовать в вашей убогой и жалкой войне! Я пришла сюда ради волнующего и захватывающего при-клю-че-ни-я!» Она указала в сторону держащегося поодаль летательного аппарата, оставались на котором трое демонов-магов, продолжила свою пламенную речь: «И мы теперь должны проливать кровь из-за планов какого-то мутного типа, которого никто знать не знает?! Это унизительно! Так что мы утрем этому ублюдку нос! А для этого мы все, кто здесь находится, просто обязаны свести всё к счастливому финалу! Ясно?» Демон Ягель расхохотался, выражая свое одобрение, пояснил воззрившимся на него подначальным: «М-да, пока мы тут целых пятьсот лет торчали в виде каменных статуй, эпоха-то полностью изменилась! Ну, как говорится, в чужой монастырь со своим уставом не ходят, так что... Как вам идея? Терять-то нам в нашей ситуации уже всё равно абсолютно нечего. Почему бы нам просто не довериться плану этих авантюристов?» «Э-э-эй, была не была!» - возопили монстры, потрясая оружием. – «Да плевать нам уже на этот ваш Веринард! Главное — молодой господин! Если мы сможем спасти нашего владыку, со всем остальным как-нибудь разберемся!» И авантюристы, и монстры Лунного Племени ринулись к гигантскому подобию Эстарка, обратился в кое Малик, атаковали его. Гигант вновь свел руки воедино, готовясь применить «Драконье буйство» и высвободить всесокрушающий поток магических энергий. Кагеро и Юлур ринулись вперед, отсекли демону левую руку. Тут же Сора, направляя треглавого гиганта, заставил того применить «Драконьи когти». В это же мгновение сей же прием использовал и демон – и это было именно тем, на что рассчитывал Сора. Надеялся ведди, что разрушительная сила, коя высвободится в результате резонанса, сможет превзойти способности демона к регенерации, и это позволит обездвижить противника на какое-то время. Демон выстоял; силы объединенных в единую сущность львопсов оказалось недостаточно... Не мешкая, примкнули к Соре Джей-Би и иные искатели приключений, обрушив на демона всю свою мощь... И тот дрогнул! «Сора-а-а-а-а-а-а-а!!!» - кричали как авантюристы, так и монстры... и Сора сумел воспользоваться резонансов высвобожденных магических энергий, применив «Драконье буйство» и направив поток гибельных энергий на демона. Тот пал наземь, и Лазурия бросилась к демону. Регенерация твари уже началась, и Лазурия рассекла себе коротким мечом ладонь, прижала ее к телу демона, направляя все свои силы в сотворение линий-дополнений. «Ты ведь слышишь меня?!» - выкрикнула драконица. – «Возвращайся! Молодой господин, ты ведь собираешься стать Лордом Демонов своими собственными силами, верно?! Если тебя не станет, с кем же нам тогда сражаться, а?» «Ты ведь еще толком даже не видел нынешнюю Астолтию, верно?» - прозвучал в сознании Малика голос Соры. – «Этот мир устроен совсем не так, как ты думаешь. Он гораздо, гораздо шире. В нем есть множество стран и городов. В нем живут самые разные расы. В нем раскинулись бескрайние пустоши и таинственные подземелья. И монстры в нем, конечно, тоже водятся. И в нем всегда есть место для приключения! Ты ведь всё это время прямо сгорал от нетерпения, верно? И нечего вечно дуться и замыкаться в себе только из-за того, что твоя мечта слегка дала осечку! Так что давай, поторапливайся и иди вперед... А не то я опережу тебя...» «Чтобы я... отстал от тебя...» - проронил Малик. – «Ни за что...» И авантюристы, и монстры ликовали, наблюдая, как очертания демона исчезли, и принял Малик свое прежнее обличье. Трое демонических ученых, разгневанных очередным провалом, поспешили убраться прочь...
«Так и знал!» - вздохнул Сора. Вообще-то, он даже не задумывался о том, что будет после того, как спасет он Лазурию и отвратит угрозу со стороны Луны Возмездия. И как ему быть теперь с Лунным Племенем?..
«Суди меня, если считаешь нужным», - молвила она. – «Я сорвала заветный замысел нашего клана — пробуждение Луны Возмездия. Это было моё личное решение, мне нечего добавить. Я последовала зову своего сердца, зная, что меня ждет наказание. И если молодой господин лично вынесет мне смертный приговор, мне больше не о чем будет сожалеть». «Легко тебе говорить с таким умиротворенным лицом», - хмыкнул Малик. – «Я ведь уже сказал, что ты свободна, и в этой битве тебе участвовать было не обязательно. Так что для меня неважно, как именно ты поступила и что ты делала». «Но... как же так!» - растерялась Суна. – «Ведь это же по отношению ко всему нашему клану...» «Ну, впрочем, это всё пустые отговорки», - вздохнул Малик. – «Я просто не хотел втягивать тебя, такую молодую, в грязные решения взрослых. Хотя я и подумать не мог, что всё это приведет к подобному исходу. Но... как результат, и я сам, и весь наш клан выжили без особых потерь. Если бы мы до самого конца продвигали план с Луной Возмездия и резали друг друга с солдатами Веринарда, всё явно не закончилось бы так благополучно. И пускай неизвестно, что ожидает нас дальше... трудностей впереди наверняка будет предостаточно. Так что мне нужно, чтобы ты работала на меня еще усерднее, чем раньше. А иначе будет нехорошо, если тебе вдруг станет ‘не о чем сожалеть’. С возвращением!» Суна не сдержала слез... когда к хижине, отведенной принцу демонов Малику, проследовал пуклипо, сопровождаемый Кошаком Ребелио, Хьюзой и Сомьей. «Наконец-то мы сможем спокойно и без спешки поговорить», - обратилась она к озадаченному Малику. – «Охо-хо! А ведь и правда, точь-в-точь как в легендах, молодой господин вырос писаным красавцем!» «Кто ты такой?» - осведомился принц демонов. «Я Немезис – шаман с Кошачьего Острова», - представился пуклипо. – «Зови меня Неме. Дело в том, что малышка Сомья пришла посоветоваться с нашим главным смутьяном насчет найденного ею талисмана. И вот тогда-то мы и узнали, что Народ Великой Луны возродился в этой эпохе. И по этой причине моя госпожа, Мамаша Кошка, изъявила желание лично встретиться с тобой. Не согласишься ли ты отправиться вместе с нами на Кошачий Остров?» ...Так, Малик, сопровождаемый Рейзеном, Гоу, Суной, а также Сорой и его командой прибыл на Кошачий Остров, где приветствовала его Мамаша Кошка. «Для нашего клана большая честь принимать тебя на этой земле», - говорила она. «Для нас большая честь удостоиться этой аудиенции», - растерянно отвечал Малик, - «однако нам всё еще непонятна причина этого приглашения. Зачем предводительнице сильнейшей фракции монстров на острове Джулет понадобился такой бродячий клан, как наш?» «Для начала я бы хотела кое-что прояснить», - изрекла Мамаша Кошка. – «Один из великих воинов нашего племени гигантских кошек, Кошак Галлерио... Правду ли гласит предание, что во время великой войны Ложного Солнца пятьсот лет назад он сражался на стороне Народа Великой Луны?» «Неужели это предок Ребелио?» - встрепенулась Лазурия, и Кошак развел лапами: «Не знаю, предок он мне или нет, но вроде бы в древности и правда был такой выдающийся воин». «Это так», - подтвердил Рейзен. – «Галлерио сошелся характерами с покойным королем Исратом и пришел к нам на выручку в той прошлой войне!» «Кто бы мог подумать, что благодаря такой случайной встрече нам удастся подтвердить подлинность легенды...» - покачал головой шаман Неме, а Мамаша Кошка продолжала: «И этот самый Галлерио когда-то оставил после себя вот такие слова: ‘Настанет день, и спящий на дне морском в виде камня Народ Великой Луны возродится. Они — воины высокой чести, поэтому, когда этот миг настанет, мы обязаны помочь им всем нашим кланом’. Вот что он завещал. Я слышала, вы лишились своего крова и сейчас находитесь в затруднительном положении». «В глубине Кошачьего Острова всё ещё остаются нетронутыми обширные лесные земли», - добавил Неме. – «Там полно дичи и рыбы, а сама земля очень плодородна. Конечно, это не роскошная жизнь во дворце… но что скажете? Как насчет того, чтобы расчистить часть этого леса и обустроить там временное пристанище для вашего племени?» ...В последующие недели монстры Лунного Племени обустроились на Кошачьем Острове: принялись вырубать лес, возделывать поля, возводить хижины. Вскоре на остров прибыли капитаны Аска и Расвид, дабы своими глазами увидеть новое пристанище недавнего врага. «Основная армия монстров, планировавшая захват Островов Венна, была полностью истреблена благодаря совместным усилиям армии Веринарда и искателей приключений», - протянул Расвид, наблюдая за монстрами. – «Поскольку часть выживших, судя по всему, бежала на Кошачий Остров, на всякий случай были приняты меры предосторожности. Таково официальное заявление от имени Её Величества королевы». «То есть она просто взяла и соврали?!» - обратился к капитану Сора, а Урипо уточнила: «Какая там ‘часть’, они же вообще все сюда заявились!» «Когда дело касается монстров, тут свои правила», - развел руками Расвид. – «Нельзя же просто взять и во всеуслышание заявить: ‘Мы тут обо всём договорились и отпустили их с миром’». «Но ведь в этом деле было замешано столько солдат и авантюристов», - озадачился Гиб. – «Разве всё это не вскроется в один миг?» «В этом-то и состоит вся идея», - усмехнулся Расвид. – «Так мы сможем выиграть немного времени. Если держаться от них на правильной дистанции и постепенно сосуществовать, то со временем все вокруг сами поймут, что они вполне безопасные соседи. Другого пути просто нет». Обратившись к Фолке, продолжал Расвид: «Ну, для Её Величества королевы это, конечно, означает появление одной политической уязвимости. Но она просила передать, что вовсе не собирается навязывать вам это как долг. Так что – обживайтесь». «Я благодарен за такую высокую заботу», - отвечал ему сенешаль. – «У нас нет ни малейшего желания устраивать новые проблемы на пустом месте». «Ну что за дела-а-а!» - всплеснул руками Сора. – «Если бы всё с самого начала так устроилось, нам бы и воевать не пришлось!» «Ну нет...» - возразил ему Рейзен. – «Всё было далеко не так просто. Мы сами раздували пламя ненависти нашего клана. Даже если бы мы с самого начала просто получили землю для жизни, мы бы всё равно не смогли так легко отказаться от войны. И то, что мы способны на это сейчас — лишь потому, что мы увидели вас, авантюристов. Потому что вы заставили нас поверить в саму атмосферу нынешней Астолтии. Это всё благодаря тебе, мальчик в демонической маске. Благодарю тебя». «Да нет, я-то тут особо и ни при чем», - промямлил Сора, но королевская советница Риндо с ним не согласилась, молвила: «Донести до кого-то свои искренние чувства... Я и сама уже очень долгое время изучаю высшие тайны магии, но, какое великое заклинание я бы ни использовала, добиться подобного эффекта оказывается чертовски сложно. Так что ты действительно совершил нечто потрясающее». Простившись с Сорой и его друзьями, посланники королевы Веринарда покинули Кошачий Остров... ...Сим вечером принц демонов Малик обратился к своему племени, собравшемся у костра в центре возводимого селения. «Благодаря великодушию госпожи Мамаши Кошки и Её Величества королевы Веринарда мы совершенно неожиданно обрели новое место для мирной жизни», - говорил он. – «Пройдет еще немного времени, пока наш быт окончательно наладится, но на этой земле нам больше не придется жить в постоянном страхе, что мы в любой момент можем уйти под воду. И нам больше не грозит голод из-за бесплодных и истощенных земель. До сих пор я лишь разжигал всеобщую ненависть и использовал её как силу, чтобы вытерпеть эти долгие времена лишений и затворничества. Но... жители нынешней Астолтии, которых мы считали своими врагами, похоже, уже давно переросли подобные мысли и оставили их в прошлом. Да и то, что наш топорный план вторжения с помощью Луны Возмездия потерпел крах... Возможно, это случилось потому, что он изначально совершенно не вписывался в рамки этой новой эпохи... Внемлите же мне! Речь пойдет о будущем нашего клана. На этой земле мы не спеша залечим наши старые раны... и когда-нибудь, когда мы наконец накопим достаточно сил и этот день настанет, мы устремимся обратно в мир демонов – и вернем наши исконные владения!.. Мы расчистим разросшийся ядовитый лес, истребим хозяйничающих там злых и свирепых драконов - и вернем себе нашу истинную родину!.. Однако эта битва не будет похожа на прежние, когда нам приходилось подстегивать себя ненавистью. На пути к будущему нашего клана подобная мрачная тень нам больше не нужна. Оно должно быть куда более воодушевляющим... если одолжить выражение у искателей приключений нашего времени... Оно должно захватывать дух! И сейчас, когда все мои мысли заняты этим следующим приключением нашего клана, мое сердце бьется в предвкушении именно этого чувства! Ну, что скажете? Вы и в следующий раз составите мне компанию?» «Разумеется!» - гаркнули монстры и демоны, испытывая поистине небывалое воодушевление. – «Мы последуем за тобой хоть на край света! Мы не имеем права умереть до того самого дня, пока Ваше Высочество не наречет себя истинным Лордом Демонов! Мы обязательно все вместе вернемся на родину!» ...Не ведали воители Лунного Племени о том, что из теней за ними внимательно наблюдают двое демоном: аристократ Сорис и его служительница, Мимимик. «А он действительно оказался именно таким, как я и предполагал», - усмехнулся Сорис. – «Он идеально подходит на роль союзника в нашей великой операции по триумфальному возвращению в мир демонов!» «Мне казалось, он тут разглагольствовал о том, какой он весь из себя невыносимый красавчик, или вроде того...» - усомнилась Мимимик, и Сорис велел ей замолчать.
«В этот раз ты нам прямо очень сильно помогла!» - воскликнул Сора. – «Ведь это же в основном корабли торговой компании ‘Эскода’ перевезли Лунное Племя на остров, верно?» «Не в этот раз, а в этот раз ‘тоже’», - поправила его Мальтина. – «Я уже привыкла подчищать за тобой твои хвосты. К тому же, раз уж мы сделали в это инвестиции, я буду помогать, пока они полностью не окупятся. Этим поселенцам ведь теперь куча всего понадобится на новом месте, верно? Так что все торговые сделки с ними наша компания заберет под единоличный контроль... И вот еще что... Говорят, ты в той битве, когда спасал Лазу, под шумок признался ей в любви?» «Чего-о-о?!» - опешил Сора. – «Кто тебе мог сказать такое?» «Ой, это я, вроде, все выболтала!» - призналась Урипо. «Нет, ну это, то было...» - растерялся Сора. – «Ради спасения Лазу, это было просто необходимо, так что в любом случае...» «Ну, ты мне тоже вообще-то нравишься», - процедила Мальтина. Сора, Лазурия, Урипо и Гиб опешили, а Мальтина пояснила: «А, ну в смысле как друг или боевой товарищ. Так что никаких глупостей, ладно?» «Э-э-э?..» - проблеял Сора. «Вот же тугодум», - вздохнула Мальтина. – «Как думаешь, сколько раз я рисковала жизнью, заботясь о тебе? Если бы ты мне не нравился, я была бы просто святой!» «Ну... действительно?» - Сора готов был сквозь землю провалиться. «Что еще за ‘действительно!’», - возмутилась Мальтина. – «С самого начала! С тех самых пор, как в детстве увидела твое лицо, когда ты задумчиво смотрел на море! И искательницей приключений я стала только потому, что не хотела, чтобы ты меня бросил. А когда я услышала о том случае с Лазу, то поняла, что отступать больше некуда... И теперь мне наконец-то пришлось открыться тебе! Ну и как это понимать? По твоим же собственным словам, я ведь классная девчонка, разве нет? Мы столько всего прошли вместе во время приключений, и ты что, са-а-а-а-мую малость ко мне ничего не чувствовал?» «Н-ну, то есть, это самое...», - выдавил Сора. – «То, что ты очень миленькая девушка — это же и так очевидный факт! И... и вообще, я же парень, который легко может влюбиться, понимаешь?! Если бы ты вот так прижала меня еще до того, как я встретил Лазу... то, возможно, я бы вот так... вот так... и пропал бы окончательно...» «И ты говоришь это прямо при мне?» - процедила Лазурия, и Сора взвыл: «Виноват! Прости-извини-пожалуйста! Н-но послушай! Всё это — просто стечение обстоятельств и судьба! Да не может такого быть, чтобы ты мне не нравилась, Мальтина! Но даже у такого парня, как я, должно же быть хоть какое-то мужское достоинство и верность...! И сейчас... Сейчас... как бы это сказать, я хочу остаться верным Лазу! Прости...» Мальтина улыбнулась, чмокнула Сору в щеку, и тот поперхнулся: «Что это было?» «Спроси у своего собственного сердца, ладно?» - пропела Мальтина. – «В конце концов, ты ведь мужчина из рода ведди». Подмигнув Лазурии, промурлыкала: «Раз ты настолько беззащитна и открыта, то у меня ведь все еще есть шанс, не думаешь? Ну... в общем, лучше тебе не расслабляться». С этими словами Мальтина направилась к ожидающим ее сподвижникам. Уверенное выражение на лице она сохраняла до тех пор, лишь когда оказалась рядом с Рубиби, Алеком и Фугой... и лишь тогда позволила себе без сил опуститься на землю...
Пересекшиеся пути искателей приключений снова расходились, уводя каждого навстречу собственному будущему. Юлур и его сподвижники сразили Короля Демонов Малдрагору.
Так, добрались они до Пика Ветра на континенте Элтана, в небесах над которым раз в несколько лет появлялось огромное вихрящееся облако. На нем и был возведен небесный дворец дракона. Авантюристы загодя разжились обувью, зачарованной заклинанием левитации, посему сейчас и находились у дворца. «Я вижу, что вы выдающиеся искатели приключений», - заключил Макул, - «и наверняка вы высвободили магию летающих туфель у надгробия на мысе, чтобы вознестись сюда. А туфли нельзя достать так просто». «Чтобы разузнать об этом, мы обошли весь мир!» - воскликнул Гиб. «В самом ко¬нце мы на¬ко¬нец-то от¬ыс¬ка¬ли за¬цеп¬ку в За¬бы¬том Ар¬хи¬ве в Ландонских горах», - добавила Урипо, а Сора смущенно улыбнулся: «А после этого мы немного сжульничали, чтобы раздобыть сами туфли!» Сора признался, что с помощью линий-дополнений сумел создать летающие туфли, и вихревой дракон взревел в ярости: «ИДИО-О-О-О-О-О-О-О-ОТЫ!!! Решили схалтурить, мелкие паршивцы?! Эти поиски и путешествия должны были вас закалить, черт вас дери! Да я под это дело целую цепочку заданий заготовил, твою ж направо!!!» «Н-но... но мы ведь не знали, когда это облако-вихрь появится в следующий раз...» - промямлил Гиб, но дракон пребывал в бешенстве, ревел: «Терпения вам не занима-а-а-а-а-а-ать!!! Да и вообще, разве выказывают почтение древнему дракону подобным образом?! Должна же быть подобающая одежда, приветственные слова и всё такое прочее! А вы явились сюда с такой легкостью, будто к друзьям в гости пришли!» «Проклятие, он из тех персонажей, которые любят читать нотации!» - осознал Сора. – «А я-то расслабился, подумав, что он адекватный!» Если уж два других древних дракона, с которыми он прежде встречался, были не от мира сего, то глупо уповать на то, что и третий окажется нормальным... «П-п-простите нас, пожалуйста, мы совершили ужасную грубость!» - возопила Урипо, а Гиб протянул дракону гостинец. Тот заглянул в коробку... и тут же возопил вновь: «Это же рисовое печенье ‘Камусика’ из Азлана, твою ж налево! Кто вообще покупает гостинец на ближайшей к получателю станции, идиоты!» «Простите нас, пожа-а-а-алуйста!» - завизжал гном, не на шутку перепуганный. «Вот видите!» - воскликнула Лазурия. – «Я же говорила, что нужно было брать Акробатический торт из Орфея!» «Лазу, да ты просто сама хотела его слопать, признай это!» - отмахнулся Сора. «Да говорю же вам, мы не знали, когда появится это облако-вихрь, у нас вообще времени не было-о-о!» - стенал Гиб, опасаясь, как бы неистовый дракон не надумал закусить незваными гостями. Авантюристы обсуждали, не следует ли им метнуться за иным гостинцем, когда рявкнул вихревой дракон, указывая лапой на установленный близ дворца столик: «А ну стоять!!! Я ведь почувствовал ваше приближение и заранее приготовил чай, черт вас дери! А вы собрались вот так просто уйти, неблагодарные?! Живо на лекцию! Сядьте здесь! Я научу вас тому, что такое истинный дух гостеприимства!» Четверо искателей приключений с опаской разместились за столиком, а Макул продолжал рычать: «Вам чай горячий или холодный?! Ну же, отвечайте быстрее! Или вы, сопляки, сейчас начнете клянчить какой-нибудь кофе или сок?! Ну, вообще-то они у нас есть!» Чуть позже, когда дракон остыл, а авантюристы поведали ему о цели своего визита, атмосфера стала чуть менее напряженной. «Значит, эта девчушка – маска древнего дракона?» - резюмировал Макул, созерцая Лазурию. – «И она путешествует, чтобы раскрыть тайну своего происхождения, вот оно как...» «О тебе нам поведал морской дракон Хорхейз с Островов Венна», - обратился к Макулу Сора. – «Он сказал, что вихревой дракон Макул из Элтоны и горный дракон Норо из Огрида живут очень долго и обладают великой мудростью, как и их маски». «Набольший демонических ученых, с которыми нам пришлось сражаться во время странствий, судя по всему, тоже является одним из древних драконов», - добавил Гиб. – «Они действовали скрытно, помогая демонам из Лунного Племени, и планировали вторжение на Острова Венна, но, похоже, за этим стоит какой-то другой... еще большее злой умысел». «Он без тени сомнения предал даже Лунное Племя, с которым выступал на одной стороне, и пытался уничтожить всех разом!» - добавила Урипо. «Меня, конечно, беспокоит Лазу, но оставлять такого опасного древнего дракона на свободе — это тоже очень скверно», - вымолвил Сора. – «Не мог бы ты поделиться с нами своей мудростью и помочь?» «Помочь в войне между расой демонов и народом ведди?» - протянул дракон. – «Во всей этой истории явно есть кое-что очень странное. Наша цель как истинных сущностей — наблюдать за естественной эволюцией жизни в Астолтии. Но этот тип зашел слишком далеко. Неужели та истинная сущность совсем не контролирует свою маску?» «Бридон и Хорхейз говорили то же самое», - кивнул Сора, а Гиб молвил: «Эта сущность назвала себя маской дракона кошмаров Ремнаса. Тебе это имя о чем-нибудь говорит?» «Ремнас?» - поразился Макул. – «Ты сказал, Ремнас...» «Ты его знаешь?» - с надеждой вопросил Сора. «Не знаю», - отрезал дракон. – «Древнего дракона по имени Ремнас я не знаю, но... ведом мне дракон, рекомый Ремноном. На языке древних драконов это слово означает ‘Грезы и явь’. Когда-то мы, маски, сами дали ему это имя». «Сами дали имя?» - озадачилась Лазурия. «За последние несколько тысяч лет появились признаки того, что рождается новый древний дракон», - пояснил Макул. – «В самом центре пяти континентов... На континенте Лендерсия, где обитает человеческая раса». «Рождается?!» - удивилась Лазурия. – «Только теперь?» «Что это вообще значит?» - недоумевала Урипо. – «Где-то нашли его яйцо, что ли?» «В материальном виде его еще не существовало в этом мире», - вымолвил дракон. – «Он существовал исключительно во снах. Грезы жителей Лендерсии питали и взращивали само его существование». «Сны... взращивают дракона...» - выдохнул Сора, коий даже не мыслил прежде о том, что возможно подобное. «Считалось, что как только он накопит достаточно сил, то в конце концов проявится в этом мире как материальное существо», - продолжал Макул. – «Именно поэтому мы с Норо и другие маски того времени дали ему имя Ремнон, что означает ‘Грезы и явь’». «Это звучит прямо как линии-расширения, которые вытягивают чужие сны!» - воскликнула Урипо. «Сила драконьей крови ведь и правда на такое способна!» - подтвердила Лазурия. «Это явление вызвало огромный интерес даже у самих истинных сущностей», - изрек вихревой дракон. – «Ведь с самого начала времен еще ни разу не было замечено, чтобы число наших собратьев, древних драконов, увеличивалось. Однако несколько сотен лет назад... его присутствие внезапно полностью исчезло. Либо он скрылся по какой-то причине, либо просто не смог набрать достаточно сил и снова растворился в чужих снах. С тех пор присутствие Ремнона полностью исчезло из снов жителей Лендерсии». «Дракон, который сотни лет назад только начал зарождаться в снах людей, пропал без вести», - осмысливал слова Макула Сора. – «И только теперь появились Лазурия и новый дракон по имени Ремнас? Что всё это значит?..» «Ремнас и Ремнон - звучит довольно похоже», - заключила Урипо. – «Имя Ремнону, означающее ‘Грезы и явь’, ведь дали вы с иными драконами? Кто же назвал иную сущность Ремнасом? И имеет ли это имя какое-то значение?» «Хороший вопрос...» - протянул дракон. – «Кто же дал сущности такое имя — Ремнас?.. Имя это означает ‘Огненный сон’».
«Ну почему со мной обязательно всегда это происходит?!» - проворчала Эбби. – «У этого метода возрождения определенно есть какой-то дефект...» «С добрым утром, Эбби», - приветствовала ее Эсторис. – «В этот раз ты что-то совсем долго спала. Тебе не кажется, что ты стала меньше, чем раньше?» «В прошлый раз я просто немного переусердствовала», - вздохнула Эбби. «Плаку упоминал о том, что наше бессмертие не является абсолютным», - молвила Эсторис. – «Если бы мы не забрали то семя, что ты оставила, ты бы сейчас уже валялась на самом дне моря!» «Стало быть, Иснаг все-таки затонул?» - уточнила Эбби, и, выслушав рассказ Эсторис, заключила. – «Вот, стало быть, как. Значит, с молодым господином мы порвали окончательно. А еда там была довольно вкусной, жаль». «Мы получили драконью кровь в достаточном качестве и количестве, да и исследования продвинулись», - напомнила ей Эбби. – «Можно считать, что свою роль союзника Лунное Племя выполнило». «Но ведь только что завершенная Луна Возмездия» тоже была уничтожена», - протянула Эбби. – «Разве молодой господин не был твоим любимчиком?» «Мои симпатии или антипатии — это не то, на основе чего стоит решать, с кем иметь дело», - поколебавшись, отрезала Эсторис. – «Если молодой господин больше не нужен, то для нас он — бесполезный хлам. Ну... хотелось бы, конечно, собрать данные еще от пары-тройки выстрелов Луны Возмездия. Но я и так удовлетворена тем, что она продемонстрировала заданные характеристики». «Ты как обычно – во всем ищешь позитив», - хмыкнула Эбби. – «А что Зофин и Плаку?» «Заняты последними штрихами экспериментального образца в нашей лаборатории», - усмехнулась Эсторис. – «Вскоре и мой образец будет завершен. Хочешь взглянуть?» Она указала Эбби на связанный кожаными ремнями гуманоидный конструкт, молвив: «Это Гиратис. Качество драконьей крови было хорошим, так что на данный момент все получилось с максимальной эффективностью. Владыка Вечной Тьмы наверняка будет доволен! Тебе, Эбби, тоже не помешает поторопиться, поняла? Ведь ты проспала целых полгода». «Ну, я буду действовать не торопясь, в своем собственном темпе», - заявила Эбби. – «К тому же, избыток удобрений не идет на пользу растениям и деревьям». «В смысле?» - нахмурилась Эсторис. – «Что такое? Разве ты не хочешь обрадовать нашего господина? Ведь это и есть истинный плод того, чего мы желали?» «Хочу увидеть!» - заверила ее Эбби, потупилась, пробормотала: «Подумать только, теперь пропал повод пойти на свидание с моей милой горошинкой... Вся мотивация куда-то пропала...» Эсторис была озадачена. Ведь из их четверки Эбби больше всех была очарована черной сущностью – Владыкой Вечной Тьмы. Эсторис предложила Эбби провести скорые испытания своего творения, заявив, что Зофин и Плаку, скорее всего, стремятся к тому же...
Подле Зофина высилась гигантская мумия – его последнее создание. «Более того, по слухам, после этого в Надраганде, мире драконьего племени, они умудрились одолеть даже самого бога драконов, превратившегося в злобное божество!» - восклицал некромант. – «Я уже вообще ничего не понимаю... Может, нам все-таки лучше отказаться от этого?..»
«Луна сегодня красивая», - прозвучал голос, и обернулась Кагеро к приближающемуся незнакомцу. «Сегодня – особенно», - согласилась она. – «Мы где-то встречались? Есть такое чувство, будто виделись...» «Да, в прошлой жизни», - подтвердил тот. – «Это вовсе не какая-то романтическая история, но в моем сердце определенно есть воспоминания о тебе. Мне действительно очень хотелось встретиться с тобой». Осознала Кагеро, что зрит пред собой конструкт – усовершенствованную модель, созданную Плаку. Тора открыла глаза, тут же схватилась за ножи, но Кагеро велела ведди не вмешиваться, пояснив: «Ты бы сейчас уже осталась без головы». Вновь обратившись к конструкту, поинтересовалась эльфийка: «Тебе хоть дали нормальное имя?» «Благодаря тебе меня зовут Сидзима», - представился конструкт. – «Я преподнесу это имя в качестве платы за твое путешествие в мир мертвых». Кагеро и Сидзима скрестили клинки...
«Ремнас, а теперь — Ремнон, значит...» - вслух размышлял Сора. «Всплывают имена, которые сильно отдают темой снов», - молвила Урипо. «Резен, когда был одержим черной сущностью, говорил что-то вроде ‘две стороны одной медали’». «Может, истинная сущность Лазу — это и есть те самые Ремнас и Ремнон?» - предположил Сора. «Думаю, такая вероятность вполне существует...» - вымолвил Гиб, задумался: «Если говорить о ‘двух сторонах одной медали’, то это как-то не вяжется до конца, что ли... Хотя вряд ли это совсем не связано». «Послушайте, Лазу ведь официально считается маской древнего дракона, верно?» - обратился гном к спутникам. «Ну да, вроде бы так», - подтвердила Лазурия. «Но ведь это не значит, что она, подобно другим маскам, одолжила у истинной сущности тело дракона», - продолжал размышлять вслух Гиб. – «Мне кажется, что маска Лазу еще не полностью родилась из истинной сущности. И она, возможно, все еще находится внутри сна. Возможно, из-за каких-то обстоятельств только маска Лазу родилась первой, и в качестве сосуда для этой души ей было дано нынешнее тело... или как-то так?» «А я-то думал, что тот белый дракон, которого я видел в детстве — это и есть сама Лазу», - признался Сора. – «Я не знаю, Ремнон это или нет, но я ведь отчетливо видел того дракона!» Он вновь воскресил в памяти тот страшный день, когда в море начался страшный шторм, и он оказался в воде. «Никто, кроме меня, не видел битву между такими огромными драконами!» - вспоминал Сора. – «И во время встречи с Бридон в недрах вулкана Калсадора буря из сна Лазурии вырвалась наружу!» «Послушайте!» - обратился Сора к спутникам. – «Похоже, Лазу все-таки...» «И этот коротышка — мой первый противник?» - прозвучал голос у него за спиной, и в следующее мгновение творение Эсторис, Гиратис, нанесло ведди сильнейший удар. «Гиратис!» - окликнула конструкт Эсторис, семенила за которой Эбби. – «Взял и полез в драку без разрешения! Твоя противник – обладатель линий-дополнений, между прочим! Я же говорила тебе действовать осторожнее!» «Скукотища», - отмахнулся Гиратис. – «Нужно лишь раздавить одного такого клопа». «Я ошиблась с настройкой характера?» - озадачилась Эсторис. – «Всё потому, что Плаку говорил: ‘Лучше не делать его слишком послушным, тогда можно ожидать его спонтанного развития’...» Сора и спутники его были неприятно удивлены появлением двух демонесс и их нового творения. Эти негодяи оказались невероятно живучими!.. «Очевидно, что даже Эсторис, которую мы считали один раз поверженной, выжила и снова появилась перед нами», - пронеслось в разуме Гиба. – «Эти демоны умудряются выживать вот таким скверным образом еще со времен трехтысячелетней давности...» «Какие же вы настырные...» - возмутилась Лазурия. – «Неужели вы опять нацелились на мою силу?!» «Да нет, к тебе у нас больше нет никаких дел», - заверила ее Эсторис. – «Все, что нужно было получить, мы уже получили. Дело у нас лишь к Соре. Характеристики моей новой работы на бумаге должны слегка превосходить твои возможности, ведди. Так что извини, но дай мне посмотреть, так ли это на самом деле». Гиратис вновь ринулся в бой; его конечность удлинилась, и конструкт схватил Сору за лицо. На лице конструкта проявились линии-дополнения, и Эсторис удовлетворенно кивнула: «Он резонирует с пробуждением драконьей крови внутри тела Гиратиса». «В нем... моя кровь?» - опешила Лазурия. «Вы притворились, что создаете Луну Возмездия, а сами тайком собирали кровь?!» - возмутилась Урипо. – «Какая подлая уловка!» «Как грубо», - фыркнула Эсторис. – «У меня, как у исследователя, и в мыслях не было халтурить при создании Луны Возмездия. Однако истинная цель нашего господина заключается именно в этом. Нельзя допустить, чтобы новая жизнь, рождающаяся в этом мире, была уничтожена превосходящей силой. Она должна обладать абсолютной силой, способной устранить любые поползновения. И Гиратис - модель, воплощающая тему моих исследований...» «Тему... исследований?» - озадачилась Лазурия...
«Нельзя допустить, чтобы весь исследовательский интерес к новой рождающейся жизни был чем-то ограничен», - говорил Плаку. – «Интерес к навыкам этой воительницы, выжженный в ядре терминала Ро-191, был довольно любопытным материалом в качестве основы для нового разума, однако почему он стал таким правильным мальчиком? Ведь я даже перестроил свой собственный мозг, чтобы полностью стереть чувство морали, которое мешает исследованиям...» «Сталкиваться и устранять абсолютно все препятствия — это неэффективно», - изрек Сидзима, продолжая атаковать эльфийку. – «В тех вопросах, где можно пойти на компромисс с обществом, лучше пойти на компромисс. Я предполагаю, что такие вещи, как долг и этикет, были сформированы в истории как раз в качестве подобного средства».
Тварь обладала огромной силой, а также способностями к магии, и применила заклинание цепного взрыва. Джома пыталась рассечь бинты, стягивающие тушу мумии, но те немедленно восстанавливались. «Гляди-ка, мое творение сейчас вовсю сражается с отрядом легендарного героя!» - пропел Зофин, предусмотрительно оставаясь в стороне. – «Да уж, когда используешь драконью кровь в огромных количествах, силы становится совсем другими!» «Что тебе от нас нужно?!» - выпалила Джома. – «Вы ведь преследовали ту девочку, Лазу?» «А-а, дела с той девчонкой уже полностью закончены», - отмахнулся Зофин, вздохнул, указывая на мумию: «Я ведь говорил ей, что не стоит выбирать таких опасных ребят в качестве первых противников... Но она ничего не пожелала слышать». Юлур сумел рассечь бинты мумии, и опали те наземь, открыв взорам авантюристов фигуру девушки, пребывавшей внутри остова рукотворной бестии. Бинты были вживлены в ее руки, и, похоже, управляла она прежде всеми движениями мумии. Юлур опешил: нанося удар, он не ощутил никакого сопротивления, за исключением бинтов; удар его девушку не задел. «Новая жизнь, приходящая в этот мир, должна быть полностью освобождена от страха смерти!» - хохотал Зофин. – «Истинное тело этого существа — духовное тело величайшей чистоты! Поэтому физически уничтожить его просто невозможно!» «Нефернисия...» - произнесла Дионисия, созерцая девушку. - «Это моя младшая сестра. Она умерла в далеком прошлом. И я думал, что от нее не осталось даже души, но, как видите, она застряла между жизнью и смертью... из-за ужасного проклятия старейшин. Но можно ли сказать, что ты сама, сестрица, по-настоящему живешь в таком виде? Изуродовать себя ради этих ничтожеств, чтобы в итоге остаться совсем одной, выброшенной в чужую, незнакомую эпоху...»
«Эй-эй-эй, ну и что это такое?!» - подбодрила свое творение Эсторис. – «Стоило врагу оказаться капельку крепче, как ты сразу зажался и растерялся! Не расслабляйся! Он прощупывает тебя! Если будешь атаковать однообразно, он мигом подстроится!» «Да ну тебя, вечно ты лезешь со своими нравоучениями под руку», - отозвался Гиратис. - «Ты мне мамочка, что ли?!» Гиратис отвлекся лишь на мгновение, и Лазурия тут же сотворила заклинание молнии, а Сора применил «Вспышку дракона», переместившись противнику за спину. Сора нанес удар, Гиратиса отшвырнуло... но при этом ранен он не был. «Сопротивление было настолько ничтожным, словно я просто отпихнул щелчком мелкий камешек?» - пробормотал Сора. Гиратис извернулся в воздухе, а затем ударился оземь, сокрушая руины, в которых шел бой. Демонессы и искатели приключений едва удержались на ногах. «Он взмыл вверх легко, словно перышко, а затем обрушился вниз, будто метеорит», - размышлял Гиб. – «Такие движения не повторить с помощью обычных боевых техник. Это же...» «Сора!» - заорал гном. – «Похоже, этот парень способен полностью управлять собственным весом! Когда он делает выпад, он облегчает свое тело, чтобы мгновенно ускориться, а в самый момент удара резко становится тяжелым, чтобы сокрушить тебя своей мощью. Я уверен в этом! И это объясняет, что произошло, когда ты его ударил. Он стал легким как перышко и намеренно позволил себя отбросить, чтобы полностью погасить урон от твоей атаки... Теперь все сходится...» «Да ладно?!» - возмутился Сора. – «Это же жульничество чистой воды!» «Ещё какое жульничество», - согласился Гиб. – «А в сочетании с его стилем рукопашного боя это делает его ещё более опасным!» «Ну вот, нас раскусили», - недовольно протянула Эсторис. «От того, что раскусили, я слабее не стану», - огрызнулся Гиратис. – «Я ведь твой главный шедевр, так? Вот сейчас именно это и докажу!» Схватив Сору, он бросил его наземь, занес руку для решающего удара, должного проломить ведди голову... Метнувшийся к конструкту Малик ударил того клинком, бросил удовлетворенно: «Если поймать момент, когда вес не меняется, то его, похоже, можно без проблем уничтожить». «Малик?!» - в изумлении выпалили авантюристы, и изрек принц демонов: «Исследования, которые демонические ученые тайно проводили, якобы занимаясь пробуждением Луны Возмездия, кажутся весьма тревожными. Мне стало любопытно, и пока я выслеживал их перемещения, как раз подвернулась подходящая приманка, так что я позволил себе немного понаблюдать со стороны». «Ах ты гад!» - разозлился Сора. – «Раз уж смотрел, то какого черта сразу не...» «Мой принцип — по возможности не сражаться с противником, чьих приемов я не знаю», - пояснил Малик, протягивая Соре руку и помогая подняться на ноги. – «А ты ведь мастер вытягивать из них подобные вещи». «Использовать друзей как приманку ради внезапной атаки...» - прокаркал Гиратис, зажимая ладонью окровавленный бок. – «Для защитника справедливости это как-то низковато, не думаешь?» «Я не защитник справедливости», - отмахнулся Малик. – «Я из рода демонов». «Ему вообще плевать, даже когда его тело разрубают пополам?!» - опешил Сора, созерцая конструкта, и отвечал Малик, кивнув в сторону Эсторис: «Похож на одну из тех марионеток, что она любит использовать. Он из тех типов, кто не умрет, пока ты не разнесешь его на мелкие кусочки или не перепишешь скрытые магические символы». «Молодой господин...» - прошептала Эсторис, и Малик обернулся к ней: «Что это у тебя за выражение на лице? Среди демонов нет никого, кто стал бы мучиться из-за предательства. Главное, чтобы ты не предавала свои собственные убеждения, этого вполне достаточно». Эсторис покачала головой, не зная, что и сказать на это, а Гиратис хохотнул: «Значит, в этом плане ты проявляешь великодушие?» «Да нет», - отозвался Малик. – «Это не значит, что я не буду мстить. Сама по себе ситуация, когда меня предают, доставляет мне проблемы». «Вот как», - протянул конструкт. – «Сложные у вас, демонов, отношения... Но вот если вы убьете мою мамочку, это уже будет для меня проблемой. Ты ведь тоже обладаешь линиями-дополнениями?.. Я готов сразиться с вами обоими одновременно!» «Так и поступим», - согласился Малик. – «Пожалуй, будет лучше прикончить тебя прямо здесь и сейчас». Сора с ним согласился, молвив: «Этот парень, скорее всего, как воин еще полный дилетант! Он творит всё это исключительно за счет интуиции и рефлексов! Страшно представить, во что он превратится, если наберется боевого опыта!» Воззвав к могуществу линий-дополнений, Сора и Малик выступили против Гиратиса, и сражение возобновилось...
Амас и Джона были весьма удивлены тем, что бинты, казалось, росли прямо из плоти девушки, и не разумели, как такое возможно в принципе. «Дионисия, насчет твоей сестры», - обратился к жрице Юлур. – «Это как-то связано с той миссией, о которой ты мне немного рассказывала раньше?» «Да», - вздохнула та. – «Простите, что не рассказывала вам все подробности до этого момента. Существовала вероятность, что мои знания могли бы исказить предначертанное будущее. Но теперь ты, Юлур заполучил Куб Этена и постепенно обретаешь контроль над способностью перемещения во времени. Я подумала, что как раз пришло время рассказать вам абсолютно всё...» «Сестра?!» - воскликнула Нефернисия. – «О чем ты хочешь поведать ему?! Я не хотела становиться жертвой ради нашего клана! Я согласилась только потому, что ты, сестра, должна была быть со мной! А теперь ты...» «Чтобы избежать катастрофы разрушения, которая должна была обрушиться на мой клан, нам была нужна сила будущего спасителя – тебя, Юлур», - молвила Дионисия. – «Ради этого мы с сестрой наложили на свои тела особые чары и погрузились в долгий сон. Однако чары, наложенные не Нефернисию, развеялись. Когда я очнулась, её плоть уже истлела и превратилась в прах». «Вот же незадача вышла-а!» - рассмеялся Зофин, прислушивающийся к рассказу жрицы. – «Но эти чары рассеялись не совсем окончательно-о! Даже когда плоть была уничтожена, сама душа осталась привязана к усыпальнице. Материал был настолько высокой чистоты, что никто, кроме меня, этого бы и не заметил. Зато благодаря этому она стала моим лучшим шедевром в качестве призрака». Бинты захлестнули Зофина, и Нефернисия проворчала недовольно: «Вот уж спасибо, из-за этого странный дядька истерзал всё моё тело своими экспериментами, и теперь я в таком виде! «И при этом ты, сестра, бросила меня совсем одну, и сама...» Юлур сорвался с места, метнулся к Нефернисии, выпалил: «Думаю, я понял ситуацию, в которой ты оказалась! Да, тебе было ужасно одиноко одной… Но мне кажется, Дионисия вовсе не собиралась тебя бросать». «А ты вообще кто такой для моей сестры?» - поинтересовалась Нефернисия, усмехаясь. – «Она ведь соблазнила тебя своей красотой, да? А у будущего спасителя, оказывается, такое простодушное личико...» «А ну прекрати!!!» - рявкнул Юлур. – «Я понимаю, что ты на взводе/раздражена, но нельзя так говорить о своей сестре! Дионисия — наш товарищ! Я знал, что она ведет меня ради какой-то великой цели, но... Она ведь и ради моих приключений рисковала своей жизнью и отдавала всю себя! У каждого искателя приключений есть свои обстоятельства, разве это не естественно? Пожалуйста, не говори плохо о своей сестре...» «Откуда тебе знать, через что прошел наш клан...» - выпалила Нефернисия. – «Хотя, нет... Это как раз ты... Старшую сестру... обольстил...» Она без сил опустилась на колени...
Малик швырнул меч, и лезвие пронзило Гиратису ладонь. На лице конструкта отразилось недоумение: зачем его противник расстался со своим единственным оружием?.. Вероятно, для того, чтобы выбить Гиратиса из равновесия. Конструкт полагал, что облегчит свое тело и будет просто отброшен в сторону... но не учел, что Сора и Малик одновременно нанесет ему удары, применив «Драконьи когти».
«Я хочу узнать о тебе как можно больше прямо сейчас», - проскрежетал Сидзима. – «Разобрать на части... и распробовать до самого конца...» «Даже если ты узнаешь обо мне, от этого останется лишь нечто меньшее, чем я сама», - пожала плечами эльфийка. - «Для меня лично это довольно скучно. Меня взрастила сама Астолтия. Может, тебе стоит вести себя чуточку поспокойнее? В этом мире ведь полно других интересных ребят и всяких веселых вещей, помимо меня... Сталкиваясь со всем этим, даже я меняюсь! Да и для меня было бы куда интереснее, если бы и ты стал таким же!» «В этом есть доля правды», - согласился Сидзима, и, вернув клинок в ножны, зашагал прочь. - «Я приду в другой раз». «Эй-эй, ты уверен, что все нормально?» - окликнул его Плаку, озадаченный поведением своего творения, и конструкт подтвердил: «Да, наставник. Вещей, которые я хочу изучить, стало еще больше. Жить — это так интересно! Аж сердце замирает...»
Та резко взмахнула бинтами, отбрасывая двоих, возопила, обращаясь к Зофину: «Отпусти меня!» «Эффективность преобразования духовной субстанции все еще нестабильна, однако!» - всполошился тот. - «Если продолжать использовать магическую силу в таком состоянии, то твое духовное тело просто-напросто испарится в мгновение ока! На сегодня этого более чем достаточно! Я ведь приведу тебя сюда снова! Ну же! Договорились?!» «Я не позволю спасти этот клан!..» - возвестила Нефернисия, восстанавливая остов мумии. - «Я ни за что не признаю никакого спасителя!» За спиной ее распахнулись крылья из бинтов, и управляемая призрачной девой мумия взмыла в воздух, и вскоре исчезла из виду...
К сражающимся подоспели Рейзен, Суна и Гоу, опешили, узрев Сору, его товарищей и демонических ученых – Эсторис и Эбби. «Похоже, пора закругляться», - заключила Эсторис, с тревогой созерцая львопсов. – «Уходим!» «Не говори глупостей, я еще могу драться!» - возмутился Гиратас. «Дурак здесь только ты!» - отрезала демонесса. - «Твоё тело так изувечено, что я даже не смогу оказать тебе первую помощь». «Я что, по-твоему, уже не самый сильный?!» - обиделся конструкт. «Только если бы ты мог полностью раскрыть весь потенциал этого тела», - отвечала ему Эсторис. - «Так что на данный момент и этого достаточно. Я пока не могу позволить себе потерять тебя». «Что вы, чёрт возьми, задумали в следующий раз...» - выпалил Сора, и Эсторис обернулась к нему, ухмыльнулась: «Мы вверили свои мечты нашему повелителю - дракону кошмаров Ремнасу. Скоро настанет день, когда всё перевернется с ног на голову. И тогда поверхностное добродушие и красивые слова больше не будут несправедливо ранить других... Ждите с нетерпением!» Эсторис произнесла заклинание телепортации, исчезла наряду с Эбби и Гиратисом. «Я ничего не понял», - растерянно признался Сора. – «Что вообще происходит?!» «Значит, у них всё-таки был другой замысел...» - задумчиво протянул Малик. – «Похоже, ваше путешествие будет ещё долгим». «Ну да...» - согласился Сора. – «Конца и края этому нет. Когда мы раскроем все секреты Лазу, просто начнется наше следующее приключение! Ты ведь и сам это понимаешь, верно? Так оно и будет!» «Возможно, ты и прав», - улыбнулся принц демонов. Искатели приключений простились с Маликом и львопсами, направились в сторону Азлана, надеясь в самом скором времени перекусить...
Отряд, возглавляемый Маликом, вернулся в мир демонов. Похоже, сейчас оный потерял Короля Демонов, и влиятельные демоны из разных регионов соперничали за власть, претворяя в жизнь эпоху Воюющих провинций... В то время как в разных регионах сего пространства заправляли различные Лорды Демонов, сложно судить, с кем из них объединиться, а с кем воевать... Для начала Малик надеялся собрать союзников, а уж после шаг за шагом уверенно укреплять позиции Лунного Племени. Он слыхал, что в последнее время приток искателей приключений из Астолтии в мир демонов тоже увеличивается, так что, похоже, там можно будет применить и опыт приключений...
«Так вот она какая, студия Короля Демонов Малдрагоры», - протянул Юлур, изучая внутреннее убранство помещения. «Эй! Не лапай тут всё подряд так небрежно!» - заявил Пеперогора – внук Малдрагоры. - «Кто знает, в каком углу тут могут быть погребены великие шедевры моего деда!» «Да уж, кажется, поиски этой штуки, как её там... ‘Печати Короля Демонов’, будут той еще морокой!» - вздохнула Джома. «Взгляните-ка на эту картину», - подозвал к себе сподвижников Амас, и воззрились те на полотно. – «Разделённые драконица грез Ремнея и дракон кошмаров Ремнас’. То, то, о чём раньше рассказывали Сора и остальные - ну, про Лазу...»
Эсторис была полукровкой, рожденный от отца-гнома и матери-эльфийки. Она родилась на континенте Гночакке примерно три с лишним тысячи лет назад. Это была эпоха, когда сердца мирян ожесточились. Крупные державы, такие как Долворм, Урбея и Гатерия как раз вступали в эпоху непрекращающихся междоусобных войн. Эсторис была крайне редким ребенком, который унаследовал внешние черты обоих родителей. Из-за столь необычного облика ни одна страна не приняла ее, посчитав чужаком, и она подверглась гонениям. Родители отчаянно пытались защитить ее, но в то же время всю жизнь мучились от осознания того, что завели ребенка в столь ужасные времена. Прекрасно зная, что была желанным ребенком, Эсторис страдала от внутреннего противоречия: само ее существование причиняло боль родителям. Это стало ее первородным грехом, лишившим ее покоя и места, которое она могла бы назвать домом. Вскоре в пучине войны ее родители погибли, и она осталась одна-одинешенька на всем белом свете. Как бы то ни было, ей нужно было выживать, поэтому она бралась за любое дело. Она занималась воровством и попрошайничеством, а порой даже строила глазки, чтобы втереться в доверие к аристократам с низменными вкусами. Это было унизительно, но для нее, не имевшей своего пристанища в жизни, подобные моменты приносили странное чувство умиротворения. И то, что сердце ее радовалось этому, она тоже не могла в себе принять... Таковым было полное противоречий и сложностей отрочество Эсторис. Возможно, смешение крови столь разных рас оказало какое-то влияние, но у нее пробудился уникальный талант к магии, и со временем ее пригласили в империю в качестве исследовательницы. Война становилась все более ожесточенной, и государству требовались способные бойцы, независимо от их происхождения. Попытавшись найти там свое место и желая отомстить презиравшему ее миру, она принялась за разработку магии для создания оружия и ведения войны. Из-за сложившейся ситуации в империю Урбею было приглашено множество других эксцентричных исследователей. Эсторис быстро нашла общий язык и начала совместные исследования со следующими из них: некромантом из расы огров по имени Зофин, который на протяжении многих лет был поглощен исследованиями грез и бессмертия, безуспешно пытаясь доказать разницу между восприятием смерти и сна; инженером из расы пуклипо по имени Плаку, который модифицировал собственный мозг, чтобы преодолеть мешающие работе этические барьеры; а также с женщиной из расы ведди по имени Эбби, которая отчаялась в сердцах смертных из-за их неспособности к чистой непорочности и переключила всю свою слепую любовь на растения. Их исследования принесли выдающиеся военные результаты, однако из-за аморального и выходящего за рамки человечности подхода к работе окружение постепенно начало их презирать. В особенности Луна Возмездия, дотла выжегшая второй по величине город Гатерии — Харпай, внушила ужас даже тогдашнему императору, из-за чего начали нарастать настроения в пользу устранения ученых. Причиной послужило то, что простое изгнание создавало риск их перехода на сторону врага. Четверых исследователей возмутил подобный эгоизм, но они уже заранее приняли многочисленные меры для самообороны. Эсторис и остальные наложили на себя и на особых кукол высокоуровневое заклятие, способное вмешиваться даже в причинно-следственные связи: в момент их убийства происходящее оборачивалось так, будто удар пришелся на их куклу-двойника, что позволяло полностью избежать смерти. В результате убить их стало практически невозможно. Однако в сей неприглядной ситуации возникли пред ними двое новых исследователей. Парень и девушка, занимавшиеся исследованиями пространства и времени, не могли полностью контролировать точку назначения, но использовали колоссальную энергию, обеспечивающую работу исследовательского комплекса, чтобы создать пространственно-временной разлом. Изгнав ученых туда, они чудом преуспели в том, чтобы полностью стереть их из той эпохи. Эта заслуга в дальнейшем послужила поводом для того, чтобы девушка продвинулась до должности ведущего исследователя комплекса, а парень дослужился до премьер-министра империи, однако это уже совсем другая история, не имеющая отношения к Эсторис и остальным. Сколько именно маги блуждали в разломе пространства и времени — неизвестно. В этом странном временном промежутке, который казался одновременно и мигом, и бесконечно растянутой вечностью, когда их сознание уже готово было окончательно истончиться и раствориться, кто-то неведомый обратился к ним из ниоткуда. Этот некто назвался древним драконом Ремнасом. В обмен на спасение из пространственно-временного разлома, дарование им тел демонов и создание всех условий для продолжения их изысканий, он предложил сделку: использовать результаты их исследований ради исполнения его собственного желания. Разделяя это устремление, вся четверка приняла предложение, в результате чего они спустя 3000 лет вернулись в Астолтию. И теперь план перешел в свою финальную стадию.
В то же время это означало бы исполнение мести, освобождения, поисков и заветных желаний всей четверки демонических ученых. Мучаясь и разыскивая ответы на протяжении сотен лет, они встретили своего нынешнего господина и наконец-то обрели доказательство собственного земного существования... Работы, которую ей надлежало выполнить, оставалось совсем немного. Но сейчас она лишь продолжала молча рассматривать семя...
Новые монстры, созданные тремя демоническими учеными — конструкты Гиратис, Сидзима и Нефернисия, — стали раз за разом сталкиваться в бою с Сорой и его товарищами-авантюристами. Изначально план демонических ученых заключался в том, чтобы заставлять их сражаться с самыми разными противниками ради накопления разнообразного боевого опыта, однако переплетающиеся нити судьбы раз за разом сводили их вместе. Эти конструкты оказались настолько сильными врагами, что заставили попотеть даже принца демонов Исмалика, который когда-то доставил немало хлопот Соре и остальным, а также Юлура и его спутников, которых ныне величают верными соратниками спасшей мир героини. Казалось, впереди их ждет непрекращающаяся кровопролитная война... Однако из-за того, что эти монстры в своих поступках как воины оказались слишком уж искренними в проявлении эмоций, сражения с ними постепенно превратились в странные отношения — яростные, но в то же время лишенные гнетущего напряжения. Эсторис натерпелась немало бед из-за распущенности Гиратиса. Он был эгоистичным, своенравным, вдобавок ко всему упрямым и обожал проказничать. Порой он нарочно шел наперекор приказам, чтобы подразнить её, а стоило ей в гневе оттолкнуть его, как он лез к ней снова и снова с требованиями уделить ему внимание. Возможность свободно увеличивать и уменьшать собственный вес теоретически означало способность развивать кинетическую энергию и скорость, близкие к бесконечности. Обладая этой способностью, Гиратис имел потенциал стать сильнейшим воином, и на деле он постепенно осваивал эту силу благодаря своему выдающемуся боевому чутью. Однако из-за своего высокомерия он легко терял бдительность, попадался в ловушки из-за невнимательности, поддавался на чужую лесть и раз за разом упускал врагов, когда те уже были загнаны в угол. Обучение Гиратиса уму-разуму, попытки его успокоить и постепенное накопление им опыта несли в себе совсем иные трудности по сравнению со всей её прошлой работой. Эсторис, хватаясь за голову, и сегодня пинками гнала этого непутевого паршивца вперед, к совершению новых злодеяний. С другой стороны, Сидзима, в противовес Гиратису, проводил свои дни очень насыщенно, изящно удовлетворяя собственные интересы. Он бросал вызов мастерам из самых разных уголков мира, чтобы проверить свои силы, посещал библиотеки ради учебы, а также вел оживленные философские дискуссии с интеллектуалами. Его увлеченность всем вокруг лишь росла: он желал познать абсолютно все явления этого мира и прочувствовать все то, что способны воспринять пять человеческих чувств. Плаку, наблюдавший за таким Сидзимой, испытывал легкое замешательство от странного чувства, закипавшего в груди. Чтобы удовлетворить свою страсть к познанию, ему потребовалось отбросить любые моральные принципы, и ради этого он первым делом изменил собственный разум. Ведь изначально по своему характеру он был тем, кто глубоко уважал правила и мораль. Несомненно, между его жаждой исследований и моральными ценностями шла тяжелая борьба. Должно быть, существовало нечто, что подтолкнуло его пойти на такой шаг, как модификация собственного мозга... Однако с тех пор как Плаку исказил свой разум, он без лишних сомнений погрузился в исследования и постепенно просто позабыл об этой первопричине. Для его измененного разума это уже не имело никакого значения, поэтому до сегодняшнего дня забытое его ничуть не тревожило. Но сейчас, видя, как непринужденно Сидзима удовлетворяет свое любопытство, Плаку испытывал чувство дежавю. Был ли это он сам в прошлом таким же?.. Тем временем Сидзима, который изо дня в день жадно учился и набирался опыта, обнаруживал, что чем больше он узнает, тем сильнее углубляется тайна вокруг Кагеро — эльфийка-воительницы, которая привела его к этому пути. В какой же среде сформировалось её мировоззрение, и каким видит она сей мир сейчас? Чем больше он думал об этом, тем более загадочной Кагеро ему казалась, и Сидзиму охватывало нетерпеливое желание во что бы то ни стало понять её. Было ли это устремление души, которое можно объяснить простым интересом или любопытством, или же нечто большее... Что касается Нефернисии, то её беспокоили отношения между её старшей сестрой Дионисией и Юлуром. Скрестив с ним оружие несколько раз, она поняла: как и казалось на первый взгляд, он вовсе не был обычным беззаботным добряком. Она готова была признать, что он человек с твердым внутренним стержнем и выдающаяся личность. Но до чего же он мягкотелый! Старшая сестра ведь из тех, кто отдает себя без остатка. И этот парень выглядит в точности как тот, о ком ей так и подмывает начать заботиться... То есть, нет, совсем не то! Для неё была невыносима мысль о том, если этот парень спасет их клан. Ведь они с сестрой — всего лишь расходный материал для никчемных личностей. Однако этот добродушный простофиля выглядел именно так, будто действительно готов был пойти на это. Ей нужно было как-то это остановить. У них совсем не оставалось времени. Да и тот странный дядька, Зофин, который вернул её к жизни, во всем, кроме поддержания её духовного, призрачного тела, вызывал сплошное разочарование. И что же ей теперь делать...
Они не были обычными стражами гробниц. Говорили, что их клан ведет свой род от высокоразвитой магической цивилизации, процветавшей в еще более глубокой древности. Согласно преданиям, правители той древней цивилизации умели управлять временем и обладали даром видеть будущее. Часть этой силы, пусть и в самой малой степени, передалась клану сестер. Когда их скитающийся клан был замечен тогдашним королем-фараоном, они поначалу служили при дворе прорицателями, но со временем благодаря своим выдающимся способностям стали полностью заведовать всеми королевскими ритуалами. Сменявшие друг друга короли достигали пика своего величия, и в конце концов один из них пожелал обрести бессмертие. Откликаясь на это желание, клан разработал особое колдовство: они сохраняли мертвую плоть, привязывали к ней душу и создавали технику для последующего воскрешения в далеком будущем. После этого клану доверили управление королевскими усыпальницами, из-за чего их и стали называть кланом стражей гробниц. Даже после того как королевский род прервался, а сама страна пала, клан продолжал преданно охранять королевские усыпальницы ради того самого дня, когда настанет время для грядущего воскрешения их правителей. Для стражей гробниц унаследование тех крупиц знаний и ритуалов, что остались от погибшей в далеком прошлом магической цивилизации, было высшей целью. Ожидание воскрешения королей стало для них великим делом, призванным доказать эту цель, ради чего они сотни лет продолжали жить в суровых условиях пустыни. Но однажды были получены два пророчества. Первое гласило, что клан ждет гибель. Чудовище, уничтожившее в прошлом древнюю цивилизацию, должно было, ведомое кровью клана, преодолеть время и явиться вновь. Клан никак не мог противостоять силе этого чудовища, а поскольку оно уже запомнило запах их крови, сбежать от него тоже было невозможно. Второе пророчество указывало на единственного, кто способен дать отпор этому чудовищу. Речь шла о герое, который унаследует кровь клана в гораздо более сильной степени и явится в далеком будущем. Говорилось, что он — дитя королевской крови, сумевшее когда-то спастись от гибели в пространственно-временном разломе в те времена, когда древняя цивилизация уже увядала. Поскольку эти видения открылись в разломах времени и пространства, а также совпали с пробудившейся памятью, запечатанной в самой крови клана, пророчества сочли крайне достоверными. Тогда старейшины клана приняли решение. Они задумали взрастить и обучить героя, который должен явиться в будущем, помочь ему развить способность управлять временем, а затем призвать в свою эпоху, чтобы он спас их клан. Ради этого возникла необходимость отправить посланника в будущее. Кровь клана к тому моменту уже размылась, и сил для перемещения сквозь время не осталось. Однако, наложив на свои тела проклятие, близкое по сути к колдовству, примененному к королям-фараонам, они могли остаться в будущем в качестве бессмертных. Если спрятать их «мертвые» тела в глубокой подземной усыпальнице, то можно было даже избежать преследования со стороны чудовища. Это был билет в один конец. Жестокая миссия, ведь после выполнения долга посланник остался бы в чужой эпохе в качестве бессмертного существа, не имеющего там ни связей, ни близких. Однако отношение к жизни и смерти у членов клана, которые долгое время как стражи гробниц имели дело с бессмертными, было в какой-то степени искажено, поэтому подобный метод был принят ими безо всяких колебаний. Выбор пал на сестер Дионисию и Нефернисию. Из всего клана эти две девушки обладали наиболее выдающимися способностями к магии и были выдвинуты на роль жриц, поэтому считалось, что они идеально подойдут для наложения проклятия бессмертия. Старшая сестра, Дионисия, безропотно подчинилась своему долгу, однако младшая, Нефернисия, сомневалась в правильности устоев клана. Но она глубоко любила сестру, и мысль о том, чтобы остаться в своей эпохе, когда её сестра исчезнет, была для неё невыносима, поэтому она нехотя дала свое согласие. И так они дожили до нынешних дней. Наложенное на Нефернисию проклятие сработало не полностью. Она не смогла сохранять свое тело в течение долгого времени, и к моменту пробуждения Дионисии её плоть целиком превратилась в прах. Дионисия глубоко скорбела о потере младшей сестры, но именно из-за этого её сердце словно обледенело, и она с еще большим упорством посвятила себя исполнению долга. За несколько лет после своего воскрешения она досконально изучила особенности нынешней эпохи. Сверяя полученные данные с пророчеством, она смогла вычислить, что разыскиваемый герой станет соратником легендарной героини и со временем обязательно окажется связан с расой драконов. Когда выяснилось, что зеркало Ра, которое должно было передаваться из поколения в поколение в деревне Лангао — месте их грядущей судьбоносной встречи — исчезло из-за ограбления усыпальницы, она приложила все силы, чтобы вернуть его, действуя сообща с деревенским юношей по имени Арольд. И вот, юноша Юлур, последний представитель расы Этена, переродился в теле огра и явился в этой деревне. Дионисия незамедлительно поспешила к нему, и так началось их странное странствие, к которому позже примкнули бродячий торговец снадобьями Амас и странствующая воительница - мастер боевых искусств Джона. Дружеские отношения между искателями приключений поначалу были ей чужды. Все её существование сводилось лишь к тому, чтобы, рискуя жизнью, служить герою, защищать и направлять его. Поэтому во время беспорядков, связанных с прошлым королевской семьи Камихалми, когда монстр Араниад едва не пронзил Юлура насквозь, она без колебаний бросилась вперед и прикрыла его своим телом. Благодаря проклятию бессмертия её нельзя было так просто убить внешними ранами. Ее грудь была пронзена, и наружу вырвалась еще одна тайна, связанная с её миссией. Как теперь оправдаться... В тот момент её беспокоили лишь подобные мысли, однако пробудившаяся Дионисия оказалась в объятиях Юлура, который горько плакал, сокрушаясь о ней. Тепло в сердце, утраченное на долгие годы с тех самых пор, как она в последний раз обняла сестру перед тем, как уснуть в усыпальнице, словно вновь начало разгораться в её груди. С тех пор цель путешествия Дионисии сильно изменилась. Теперь ей хотелось увидеть, куда приведут приключения стоящего перед ней юношу - просто как обычному человеку. И вот теперь перед Дионисией, в чьей душе зажглась мечта, реальность в облике её сестры вновь ставит перед выбором. Конец её собственного путешествия тоже неумолимо приближался.
Это было абсолютное совпадение. Нынешним носителем «Головы» оказался молодой огр по имени Невим. Он был бывшим соратником Торы и одним из выживших членов организации ассасинов, которую отряд Джей-Би разгромил несколько лет назад. С тех пор как Тора примкнула к отряду Джей-Би, её второй целью в приключениях стало исправление бывших товарищей, разбежавшихся кто куда после уничтожения организации. Нескольких она уже поймала и, воспользовавшись связями Джей-Би, направила на путь исправления. Среди тех, кто быстро пошел на поправку, были и те, чьи навыки оценили по достоинству, благодаря чему они стали искателями приключений. Организация, в которой состояла Тора, по всей видимости, вела свою историю от какой-то древней религии и донесла до наших дней старинное искусство убийства, однако само по себе это никак не было связано с «Головой». Их связь заключалась лишь в том, что когда-то Джей-Би столкнулся с ними во время выполнения одного из заданий. Сама суть этой организации — похищение детей, воспитание из них убийц, отправка наемников, а затем похищение новых детей уже повзрослевшими воспитанниками ради поддержания этого бесплодного круговорота — разгневала Джей-Би, и он полностью её уничтожил. Тору тоже похитили еще до того, как она начала себя помнить. Не зная лиц своих родителей, она воспитывалась исключительно ради обучения искусству убийства. После освобождения из организации окружающие выказывали ей сочувствие, но сама она не понимала этих чувств. Программа воспитания в организации была невероятно эффективной: детей учили не воспринимать подобные вещи как трагедию. Куда большей проблемой для неё стало то, что больше не осталось никого, кто вводил бы для неё Приказы. Это тоже было частью программы организации: молодых ассасинов учили беспрекословно подчиняться высшим Приказам и совершенно не желать никаких иных действий. Будучи юной и выдающейся убийцей, она могла хладнокровно справиться почти с любой ситуацией, но отсутствие вводимых Приказов оказалось за рамками её понимания. Она впала в ступор, ей стало тяжело даже дышать, и она в смятении взмолилась оказавшемуся перед ней Джей-Би, чтобы тот отряд ей Приказ (непередаваемое выражение лица Джей-Би в тот момент она почему-то не может забыть и по сей день). После недолгого замешательства Джей-Би выдал ей Приказ: «Научись самостоятельно решать, что ты хочешь делать, даже если у тебя нет Приказа». С тех пор главной целью её приключений стал «поиск цели, которой ей действительно захочется посвятить себя». Этот Приказ до сих пор не выполнен, но в последнее время она ловит себя на том, что её искренне привлекают самые разные вещи в этом мире, так что зацепка для выполнения Приказа вроде бы и видна, а вроде бы и нет... Итак, речь пойдет о Невиме. Причина, по которой «Голова Зеорла» до сих пор не попадалась в поисковые сети Джей-Би, заключалась в том, что в качестве объектов поиска изначально не рассматривались те, кто был способен устроить подобный переполох и без всякой «Головы». Информация об ассасине, имеющем подобное клеймо на лице, случайно поступила в то время, когда Тора искала своих бывших соратников. Невим в свое время был вторым по мастерству в организации после Торы, но если за дело возьмется нынешний отряд Джей-Би схватить его не должно составить труда. Поэтому было решено дать ему свободу действий, чтобы раскрыть замысел дракона кошмаров Ремнаса, а при удачном раскладе — атаковать и уничтожить оплот врага. К этому плану привлекли и Сору с его друзьями. Заручившись поддержкой умелых искателей приключений, чьи лица не были знакомы демоническим ученым, они предотвратили преступление Невима, выследили его во время побега и в итоге обнаружили лабораторию демонов-магов в пещере на окраине горной дороги Калдея. В ходе исследования этой лаборатории выяснилось следующее: «Голова Зеорла» оказалась одним из опытных образцов, созданных демоническими учеными для поддержки деятельности маски дракона кошмаров Ремнаса, чье существование в реальном мире оставалось весьма нестабильно. Суть механизма заключалась в том, что инстинкт маски, представляющий собой систему для воплощения злой воли (слишком нестабильную, чтобы называться полноценной личностью), восполнялся за счет интеллекта носителя. Или же искаженная под определенным влиянием личность носителя начинала выступать инструментом для исполнения бредовых амбиций Ремнаса. В зависимости от текущей цели носителей могли менять, а в случае угрозы для носителя маска могла переметнуться в другого человека. Серия инцидентов с «Головой Зеорла», с которыми в прошлом столкнулись Бланк и его наставница, как раз и была первыми испытаниями этих возможностей эфемерной сущности. Даже сейчас она порой использовалась тайно, без какой-либо связи с первоначальной целью, ради личной прихоти или для развеивания скуки Ремнаса. Сменив множество владельцев среди тех, кто промышлял грязными делами, она в итоге добралась до огра Невима. Для маски Ремнаса Невим, изначально обладавший слабой волей, наверняка оказался очень удобным и податливым носителем. Придя к такому выводу, Тора ощутила редкую для себя сильную ярость. Едва Невим почувствовал приближающееся со спины присутствие и потянулся к рукояти своего оружия, нож Торы уже скользнул по его локтю, нанеся поверхностный порез. Рана была пустяковой, задевшей лишь кожу, но скрытый яд кинжала Торы мгновенно разошелся по всему телу Невима. Тот упал, пуская пену изо рта, и вскоре его дыхание остановилось. Тора тут же отпрыгнула назад, чтобы предотвратить переселение «Головы» на себя. Вскоре от тела Невима начал подниматься черный туман. Появившиеся в нем круглые глаза уставились прямо на Тору, а ярко-алый рот расплылся в зловещей ухмылке, после чего туман плавно растаял, словно разлетевшаяся сажа. Через некоторое время Невим пришел в себя. Это был специально приготовленный для такого случая яд, временно вводящий противника в состояние клинической смерти. По замыслу Джей-Би следовало еще немного дать ему свободу действий, но Тора поддалась мгновенному порыву и нанесла удар. Она раскаивалась. На её лице, когда она окликнула ошеломленно уставившегося на неё Невима, в этот момент, возможно, промелькнула едва заметная улыбка. Ей еще придется немало потрудиться в будущем, чтобы помочь Невиму вернуть свое истинное «я», но это уже совсем другая история. Внезапно по стене позади Невима пробежали бесчисленные лучи света, и в следующее мгновение она взорвалась, разлетевшись на мелкие осколки. Из-за стены показался Сидзима — конструкт. В глубине образовавшегося в стене пролома виднелись удивленные лица иных конструктов в демонических ученых. Судя по всему, момент взрыва по чистой случайности совпал с их собранием. Припавший к земле подобно зверю Сидзима, из чьей широко раскрывшейся вдоль челюсти второй пасти свисал длинный язык, явно вел себя не так хладнокровно, как обычно. На его щеках проступил черный геометрический узор. Боевые способности Сидзимы, одержимого черным туманом — той самой связанной узами судьбы с отрядом Соры маской дракона кошмаров Ремнаса, — были просто ужасающими. Из-за его невероятной скорости Кагэро не могла поймать его в радиус действия своих клинков, он сокрушал тяжелые удары Джей-Би за счет чистой силы и с поразительной точностью предугадывал и уклонялся от прикрывающего огня Дэна. Это был уровень, превосходящий простое накопление опыта и развитие. Его базовые характеристики, такие как физическая сила и рефлексы, выросли многократно, что в сочетании с его врожденным мастерством мечника делало его абсолютно неуязвимым. В одиночку он подавлял сразу два отряда — команду Соры и команду Джей-Би. Однако вскоре из разных частей его тела начали доноситься странные звуки, в нескольких местах произошли микровзрывы, и он рухнул. Похоже, высвобожденная им мощь превысила предел прочности его искусственного тела. Когда это произошло, сущность переселилась в находившихся поблизости Гиратиса и Нефернисию, и те тоже начали буйствовать с ужасающей силой. В этом состоянии безумия они совершенно не реагировали на провокации или уловки и безжалостно, но при этом с пугающей точностью загоняли оба отряда в угол. Раньше, когда Ремнас вселялся в других существ, он мог полностью управлять их действиями, но их врожденные способности никогда не возрастали столь значительно. Возможно, между Ремнасом и конструктами существовала какая-то особая совместимость?.. В тот момент, когда эта мысль промелькнула в голове у Гиба, во время сражения и тщетных попыток побега пещера обрушилась. Конструкты слишком сильно неистовствовали. Погребая под собой искателей приключений во главе с Сорой, демонов-маги и самих конструктов; все они вместе с обломками камней и землей начали погружаться во тьму бездны... Когда Лазурия пришла в себя, рядом оказалась только Эбби, принявшая облик юной девушки. Понять это удалось благодаря слабому свету: несмотря на то, что большая часть пещеры обрушилась, некоторые устройства исследовательской лаборатории все еще продолжали работать. Оглядевшись по сторонам, она увидела разбросанных неподалеку кукол, похожих на кокеши, и мягкие игрушки. В глубине виднелись какие-то механические детали и нечто, походящее на чучела живых существ. Судя по всему, помещение, в котором они сейчас находились, было не столько исследовательским комплексом, сколько личным пространством или комнатой отдыха демонических ученых. С мыслью «Похоже, это обернется неприятностями...» и готовностью к худшему она погладила Эбби по плечу, и та, как и ожидалось, с вращающимися от восторга глазами бросилась к ней в объятия с криком: «Моя милая горошинка!». Её повадки ничуть не изменились, но, учитывая детский внешний вид, теперь это выглядело по-своему мило… Или ей только так кажется? С тех пор как Эбби впервые появилась вместе с Гиратисом и остальными, она, конечно, оставалась всё такой же извращенкой, но её отношение будто стало немного мягче, или, точнее сказать, появилось ощущение, что с ней теперь можно хоть как-то найти общий язык. Ну, хотя она всё равно извращенка. Делать было нечего, поэтому они решили объявить временное перемирие и выбираться вдвоем. По пути, воспользовавшись тем, что Эбби пребывала в приподнятом и благодушном настроении, она решилась задать вопрос напрямую. Её уже очень давно мучил вопрос: какую цель преследуют демонические ученые, проводя эти столь доставляющие всем кучу хлопот исследования? Она спросила без особой надежды, понимая, что враг вряд ли станет выбалтывать столь важные секреты, однако Эбби ответила совершенно безмятежно. По её словам, они хотели своими собственными руками создать жизнь в её идеальном, первозданном виде — такую жизнь, где не будет места скорби, страданиям, предательствам или чувству, что предали тебя. Это как-то не укладывалось в голове. Когда она спросила дальше, зачем вообще нужно создавать нечто подобное, Эбби, собирая по пути разбросанные личные вещи демонов-магов, начала рассказывать о своей прошлой жизни. Об Эсторис, которая родилась полукровкой от представителей разных рас и подверглась гонениям. О Зофине, чей разум помутился из-за панического страха перед смертью. О Плаку, которому ради проведения исследований для чего-то очень важного пришлось преступить человеческую мораль и модифицировать собственный разум. И о самой Эбби, которая убила собственного ребенка и прокляла свою судьбу... Эбби происходила из аристократической семьи небольшого государства, процветавшего в древности на Островах Венна. Судя по всему, в юности она была благовоспитанной барышней, не знавшей ничего, кроме любви к цветам. Её замужество было браком по расчету, однако муж оказался добрым ведди, и их дни текли тихо и мирно. Когда у нее родился ребенок, она испытала такое потрясение, будто весь мир вокруг изменился. Перед лицом этой безвинной, чистой жизни, унаследовавшей частичку её собственного существа, ей показалось, будто все цветы, на которые она прежде бездумно смотрела, до этого были серыми. В ней пробудился инстинкт матери, и на тот момент она была твердо уверена, что обрела величайшее сокровище в своей жизни. Однако политическая обстановка в стране стала нестабильной, и надолго затянулась междоусобная война. Даже внутри одной семьи сталкивались самые разные убеждения и интересы. Повзрослевший сын увлекся революционными идеями, из-за чего испортились отношения с её консервативной родной семьей, а семья мужа тоже начала держать дистанцию... Она отчаянно пыталась сохранить эти узы, но оказалась игрушкой в руках бурных волн уходящей эпохи. Столкнувшись с многочисленными предательствами, она со временем и сама обрела политический вес, и в какой-то момент начала проклинать своих врагов. И так уж вышло, что этим самым врагом на тот момент стал её собственный сын. Опередив сына, который покушался на её жизнь, она сама отравила его. Ослабленное междоусобицей государство вскоре было без труда уничтожено соседней страной, и Эбби потеряла абсолютно всё. Ходили слухи, что сама гражданская война была результатом тайных козней соседнего государства, но это её уже совершенно не волновало. Настоящим шоком для неё стало то, что та безвинная и чистая душа, а также её собственное сердце, непоколебимо верившее в это сокровище, соприкоснувшись с низостью смертного мира, в итоге превратились в уродливого убийцу. После этого на протяжении очень долгого времени она могла открывать свое сердце только растениям. Она прокляла саму смертную душу. Истинная жизнь, какой она должна быть, обязана полностью избавиться от подобной низости... Когда её спросили, почему же при всем этом у неё сейчас столь беззаботный характер, Эбби ответила, что ей стало абсолютно всё равно, что будет с её собственной душой. В конце концов, она сама — точнее, они все вместе — обязательно создадут жизнь в её истинно идеальной форме. С душой, этой несовершенной системой, они связаны лишь до тех пор. А пока этот момент не настал, почему бы не насладиться всей этой смертной низостью? К таким мыслям она смогла прийти после встречи со своими нынешними коллегами по исследованиям. Моделью той совершенной формы жизни, которую они так жаждали создать, был древний дракон. Неизвестно, откуда они взялись и с каких пор существуют. Настолько они совершенны и стабильны как живые организмы. И её нынешним желанием было дать необходимое тело маске дракона кошмаров Ремнаса, которая сейчас несовершенна и тонет в своих порочных амбициях, чтобы обратить его в истинно совершенного дракона. Когда они наконец отыскали уцелевший при обрушении запасной выход и выбрались на поверхность, уже наступили сумерки. К тому времени остальные авантюристы и демонические ученые тоже один за другим поочередно выбрались из-под земли. Все-таки они были закаленными в боях индивидами. В этот раз битва снова закончилась ничьей. Уходя, Эбби обернулась в сторону Лазурии и попыталась что-то сказать: «Это было моим желанием, но...» Однако она бросила короткий взгляд на своих коллег — демонов-магов, а затем, лучезарно улыбнувшись, произнесла: «Еще увидимся!» — и растворилась в лучах закатного солнца. Лазурии оставалось лишь стоять как вкопанной, провожая её взглядом. Уже позже она поймала себя на мысли: «И зачем только она рассказала мне всё это?» — этот вопрос так и не давал ей покоя.
Это первый ребенок. То ли его решительный настрой «Я должен дать ему достойное имя...» привел к тому, что он просто перегорел, но какое бы имя он ни примерял, все кажется неподходящим. К тому же, до сих пор он всю жизнь посвятил работе лодочника и не имел образования. Он и не жил с мыслью о том, что когда-то станет родителем. Не слишком ли самонадеянно для такого ведди по собственному усмотрению давать имя, с которым другой ведди будет жить всю свою жизнь? Застряв на этой базовой стадии, он никак не мог продвинуться дальше. Супруга Мана посмеивалась над ним, говоря, что он слишком серьезен. Отец Оркан относится к этому равнодушно, считая, что ценность имени появляется со временем, пока его произносят. Брат его жены, бывший деревенским лекарем, и его супруга подбадривали его теплыми словами: «То, что ты так переживаешь, уже само по себе важно», однако сами они уже решили назвать своего второго ребенка, который должен родиться через полгода, Митан или Митона. Это не приносило облегчения. Тяжело вздохнув, он посмотрел в небо... Их первая встреча с Маной произошла в таверне Веринарда, куда он отправился вместе с товарищами после работы на переправе. Она выступала на сцене в качестве странствующей певицы. То ли из-за ее чарующего образа, силуэт которого проступал в полумраке, то ли из-за сильного, но при этом кристально чистого голоса, но он влюбился в нее с первого взгляда... Однако до того момента его интересовали только лодки, и он толком никогда не испытывал любовной тоски, поэтому тогда даже не смог разобраться в собственных чувствах. Хоть он ничего и не понимал, но оглядываясь назад на то, как при любом удобном случае начинал ходить в ту таверну, он позже сам удивлялся: надо же, у такого простодушного и упрямого парня, как я, оказывается, была скрытая склонность к ухаживаниям. В самый первый раз Мана заговорила с ним, должно быть, просто ради того, чтобы немного поддразнить своего преданного поклонника. Однако совместимость душ — штука загадочная. Похоже, ей было гораздо комфортнее находиться рядом с ним — неуклюжим, но говорящим искренне и без прикрас, — чем с городскими юношами, которые только и делали, что изо всех сил пытались пустить пыль в глаза. Постепенно слов, которыми они обменивались, становилось все больше. В какой-то момент они начали вместе выбираться куда-то, потом снова гуляли, и еще раз... но мало-помалу она начала становиться раздражительной. Как «перевел» мне один из товарищей по работе: «Она злится из-за того, что сама дает тебе кучу намеков и открывается, а ты вообще не делаешь никаких шагов в ее сторону». Для Слэна это было полной бессмыслицей. Хоть это и было выше его понимания, нужно было что-то делать... Чего она от него ждет? Чего он сам хочет от нее? Какими он видит их отношения? Работа в море сурова и порой опасна. Имеет ли он право требовать такой решимости от девушки, выросшей в городе? В итоге, когда он окончательно зашел в тупик и в голове все пошло кругом, он выпалил ей: «Я хочу, чтобы ты пошла на дно морское вместе со мной», за что тут же получил от нее болезненный удар ребра ладони — это воспоминание до сих пор отзывалось болью. Как бы то ни было, они решили быть вместе. Слэн оставил работу на переправе, вернулся в деревню и вот уже около года снова выходил на рыбные промыслы. Мана на удивление легко привыкла к деревенской жизни: она не просто справлялась с обязанностями жены рыбака, но и порой с радостью отправлялась на рыбалку вместе с мужем. Тот переживал, не скучает ли она по прежней жизни певицы, но, похоже, она привыкла к новому образу жизни, и ее девизом стало «делать то, что интересно прямо сейчас». В то время как Слэн до сих пор чувствовал, что совершенно беспомощен, если не будет держаться за свою лодку, и для него все это было поистине непостижимо. Однако в последнее время он начал думать, что, возможно, ему и не обязательно пытаться во что бы то ни стало понять супругу. И вот у них появится ребенок... Точно, имя. Пока Слэн был погружен в свои мысли, сам того не заметив, снова воскресил в памяти всю историю своего знакомства с женой. Это все из-за того солнца. Несмотря на то, что он тут так мучался и переживал, солнце Венна и сегодня лениво и беззаботно освещало песчаный пляж их деревни... ...Кажется, те воспоминания об отцовских терзаниях то ли витали где-то в воздухе, то ли нет. Сора и его спутники спустя долгое время снова посетили деревню Лусина, которую и сегодня беззаботно освещало солнце. Чтобы немного передохнуть от приключений, Сора решил составить компанию Мальтине, которой поручили регулярный рейс до этой деревни. Когда они прибыли на место, оказалось, что Митона беременна от Сесри! Скучающие в своей глуши деревенские жители ни за что не упустили бы такой повод пошуметь. Использовав возвращение Соры как предлог, они устроили праздничный банкет в честь беременности Митоны — причем уже далеко не в первый раз. «Пирушки-то вы устраиваете одна за другой, а мне во время беременности то одно, то другое есть нельзя!» — в шутку ворчала Митона. Однако в ее профиле уже угадывалось едва заметное, но исполненное достоинства изящество зрелой женщины, отчего Лазурия и Мальтина втайне даже немного растерялись. Вот она — удивительная динамика того, как девушка превращается в мать!.. Это был по-настоящему прекрасный момент зарождения новой жизни, который должен приносить лишь радость. Однако Лазурия, услышавшая о прошлом Эбби во время недавнего инцидента на горной тропе Калдея, не могла просто радоваться и невольно погрузилась в глубокие размышления. В жизни ребенка, который скоро родится, конечно, тоже будет всякое. Но едва ли его ждет такой же трагический финал, какой постиг в свое время Эбби и ее дитя. Вовсе не это ее беспокоило. Просто и этот счастливый пейзаж, и та жестокая расправа, которую пережили демоны-маги — все это порождено одними и теми же сердцами смертных. Осознание того, что эти противоположности неотделимы друг от друга, было настолько грандиозным, что буквально ошеломляло. «Я... все эти деяния смертных душ...» Дни в деревне пролетели за одними лишь празднованиями в доме Митоны и Сесри. К кораблю «Метеор», который уже отправился в обратный путь, подлетела почтовая летучая мышь. Это было письмо от Юлура и его спутников, от которых не было вестей уже довольно давно. Когда они виделись в прошлый раз, те рассказывали, что были вовлечены в путешествие сквозь пространство и время, связанное с тайной рождения самого Юлура. Похоже, теперь с этим покончено, и сейчас он вовсю заявляет о своих правах на титул Короля Демонов. Юлур колесит по свету, чтобы объединить мир демонов, который погрузился в пучину войны после гибели прежнего Короля Демонов Малдрагоры... Сора и остальные уже начали было подумывать, не дурачат ли их, сочиняя небылицы о приключениях столь непостижимого масштаба. Однако суть письма заключалась совсем в другом. В мире демонов, на родине прежнего Короля Демонов Малдрагоры — в его мастерской в городе Гора, — было найдено полотно и записи, касающаяся древнего дракона Ремнона. Заголовок гласил гласила: «Разделённые драконица грез Ремнея и дракон кошмаров Ремнас». В записях говорилось, что Малдрагора, который в свое время замышлял вторжение в Астолтию и собирал сведения о сем мире, обнаружил в Лендерсии зарождающегося древнего дракона и переродил его, разделив на двух отдельных драконов.
В прошлом в Астолтию вторгалось немало Королей Демонов. Их мотивы были самыми разными — от политических интриг внутри мира демонов до личной жажды завоеваний, мести или садизма. Однако Малдрагора действовал как художник: он видел в Астолтии одно великое произведение искусства и стремился бросить вызов ее создательнице — богине Люсиане. Если говорить конкретнее, его замысел был невероятно грандиозным и уникальным: используя оставленную Люсианой силу творения, он воссоздал текущее состояние Астолтии, но при этом полностью сотворил другой, альтернативный мир, образованный исключительно по его собственному вкусу. В конечном итоге он планировал целиком заменить им настоящую Астолтию. Этот эксперимент увенчался успехом наполовину: созданный им «ложный континент Лендерсия» продолжил существовать даже после гибели своего создателя. И теперь рожденные там обитатели, выйдя далеко за рамки первоначальных замыслов Малдрагоры, ищут собственный путь и строят свое уникальное будущее. Каким бы специфическим ни было направление его художественного вкуса, нельзя отрицать, что это был поистине великий творческий проект. Тщательное изучение мотива — это первый шаг в художественной деятельности. Малдрагора не стал исключением и перед вторжением провел детальное исследование Лендерсии. В процессе он обнаружил кое-что странное. В Астолтии было подтверждено существование нескольких сущностей, которые, судя по всему, являлись не творениями богини Люсианы, а пришельцами из других миров. Он предполагал, что «древние драконы», несколько особей которых были замечены на пяти окружающих Лендерсию континентах, тоже относятся к подобным существам, и питал к ним немалый интерес. Поскольку они не имели прямого отношения к его главной цели — Люсиане, он до поры до времени избегал активного вмешательства, но... Однажды он обнаружил, что в снах людей, живущих в Лендерсии, вот-вот родится дракон. Он еще не обрел плоть, а питался исключительно силой человеческого воображения, и ожидалось, что со временем, накопив достаточно сил, он явится в реальный мир как настоящий дракон. Природа этого дракона была очень похожа на природу тех самых «древних драконов», чье существование уже подтвердилось. Нечто идентичное древним драконам — пришельцам из иного мира — пыталось зародиться из сотворенного Люсианой?.. Это сильно подстегнуло любопытство Малдрагоры. Он тайно изловил пребывавшего в грезах дракона и в качестве прелюдии к своему вызову Люсиане создал одно экспериментальное произведение. Грезы — это иллюзия, которую человек мельком видит во время сна. В более широком смысле — это фантазия, в которую проецируют тоску по еще не виданному будущему или амбиции. Также люди порой видят сны, в которых отражаются их тревоги и страхи. Для самого Малдрагоры это была пленительная тема, которую он неоднократно использовал в качестве мотива для своих работ. Он понимал, что если этот дракон родится (в ходе исследования он также выяснил, что другие древние драконы называют его Ремнон), то получится весьма любопытное существо, способное по своему желанию воплощать человеческие фантазии в реальность. Однако для него самого в этом было мало интриги. Ему хотелось, чтобы это существо не просто мирно оберегало сны как сны, а порождало безумную одержимость сновидениями, бурные страсти, муки и душевные метания. Он взял этого зарождающегося дракона, разделил его надвое и наделил каждую часть однобокой природой сна. А именно: сном, отражающим любопытство, надежду и тоску, и сном, отражающим тревогу или страх перед неизвестным будущим, отвращение и отчаяние. Первую сущность он назвал «Ремнеей, драконицей грез», а второго — «Ремнасом, драконом кошмаров», после чего снова выпустил их в человеческие сны. И, предвкушая самые разные драмы, которые они неизбежно породят, когда наконец явятся в этот мир, он оставил после себя несколько произведений искусства... В письме, присланном Юлуром и его спутниками, были подробно изложены обстоятельства, связанные с рождением и исчезновением древнего дракона Ремнона. Похоже, они провели это расследование параллельно со своими приключениями в мире демонов, воспользовавшись помощью жителей города Гора. Благодаря этому происхождение дракона кошмаров Ремнаса — главного виновника инцидента с Лазурией и последующих событий — стало практически полностью понятным. Очевидно, что из тех драконов, которые когда-то появились у побережья деревни Лусина в час шторма, белая — это драконица грез Ремнея, истинная обладательница силы Лазурии и ее изначальная сущность. Черный же дракон, без сомнения, является драконом кошмаров Ремнасом. Однако некоторые вопросы все еще оставались без ответа. Лазурия и та самая «черная сущность», что появлялась пред ними, по идее должны быть масками Ремнеи и Ремнаса соответственно, но почему они действуют отдельно от своих основных тел? И почему Лазурия обладает смертным телом, в то время как маска Ремнаса представляет собой столь эфемерную сущность? Если верить словам лавовой драконицы Бридон, Лазурия находится в особом состоянии, когда ее изначальная сущность и маска еще не до конца разделились. Если так, то что же происходит с Ремнасом?.. Пока остальные ломали голову над оставшимися загадками, Лазурия в общих чертах начала кое-что осознавать. С тех пор как она родилась в Астолтии и получила имя от Соры, этот мир неизменно казался ей прекрасным и безграничным, а его глубина непрестанно подстегивала ее любопытство и тягу к приключениям. Жить было весело и приятно. Даже боль и печаль, которые она порой испытывала, стоило им пройти, будто становились перчинкой, лишь подчеркивающей радость жизни, и ее стремление преодолевать трудности никогда не угасало. Если такое восприятие изначально было заложено в ней как в драконице грез, то каким же, в таком случае, виделся этот мир Ремнасу? Это было печальное и очень опасное предположение. То, чего искали Ремнас и его маска, не было чем-то простым и разрушительным вроде завоевания или уничтожения...
Северная часть континента Огрид. Глубокие горные районы, простирающиеся за деревней Лангао, представляли собой по-настоящему неизведанные земли, скованные снегом и льдом. Казалось, что пересечь их пешком смертному просто невозможно, однако, следуя по тайной тропе, которую указал им вихревой дракон Макул, они сумели добраться до великой котловины северного хребта — места обитания горного дракона Норо. Когда они прибыли на место, оказалось, что никакой котловины там нет: прямо на ее месте возвышалась гора, которая до краев заполняла эту низину, и этой горой и был сам Норо. Бридон, Хорхейз, Макул — древние драконы, которых они встречали до сих пор, тоже были огромными, но Норо оказался больше них раза в два, а то и более. Обойти его кругом, чтобы охватить взглядом целиком, было крайне трудно, но, судя по видимой части, он напоминал гигантскую черепаху с похожим на гору панцирем на спине. В той части, которая, по всей видимости, была его шеей, виднелся вход в огромную пещеру, а из самой ее глубины на отряд пристально смотрел гигантский глаз! Стоило им это заметить, как вход в пещеру закрылся. Маска горного дракона Норо оказалась невероятно робкой и застенчивой! Вытащить древнего дракона Норо из его добровольного заточения стало делом, потребовавшим огромного терпения. Следуя совету о том, как нужно вести себя при съемке животных, который Лазурии когда-то дал журналист - отец Сани Мираны, авантюристы разбили неподалеку палатку. План состоял в том, чтобы провести так несколько дней: время от времени показываться дракону на глаза, следить за обстановкой и упорно давать ему понять, что их присутствие рядом абсолютно безвредно. Во время непринужденных бесед им удалось разузнать о его увлечениях (похоже, он любил стихи, но в итоге засмущался и так и не продекламировал их). Стоило авантюристам показать рекомендательное письмо, полученное от Макула, как это напомнило ему о том яростном драконе, и Нора снова закрылся в себе. К тому же запасы еды начали подходить к концу, так что авантюристам даже пришлось возвращаться в деревню Лангао за припасами. И это при том, что они так спешили в своём путешествии! Однако по мере того как авантюристы наблюдали за его поведением, они начали понимать, что дело не просто в его нелюдимости или застенчивости — они осознал, чего именно он боится. Речь шла о действиях дракона кошмаров Ремнаса. Норо и сам тайно искал весточки о Ремноне — новом древнем драконе, который едва успел зародиться в Лендерсии до того, как был потерян несколько сотен лет назад. Кажется, благодаря тому, что сам Норо глубоко укоренился в суровых горах Лангао и связан с магической энергией, текущей в самых недрах земли, он был способен узнавать о различных событиях, происходящих в Астолтии. Говорят, что около 11 лет назад, когда Сора еще в детстве столкнулся с драконами в час шторма, Норо тоже ощутил со стороны Островов Венна присутствие, очень похожее на Ремнона. Однако он, как обычно, струсил и не стал проверять это дальше (тут уж все четверо разом съязвили и вставили своё «цуккоми»). Но, по словам Норы, за последние несколько месяцев активность маски Ремнаса — той самой половины сущности Ремнона — стала совершенно очевидной. В особенности после недавнего инцидента на горной дороге Калдея, когда тот завладел чужим телом и устроил буйство — с тех пор Норо часто ощущал гигантские пульсации магической энергии. Скорее всего, прямо сейчас он проводит аналогичные эксперименты по вселению в чужие тела... Эбби говорила, что собирается дать незавершенной маске Ремнаса необходимое тело и породить его как полноценного дракона. Да, ведь у нынешней маски Ремнаса нет физического тела. В то время как другие древние драконы обладают плотью, эта маска, по идее, должна находиться в состоянии простого наблюдателя, но... Да и вообще, психическое состояние маски Ремнаса аномально. (Остальные маски... ну, ладно, с ними всё понятно). Он полон злобы, агрессивен, нестабилен и совершенно не похож на того, кому можно доверить мощную силу древнего дракона. Относительно причин, почему он стал таким, мнения Лазурии и Норо сошлись. Всё из-за того, что когда в прошлом Король Демонов Малдрагора разделил их, Ремнасу достались лишь искаженная природа снов, тревога и отчаяние. Эти свойства унаследовала и его маска. И теперь эта маска жаждет получить новое тело, которое никак не связано с его истинной сущностью?.. Не замышляет ли маска Ремнаса выступление против своей истинной сущности?..
Однако противостоящий ей отряд Юлура — это закаленные в боях герои, которые уже не раз спасали мир от гибели. Проведя несколько сражений, Амас пришел к выводу, что ключ к победе кроется в самих бинтах, которые напрямую соединены с призрачным воплощением. Вместе с Дионисией он изучила структуру магии, которой владела Нефернисия. Разрезав бинты, добравшись до её истинного тело и подмешав примеси в чистую духовную сущность, они добились того, что физические атаки стали наносить ей урон — точно так же, как обычному призраку. На клан сестёр напал особый, мутировавший экспериментальный образец хелгегога — мракобестии, которая в прошлом разрушила королевский дворец древнего Этена. Он был создан в ходе экспериментов по выведению особей, способных перемещаться сквозь пространство и время вместе с Коконом Конца. Этот образец находился на хранении, но во время краха Королевской Алхимии оказался на свободе. Чтобы истребить носителей крови Этена, он перенёсся сквозь само время и явился к тем, в ком эта сила проявлялась наиболее ярко. Хелгегоги изначально обладали способностью поглощать силу, которой владел народ Этена. Поэтому клан стражей гробниц, унаследовавший эту силу, был легко лишён её и не смог оказать достойного сопротивления. Однако то, что Юлур, обладающий колоссальной способностью перемещения во времени, способен противостоять сей способности поглощения, было подтверждено ещё в его прошлых приключениях, и на деле он уже победил множество мракобестий. Одолеть их было несложно, но перед этим он выдвинул клану условие. Он хотел, чтобы они покончили со своей миссией стражей гробниц и забыли знания и навыки, которые передавали из поколения в поколение. А также чтобы в будущем больше не возникало ситуаций, когда кому-то приходится взваливать на себя столь жестокую миссию, как это случилось с сёстрами Дионисией и Нефернисией. Изменить образ жизни, которому они следовали сотни лет, было очень непросто. Они сомневались, но Юлур сумел их убедить. Он напомнил о своём статусе члена королевской семьи и рассказал, что королевство Этен, которое все считали погибшим, на самом деле было спасено, переместившись вместе со всей страной в будущее. Заодно он упомянул, что даже короли-фараоны, гробницы которых они сейчас охраняют, в итоге остались лишь в легендах, и эти легенды были воссозданы в фальшивой Лендерсии Малдрагорой. В итоге он уничтожил появившихся мракобестий и спас клан. В итоге, поскольку в современном регионе Аль-Ахаджиро не осталось никаких следов их пребывания, они, по всей видимости, сдержали своё обещание. Однако добиться от них извинений перед сёстрами или хотя бы слов раскаяния так и не удалось. Чувство долга этого клана было необратимо искажено и закостенело. Юлур с горечью в сердце извинился за это перед Нефернисией, но та лишь покачала головой и сквозь слёзы улыбнулась, поблагодарив его за то, что он освободил их вместе со всем кланом от проклятой судьбы. Затем руками, к которым наконец-то можно было прикоснуться, она взяла сестру за руку. Пожелав им обоим счастья в будущем, где ничто — ни жизнь, ни смерть — больше не будет сковывать их путь, она посмотрела на Юлура слегка обиженным, но полным зависти взглядом... И её силуэт, размывшись подобно туману, полностью исчез. Едва успев произнести «Ой? Кровь дракона иссякла...», Зофин также тяжело рухнул на землю и затих. Затем его тело начало стремительно гнить, превращаясь в бесформенную жижу, и распадаясь, становясь похожим на абсолютно чёрную землю. Дело в том, что его тело состояла из мёртвой плоти, гниение которой лишь насильно сдерживалось магией. Кровь дракона созрела внутри живого сосуда. Пришло время пожинать плоды. Ибо демонические ученые уже сослужили свою службу маске Ремнаса...
Это случилось в степях Камихалми, прямо в тот момент, когда он скрестил клинки в поединке один на один с Кагеро. Собственное мастерство Сидзимы теперь достигло абсолютной зрелости, и эта ситуация была, пожалуй, самым пиком и кульминацией всего боя. Как жаль. Попытаться ли силой поставить точку в схватке за то немногое время, что ещё осталось? Нет, это было бы глупо. Нельзя будет сказать, что он выложился на полную. До самого последнего мига он посвятит всего себя тому, чтобы они вдвоём возвели своё мастерство в абсолют... Плаку, который занимался проверкой систем Сидзимы, тоже осознал, что, собственно, произошло. Значит, Владыка Вечной Тьмы уже приступил к делу. Дело в том, что Эбби почему-то постоянно тянула время и искала нелепые оправдания в духе: «Мне хочется посильнее заморочиться над её стилем» или «Голос лучше сделать более хриплым», из-за чего так и не завершила подготовку своего сосуда. И хотя драконья кровь внутри Сидзимы уже достигла достаточной зрелости, Плаку думал, что до начала действий ещё есть немного времени. Но, раз уж всё началось, это, по всей видимости, означает лишь одно — для маски наступил крайний срок. Если обретение ею воплощения не увенчается успехом, то все их прежние планы пойдут прахом. Ничего не поделаешь. Ничего не поделаешь, но... Внутреннее смятение оказалось куда сильнее, чем Плаку ожидал, и это потрясло его самого. Он ведь модифицировал собственный мозг, чтобы усилить свою личность и отбросить любые сомнения ради чистого научного интереса. Тем не менее с тех пор, как он начал наблюдать за ростом Сидзимы, его сердце то и дело странно ёкало. Наверное, это как-то связано с первоначальным мотивом, который лежал ещё глубже его жажды исследований. Можно предположить, что прежний он специально стёр свои воспоминания об этом, дабы избежать подобного душевного трепета. Однако память существует в тесной переплетённости с кучей другой информации, и просто так вычеркнуть лишь одну удобную часть крайне трудно. Не до конца стёртая, едва уловимая нить всё ещё оставалась, и теперь само существование Сидзимы пробуждало её... Это случилось тысячи лет назад, но у него был сын. Мальчик рос точной копией отца и питал огромную страсть к исследованиям. Он был даже талантливее и сообразительнее своего родителя. В успехи, которых добьётся этот ребёнок, и в мировые истины, до которых тот докопается, Плаку хотел вложить и свои собственные мечты. Однако из-за внезапной болезни мальчик умер. Плаку поставил на кон все свои научные изыскания, чтобы возместить эту утрату. Новая жизнь должна стать идеальным существом, чьей жажде познания ничто и никогда не сможет помешать... Планка стояла высоко, но теоретически цель казалась вполне достижимой. Существовала лишь одна проблема: даже если ему удастся сотворить такую жизнь, она всё равно не будет тем самым когда-то любимым дитя. Для него будущего этот факт был крайне неудобен, ведь он мешал поддерживать мотивацию для продолжения исследований. Вот почему... Сейчас Плаку не мог в точности вспомнить то прошлое. Ему было невыносимо оттого, что он не понимал, как именно ему теперь поступить с Сидзимой! «Прежний я, ну и халтуру же ты сотворил. Если всё должно было обернуться так, то лучше бы с самого начала ничего не стирал, а взял и принял как факт. Ну, хотя, раз у тебя не хватило душевных сил сделать это, тебе и пришлось пойти на модификацию мозга. Но всё же, ах... этот момент наступает!» В то самое мгновение, когда отточенные до предела лезвия готовы были перерезать горло противникам, этот момент настал. Клинок Сидзимы остановился, но результат симуляции в его мыслях принёс ему полное удовлетворение. Он мысленно представил, как их головы разлетаются в стороны, а вырвавшиеся оттуда сознания устремляются в бескрайний космос, чтобы вечно резвиться там друг с другом. Кагеро, почувствовав неладное, тоже остановила свой клинок. До этого самого момента она и не подозревала о внутренних переменах в Сидзиме, лишь самозабвенно отдавалась упоительному процессу, в котором их мастерство взаимно росло. Настолько безупречными были техника Сидзимы и его искренняя преданность этому бою. «Я родился на свет не напрасно. Теперь я познал любовь», — сказав это, Сидзима замер и перестал двигаться. Кагеро осторожно подхватила и обняла его обмякшее тело... Драконья кровь иссякла, и Сидзима прекратил свое существование. Плаку, который издалека наблюдал за происходящим, тоже замер и перестал двигаться. На самом деле индивида по имени Плаку уже очень давно не существовало, а продолжала работать лишь оставленная им программа для достижения поставленной цели. Поскольку цель была полностью достигнута, программа просто завершила свою работу. Вот так всё и произошло.
Масса — это энергия, а значит, изменение массы влечёт за собой приток и отток колоссального количества энергии. Если бы у него была такая энергия, он мог бы преобразовать её, например, в тепло, чтобы наносить куда более мощные удары. Но он этого не делал. Он не использовал энергию подобным образом! Способность Гиратиса изменять собственный вес управлялась гораздо более изящно… Тем, кто разгадал это правило в ходе многократных столкновений, оказался всё-таки Гиб. Тяжелее, легче, тяжелее, легче... Становясь на мгновение чуть тяжелее, он сразу же становился немного легче. А после того как он становился очень тяжёлым, он делался невероятно лёгким! Гиратис раскачивал собственную массу во времени, создавая подобие волны. Чтобы стать ещё тяжелее после того, как он уже набрал вес, требовалась огромная энергия. Однако для того, чтобы после сильного утяжеления стать настолько же лёгким, энергия почти не нужна. Более того, эту амплитуду можно было раскачивать всё сильнее, раз за разом прикладывая лишь крошечные порции энергии. Точно так же, как раскачивают качели, постепенно увеличивая размах! Пусть это и была могущественная способность, подобные правила сковывали тактику Гиратиса. Сора упорно держался, выискивая в этих ограничениях лазейку для атаки! «У меня тут и так времени в обрез, а этот прицепился! Я просто обязан победить именно его, чтобы доказать: творение Эсторис — абсолютно совершенно. Пусть считает меня кем угодно, плевать, я просто хочу, чтобы меня признали. Хочу, чтобы мной гордились!» Гиратис не создавал эту мотивацию осознанно, но его глубинным стимулом было желание получить признание от кого-то... а точнее, от своей создательницы, Эсторис. В этом он был очень похож на своего творца. Эсторис тоже это понимала, но, само собой, из-за смущения ни за что не пристыдила бы его таким замечанием. Значит, Зофина и Плаку больше нет. С точки зрения маски Ремнаса, как только в его распоряжении окажется идеальное тело, демоны с глубокими знаниями о его природе станут для него лишь источником опасности. Естественно, они будут первыми кандидатами на устранение. Демонические ученые действовали, прекрасно это понимая. Да и вообще, им совсем не хотелось жить в мире после того, как эта извращенная маска вдоволь натешится силой, которую у них требовала. Самым важным для них были результаты исследований. Группа демонов-магов состояла из индивидов, которые не видели для себя спасения, если не доведут дело до конца, даже осознавая всю его губительность. И всё же, на душе у Эсторис сейчас было на удивление пусто. А ведь казалось, что этот момент она встретит в плену какого-то извращенного, безумного восторга. Никаких эмоций, кроме простого понимания «да, всё получилось», внутри не возникало. Пожалуй, они слишком сильно увлеклись самим процессом, из-за чего финальная цель окончательно потеряла свой первоначальный смысл. Однако... На глазах у Эсторис схватка уже близилась к финалу. В коротком перерыве между ураганными атаками на кончиках пальцев покрытого ранами Соры с треском вспыхнула крошечная искра. Насторожившись из-за возможного появления «Драконьих когтей», Гиратис до предела уменьшил собственный вес, собираясь уклониться и пропустить удар мимо себя. Но это был лишь обманный маневр. Сора сразу же схватил его той самой рукой, которой собирался выпустить «Когти», и подбросил высоко над головой. Из-за своей легкости Гиратис взмыл в воздух подобно клочку ткани. Его равновесие было полностью нарушено! Теперь неминуемо сработает обратный эффект, и в следующий миг он будет вынужден стать тяжелым. Враг обязательно воспользуется этой уязвимостью, чтобы нанести решающий удар. А раз так, то и ему самому необходимо поставить точку в этом бою своей следующей атакой. Сора без труда прочитал эти намерения, оценив текущую высоту и позу противника. Если использовать энергию падения и разворот корпуса, чтобы провести максимально быструю и сокрушительную атаку... Соре оставалось лишь задействовать силу почти онемевшей руки, сотворяя «Когти» и выставляя их прямо на траектории чужого движения. В итоге собственная кинетическая энергия Гиратиса с легкостью разрушила его же тело. С раздробленной вдребезги половиной тела Гиратис рухнул вниз. И всё же, горько плача, он пытался ползти, чтобы снова пойти на Сору. Это было… К своему глубокому сожалению, Эсторис прекрасно понимала: он делает это ради неё. Ну что за невыносимое отродие, вечно он так!.. Она всегда думала, что продолжала свои исследования лишь ради того, чтобы утереть кому-то нос или что-то у кого-то отнять. Но почему тогда чувства, которые сейчас испытывал Гиратис, так болезненно отзывались в её груди?! Может быть, на самом деле она творила всё это лишь потому, что хотела дать что-то другим или получить что-то взамен? И тот, кому она хочет дать это прямо сейчас — это... С этой мыслью она взглянула на Гиратиса, но тот уже замер, а детали, которые больше не удерживали марионеточные нити, начали с тихим стуком осыпаться одна за другой. Её обвели вокруг пальца. Владыка Вечной Тьмы поразительно хорошо понимал её истинную натуру и манипулировал ею. Так, чтобы она потеряла абсолютно всё в подобной форме... Эта горькая мысль заставила её признать, что она сама была всего лишь послушной куклой... И в этот момент всё действительно закончилось. Как и тогда, когда её когда-то сразила Кагеро, детали, из которых состояло тело Эсторис, с сухим грохотом рассыпались и покатились прямо перед застывшими от изумления Сорой и его товарищами. А затем... Пространство в том месте, где только что стояла Эсторис, колыхнулось подобно мареву, и оттуда с треском начали разлетаться огненные искры. Сора зажмурился от невыносимого сияния, но оно всё равно пробивалось даже сквозь закрытые веки! Когда же он в изумлении открыл глаза, оно уже находилось прямо перед ним. Этот силуэт смутно напоминал человеческого юношу, однако из суставов его тела вырывались столбы пламени, а волосы, вздымаемые восходящими потоками воздуха, казались чистым огнём. Тёмно-синие узоры, проступавшие на его коже, были неотличимы от драконьих жил. Все присутствующие сразу почувствовали, кто перед ними, но Лазурия по одной лишь ауре ощутила это яснее всех и убедилась окончательно. Маска Ремнаса обрела плоть и явилась прямиком из мира снов!.. Он заговорил с Эбби, которая стояла совсем рядом и молча смотрела на то, что еще мгновение назад было деталями Эсторис: «Ты отлично справилась. На самом деле мне хотелось, чтобы они созрели еще немного, но время пришло. Отдай мне это семя, и ты тоже сможешь отдохнуть». Эти слова показались Эбби невероятно пленительными. Вот оно — завершение. Проклятое существование ее самой и ее дитя наконец-то будет вознаграждено. Она наконец-то освободится от этих страданий и сможет вернуть себя к мирному, безмятежному бытию. Однако в мире, который останется после того, как она сама станет такой… Позади она ощущала дыхание Соры и остальных, израненных в непрекращающемся бою. Эбби с грустью улыбнулась и сделала шаг назад от воплощения. Это было неожиданно. С чего вдруг женщина, чей разум до этого момента был так безумно ослеплен эгоистичными иллюзиями, ведет себя подобным образом? «Ну же, отдыхай», — повторил он. — «Стоило мне показать Зофину, Плаку и Эсторис мимолетный кошмар, как они тут же поверили, будто они всего лишь ходячие трупы или программы, и я легко растоптал их разум. Но с тобой так не вышло. А ведь ты так сильно жаждала освободиться от своего несносного сердца...» Ну да ладно. Забрать семя — дело нехитрое. Затем он посмотрел на Лазурию. Эта девушка была следующей, кто мог бы представлять для него угрозу. Ее истинную природу он до сих пор не разгадал до конца. Можно предположить, что ее изначальная сущность, точно так же будучи израненной, была вынуждена погрузиться в сон ради исцеления, из-за чего ее проявление в материальном мире отложилось, и лишь личность-маска неожиданно обрела свободу. Однако, в отличие от него самого, у нее нет знаний о собственной сути, и она почему-то с самого начала обладает плотью. Более того, это смертное тело выглядит слишком ненадежным, слабым и хрупким для того, чтобы удерживать в себе могущественную силу драконьей крови. Ему были непонятны помыслы истинной сущности дракона кошмаров Ремнаса, который все это подстроил, но избавиться от нее в любом случае не помешает. В Иснаге он подумывал захватить ее тело и использовать в своих целях, но теперь в его распоряжении оказалась куда более удобная оболочка. Лазурия ему больше не нужна. Она лишь помеха. Осознав это, авантюристы попытались преградить ему путь, но он раскидал их одним ударом. Мало того, что они и без того были измотаны после битвы с Гиратисом, так теперь перед ними стоял противник, вобравший в себя всю силу драконьей крови, которую сосуды взрастили в своих телах и которая была идеально адаптирована под него. Если бы Нефернисия пробудила свою силу, он бы даже не позволил прикоснуться к себе, а уж звериную мощь Гиратиса и боевые прием Сидзимы он использует куда искуснее, чем их прежние владельцы. Быстро сокрушив защитников, он подступил к Лазурии. Ему пришлось сделать немало шагов для достижения этой цели, но сам процесс оказался довольно забавным. «Ну что же, пришло время сгореть!» Раскаленный газ взрывной волной вырвался наружу и устремился к Лазурии и остальным. Челка уже начала с треском обгорать. «Все кончено…» — когда она мысленно приготовилась к смерти, Эбби проковыляла к ней и в один миг проглотила семя искусственного сосуда, что держала в руках. Даже личность-маска Ремнаса опешила от неожиданности. Оказавшаяся внутри нее колоссальная сила драконьей крови заставила плоть Эбби стремительно раздуться, за считанные секунды превратив ее в гигантское дерево, которое и преградило путь пламени. Прямо перед ошеломленной Лазурией деревянная кора пошла волнами, приняв очертания лица Эбби, и она ласково, ободряюще улыбнулась ей. Когда-то в подводном дворце, сгорая в огне, исторгнутым Лазурией и Сорой, Эбби увидела видение — спящего младенца. Быть может, это было ее собственное дитя из далекого прошлого, а может — будущий ребенок Соры и Лазурии. Смертное сердце, которое она проклинала на протяжении тысяч лет... Сердце, что замыкается в себе от подозрений и обмана, легко поддается ненависти, предает и причиняет боль. Ущербное сердце, из-под гнета проклятий которого вовек не освободиться... И все же... Все же его ни за что не променять на ту радость, которую принесла их встреча. В то самое мгновение, когда заклинание, сотворенное Эбби, унесло отряд Соры прочь, всё вокруг поглотило бушующее пламя. «Моя дорогая, милая горошинка... Пусть твоя жизнь и жизнь твоего дитя отныне будут полны счастья... Ах, значит, ещё тогда, в тот самый день, я просто хотела сделать то же самое для своего собственного ребёнка...» Непосредственно перед телепортацией они успели увидеть, как обуглившееся гигантское дерево медленно оседает и рушится в море огня. И хотя его пожирало проклятое пламя, пепел, подобно мириадам звёзд, искрясь и сверкая, устремлялся высоко в небо.
Поначалу это были лишь незначительные перемены — пустяковые словесные перепалки, ссоры на углу улицы или ощущение, что в обществе вокруг стало чуть больше суеты. Но постепенно миряне из-за своего места жительства, работы или расовых различий принялись раскапывать воспоминания о былых распрях, о которых, казалось, уже все давно забыли, и вступать во вражду. И всё же большинство смертных почти не сомневались в перемене царящей в мире атмосферы. В повседневной жизни, сталкиваясь с обычными мелкими неудачами или расхождениями во мнениях, миряне чувствовали себя чуть более раздражёнными, чем обычно. Выплёскивать гнев и обрушивать его на других стало приносить им удовольствие. В конце концов, пока человек жив, у любого порой бывает подобное настроение. Однако такое состояние неестественно затянулось, и более того — огромное количество людей одновременно оказались во власти одних и тех же эмоций. И вот, поддаваясь приятному чувству от выплеска ярости и убеждая себя, что такой способ развеять тоску тоже неплох, мир шаг за шагом начал погружаться в пучину раздоров. Джей-Би и остальные, кто продолжал вести расследование, заметив связь этого происходящего с инцидентом, связанным с «Головой Зеолра», сразу же почуяли неладное. Для Лазурии же, которая остро ощущала присутствие драконьей крови, всё это было ещё более очевидным. Маска Ремнаса сеяла в сердцах людей крошечные кошмары! Если всё продолжится в том же духе, со временем это может перерасти в куда более масштабные распри или даже в войну между целыми странами. И подобный метод ведения войны был как нельзя в его стиле. Скорее всего, он вовсе не желает полного уничтожения мира. Его цель — заставить смертных бесконечно ненавидеть, ранить и убивать друг друга. Держать их на грани жизни и смерти, заставляя пребывать в вечной скорби и при этом не иметь возможности прекратить вражду. Должно быть, именно на это зрелище он и жаждет взирать вечно. Одинокое, тревожное сердце, которое можно утешить лишь таким извращённым способом... Этому необходимо положить конец. Искатели приключений начали действовать. Чтобы выяснить, где скрывается враг, герои отправились на континент Земли Пуку и посетили Грибную Гору Пополию, где обитал последний из древних драконов — музыкальный дракон Ипполит. Маска Ремнаса искусно пряталась, и искать её вслепую было бессмысленно. Когда герои посоветовались об этом с древним драконом, тот предложил опасный план: рискнуть и осознанно шагнуть в чужой кошмар. Пусть в физическом мире Ремнаса не найти, в мире снов он связан с сердцами самых разных людей. Потянув за эти ниточки, подобраться к нему вполне реально. Если говорить конкретнее, план состоял в том, чтобы по тому же принципу, по которому Сору когда-то забросило в мир ролевой игры, синхронизировать созданный иллюзорный мир с миром снов Ремнаса, проникнуть туда и одолеть его изнутри сновидения. Однако Хорхейз заметил: используемое ими «заклинание ролевой игры» опирается на гармонию, поэтому в случае слияния с кошмаром Ремнаса им, возможно, придётся пойти на компромисс с установленными тем правилами, из-за чего мир может стать для Соры и остальных неблагоприятным. А значит, им нужно мировоззрение, способное силой навязать свои условия... Что-то такое, в стиле рок! Как оказалось, музыкальный дракон Ипполит и сам был тем ещё рокером. В самой глубине Грибной Горы Пополии, где густой туман из спор застилал весь обзор, из-за пелены раздался громогласный голос, который под яростный грохот барабанов прокричал искателям приключений: «Если хотите попасть на мой концерт, то покажите, на что способны, и сдуйте этот туман своей рок-музыкальной душой!» Столкнувшись с таким безумным требованием, искатели приключений, для которых это было уже пятое подобное испытание, ничуть не растерялись. Разве что Юлуру и Малику пришлось изрядно попотеть (попытайтесь представить их исполняющими дез-вокал), но в остальном отряд, в котором из-за влияния кошмара Ремнаса как раз накопилось немало скрытой тоски и злости, знатно выплеснул всё это наружу, после чего зачёт был успешно получен. Да, ведь гнев и ненависть — это естественные эмоции, которыми человек обладает как живое существо, и они возникают потому, что необходимы для выживания. Подавлять их силой или пытаться игнорировать — гораздо вреднее для здоровья. Нужно научиться правильно понимать их и уживаться с ними. Можно выплёскивать гнев и злость. Можно давать волю ярости. Ведь истинный рок заключается в том, чтобы собрать всё это воедино, связать вместе и состряпать крышесносную, до безумия счастливую гармонию! Таковы были слова Ипполита. Признав рок-дух отряда, он с радостью отправил Сору и остальных в путь. Отряд Соры, банда Джей-Би, группа Юлура, Мальтина со своими спутниками, а также Исмалик с львопсами. Внутри мира снов продвигалось пять отдельных групп. Иллюзорный мир, созданный Ипполитом, был соткан из обрывков их воспоминаний. Проходя мимо мест, которые они посещали в прошлых приключениях, или локаций, связанных с их сокровенными воспоминаниями еще до того, как они стали искателями приключений, герои предавались размышлениям о пройденном пути, мельком узнавали о неожиданном прошлом своих товарищей и вновь укреплялись духом, осознавая, что грядущая битва станет подведением итогов одного огромного приключения, связавшего их судьбы воедино. Как раз в тот момент, когда они миновали деревню Лусина на Островах Венна, небо резко потемнело. Взглянув вверх, они увидели, что цвет некогда яркого солнца обратился в абсолютно черную дыру. Присмотревшись, можно было заметить, что внутри нее копошатся бесчисленные багрово-черные руки, манящие их к себе. По всей видимости, это и был узел слияния с кошмаром Ремнаса. До этого момента созданный Ипполитом иллюзорный мир оберегал отряд. Но впереди лежали владения врага. И как раз в тот миг, когда герои приготовились встретить любые безвкусные и абсурдные ужасы, что могли ждать их по ту сторону, из черного солнца над головой хлынули руки. Черные пятна стремительно разрослись, накрыв небо подобно куполу, и все вокруг мгновенно погрузилось во тьму. Или, быть может, само небо рухнуло вниз? Или же их самих затянуло в это черное солнце?! Стремительный поток черных рук подхватил и увлек искателей приключений за собой. Вокруг воцарилась такая беспросветная мгла, что было невозможно разобрать, то ли глаза ничего не видят от темноты, то ли они смотрят на нечто абсолютно черное. В этой круговерти они окончательно потеряли ориентацию, но, когда все стихло, ноги снова коснулись земли. Глаза постепенно привыкли к темноте. То, что казалось сплошным мраком, начало обретать очертания... Похоже, пока их несло течением, Сора разминулся со всеми остальными спутниками и теперь стоял один на мысе у деревни Лусина. Товарищи?.. Да и откуда им здесь быть. Ведь Сора — всего лишь маленький ребенок пяти или шести лет, который совсем недавно потерял родителей в штормовом море. Сора стоял и подолгу смотрел на заходящее солнце, медленно тонущее в водах близ деревни Лусина, откуда его отец и мать так и не вернулись...
Способы подобраться к ней были ограничены. Если бы враги заручились помощью другого древнего дракона, они вполне могли бы пойти по нитям кошмара, которые он повсюду сплел. Заблокировать этот путь силами одной лишь маски было невозможно. Однако если драконы будут соблюдать свое правило не сражаться друг с другом, то явится не сам древний дракон. Придут те самые обычные авантюристы. Что ж, в таком случае их можно встретить во всеоружии. В конце концов, он тоже был одним из зрителей, непрерывно следивших за историей Соры и остальных. Он создавал свои грезы и подстраивал события. Что именно подтолкнуло этих мальчишек и девчонок отправиться в приключение? Что поддерживало их и не давало сломаться при неудачах? Если стереть эти отправные точки, то можно полностью остановить их продвижение вперед...
Ему казалось, будто раньше было что-то, что мягко подталкивало его в спину. Однако это ощущение бесследно исчезало, словно растворяясь в юношеских грезах. Глубокий-глубокий синий цвет... Постойте, а синий — это вообще какой цвет? Все вокруг было окрашено закатом, превратившись в сплошной мир сепии. И солнце уже почти скрылось за линией горизонта...
Глубокое чувство бессилия и апатия. Казалось, будто будущее полностью отвергает их, и делать шаг вперёд было невыносимо страшно!..
Точно такое же мрачное и зловещее пламя эмоций начало разгораться в сердцах всех обычных людей, живущих сейчас в Астолтии. Подобно тому, как в прошлом пытался поступить Король Демонов Малдрагора, огненный сон постепенно проникал в саму реальность и пожирал её. Спасения от этого не было, да и искать его никому уже не хотелось. Ведь в человеческой душе всегда таится скрытый страх перед грядущим. Стоило лишь показать им лёгкий кошмар, как они без труда оказывались заперты внутри его зловещего сценария. Жить, неся в груди подобный огненный сон, было невыносимо мучительно. Хотелось испепелить кого-то точно так же, чтобы самому получить хоть каплю облегчения. В глазах мирян, которые прежде были чисты и устремлены к далёким горизонтам, начало зарождаться багрово-чёрное пламя. Будущее становилось всё темнее и темнее, окончательно закрывая перед ними свои двери. Ненавижу, ненавижу... Ненавижу!!!
«Ты же сам говорил, что поможешь мне с заданием. Ну же, пошли!» «Этот взгляд совсем не присущ тебе, Сора. Давай, протяни руку». Кто-то, с кем ему ещё только предстояло встретиться в будущем, протягивал мальчишке руку.
«Я же говорил, что без доверия к зрителю ничего не выйдет. Ещё чуток. Просто доверься атмосфере момента!»
«Хо-хо, Юлур, чего лицо-то такое грозное скорчил? Куда девался твой обычный рассеянный вид? Это ведь твоя лучшая черта». «Ну-ну, Мальтина, тебе совсем не идут слёзы! Истинная знаменитость никогда не забывает о улыбке!»
Похоже, узы дружбы и тёплые воспоминания героев начали разрушать иллюзии Ремнаса одну за другой.
Под непрекращающимися порывами песчаной бури её одежда совсем выцвела и превратилась в лохмотья. С тех пор как смерть разлучила её с родителями, она всё время была одна. «Я обязана сохранить и уберечь эту дарованную мне жизнь». Веря в это, она отчаянно противилась судьбе, то и дело покоряясь обстоятельствам, но раз за разом повторяя свои попытки. Однако она потеряла слишком много, и теперь силы окончательно её покинули. Ноги подкосились, и она наконец опустилась на колени. «Что ж, пожалуй, с меня довольно. Разве я не приложила достаточно усилий? Усну-ка я здесь, похороненная под толщей песка, сама превращусь в этот песок и бесследно исчезну в никому не ведомом ветре...» «Ты, даже превратившись в куклу, умудряешься оставаться такой серьёзной. Может, хоть немного расслабишься?» В завывании ветра ей почудился знакомый голос. «Мне кажется, ты вовсе не прожила жизнь, так ничего никому и не дав, как сама о том думаешь». «Ты столько раз переворачивала вверх дном наши приключения, а теперь вдруг ведешь себя так смиренно? Куда подевалось твое привычное злословие?» В полумраке исследовательской лаборатории она резко вскочила и посмотрела на свою правую руку. Это была не кукольная деталь, а настоящая, живая рука из плоти и крови. «...Эбби?..»
Представить это невозможно, но вот погрузить сознание в подобное состояние — проще простого. Достаточно просто уснуть. Пока человек видит сны, он всё ещё существует, но когда снов нет — сознание исчезает. И тогда возникает вопрос: кем же на самом деле является тот «я», который снова просыпается? Быть может, в новый пробудившийся разум просто вливается информация, записанная в мозге, заставляя человека слепо верить, будто он непрерывно связан с тем «собой», который был до сна? Не исчезает ли тот «я», что жил до вчерашнего дня, в момент засыпания? Всё это могло показаться лишь софистикой вокруг вопроса о том, как именно определять личность, однако саму непрерывность сознания доказать невозможно. С того дня, как эта мысль укоренилась в его голове, прошли тысячи лет. По личным ощущениям это ощущалось как сотни лет, на протяжении которых Зофину ни разу не спал. Из-за того, что он насильно заставлял свой разум бодрствовать, его тело и разум начали разрушаться. Чтобы сохранить непрерывность сознания, он стал постепенно заменять части своего тела на плоть нежити, которую сам же и исследовал. Однако даже при сохранении непрерывности невозможно избежать изменений. По мере того как накапливаются новые воспоминания, старые стираются из памяти, а порой меняется и сама суть этих воспоминаний. Становится невозможно дать определение тому, кто ты есть на самом деле. И вообще, существует ли это «я» в действительности? «Ты только в таких вещах и бываешь серьёзным. Ну, поэтому-то ты и кажешься мне интересным малым». «Как, по-твоему, можно вообще забыть такого колоритного персонажа, как ты? По крайней мере, внутри меня ты точно занимаешь своё место». «Мне кажется, условия, определяющие личность, вовсе не ограничиваются рамками одного лишь физического тела. Они словно мягко простираются гораздо дальше — сквозь пространство и время...» ...Кажется, ещё мгновение назад он ощущал себя безликим куском плоти, но, судя по всему, ему всё ещё суждено продолжать мучиться перед лицом этой сложнейшей дилеммы. Однако, не будь он живым, он бы даже не смог почувствовать эту муку.
«Какая разница, если обычная программа упрямо твердит, что она — это она? По крайней мере, тебе ведь были небезразличны подобные создания, разве нет?» «В общем, у меня в последнее время жутко затекли плечи, так что не мог бы ты провести мне небольшое техобслуживание?» Зависшая было система начала перезапускаться. Всё верно, его былая решимость ради исследований растоптать любую мораль была вовсе не пустой бравадой. Если потребуется, он будет модифицировать своё тело и разум сколько угодно. Однако теперь можно оставить хотя бы пару зацепок, чтобы не терять связь со своим прежним «я». Ему казалось, что нынешний он вполне способен принять это. Ведь теперь он занимается исследованиями не в полном одиночестве...
Всё из-за этой девки Эбби. Если бы она не выкинула тот фокус и завершила создание последнего сосуда... Или если бы маска успела поглотить хотя бы то семя, в ее плане не возникло бы такой бреши. Она смогла бы выстроить абсолютно безупречный сценарий кошмара, в котором они при всём желании не смогли бы избежать краха! Или, быть может, то, что эта женщина в итоге переметнулась на сторону врага — тоже было частью скрытого потенциала этих авантюристов? Оставляя за собой радужный след от вспышек энергии, к нему стремительно приближался юноша. Он бежал, искренне и свирепо впиваясь взглядом прямо в глаза этого существа, чьё тело представляло собой лишь зияющую чёрную дыру! Ремнас содрогнулся от страха. На мгновение ему показалось, будто этот взгляд готов целиком поглотить его самого. Этот парень может насильно вытащить его из уютного, застойного покоя прямиком в пугающее будущее. Подобный свет необходимо было немедленно и окончательно истребить здесь и сейчас!
Эта внезапная мысль сорвалась с его губ — ему искренне захотелось оставить это пожелание сыну в качестве своеобразного оберега. Сам испугавшись собственной сентиментальности, Слэн поспешно перевёл взгляд на жену, но та лишь тепло улыбнулась и ответила: «А по-моему, отлично получилось».
Однако та светлая родительская молитва из далекого прошлого до сих пор отчетливо живет в их крови, в тепле давних объятий и в родных ароматах, поддерживая их жизни прямо сейчас.
Как бы тяжело и больно им ни было, они не сражались вслепую. Они делились мудростью, изобретали уловки, пробовали новые подходы... И вот, во время очередной яростной атаки, чей счёт они уже давно потеряли, непрерывная серия ударов, усиленная магической силой Малика, наконец настигла тело маски Ремнаса. Ответная взрывная волна, сорвавшаяся с губ пошатнувшегося врага, отбросила Малика прочь, но шедшие следом Алек и Фуга заслонили его своими телами, приняв удар на себя. Из клубов дыма вырвался Юлур, а укрывшиеся за его щитом Дионисия и Рубиби подобрались вплотную. Пока Юлур сдерживал натиск врага скрещёнными клинками, они вцепились в тело чудовища и полностью развеяли его невидимость, доставшуюся тому от Нефернисии. «Да почему же?! С чего вдруг эти ничтожества так отчаянно изводят меня?! Я ведь просто изо всех сил пытаюсь утешить своё одинокое, полное тревог, боли и страданий сердце... А они набросились толпой и пытаются лишить меня даже этого!» Этот безмолвный, похожий на истошный вопль крик души отчётливо передался Лазурии. Ей всё стало понятно. «Ты ведь с самого рождения был обречен сгорать в бушующем внутри пламени, но при этом отчаянно цеплялся за жизнь, верно?» Особенно это касалось той его части, что звалась личностью-маской. Стоило ему родиться, как его тут же отсекли от истинной сущности, из-за чего ему пришлось возненавидеть даже ее. Совсем один, в мире, где всё вокруг кажется враждебным... Как же, должно быть, ему было страшно и одиноко. И он, используя любые доступные способы, просто отчаянно пытался защитить собственное сердце. «Я не оставлю тебя в таком состоянии. И твою истинную сущность тоже...» Пройдя через долгое и полное опасностей приключение, Лазурия, кажется, наконец начала понимать, почему её собственный создатель — истинная сущность драконицы грез Ремнеи — наделил её смертным вместилищем и явил на свет в этом мире. Ловушки Джей-Би и выстрелы Дэна сдерживали натиск маски, а ворвавшиеся в бой Кагеро и Джона скрестили с ней клинки, увязая в бешеном вихре ударов. Они отражали, отражали и отражали выпады... пока наконец клинки обеих не разлетелись вдребезги, уступив металлической усталости раньше, чем сдалась сама плоть. Однако в это мимолётное мгновение Тора успела скользнуть вперёд и слегка полоснула ножом по тыльной стороне ладони маски. Неизвестно, из чего был сварен этот яд, но плоть врага, обладавшая аномальной структурой и далёкая от обычного живого организма, тут же содрогнулась от тяжелейшего недомогания. В ту самую секунду, когда маска замерла, сверху обрушился каменный молот Гоу! Расколов его ценой неимоверных усилий, маска тут же оказалась в буре из световых сфер Рейзена и вращающегося волчка Суны. Но даже уклоняясь и изворачиваясь в этой круговерти, она умудрилась наступить в лужу, которая мгновенно заледенела и намертво пригвоздила её к земле. (Её заманили в ловушку!) Взглянув на устроившую эту засаду девушку, маска краем глаза заметила какую-то яркую вспышку... и внезапно по всему её телу разлилась полная слабость. Меч Соры, переместившегося к ней вплотную с помощью «Вспышки дракона», пронзил её тело. Внутри этого сосуда, имитирующего форму сердца с выгравированным словом «emeth», оказалась ювелирно уничтожена именно та часть, где располагалась буква «e». Чуть дальше за девушкой, на которую маска напоследок обратила свой гневный взор, она успела увидеть, как паренёк-эльф поправляет свои очки... Рухнувшее навзничь тело начало стремительно превращаться в грязь. Просочившееся оттуда чёрное пятно несмело приподнялось, взирая на израненный, тяжело дышащий отряд искателей приключений. Этот чахлый, умещающийся на ладони эфемерный чёрный туман умудрился втянуть в водоворот событий столько великих воинов, связать их судьбы и до самого конца разыгрывать эту масштабную драму. Окружающий пейзаж заколыхался, и по нему, подобно ударам молний, побежали трещины. Сотворённый им мир грез начал рушиться. Но происходило это вовсе не из-за исчезновения маски. Ведь созданная древним драконом маска по своей сути была, к великому несчастью, бессмертной. Этот сон разрушал кто-то другой... Тот самый крайний срок, который заставлял его торопить события и вынуждал идти на решающий бой даже в несовершенном теле, в конце концов наступил. Это был полный крах. В подобной ситуации сопротивляться уже не имело смысла. Пришло время пробуждения самой истинной сущности дракона кошмаров Ремнаса, которая когда-то, прямо перед своим воплощением в этом мире, была ранена в битве со своей второй половиной, из-за чего её появление откладывалось. Находясь в далёких землях, древние драконы, наблюдавшие за этой битвой сквозь нити снов, остро ощутили надвигающуюся катастрофу. Истинная сущность обезумевшего древнего дракона вот-вот материализуется в реальности. Это событие полностью выходило за рамки правил, установленных пятью драконами - хранителями пяти великих континентов. Подобное существо не заботит наблюдение за Астолтией — оно лишь жаждет обрушить на мир всю накопившуюся с рождения ненависть. В случае крайней необходимости другим древним драконам придётся пробудить собственные истинные сущности и вступить в бой, чтобы остановить это вторжение. Однако никто не мог даже вообразить, какие колоссальные разрушения это принесёт миру. Возможно, на всей земле не останется ни единого клочка, пригодного для жизни смертных. Времени на принятие решения оставалось совсем мало. Прямо перед ошеломлёнными искателями приключений огромный угольно-чёрный дракон начал поднимать свою массивную шею. Бесчисленные шипы торчали из его чешуи, устремляясь ввысь, из-за чего чудовище походило на восставшую гору из игл. Расположенные над его крошечными глазами светящиеся органы издалека казались ещё одной парой гигантских глаз. Постепенно из-за горизонта мира грез проступало всё его исполинское тело. Чёрные крылья готовы были застлать само небо. Между мощными лапами роились многочисленные членистые придатки, напоминающие лапки насекомого, а в самом центре — на стыке груди и живота — зиял огромный разлом. Из его глубокой тьмы вырывались огненно-красные всполохи. Они извивались, закручивались в вихри и то и дело принимали форму человеческого глаза, яростно уставившегося на героев. Быть может, это проклятое пламя и было истинным оком Ремнаса. Было совершенно неясно, под силу ли человечеству противостоять такому существу. Его мощь нельзя было даже сравнивать с недавним воплощение маски. Тем не менее, искатели приключений собрали последние силы в онемевших руках и вновь покрепче перехватили своё оружие. Но в тот самый миг, когда они готовы были сделать шаг навстречу финальной битве... Лазурия в одиночку выступила вперёд. Когда-то драконица грез Ремнея сражалась с драконом кошмаров Ремнасом прямо перед их воплощением в реальности, пытаясь уничтожить его и предотвратить те разрушения, которые его появление принесло бы миру. Ещё до их рождения эта битва в мире грез выплеснулась в реальность, обернувшись яростным штормом. Тогда им удалось лишь выиграть время ценой взаимных тяжёлых ранений. Однако день истинного пробуждения рано или поздно должен был настать... Если в этот день дело снова дойдёт до противостояния, мир на сей раз будет полностью уничтожен. Решать проблему силой оружия было нельзя. Но из-за самой истории своего рождения Ремнея не могла до конца понять и принять Ремнаса. Именно поэтому возникла необходимость взрастить с нуля чистую человеческую душу, рождённую из плоти. Если эта душа познает слабость и силу человеческого сердца, обретёт стойкую, всепрощающую веру и позитивный дух соперничества, то сможет принять даже чужую тревогу и ненависть, и тогда, быть может... Оглянувшись на недоумевающих спутников, Лазурия лучезарно улыбнулась. «Сора, друзья. Огромное спасибо за то, что дали мне имя. За то, что привели девочку по имени Лазурия в этот мир и подарили ей место, где её ждут... Но прямо сейчас есть сердце, которое чувствует себя куда более одиноким и беззащитным, чем я, и оно дрожит от страха. Поэтому я пойду и верну имя, чтобы этот ребёнок мог спокойно родиться в нашем мире». Лазурия сняла брошь, удерживавшую ленту на её груди, и осторожно подула на вправленный в него оберег из лазурита. Драгоценный камень, огранённый в форму изящного ромба, превратился в мелкий синий песок, который тут же унесло ветром, и мгновенно потерял свои очертания. Поняв её намерение, товарищи бросились было к ней, но было уже слишком поздно. «Извините, что поступаю так эгоистично, застав вас врасплох. Однако я не могу иначе. Я обязана сохранить мир, в котором родится ребёнок Митоны и Сесри. К тому же на мне лежит вина за то, что когда-то я лишила Сору родителей. Но главное — я просто всем сердцем полюбила Астолтию. Это небо, которое словно бесконечно вбирает в себя бьющую через край любознательность и жажду приключений — тёплую, добрую, суровую, а порой и жестокую...» Она отринула прекрасное имя-талисман, которое позволяло ей оставаться девочкой по имени Лазурия. В конце концов, в полном смысле слова она, судя по всему, не была маской. Но и самой истинной сущностью её тоже назвать было нельзя — тут есть небольшое отличие. Пожалуй, её состояние можно описать так, будто в смертную плоть заперли один лишь орган наблюдения истинной сущности и позволили ему действовать самостоятельно. Разумеется, поскольку она обладала силой наделять линиями-расширениясм, доступными только истинной сущности, она крайне близка к самой истинной сущности по своей природе. Однако её жизнь полностью зависела от смертного тела, которое было несоизмеримо слабее драконьей плоти, таящей в себе колоссальную жизненную силу, а потому её существование оставалось весьма уязвимым. И всё же это было необходимо. Ей предстояло вновь стать единым целым с тем существом, которое в виде иллюзии — Огненного сна (Ремнаса) — ни за что не смогли бы принять. И чтобы открыть эту дверь, требовалось с самого нуля взрастить рождённую из плоти чистую душу. Прямо на глазах у Соры и остальных человеческий облик Лазурии исказился, подёрнулся дымкой, и в мгновение ока на её месте воспарила исполинская, белоснежная драконица. Это была в точности та самая штормовая драконица, которую Сора встретил ещё в детстве. Белая драконица плавно взмыла ввысь и устремилась навстречу своей чёрной половине. Ремнас издал испуганный пронзительный визг и изрыгнул пламя. На вид это был нестерпимо жаркий, багрово-чёрный огонь, словно хлынувший из глубин самой преисподней. Словно принимая вызов, Ремнея тоже выдохнула пламя, однако это был радужный огонь — точно такой же, какой когда-то вырвался из тела Аскис в подводном дворце: он ничего не сжигал, а был лишь тёплым и ласковым. Два потока пламени смешались, нейтрализуя друг друга, и ни капли не навредили летящей к своему противнику Ремнеи. В отличие от того, как это было в прошлом штормовом море, белая драконица не стала низвергать противника наземь и разить молниями — Ремнея тихо опустилась рядом с Ремнасом. Ремнас сперва в замешательстве попятился, однако, словно отвечая на кроткий взгляд Ремнеи, оба дракона начали перекликаться друг с другом. Драконы, которых некогда разделил Король Демонов Малдрагора, теперь сливались воедино, чтобы заново переродиться в виде дракона грёз Ремнона. Тогда оба сердца обретут покой, и вражда прекратится навсегда. Но ради этого сердцу, рождённому в человеческом теле Лазурии, требовалось полностью развоплотиться и вернуться к изначальному разуму истинной сущности. Человеческого сердца критически не хватало ни по качеству, ни по объёму, чтобы просто так вобрать в себя сердце дракона. Два драконьих голоса, поначалу звучавшие вразнобой, мало-помалу сливались в гармонию и в конце концов превратились в протяжный, похожий на песню вой единого дракона... Оставаясь позади искателей приключений, которые ринулись вслед за Лазурией, маска Ремнаса пребывала в полной растерянности. Его истинная сущность теперь сольётся воедино со своей второй половиной и обретёт покой. Но что же станет с ней самой? Неужели ее точно так же развоплотят, как сердце той девочки, и заставят раствориться внутри истинной сущности? Сама эта мысль внушала маске ужас. В отличие от той девочки, она вовсе не была согласна на такой исход. Она всю жизнь только и делала, что бежала от будущего. Она никогда не жила в полную силу, не сталкивалась лицом к лицу с этим миром и не пыталась заявить о собственном существовании! И пусть ей твердят, что возвращение туда освободит ее от страха и ненависти и подарит долгожданный покой — она ни за что не примет этого! Черная сущность обняла свои исхудалые плечи и горько, безутешно разрыдалась. Ее ведь просто когда-то случайно выбросило в этот мир в результате несчастного случая. За что же ей такая несправедливость и безответность? Страх перед собственным исчезновением был совершенно иным чувством, нежели та тревога перед будущим, которую она несла в себе с самого рождения. Ей хотелось выбить себе хотя бы ещё немного времени. Времени, чтобы переосмыслить себя и наконец примириться с дарованной ей жизнью. Уйти вот так — слишком жалко и невыносимо одиноко! «Что ж, в таком случае, не желаешь ли отправиться вместе с нами?» - раздался знакомый голос, и его вдруг бесцеремонно подхватили и приподняли вверх. Над собой он увидел озорно улыбающееся лицо Эсторис.
Ей посчастливилось встретить то, что она полюбила всей душой и ради защиты чего была готова без раздумий пожертвовать собой. Лазурия была абсолютно уверена: её жизнь в качестве девочки по имени Лазурия была по-настоящему прекрасной. В этом и заключалось её личное умиротворение. Ощущая, как её сознание стремительно расширяется, а восприятие мира постепенно меняет свою суть, она не торопясь перебирала в мыслях воспоминания о приключениях за последние несколько лет. Лицо того самого ошеломлённого мальчишки, которого она впервые увидела, выбравшись из разбитого яйца. Если подумать, она влюбилась в него с первого же взгляда ещё тогда. Позже ей рассказали, что для девочки довольно странно говорить о себе в мужском роде, но в тот момент именно слова Гиба послужили для неё главным ориентиром в понимании языка, из-за чего всё так и вышло. А ещё под влиянием шуток Урипо её поведение на первых порах, кажется, было довольно эксцентричным. Встреча с Джей-Би и отрядом Юлура тоже оказалась невероятно захватывающей. Хаос мира взрослых пугал, но в то же время безумно интриговал, а приключенческие баллады планетарного масштаба заставляли сердце трепетать от восторга. Интересно, как теперь сложатся отношения Мальтины с Сорой? Впрочем, зная Сору, если с ним опять заговорит какая-нибудь другая девчонка, кто знает, чем всё обернётся, вот уж действительно, ну и ну... Все ребята из пиратского отряда нежити, труппа «Флаппе», жители Веринарда, деревни Лусина, монстры из Лунного Племени... А та... как её там звали, та девчонка, неужели с ней действительно всё закончилось вот так?.. Она уже не могла вспомнить даже собственного имени из тех времён. Да и любые зацепки, способные натолкнуть на него, она уничтожила своими руками. Люди ведь склонны сомневаться даже в кардинальных переменах внутри себя. Именно поэтому она сделала так, что пути назад не было — точно так же, как во время инцидента на вулкане Калсадора. И всё сработало как надо. Решительный шаг сделан. Всё к лучшему. Ведь теперь все-все будут спасены. Ей остаётся лишь безмолвно созерцать со стороны. Совсем скоро она освободится даже от таких чувств, как грусть и одиночество, обретет восприятие, превосходящее текущее состояние разума, и тогда... тогда останется лишь... Останется лишь... Тело Лазурии, которое она до сих пор ощущала как своё собственное, вслед за разумом начало размягчаться, терять чёткие контуры и растворяться в пространстве грез. Начиная с внешних границ, плоть превращалась в подобие светящихся парящих частиц... Меч и щит, висевшие у неё на поясе, бесследно растаяли. Следом исчезла пуговица на поясном подсумке, и из открывшейся сумки наружу посыпалось всё её содержимое. Лечебная трава, противоядие, спички, верёвка и прочие предметы первой необходимости для любого путешественника, а ещё — походный паёк, тайком припрятанные сладости, и затем... Снимки, которые она всё это время бережно копила, делая кадр за кадром на камеру, полученную от Сани и Мираны в замке Глен, теперь один за другим разлетались по всему пространству сна. Погрузиться в приятную, горько-сладкую ностальгию?! Да это просто немыслимо!
Не хочу, не хочу, не хочу! Не хочу! Хватит с меня этого бреда про «обретение высшего восприятия»! Я! Прямо сейчас! Хочу ощущать этот мир своим собственным сердцем! Я не хочу исчезать! Не хочу исчезать! Не хочу исчезать! Ах... какая же я дура, какую глупость я совершила! Решила покрасоваться, прыгнуть выше головы и натворила того, что уже не исправишь! А ведь я прекрасно понимала, чем всё это закончится! Пусть это будет эгоистично, пусть это нарушает все правила, пусть это звучит противоречиво, пусть мне придётся лгать, ранить кого-то или даже если это разрушит сам мир! Мне ни в коем случае нельзя было соглашаться с тем, что я должна исчезнуть. Даже если бы без этого поступка мир прекратил своё существование всего за пару мгновений. Все эти слова про моё смирение — сплошная ложь! Вещей, которые я хочу сделать, мест, куда хочу пойти, и тайн, которые хочу узнать — ещё целая куча! Я ведь так и не осталась с тем парнем до самого конца. Ах, ну конечно... Если бы это был он, то даже узнай он, что я предала этот мир, он наверняка до самого последнего мига крепко сжимал бы меня в своих объятиях! Каждая деталь, из которой состояло её тело, продолжала безвозвратно растворяться в ослепительном сиянии. Я не хочу... чтобы всё исчезло вот так, чтобы всё закончилось вот так! Не хочу!
И вдруг заметила, что ее щеки и руки все еще на месте и никуда не исчезли. Послышался шум прибоя. Когда она убрала руки от глаз, перед ней открылся чистый белый пляж, чем-то неуловимо напоминающий деревню Лусина. Небо было ясным, а ветер — ласковым. И затем... «Теперь все хорошо. Ты отлично постаралась. То, что делает тебя собой — это уже твоя собственная история. Будь уверена в себе. Посмотри, тебя ведь окружает столько теплых воспоминаний». Прямо перед ней стояла женщина. У нее были точно такие же длинные рыжие волосы, но выглядела она гораздо взрослее. Чем-то она неуловимо походила на Эбби... Ах, ну конечно, Эбби. Я все еще помню это имя, я не забыла его. А меня... мое имя... «Рада нашему знакомству, Лазу. Наконец-то мы встретились», - лучезарно улыбнувшись, женщина заговорила с ней. «...Мама?» Драконица грез Ремнея в прошлом сразилась с драконом кошмаров Ремнасом и временно сдержала его воплощение. Ремнас наверняка собирался погрузиться в сон, чтобы исцелить свои раны. Но если бы она поступила точно так же, то в следующий раз, когда они пробудятся, мир мог бы быть полностью уничтожен. Именно поэтому вместо того, чтобы продолжать сражаться, ей нужно было принять сердце Ремнаса и подготовиться к тому, чтобы снова стать с ним единым целым. Для этого она и придумала взрастить с самого нуля смертную душу, рождённую из плоти. Вот почему ей пришлось отделить часть своей собственной души, даровать ей смертное тело, а самой погрузиться в сон, чтобы залечить раны, и оттуда лишь безмолвно наблюдать за ней. Чтобы подтолкнуть её к встречам с другими людьми, она даже слегка изменяла события, происходящие вокруг Лазурии. Она переписывала причинно-следственные связи, подстроив всё так, будто её почитали внутри руин тысячелетней давности, или пыталась приготовить одежду, идеально подходящую для рождающейся девочки (которая была полностью во вкусе самой Ремнеи)... Древние драконы зашли в своей эволюции настолько далеко, что каждая отдельная особь представляла собой практически полностью самодостаточную форму жизни. Быть может, они способны продолжать своё существование, даже преодолевая циклы гибели и зарождения самой Вселенной. Это жизнь, возникшая вовсе не в Астолтии. Даже если бы существа Астолтии непрерывно эволюционировали с самого момента сотворения этого мира, у них бы просто не хватило времени — да и не было никакой необходимости — превращаться в настолько совершенную форму жизни. Не обладай они природой, позволяющей пересекать бескрайний океан звёзд, им бы незачем было развиваться до такой степени. По этой причине у древних дракон не было естественной потребности оставлять потомство. Если им требовались изменения, они могли по своему желанию свободно преобразовывать самих себя. Однако нынешняя ситуация оказалась полным исключением из правил. Кто бы мог подумать, что возникнет необходимость намеренно разделять свою кровь с незрелой смертной плотью и бережно наблюдать за тем, как внутри неё взращивается абсолютно чистая душа... И всё же, возможно, под влиянием грёз и мечтаний жителей Астолтии, для Ремнеи этот опыт стал чем-то невероятно прекрасным. Она наблюдала за приключениями Лазурии, затаив дыхание от волнения и переживаний. Когда девочка страдала от ран, Ремнея мучилась от чувства вины за то, что сама же всё это и подстроила. Но больше всего на свете ей хотелось, чтобы её подопечная обрела то счастье, к которому стремилась, и искренне порадовалась тому, что вообще появилась на свет. Именно поэтому, ради того мига, когда всё подойдёт к концу, она всё это время преданно ждала её здесь. «Лазурия — тебе дали прекрасное имя. Оно совсем как это голубое небо. Эх, я бы и сама хотела его придумать. Я даже немного ревную». «Мама!» Лазурия бросилась к ней в объятия. Хотя они встретились впервые в жизни, она по одному только родному запаху безошибочно поняла, что перед ней та, кому можно полностью довериться. Навзрыд плача, она выплеснула всё то, что её так долго пугало, и то, как сильно ей бывало одиноко. Она не удержалась и от упрёков за то, что мама заставила её пройти через подобные испытания. А затем принялась без умолку, во всех красках рассказывать о том, как она появилась на свет, как путешествовала по самым разным уголкам мира, сколько замечательных людей повстречала, и как ей было весело и интересно. И ещё... Они вместе готовили и ели, стирали вещи, спали в обеденный перерыв, болтали о любви и делились самыми обычными, пустяковыми девичьими секретами. Они сполна наверстали всё то, чего были лишены до сих пор. И затем... «Знаешь, древние драконы ведь изначально прилетели в этот мир ради того, чтобы встретить нас. На протяжении бесконечно долгих эпох они пересекали океан звёзд и оберегали рождение нового сородича. Но нам совсем скоро пора отправляться в путь. Мы должны лететь дальше, на поиски следующего сородича. Для существ вроде нас, способных бороздить космические просторы, слишком долгое пребывание в мире созданий, привязанных к земле, оборачивается кучей неудобств. Ты, конечно, могла бы полететь со мной, но ведь в этом мире у тебя осталось ещё столько дел, которые ты мечтаешь воплотить в жизнь, верно?.. Поэтому к Ремнасу я отправлюсь одна. Тем более что у него там, кажется, тоже почему-то отсутствует маска, так что мы с ним идеально уравновесим друг друга. На самом деле мне безумно не хочется так рано отпускать своего ребёнка во взрослую жизнь... Но ведь в этом мире у тебя уже появилось столько соратников, друзей и тот самый парень, с которым ты всем сердцем хочешь быть рядом». «Тогда... когда-нибудь мы сами прилетим к тебе в гости, мама! Пусть даже это буду не я, а мои дети или далёкие потомки моих детей...» «Ой, а это... просто чудесно!» Мать и дочь лучезарно улыбнулись друг другу, крепко обнялись и напоследок всем сердцем впитали родной запах друг друга.
Густой туман из спор, обычно здесь бытовавший, рассеялся, и сквозь него виднелось чистое голубое небо. А далеко-далеко в вышине, уходя за самый горизонт, тянулись шесть ярких лучей света...
С кряхтением Плаку опустился на стул. И хотя он говорил, что ему и одному будет нормально, Зофин и Эсторис в итоге всё равно пошли вместе с ним. Чтобы здесь было комфортнее жить, он приложил немного усилий, но вообще-то это место было той самой пространственно-временной тюрьмой, где их когда-то держали в заточении. Он припрятал её как раз на случай экстренной эвакуации. Стоит закрыть вход один раз, и изнутри невозможно будет выбраться ещё несколько сотен лет, но раз уж их покровитель из этой эпохи исчез, да и шумиха вокруг должна улечься, это вполне разумно. Пожалуй, на какое-то время стоит вернуться к неторопливым исследовательским будням. К тому же, оставь они этого сорванца, Гиратиса, без присмотра в нынешней эпохе, он наверняка опять натворил бы каких-нибудь пакостей, и уж тогда его точно уничтожили бы окончательно. Сейчас он, в край измотанный, мирно спит на руках у Эсторис, но рано или поздно откроет глаза. И пусть он наверняка снова устроит буйство и доставит кучу хлопот... Всё же кажется, что в следующий раз у них получится ужиться с ним чуточку лучше. Грехи каждого из них всё ещё слишком глубоки. Но Плаку подумал, что сделать этого бунтаря попутчиком в их грядущем долгом путешествии — не такая уж плохая идея. И всё же, ну и Эбби, умудрилась ведь сбежать вперёд всех налегке. Наступит ли когда-нибудь день, когда и их собственные сердца вот так же обретут долгожданную свободу?.. «В кои-то веки у нас затяжной отпуск! А ну-ка, Эсторис, иди сюда, давай вместе партейку в Батоэн сыграем, да-а-а-с!» «Опять в Батоэн, что ли?» Что ж, в мире смертных зло никогда не иссякнет полностью. Если они проведут какое-то время в тишине и покое, рано или поздно какая-нибудь очередная банда злодеев наверняка снова призовёт их к себе. Они слишком устали, так что противостояние со своими грехами отложат до тех самых пор. А уж когда это случится, будет довольно весело подразнить подросших детишек тех самых героев. Перебирая карандаши для игры, он погрузился в эти мысли и лукаво усмехнулся. На столе суетливо копошились призрак со странно острым взглядом, слаймборг в шляпе и густоволосый нидлмен. Они – творения демонических ученых - и сами были злодеями с весьма солидным стажем. С них вполне станется тайком слизнуть хотя бы капельку оставшейся драконьей крови.
Остановились в предгорьях, дабы перекусить. Гиб велел спутникам перестать прохлаждаться и отправляться мыть посуду, и Лазурия надулась: «Гиб вечно такой придирчивый!» «Может, заодно и к сегодняшнему уроку заклинаний подготовишься?» - обратилась к ней Урипо. – «Всяких удобных сил, вроде линий-расширений, у нас больше не осталось... Да и заклинания твои теперь стали какими-то невзрачными и слабенькими. Так что нам тоже нужно быть настороже, иначе мигом отправимся на тот свет». «Не говори так упаднически», - отозвалась Лазурия. – «Между прочим, домашнюю работу, которую мне задала Мальтина, я вчера всю до конца сделала, так-то!» «Юлур ведь заставил древнее королевство Этен переместиться в эту эпоху», - напомнил спутникам Гиб. – «Так что теперь у них нет отбоя от работы: то налаживание торговых путей, то проблемы с миграцией монстров». «Благодаря их бурной деятельности у других искателей приключений появилось целое море идей для новых заданий», - согласился Сора, обращаясь мыслями к Юлуру и его спутникам. – «Интересно, в каких далёких краях они сейчас путешествуют и какие приключения их ждут?.. Говорят, Джей-Би, Малик и остальные тоже часто берут задания, связанные с Этеном. Надо же, они успевают заниматься этим в перерывах между восстановлением своей родины – мира демонов... Видимо, это ремесло им действительно очень сильно по душе. Конкурентов в нашем деле прибавилось, так что теперь придётся непросто! Ну, как-нибудь при случае мы снова соберёмся вместе с ними и отправимся в новое странствие!» Авантюристы свернули лагерь, продолжили путь... Означенные ниже события вершатся в мире, сопредельном с Астолтией, в то же время, что и история, отраженная в хронике «Сора в небе голубом»
Однажды в дикоземье обнаружили они разбойничье логово, прокрались внутрь. В одной из пещер означился свирепый волк, который не обрадовался, лицезрев подле койки своей чужаков. «Кто вы такие?!» - проревел монстр. Двое незадачливых авантюристов представились, и Зенимару просветил волка: «Мы странствуем по миру в поисках сокровищ, которые можно выгодно продать! Увидев у пещеры табличку с надписью ‘Разбойничье логово’, мы решили заглянуть внутрь, ведь наверняка здесь немало сокровищ!» Волк от такой наглости просто опешил, но, взяв себя в руки, выхватил кинжал, заявив, что живыми двое отсюда не уйдут. «Я возьму его на себя», - уверенно заявил слизень. «Это расточительно!» - возмутился Зенимару, и Слайон возразил: «Вовсе нет! Я смогу его победить за одну минуту!» Волк с силой ударил парня в спину, и распластался тот на полу пещеры. «А ты слаб...» - резюмировал разбойник, и слизень, бросившись к товарищу, согласился: «Да, ты действительно слаб без брони». Обернувшись к волку, разъяренный Зенимару выпалил: «Если я воспользуюсь своей тайной силой, тебе не поздоровится!» «Тайной силой?» - озадачился разбойник. «Она весьма опасно», - поясни мальчуган, - «поэтому я редко к ней прибегаю». «Но мы тебе ее продемонстрируем!» - с готовностью заявил слизень. Волк созерцал двух безумцев, занесла которых нелегкая в его логово. Хоть и не любил Зенимару тратить деньги понапрасну, отказываться от демонстрации было уже поздно. Посему опустил он золотую монету достоинством в десять единиц в прорезь на броне Слайона, и преобразилась та. С ужасом воззрился волк на огромную сияющую механическую броню, заключен в которую оказался Зенимару, сознавая, что зрит пред собой некое чудо, созданное древними. Слизень не удержался, объяснил разбойнику, что этот доспех – механизм, владел коим герой древности, и цена пробуждения силы конструкта – десять золотых монет. Зенимару с силой нанес удар волку латным кулаком брони, и тот поспешил преподнести пареньку свое сокровище – зачарованный меч принца Лоразии. «Да мы его за сто тысяч продадим!» - восхитился мальчишка, наряду со слизнем бросился прочь из пещеры. Они устремились прочь, а волк еще долго махал лапой двум недоумкам, от которых он так легко избавился... Но, прибыв в ближайший городок, узнали двое от местного оценщика, что меч – всего лишь искусная подделка. Однако Зенимару и Слайон сдаваться не собирались: однажды они непременно разбогатеют и станут миллионерами!.. Ныне путь их лежал в древние руины. На одной из развилок двое заметили надпись на стене: «Пойдете направо – получите одну монету». Слизень убеждал спутника повернуть налево, но тот заявил, что на все готов ради денег – даже одной единственной монеты! Посему повернул направо. Действительно: на постаменте обнаружил Зенимару монету, но, когда коснулся ее, в чертоге возник джинн! «Впервые за сто лет кто-то попался в эту ловушку!» - взвыл он, облизываясь и предвкушая закуску, которую явят незадачливые авантюристы. «Что-то ты весьма упитан для того, кто сто лет не ел», - заметил Слайон, и джинн набычился: «Я на три кило похудел!» Джинн атаковал Зенимару магией, и слизень, обратившись к напарнику, выпалил: «Бьюсь от заклад, ты справишься с ним за три минуты!» Зенимару коротко кивнул, опустил в слот на магическом доспехе три монеты достоинством в десять золотых каждая, и преобразился тот. Джинн опешил было, но тут же взял себя в руки, принял вызов, выдохнул поток пламени. Огонь, правда, не причинил ни малейшего вреда зачарованному доспеху, а ответным ударом Зенимару поверг противника. На теле джинна парень обнаружил ключ, отпер им сундук, означившийся в сердце руин. В сундуке пребывало зеркало Ра, и двое поспешили покинуть руины и вернуться в город в надежде продать артефакт – не меньше, чем за 50000 золотых! Не заметили Зенимару и Слайон, как некто издали наблюдает за ними... Увы, и зеркало Ра оказалось подделкой, и городской торговец предложил миминагу за него лишь 70 монет. Впрочем, Зенимару не горевал, прикупил себе новый жилет... ...В странствиях своих набрели Зенимару и Слайон на пещеру, доносился из которой женский визг. «Похоже на логово монстра», - заключил слизень. – «Внутри могут оказаться сокровища». Зенимару полагал, что не только сокровища – но, возможно, и принцесса, которая окажется ему чрезвычайно благодарна за свое спасение! Двое бросились в пещеру... где лицезрели огромного дракона, сжимающего в лапе визжащую тритониху. Простодушный слизень представился, заявив, что они с Зенимару странствуют по миру в поисках сокровищ. «Охотники за сокровищами!» - разъярился дракон. – «Да я вас с потрохами сожру!» Зенимару решил, что, раз уж принцессы тут нет, надлежит дать деру, но у дракона на этот счет было свое мнение. Он выдохнул пламя, опалившее миминага, и тот разозлился, обернулся к слизню: «Ну что... пять минут?» «Драконы обычно хранят сокровища», - согласился тот. – «Пусть принцессы здесь и не оказалось, но чем-нибудь ценным да разживемся!» Парень поспешил в слот механического доспеха монеты, и, управляя преобразившимся конструктом, атаковал дракона. Пламя последнего не причиняло доспеху ни малейшего вреда; рептилия оказалась повержена, и тритониха бросилась обнимать своего спасителя – к вящему ужасу того. Зенимару пнул тритониху ногой, после чего приступил к осмотру драконьего логова. Вот только сокровищ так не оказалось – лишь старый стальной меч, да сундук, оказавшийся на поверку плотоядным монстром – мимиком... Прихватив меч, Зенимару направился к выходу из пещеры; мопед – как назло! – не желал заводиться. Надо бы дать взглянуть на некого Козени... «Давно не виделись, Зенимару», - прозвучал голос, и, обернувшись, парень воззрился на индивида, за спиной коего виднелся дорогой автомобиль. Зенимару узнал его: некогда входили они в отряд искателей приключений, который, впрочем, распался довольно скоро. «Динеро...» - нахмурился Зенимару. «Вечно ты меня раздражаешь!» - возопил Динеро. – «Всегда на шаг впереди в охоте за сокровищами, на которые я нацелился! Но это сокровище я непременно заполучу!» Динеро указал на меч в руке Зенимару, и предприимчивый Слайон попытал удачи: «За 90000 монет он твой!» «Не смей!» - взвыл Динеро в ярости. – «Я его и так заберу!» С этими словами Динеро взял в руки алмазом, скормил его попугаю, который восседал у него на плече. Птица тут же отложила яйцо, и Динеро, ухмыляясь, возвестил: «Бестия №34, порожденная алмазом!» Из яйца вылупился дракон, за считанные мгновения достигший гигантский размеров, и Динеро приказал твари атаковать миминага. Дракон ударил Зенимару и Слайона когтистой лапой, отбросив обоих далеко в сторону. Динеро с удовольствием созерцал сию картину, уверенный в своем неоспоримом превосходстве. «Я уже не тот, что прежде!» - бахвалился он. – «Сдавайся!» «У меня тоже есть карты в рукаве», - прохрипел Зенимару, поднимаясь на ноги, но Динеро не поверил ему: «Ты просто не хочешь признавать поражение». «Десять минут, чтобы сразить подобного монстра!» - заключил Слайон, созерцая дракона. «Десять минут?» - выдохнул Зенимару, осознавая, сколь расточительны подобные демонстрации силы. «Десять минут?» - Динеро прошиб холодный пот, ибо не понимал он, на что намекает слизень. Тяжело вздохнув, Зенимару опустил в слот доспеха десять монет достоинством в десять золотых каждая. Доспех преобразился, и, управляя сим легендарным конструктом, Зенимару на глазах опешившего Динеро поверг гигантского дракона, и исчез тот; лишь алмаз остался поблескивать на земле. Прыгнув в автомобиль, Динеро устремился прочь. Лишь сейчас Зенимару осознал, что одолел дракона куда быстрее, нежели за десять минут. «Только зря деньги потратил!» - взвыл мальчуган в отчаянии... Зенимару и Слайон отправились на городской рынок, где попытались продать стальной меча за 750 монет... но покупателей – увы – не нашлось. «Зенимару!» - к миминагу приблизился излучающий самоуверенность Динеро. – «Уж сегодня я точно одержу верх над тобой! Вызываю тебя на дуэль!» «Выбирай место!» - запальчиво отозвался Зенимару, и Динеро, прыгнув в автомобиль, осклабился: «Догоняй!» Зенимару выжимал из двигателя старенького мопеда всю возможную мощность, стараясь поспеть за машиной Динеро, но вскоре та скрылась за горизонтом. Слайон предложил приятелю оставить затею и заняться поисками сокровищ; Зенимару с готовностью согласился. Они продирались через лес, когда на парня напал древесный монстр, прикидывавшийся безобидным пеньком. Слайон предложил напарнику воспользоваться 10 золотыми, дабы одолеть чудище за одну минуту... но помощь пришла неожиданно. Восседающая на ездовой птице дева, принадлежащая к расе миминагов, рубанула монстра мечом, а после, спешившись, приблизилась к Зенимару, поинтересовалась: «С тобой все хорошо?» «Аскеш...» - потрясенно выдохнул тот, взирая на красавицу. «С тебя 5 золотых за спасение», - заявила девушка. – «Я все-таки профессиональная воительница, за ‘спасибо’ не работаю!» «Купи лучше меч!» - тут же нашелся Зенимару. – «За 550 монет отдам!» Наблюдая со стороны за миминагами, Слайон пробормотал: «Неужто она... бывшая подружка Зенимару?» К несчастью, Аскеш обладала острым слухом, и, резко обернувшись, ударила слизня по голове нунчаками, проревела: «Вовсе нет!» Шум привлек внимание древесного энта, и слизень, оценив противника, сообщил напарнику: тот вполне может справиться с монстром за четыре минуты. Вздохнув, Зенимару опустил в слот доспеха монеты... но, пока преображался доспех, Аскеш уже успела повергнуть энта ударом нунчак. «Но почему ты?!» - взвыл мальчишка, утративший возможность покрасоваться перед девушкой, и отозвалась так: «Такая уж у нас, воинов, работа». «Не могла сделать это до того, как я золото потратил!» - стенал Зенимару. – «Давай, возвращай деньги! За 40 монет я мог бы снять номер в гостинице Самартии на пять ночей!» «Мелочен, как и прежде», - протянула Аскеш. Впрочем, воительница примкнула к сородичу, узнав о том, что занят тот поисками сокровищ. Используя манипуляторы чудесного доспеха, слизень вел дневник, в который скрупулезно заносил записи о местах, ими уже посещенных, - и о тех, посетить кои лишь предстояло. А также о поверженных монстрах, что было для него куда важнее. Так, несколько дней спустя Зенимару, Слайон и Аскеш добрались до руин старого замка, возвышающихся на островке в центре озера. На лодчонке добрались они до замка, приступили к исследованию оного. «Все сокровища – мои!» - заявил Зенимару, и Аскеш заверила сородича: на сокровища она не претендует, ей нужно отыскать индивида, находящегося – предположительно – в руинах. «А что, воители именно этим занимаются?» - полюбопытствовал Слайон, и отвечала Аскеш: «Разным занимаются. В зависимости от награды». В руинах обнаружили трон множество каменных изваяний – в том числе частично обращенного в камень воина, разыскиваемого Аскеш. Но рассмотреть того не успели, ибо предстала им огромная медуза! «Если посмотрим ей в глаза обратимся в камень!» - пропищал Слайон, зажмурившись. Примеру его последовали Зенимару и Аскеш; последняя лихо размахивала мечом, пытаясь сражаться вслепую. В легендах упоминалось о герое, который противостоял медузе, ведя бой мечом, отполированным до зеркального блеска: ведь, если зреть монстра в отражении, эффекта окаменения можно не опасаться. Слайон шепнул что-то на ухо Зенимару, и лицо того просветлело. Усмехнувшись, паренек опустил золотую монету в слот доспеха, принял управление преобразившимся конструктом. Оный включал в себя зеркала заднего вида, и Зенимару, наблюдая таким образом за медузой, нанес ей удар. Медуза была повержена, но Аскеш, не взглянув на своего спасителя, устремилась к принадлежащему к драконьему роду воину, окаменение коего продолжалось. «Бояк, ты?» - обратилась девушка к обреченному. – «Отыскать тебя меня просил Консеро». «Передай... это... Консеро...» - воин протянул Аскеш небольшую коробочку, и то были его последние слова: несчастный обратился в камень. Воительница взяла коробочку в руки, задаваясь вопросом о том, что же может находиться внутри. И почему Бояк – наверняка имперский солдат, судя по доспехам, - пребывал в столь отдаленных от границ державы его землях?.. В руинах обнаружил Зенимару древнее устройство, походящее на рукоять меча, но оказавшееся на поверку оружием, исторгающим гибельный луч. Покинув руины, трое вернулись на берег озера. Аскеш отправилась своей дорогой, Зенимару же отчаянно пытался починить вновь заглохший мопед, но безуспешно. И все же высшие силы благоволили к парню, ибо здесь, в глухом дикоземье, разыскала его верная подруга-механик, Косени. Преследовал последнюю Динеро, ведь предприимчивая Косени умыкнула у него кошель с монетами. Возвращать деньги Косени не спешила, и Динеро, недобро ухмыляясь, взял в руки алмаз. «Гигантского дракона возможно сразить за пять минут», - напомнил ему слизень, но Динеро покачал головой: «Я никогда не призываю одного и того же монстра дважды!» Он скормил алмаз своей верной птице, та – как и прежде – отложила яйцо, и возвестил Динеро: «Бестия №72!» Порожденным монстром оказался молотоглавец, который одним ударом деревянного молота поверг Зенимару и Слайона. «Если ты воспользуешься броней, то покончишь с ним за две минуты», - подсказал слизень напарнику. «Что еще за броня?» - заинтересовалась Косени, но Зенимару отмахнулся от девчонки, и, ворча, опустил в слот устройства две монеты, после чего преобразилось оно, обратившись в боевой конструкт. Косени с восхищением наблюдала, как Зенимару, управляя чудесной броней, поверг молотоглавца, и Динеро, взвыв с досады, прыгнул в свой автомобиль, коий вскоре скрылся за горизонтом. Осмотрев мопед, Косени заявила, что для того, чтобы починить его, необходим новый аккумулятор, а подобные ныне редки. «Да и на рынке цены высоки», - говорила механик. – «4000 монет». Зенимару побледнел: «Может, где-нибудь так отыщем аккумулятор?..» Слайон провел Зенимару и Слайона к зданию завода по производству батарей, затерянного в лесной чащобе. «Насколько мне известно, принадлежит завод Императору Драконов, и с продажи аккумуляторов получает он немалую прибыль», - просветил спутников слизень. Империя Ногард, правил которой могущественный Император, распространяли тиранию свою на сопредельные земли, но была далека от пределов, странствовали в которых Зенимару и его приятели... По крайней мере, так им казалось до сих пор...ы Дождавшись ночи, трое прокрались к зданию завода, проникли внутрь через заднюю дверь. Внутри все механизмы были автоматизированы; возможно, авантюристам повезет и не встретят они никого из стражей! Теперь осталось выяснить, где можно найти аккумулятор... Наконец, в одном из помещений удалось им обнаружить устройство, производящее аккумуляторы... однако близ оного означился страж – гибельная боевая машина. Косени возликовала было, ибо обожала всякого вида конструкты – даже те, которые угрожали оборвать ее существование. Машина атаковала проникших на завод чужаков, и Слайон выпалил, обращаясь к Зенимару: «Ты сможешь сразить е еза восемь минут!» «Расточительно!» - отозвался мальчишка, и слизень напомни ему: «Но, если ты продашь аккумуляторы, здесь находящиеся, то станешь миллиардером!» Ухмыляясь до ушей, Зенимару опустил восемь монет в слот брони, и, когда преобразилась та, атаковал боевую машину. Впрочем, та оказалась на удивление проворна, сумела уйти из-под ударов. Парень и не заметил, как прошло восемь минут, а он так и не смог уничтожить механического противника. «Кто пробрался в тайный завод империи?» - послышался голос, и в чертог ступили воители, принадлежащие к драконьему племени. Предводитель их – генерал МакЛахлан – приказал подначальным бросить троицу дерзких в тюремную камеру, и те поспешили исполнить волю офицера. К МакЛахлану подбежал один из солдат, сообщив, что вызывает генерала Император Драконов, и высокопоставленный офицер покинул тюремный отсек. Трое незадачливых авантюристов остались одни, принялись строить планы побега. Зенимару горевал о том, что стражи забрали у него стальной меч: будь иначе, он бы в два счета открыл замок камеры! Плутовато улыбнувшись, Косени продемонстрировала миминагу и слизню связку ключей, которую прежде сумела незаметно умыкнуть у боевой машины; уж в ловкости рук механику не откажешь! Выскользнув из камеры, трое устремились прочь по коридору, когда путь им преградила боевая машина. Сознавая, что не время мелочиться, Зенимару поспешил опустить в слот доспеха десять золотых монет, и, приняв управление преобразившимся доспехом, сошелся в противостоянии с механическим монстром. Косени же, желая помочь приятелю, вырвала из ближайшего устройства два тяжелых электрических кабеля, поднесла их к боевой машине. Последовавший удар тока закоротил схемы конструкта, и принялся тот крошить все на своем пути... Манипуляторами зачарованного доспеха Зенимару схватил один из ящиков с аккумуляторами, после чего, сопровождаемый Слайоном и Косени, бросился прочь из здания завода.
«Генерал МакЛахлан! Пленники сбежали!» - с криком ворвался в чертог один из стражей, и генерал резко обернулся к нему: «А что случилось с боевой машиной?» «Она обезумела и разрушает завод!» - с готовностью доложил воин. «Генерал! Что там у вас происходит?!» - донесся из устройства голос Императора, а после пасть механизма исторгла пламя, опалившее МакЛахлана – в назидание.
Странное, исторгающее луч оружие, обнаруженное авантюристами в руинах, на поверку оказалось аннигилятором материи, и для работы требовался ему лишь аккумулятор. Отчаянно надеясь продать оружие за баснословные деньги, Зенимару и Слайон направились в город... когда путь им преградил Динеро. Он с гордостью продемонстрировал плакат, изображены на котором были миминаг и слизень, а также обозначена награда за поимку обоих: 10000 золотых монет. «Вот ведь сволочь...» - пробормотал Зенимару, сознавая, что награду за них наверняка назначил тот похожий на жабы генерал из драконьего племени, с которым свели знакомство они на аккумуляторном заводе. «Тебе не одолеть меня!» - бросил Динеро Зенимару, и тот, недобро ухмыляясь, опустил в клюв попугаю алмаз, а когда птица отложила яйцо, возвестил: «Бестия №78!» Таковой оказался здоровенный тролль, но предприимчивый Слайон что-то шепнул монстру на ухо, и тот, обернувшись к опешившему Динеро, попытался пришибить его дубиной. «Я не бестия №78!» - проревел тролль, нависая над Динеро. – «Тролль! Я – тролль! Я тут главный!» Зенимару помахал Динеро рукой, забрался на мопед и вознамерился ретироваться... однако у тролля были на этот счет иные планы. Ударом дубины он сбил парнишку с мопеда, и Слайон постановил: «Я буду сражаться с помощью лучевого оружия!» «Он на продажу!» - не согласился с напарником Зенимару, и тот заявил: «Тогда – доспех, тебе понадобится шесть минут...» Сопоставив финансовые затраты, Зенимару решил воспользоваться доспехом, опустил в слот шесть монет и спустя несколько мгновений принял управление древним конструктом. Довольно скоро он вышиб из тролля дух, и тварь развоплотилась, вновь оказавшись заточена в алмазе. Признавая поражение, разозленный Динеро устремился прочь, а Слайон поспешил сделать пометку в своем дневнике о том, что удалось им покончить с троллем. Зенимару же поспешил наведаться в город и попытаться продать обретенный в руинах лучевое оружие, однако оценщик оказался донельзя категоричен, заявив: «Лишь 10 монет! Древности нынче не в моде!» Расставаться с аннигилятором за столь смехотворную цену Зенимару отказался наотрез... Зенимару и Слайон отправились в городскую таверну, чтобы подкрепиться, когда обратился к миминагу походящий на кота монстр, сидящий за соседним столиком. «Есть одна несложная работенка», - проронил он. – «Встретимся на отрогах городка – расскажу подробнее». «Если что, на заводе ничего не было!» - поспешил заявить Зенимару. – «И о боевой машине помалкивай!» «Вообще-то, у меня письмо от твоей подружки», - закатил глаза котяра. Трое отправились на поляну близ городка, и кот-информатор – Хабари - передал миминагу письмо – как оказалось, от Аскеш. В конверте оказался черный камень в форме параллелепипеда, а в письме значилось: «Зенимару, я хочу, чтобы ты спрятал этот камень там, где его никто не сможет найти. Камень разыскивают имперские солдаты и Конесеро. Если они обретут его, мир будет разрушен! Ни в коем случае нельзя допустить сего!» «Меня и так преследуют имперцы», - ворчливо произнес Зенимару. – «Но что за Конесеро?» «Что... или кто?» - Слайон тоже был озадачен. «Если сумеешь спрятать камень, получишь 10 золотых в качестве награды», - прочел Зенимару в письме, возмутился: «Не слишком ли малая сумма за спасение мира?!» Хабари протянул авантюристу карту близлежащей пещеры, в которой вполне возможно спрятать черный камень, и вскоре двое прибыли ко входу в каверну. Внутри оказалось немало ловушек, и Зенимару даже пришлось привести в действие магию доспеха, чтобы сокрушить катящийся на него по тоннелю огромный валун. Но испытания на этом не закончились, ибо путь миминагу и слизню преградил шестирукий воин-скелет вида самого зловещего. «Разбудили меня грохотом», - проскрипел мертвяк, направляя на Зенимару острые клинки. – «Не прощу!» Одним ударом он поверг обоих авантюристов. «Ладно, я это тоже выставлю в счет Аскеш», - простонал Зенимару, обернулся к слизню. – «Ну, что можем сделать?» «Доспех не может преобразиться», - растерянно отвечал тот. – «Ведь прежняя трансформация случилась совсем недавно – нужно время». «Прежде ты ни о чем подобном не говорил!» - Зенимару прошиб холодный путь, и Слайон промямлил: «Потому что в такой ситуации мы впервые». Двое опрометью бросились прочь; ревя, скелет несся за ними по пятам. Слайон попытался было выстрелить в преследователя из лучевого оружия, но тот отразил поток исторгнутой энергии зачарованным щитом, молвил: «Впервые за столетия вижу, чтобы кто-то это оружие применил...» Зенимару и Слайон опешили: противник их слишком силен – и в защите, и в нападении! Посему продолжили бежать прочь в надежде оторваться от мертвяка. Путь им преградили стена... тупик! «Ну что, может доспех преобразиться?» - в отчаянии взвыл Зенимару, и слизень, помедлив, подтвердил: «Да, нужно 70 золотых монет». «Только потому, что платит Аскеш», - вздохнул парень, опустил в слот брони надлежащую сумму... и вскоре принял на себя управление древним конструктом. Узрев оный, скелет распластался на полу, моля героя о прощении. «Но я не герой...» - пробормотал Зенимару. «Знаю, ты наверняка его потомок», - заскрипел скелет. – «Он поверг меня тысячелетие назад, и с тех пор я никому не причинил вреда! Прошу, поверь мне!» «Ты только что меня прикончить собирался», - помрачнел Зенимару, но, поразмыслив, возвестил, протягивая мертвяку камень: «У меня, потомка героя, есть просьба к скелету-воину! Помести этот черный камень в сундук, запри его и следи, чтобы никто не сумел его выкрасть!» Скелет обещал, что непременно так и поступит. Зенимару и Слайон покинули пещеру... где дожидался их кот-информатор. «Аскеш была схвачена солдатами», - проронил Хабари, после чего поведал авантюристам о том, что содержат воины драконьего племени пленницу неподалеку в руинах. Прибыв к оным, слизень и миминаг воззрились на двух стражей у входа в полуразрушенное каменное здание. «Нам понадобится порядка 30 минут», - задумчиво протянул Слайон. – «Если уж они сумели скрутить Аскеш... нам могут противостоять действительно сильные враги». Зенимару ухмыльнулся: сегодня он не собирался мелочиться... ...Генерал МакЛахлан требовал, чтобы пленница вернула ему черный камень, необходимый для продолжения производства аккумуляторов... когда в чертог ворвался Зенимару, управляющий доспехом-конструктом. «Увеличь награду, Аскеш!» - потребовал он. – «Мне было тяжело его спрятать!» Воительница побледнела, приложила палец к губам, но было уже поздно. «Ты что, прятал черный камень?» - обернулся к миминагу генерал, и Зенимару опешил: «А как ты догадался?!» Разъярившись, МакЛахлан призвал солдат-сородичей, приказал им атаковать противника. Впрочем, Зенимару поверг воинов, и, обратившись к генералу, приказал тому освободить Аскеш. «Не дерзи, Зенимару», - зло прошипел МакЛахлан. – «Я как раз нанял искусного наемника». Из теней выступил Динеро, и возмутился Зенимару: «Ты что, связался с имперцами?!» «Слишком хорошие деньги они предложили», - пожал плечами Динеро. – «К тому же... у меня к тебе свои счеты!» Скормив попугаю зачарованный алмаз и дождавшись, когда птица отложит яйцо, возвестил Динеро о появлении бестии №45. Таковой стал безумный грифон, и, узрев монстра, ужаснулась Аскеш, предупредила Зенимару о том, что способен грифон творить гибельное заклятие. «Именно этот монстр поверг меня, после чего меня пленили имперцы», - говорила девушка. – «Стало быть, это дело рук Динеро...» Грифон призвал молнию, и ударила та в зачарованный доспех Зенимару. Последний кричал от страшной боли, а МакЛахлан требовал сказать ему о том, где спрятан черный камень, обещая прекратить страдания авантюриста. Однако Зенимару выстоял, и ответным ударом манипулятора конструкта поверг грифона; воплощение того исчезло, вернувшись в магический алмаз. Признав поражение, Динеро опрометью бросился прочь из руин, отчаянно надеясь на то, что однажды удастся ему взять реванш. «Что ж, остался лишь ты, генерал!» - процедил Зенимару, нависая над офицером. «Давай договоримся!» - взвыл тот. – «В обмен на черный камень ты получишь много аккумуляторов! Только представь, сколько это денег!» «Денег...» - встрепенулся Зенимару. – «Я хочу 90% от дохода!..» «Ну, это как бы слишком...» - замялся генерал. «А я слышала, что столь огромное количество энергии способно уничтожить мир!» - напомнила о себе Аскеш. – «Что вы на самом деле задумали?!» МакЛахлан взвыл с досады: и понадобилось же пленнице подавать голос сейчас – когда недалекий мимиган уже готов заключить сомнительную сделку!» Наблюдая за доспехом, управляемым Зенимару, осознал генерал, что он нигде не видит слизня. Возможно ли, что сущность сего создания и есть тот ключевой фактор, который пробуждает магию древней машины?! Кто же он на самом деле, этот загадочный слизень?! «Мне на это наплевать!» - отрезал Зенимару, когда задал ему генерал сейчас вопрос. – «Слайон – просто Слайон!» Тридцать минут прошли; доспех вернулся в свой изначальный миниатюрный вид, а слизень вновь возник в нескольких шагах от напарника. Не обращая боле внимания на МакЛахлана, Зенимару освободил Аскеш от пут, и устремились они к выходу из руин. Впрочем, Зенимару не преминул напомнить воительнице о том, что в скором времени выставит ей счет за все понесенные расходы. ...Вскоре заметили они машинку Косени, сопровождал которую ученый – монстр, походящий на петуха-переростка. Последний рассказывал механику о том, как черный камень позволит мирянам осуществить мечту древних по выработке практически бесконечного количества энергии, что пойдет во благо всему миру! «Косени? Что ты здесь делаешь?» - озадачился Зенимару, и пояснила девушка: «Некоторое время назад боевая машина разрушила завод, и я вызвалась помочь с ремонтом. Где-то здесь должен быть генерал...» «Да, он там – в руинах», - услужливо подсказал Слайон. «Генерал МакЛахлан!» - взвыл ученый, бросился ко входу в развалины. Зенимару представил Косени Аскеш; встал вопрос о том, как добираться до города. «Я пойду пешком, через лес», - заключила воительница. – «Пусть и займет это долгое время». Впрочем, довольно скоро Аскеш отыскала ездовая птица, убежавшая в чащобу, когда имперцы напали на наемницу. Так, Зенимару и спутники его устремились в направлении городка... ...Не ведали остающиеся в руинах ученый и генерал, что наблюдают за ними некие подозрительные личности, также жаждущие заполучить черный камень...
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 
|
6. Сора в небе голубом
7. История слизня
